S03E05
Скотина. Общение.

Значимость.

Ее порой так сложно доказать.
К сожалению, скорость подачи, скорее всего, снизится — меня наконец-то нагрузили на работе, да еще и невралгия вовсю о себе напоминает. Впрочем, все по воле Божьей.

Биг Мак вышел из госпиталя в глубокой задумчивости.

Чисто машинально взглянул на небо и отметил про себя, что «обедал» чересчур долго – возвращаться придется уже через несколько часов. То есть, провести рекогносцировку и закрепляющую эффект воспитательную работу не удастся. Что ж, не последний день живет. Тем более, что необходимо признать – этот странный «разговор» вполне оправдывал затраченное на него время.

Огонь в груди.

Кто-кто, а Макинтош мог это понять. Его самого как-будто жгло изнутри как минимум дважды: после объявления о капитуляции и когда умерла Черили. В первый раз он не смог присоединиться к Сопротивлению – необходимо было время, чтобы зажили раны и жеребец научился жить лишь с половиной кругозора. Тогда пламя погасили заботой и нежностью, зато в следующий раз…

Биг Мак чуть не погиб и едва не затащил с собой в могилу соратников, а значит – и весь Понивилль. Та экспедиция в лес была настоящим преступлением против его сограждан. Ни подготовки, ни плана, ни запасов. Даже ясной цели и той не было. Они хотели отомстить и ничего более. Слава Твайлайт, что среди них нашлись те, кто не позволил ненависти поглотить сознание. Эти пони были храбры вдвойне и доказали это также дважды: сперва, когда отважились не бросить солдат, обезумевших от гибели близких и затеявших самоубийственный поход. А во второй раз – при их паническом бегстве.

Очередной тяжелый вздох. Этот огонь удалось погасить, да и то не до конца, лишь кровью его друзей, пролитых, чтобы он выжил. В тот момент Биг Мак, стоя на краю проклятого леса в окружении таких же трусов и уже не слыша криков оставшихся позади, обещал, что не отбросит их жертву и будет жить если не ради себя, то на благо Понивилля. Многие из бежавших также дали эту клятву. Хотя бы для того, чтобы память о погибших осталась в будущих поколениях.

Макинтош вдруг усмехнулся: и почему им тогда не встретилось ни одной кошки? Десятки жизней были бы спасены, появись перед ними хоть одна из этих мелких тварей и загаси пламя внутри.

Он насмешливо покачал головой, представив себе колонну обвешанных оружием и почти свихнувшихся от жажды крови понивилльцев, с умиленными лицами останавливающихся перед ободранным представителем семейства кошачьих. Обнимашки, сюсюканье и художественное расчесывание гривы копьями прилагаются.

Все-таки этот парень – псих. Нашел себе, понимаешь, огнетушитель. Впрочем, его душевное состояние и раньше было очевидно, однако нужно признать, что Страшила все-таки не настолько повернутый на насилии маньяк, каким его все представляют. После кошкотерапии перед Макинтошем был вполне вменяемый и, откровенно говоря, даже приятный собеседник. Вот только надолго ли хватит этого заряда умиротворенности? Да и можно ли ему доверять?

Искренне сомневаюсь, что природу можно изменить всего лишь один раз пообщавшись с измельчавшим тигром.

— Приветствую вас, мистер Эппл – раздалось откуда-то сбоку – не могли бы вы уделить мне немного своего драгоценного времени?

Биг Мак дернулся и огляделся.

О Луна! Да что ж с ним такое происходит – скоро вообще начнет реальность игнорировать.

— Слушаю вас, мисс главный алхимик – обернулся он к Бэрри.

— Замечательно – она улыбнулась – мне нужна ваша помощь.

— Грубая мужская сила? – поднял брови Биг Мак – или экспертиза?

— Второе, естественно – она легонько похлопала его по корсету.

-
Раздался громкий хруст и сразу за ним – победный клич Колгейт:

— Дорогу дантистам!

Он наконец отвлекл Биг Мака от бессмысленного созерцания. Ассистент успешно вырвала последний на сегодня шип, пусть он и занял у нее втрое больше времени, чем все остальные. Эти странные, чрезвычайно прочные органические образования по большей части пойдут на продажу – ну не умеют понивилльцы их обрабатывать. Жалкая кучка остающихся в городе будет работать как клинья.

Забавно, а почему это ему прежде не приходила в голову мысль об использовании их в качестве оружия? Нет, баллисты-то уже давно частично тварные, но почему бы не прицепить, например, когти в качестве наконечников для копий? Ах да, святотатство.

Ужас, одним словом.

Надо всем рассказать, до чего довел Понивилль этот фигляр Б М Эппл.

Срочно поговорить с кузнецом. Наверняка будут какие-нибудь дополнительные проблемы, а этот энтузиаст как пить дать уже пытался учудить нечто подобное и сможет указать на подводные камни…

— Только посмотрите на него – раздался недовольный голос Бэрри – стоит мне только отойти, как он уже на мою ассистентку заглядывается! Смотри – ведь все Бон-Бон расскажу.

Ему стоило немалых усилий повернуться медленно и задать вопрос спокойно:

— А при чем тут она?

Сиреневая кобылка ехидно улыбнулась:

— Ой, да ни при чем, просто так вспомнила – дабы лишний раз продемонстрировать чистоту своих намерений она развела копытами в стороны – только и ты не забывай, что Колгейт уже не первый год замужем, в отличие от меня.

— Агась, значит Док где-то поблизости – не менее язвительно констатировал заместитель мэра – не покажешь, а то мне надо перекинуться с ним парой слов?

— Можно, после того, как услышу результаты экспертизы – подмигнула ему главный алхимик.

— Справедливо – кивнул Биг Мак и постарался объяснить свои домыслы касательно способов отделения «жира» от «кожи». Так-то Бэрри и сама отлично их знает, но эта тварь почему-то не хотела делится с победителями своими богатствами. У них вечно было что-то новое, пусть обычно и почти незаметное. Чудовища развиваются очень быстро и для эффективного понимания и использования этих изменений требовались совокупные знания всех имеющих с ними дело понивилльцев. Так что наличие здесь Дока наверняка связано не только с настойками. А вот Макинтоша, судя по всему, позвали напрасно.

— Добрый вечер, мистер Эппл – поприветствовал его почти трезвый врач, поднявшись от заваленного обрезками тел стола – я слышал, вам от меня что-то нужно?

— Откровенно говоря, мне просто хотелось сбежать не роняя своего авторитета, сколь бы незначителен он не был – честно признался заместитель мэра – ну а заодно ответить Бэрри той же монетой.

— Не понял – сделал удивленное лицо единорог.

Какое-то время они обменивались недоуменными взглядами, пока доктор наконец не отвернулся. Кажется, он даже порозовел.

— Раз у вас нет ко мне вопросов, то вынужден откланяться – Док обернулся к столу.

— Да нет от чего же, вопросы есть – Стэйбл выжидающе уставился на него – когда свадьба?

Еще одна пауза, только теперь Биг Мак широко улыбался, а его собеседник сильно хмурился. В этот раз первым сдался провокатор.

— Без шуток: рано или поздно, но тебе придется-таки что-то решать – не оборачиваясь, промолвил заместитель мэра – и мой тебе совет: лучше рано, а то потом может быть действительно поздно.

— Голос опыта, не иначе – глухо отозвался единорог – все?

— Нет, раз уж я и так тебя отвлек, то мне надо еще пару вопросов у тебя выяснить – уже нормально произнес красный жеребец – по поводу добычи и раненных…

-
Ладно, в конце концов, вечер прошел не совсем бессмысленно. Хотя, если бы не подкалывал Дока, то удалось бы сделать еще больше. Впрочем, и без того все уже, в принципе, схвачено. Из прямых обязанностей осталась только рутина да еще одна вдохновляющая речь для полного уничтожения внеслужебных отношений на службе. По крайней мере, до следующего раза. На стройке он не нужен, ибо там работы немного и требуются исключительно специалисты. Так что он может со спокойной душой долечиваться – это время, между рейдом за яйцами и сезоном, всегда было чем-то вроде отпуска, который Макинтош обычно проводил за планированием и подготовкой обмундирования и оборудования. Кстати…

— Поздравляю с наступающим праздником! – раздалось снизу и в поле зрения вошел какой-то очень знакомый жеребенок.

Макинтош с трудом удержался, чтобы не скривится или не выдать свой фирменный тяжелый вздох. Все-таки детеныш поздравил его от чистого сердца. Да и «агасем» тут не отделаешься.

— Спасибо – максимально вежливая улыбка.

— Можно сделать вам подарок? – из неведомых глубин на свет явился маленький, по его меркам, но все же довольно симпатичный букетик – я, конечно, понимаю, что еще рано, но если буду держать их до праздника, то они засохнут.

Железная логика.

— А почему ты вообще…я хотел сказать, спасибо, очень приятно – красный жеребец осторожно принял подношение. Глаза малыша аж засветились, а из-за угла донеслось хихиканье.

В голове Биг Мака зашевелилось подозрение.

— Если вам самому они не понадобятся, то вы всегда сможете подарить их вашей «очень особенной пони» — с трудом из-за пробивающегося смеха заявил жеребенок и поспешил доложить своим товарищам об успехе операции.

Он почесал затылок: и что это было?

Видно новое поколение детишек хочет продолжить славную традицию форсирования отношений взрослых. Вот только с кем его пытаются свести на этот раз? Впрочем, ответ, скорее всего, очевиден – слухи ходят уже достаточно давно, а тот факт, что именно она ухаживает за ним в госпитале, наверняка сделал их «официально подтвержденными». Ну что ж, пусть болтают – все равно с этим ничего не сделать. Однако не стоит давать им лишних поводов.

Главный по безопасности испытующе посмотрел на букет. Придраться, вроде бы, не к чему: сделан старательно и со вкусом – видно в заговоре против него участвуют еще и девчонки. Стебли не оборваны, а подрезаны, ленточка приличная. И что мне с ним делать?

Может, подарить начальству? Мэр наверняка будет рада, тем более, что с тех пор, как она стала главой города, все как-то резко перестали видеть в ней кобылку. Во всяком случае, ему так кажется.

Ноги уже было направились в сторону мэрии, когда он вспомнил о чрезвычайно малой вероятности ее нахождения там. Во-первых: уже вечер, ну а во-вторых: его начальница сейчас наверняка бегает по всему городу, чтобы подготовить идеальное празднование. Конечно, нынче это сделать куда легче, чем десять лет назад – народу стало куда меньше, да к тому же он на порядок организованней. Просто склонность к перфекционизму как всегда помешает ей пойти на компромисс, а лучшее, как известно – враг хорошего.

Ладно, оставим все эти проблемы на ее совести. В любом случае получится здорово, а уж насколько не так важно. Правда очень хотелось бы, чтобы мадам мэр вновь приняла личное участие в музыкальном сопровождении – все-таки в последнее время ей не часто удавалось отдавать дань своему призванию, а такой талант никак нельзя зарывать в землю. Пусть даже и не все его понимают.

Может тогда преподнести этот букет Бэрри? Она порадуется, а заодно и Дока подстегнуть. Хотя нет – наш главный алхимик никогда не была особа падка на подобные подарки, а единорог может и обидеться, что чревато. Особенно когда сам лежишь в его госпитале.

Да и вообще, преподносить такие подарки «чьей-то» кобылке не стоит, как минимум из мужской солидарности – сразу пойдут упреки своему жеребцу в стиле «ты мне ничего не даришь, а вот…». Причем даже если нет, то любой приличный представитель сильного пола наверняка все равно ощутит нечто подобное. Значит, Колгейт также отпадает.

Арчер решит, будто я пытаюсь от нее откупится. Или заглаживаю вину. А может напротив – намекаю, чего хочу за свое согласие…

Биг Мак поморщился. Не дай Луна прослыть таким уродом.

Не вариант.

Забавно, какой это оказывается тяжелый труд – найти получателя для цветов. Выбрасывать – глупо, у себя оставить – бессмысленно.

В мозгу выкристаллизовался единственно верный вариант, а в груди появилось ощущение, будто он опять бросается в пролом.

Пусть говорят, что хотят.

-
Кошка злобно посмотрела на него, зашипела и прыгнула в окно. Хозяин комнаты, видимо в данный конкретный момент как раз приманивавший эту неблагодарную скотину, уставился на незваного гостя с почти тем же выражением и что-то пролаял на своем языке. Визит начался явно хуже предыдущего. Хотя в этот раз он, по крайней мере, постучал.

Какое-то время стояло напряженное молчание. Чтобы как-то разрядить обстановку, Биг-Мак сделал очередную глупость – предложил Страшиле цветы. Увы, сразу вручить Бон-Бон букет не удалось – он просто не знал, где она обретается, а бесцельно ходить по госпиталю с этим подарком чревато возможностью быть неверно понятым. Так что в итоге, вместо вполне разумного оставления злосчастных растений в своей комнате, заместитель мэра с чего-то решил сперва зайти на беседу к иностранцу.

Впрочем, вполне вероятно, что сей акт был не таким уж неразумным: взгляд пришельца из откровенно раздраженного стал удивленным, а затем – насмешливым. Новые гавки были уже не столь неприветливо. По звучанию можно было предположить, что он сказал нечто скабрезное, хотя может это просто так показалось. В итоге, иноземец так и не принял дар.

Надо признать: заместитель мэра был ему за это слегка благодарен, так как уже твердо вознамерился преподнести подарок Бон-Бон и посмотреть на ее реакцию.

Однако сначала нужно расставить все точки над «i» с нашим фанатом кошек.

Макинтош вновь без спроса уселся напротив кровати и приступил к диалогу:

— В прошлый раз нам не дали договорить – лучше начать с того, на что он наверняка ответит – так в чем же последняя причина твоей любви к кошкам?

«Собеседник» поднял глаза к потолку, затем снова раздраженно взглянул на гостя, гавкнул пару раз, делал отцепляющие движения и кривился. Короче, демонстрировал то, как Биг Мак его достал. Нормальное поведение Страшилы – видимо кошкотерапия действует все-таки не очень долго. Достаточно скоро он понял, что посетитель без ответов уходить не намерен и задумался.

Наконец пришелец обвел вокруг себя копытом, потом отдельно показал на Биг Мака и видневшегося в окне пегаса, еще раз сделал круг. Выдал зверское лицо, что при его физиономии весьма просто, перевернулся на бок и осуществил рывок будто втыкает себе что-то в спину.

— Ты считаешь, что мы хотим тебе зла? – упавшим голосом поинтересовался главный по безопасности.

Полукивок.

Копыто на него, еще одно «не уверен».

Второе протянулось под первое и подергалось там, затем оба изобразили, как что-то стекает из носа, после чего правое было приложено к голове. Перерыв. Они оба вертятся вдоль головы. Злобный кивок.

Мудреная задача. Он повторял эти движения со все большей деталезованностью, однако ребус все никак не доходил до целевой аудитории. Минут через десять Страшила ругнулся, вырвал из своего куцего хвоста клок и прилепил его к губам, одновременно совершая нечто вроде воинского приветствия.

— Ты имеешь в виду моих подчиненных? – Мкинтош узнал наконец усатого ветерана, а пару мгновений спустя и караванщика, у которого грива была заплетена в косички. В начале похода, ясное дело – потом было уже не до этого.

Кивок и новый нож в спину.

— То есть, ты считаешь, будто мои соратники вели себя не по-товарищески – решил он смягчить формулировку, на что получил лишь непонимающих взгляд – ты думаешь, что они бросили тебя, так?

Подбородок к шее, злобная ухмылка и копыто по горлу.

Спокойно, продолжим диалог:

— Но причем тут кошки?

Ноги начали очерчивать какой-то широкий и высокий силуэт, который наверху расходился и переставал быть гладким. Потом были скалящиеся и щелкающие челюсти, изображения ударов, крупные неправильные овалы, странные звуки.

— Ты имеешь в виду лес и тварей, так? – кивок и обхватывание себя за туловище. Имитация дрожи. Затем кручение копыт вокруг висков.

— Ты их боишься?

«Да».

— Честно говоря, было не заметно – решил подольстится заместитель мэра.

Очередная злобная усмешка, внутренний огонь и будто кого-то бьет.

— Итак, кошки? – задал наводящий вопрос Биг Мак, на что получил международное движение «постой».

Копыто на посетителя, на себя, опять-таки универсальное «бла-бла-бла», хотя в его исполнении оно было несколько грубовато.

Знак вопроса, нарисованный в воздухе и пожатие плечами.

Снова указание на свою грудь и попытка обвести здание. Та же загогулина перед собой.

Потом был повтор леса, его подчинённых и ножа в спину, изображения, будто что-то выпадает из головы. Тарелки с остатками ужина. Все сопровождалось знаком вопроса.

Наконец подошли к сути – он начал делать поглаживающие движения и неумело мурчать, показал царапины. После чего принял торжественный вид, показал очередной знак препинания и дважды перечеркнул его.

— То есть, кошек ты ПОНИМАЕШЬ? – догадался Биг Мак – в отличие от всего остального.

Кивок. Кривая усмешка, выжидающий взгляд.

— Ну что ж, рад за тебя – заместитель мэра постарался отогнать излишний в данный момент мысленный образ — на самом деле, пришел я к тебе не только ради этого – очи к потолку и выражение шутовского удивления — мне нужно серьезно с тобой поговорить.

Усталый взгляд исподлобья. Честно говоря, подобное пренебрежение слегка раздражает.