Лунная тень

Молодой единорог по имени Карви Вуд переезжает в Кантерлот, где вступает в тайное общество, борющееся за освобождение принцессы Луны.

Принцесса Селестия Трикси, Великая и Могучая Дерпи Хувз Другие пони ОС - пони

Рассказ "Прогресс: 5.5. Луна и Понивилль: Чаепитие"

Встретившись у Рейнбоу Дэш с Флаттешай, Луна принимает ее приглашение пойти на ланч.

Флаттершай Принцесса Луна Энджел

Самое Заветное Желание

Чего мы хотим больше всего на свете? Любить и быть любимыми своими родными, близкими и друзьями. Особенно остро мы понимаем это тогда, когда волею обстоятельств остаёмся совсем одни или не можем себе позволить ни друзей, ни любимых. Взгляд из-за кулис на бытие тех, кто не единожды благословил и проклял свою вечную жизнь. Тысяча лет попыток Селестии вернуть свою сестру глазами того, чьё желание и мечта сбылись самым причудливым образом.

Принцесса Селестия ОС - пони Человеки Принцесса Миаморе Каденца

Таинственный турист

В Понивилль прибывает новый турист. С виду он ничем не отличается от других. Он почти ни с кем не разговаривает. Но он довольно-таки часто заходит в Сахарный Уголок и общается с Пинки. В чём причина такой симпатии? Что он увидел в ней? И какие ужасы он скрывает за своей внешностью?

Пинки Пай ОС - пони

Лучшая богиня принцессы

О том, что иногда случается с лучшими ученицами принцесс

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия

Божественная «защита» гиперопекающей Селестии

Жить в стране этих пастельных цветов поней не так уж и плохо: чистый, не загаженный выбросами машин и заводов воздух, хорошая еда, красивые пейзажи, дружелюбные жители… Всё бы ничего, если бы не местная правительница, коя втемяшила себе в голову, что просто обязана тебя от всего защитить. Вот только в 99% случаев она пыталась меня защитить от абсолютно безвредных и безопасных вещей. В результате я раз за разом из-за её гиперопёки попадаю в разные смешные и нелепые ситуации…

Принцесса Селестия Человеки

Пиррова победа Трикси.

Трикси победила! Но рада ли она этому? Или еще точнее, рада ли она тому, что привело к победе? Она точно не рада тому, что дороги назад нет.

Принцесса Селестия Трикси, Великая и Могучая Найтмэр Мун

MLP FIM - Унесённые судьбой!

Жизнь обыкновенного двадцати-однолетнего парня Кена Формана, шла своим чередом, как и у всех обыкновенных людей. Однако он и представить себе не мог, что сама судьба крупно изменит его жизнь. Возвращаясь ночью к себе домой, с ним случилось что-то, о чём он и сам не может вспомнить. Но когда он очнулся, то с ужасом и удивлением обнаружил, что теперь он больше не человек. Каким-то образом, он превратился в высокого земного пони и оказался в глубине неизвестного ему леса. И он даже не подозревает о том, что вскоре его затянет в водоворот невероятных событий и приключений, которые полностью изменят его жизнь. Примечание автора: Перво-наперво мне бы хотелось заранее предупредить вас читатели о том, что сам я как такого не являюсь фанатом данной вселенной, но так же и не являюсь её ненавистником. Этот фанф, моя самая первая работа по вселенной My Little Pony: Friendship Is Magic, а потому прошу, пожалуйста, не судить меня строго если я упустил какие-нибудь детали относительно данной франшизы.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Зекора Другие пони ОС - пони

На рельсе

Во всём виновата Судьба! Я ничего не мог и не могу изменить. Год назад в парке на меня напали, тогда всё и началось, а сейчас я в эквестрии.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Другие пони Человеки

Ветреный день

Анон находит самый волшебный воздушный шарик во всей Эквестрии.

ОС - пони Человеки

Автор рисунка: MurDareik
Глава 16

Глава 17

Ральф кубарем вылетел в какое-то тесное помещение, разорвав чехол, покрывавший зеркало. Рядом вывалились Кребс и Ригель, все еще сжимавшие оружие.

— Черт побери, куда мы попали? — шепотом поинтересовался обер-фельдфебель.

— Это похоже на кузов грузовика, — так же шепотом отозвался Ригель. — Только не понимаю, что это значит…

— Это значит, что нам удалось! — обрадовал товарищей радист. — Мы вернулись в наш мир за день до того, как его покинули!

— Но ведь ты говорил, что нужна энергия! — удивился Руперт.

— Взрыв и дал нам эту энергию! — объяснил Штокман. — Дурень Роланд хотел убить нас, а вместо этого здорово помог.

— И сам сдох, надеюсь, — добавил Ригель.

— Значит, мы сейчас на базе, откуда выедет Вальц, перед тем, как его грузовик сломается и он встретит нас. Так? — спросил Кребс. — Голову сломать можно.

— Все правильно. Только сейчас полночь того дня, когда мы поехали взрывать мост. То есть ноль часов, ноль минут. Так было легче настроить время.

— Тогда надо выбираться отсюда! — заявил Ригель. — Не хочу, чтобы СС поймали нас в своем хозяйстве. Эти шлепнут и не посмотрят, что мы свои!

— Согласен, давайте аккуратно вылезать отсюда, — предложил Руперт, выглядывая наружу.

Грузовик стоял во дворе, огороженном высоким кирпичным забором. Ворота, бывшие неподалеку, были распахнуты, но до них нужно было дойти, пройдя через открытый двор. К тому же, около машины с грузом, подготовленной к поездке, наверняка должен был стоять часовой. Он, как оказалось, присутствовал. Солдат беззастенчиво дрых, прислонившись к грузовику.

— И это Ваффен СС! Элита наших войск! — угрюмо проворчал Ригель.

— Пускай спит! Сейчас нам это на руку, — сказал Штокман.

— Хватит болтать! Берем ноги в руки и валим отсюда! — зашипел обер-фельдфебель. — Этот соня мог быть не единственным часовым здесь! Манфред, что ты там застрял?

— Сейчас, командир! Одну минуту, — прошептал обер-ефрейтор, откручивая крышку топливного бака грузовика. — Вальц говорил, что их транспорт сломался из-за диверсии. Значит, будет ему диверсия! — он достал из кармана большой кулек и высыпал его содержимое в бензобак, после чего закрутил крышку обратно.

— Что это было? — поинтересовался Штокман.

— Сахар! — криво улыбнулся обер-ефрейтор. — Я спер его на вечеринке. У этой розовой оторвы, которая, надеюсь, взлетела на воздух вместе с Хубером, было припасено множество сладостей. Сам не знаю, зачем взял, но вот, пригодился!

— Ладно, пошли уже! — поторопил товарищей Кребс.

Перед воротами в небольшой караулке обнаружился еще один крепко спящий часовой. Все это было странно, но солдаты решили не заморачиваться насчет падения дисциплины в войсках СС, и, выйдя за ворота, скрылись в небольшом лесу, ибо, дом, как выяснилось, стоял уединенно.


Роланд смотрел на Солнце. Ему казалось, что оно приближается. Оно становилось все ярче и, казалось, обволакивало его своим теплом.

«Так вот ты какая, смерть...» — подумал сапер. Внезапно что-то изменилось. Что-то заставило его дернуться и открыть глаза. Боли не было.

— Он очнулся! — радостно прокричал над головой знакомый голос.

— Что произошло? — спросил человек и попытался подняться на ноги, однако ничего не получилось. Пришлось лежать на спине. Внезапно в поле зрения появился большой белый аликорн в золотой короне.

— Возрадуйся, герой! Вижу, что успела вовремя! — услышал сапер мелодичный женский голос, содержащий, однако, изрядную долю пафоса. — Я, как истинная и милосердная правительница, просто обязана была это сделать после той жертвы, которую ты принес ради всех нас. К сожалению, твое старое тело... восстановлению не подлежало. Так что сейчас свершилось нечто, чего ранее не делала даже я! — аликорн приняла горделивую позу и оглядела присутствующих. — Волей моей, наш друг теперь снова цел и невредим! Теперь попробуй встать снова! — Роланд повернулся и встал на четвереньки. Эта поза показалась ему очень удобной. — А теперь, посмотри на себя, — произнесла аликорн, создавая перед рядовым магическое зеркало.

Роланд посмотрел туда и смог издать только сдавленный вздох. Из зеркала на него смотрел единорог с телом цвета фельдграу и черной гривой. Он удивленно посмотрел на спасительницу.

— В благодарность за твой самоотверженный поступок, — проверив, что взоры окружающих направлены на нее, провозгласила она. — Я даровала тебе это замечательное тело взамен твоего предыдущего, нескладного и диспропорционального. Наслаждайся же теперь жизнью в Эквестрии!

— Круто! Теперь ты один из нас! — крикнула зависшая в воздухе рядом Рэйнбоу Дэш.

— Мы так за тебя испугались! — добавила Флаттершай.

— Что с Кребсом и его людьми? — спросил Роланд, вдруг вспомнив последние минуты боя.

— Неизвестно, — ответила Твайлайт. — По крайней мере, здесь от них не осталось ни кусочка.

— Значит, я их уничтожил, — вздохнул Хубер. — А ведь, все-таки, они были моими согражданами...

— Они получили заслуженную кару за свои прегрешения! — ответила аликорн, устремив взгляд за горизонт. — И так будет со всяким, кто посягнет на наши благословенные земли! Так что отбрось сомненья, мой новый подданный. Ты поступил правильно...

— Что же, я теперь всегда буду такой? — продолжая глядеть на свое отражение, спросил сапер.

— Можешь не переживать, — снисходительно кивнула старшая принцесса. — Это тело ты заслужил. Можешь забыть свое старое, уродливое, к тому же смертельно раненое тело, как страшный сон!

— Спасибо вам, принцесса. Я постараюсь принести пользу этому миру, — выдавил из себя Роланд. Подруги пони окружили его и наперебой принялись поздравлять, но рядовой лишь вымученно улыбался в ответ.


Селестия оглядела окрестности портала, посмотрела на воронку, оставшуюся в земле, на ликующих подданных и уже хотела телепортироваться во дворец, чтобы вернуться к черствеющей без нее выпечке, как ее отвлекла Твайлайт.

— Что мы теперь будем делать с порталом? — спросила она. — Есть вероятность, что Кребс и остальные сбежали, тогда нам следует ждать нападения!

— Не волнуйся, Твайлайт, — ответила правительница. — Даже если они и сбежали, в чем я лично сомневаюсь, то нам ничего не грозит! Я уже поручила своей сестре взять на себя ответственность по охране портала и недопущению проникновения к нам гостей с той стороны. Это дело ей как раз по силам. А вы можете отдыхать, после всего, что здесь случилось!

— Но как же так получилось, что Элементы Гармонии не смогли справиться с людьми? — с истеричными нотками в голосе поинтересовалась младшая принцесса.

— Это может показаться невероятным, Твайлайт! — произнесла Селестия. — Но у них тоже были Элементы!

— Но как это произошло?! — казалось, изумлению фиолетовой аликорна нет предела.

— Ты помнишь шесть составляющих Гармонии, которые олицетворяет каждая из вас? — покровительственно улыбнувшись, проговорила старшая принцесса.

— Конечно! Щедрость, смех, доброта, честность, верность и магия! — отчеканила фиолетовая аликорн.

— Так вот. Вы столкнулись с элементами, олицетворявшими дисгармонию, творящуюся в мире людей и отраженную в их душах! — пафосно заявила правительница Эквестрии. — Вам противостояли жадность и уныние Ригеля, злоба и ложь Кребса, предательство и неверие Штокмана. И, к сожалению, они были столь сильны, что ваши элементы оказались бессильны! К счастью для людей, еще не все потеряно. Это доказал Роланд, пожертвовавший жизнью ради спасения Эквестрии.

— О, принцесса! — просияла Твайлайт. — Как же я сама этого не поняла!?

— Надеюсь, ты извлекла урок из этих событий? — вздохнув, произнесла белый аликорн.

— Конечно! Мы все сегодня поняли…

— Послушай, Твайлайт! — перебила бывшую ученицу Селестия. — Я ценю твою самоотдачу, но сейчас у меня совсем нет времени! Давай, ты отправишь мне это письмом, как ты обычно делаешь. У меня есть очень важные дела… А теперь ступай! Вам с подругами нужно позаботиться о моем новом подданном.

Твайлайт унеслась к остальным, а Селестия еще раз взглянула на ученицу и ее друзей и перенеслась в свой кабинет. Развалившись в кресле, она пододвинула к себе большое блюдо с выпечкой и чайный сервиз. Перекусив одним рогаликом и запив его первосортным чаем, она отставила чашку. Перед правительницей в желтой вспышке возникла маленькая, заляпанная свежей кровью, коричневая книжица с растопырившим крылья орлом на обложке. Открыв ее, принцесса посмотрела на довольно улыбавшегося с фотографии на первой странице Роланда Хубера. Переведя взгляд правее, она взглянула на последнюю дату, проставленную в солдатской книжке сапера.

— Менее четырех лет... — произнесла аликорн. — Все сходится...


Манфред наблюдал за дорогой, по которой вот-вот должен был пронестись их броневик. Солдаты удачно переждали день в лесу, хоть и немного продрогли. Благо, они еще в мире пони заранее оделись в зимнее обмундирование, которое не носили там из-за жары. И вот, сейчас они затаились неподалеку от участка дороги, где должна была случиться авария. Тогда они не видели ничего из бронетранспортера, только Кребс примерно назвал место, где по ним начал стрелять штурмовик.

— Скажи, Ральф, — обратился обер-фельдфебель к радисту. — Как ты смог разобраться со всей этой полумагической-полумистической дрянью? С порталом, его настройкой, с управляющими элементами и с противодействием радужной атаке? В книжонке «Аненербе» ты не мог прочитать про все это.

— Я не уверен, — замялся рядовой. — Все это неожиданно всплывало в моем мозгу в нужный момент! А сейчас я даже не помню, что именно делал! И я понятия не имею, кто запихнул мне все это в голову!

— Есть у меня на примете кое-кто, — задумчиво проговорил Кребс. — Вот только зачем она это делала?

— Едут! — прервал беседу Манфред. И действительно. Броневик, выглядевший со стороны несколько необычно с зеркалом сверху, вылетел из-за поворота на большой скорости. Вот послышался гул моторов «мясорубок» и два штурмовика пронеслись над дорогой. Далее солдаты наблюдали всю картину крушения и действия Люббе. Когда старший стрелок скрылся из виду, они подобрались к бронетранспортеру. В нем обнаружились два свежих покойника и разбитое вдребезги зеркало.

— Что ж. Эта гадость уничтожена! А говнюки, втравившие нас во всю эту историю, получили по заслугам. Хотя я бы с удовольствием пристрелил этого эсэсовского щеголя! — сказал Манфред.

— Но мы не умеем оживлять людей, поэтому предлагаю догнать Люббе и вместе направиться в расположение, — ответил Кребс. — А то еще красные заявятся...

— Эти кольца нам больше не понадобятся, — заявил Штокман. — Зеркало разбито и проход в другой мир исчез и больше никогда не заработает. А они только будут напоминать мне о не самых приятных моментах жизни. Предлагаю бросить их здесь, — сказал он и кинул оба своих кольца в снег.

— Правильно, рядовой! — согласился Руперт. — Надо избавиться от всей этой дряни! Избавиться, чтобы больше не вспоминать про эти четыре дня в зазеркалье! — еще два кольца полетели на дорогу. Ригель молча бросил свои элементы под ноги. Бойцы встали и направились догонять старшего стрелка.


Ян шел и думал о произошедшем. Таинственное исчезновение четырех человек не шло у него из головы. Внезапно кто-то окликнул его сзади. Обернувшись, солдат с удивлением увидел спешащих за ним Кребса, Ригеля и Штокмана.

— Камрады! Откуда вы взялись и что с вами произошло? Куда вы исчезли из кузова? — задал он подошедшим назревшие вопросы.

— Представляешь, Ян. Это зеркало переместило нас! — ответил Кребс, чем немало удивил Люббе. — Мы оказались в пятидесяти метрах от дороги! Пока выбрались, пока поняли, что случилось, ты вон уже куда успел уйти.

— Так вот про что болтал этот невротик! — развеселился Ян. — Порталы какие-то, эксперименты… Пятьдесят метров! Подумать только, до чего техника дошла! Но это вы еще легко отделались! Хорошо, что вас в другой мир не зашвырнуло, вот это был бы залет, так залет!

— Действительно, хорошо, — натянуто улыбнулся Штокман.

— А где тогда Хубер? — заинтересовался старший стрелок.

— Мы не знаем где он сейчас и жив ли вообще, — угрюмо сказал Ригель.

— А тебе, Манфред, лишь бы бурчать, — подколол его Ян. — Радуйся, что сам не оказался на его месте! Думаю, командованию говорить об этом не стоит.

— Нет, конечно! Саперы геройски погибли, выполняя задание, — согласился Кребс. — Ладно уже, пойдемте. Нам еще до расположения добираться…


Четверо солдат торопливо удалялись от разбитого броневика и не замечали, что за ними наблюдает пара больших бирюзовых глаз.

 — Ну что ж, люди, идите! Вы полностью оправдали мои ожидания. И теперь не представляете никакого интереса для меня, — тихо сказала Луна, смотря им вслед. Когда они скрылись из виду, принцесса ночи перенеслась к броневику и телекинезом подняла шесть колец, выброшенных людьми. Вместе с ними она переместилась в подземную карстовую полость, лишенную выхода на поверхность и укрепленную чарами принцессы. Там, поблескивая в свете заклинания Луны, отражающей поверхностью, стояло зеркало. Принцесса была довольна. Ее план сработал почти идеально и теперь под ее единоличным контролем находился межмировой портал. Луна вспомнила предшествующие события.

После первой встречи с людьми во сне она действительно была шокирована и рассказала все сестре. К счастью та, как обычно в последнее время, свалила все дела на нее и Твайлайт. Однако пообщавшись с Хубером и Кребсом и узнав о том, как люди попали в Эквестрию, Луна поняла, какие возможности могут перед ней открыться.

План оформился сам собой. Уже давно младшая правительница Эквестрии не докладывала сестре, погрязшей в самолюбовании и лени, о части своих исследований. Никто не знал, что она единственная владела знаниями о настройке порталов и работе с элементами. Люди нужны были только для активации управляющих амулетов. Дальнейшее было делом техники.

Предоставление солдатам знания языка не стало проблемой для аликорна. При этом в голову радиста она запихнула еще кое-какие нужные знания. Действия бойцов также просчитывались почти со стопроцентной вероятностью. Дальше оставалось только спровоцировать Твайлайт на атаку, чтобы напитать портал энергией. Тут, конечно, не все прошло гладко, ибо она полагала, что переход впитает энергию атаки Элементов Гармонии. Но в итоге портал, поглотив энергию взрыва, насытился даже сильнее, чем предполагала принцесса ночи. Глупый Штокман, сам того не зная, настроил переход так, что Луна, нырнувшая в него первой, появилась в мире людей на час раньше троицы возвращенцев.

Туманом пройдя сквозь чехол зеркала, она материализовалась внутри крытой повозки. Вопреки ожиданиям, магический фон был удовлетворительным. Отсутствовали только следы применений заклинаний, значит, магов здесь не было. Аликорн легко усыпила двух людей, дежуривших во дворе и, взлетев на стену, стала ждать Кребса и компанию. После этого она проследовала за людьми, пошедшими, как и предполагалось, на место будущей аварии. Выхватить телекинезом из терпящей крушение машины зеркало-портал, после того, как в него провалились люди и вещи, и поставить на его место похожее зеркало, взятое из покинутого дома неподалеку, было не так просто, но принцессе приходилось решать и более сложные задачи. После этого она продолжила наблюдать за людьми. Ее интересовали управляющие элементы, активированные ими. Солдаты и здесь повели себя предсказуемо, избавившись от артефактов. Аликорну оставалось только их подобрать.

Луна посмотрела на зеркало и на кольца, поддерживаемые заклинанием телекинеза. Портал набрал энергии, которой хватит еще на несколько перемещений во времени. Ей даже не придется самой подпитывать его, хотя это было бы для нее несложно. Но пока она не собирается обратно. Штокман ошибался, считая, что настройка портала возможна только с одной стороны. Она всегда сможет переместиться в вечер того дня, утром которого она покинула Эквестрию, а до этого времени о ней никто и не вспомнит. Аликорн не беспокоилась за сохранность пьедестала возле развалин замка. Ведь она сама предложила сестре взять всю ответственность за его охрану на себя. Естественно, Селестия с радостью перекинула эту заботу на крылья сестры.

Луна открыла пространственный карман, в котором ранее держала зеркало, и убрала в него элементы. Расставаться с ними она не собиралась. После этого принцесса ночи перенеслась на поверхность, где уже стемнело, и поднялась в воздух. С высоты птичьего полета она смотрела на лежавший внизу мир. На освещенную вспышками ракет и трассеров линию фронта, не затихавшую даже ночью, на многомиллионные муравейники городов, застывших в тревожном ожидании, на группу летающих машин, доставляющих чью-то смерть во мраке ночного неба. Этот мир был несказанно интересен. Он таил в себе новые знания и возможности, которые можно будет использовать по возвращении домой. Луна была здесь единственным существом, способным к высшей магии, и поэтому чувствовала себя спокойно. И самое главное — в этом мире не было Селестии. Этой напыщенной, самодовольной, застывшей в своем непомерно раздутом величии вершительницы судеб Эквестрии. Здесь Луна была свободна. И она смеялась. Искренне и счастливо. Впервые за более чем тысячу лет.