После вечности

Луна обнаруживает громадное древнее создание, приближающееся к Эквису. Когда она и Селестия отправляются ему навстречу, им удаётся взглянуть на рассвет и вечный закат своей вселенной.

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони

Тень дружбы

А, что если кумир Твайлайт, Старсвирл "Бородатый" все еще жив?! Какими знаниями он наделит юную принцессу и какой выбор предподчет сделать носительница элемента магии? Дружба или знания? Свет или тьма?!

Твайлайт Спаркл Другие пони ОС - пони Дискорд

Дружба на все времена

Эквестрия - процветающий край гармонии и дружбы. Но всегда ли было так? Твайлайт Спаркл, талантливой волшебнице и ученице самой Селестии, предстоит познать это на себе, причем в достаточно неожиданной компании...

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Дерпи Хувз Лира ОС - пони Доктор Хувз

Луна хватает "яблоки"

Наступила вторая Ночь Кошмаров для принцессы Луны, и она специально подготовилась, чтобы победить в игре, которая в прошлый раз ей понравилась больше всего: хватание яблок из воды! Принцесса упорно тренировалась, и теперь готова оторваться по полной. К сожалению, она слегка недопоняла правила этой забавы, что поставило её в весьма неудобное положение… Внимание, присутствует ворофилия, правда, в лёгкой форме!

Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Принцесса Луна

Дружба это оптимум: Вверх по спирали

Я люблю сидеть в дома и играть. И я люблю My Little Pony. Поэтому, когда вышла MMO по MLP, конечно, я захотел поиграть в неё. Но это больше, чем игра. Это новый взгляд на жизнь.

Принцесса Селестия ОС - пони Человеки

Fallout:Equestria: Виват, Литтлпип!

С разрешения Kkat. ...Давным-давно, в волшебной стране Эквестрии... Выпущенное зебрами пламя мегазаклятий почти полностью уничтожило расу пони. Лишь через двести лет юная кобылка, вышедшая из Стойла Два, смогла объединить вокруг себя тех, кому суждено было стать новыми Хранителями Элементов Гармонии - и изменить жестокую и кровавую Эквестринскую Пустошь. Но ничего ещё не закончилось, потому что Литтлпип предстоит новое испытание. И судьба страны пони снова оказывается на кончике её рога...

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Найтмэр Мун

Мечта Скуталу

Теперь она - легенда.

Рэйнбоу Дэш Скуталу

Ни в коем случае, не при каких условиях, даже под угрозой собственной смерти не вздумайте расстраивать Твайлайт Спаркл

Твайлайт потеряла работу, над которой трудилась последние пол года, подозревая Пинки в розыгрыше единорожка выходит из себя нанося окружающим любовь и дружбомагию.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Пинки Пай Спайк Другие пони

Свергнуть Принцессу

Тот факт, что две сестры провели Эквестрию через тысячи лет мира еще не означает, что нет тех, кто считает, что может лучше С помощью мощного артефакта группа ополченцев заблокировала Селестию в своем замке и лишила ее власти. Как только пал последний стражник, она слышит стук в тронный зал и чувствует, что ее конец близок...

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони

Буря

Голод. Слабость охватывала её тело, с каждым новым часом вытягивая жизнь. Тихо шипели динамики, играя таинственную колыбель, смысл слов которой ускользал от угасающего сознания. Холодные блики далёких галактик манили к себе...

Автор рисунка: MurDareik
Глава 6 Глава 8

Глава 7

Твайлайт всегда старалась выполнять поручения Селестии как можно более быстро и качественно. А последнее еще и было настолько интересным, что аликорн буквально пропадала в кантерлотском архиве. Она не только полностью изучила и разобрала план заклинания, убедившись в его абсолютной верности, но и постаралась найти больше информации, так или иначе связанной с порталами. Правда, в этом деле она продвинулась не так далеко, как ей этого хотелось бы.

Поглощенная работой, младшая принцесса, как это часто с ней бывало, совершенно не реагировала на происходящее вокруг. Поэтому появление Луны оказалось для нее сюрпризом.

 — Твайлайт, я уже минут пять пытаюсь привлечь твое внимание, — с некоторым недовольством произнесла принцесса ночи.

 — О, Луна! — встрепенулась фиолетовый аликорн. — Прости, я слишком задумалась. Понимаешь, я занимаюсь тут одним заданием, которое дала мне Селестия…

 — Да, я знаю об этом, — кивнула Луна.

 — Поэтому мне очень не хотелось бы отвлекаться, — продолжила младшая принцесса. — Но ты ведь что-то от меня хотела?

 — Твое рвение очень похвально, — произнесла темно-синяя аликорн с легкой улыбкой. — Я вижу, что тебе не хочется отрываться от этого дела. Но я хочу обсудить с тобой кое-что, связанное именно с этой темой.

 — Так это же превосходно! — Твайлайт обрадовалась, поняв, куда клонит Луна. — Рассказывай! Я с удовольствием выслушаю тебя и расскажу, что уже узнала сама!

 — Не спеши, — одернула ее принцесса ночи. — Давай поговорим в моих покоях! — тут же она перенесла их обеих в указанное помещение. — Вот так лучше, тут нас никто лишний не услышит, — прокомментировала она. — Ну, ты располагайся. Уж извини, торт, как моя старшая сестра, не предлагаю…

 — Это даже хорошо, — ответила фиолетовая аликорн, устраиваясь в кресле. — Я сейчас не голодна. Давай уже, рассказывай!

 — А начну я, пожалуй, вот с чего, — произнесла Луна. — Я помню твой рассказ о мире, в который сбежала Сансет Шиммер. И о существах, его населяющих. Скажи, ты уже что-нибудь узнала об этих порталах между мирами? Сколько их, как они работают, куда ведут?

 — Не особо-то и много, — неохотно призналась Твайлайт. — Удалось узнать, что зеркало всегда имеет пару, так сказать, немобильную. То есть, если у нас есть зеркало, которое легко можно перенести с места на место, то на том конце перехода рабочая поверхность должна быть стационарной. Я не смогла понять объяснение, так как там была ссылка на некую «неопределенность Гейзенберга», а информации об этом заклинании я не нашла. Так же переход связывает только два мира. Перенастроить его, похоже, нельзя. И должна существовать обратная пара. То есть где-то у нас должна быть стационарная рабочая поверхность, а в мире Сансет Шиммер — мобильная, например, тоже зеркало.

 — Ну, это совсем неплохие результаты, — приободрила собеседницу Луна.

 — А почему ты заинтересовалась этой тематикой? — спросила младшая принцесса.

 — Понимаешь, я считаю, что одно или даже несколько существ из того мира находятся в Эквестрии, — ответила темно-синяя аликорн. — Предваряя твои вопросы, я поясню. Одно из этих существ я вычислила по кошмару, который его преследовал…

 — Значит, заклинание сработало на открытие портала! — воскликнула Твайлайт. — Теперь, после твоих слов, у меня пропали последние сомнения!

 — Но есть кое-какие важные подробности, если ты позволишь мне продолжить, — недовольно покосилась на прервавшую ее собеседницу принцесса ночи. — Во сне эти существа выглядели очень похоже на твои описания. Единственное исключение, кожа у всех была одного цвета, насколько я разглядела.

 — Ну, это несущественно, — вставила реплику фиолетовая аликорн. — Может быть, тебе случайно попались похожие особи.

 — Возможно, — согласилась Луна. — Но есть еще кое-что. Сон этот был очень агрессивен и я предполагаю, что он был вызван, в том числе и внешними факторами. Я думаю, что на спавшего повлияло не только его эмоциональное состояние, но и его местонахождение!

 — То есть ты можешь дать мне подсказку, где искать этого путешественника между мирами? — Твайлайт подскочила на кресле. — Что же ты сразу не сказала?! Это же дает нам наводку и на портал! Ну, и сам этот путешественник очень интересен! Я не так долго пробыла в ином мире, как мне бы хотелось. А ведь там было немало диковинок!

 — Я бы на твоем месте так не спешила… — остановила разошедшуюся собеседницу Луна.

 — Но почему? — удивилась младшая принцесса. — В том мире, куда я ходила через портал в Кристальной Империи, я быстро нашла общий язык с тамошними обитателями. К тому же, гостю нашего мира может потребоваться помощь!

 — Существо, про которое мы говорим, могло прибыть вовсе не из того мира, где была ты! — объяснила принцесса ночи. — Кроме того, оно может быть не одно. И почему ты не думаешь, что оно может быть опасно??

 — Из своего опыта, — парировала Твайлайт. — Я могу судить, что в другом мире выходцы из Эквестрии представляли большую опасность, нежели местные жители.

 — Хорошо, — вздохнула темно-синяя аликорн. — К твоему сведению, я уже поговорила с Селестией и она решила предоставить и тебе эту информацию… У меня есть основания подозревать, что тот, чей сон я наблюдала, находится в Вечнодиком лесу.

 — Это просто отлично! — возликовала младшая принцесса. — Даже не нужно никуда далеко отправляться! Я сейчас же полечу в Понивилль и начну поиски! — она вскочила и направилась к выходу. — Спасибо за информацию и всего хорошего!

 — Не забывай, про мои предупреждения! — сказала напоследок принцесса ночи, но ее слова отскочили от захлопнувшейся двери.

Луна посмотрела вслед умчавшейся Твайлайт. У нее все еще оставались сомнения о целесообразности привлечения младшей принцессы ко всей этой истории.

 — Сама-то Селестия даже и не подумала поднять с трона свой круп! — пробормотала темно-синяя аликорн. — Как всегда, послала Твайлайт разбираться. Впрочем, посмотрим, что та сможет найти… А в сон этого существа я еще наведаюсь!


Манфред сидел возле выхода из зала и грустил. Командир ушел на разведку, прихватив с собой сапера, а обер-ефрейтора оставил старшим. Он быстро озадачил радиста, приказав тому перебирать бумаги.

Ригель достал сигарету из помятой пачки. Щелкнув зажигалкой, он с удовольствием затянулся. Солдат видел, как мучился без курева Руперт, но делиться не собирался. Ибо запас нужно было иметь свой! А у него самого осталось всего пять штук. Так что обер-ефрейтор предпочел закурить сейчас, когда Кребс отсутствовал.

Судя по всему, они здесь застряли. Он уже подходил к памятнику и нажимал на разные завитушки, обрамлявшие зеркальную поверхность, но никакого эффекта не добился.

«Если наш броневик перевернулся, то зеркалу наверняка досталось...» — угрюмо размышлял Ригель теперь. — «Еще не известно, осталось ли оно работоспособно. А может, для его срабатывания нужны особые условия? Или переход активируется только со стороны зеркала? Что-то мне подсказывает, что Люббе вряд ли будет проводить там эксперименты».

Перебирая в голове невеселые мысли и периодически затягиваясь, он смотрел на небо. С края вытянутой поляны, на которой он находился, был виден кусок неба над лесом. Неожиданно обер-ефрейтор увидел в небе точку, которая делала петли и еще какие-то выкрутасы. Вот она совершила очередной маневр и скрылась из виду.

«Неужели самолет?» — удивился Манфред. — «Но я не слышал звука двигателя. Да и с такого расстояния трудно определить размер объекта. Может, это была очень крупная птица. Какой-нибудь специфический австралийский подвид, охотящийся только на кенгуру».

Внезапно неспешное течение мыслей Ригеля прервал звук выстрела.

 — Вы слышали это, герр обер-ефрейтор? — послышался изнутри голос Штокмана. — Стреляли, кажется!

 — Тебе не кажется, действительно стреляли, — ответил Манфред, разом растеряв всю апатию. — Два выстрела подряд. Значит, это самозарядка Кребса, либо они с Хубером выстрелили почти одновременно. Ох, не нравится мне это! Командир не стал бы стрелять без крайней нужды!

 — Но они больше не стреляют, значит, быстро разобрались, — высказал предположение радист.

 — Или их прирезали, прежде чем они успели выстрелить еще! — парировал Ригель, тревожно посматривая в направлении, куда ранее ушли Кребс и Хубер.

 — А может, они решили подстрелить на обед дичь? — предложил менее плохой вариант Ральф.

 — И просто так переполошить всю округу? — скептически протянул Ригель. — Нет, пока консервов хватает, а вокруг неизвестность, Руперт не стал бы охотиться.

 — Так что будем делать? — рассеянно поинтересовался радист.

 — Бери карабин, готовься к стрельбе, — дал указание обер-ефрейтор. — Сидим в развалинах и ждем возвращения командира и сапера. Если к концу дня они не вернутся, бросаем все, кроме оружия и припасов, и делаем отсюда ноги. Если их взяли живьем, они уже поют о нашем лагере.

Однако спустя полтора часа беспокойного ожидания самые худшие подозрения Манфреда не подтвердились. На поляну вышли Кребс и Хубер. Причем, обер-фельдфебель держал в руках винтовку, а рядовой тащил на плечах что-то желтое.

 — Манфред, иди сюда! — закричал Руперт через поляну. — И радиста тоже захвати.

Подойдя, Ригель разглядел, что туша, которую аккуратно сгрузил на землю сапер, принадлежит большому животному. В глаза сразу бросилась пара крыльев, перемотанных веревкой. Наверное,  именно такое он видел в небе.

 — Ого! Очень похоже на пегаса! — возбужденно заговорил Штокман. — Такие крылатые лошади упоминаются в мифах древних греков…

 — Это все подождет! — заявил Кребс. — Манфред, берите канистру и отправляйтесь за водой. Там возле тропинки будет источник. На полпути найдете еще одну такую тушку, только голубую. Притащите сюда. А ты, не расслабляйся! — обратился он к Хуберу. — Тащи зверя внутрь.

 — Ты, Руперт, однако снайпер! — удивился Ригель. — Двумя выстрелами завалить двух таких здоровых зверей. Хотя погоди, этот что, живой?

 — Живой, живой… — проворчал обер-фельдфебель. — Да и стрелял я вовсе не в них. Тут водятся такие твари, что вот эти от них бегают, как мыши от кошки!

 — И как же вы их поймали? — встрял в разговор Ральф.

 — Это уже не твое дело, рядовой! — рявкнул на него Кребс. — Тебе что было сказано? Иди, принеси сюда канистру, а потом отправляйся с обер-ефрейтором за водой. И держите оружие наготове! Мало ли, что еще бродит в этих зарослях…

 — Так зачем они нам живыми, Руперт? — спросил напоследок Ригель. — Хочешь кушать свежатинку?

 — Пока мы не будем их есть, — ответил Кребс. — У меня на них другие планы, нужно кое-что проверить…

Больше вопросов Манфред задавать не стал, видя, что командир чем-то сильно озабочен. Вместо этого он, прихватив Штокмана, отправился за водой, как и приказал обер-фельдфебель. Не так далеко от лагеря они обнаружили и второго зверя. Он лежал на берегу упомянутого Рупертом ручья и был окрашен еще более экзотично, чем первый. Поскольку тащить волосатую звериную тушу Ригелю совсем не хотелось, то он поручил это рядовому. Сам же он взял наполненную канистру.

 — Они довольно легкие для своих размеров, — проговорил Ральф.

 — Ничего удивительно, — вздохнул Манфред. — Они, похоже, могут летать. А ты посмотри на эти крылышки. Не такие уж они и большие, чтобы оторвать от земли тяжелую тушу.

 — Интересно, от кого они произошли эволюционно? — задумался радист.

 — Да хоть от связи жирафа и утконоса! — угрюмо сказал Ригель. — Загвоздка в том, что на Земле таких животных не водится, а это значит, что мы попали черт знает куда!

Манфреду и Ральфу не понадобилось много времени, чтобы притащить добычу на базу.

 — Командир, что мы собираемся с ними делать? — спросил Ригель у Кребса по возвращении.

 — Хочу проверить этих тварей на разумность, — процедил обер-фельдфебель. — Возможно, это и есть местная разумная жизнь.

 — Что-то слабо верится… — вставил свою фразу Штокман.

 — А ты посмотри на памятник. Они прям один в один, только рога нет, — ответил ему Кребс. — А черт их знает! Может, они рога сбрасывают, как лоси, и сейчас именно такой период или это самки. И к тому же, и я, и Хубер слышали от этой синей твари что-то похожее на человеческую речь перед тем, как я ее оглушил. Они, конечно, могут быть сродни попугаям, на что я очень надеюсь, но тогда надо искать тех, от кого они нахватались слов.

 — И как мы будем их проверять? — поинтересовался Манфред. — Если они напуганы, то могут и отказаться говорить. Да и сомневаюсь я, что они говорят по-немецки.

 — Так, рядовые, — скомандовал Кребс. — Берите этих пегасов, пока будем их называть так, и несите в соседний зал. Там положите их так, чтобы они видели друг друга. Будем незаметно вести наблюдение. Если они разумны, значит, когда они оба очнутся, то заговорят между собой. А там уж мы и определим, человеческая ли это речь, или птичий пересвист.


Флаттершай очнулась, когда ее куда-то несли. Осторожно приоткрыв глаза, она увидела, что тащит ее именно то существо, которое преградило ей дорогу в лесу. Лучше всего, по ее мнению, было бы притвориться, что она еще без сознания, что пегас и сделала, зажмурив глаза. Пока ее несли, она осторожно проверяла себя на наличие повреждений. Вроде бы все было на месте. Только на концах ног и в крыльях чувствовался дискомфорт. Но пегас боялась пошевелиться и тем самым выдать себя.

Неожиданно рядом послышался громкий грубый голос, которым что-то произнесли на незнакомом лающем языке. «Может эти существа — подвид алмазных псов» — рассудила Флаттершай. — «Но те говорят с нами на одном языке…» Голос был рядом, но издавал его явно не тот, кто нес ее. Вдруг, она почувствовала, что ее перехватили и положили на землю. Послышались еще голоса и звуки шагов. Немного приоткрыв глаза, пегас разглядела только ноги двух существ, обутые в грубые сапоги. Чуть сместив взгляд, она поняла, что дискомфорт в ногах вызывала веревка, которой они оказались связаны.

Существа, тем временем, продолжили разговор. Судя по интонациям, первый голос приказывал другим. Ее опять подхватили и понесли, но довольно быстро положили на твердый пол какого-то здания. Флаттершай насчитала три разных голоса, и еще оставался тот, кто ее переносил и пока молчал, лишь устало отдуваясь. Пегас все еще лежала зажмурившись. И это пока работало — ее не трогали. Однако через некоторое время ее опять подхватили и недалеко перенесли. Флаттершай лежала, вся обратившись в слух. Вот рядом с ней прошло одно из существ и, похоже, сгрузило на пол еще что-то. Затем шаги отдалились, послышался удаляющийся разговор и все затихло. Еще немного полежав, пегас открыла глаза.

Она лежала в полутемном пыльном помещении, но оно было ей знакомо. Это был один из внешних залов замка сестер, разрушенного сражавшимися Найтмер Мун и Селестией. Ее пленители, судя по тихому говору и потрескиванию костра, расположились в первом зале. Она перевела взгляд на ноги — они были связаны попарно. Еще одна веревка не давала расправить крылья. Флаттершай посмотрела в другую сторону и удивленно замерла. Недалеко от нее на полу лежала еще одна пони. И, судя по окрасу туловища и гривы, это была Рэйнбоу Дэш — ее подруга! Она была также связана. Желтая пегас тихонько позвала радужную, но та не откликнулась. Даже при плохом освещении на голове у Рэйнбоу была видна большая шишка.

«Что они с ней сделали!?» — с ужасом подумала Флаттершай. От осознания того, что ее подруге плохо, она даже забыла, что сама находится не в лучшем положении. И только веревки, не позволившие ей вскочить и броситься к Рэйнбоу, вернули ее к реальности. И эта реальность не готовила ей ничего хорошего.

Словно подтверждая это, в зал зашел монстр, который встретил ее на дороге. Он удивленно уставился на Флаттершай, а она, в свою очередь, на него. Немая сцена продлилась насколько секунд, прежде чем существо обернулось и что-то крикнуло себе за спину. К нему быстро подошел еще один, выглядевший гораздо увереннее. Он что-то еще сказал, и появился третий.

Он подошел к лежащей без движения Рэйнбоу и навис над ней. Сердце пегаса сжалось от ужаса, когда она представила, что может случиться с ее подругой. Но этот третий лишь вылил на лицо Рэйнбоу воды из странного вида кружки и несколько раз похлопал по щекам. От этих нехитрых процедур та, похоже, пришла в себя, застонала и попыталась перевернуться.


Рэйнбоу казалось, что на нее льется дождь. «Какой может быть дождь? Я же сама управляю погодой!» Но тут еще и ветер начал бить ее по щекам. Этого она уже не могла стерпеть и открыла глаза. Над собой она увидела непонятное розовое пятно, которое постепенно отдалилось и исчезло. Пегас потянулась протереть глаза и обнаружила, что ее движениям что-то мешает. Кое-как проморгавшись, Рэйнбоу обнаружила, что ее ноги связаны, а сама она лежит на каменном полу. Розовое пятно, которое она только что видела, оказалось лицом того самого монстра, с которым она сражалась в лесу. Теперь-то она уже восстановила в памяти всю цепь событий. Непонятно было только, что произошло после того, как она опрокинула монстра. Как попала сюда, пегас не помнила. Взгляд ее скользнул в бок и наткнулся на еще двоих таких же монстров! Или не таких же? Отличия все-таки были, но незначительные. По крайней мере, одеты все были одинаково.

Нет! Терпеть подобное было нельзя. Рэйнбоу рванулась, чтобы взлететь, но обнаружила, что крылья ее связаны тоже. Один из наблюдавших картину что-то сказал остальным, и они рассмеялись. Этот смех вывел Рэйнбоу из себя. Никто не смел над ней смеяться!

 — Если бы не эти веревки, я раскидала бы вас, как мешки с сеном! — прокричала она им. — Развяжите меня и примите честный бой, подлые отродья Дискорда!

 — Рэйнбоу! Слава Селестии, ты жива! — вдруг услышала она рядом с собой голос Флаттершай. Радужная пегас обернулась и увидела лежащую неподалеку подругу, которая также была связана. — Я так испугалась, когда увидела у тебя на голове эту шишку, — продолжила та. — Я звала, а ты не реагировала. Я ведь даже не знаю, что с тобой случилось?

 — Защищала тебя от этих монстров, — ответила Рэйнбоу. — Но они играли нечестно и напали сзади.

 — Но, они не нападали на меня! Я бежала от древесного волка, как вдруг увидела одного из них. Вернее… Я не уверена… — желтая пегас смутилась под взглядом подруги.

В это время трое существ о чем-то между собой переговаривались. Неожиданно одно из них, видимо главное, с резким звуком ударило друг о друга передние конечности, отчего пегасы замолкли и уставились на него. Существо, видимо, этого и добивалось, потому что, поняв, что внимание обращено на него проговорило несколько фраз, явно обращаясь к Рэйнбоу и Флаттершай. Но радужная пегас не разобрала ни единого слова.

 — Ты поняла хоть что-нибудь, Флаттершай? — спросила она подругу.

 — Ни капельки, — ответила та.

Говоривший, между тем, что-то недовольно сказал своим спутникам, после чего опять повернулся к пегасам и повторил свою речь медленно и тщательно выговаривая слова. Однако Рэйнбоу и на этот раз не поняла ничего. Язык был незнакомым, слова отрывистыми, с обилием шипящих.

 — Похоже, они пытаются договориться, — послышался сбоку голос Флаттершай. — Но тогда зачем они связали нас?

 — Если бы не веревки, я бы поговорила с ними по-другому! — продолжила яриться радужная пегас.

Видя, что нужный эффект не достигнут, говоривший разразился недовольной тирадой, потом несколько секунд молчал, будто вспоминая слова, а потом опять обратился к подругам. Уже на другом языке, более мелодичном, но от этого не более понятном. Обнаружив, что и в этот раз остался непонятым, говоривший, похоже, разозлился. Он опять что-то недовольно выпалил, не адресуя никому, а потом подозвал того, кто лил на Рэйнбоу воду. Они немного поговорили между собой, потом говоривший первым опять что-то сказал, а его помощник повторил уже на другом языке, отличавшемся от двух ранее использовавшихся. Но и его наречие оказалось непонятным. Лицо у первого начало краснеть, он что-то резко скомандовал помощнику, и тот не очень уверенно обратился к пегасам еще на одном языке, который также оказался неизвестен подругам.

Увидев, что все их усилия уходят впустую, главный что-то гневно проговорил и покинул помещение. Его помощник последовал за ним. В зале остался только тот, с кем Рэйнбоу сражалась в лесу. Она уже немного научилась различать их лица и видела, что это именно он. Монстр странно посмотрел на пегасов. Немного отодвинулся от Рэйнбоу, которая стала раскачиваться на полу, силясь разорвать веревки, и неожиданно, присел возле испуганно забившейся Флаттершай. Подождав, пока она успокоится и сосредоточится на нем, он плавно направил одну верхнюю конечность себе в грудь и медленно произнес: «Роланд».