Обнимашка

Мужчины не понимают тонких намёков; толстых намёков они тоже не понимают. Женщинам приходится делать всё самостоятельно.

Флаттершай Человеки

Крылья Ночи

Зарисовка по истории фестралов времён, когда племена пони жили раздельно, кратко рассказывающая о их приёмах, традициях и магии. Ответвление Вселенной "Лунной тени".

ОС - пони

Живой щит.

Про брони, защищающего Эквестрию в своих снах.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек

Книга о возможных исходах

Если Твайлайт Спаркл создает легендарное заклинание века… она тут же захочет его уничтожить. “Это слишком опасно”, — скажет она: “Слишком заманчиво. Книга не поможет так как ты думаешь”. Старлайт Глиммер кое-что знает о соблазнах. Она докажет Твайлайт, что это заклинание - эту потрясающую книгу - необходимо сохранить. Эта книга поможет другим пони. Но сперва она должна испытать это заклинание лично.

Твайлайт Спаркл Старлайт Глиммер

Туча в голове

История жизни единорога Северуса, изгоя в классе, который в будущем стал известной личностью в мире пони. (Перезалив. Рассказ стал почти в три раза больше и лучше)

Принцесса Луна Другие пони ОС - пони

В память о днях минувших

Дорогая Принцесса Селестия. Простите, я давно вам не писала. Последнее время всё из копыт валится. Спайк считает, что я должна обратиться к врачу, но...

Твайлайт Спаркл Спайк Принцесса Селестия

Математика разума

Захватить мир куда сложнее, чем кажется. Особенно, если за последние несколько лет желающих было навалом, и притом каждый получил по рукам. Придется найти союзников - и желательно знать про них все - от предыстории до целей. Если же союзников окажется недостаточно, придется искать силу для победы самостоятельно - а вместе с ней можно найти и древние тайны, начиная от сотворения мира и заканчивая неведомыми кукловодами.

Принцесса Селестия Король Сомбра

Обратная сторона медали

Иногда мы просто не знаем всей истории.

Твайлайт Спаркл Трикси, Великая и Могучая

Занимательная генетика

Твайлайт и Мунденсэр счастливо встречаются друг с другом, однако у Найт Лайта есть кое-какая новость на этот счёт.

Твайлайт Спаркл Другие пони

Ночь Согревания Сердец

Молодой жеребец, одинокий и потерявший надежду, не признает Дня Согревания Сердец и отрицает его ценность. Однако в праздничную ночь может произойти чудо, что перевернет его мировоззрение...

Лира ОС - пони

Автор рисунка: Siansaar
Глава 5 Глава 7

Глава 6

После встречи с друзьями Твайлайт и Спайк вышли из библиотеки и направились на железнодорожную станцию. Поезда ещё должны были ходить, официально движение по железным дорогам Эквестрии прекращалось только послезавтра. Различные службы и целые отрасли экономики страны переставали работать одна за другой, словно кто-то выключал их при помощи рубильников. Позавчера вышли последние номера ежедневных газет, в которых сотрудники редакций попрощались со своими читателями, многие магазины не работали уже дней пять.

— Снова ты? Кис-кис-кис! — поприветствовала Твайлайт чёрную кошку, по уже установившемуся обычаю перешедшую ей дорогу. Животное не остановилось, а лишь мяукнуло в ответ, посмотрев на аликорницу точно так же, как в прошлый раз и десятки раз до этого.

— И давно ты разговариваешь с кошками? — спросил Спайк, когда маленькая родственница львов и тигров скрылась в кустах на обочине дороги.

— С этой мы вроде как уже друзья, — ответила Твайлайт.

Аликорница и дракон шли по пустынному городу. Многие пони уже приняли таблетки и теперь тихо лежали в кроватях у себя дома, а те, что были ещё живы, тоже не спешили показываться на улице. Неконтролируемая погода снова портилась, заполонившие небо мрачные тучи, лишь кое-где подсвеченные оранжевыми лучами Вечного Заката, придавали окружающей обстановке ещё больше мрачности. Среди облаков были видны два перевёрнутых вверх тормашками полуразрушенных здания — остатки некогда величественного Клаудсдейла. Хотя до осени было ещё далеко, листья деревьев желтели и высыхали, скручиваясь в коричневые трубочки прямо на ветвях. Повсюду можно было заметить вылезшие из земли шипастые сорняки, которые, не успев появиться, тут же и засохли.

Касса на станции была закрыта, а у дверей вагонов не стояли контролёры, так что Твайлайт и Спайк беспрепятственно и абсолютно безвозмездно разместились в поезде. Других пассажиров в вагоне не было, в последние дни их количество сильно сократилось: большинство пони уже добрались до тех мест, где они хотели встретить конец, а многие его даже уже встретили.

— Посадка завершена! — крикнул машинист, и паровоз, пуская струи пара, начал движение, потянув за собой вагоны.

Почувствовав, что её вот-вот начнёт тошнить, Твайлайт открыла окно для притока свежего воздуха. Сзади вдруг раздалось негромкое вежливое покашливание, заставившее аликорницу и её помощника номер один обернуться. Они увидели коричневого жеребца в чёрном плаще.

— Вы? — удивился Спайк, узнав нежданного попутчика.

— Мистер Гипнос, если не ошибаюсь, — сказала Твайлайт, с трудом преодолевая тошноту.

— Он самый, — улыбнулся жеребец.

— Как вы здесь оказались? — спросил дракончик. — Я не заметил, чтобы в вагон входил кто-то кроме нас.

— Ну, я умею быть незаметным, — ответил Гипнос.

— Что вам нужно? Опять хотите поговорить с принцессой Твайлайт Спаркл? — задала вопрос фиолетовая аликорница.

— Полагаю, теперь мы можем обсуждать ход официального расследования, не опасаясь никаких последствий, — мрачно усмехнулся коричневый пони.

— Да, конечно. Только вот если вы проводите журналистское расследование, то написать о его результатах вам будет негде: последние в истории пони номера газет вышли два дня назад.

— Да и читать, пожалуй, это будет уже некому, — спокойно сказал Гипнос. — Знаете, зачем я тогда приходил к вам в библиотеку? Нет? Я приходил, чтобы посеять в вас кое-какие сомнения. И, судя по всему, у меня это получилось, — жеребец огляделся вокруг. — Я сказал тогда, что ничто не может обладать такой магической силой, чтобы превратить всех пони на планете в аликорнов. И вот результат.

— Я не совсем понимаю, о чём вы, — сказала Твайлайт. — Точнее, совсем не понимаю.

— Ваше понимание и не требуется, — ответил жеребец. — Я думаю, вы и так сделаете всё, как нужно. Я хочу сказать вам кое-что, что пригодится вам в будущем. Постарайтесь это запомнить.

— В будущем — это когда, через минуту? Как вы могли заметить, мы все сейчас весьма ограничены во времени, — каким-то пустым голосом произнесла аликорница.

— Вы — нет, — серьёзно сказал Гипнос. — Да, этот мир обречён, но не вы, вы будете жить дальше, я вам обещаю. Пожалуйста, запомните то, что я вам собираюсь сказать. Это будет несложно.

— Да вы с ума сошли. Может быть, я и принцесса, но в остальном я такая же пони, как и все. И умру так же, как все.

— Да, конечно, — неожиданно согласился жеребец. — Вы встретитесь с семьёй в Кантерлоте и, крепко обнявшись со всеми на прощание, выпьете таблетки. И, несомненно, тут же скончаетесь от яда, содержащегося в них. Пожалуйста, именно так и сделайте. Но я также прошу вас запомнить всего одну фразу, которую я вам сейчас скажу. Так, на всякий случай. Вы же ничего не теряете.

— Ладно, — сдалась Твайлайт, — говорите свою фразу, мистер загадочный пони.

— Вы вошли, а надо было прыгнуть, — негромко сказал Гипнос, наклонившись к уху аликорницы.

— Что? — удивилась она. — И это та самая фраза, которую я должна запомнить?

— Да, — развёл копытами жеребец. — Это всё. Если вы запомнили её, я могу идти. Если не запомнили, могу повторить: вы вошли, а надо было прыгнуть.

— Куда вошли? Куда прыгнуть? — недоумевала фиолетовая кобыла.

— Вы умная пони, и, когда придёт время, вы поймёте, что это значит, — сказал Гипнос. — И ещё кое-что: прыгнуть — это единственный выход из той ситуации, в которой вы скоро окажитесь. А теперь прощайте. Вернее, до свидания.

Жеребец стукнул копытом о копыто и исчез. Не было ни вспышки телепортации, ни малейшего сияния магии. Просто секунду назад он был, а в следующее мгновение пропал, оставив лишь свой чёрный плащ, который, лишившись владельца, упал на пол.

— Что это было? — поражённо пробормотал Спайк.

— Понятия не имею, — не менее поражённо ответила Твайлайт, глядя на оставшееся на полу материальное свидетельство существования пони, который только что с ними говорил. Если бы не плащ, она бы подумала, что это была галлюцинация.

Некоторое время аликорница и дракончик сидели молча. Вскоре поезд начал замедлять ход и наконец остановился на вокзале Кантерлота, не менее пустынном, чем станция в Понивилле. Сойдя с поезда, Твайлайт и Спайк побрели по улицам столицы, уже казавшимся заброшенными. Уборщики не работали, и то тут, то там можно было заметить валяющийся прямо посреди дороги мусор. Кое-где улицы были перекрыты баррикадами, которые сторонники Блюблада соорудили из перевёрнутых повозок и прочего хлама. Самих протестующих уже не было, все гражданские волнения стихли несколько дней назад. На здании государственного театра, где в последние недели собирались адепты какого-то культа, висел наполовину сорванный ветром плакат, гласивший: «Ещё есть время, брат!»

Твайлайт шла в центр города, к белым башням дворца, но, не дойдя до него, повернула на улицу, ведущую к дому её родителей. Встречаться с принцессой Селестией было уже незачем. Фиолетовая пони подумала о том, жива ли ещё правительница Эквестрии. Должно быть, жива: капитан покидает корабль последним. А может, и нет. Наверное, ей слишком тяжело смотреть, как умирает её страна.

Твайлайт подошла к родному крыльцу и уже собиралась постучаться, но вдруг откуда-то сзади послышался слабый кашель. Она оглянулась и увидела маленькое существо, чуть больше кошки, с длинным телом и конечностями от разных животных.

— Дискорд? — охнула она.

Маленький драконикус не смог сразу ответить, продолжая негромко, но мучительно кашлять.

— Сейчас-сейчас, — просипел он, пытаясь справиться с настигшим его приступом. — Я пришёл попрощаться, Твайлайт Спаркл. И извиниться.

— Извиниться? За что? — спросила аликорница.

Дискорд наконец справился с кашлем и смог говорить почти нормально:

— Всю жизнь я только и занимался тем, что тратил магию на глупые фокусы. Шоколадные дожди, облака из сахарной ваты, дороги из мыла… Против меня дважды использовали Элементы Гармонии, а это тоже существенная трата энергии. Если бы не я, этот мир мог бы просуществовать ещё как минимум лет триста, если не больше. Ты-то бы точно успела как следует надружиться со своей весёлой компанией. — Он помолчал, стараясь снова не закашлять. — В общем, прости меня.

— Все мы тратили магию, Дискорд, — ответила Твайлайт, — тут не за что извиняться.

— Спасибо тебе за твои слова, Твайлайт, — успел сказать дух хаоса, прежде чем его свалил очередной приступ кашля. — Ох, мне, как полностью магическому существу, сейчас очень нелегко приходится. — Дискорд схватился за грудь и уменьшился в размерах раза в два, продолжая кашлять. — Прощай, — прохрипел он и исчез.


— Всё было очень вкусно, мама, — сказала Твайлайт, вставая из-за стола и слабо улыбаясь.

— Да ты мне льстишь. Пирог был ужасен, — ответила серая кобыла с белыми бусами на шее. — Трудно приготовить что-то без магии, одними копытами. Я же всю жизнь была единорогом… — она отвернулась и чуть слышно всхлипнула, утирая глаза копытом.

Лицо Твайлайт побелело, и она выбежала из комнаты.

— И давно её тошнит? — спросил синий жеребец, отец аликорницы.

— Нет, это началось, когда мы уже ехали сюда на поезде, — ответил Спайк.

— Что ж, надеюсь, до завтра ей не станет хуже.

Твайлайт вернулась из туалета и устроилась в мягком кресле. Её отец, мать и помощник номер один сели на диван.

— Ну вот, семья почти в сборе, — сказал синий пони. — Жаль, что Шайнинга нет. Но его долг — встретить всё это вместе со своей женой и своим народом, в Кристальной Империи. Вот, Твайлайт, можешь прочитать письмо, что он вчера прислал. Там ещё в конце есть кое-что от Кейденс.

Аликорница взяла протянутую ей бумагу и принялась читать прощальные слова брата и няньки-принцессы, копытом размазывая по лицу выступившие на глазах слёзы.


Отец настоял, чтобы все легли вместе, но в доме не нашлось достаточно широкой кровати, чтобы на ней могли разместиться сразу три взрослых пони и пусть маленький, но всё же дракон, поэтому мать фиолетовой аликорницы постелила на полу два матраса, накрыв их мягким, приятным на ощупь покрывалом. Красные коробочки с лекарством уже были приготовлены и лежали на тумбочке, ожидая своего часа. Твайлайт то и дело поглядывала на часы, неумолимо отсчитывающие минуту за минутой.

Отец принёс бутылку коллекционного сидра и четыре высоких бокала из тонкого стекла. Мать достала таблетки из красных коробок. До назначенного времени оставалось пять минут.

— Спайк, тебе не обязательно делать это, — сказала Твайлайт, повернувшись к дракончику. — Принцесса Селестия говорила, что драконы продержатся ещё довольно долго, возможно даже дольше всех.

— Ты хоть понимаешь, что предложила? — почти со злобой ответил Спайк. — Как я буду жить без тебя? Без всех? И, главное, зачем?

— Прости. Сказала, не подумав. Просто не хотела, чтоб ты думал, будто я заставляю тебя и утаскиваю за собой.

Часы пробили три. Каждый взял по таблетке, отец разлил сидр по бокалам.

— Ну, за нас, — сказал он, запивая ядовитое лекарство.

— За нас, — повторили все, последовав его примеру.

Они легли на покрывало, прижавшись друг к другу. Как только Твайлайт закрыла глаза, солнце, застывшее на западе у линии горизонта, погасло. Мир погрузился во тьму, словно кто-то щёлкнул выключателем.


Чувства медленно возвращались к Твайлайт, она поняла, что лежит не на мягком покрывале, а на какой-то твёрдой и холодной поверхности. Яркий белый свет бил по глазам даже сквозь закрытые веки, но, впрочем, он постепенно слабел, и скоро аликорница смогла открыть их.

Она лежала на каменном полу уже знакомого ей круглого подземного зала. Затейливо переплетённые линии узоров на тёмно-синем покрытии пола светились белым светом, который постепенно угасал.

— Мы на Объекте сто сорок шесть, — пробормотала Твайлайт. — По-прежнему на Объекте сто сорок шесть… — она поражённо оглядывалась вокруг. — Так что, всего этого не было? Всего лишь сон, иллюзия?

— Не было?! Иллюзия?! — вдруг прорычал кто-то совсем рядом.

Твайлайт быстро обернулась и увидела Флаттершай, которая, в отличие от остальных подруг, ещё лежащих на полу, уже поднялась на копыта и стояла, слегка пошатываясь.

— Иллюзия?! — снова повторила жёлтая пони не своим голосом. — Я убила их всех! Собственными копытами дала им всем яд! Кроликам, белкам, мышам, медведям — всем! И теперь выясняется, что это «всего лишь иллюзия»?! Да пошли вы знаете куда с такими иллюзиями!!! — Флаттершай встала на дыбы и с силой ударила пол передними копытами, после чего покачнулась и повалилась на бок, тяжело дыша.

— Эй, что произошло? — спросила Рэйнбоу Дэш, приходя в себя. Она поднесла копыто ко лбу и с удивлением обнаружила, что на её голове нет уже ставшего привычным рога.

Пинки Пай одним прыжком вскочила с пола. Она быстро осмотрелась и, увидев друзей, которые выглядели вполне живыми, улыбнулась от уха до уха. Прямые волосы её гривы в миг снова стали кудрявыми.

— Уиии! Я знала, что загробная жизнь существует! — радостно заверещала розовая земная пони. Она подскакивала то к одной подруге, то к другой, крепко обнимая каждую. — Эй, а где Кейки? И метконосцы? Где Спайк? Где все пони? И почему это мы опять здесь? Не обижайтесь, Богини, но на небеса это место не сильно похоже! — тараторила она, с любопытством знакомясь с окружающей обстановкой.

Тем временем узоры, украшающие каменный пол, снова начали светиться сильнее. Твайлайт почувствовала усиливающуюся слабость.

— Нет! Только не это! Только не снова! — закричала фиолетовая пони. — Бежим! Уходим! — Она поднялась на ноги, но другие, за исключением Пинки, встать всё ещё не могли.

Тогда аликорница зажгла рог и левитировала друзей, с наслаждением ощущая действие своей магии, которую она уже почти успела забыть, пока находилась в иллюзорном мире, где все волшебные силы иссякли. Твайлайт кинулась к единственным дверям зала, преодолевая навалившуюся на неё слабость, подруги следовали за ней, паря в розовых облачках магии. Оказавшись в соседнем помещении и захлопнув за собой дверь, фиолетовая пони осторожно опустила друзей на пол и погасила рог, пытаясь отдышаться.

Они находились в заставленной оборудованием комнате, которая несколько изменилась с тех пор, как они были здесь в последний раз: решётчатые ящики были сдвинуты, некоторые даже упали, закрыв собой и без того неудобно узкие проходы. Лампы под потолком мерцали гораздо слабее, отдельные вообще не светились, зато проводка искрила раза в два больше. Стены помещения во многих местах покрылись трещинами, а на полу лежали осколки стекла, оставшиеся от колб из опрокинутого шкафа. Стол, на котором стояли монитор и клавиатура вычислительной машины, тоже был опрокинут, но монитор ещё работал, на его экране светились ряды цифр вперемешку с сообщениями об ошибках.

Долго здесь находиться тоже было нельзя: даже через закрытую дверь чувствовалось влияние того белого света, которым сиял пол круглого зала. В голове Твайлайт то и дело возникали различные образы, и ей приходилось прикладывать немало усилий, чтобы избавиться от навязчивых видений. Немного переведя дух, аликорница снова схватила подруг телекинезом и потащила их дальше, к винтовой лестнице, по которой можно было выбраться из подземелья.