Equestrian Earth the MMORPG

Твайлайт всегда считала себя хардкорным игроком, особенно после прохождения Haylo, Call of Cutie, and Amneighsia, но ей еще нравятся игры и других жанров, такие как Mario Bros или невероятно глупая, но привлекательная Happy Wheels. Но она никогда не прикасалась к ММО играм, например, E.E. (Equestrian Earth). Сопровождайте Твайлайт в ее приключениях и исследовании виртуального мира нерасказанных историй, выдумок, зла, исходящего от земли, дружбы и магии.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек ОС - пони

Цена ошибки

Старлайт Глиммер - сильный и способный маг, чьи способности превосходят даже способности аликорна, принцессы Твайлайт Спаркл. Той самой, что разрушила всё, созданное Старлайт с таким трудом, уничтожила её давнюю мечту о равенстве! Перенестись в прошлое и отнять у неё её друзей - это будет справедливо. Она, конечно, говорит, что игры со временем опасны, а её с подругами дружба важна для всей Эквестрии... Но это же не может быть правдой?

Твайлайт Спаркл Старлайт Глиммер

Всё очень плохо

Каждый день в одиннадцать часов утра одинокая пони включает радио, чтобы услышать новости. Но все новости умещаются всего в трёх словах.

ОС - пони

Вихрь звёзд вокруг нас

Древний мир. Эпоха "понячей античности". Ещё нет аликорнов, нет Эквестрии. Единственная известная магия - телекинез. Эта история о том, как всё начиналось. Эта история об амбициях и их последствии. Да, и не пытайтесь переводить название на английский. Можете словить спойлер)

Другие пони

Игра вслепую

Некогда успешный детектив и хороший муж лишается жены в результате несчастного случая, в итоге главный герой теряет веру в жизнь и справедливость. Все эти факторы и многие другие сводят его вскоре в плохую сторону, в следствие чего он меняется в худшую сторону и пытается хоть как-то выжить, но все бы ничего, но как быть, если твой лучший друг отворачивается от тебя, а за тобою следит некто, кто на шаг впереди и знает о тебе больше, чем ты сам.

Копытун

Журналист Арчи Четыре Крыла, городок Копытун и древняя легенда...как-то так:)

ОС - пони

Из Сталлионграда в далёкую Понию

Кремовая единорожка из Сталлионграда отправляется в загадочную восточную островную страну Понию. Она прокатится на понской электричке с извращенцами, накупит понимешных фигурок в квартале Акихабара, сходит в мэйд-кафе и многое другое!

ОС - пони

Истории из "Лунной Ивы"

Добро пожаловать в "Лунную Иву". Скромное Мэйнхеттенское кафе, для тех кого ночами мучает бесоница.

ОС - пони

Brutal Death Metal Master

Все вы наверное думали, что Свити Белль, когда вырастет, станет какой - нибудь попсовой певичкой? А вот хрен! Она стала вокалисткой в брутал-дэт метал группе Cerebral Bore. И её нежный голосок превратился в адский гроулинг-гуттурал. Она смогла вывести группу из андеграунда и сделать её очень известной. Как у неё всё это получилось и через что она прошла? Читайте в моём рассказе.

Рэрити Свити Белл Другие пони

Когда закончится война

Самый спорный фанфик, вызвавший бурю негодования, вызвавший бурю гонений и всего прочего. Графомания во все щели. Долго ходили споры о чем этот фанфик - о пони или нет? Наверно теперь мне стоит признать. Нет, это фанфик не о пони - он о людях, на которых волей автора были одеты маски пони. И о ужасах войны. Выкладываю для того, чтобы оно просто было.Ошибки проверял и занимался вычиткой: его величество Orhideos(А еще я графомански умудрился написать в трех строках трижды слово "фанфик"... старею)

Автор рисунка: aJVL
Глава 5 - Посылка

Глава 6 - Первый монстр

Глава 6 – Первый монстр

– Как это случилось?

Шайнинг Армор мрачно смотрел на окровавленный пол. Рядом с ним стояла его сестра Твайлайт и ее подруги. За спинами Носителей Элементов у стен жались три десятка пони из отряда самообороны, спешно поднятые по тревоге и созванные на место происшествия.

Боялись все. Это Шайнинг видел по выражению глаз окружавших его пони. Кто-то контролировал свой страх или хотя бы пытался это сделать, некоторых откровенно трясло, но зрелище разрубленной чем-то острым и брошенной в луже крови головы никого не оставило равнодушным. Даже Шайнинга. Бывший глава кантерлотской стражи, а ныне принц-консорт стеснялся себе в этом признаться, но когда он увидел то что осталось от Бретта, его сердце дрогнуло. Тысячу лет мирный народ пони не вел никаких воин, так что же удивительного в том, что их шокировали столь явные следы насилия?

Рэрити плакала в объятьях Твайлайт. Остальные ее подруги собрались вокруг и утешали как могли. Шайнингу было жаль белую единорожку, тем более что она явно еще не оправилась от произошедшего, но он должен был немедленно узнать подробности трагедии. Пока где-то рядом бродит ужасный и жестокий враг, пони не могут быть в безопасности, и промедление в его поимке могут стоить жизни другим жителям корабля. А значит надо заставить свидетельницу прекратить истерику и допросить, после чего взяться за розыск.

– Рэрити, вы можете рассказать, как всё это произошло?

Пони-модельерша не ответила. Шайнинг опустился перед ней на пол и заглянул в глаза.

– Я понимаю, что вам пришлось очень нелегко. Но я прошу вас, расскажите что вы видели. Это очень важно.

– Братик, я думаю, сейчас не самое подходящее время. – Твайлайт с укором посмотрела на Шайнинга. – У нее стресс. Ей сейчас вообще лучше какое-то время провести в лазарете под присмотром.

– Сейчас именно то время, – единорог нахмурился. – Пока мы тут болтаем и плачем в жилетку, неподалеку бродит чудовище. Ты можешь дать гарантию, что оно не убьет кого-нибудь еще?

– Но…

– Нет, не можешь. Я хочу знать, с чем мы имеем дело. Поэтому пожалуйста, госпожа Рэрити, прошу вас, вытрите сопли и ВСТАНЬТЕ!

Пони вокруг Шайнинга вздрогнули и отшатнулись. Тем не менее, его слова возымели эффект – белая единорожка со всхлипом встала перед ним.

– Отвечайте! – Шайнинг ткнул копытом в сторону кровавой лужи. – Кто это сделал?

– Не зна-а-ю! – с рыданиями пробормотала Рэрити. – Я… я не видела! Мы разошлись!

– Вы разделились?

– Да… Бретт пошел в душевую, а я в другой коридор… Когда я вернулась, он был уже… – единорожку начало трясти. Шайнинг задумался, стараясь не замечать обращенных на него сердитых взглядов сестры и подруг.

– А вы не заметили что-нибудь еще? Какие-нибудь звуки, движение, силуэты?

– Нет! Хотя… д-да! Я видела что-то… неясное. Какую-то горбатую фигуру в месте где пересекаются коридоры!

– Сейчас мы пойдем туда. – Шайнинг бросил последний взгляд на залитый кровью пол и повернулся к стоявшим у входа ополченцам. – Карамель, Сильверкоут, Макинтош, вытрите тут всё. Никому не рассказывать о происшествии. Это касается всех, я не хочу паники, вам ясно?

– Так точно, сэр! – вразнобой отозвались пони.

– Хорошо. Остальные – за мной!

Шайнинг быстрым аллюром двинулся по коридору. За ним потянулись другие пони. Оставшиеся трое жеребцов переглянулись и принялись замывать страшное пятно в душевой, поминутно озираясь и прислушиваясь к звукам корабля.

На перекрестке Шайнинг Армор остановился. За ним из коридора выходили пони, неумело перекрывая подходы и беря под наблюдение ближайшие коридоры. Глядя за их действиями, единорог почувствовал что у него от гнева сводит скулы. Вояки, разлягать их под зад копытами Селестии. Как же им еще далеко хотя бы до гвардейцев Её Высочества! Эх…

Единорог внимательно пригляделся к стенам и полу. Вряд ли убийца оставил следы на твердой решетке пола, но возможно они всё же есть. Тело ремонтника исчезло, значит его унесли. Должна быть кровь.

Взгляд Шайнинга скользнул по решетке палубы и наткнулся на багровые капли. Поверх них тянулась странная пахучая слизь, чем-то отчасти напоминавшая каучуковый клей. Коснувшись ее копытом, жеребец понял что по консистенции она всё же больше напоминает жидкость.

Единорог повернулся к тому месту, где раньше были закрытые врата. Враг мог прийти только оттуда. Порыв сквозняка донес волну запаха из необследованных глубин корабля, и Шайнинг почувствовал, как у него по спине забегали ледяные мурашки.

Он повернулся к одному из десятников. Офицеров для командования отдельными группами ополченцев он отбирал сам, стараясь отдавать предпочтение бывшим стражникам или гвардейцам. Конечно, под командой у них оказывались пони, как правило не имевшие никакого военного опыта, но так хотя бы обеспечивался минимальный порядок в подразделениях. До сих пор этого было достаточно для патрулирования корабля и ремонта коммуникаций, но хватит ли у них духу противостоять неизвестному врагу?

– Здесь нужно установить опорный пункт, – сказал Шайнинг Армор. – Это путь, по которому убийца пришел сюда. Соорудите баррикаду и поставьте охранение. Не пускайте никого и ничего из того коридора.

– Будет сделано, – кивнул десятник.

– Отправьте нескольких пони проверить этот новый тоннель. Нужно узнать, что там находится. Пусть туда пойдут лучшие из тех, кого мы можем отправить.

– Туда пойду я! – воскликнула Рэйнбоу.

– Нет, Дэш, ты понадобишься мне здесь. Останься.

Радужногривая пони насупилась и обиженно замолчала.

– Далее. Нужно проверить все перекрытые коридоры на всех уровнях. Если где-то еще открылся новый проход, я должен узнать об этом как можно скорее. Обойдите по очереди всю обследованную зону корабля, по завершении доложите мне. Я буду у себя в кабинете к двадцати трем часам.

Два старых отставных гвардейца, исполнявшие роль десятников с трудом козырнули и отошли к остальной массе пони – разбивать тех на пары для обхода многочисленных проходов корабля. Единорог какое-то время смотрел на них, затем поморщился и пробормотал:

– И это мои лучшие солдаты…

– Что делаем дальше? – спросила Твайлайт.

Шайнинг посмотрел на следы крови под копытами и вздохнул.

– Будем ловить это. Чем бы оно ни было. Сестренка, мне понадобится помощь, твоя и девочек. Я не знаю что это, но надеюсь, когда оно столкнется с силой Элементов, то их мощь поможет одержать верх.

– Я помогу тебе. – Твайлайт покосилась на своих подруг. – А вы что скажете?

– Если понадобится сила Элементов… – протянула Эпплджек. – Твай, но ведь Элементы Гармонии остались в Эквестрии! Как мы будем без них?

– Да, но частичка их сути содержится в нас самих. Пока мы вместе, мы можем пользоваться их силой. Этого должно хватить… я надеюсь.

Шайнинг оглядел столпившихся вокруг него кобылок. Они выглядели встревоженными и подавленными. Хуже других выглядели Рэрити и Пинки Пай – у первой на мордочке под зареванными глазами растеклись разводы туши, а розовая пони сидела в сторонке поникшая и словно выцветшая. Грязно-розовая грива прямыми локонами свисала с головы и лохматилась поверх потерянного взгляда голубых глаз. Да, новая угроза была не из тех, над которой можно посмеяться и после чего та исчезнет.

– Соберитесь, – негромко, но твердо сказал жеребец. – От наших действий зависят здоровье и жизни пони рядом с нами. Мы должны сделать это. Если из-за нашей нерасторопности, или жалости к самим себе мы упустим нашего врага, то пострадать можем не только мы но и те пони, которые сейчас надеются на нас. Поэтому забудьте что вы устали, расстроены, и что хорошо было бы в другом месте подальше отсюда. Есть лишь мы, и наша задача. Мы найдем его, кем бы он ни был, и поймаем, либо уничтожим. Вам все понятно?

– Предельно, – отозвалась Эпплджек.

– Мы не отступим, – одновременно с ней произнесла Твайлайт.

– Мы ему покажем, что такое пони! – выпалила Рэйнбоу Дэш.

– Можно мне с вами? – раздался звонкий голос.

Все оглянулись на молодую светло-зеленую кобылку-единорожку с резиновой палкой на спине. Та спешила к ним, задыхаясь и то и дело поправляя странное приспособление, которое норовило упасть на пол.

– Лира? – удивленно спросил Шайнинг. – Ты ведь должна с остальными отправиться проверять коридоры!

– И что это за штука у тебя? – заинтересованно прищурилась Дэш.

– У меня… Вот, смотрите! – переводя дух, единорожка стянула со спины палку и подняла ее магией. – Эта палка бьется током, если ее приставить к любой проводящей электричество поверхности. Демонстрирую!

С этими словами единорожка ткнула палкой в пласталь стены. Между палкой и ржавым покрытием стены проскочила искра. Запахло озоном.

– Интересно, – хмыкнул Шайнинг. – И чего же ты хочешь?

– Возьмите меня с собой! Я пригожусь вам! – попросила единорожка.

Жеребец иронично двинул бровью, затем покосился на стоящих вокруг кобылок.

– Да нас и так хватает для охотничьей партии. Мы справимся.

– Пожалуйста! – взмолилась Лира. – Вдруг там будет что-то, с чем вы не справитесь?

– Что-то с чем не справятся Элементы Гармонии, но справится кобылка с плюющейся электричеством дубинкой? – улыбнулся жеребец. – Должно быть, ты переоцениваешь себя, маленькая летунья на больших машинах.

– А если они не подействуют? – воскликнула Лира. – Должен же среди вас быть хоть кто-то не с голыми копытами!

Шайнинг засмеялся. Напор и желание помочь молодой кобылки ему понравились.

– Хорошо. Только держи свою палку наготове.

– Братик, ты хорошо подумал? – тихонько спросила Твайлайт. Единорог улыбнулся и чмокнул сестру в нос.

– Более чем. Ну что, все готовы?

Семь кобылок отозвались утвердительным гулом, мол они давно готовы и только ждут приглашения чтобы надрать неведомому противнику его тощий зад.

– Класс. Самое время начинать. – Шайнинг улыбнулся. – Как в старые добрые времена. Помните, девочки?..


– Еще бы не помнить, – пропыхтела Эпплджек, перебираясь через лопасти огромного вентилятора. – Старые добрые времена, как же.

– Почему бы и нет? – ухмыльнулась следовавшая за ней пегаска.

– Да как бы те сказать… Мне к примеру в Кристальной Империи не очень понравилось. Народ там какой-то зашуганый. Неа, я понимаю, единорог-тиран, тысячелетнее заклятие, и всё такое… Да и вообще там были не самые приятные приключения, Дэши.

– Ага. Зато Твайлайт со Спайком повеселились вовсю. Как и Шайнинг со своей принцессой, – хихикнула Рэйнбоу.

– Я не назвала бы их приключения такими уж веселыми.

– Да ладно. Зато им не приходилось вот так вот ползать по вентиляции в поисках какого-то… – пегаска покрутила копытом в поисках подходящего слова, и не найдя, с досадой топнула. – Кстати, а как оно вообще выглядит?

– Что выглядит?

– Ну, это существо. Которое устроило всё это.

– Откуда я знаю? – фыркнула пони-фермерша. – Поди это какое-нибудь чудовище вроде древесного волка. Или чё-то еще такое же злобное.

– А может, это человек? Ну, какой-нибудь бедняга из тех что остался на корабле в одиночку?

– Не знаю. Навряд ли. Только Лире этого не говори, – усмехнулась Эпплджек. – Она тебя за это ушатом помоев обольет. Для нее человеки это типа любимого фруктового дерева.

– Да я знаю, – скривилась пегаска. – Кстати, а почему она так к ним относится?

– Да почем мне известно? Она вообще пони со странностями. Давай лучше назад смотри, а то еще выскочит что-нибудь.

Громкое шипение вокса в ушке заставило кобылку-земнопони вздрогнуть.

– Эй-Джей, это Твайлайт. Есть что-нибудь?

– Привет, Твай. – фермерша поморщилась. – Говори тише, а то эта штука в ухе слишком громкая.

– Оу… прости, – единорожка понизила голос. – Так что там у тебя?

У нас тут нет ничего. А у вас там как?

– Пока всё так же. Шайнинг идет по следам, мы двигаемся по коридору под вами. Кстати, я вас обоих вижу на экране.

– Агась. Только не пялься на меня слишком долго, сахарок.

Из вокса раздался смех единорожки.

– Да не переживай, вы тут обозначены только как две точки.

– А-а… оки-доки-локи. Если будет что-то еще, скажи мне, хорошо?

– Конечно, Эй-Джей. Удачи!

– Пока, сахарок.

Вокс замолчал. Эпплджек с облегчением вздохнула, и выдернув устройство, стала теребить ухо.

– Надо будет сказать Твай или Лире, чтобы кто-то из них отрегулировал эту штуковину. В ухо орет, аж мочи нет.

– Раньше надо было, – Рэйнбоу развела крыльями, насколько это позволяла теснота системы вентиляции. – Теперь уже поздно.

– Ну да… Тебе еще хорошо, не нужно слушать весь этот треск из радио.

– Не настолько, как хотелось бы, – пегаска запнулась об острый край сварного шва и зашипела от боли. – Гнилое сено… Все же ползать здесь это не понячье дело.

– Тебе же это вроде нравилось! – Эпплдек удивленно хмыкнула.

– С чего ты взяла?

– Ну, ты читала все эти приключенческие романы про Дэринг Ду, а когда мы сюда попали, ты все коридоры излазила в поисках сокровищ. Энтузиазм из тебя так и пёр, или ты забыла?

– Я и не забыла, – пегаска недовольно сморщила носик. – Просто мне легче идти по весь рост, чем протирать собой пыль по этим трубам! Думаю, ты уже заметила, насколько это неудобно…

– Ш-ш-ш! – прошипела земнопони. – Кажется, я чё-то слышала.

– Что?

Вместо ответа Эпплдек прижала к ее рту копыто. Рэйнбоу протестующее замычала, и фермерша еще раз шикнула на нее. Тогда-то они обе и услышали слабый шорох где-то впереди в вентиляционном колодце.

– Ты слышишь? – прошептала земнопони убирая ногу.

– Да…

Шум повторился. Казалось, что-то пробирается по трубе, царапая когтями железо. Звук усилился и к нему добавился писк и стук множества коготков.

– Крыса? – рискнула угадать пегаска.

– Наверное, – фермерша зло посмотрела вперед. – Ненавижу крыс. Сколько они у меня урожая попортили, это просто жуть! Даже в дискордовом космосе от этих тварей никуда не деться…

Кобылка поползла вперед, вдев в ухо вокс-передатчик. Следом за ней двинулась Рэйнбоу, шмыгая от пыли носом и стараясь не задевать ногами острые края швов и всякий мусор, лежавший в трубе.

Писк и возня были все ближе. Эпплджек добралась до развилки и поглядела по сторонам. Ее мордочка скривилась от отвращения.

– Кыш! – произнесла она. – Пошли вон!

Рэйнбоу выглянула из-за спины подруги и увидела кучу-малу крыс, сбившуюся в колодце внизу. Грызуны не обращали ни на что внимания, жадно поглощая то что было скрыто под их телами. Некоторые из них подняли головы и посмотрели на двух пони заинтересованным взглядом голодных глаз.

– Прочь! Убирайтесь! – фермерша зашарила глазами по трубе. Под копыто ей попался засохший кусок грязи, и кобылка сбросила его вниз. Крысы брызнули во все стороны, открыв то что было под ними.

– Поньские яблоки! – ахнула Рэйнбоу.

Эпплджек несколько мгновений мрачно смотрела вниз. Затем коснулась копытом вокса в ухе.

– Твайлайт! Твайлайт, ты слышишь меня? Это Эпплджек!

– Эй-Джей, я здесь. Что-то случилось?

– Да, – кобылка вздохнула, глядя на объеденную груду костей. – Мы нашли Бретта. Вернее, его останки.

– …Этого и следовало ожидать. – произнес Шайнинг, когда Твайлайт рассказала ему о случившемся. – Передай им, пусть идут дальше и побольше шумят при движении. Если заметят существо, то гонят его дальше по проходу, не пытаясь захватить.

– Я им уже это говорила, – сказала фиолетовая единорожка.

– Повтори еще раз, лишним не будет. Меньше всего я хочу чтобы они играли в героя в замкнутом пространстве. Пусть ползут по проходу и шумят – они там только для этого. Понимаешь?

– Не совсем. Они самые решительные и смелые пони, и ты их засунул в воздуховоды? Какой в этом смысл?

– Потому что они самые смелые и решительные, и могут со своей смелостью наломать дров. Поэтому я их туда и отправил, – единорог потер копытом нос. – Мы выследили эту тварь по следам из слизи до этого места. Коридор впереди поворачивает под прямым углом, и система вентиляции идет до самого поворота, где замыкается. Больше этой твари идти некуда. Она любит бродить по воздуховодам, но сейчас она движется по коридору, потому что ей больше некуда деться. Дэш и Эпплджек не дадут ей уйти обратно; Рэрити, Флаттершай и Лира перекроют тоннель с другой стороны, а мы загоним её в угол, и…

– И обезвредим.

– Точно.

– Шайнинг, а ты точно всё правильно рассчитал? Вдруг это существо всё же прорвется и ранит кого-нибудь? Мы ведь даже не знаем, что оно из себя представляет!

– Риск есть всегда, – единорог покачал головой. – Но я думаю, что всё будет хорошо. Главное, постарайся сразу оглушить его сонным заклинанием, а потом я накрою его щитом, и тогда оно будет в ловушке.

– Ладно, – кивнула Твайлайт.

– Вот и хорошо.

Оба пони не спеша пошли по коридору – Твайлайт посматривала на экран переносного ауспекса, висевшего рядом в левитирующем облаке; Шайнинг же пристально глядел в угрюмый полумрак, изредка рассекаемый светом потолочных ламп. Под копытами лязгала решетка палубы, на которой попадались редкие капли слизи – свидетельство присутствия таинственного чудовища.

– Смотри внимательно, – предостерег сестру Шайнинг. – Это существо может наброситься из тени. Проверяй каждую нишу.

Твайлайт ничего не ответила. С потолка падали капли конденсата; в тишине стук звучал мрачно и пугающе, смешиваясь со слабым, на грани слышимости гулом от сквозняка и работы машин где-то далеко.

– Так, минутку… – Твайлайт замерла, глядя на экран датчика. – Шайнинг, стой! Я его вижу!

Единорог замер, напряженно смотря в темноту.

– Где он?

– Он, эм… Прямо перед нами, в тридцати метрах.

– Сидит на месте или движется?

– Замер. Он наверное нас видит, ведь мы в центре прохода!

– Ясно. – Шайнинг сосредоточился, подготавливая заклинание. Голова неприятно заныла, в затылке появилась пульсирующая игла. «Надо будет подсказать Твайлайт чтобы придумала какой-нибудь антидот или что-то в этом роде. А то все единороги на борту страдают мигренью, когда колдуют – ну что это за напасть?»

– Вижу Лиру, Рэрити, Пинки и Флаттершай. – фиолетовая пони продолжала смотреть на экран ауспекса. – Они приближаются с другого конца коридора.

– Скажи им что мы нашли тварь! Пусть медленно идут вперед, соблюдая предельную осторожность. Где Дэш и Эпплджек?

– Где-то в десяти метрах позади нас. Точнее не могу сказать, стены глушат сигнал.

– Отлично. Что существо?

– Ходит кругами. Кажется, оно взволновано…

Из темноты коридора раздался жуткий рев. Пони замерли. Шайнинг до боли в глазах всматривался в дальний конец коридор, но по-прежнему ничего не видел.

– Твайлайт, что показывает твой прибор? Где эта гадина?

– Не знаю… – голос единорожки выражал неуверенность. Она растерянно глядела на экран. – На экране ничего не видно! Оно просто исчезло и всё!

– Быть такого не может! – в глубине души единорога зашевелились самые дурные предчувствия. – Ничего не может просто так взять и исчезнуть!

– Не веришь, посмотри сам!

– Да верю я… – жеребец осекся, увидев в темном проходе движение. Какой-то силуэт метнулся в тусклом свете фонарей и пропал. Тут же в коридоре загремели, отражаясь от стен, звуки ударов ног по плитам палубы.

– Шайнинг!!! – завизжала Твайлайт, бросая детектор. – Оно бежит на нас, очень быстро!

Жеребец вздрогнул. Ощущая всем телом скользящий по коже озноб, он торопливо сплел заклинание щита и выставил его поперек прохода, защищая себя и сестру. Внезапно что-то огромное прыгнуло из темноты на щит и изо всей силы ударило в него как в стену. На миг перед Шайнингом мелькнуло лицо существа, и единорог почувствовал, как у него в жилах стынет кровь.

– Братик! – закричала кобылка, прижимаясь к жеребцу.

Тварь отлетела от щита и бросилась в коридор, прочь от двух единорогов. Шайнинг вздохнул и с облегчением погасил щит, чувствуя как виски сдавливает боль.

– Твайлайт! – он потряс за холку обнимающую его и дрожащую всем телом кобылку. – Сестренка, очнись, нам надо предупредить остальных!

– Оно… т-такое… – заикаясь, выдавила из себя фиолетовая пони. Жеребец прижал ее к себе.

– Да, милая, – он мрачно посмотрел вслед существу. – Боюсь, мы с ним не справимся. Дай-ка мне эту штуку.

Шайнинг осторожно вынул из уха единорожки бусину передатчика и вдел ее себе. Постучав по ней копытом, он сказал:

– Лира, ответь. Лира, ты слышишь меня?

– Слушаю! – донесся голос единорожки.

– Оставайтесь там, где стоите. Не приближайтесь к повороту. Будьте начеку, эта тварь очень опасна.

– Мы же ее собираемся загнать и поймать, разве не так? – недоуменно спросила мятная пони.

– Стой на месте, никуда не иди! – воскликнул Шайнинг. – И пусть твои компаньоны готовятся применить силу Элементов! По-другому нам его не сдержать!

– Я поняла. Мы стоим, – теперь в голосе единорожки сквозила тревога. Единорог торопливо переключился.

– Эпплджек, Рэйнбоу? Вылезайте, вы нужны мне здесь.

– Так это, а кто тогда за трубой смотреть будет? – в ухе раздался деревенский говор пони-фермерши.

– Я буду. Сейчас нужно будет ударить Элементами Гармонии, поэтому выбирайтесь в коридор. И побыстрее, пока эта мразь не сбежала!

– Угук, уже лечу, сахарок, – голос Эпплджек был полон сарказма.

За спиной Шайнинга раздался грохот. Из зарешеченного отверстия в потолке посыпалась пыль, затем решетка вылетела от мощного пинка и оттуда выпрыгнула оранжевая пони. Приземлившись, она не устояла на ногах и упала на пол. За ней следом на квадраты плит изящно спланировала голубая пегаска с разноцветной гривой.

– Мы здесь, босс! – Рэйнбоу козырнула копытом, явно рисуясь. – Какие будут приказания?

– Идите вместе с Твайлайт в ту сторону. – Шайнинг ткнул копытом в ту сторону где скрылся силуэт. – Дэш, подсади меня наверх.

Пегаска потянулась, разминая крылья и позволила единорогу забраться к себе на спину. Не без труда подняв его к потолочному люку, она зависла в воздухе, часто взмахивая крыльями. Шайнинг протиснулся в воздуховод и скрылся в нем.

– Будьте осторожны, – глухо прозвучал оттуда его голос. – Если тварь бросится в вентиляцию, я ее выкурю оттуда. Проклятье, как вы тут пролезали?

Из открытого люка вылетело еще одно облачко пыли, которое просыпалось Эпплджек на голову.

– Гений, – отряхиваясь, буркнула фермерша. – Сам нас туда послал, а теперь спрашивает. Пошли, девочки.

Три кобылки зашагали по коридору. Твайлайт шла позади, изо всех сил пытаясь совладать со своим страхом. На какой-то момент ей это удавалось, но едва стоило ей вспомнить кошмарный лик существа, так ее бросало в дрожь.

Из коридора послышалось цоканье приближающихся с другой стороны пони. Между ними было не больше десятка метров. Теперь кобылки отчетливо видели коридор и скорчившуюся в углу на повороте тень.

– Мы здесь, – из-за поворота донесся голос Лиры. – Можем начинать?

– Д-да! – громко произнесла Твайлайт, с трудом скрывая страх в голосе. – Девочки, приготовьтесь! Лира, освети это, когда я скажу!

– Хорошо.

Тень шевельнулась. Раздалось шипение, словно из прорванного трубопровода с паром. Потом что-то твердое и острое проскрежетало по полу, царапая железо палубы.

Твайлайт остановилась, сконцентрировавшись на магической сущности внутри себя. Даже хотя сейчас у нее не было магической диадемы, Элемент представлявший основную черту ее характера должен был стать подпиткой для силы, частями которой они являлись. Рядом с собой единорожка почувствовала, как ее подруги делают то же самое. Настало время нанести удар.

– Лира, давай!

За углом зажегся мощный источник света, озаривший коридор. В его свете показалось и то существо, за которым они все так долго гонялись.

Оно стояло на двух полусогнутых ногах, склонившись к полу. Четырьмя длинными многосуставчатыми лапами оно опиралось об решетку палубы и держалось за выступавшие из стены кабели. Выгнутая спина с выступающим горбом зазубренного гребня нависала над головой создания, которая была вытянутой и приплюснутой. На передней части головы было лицо – хищная морда с развитой челюстью, широким коротким носом и ощеренной пастью, из которой свисал неестественно гибкий и длинный язык. Справа и слева от носа были два маленьких глаза, горевших голодом и неестественной злобой. Окраска хитинового панциря твари была темной и невзрачной, из-за чего та словно сливалась с цветом ржавых стен, великолепно маскируя создание.

Пони застыли в замешательстве, глядя на тварь. Та косилась на них своими маленькими глазками, но нападать отчего-то не спешила.

– О Богини… – прошептала Рэрити. – До чего же оно мерзкое!

Существо зашипело и выплюнуло на пол очередную порцию слюны, растекшуюся уже знакомыми разводами слизи. Внезапно оно скакнуло по стене и нырнуло в распахнутый зев вентиляционной отдушины прямо у нее над головой. Это произошло так быстро, что никто из кобылок не успел ничего предпринять.

– Гнилое сено! – Рэйнбоу Дэш ошарашено уставилась на то место где только что была тварь. – Вот это скорость!

В вентиляционной трубе что-то взорвалось и из отверстия в потолке выплеснулся огонь. Секундой позже оттуда с ревом вывалилось чудовище, размахивая в воздухе конечностями. Грохнувшись на пол, оно с визгом рванулось по коридору в ту сторону где стояли Лира и другие пони.

– Сейчас я его остановлю! – закричала мятная единорожка.

– Берегись! – раздался голос Рэрити. – Оно сейчас тебя разорвет!

– Пустяки, я… А-а-а-а!

Из-за поворота донесся рев существа, а затем полный муки вопль. Твайлайт с ужасом посмотрела на подруг – те ответили в той же мере испуганными взглядами. Не сговариваясь, поняшки со всех ног помчались к месту происшествия.

Лира лежала на спине, зажимая копытами огромную рваную рану. Над ней столпились остальные кобылки, утешая ее и стараясь помочь. В стороне валялась сломанная и дымящаяся дубинка. Существа нигде не было видно.

– Что с ней?! – Твайлайт торопливо подбежала и наклонилась к воющей от боли Лире. – О Селестия… какой ужас!

– Чё делать будем? – Эпплджек растерянно посмотрела на подруг.

– Ей нужно в лазарет! – Твайлайт осторожно подняла ногу мятной пони и теперь разглядывала ущерб. – Кажется, у нее разодран живот, но я не уверена…

– Надо отнести ее к доктору. – Флаттершай легла рядом с Лирой и с несвойственной ей твердостью посмотрела на подруг. – Девочки, помогите ее поднять и нести! Скорее, иначе она умрет!

В коридоре что-то с грохотом упало. Кобылки развернулись в ту сторону, ожидая что на них сейчас набросится чудовище, только что ранившее их подругу, но это был всего лишь Шайнинг – бледный, помятый и на шатающихся от слабости ногах.

– Братик! – Твайлайт сорвалась с места и бросилась к нему. – Что с тобой?!

– Голова болит… – жеребец поднял красные от прилившей крови глаза и измученным взглядом уставился на единорожку. – Что случилось? Я слышал крик…

– Лиру ранили! – Твайлайт подперла брата и обхватила его копытом для верности, не давая ему упасть.

– Ага… – единорог опустил голову, не в силах держать ее прямо. – А что с тварью?

– Убежала…

– Как убежала? – Шайнинг вздрогнул и обвел глазами кобылок. – Куда?!

– Туда… – Рэрити указала копытом в конец коридора, где скрылось существо.

– Так какого сена вы стоите?! – Шайнинг оттолкнул сестру и шагнул вперед, очевидно собираясь скакать галопом, но запутался в ногах и едва не упал. – Догнать! Дискорд вас побери, скачите и догоните эту гадину! Или вы хотите чтобы эта мразь задрала кого-нибудь еще?! Быстрее! Флаттершай, Рэйнбоу, позаботьтесь о Лире! Остальные – за мной, вперед!

С этими словами Шайнинг поскакал по коридору. Остальные пони посмотрели ему вслед. Твайлайт опустила голову, чувствуя как ее щеки горят от стыда за брата.

– Эм… Мы, пожалуй, пойдем, – смущенно сказала Флаттершай.

– Да… – фиолетовая единорожка тяжело вздохнула. – Пойдемте, девочки. Надо закончить это.

Твайлайт пошла в том направлении где исчез брат. За ней зацокали копытами и другие пони. В коридоре остались только Флатершай, Рэйнбоу и стонущая Лира со сложенными на животе копытами. Обе пегаски смущенно переглянулись.

– Что смотришь? – грубовато спросила Дэш, пытаясь нарушить неловкую паузу. – Поднимай. Я понесу.

– Нет. Мы вместе понесем, – улыбнулась желтая кобылка. Рэйнбоу замялась под ее добрым взглядом и наконец облегченно засмеялась.

– Ну… ладно.


Твайлайт и Рэйнбоу шли в библиотеку. Весь путь до корабельного хранилища книг они молчали – обеим кобылкам было не до разговоров. Напряжение последних часов все еще не могло выветриться. Со стороны казалось будто единорожка и пегаска абсолютно спокойны, но то как напряженно они переставляли ноги и вздрагивают при каждом шуме показывало, насколько они всё еще были взволнованы.

Задержать чудище не удалось. После того как они едва не загнали его в угол, тварь промчалась по коридорам, распугивая пони на своем пути, одним прыжком перескочила через спешно возведенный перед открывшимися воротами блокпост и скрылась в неисследованной части корабля. Перемещалась она с такой скоростью, что буквально размазывалась в воздухе. Остановить ее никто, кроме Лиры, больше не пытался – чудовище выглядело так ужасно и двигалось настолько стремительно, что любой пони, встретившийся в тоннеле с ним обращался в бегство или замирал в ступоре. К счастью, существо не интересовало обилие добычи вокруг, поэтому больше никто не пострадал.

Флаттершай и Рэйнбоу Дэш доставили Лиру в госпиталь, где ей немедленно занялись медпони во главе с медсестрой Редхарт. Единорожка была тяжело ранена. Хотя, как уверили кобылок-пегасок медпони, ее доставили вовремя и ей ничего не угрожает, должны были пройти недели прежде чем Лира снова сможет встать на ноги. Флаттершай осталась рядом с пострадавшей пони, а Рэйнбоу отправилась искать Твайлайт и остальных.

Шайнинг рвал и метал. Несмотря на сильнейшую головную боль и общую слабость он желал немедленно начать погоню за существом по незнакомым коридорам. Фиолетовой магичке стоило большого труда отговорить его. В итоге он удовлетворился тем, что как только посланная перед этим на разведку группа пони вернется, он немедленно отправится с ним искать чудовище. Приказав укрепить блокпост, Шайнинг ушел в сопровождении Твайлайт и подруг – библиотекарша направилась к себе, а ее брат пошел собирать ополчение и готовиться к вылазке.

На полпути к библиотеке Твайлайт встретила Рэйнбоу Дэш. Чумазая, вся в пыли пегаска скакала по коридору.

– Дэш!

– Твайлайт! Фух, наконец-то я тебя нашла, – пони-спортсменка остановилась и перевела дух. – Ну что, поймали?

– Нет. – Твайлайт покачала головой и вздохнула. Рэйнбоу скрипнула зубами.

– Жаль. Он так располосовал Лиру, что на это даже смотреть больно было. Флай осталась с ней, присмотреть на всякий случай. А я вот к вам…

– С ней всё хорошо? – спросила Эпплджек.

– Доктора зашили её. Сказали что жить будет. Правда, когда мы ее к ним принесли, они малость охренели. Не удивлюсь, если они там сейчас всем отделением валерьянку пьют.

– Могу поверить. – Твайлайт приложила копыто ко лбу. Из головы никак не мог выйти образ разодранного когтями светло-зеленого животика с темно-красной кровью на чистой шкурке. Фиолетовая пони задрожала и затрясла головой, пытаясь выбросить мысль из головы о том, что любой мог оказаться на ее месте.

Пони молча стояли в коридоре. Наконец Твайлайт подняла голову и произнесла:

– Я в библиотеку. Попробую узнать, есть ли там какая-то информация про то с чем мы имеем дело.

– Ты ж книги эти прочесть не можешь, – хмыкнула Эпплджек.

– Так попробую хотя бы успокоиться. Может среди книг мне станет легче, – единорожка нервно хихикнула. – Эй-Джей, можешь проводить Рэрити и Пинки до нашей комнаты? Мне кажется, для них этот день был тяжелее всего.

Оранжевая кобылка посмотрела на упомянутых пони. Одного взгляда хватило ей, чтобы понять, насколько Твайлайт права.

– Не вопрос, сахарок. – Эпплджек прижала на миг обеих подруг к себе и медленно пошла с ними по коридору. – Идем, мои хорошие… Щас я вам чаю сделаю. Вот так, левой-правой, передней-задней… Потихоньку, спокойно…

Рэрити и Пинки пошли за пони-фермершей будто оглушенные. Глядя им вслед, Твайлайт почувствовала как у нее на глаза наворачиваются слезы. Ей было тяжело видеть своих наиболее близких друзей в таком состоянии.

Кобылки скрылись за коридором. Рэйнбоу Дэш слегка потянула Твайлайт губами за ухо.

Единорожка кивнула и без лишних слов пошла за подругой.

– Что будешь делать? – спросила пегаска, когда они пришли к библиотеке и встали у входной двери.

Твайлайт покачала головой. Она не имела представления, что ей сейчас следует предпринять. Да и надо ли? Её брат сейчас собирает всех пони, способных защищаться – он военный, он знает что делать. А она ученый. Если она будет лезть со своими советами, то станет только мешаться под ногами…

– Никогда не видела таких существ, – сказала Твайлайт вместо ответа.

– Может, оно всегда было здесь, на корабле? – предположила пегаска.

– Может и так… А может и нет. Возможно, чудовище такой же гость, как и мы.

– Но тогда откуда оно взялось? И одно ли оно?

– Не знаю, Дэши.

Кобылки замолчали. Твайлайт запоздало вздрогнула при мысли о том, что бегающих по тоннелям чудовищ может быть больше одного. Если даже одна-единственная тварь смогла устроить такой переполох, то что могут сотворить два-три таких создания?

А если их еще больше?

Додумать до конца и ужаснуться единорожка не успела. Дверь распахнулась и из отсека выскочил жеребец-единорог, едва не столкнувшись с фиолетовой магичкой. Твайлайт узнала его – это был один из лаборантов-библиотекарей.

– Ой! Мисс Спаркл, вас ищет доктор Кляйст! Эксперимент давно начался, мы вас ждали, но шло время и доктор Кляйст решил начать без вас! – на одном дыхании выпалил единорог.

– Какой эксперимент? – опешила Твайлайт.

– Ну, как какой? – в свою очередь удивился лаборант. – Опыт с обучающей машиной же! Эксперимент идет уже третий час!

Рэйнбоу посмотрела на подружку. Та с досадой приложила к мордочке копыто.

– Я совсем забыла. Как я могла? – убрав ногу, Твайлайт широко улыбнулась пегаске. – Давай посмотрим! Может, хотя бы здесь я смогу отдохнуть от всех этих неприятностей!

– Проходите, – жеребец посторонился, пропуская обеих кобылок внутрь. Твайлайт и Рэйнбоу Дэш прошли в проем и оказались в зале библиотеки. Внутри никого не было.

– Все собрались в обучающем зале и ведут наблюдение, – пояснил лаборант и закрыл дверь.

– Логично, – кивнула фиолетовая пони. – Что ж, веди.

Единорог без лишних слов затопал копытами в направлении учебного класса. Твайлайт и Дэш пошли за ним.

Первым, что увидели кобылки, была толпа. Весь научный состав экспедиции собрался в отсеке – среди множества пони были не только работники библиотеки, но и врачи, химики, биологи и многие другие пони из команд ученых. Всего в помещении на принесенных стульях и даже на столах сидело больше ста пони всех трех рас. Всё их внимание было сосредоточено на сидевшем за одним из компьютеров земнопони, который был в глухом усеянном иглами антенн шлеме на голове. Рядом с ним за столом сидели два единорога и делали какие-то заметки в своих блокнотах. Твайлайт сразу узнала в них доктора Кляйста и главного врача экспедиции.

Когда обе подруги протолкнулись сквозь набившихся в зал пони и подошли ближе, доктор Кляйст оторвался от своих записей и посмотрел на кобылок. Приветственно кивнув, он выразительно показал глазами на единорога в кресле перед терминалом и приложил копыто к губам в знак молчания. Только теперь Рэйнбоу Дэш заметила, что в зале стоит почти полная тишина, несмотря на обилие пони вокруг.

– Мы решили начать без вас, мисс Спракл, – тихо прошептал доктор Кляйст. – Где вы были?

– Долго рассказывать, – Твайлайт поморщилась и махнула ногой. – Лучше скажите, как у вас тут дела идут?

– Пока хорошо. Эксперимент был начат два с половиной часа назад. Мой коллега доктор Стабл следит за состоянием добровольца, доктора Кабаллерона. Медицинские подробности он объяснит лучше чем я, но в целом вроде бы всё нормально.

– Это так, – негромким низким голосом произнес врач-единорог. – Мы не стали проводить магическое сканирование по понятным причинам, но обычный медицинский мониторинг не выявил каких-либо аномалий кроме учащенного пульса и повышенного потоотделения. В самом начале опыта был тремор в различных частях тела, преимущественно в конечностях, но вскоре симптому ушли, так что мы с коллегой решили не прерывать эксперимент. С тех пор никаких изменений, наш подопытный сидит абсолютно неподвижно.

– Не подопытный, а доброволец! Сколько можно повторять? – проворчал Кляйст. Врач покосился на него.

– Да, конечно, доктор Кляйст. Я оговорился. Конечно же, он доброволец.

– Я могу послушать? – Твайлайт протянула копыто к наушникам на голове единорога-врача. Тот снял их с головы и протянул кобылке. Надев их, фиолетовая пони вслушалась в частый стук сердца земнопони и нахмурилась.

– Вы уверены, что это нормально?

– Полагаю да, мисс. В обычных условиях учащенный пульс не был бы нормой, но мы полагаем что это связано с некоторым волнением нашего коллеги.

– Ладно, – Твайлайт сняла наушники и обошла Кабаллерона. Подумав немного, она наклонилась к его голове и закрыла глаза. Перед глазами замелькали белые точки, затем голова наполнилась тихим гулом множества голосов, когда единорожка попыталась уловить обрывки эмоций жеребца.

И тут ее словно окатило ледяной водой. Кобылка даже отступила на шаг.

– Вы не заметили каких-нибудь странностей? Почему вы не провели магическое сканирование во время эксперимента? – спросила она.

– Но ведь это невозможно! – возразил старый единорог. – У любого пони, который пытается совершить подобное магическое действие, тут же начинается мигрень. О каких замерах может идти речь? Вы могли бы сделать это, но вас здесь не было, когда мы начинали!

– Вы что-то почувствовали? – спросил врач.

– Да. – Твайлайт нервно покосилась на неподвижно сидящего в кресле жеребца. – Значит, вы не заметили странностей в поведении испытуемого?

– Нет. Что-то не так?

Единорожка закусила губу и посмотрела на Кабаллерона еще раз.

За забралом шлема не было видно мордочку земнопони, но Твайлайт знала что за ним находится – застывшее, без единой кровинки под побелевшей кожей лицо с распахнутым в беззвучном крике ртом. Снаружи этого не было видно, но любому, кто мог прочесть эмоции жеребца, стало бы ясно что происходит что-то явно нехорошее. Почему они все этого не заметили?!

– Он в ужасе. Эта машина показывает ему нечто такое, что он умирает от страха. Эксперимент нужно немедленно прекратить!

– В ужасе? Прекратить? – удивился доктор Кляйст. – Вы в этом уверены, мисс Спаркл?

– Да! Снимите шлем с его головы! Я не понимаю, как он смог высидеть эти два часа!

– Погодите. Давайте разберемся, – старый единорог встал. – Я не уверен что этот страх помеха эксперименту. Да и так ли он силен? Мы ведь ничего не почувствовали, хотя сидим тут буквально в шаге от него. Мне непонятно…

– Да что тебе непонятно! – взорвалась вдруг до того спокойно стоявшая Рэйнбоу Дэш. – Сними эту дискордову штуку с его головы!

После ее реплики зал взволнованно загудел. Кляйст было собрался что-то возразить, но его прервал раздавшийся из машины в центре зала звонок. Твайлайт обернулась и увидела, что шлем на голове Кабаллерона раскрылся и открыл лицо земнопони. Жеребец смотрел немигающим взглядом в одну точку. Из разинутого на всю ширину рта на подбородок стекала струйка слюны.

Работа обучающей машины была завершена.

– Как вы себя чувствуете, юноша? – спросил Кляйст. Старый единорог нагнулся через стол и легонько потряс земнопони. – С вами всё в порядке?

Жеребец вдруг всем телом вздрогнул так, что шлем упал с его головы на живот словно металлический ёж. С хрустом повернув голову Кабаллерон посмотрел на окружавших его пони. Встретившись с его взглядом, Твайлайт отшатнулась одновременно со всеми, кто стоял рядом с ней – в глазах земнопони плескалось абсолютное безумие.

– Кабаллерон?

Пони в зале загомонили, перебивая друг друга. У Кабаллерона закатились глаза и он нараспев начал произносить слова на незнакомом языке. Его речь была еле слышна на фоне множества встревоженных голосов.

– Тише! Все заткнулись! – громко воскликнул доктор Кляйст, перекрикивая шум аудитории. – Молчать!

В резко наступившей тишине голос земнопони стал отчетливо слышен. Твайлайт и Рэйнбоу Дэш затрепетали и переглянулись – они обе узнали этот язык. Но хотя пегаска могла перевести в лучшем случае одно слово из трех, то единорожка понимала всё от начала и до конца. И смысл произносимых слов бросил ее в дрожь.

Земнопони-авантюрист замолчал. Где-то на задних рядах загремел отодвигаемый стул – кто-то взобрался повыше, чтобы видеть что происходит. Обе кобылки и единороги-ученые за столом невольно отвлеклись на шум.

В этот момент Кабаллерон выпрыгнул из кресла и схватил лежавшую на столе перед Кляйстом ручку с металлическим корпусом и острым наконечником. Изо всех сил сжав ее в копытах, жеребец упер ее торцом в столешницу – а затем насадился на нее головой, вогнав ее себе в правый глаз до упора. После чего упал на пол.

Пони оторопело смотрели на тело, отказываясь верить собственным глазам. Кляйст застыл с открытым ртом.

– Это… – пожилой ученый дрожащим копытом тронул свои очки в попытке нащупать за ними глаза и протереть. – Я… не понимаю…

– Он что, умер?! – ахнул кто-то из ученых.

Врач-единорог встал со своего места и повернул голову Кабаллерона. Тот широко распахнутым глазом посмотрел в потолок. Из другого торчал кончик ручки. Кто-то в зале истерически завизжал.

– Он, несомненно, умер, – безэмоционально заявил врач. Находясь в ступоре от свершившегося на его глазах дикого и бессмысленного самоубийства, он монотонно произнес: – Ручка пробила кость за глазом и вошла на всю глубину, вероятно повредив передние доли головного мозга. Смерть наступила…

Среди пони прошло движение. Ученые отпрянули прочь от трупа и стоящих над ним четверых пони как от зачумленных; наиболее молодые из них и преимущественно кобылки в близком к панике состоянии покинули зал. Твайлайт, Рэйнбоу, доктор Кляйст и доктор Стабл остались в одиночестве над телом Кабаллерона.

– Он что-то сказал, – вдруг пробормотал пожилой единорог.

– …Что?

– Он произнес какие-то слова… Перед тем как… ну вы поняли. – Кляйст запнулся и замолчал.

Рэйнбоу посмотрела на Твайлайт, а та – на нее. Обе кобылки опустили глаза.

– Да… он что-то сказал, – рассеянным тоном проронила пегаска.

– А что именно он сказал? Вы поняли что-нибудь? – оживился Кляйст.

Теперь все смотрели на Дэш. Радужногривая пегаска, оказавшись в центре внимания, растерялась и развела копытами.

– Я… я не знаю! Он сказал какую-то ахинею! Я не всё поняла!

– Ну хотя бы примерно! – в пожилом ученом проснулся научный энтузиазм, перебивший шок. – Постарайтесь вспомнить, это очень важно, я уверен!

– В этом нет нужды, – произнесла Твайлайт, перебив старого единорога. – Я поняла, что он сказал.

Кляйст горящими глазами уставился на единорожку, как будто она собиралась сказать где находится Святой Грааль.

– И что же?

– Ничего, доктор Кляйст. Это действительно бессмыслица. Идем, Дэши.

Твайлайт подтолкнула свою подругу носом к выходу и ушла, сопровождаемая растерянными и испуганными взглядами. Несмело поглядывая на Кляйста, к выходу пошли и другие пони – никому не хотелось быть рядом с мертвецом.

Кобылки вышли из библиотеки и завернули за угол. Рэйнбоу опередила Твайлайт и встала перед ней, загородив проход.

– Твай, ты ведь сказала ему неправду? Ты поняла, что за смысл в этой фразе?!

– Да.

– И… – пегаска помедлила. – Что всё это значит?

Единорожка смерила ее мрачным взглядом, и уставилась в пол.

– Не знаю, – наконец сказала она. – Но в этом есть что-то непонятное… и страшное. Он узнал что-то такое, что сошел с ума от страха, и я не уверена что хочу это знать.

– Угу. – Рэйнбоу Дэш закусила губу. – А как будет на нашем языке, что он сказал? Я, кажется, не до конца поняла…

Твайлайт зажмурилась, вспоминая. Слова чужого языка сложились в ее уме в цепочку образов и понятий, доступных для перевода на родной язык. Единорожку продрал озноб, когда сказанная на низком готике фраза была переведена и собралась в готовую конструкцию. Смысл её бросил в холодный пот пони, которая не знала ни войны, ни убийств и от природы была неагрессивной. Фиолетовая пони сглотнула вязкую слюну, и наконец произнесла вслух:

– «Во мраке будущего есть только война. Нет мира среди звезд, лишь вечная бойня и кровопролитие, да смех жаждущих богов».


Черный маркер с шорохом скрипел по бумаге. Его тонкое жало подрагивало в нетвердой хватке, но всё же упорно чертило дрожащую кривую на белой плоскости. Шайнинг, зубами державший эрзац-ручку пыхтел от напряжения и про себя проклинал головную боль, мешавшую ему сосредоточиться. Наконец он с облегчением выплюнул маркер и посмотрел на свой труд – нарисованную на вырванном из блокнота листке слегка неряшливую схему с подписями под ней.

Шайнинг оглядел стены тесного закутка, который был последний месяц его домом. Как принцу-консорту, начальнику стражи и формальному лидеру всего этого балагана, гордо именуемого Проектом Её Высочества Принцессы Луны, ему полагалась отдельная комната – наверное для того чтобы начальнику было где уединиться и подумать. К сожалению, отметил про себя Шайнинг, главным достоинством этой клетки три на три мера сложно воспользоваться, когда его милой и нежной Каденс нет рядом. Без нее это преимущество становится практически ненужным, а смотреть на других кобылок как на объект интереса Шайнинг не желал. Рядом с его прекрасной кобылицей-женой никто из них и близко сравниться не может.

И все же сейчас он был рад тому, что был один.

Склонившись над схемой, белый единорог смотрел на отмеченные для себя пункты. Как и его сестра Твайлайт, ему было проще запомнить что-либо после записи на бумагу. Только в отличие от сестры он не составлял длинных графиков и распорядков дня (он вообще не любил много писать), а набрасывал себе список дел в виде рисунка. Вот и сейчас на столе в тусклом свете настольной лампы лежал план действий – что следует предпринять, чтобы избавиться от нежданной угрозы.

Шайнинг пробежался еще раз глазами по листку.

Главная проблема была в том, что он ничего не знал о своем противнике. «Иной форме жизни», как могла бы сказать его ученая сестра. Одно ли оно, или их много? Где его логово? Разумно оно или нет? Рассматривает ли оно пони исключительно как источник пищи или может их использовать в еще каких-то своих целях?

Ничего этого Шайнинг Армор не знал. Катастрофически не хватало данных. Большинство этих вопросов должен был прояснить отправленный им отряд, но до их возвращения приходилось думать, исходя из того что удалось узнать. Итак, им противостоит минимум одно существо, сильное, быстрое, хищное, идеально приспособленное для убийства. И хочется верить, неразумное…

Вспомнив свою свадьбу и произошедшее во время ее проведения нашествие чейнжлингов, Шайнинг поежился. Вот с кем бы он действительно никогда не захотел бы встретиться вновь, так это с перевертышами и их зловещей королевой. Злобные, жестокие (хотя, надо признать, не настолько как повстречавшееся им существо) и что важнее прочего, разумные, они были страшной угрозой, с которой не смогла справиться даже Принцесса Селестия. Только Каденс смогла остановить их и изгнать. Если бы она сейчас была рядом!

Как всегда, при мысли о своей жене Шайнинг Армор тепло улыбнулся. Сколько он ее уже не видел? Наверное целых полтора месяца прошло с того памятного вызова в Кантерлот. Когда Шайнинг узнал что его любимой сестре требуется помощь, то он бросил все дела в столице и уехал из Кристальной Империи, оставив ее на попечение супруги. В том что его прнцесса справится одна он не сомневался – при всей своей внешней хрупкости в Каденс был стержень воли и значительный самоконтроль – немаловажные качества для управления государством.

Как там она сейчас? Думает ли она о нем в эту самую минуту? Испытывает ли она ту же самую тоску, что и он вдалеке от нее?

Шайнинг закрыл глаза.

В его сознании возник образ любимой. Она стояла на берегу пруда. Между ними было много метров блестящей и переливающейся на ярком солнце воды, но Шайнинг всё равно видел ее улыбку. Ее глаза, такие чистые и выразительные, с любовью смотрящие на него. Ее стройное тело, длинные ноги, с легкостью принимающие на себя вес туловища. Крылья, чуть раскрывшиеся от волнения и желания. Даже на этом расстоянии ощущался жар, исходящий от нее, и легкий цветочный запах.

В дверь постучали. Шайнинг увидел, как лик Каденс исказился от испуга, клюнул носом и проснулся.

Железная створка загрохотала от того что в нее кто-то бесцеремонно лягался копытами. До Шайнинга дошло что он зачем-то закрыл дверь в свой кабинет на запор. Встряхнувшись ото сна, он подошел к двери и открыл ее. За ней оказался взмыленный посыльный из числа его стражников.

– В чем дело? – недовольно спросил единорог.

– Сэр! – темно-синий земнопони запнулся после обращения. – Застава уничтожена!

Шайнинг широко открыл глаза.

– Что?

– Уничтожена, сэр! Мы делали обход и возвращались, когда наткнулись! Там такое… – стражника перекосило и он сжал губы, явно борясь с приступом тошноты.

У Шайнинга засосало под ложечкой.

– Продолжайте.

– Ккогда мы нашли, то позвали сержанта Марлока. Он приказал немедленно оповестить вас. Сейчас он и его пони находятся там.

Единорог сдвинул брови и на миг ушел в себя, обдумывая услышанное. Ничего полезного не надумалось – пока что ощущалось лишь странное оцепенение. То, что он услышал, не влезало ни в какие рамки и было невероятным.

– А кто-нибудь выжил?

– Нет… – сдавленно просипел земнопони. – Там даже тел нет! О-ох, я…

Стражник бросился на пол. Его вырвало. Шайнинг с каменным выражением морды смотрел на то, как его выворачивает, затем приподнял его за подмышки и повернул носом в сторону своей комнаты:

– Там у меня вода в кране. Попей и умойся. Разрешаю даже немного полежать на кровати. Потом – галопом к своему командиру. Понял?

– Ы-ы… Ыак, – всхлипнул посыльный.

– Ты меня понял, боец? – Шайнинг встряхнул его.

– Д-д… Так точно! – земнопони наконец осознал что позориться на глазах начальства не лучшая идея. – Б-благодарю вас, сэр.

– Другое дело.

Шайнинг Армор выпрямился и машинально пробежался взглядом по столу в поисках лежащих на виду секретных документов. Заметив свою схему и блокнот, он сгреб их в кучу и засунул их в карман мундира. Потом накинул разукрашенную эполетами и орденскими планками накидку на спину и торопливо вышел.

За порогом мигрень накинулась с новой силой. Единорог даже запнулся и прижался головой к холодной в каплях конденсата трубе – унять боль. Перед глазами затанцевали звездочки.

«Вот так вот – не успеешь задуматься о любимой, так сразу на голову давит гора проблем», – с мрачной иронией подумал Шайнинг. – «Блокпост, значит…»

Жеребец с трудом отлепился от стены и пошел по коридору. Очень хотелось лечь в койку с холодным компрессом, но Шайнинг заставлял себя делать шаг за шагом. Если бы не боль, он бы вообще скакал галопом – но сейчас нужно было сосредоточиться на том, чтобы после очередного шага не упасть или не впилиться в стенку. В таких условиях ни о каких резких телодвижениях речи и быть не могло. Чтобы отвлечься от боли Шайнинг попытался думать о приятном, но после услышанных известий ничего положительного не шло в голову. Даже представленный им образ Каденс был омрачен тенью, и как единорог не пытался, он не мог увидеть на знакомом лике улыбку.

«Ничего, солнце», – думал он, с лязгом переставляя по полу копыта. – «Я выберусь отсюда. Вырвусь к тебе, и Твайлайт вытащу. Мы еще вместе над всем этим посмеемся. А потом мы останемся вдвоем, только ты и я…»


В примыкавшем к открытым воротам тоннеле собралось два десятка пони из отряда самообороны. Несмотря на весьма поздний час, никто из них и не помышлял о сне, наоборот – они во все глаза таращились в освещаемый прожектором участок коридора перед ними. Изредка то один, то другой боец шепотом переговаривался с товарищем, но большую часть времени пони стояли в полной тишине, напряженно прислушиваясь к любым звукам, доносившимся из-за широкой арки входа.

Шаги из коридора позади себя они услышали издалека. По строю прошла нервная дрожь, но вслушавшись в сдвоенный стук шагов ополченцы успокоились – к ним шел пони. Кто-то из жеребцов узнал чуть рваный ритм и облегченно пробормотал: «Принц идет». Но никто не стал оборачиваться – отчасти от страха перед тем, что скрывалось в темноте впереди, но во многом – из-за того, что они могли увидеть за спиной еще раз.

…Приближаясь к перекрестку, Шайнинг Армор увидел трех ополченцев, собравшихся в кучку у наспех собранного заграждения. В одном из них он узнал сержанта Марлока. При его приближении пони поднялись с мест.

– Вольно. – Шайнинг предупреждающе взмахнул копытом. – Что здесь произошло, сержант?

– Здравия желаю, Ваше Высочество. – поклонился пожилой пони-пегас, в прошлом отставной сержант гвардии а ныне десятник.

Белый единорог выжидательно посмотрел на него.

– Блокпост разрушен, Ваше Высочество, – вздохнул сержант. – Выживших нет. Тел тоже нет, только кровь повсюду. Вроде как дикие звери поработали. Я выставил два отделения в тот проход и перекрыл его. Если что-то оттуда сунется, мы будем знать.

– Покажите, – потребовал Шайнинг.

– Есть, – кивнул старик-ополченец и повернулся к двум своим подчиненным. – Оставайтесь тут, ребята, мы с их Высочеством вдвоем прогуляемся.

Шайнинг был готов поклясться, что во взглядах пони мелькнула с трудом скрываемая радость. Он пошел с сержантом к перекрестку.

– Там всё настолько плохо? – спросил он.

– Они насмотрелись уже, – проворчал пожилой пегас, имея в виду своих более молодых сослуживцев. – На всю жизнь хватит. Нечего их мучить почем зря. Да вы сами все сейчас увидите, Ваше Высочество.

Шайнинг с сомнением хмыкнул. Однако уже через несколько шагов был вынужден признать правоту старика.

Застава была едва отстроена. Несколько установленных на треноги ламп ярко освещали перекресток. В холодном электрическом свете кровь выглядела почти черной, жирно отсвечивая и сверкая подобно разлитой нефти. И ей было измарано всё – от решеток пола до плафонов ламп на потолке. Жирными потеками были изукрашены стены, а еще на полу обильно лежало то, что больше всего подходило к определению «фарш». Оглушающий солоноватый запах с противным сладковатым привкусом ударил в ноздри.

Шайнинг и Марлок остановились у отмечавших границы разгромленного укрепления заграждений из ящиков, глядя на бойню.

– О Селестия, – пробормотал Шайнинг. – Какой кошмар.

Старый сержант закрыл глаза. Белый единорог уставился себе под ноги и рассеянно уставился на вымазанную красным решетку палубы.

– Подготовьте список погибших. Я должен знать, кто был убит. Позже я объявлю о трагедии и сообщу об этом родственникам тех, кто… Сержант!

– Да, Ваше Высочество, – пегас вздрогнул.

– Вы уже знаете, кто пострадал?

– Да, сэр. Вся смена, кто был на заставе. Как раз перед этим мне отчитались те пони, которых вы оставили мыть палубу после того первого случая. Макинтош, Карамель, и, эм…

– Сильверкоут, – кивнул единорог. – Да, я помню.

– Сэр, осмелюсь спросить… Что же нам делать?

– Для начала постарайтесь взять себя в копыта. И добейтесь того же от подчиненных! Разведгруппа еще не вернулась из тоннелей?

– Нет.

– Проклятье…

Шайнинг Армор задумался. Пони, которых он послал, скорее всего уже не вернутся. Надо будет выступить перед ополчением и вселить им уверенность. Если его лучшие бойцы начнут паниковать, ничем хорошим это не закончится. А вход в ту часть корабля, откуда появилось чудовище, придется как-то заделать. Если только это единственный вход…

– Ваши патрули обошли закрытые ворота по звездному кораблю? Что они нашли? – обратился Шайнинг к сержанту.

– Ничего, Ваше Высочество. Везде ворота закрыты. Это был единственный вход который стал открытым, – ответил он.

У Шайнинга посветлело на душе. Хоть одна хорошая новость!

В соседнем коридоре раздался шум и встревоженные голоса. Шайнинг и сержант Марлок обменялись быстрыми взглядами.

– Снова они?! – воскликнул пожилой пегас.

– Вперед, за мной! – бросил Шайнинг вместо ответа.

Принц-единорог и с трудом поспевающий за ним сержант бросились на шум. Вскоре они увидели выставленный против входа заслон из ополченцев. Десяток солдат продолжал пристально наблюдать за проемом, в то время как остальные сгрудились вокруг лежащего на полу жеребца-земнопони светло-желтой масти.

– Пропустите! – Шайнинг протиснулся мимо стоящих пони.

Земнопони был ранен. На шее справа у него была круглая рана, словно кто-то вырвал из нее кусок плоти. Тело и ноги был иссечены порезами. Глаза несчастного рассеяно блуждали по окружавшим его пони.

– Я знаю его. – Марлок наклонился над раненым. – Этот пони из той группы что я отправил исследовать тоннели. Сынок, как ты?

– Сержант?.. – слабо откликнулся земнопони.

– Да, это я, солдат. Что с тобой случилось? Где остальные?

– Погибли… – прошептал раненый.

Среди стоявших вокруг пони прошел ропот.

– Кто на вас напал? – спросил Шайнинг.

– Чудовища… – взгляд земнопони становился всё более расфокусированным: похоже, что он с трудом сохранял сознание. – Мы прошли где-то полмили… и нашли гнездо. Там были сотни этих тварей… на нас напали… я…

Раненый умолк и беспомощно откинулся на поддерживавшие его копыта.

– Сотни, – пробормотал Шайнинг, с трудом веря в услышанное.

– Сотни! – сержант уставился в темноту тоннеля за вратами. – Во имя Богинь, он мог их привести за собой!

Стоявший в коридоре табун пони дрогнул. Все отпрянули от зева ворот, как будто оттуда были готовы на них наброситься полчища чудовищ. Многие уже прикидывали, как бы половчее отсюда сбежать.

Шайнинг почувствовал, что пора спасать ситуацию.

– Стоять! – рявкнул он. – Оставайтесь на местах! Не то я сам отлягаю вас, трусы!

Все замерли. К счастью, окрик возымел своё действие.

– Сержант, отводите своих пони! – Шайнинг решил немедленно занять их делом. – Перекройте ближайшие двери в коридорах, ведущих в жилые секции. Я сейчас распоряжусь, чтобы вам прислали сварочные аппараты. Автоматические двери заварить и завалить баррикадами, воздуховоды перекрыть! Выполняйте!

– Будет сделано, Ваше Высочество, – кивнул Марлок. – Что делать после?

– Отходите к следующим дверям и делайте то же самое. Отправьте кого-нибудь с раненым и доставьте его в лазарет.

– Есть!

Шайнинг развернулся и торопливо ушел по коридору, на ходу обдумывая ситуацию.

Он был военным. Он был самым молодым выпускником Королевской военной академии имени Селестии, а потом офицером в гвардии Её Высочества. Но сейчас в его душе скапливался липкий страх, мешавший мыслить рационально. Еще хуже было то, что этот страх имел логическое основание, дававшее осознать глубину той задницы, в которой оказались все пони на борту.

«С самого начала ты это знал», – мысленно обратился он к самому себе. – «Ты боялся в это поверить, но в глубине души ты это подозревал. Слишком уж гладко всё было с самого начала. Сразу после прибытия последней партии колонистов появилось это существо. И что вполне логично, рядом бродят еще множество его собратьев, которые теперь придут на запах добычи. И у тебя нет ничего, что можно было противопоставить им. Наша повелительница, да правит она вечно, могла бы справиться с этим. Или моя Каденс. Или Принцесса Луна. Но их всех здесь нет».

Шайнинг потянулся магией, чтобы открыть очередную дверь и охнул – кольнувшая в основание рога игла боли заставила его содрогнуться и припасть на передние колени. Встав, единорог привалился плечом к переборке, пытаясь справиться с навалившейся слабостью.

«Если мы останемся здесь, то все умрем».

Тяжело дыша и кусая губу, Шайнинг поплелся дальше.

«Нужно найти мою сестру. Собрать Твайлайт и ее подруг. Собрать Элементы. Возможно, их мощь поможет сдержать этих чудовищ на какое-то время.

Оглянувшись через плечо, белый единорог поправил мундир и горько усмехнулся.

«Достаточное для того, чтобы хотя бы часть пони успела сбежать отсюда».


Действия Шайнинга были обдуманными и быстрыми. Рассылаемые им посланцы будили командиров ополчения и передавали им устные приказы – поднимать народ и организовываться в дееспособные подразделения. Сделать это было трудно – по времени корабля была глубокая ночь, и многие не осознавали всю серьезность положения, считая происходящее очередными учениями. Шайнинг Армор запретил рассказывать какие-либо подробности о происшествии на заставе, и поэтому большинство пони было в неведении. Однако уже через час коридоры уровней заполнили снующие во всех направлениях земнопони, пегасы и единороги, переносящие инструменты, сооружающие баррикады и препирающиеся с заспанными и ничего не понимающими обитателями жилых отсеков. Жилой сектор превратился в разворошенный улей.

Колония со скрипом зашевелилась, реагируя на угрозу.

Стопроцентно безопасных мест на корабле было известно немного. Одним из них были помещения, примыкавшие вплотную к ангару с челноком, поэтому Шайнинг решил собирать всех, кого следовало эвакуировать именно там. Тех пони, чьи семьи жили ближе других к вырезанному блокпосту, он решил вывести первыми – в случае прорыва они бы пострадали с наибольшей вероятностью. Отдав распоряжение выселять находившиеся рядом с перекрываемыми кордонами жилые отсеки, Шайнинг отправился в библиотеку к своей сестре. Твайлайт следовало знать, что происходит вокруг.

Когда единорог вошел в хранилище, он насторожился. Внутри был погашен свет. Никого не было видно. Обычно Твайлайт засиживалась допоздна над книгами или расписывая очередной проект, но теперь в библиотеке было непривычно тихо и темно.

Шайнинг невольно напрягся и приготовился к бою. Неужели пока он ходил, монстры каким-то образом уже проникли в библиотеку?..

«Спокойно. Сделай глубокий вдох», – единорог зажмурился и встряхнул гривой. – «Это просто нервы. Слишком много всякого случилось за этот вечер. Твай просто устала и легла спать пораньше. А у тебя обычная паранойя. Ну скажи сам, вот из почти двух сотен жилых комнат чудовища взяли и вломились именно в библиотеку? Смешно, приятель».

– Твайлайт!

Шайнинг пробежался по библиотеке, заглядывая по пути в каждый отсек. Затем он подошел к комнате, приспособленной под спальню, и заглянул внутрь.

Твайлайт лежала на откидной кровати, прижимаясь спиной к стене. Передними копытами он обнимала свою старую куклу, крепко прижимая ее к себе. Выражение мордочки единорожки было печальным и измученным. Напряженный оскал зубов смутно белел в слабом свете ночника, веки трепетали – ей снился кошмар. Напротив неё на койке безмятежно сопел Спайк.

Шайнинг на мгновение замялся. Появилось искушение не будить сестру и дать ей хоть немного отдохнуть, прежде чем она услышит неприятную весть. Но увы, её помощь была необходима ему – кто-то должен был организовывать и успокаивать табун напуганных колонистов пока он командует на передовой. Кому как не Носителям Элементов этим заняться?

Единорог подошел к постели и легонько потряс кобылку за плечо. Потом немного энергичнее.

– Твайлайт! Сестренка, проснись!

Единорожка резко раскрыла глаза и шарахнулась по кровати от Шайнинга, чуть не свалившись на пол. Сжавшись в комок, она испуганно посмотрела на жеребца.

– Ш-шайнинг?..

– Да, сестренка, это я. – единорог присел на край кровати и успокаивающе дотронулся до Твайлайт тыльной стороной передней ноги. – Это всего лишь твой родной брат.

– Оу… прости! – Твайлайт уткнулась мордочкой ему в грудь и обхватила копытами. Ее тело мелко затряслось. – Я… испугалась…

– Тише, родная, – вздохнул Шайнинг и погладил ее по голове.

Кобылка какое-то время держала жеребца в объятьях, постепенно успокаиваясь и переставая дрожать. Вскоре она разжала копыта и глубоко вздохнула.

– Прости, Шайнинг… Что-то случилось?

– К сожалению, да, – кивнул единорог. – Твай, у нас проблемы.

– И… насколько серьезные?

– Очень. – Шайнинг сделал паузу. – Я отдал приказ о начале эвакуации.

– Эвакуация?! – Твайлайт ошарашено поглядела на брата, пытаясь понять, всерьез ли он это сказал.

– Да.

– Но… О чем ты говоришь? Какая эвакуация?! Мы ведь еще сколького не узнали! Программа исследований не выполнена до конца! Мы ведь еще даже не расшифровали библиотечное хранилище данных!

– Твай, это не обсуждается. Мы улетаем, – взгляд Шайнинга потяжелел. Твайлайт в растерянности поднесла копытце ко рту.

– Неужели всё настолько серьезно? Что случилось?

– Чудовища напали на наш блокпост и растерзали всех, кто там находился, – угрюмо произнес белый единорог. – Это вовсе не одна-единственная тварь. Их там сотни. А может и тысячи. Кто знает? Из моей разведывательной группы вернулся только один пони, и не факт что он доживет хотя бы до утра. Я приказал заварить и баррикадировать все двери в коридорах, примыкавших к тому злополучному перекрестку, но их это не остановит. Мы должны бежать, и как можно быстрее, иначе будет поздно.

– Но… я… – единорожка потеряла дар речи. В ее голове никак не укладывалось то, что ей сообщил брат.

– Как это было? – наконец пробормотала она.

Шайнинг принялся рассказывать о том, что видел, стараясь не вдаваться в кровавые подробности. О том, как ему сообщили о происшествии. Как он ходил на блокпост и говорил с сержантом. Как узнал о скрывающемся в глубине корабля рое чудовищ. И наконец о тех доводах что заставили его принять решение. С каждой новой фразой Твайлайт дрожала всё сильнее, и под конец спича спрятала мордочку на груди брата уже не в силах сдержать слез.

– О Богини…

И тут произнесенное вслух ей самой слово напомнило о том, что давно следовало сообщить Шайнингу – о письме принцессы Луны. Твайлайт отстранилась и взглянул в глаза единорога над ней, зная что ей предстоит услышать много «лестного» в свой адрес.

– Братик, прости… но мы не можем лететь.

Шайнинг пристально посмотрел на нее.

– Ты поняла хоть что-то из того что я сказал? Какого сена, Твай?!

Единорожка принялась рассказывать о странной посылке. Как и следовало ожидать, брат отнесся к ее словам с неодобрением.

– Ну и когда ты собиралась мне это рассказать?

– Прости! Я… забыла. Со всей этой беготней, чудовищами, несчастными случаями, у меня просто вылетело из головы.

– Класс. – Шайнинг глухо зарычал и впечатал копыто себе в лоб. – Просто замечательно!

Твалйлайт потупилась, что попытки оправдаться только еще сильнее выведут брата из себя. Оба пони замолчали и сидели рядом, отвернувшись друг от друга. Наконец белый единорог вздохнул и устало потер лоб копытом.

– Что ж, это ничего не меняет. Мы должны попытаться. Здесь мы погибнем в любом случае, и даже подарок Луны ничем не сможет нам помочь, да я и не представляю какой от него вообще толк. Так что… делаем то же, что и собирались.

– Есть еще одна проблема, – тихо сказала Твайлайт, не поднимая глаз. – Лира ранена. Самолет вести некому. Как мы улетим?

– Есть ее ученик.

– Он никогда не приземлял крылатую машину!

– Научится. Смогла Лира – значит, сможет и он.

– Ну, допустим! Но в самолете мало места, он не сможет унести всех! Как ты собираешься спасать две с лишним тысячи пони всего на одном аппарате?

– Спасем хоть кого-то. Если хватит времени – сделаем сотню рейсов. Сейчас твоя забота не в этом, а в том чтобы подготовить пони к эвакуации и разместить их поближе к ангару. Ты поможешь мне?

– Погоди, братик! – Твайлайт положила ему копыто на плечо. – Не действуй сгоряча! Я уверена, всё еще можно исправить, и рано пока приступать к эвакуации. Пожалуйста, отмени свой…

– Нет. – Шайнинг стряхнул копыто сестры со своего плеча. – Я ничего не буду отменять. Мы улетаем. Всё, точка!

Единорожка насупилась и отвернулась к стене. На кровати заворочался Спайк, которого разбудили голоса. Дракончик блеснул в свете ночника глазами, зевнул и спросил севшим спросонья голосом:

– Кто здесь? Вы там ругаетесь, что ли?

Никто ему не ответил. Твайлайт смотрела в переборку, сидя спиной к брату. Шайнинг видел, как напряжена ее поза, и в душе ругал себя, сестру, чудовищ и весь белый свет.

Твайлайт покрутила головой и спросила преувеличенно спокойным голосом:

– Чего ты хочешь от меня?

– Я хочу, чтобы ты организовала эвакуируемых пони и не дала им впасть в панику, пока я и мои ребята будем прикрывать их крупы на укреплениях. Еще ты отберешь пони, которых эвакуируют первыми. Лучше отправь первым рейсом жеребят – им тут точно нечего делать.

– Это всё?

Шайнинг услышал в голосе Твайлайт усталость и понял, что она начала смиряться с мыслью о бегстве с корабля. Это его отчасти успокоило – извиниться и простить друг друга они всегда успеют, главное чтобы их ссора не повлияла на общее дело.

– Найди того пони, который должен сменить Лиру. Отправляйся с ним в лазарет и скажи, чтобы та пони рассказала ему всё что следует знать для успешного рейса туда и обратно. Если он вздумает отказаться, передай, что я гарантирую ему Королевский суд Принцесс за неисполнение приказа. Пусть стартует, как только будет готов. Это всё.

Шайнинг поднялся с койки и пошел к двери. Перед тем как выйти он оглянулся на Твайлайт, которая все так же сидела на кровати.

– Возможно ты считаешь что я резок и слишком раскомандовался тут. Но я делаю то, что является правильным, и если я считаю что надо сваливать – значит так оно и есть. Если мы будем копаться и тянуть время, то нас всех сожрут. А теперь прости, мне пора идти.

Единорог вышел, дверь за ним с мягким гулом закрылась. Фиолетовая пони тяжело вздохнула и прижала к мордочке копыта.

– Твай, что происходит? – воскликнул всё слышавший и от того окончательно проснувшийся Спайк. – Что случилось?

Единорожка с печалью посмотрела на своего маленького помощника и ответила:

– Беда.


В ангаре было шумно. Несколько сотен пони осаждали челнок, требуя вывезти их первыми. В толпе преобладали мамы с жеребятами, пытавшиеся пробиться ближе к самолету и истерично ругавшиеся с такими же кобылками, преграждавшими им путь. Челнок окружал отряд самообороны Шайнинга, не пропускавший толпу ближе и оставлявший только один коридор для прохода. Там пытались найти по составленному Твайлайт списку жеребят и набрать пассажиров, но из-за царившей неразберихи это никак не получалось сделать.

Колония была охвачена страхом. Несмотря на усилия Шайнинг Армора, слухи один страшнее другого просочились в общество и вызвали состояние, близкое к панике. Как только стал известен приказ об эвакуации, множество пони рванулось к ангару, таща на себе свои пожитки, из-за чего в транспортных коридорах было не протолкнуться. Ополченцы пытались придать этому потоку хоть какую-то упорядоченность, но их было слишком мало – почти все солдаты были отправлены строить баррикады по всему жилому сектору. В результате ангар удерживало лишь пятьдесят пони из резервного отряда, и эта группа не могла ни помешать бегущим, ни организовать их.

– …Нам придется отправляться быстрее чем мы собирались, – голос командира ополченцев был еле слышен из-за хрипевшей в эфире статики. – Их слишком много, мы не сможем их сдерживать вечно. В самолет уже набилось этих дискордовых кляч с детишками, мы не можем их оттуда выгнать! Скажите принцу, пусть сам разговаривает с этими проклятыми беженцами, а я еще жить хочу. И пусть пришлет еще пони, я не могу ничего сделать с полусотней стариков!

– Вам был дан приказ сдерживать толпу. Так выполняйте его! – сердито ответила Твайлайт, стараясь копировать интонации брата. – Капитан Шайнинг Армор сейчас находится на заставе со своими солдатами, и я не буду беспокоить его по таким пустякам. Дайте мне Пэйпер Плейн!

– Сейчас.

Изображение головы пожилого земнопони сместилось и пропало с экрана терминала связи. Вместо него появилась мордочка молодого единорога.

– Мисс Твайлайт? – проскрежетали динамики.

– Сейчас с вами свяжется Лира, она будет вашим гидом. Если что-то в процессе полета вызовет вопросы, тут же обращайтесь. В остальном придерживайтесь план-схемы полета. Вам понятно?

– Так точно.

Твайлайт сняла наушники с микрофоном и обернулась.

Это был небольшой отсек над огромным залом ангара. Две противоположные друг другу стены комнаты были заняты каким-то сложным оборудованием. Большую стену напротив входа занимал экран от пола до потолка, выполнявший функцию эрзац-окна. За ним мерцали звезды и медленно вращался бело-голубой полудиск планеты. Однако космический пейзаж не волновал никого из тех кто был в отсеке, даже Твайлайт.

В комнате были Спайк, Флаттершай, Пинки Пай и два медпони из Понивилльского госпиталя. Взгляды присутствовавших то и дело обращались к лежавшей на передвижной кровати светло-зеленой единорожке. Глаза под запавшими веками были закрыты, изо рта доносилось тяжелое дыхание. На груди и животе кобылки под одеялом белела плотная марлевая повязка, из-под которой к аппарату на спинке кровати тянулись дренажные трубки. Аппарат негромко урчал, перегоняя по трубкам жидкость.

– Подкатывайте, – негромко сказала фиолетовая пони.

Медсестра Редхарт взялась за ручку кровати и осторожно покатила ее в сторону терминала и сидящей за ним кобылки. Вторая медпони придерживала ее с другой стороны, не допуская резких толчков. Наконец кровать остановилась рядом с единорожкой и звякнула колесами.

– Как она? – тихо спросила Твайлайт, имея в виду Лиру.

Медсестра Редхарт задумчиво посмотрела на раненую.

– Стабильно тяжелое. Проникающее рваное ранение брюшной полости. Наш хирург ушил рану и установил дренаж, а мы вкололи антибиотиков. Теперь ей необходим покой и сон. Если бы не требование вашего брата, я бы вам ее вообще не отдала – с такими ранами как у нее, можно только спать и ходить под себя.

– Я всё слышу! – прошептала Лира и улыбнулась. Медленно открыв глаза, она посмотрела на Редхарт, потом на фиолетовую пони.

– Что я должна делать?

– Ты поможешь Пэйпер вести твой самолет. – Твайлайт наклонилась из своего кресла и копытами надела наушники Лире на голову. – Справишься?

– Конечно, – мятная единорожка откинулась на подушку и закрыла глаза. – Плэйн, ты слышишь меня?

– Слышу, Лира! – откликнулся жеребец-пилот. – Ты там как вообще, живая?

– А то! – засмеялась раненая и тут же страдальчески оскалилась из-за резкой боли. – М-м-м… Только учти, я не в настроении кричать, так что напряги слух.

– Понял тебя, понял!

– И учти, «самолетик»… – кобылка перевела дух и глубоко вдохнула. – Если разобьешь мою крошку, я тебя отлягаю, когда выздоровею.

– Конечно! – хохонул единорог. – Ты только там не загнись, очень тебя прошу. А то голос у тебя больно нездоровый.

– Не дождешься. Что там у тебя за шум?

– Да провожающие всё никак не угомонятся, – Пэйпер на экране раздраженно оглянулся через плечо. – Ладно, я стартую через несколько минут, начинаю запуск двигателей.

– Хорошо.

– Ага, пока.

Единорог отвернулся от камеры и начал проделывать какие-то манипуляции. Из динамиков пульта донесся рокот прогревающихся сопел, и пол комнаты мелко завибрировал в тон реву двигателей. Все кто был в отсеке прислушивались к звукам, доносившимся снизу.

– Интересно, а радио пробьет сквозь корпус корабля? – вслух пробормотала Твайлайт.

– Пробьет, – неожиданно ответила ей Лира. – Это ведь не наш маленький коммуникатор. Я нашла эту машину две недели назад, когда гуляла по уровню после рейса в Эквестрию. Наверное, тут была диспетчерская или что-то типа того, как в Клаудсдейле. Сигнал с этого пульта транслируется на мощную наружную антенну, так что можешь не беспокоиться – связь не прервется.

– Спасибо. – Твайлайт улыбнулась. – Лира, ты просто молодец.

– Я знаю. – мятная единорожка ухмыльнулась с закрытыми глазами. – Пейпер, ты слышишь меня? Ответь!

– Что? – сквозь шум пробился голос единорога. – Прости, тут очень громко, я тебя еле слышу.

– Скажи нашим поням из стали, пусть выгоняют всех из ангара и сами бегут оттуда. Шлюзование там начинается ровно через пять минут после запуска двигателей самолета. Так что давай, и пусть они поторопятся.

Единорог посмотрел с экрана округлившимися глазами и прикрыв микрофон копытом закричал кому-то позади себя. Вибрация постепенно становилась всё сильнее.

Дверь в отсек с шипением открылась. Внутрь вбежала Рэйнбоу Дэш, с тревогой озираясь по сторонам. Вслед за кобылкой внутрь вошли Эпплджек и Рэрити. Вид у трёх подруг был очень взволнованным.

– Скут! – позвала пегаска. – Кто-нибудь видел Скуталу?

– Нет. – Флаттершай посмотрела на Пинки.

– Блин, – радужногривая пони приложила копыто ко лбу. – Они куда-то удрали. Мы никак не можем их найти.

– Кто?

– Да Скут со Свити и Эплблум! Агррх! – пегаска со злостью топнула. – Мы и в зале с самолетом были, и в других местах, но их нигде нет!

– Тише. Тут Лира. – Твайлайт сделала большие глаза и показала на лежащую в кровати пони.

– А-а. Ой, прости.

Рэйнбоу махнула копытом, вздохнула и легла возле двери прямо на пол. Две других ее товарки опустились рядом, слишком уставшие от тревоги и поисков.

– Хоть бы глупостей не натворила, – пробормотала пегаска.

Эпплджек что-то невразумительно буркнула в ответ. Твайлайт смотрела на них и слушала, как из терминала по громкой связи доносится гул взлетающего челнока. К вибрации прибавился шум откачивавших воздух насосов и металлический лязг – то открывались внешние ворота ангара.

– Твайлайт, это Вайт Чок. – на шее фиолетовой магички пискнул вокс. – Мы вывели всех пони из зала для крылатой машины.

Единорожка кивнула.

– Хорошо.

Рэйнбоу Дэш вдруг вздрогнула и подняла голову.

– Мы не смотрели в самолете.

Она оглянулась на лежавших рядом с ней Эпплджек и Рэрити. Те ответили ей недоуменными взглядами – похоже, они не поняли, о чем она говорит.

– Вы меня слышите? – пегаска рывком поднялась с пола. – Мы не смотрели в самолете! Они могут быть там!

– Не кричи, – земнопони-ковбойша нахмурилась. – Дискорд. И вправду!

– Подожди, дорогуша, – Рэрити медленно встала. – Ты ведь не думаешь, что они могут без нас…

– …Улететь? Да запросто!

Пегаска подскочила к двери и ударила по сенсору. Панель с шорохом поползла вверх. Дэш пригнулась, готовая прошмыгнуть в щель, как только та станет достаточно широкой.

– Рэйнбоу, стой!

Пегаска дрогнула и с раздраженным видом повернулась.

– Чего тебе, Твай?

Твайлайт ничего не ответила, лишь показала копытом на обзорный экран. Там в пустоте космоса плыла удаляющаяся от корабля блесточка «аквилы».


– Они бегут, – бесстрастно произнес космодесантник.

Капитан Сынов Злобы вгляделся в изображение на мониторе ауспекса и кивнул.

– Согласен. Не нужно обладать способностями предвидения чтобы предугадать это. Они испугались, как только мы натравили на них генокрадов из трюмных отсеков.

– Что прикажете делать, мой лорд?

– Сколько существ на корабле? – обратился командир космических десантников к стоявшему позади библиарию.

– Около шестидесяти. Больше половины особей не достигли зрелости. Большинство оставшихся женского пола, и почти все из них напуганы. – сверхчеловек в силовых доспехах презрительно сплюнул. – Жалкие создания.

– Превосходно, – на бледном лице Сына Злобы появилась едва заметная ухмылка. – Всё идет согласно плану. Приступаем к третьему этапу.

Капитан Маркус встал за плечом сидевшего за орудийной консолью космодесантником и указал на ползущую по экрану точку:

– Транспорт уничтожить. Огонь по ксеносам!


Рэйнбоу Дэш подошла к Твайлайт.

– Можешь связать меня с ними? Я должна спросить, с ними Скуталу или нет.

– Да, и узнай насчет Эплблум и Свити Белль. – Эпплджек поднялась с места. Вслед за ней встала и Рэрити.

– Сейчас, подождите, – фиолетовая пони аккуратно сняла с головы Лиры наушники и надела их на себя. – Алло, Пейпер Плейн? Как там у тебя, всё в порядке?

– Да! – сквозь шум помех дошел ответ. – Правда, у меня тут на панели какая-то лампочка красная мигает. Не могу понять, что она значит.

– А что за шум у тебя?

– Да это вместе с лампочкой сигнал тревоги включился. Хотя вроде всё нормально, показатели на приборах в норме. Может, случайно включилось?

– Ладно, сейчас вместе разберемся. Пока скажи, у тебя есть на борту такие пони как Скуталу, Эплблум и Свити Белль?

– Не знаю, – динамики удивленно хмыкнули. – Я же пилот, а не проводник в поезде. Тем более что у меня тут почти все безбилетники.

– Ну так спроси! – воскликнула Рэйнбоу. – Узнай, есть такая пони на борту или нет, трудно что ли?

– Блин. Вот не было печали… Сейчас спрошу.

На экране было видно, как пилот-единорог повернулся и закричал, обращаясь к тем кто был в пассажирском салоне. Оттуда ему ответил хор голосов. Что-либо разобрать было трудно, и жеребец несколько раз переспрашивал, прежде чем вернуться к коммуникатору.

– Ага. Так, вроде их имена есть в списке тех, кто внутри. Так что они должны быть на борту, если конечно не убежали куда-нибудь после прохождения контроля. Вообще при посадке был жуткий бардак, из тех, кого должны были вывезти взяли всего десять пони.

– Значит, улетела… – вздохнула пегаска.

– Ладно тебе горевать, сахарок, – пони-фермерша обняла одной ногой подругу и прижала к себе. – Зато она теперь в безопасности.

Дэш потупилась и закрыла глаза.

– Надеюсь… Но мне было бы легче если бы она была рядом.

Возглас Спайка и резкая дрожь палубы заставила всех вздрогнуть. По переборкам донесся странный звук, как если бы кто-то очень быстро и четко выбивал дробь по металлической плите. Пони начали растерянно озираться.

– Что это? Спайк? Спайк!

Дракончик указывал рукой-лапой на обзорный экран. Губы его дрожали. Посмотрев в ту сторону, кобылки ахнули.

Космос пронзали желтые прерывистые линии, закутавшие удаляющийся челнок в паутину трассеров. Несколько пунктиров настигли аппарат, выбив из его крыльев и корпуса сверкающие брызги осколков. Из динамиков корабельного вокса раздались крики.

– Что происходит? Вы нас слышите?! – донесся крик пилота. – Твайлайт! Лира! Кто-нибудь, отзовитесь! Мы…

Корпус «аквилы» разломился пополам как буханка хлеба, выпустив облачко воздуха и мелькающие разноцветные пятна тел в пустоту. Одновременно с этим крики внезапно прервались.

Пони ошеломленно глядели то в окно, то друг на друга. Твайлайт невольно посмотрела на монитор коммуникатора – и с криком ужаса отпрянула, вжавшись в кресло.

Связь с челноком всё еще работала. На экране была видна разорванная крупнокалиберными очередями кабина. В ее центре медленно вращался жеребец-единорог; за его спиной была видна звездная бездна. Пони-пилот глядел в камеру широко распахнутыми глазами, его густо вымазанный красным рот был разинут в беззвучном крике.

Вакуум не проводит звук.

Продолжение следует...