Чужая земля

В конце пути нас ждут небесные луга с сочною травою. А может, бесконечное и бескрайнее небо в кучерявых облаках, освещённое тёплыми золотыми лучами заходящего солнца? Ведь всем доподлинно известно, уставшие пони уходят на звёздную дорогу, скакать по бескрайним небесным лугам и парить в небесах, где нет плохой погоды. Рассказ об одной из шести, взвалившей на свою спину тяжёлую ношу.

Рэрити

Не похожа я на глухую

После свадьбы Винил решает прогуляться прежде чем вернуться домой, к своей соседке, Октавии

DJ PON-3 Другие пони Доктор Хувз Октавия

Муки Сердца: Том III — Гибрид

Сварм — первый в мире гибрид пони и ченджлинга, дитя пегаса Вардена и ченджлинга Куно. Какая жизнь ждет эту троицу впереди? Серьезные перемены, для начала.

ОС - пони Стража Дворца

Спасительница

Дерпи давно планирует отправиться в путешествие, чтобы повидать различные уголки Эквестрии. И вот, этот день настал. Однако, когда серая пегаска пускается в путь, всё идёт не по плану.

Трикси, Великая и Могучая Дерпи Хувз

Вечер на одного

Твайлайт получает в подарок бутылку вина. К сожалению, ей не с кем разделить свой вечер, так что она решает испробовать вино в одиночку.

Твайлайт Спаркл

Посылка на день рождения

Дерпи уже предвкушала, как вернётся домой и отметит свой день рождения, когда внезапно ей подкинули работёнку. Доставить одну посылку - ничего сложного для такого опытного почтальона. По крайней мере, так думала пони, но у самой посылки были другие планы.

Дерпи Хувз Другие пони

Параллель

Два мира, столь похожие и столь разные одновременно. У них было единое начало , но они пошли разными путями. И вот отнажды , после долгих лет разлуки они вновь встретились....

Счастье на троих

Поняши идут на ярмарку и кое кто из них влюбляется.

Пинки Пай

Сказание о последнем элементе

В результате опасной встречи человек отправляется в Эквестрию, оставив в родном мире маленькую дочь. Смирившись с потерей семьи он пускает перемены в свою жизнь, но тот час же тьма приходит в движение. Это история, где Эквестрия оставлена в опасности. Истории о любви, потерях и вечных узах семьи.

Звезда по имени Солнце

Сансет Шиммер - личная ученица принцессы Селестии, однажды возжелала больше силы и знаний, для этого она решила раскрыть одну из тайн своего учителя. Ей это удалось, но добилась ли она того, чего хотела? Даже через год, идя по вечерним улицам советского Воронежа, она не могла дать на это ответ.

Человеки Сансет Шиммер

Автор рисунка: aJVL
Глава 2. Протухшая 60 лет назад история Глава 4. Позор и слава

Глава 3. Возрождение

Дэш продолжает свой путь к Мейнхеттену, но на пути встает проблема... Сильно изменившая ее жизнь. И тело.
UPD: отредактировано, переписано. Исправлены косяки, йей.

— Нет-нет-нет, стой, ты и правда из прошлого? Вот действительно из прошлого?

Я уже тысячу раз успела проклясть себя за то, что случайно выдала себя. Дон из благовоспитанного зануды превратился в назойливого жеребенка. Уже на протяжении доброго десятка минут он заваливал меня одинаковыми вопросами. Его восторгу и удивлению просто не было предела. Честное слово, я уже устала закатывать глаза. Я просто кивала или мотала из стороны в сторону головой в ответ на каждый новый вопрос молодого жеребца. Проще было уже тихонько его убить.

Хотя, одна из реплик заставила меня оживиться:

— Знаешь, плащ на Пустоши — штука бесполезная, да еще и опасная. Представь — будешь улепетывать от кого-нибудь и зацепишься. Вот тут тебе и крышка, — Дон цокнул языком и развел копытами, едва не упав. — Я понимаю, ты кьютимарку прячешь. Но лучше найди себе длинную броню — и защита, и кьютимарку не видно. Знаю я в Мейнхеттене одного торговца броней, он тебе подыщет.

— Хм, я подумаю над твоим предложением, — я кивнула и осторожно почесала крылом больной бок. Шрам был неприятным на ощупь. Что ж, по поводу брони и правда нужно было задуматься. Собирать пули, иглы и когти собственным телом не сильно хотелось.  

Поток вопросов жеребца наконец иссяк. Мы двигались в тишине, нарушаемой лишь поскрипыванием колес фургона.

— Слишком уж тихо, — прошептал Дон. Он остановил брамина, левитировал из тележки дробовик и мешочек картечи. Я настороженно заглянула в фургон и попросила Уилла вновь активировать Л.У.М.

— Более двадцати вражеских точек на расстоянии около трехсот метров, — сообщил робопони.

Единорог быстро подполз к большому камню возле изгиба дороги. После поворота дорога сильно расширялась, спускаясь с холма в чашеобразную долину. Дым от рейдерского костра черным столбом поднимался вверх. Горели ветхие деревянные домики поселения возле дороги.

— Рейдеры, — констатировал очевидное Дон. — Богинями проклятые ублюдки миновали наш хорошо вооруженный Сент-Пони и напали на Кьюттейл! Ну конечно, жеребят убивать попроще...

Дон вытащил из тележки бинокль, рассмотрел печальную картину пожара и дал посмотреть мне. Дым сильно мешал увидеть что-либо, но было понятно, что все поселение состояло из трех домов и шести крошечных вагончиков. Одно из зданий, некогда бывшее нахально-желтого цвета, несомненно было выстроено еще до войны. Домик боролся со всеми невзгодами. Даже сейчас, разваливаясь в бешеном пламени, он горел хуже всех.

— Приют для "детей войны" имени Флаттершай, — сглотнув комок в горле, выдавила я. Каждый метр Пустоши, кажется, хотел меня добить, показывая, во что превратились десятилетия моей жизни.

— Ну, это дом для жеребят со всей Пустоши, где можно найти кров, еду и друзей. Точнее, так было до... этого, — Дон вздохнул, леветировал свое оружие обратно в тележку и собрался продолжить путь.

— Ты собираешься просто уйти? — в моем голосе послышались стальные нотки.

— Там пожар и рейдеры, Дэш. Зачем соваться на рожон лишний раз?

— А если они захватили жеребят в плен, а не убили?!

— Они не работорговцы. Рейдер предназначен для убийства и насилия. Дарование жизни малышам не входит в этот список.

— Никто бы не сделал подобного, даже рейдеры! — я топнула ногой, подняв облачко пыли, и ткнула единорога копытом в грудь. — Я не хочу крови жеребят на своих копытах. И если ты, зануда, хоть на секунду допускаешь возможность того, что там кого-то можно спасти, то не смей уходить. Эквестрия погибла не из-за зебр, а из-за эгоизма пони. Хочешь повторить историю?!  

Дон слегка пошатнулся и прижал уши, словно нахулиганивший жеребенок.

— Ладно-ладно, мы вместе зачистим рейдерское гнездо и улучшим Пустошь, йей... — пробурчал он.

Я победоносно ухмыльнулась.

— Отлично. А теперь скажи мне, у тебя есть гранаты? Давно я не играла в летающую взрывчатку.


Дым играл мне на копыто, скрывая. На нос я нацепила кислородную маску. Глаза слезились несмотря на толстые очки для полетов. Каждая нога и весь мой круп были увешаны гранатами, словно дикими зебринскими украшениями. Тележка Дона вмещала на удивление много полезных вещей. Кислородный талисман на маске слегка светился голубым, призрачно освещая мордочку и дым вокруг.

Около десятка рейдеров столпилась возле одного из вагончиков, пытаясь вскрыть замок на двери. Я обернулась и заметила сквозь дымовую завесу белый флажок. Дон занял снайперскую позицию. Все шло по плану.  

Я стремительно ринулась вниз. Лишь когда жар от горящих зданий стал нестерпимым, а свист ветра заглушил треск огня, я вышла из пике, и, таща за собой черный след из гари и сажи, промчалась над группой рейдеров.

Никто ничего не успел заметить.

Цепочка упавших мини-бомб размазала девятерых пони по стенкам вагончика. Внутри кто-то истошно закричал. Точный выстрел из винтовки был подарен Доном чудом спасшемуся рейдеру. Я совершенно равнодушно прикончила подобными образом еще две кучки пони. Они были слишком медленными, чтобы хотя бы заметить меня. Дон добивал выживших после взрывного дождя.  

Бомбами все еще была увешана одна нога. В зубах я держала леску, соединяющую чеки четырех гранат. Рейдеров было много. Намного больше, чем предполагалось. Дискордов зад, у меня не было даже ножей! Ох, спасибо, Зекора, за уроки зебринского копытопашного боя... Около тридцати рейдеров наконец сообразили, откуда на них нападают. Вокруг меня, пляшущей в небе, засвистели пули. Я рванула ввысь, туда, где не достали бы выстрелы из слабых револьверов. Дон продолжал осторожно убирать пони за пони, пока явыбирала, куда лучше сбросить гранаты. Права на ошибку у меня уже не было. Но, к сожалению, эта орда была не кучкой злых безумцев. Они были вооружены и имели предводителя. Рослый рыжий жеребец с грязной сиреневатой гривой вырвал пулемет у стоящего рядом рейдера и принялся палить в воздух. Я увернулась от первой очереди, но потом поток воздуха неловко заломил мне крыло, и его прошила смертельная очередь горячего свинца. Хвала Богиням, его не оторвало совсем, но голубые перья обильно посыпались вниз, а тонкая кость хрустнула. Издав истошный вопль, я камнем полетела к земле. Только не крыло, нет-нет-нет! Даже с одним крылом я смогла затормозить падение. В полете я подхватила выпавшую из зубов связку гранат и что есть силы дернула леску, отбрасывая снаряды копытами. Три взрыва перемешали рейдеров с пылью. Главарь взвыл и выронил пулемет, когда шрапнель из острых камней прошила его бок вместе с хлипкой броней.

Я болезненно шлепнулась на землю, на мгновение ослепнув от удара. Нельзя думать о своем крыле и о ноющих ребрах. Я дернулась всем телом. Ничего, кажется, не было сломано, и десяток маленьких красных бомбочек все еще болтался, примотанный к ноге. Я зажмурилась и заставила себя подняться. На меня наступала орда рейдеров. Возможно, я просто везучая, возможно, это сделал намеренно Дон, но все наступающие были вооружены только холодным оружием. Страшно не было. Они загоняли меня, как дикого зверя, но я была не маленькой глупой пони. Как только они приблизились, начав окружать меня хихикающим кольцом, им под копыта полетела первая пара бомб. Взрываясь, они распахнулись, словно огненные цветы, пожирая рейдеров. Пони кричали, корчились в пламени, обугливались. Завоняло паленой шерстью и мясом. Даже кислородная маска не могла остановить этот запах. Ноздри затрепетали, и я чудом сдержала рвотный позыв. Не сейчас, Дэш, не сейчас!

Отступая, я разбрасывала вокруг огненные цветы. Сухая трава горела вместе с рейдерами и домами. Огонь и дым поглощали все вокруг. Самые умные из выживших неслись прочь из долины, бросая оружие на бегу. Некоторые падали, словно скошенные невидимым копытом, и я не переставала удивляться меткости Дона. Единорог умудрялся точно попадать по движущимся целям посреди огненного ада.  

Сочные проклятия привлекли мое внимание. Бомбы закончились, но я прихватила кувалду, оброненную рейдером. Источником брани оказался вожак. Он пытался бежать, но задняя нога вывернулась под неестественным углом, а бок и живот обильно кровоточили.Мои глаза полыхнули мстительным огнем, и, размахнувшись, я ударила кувалдой по копыту жеребца. Копыто буквально расплющило, кость ноги хрустнула. Я почти ничего не видела от кровавой пелены мести.

— Это тебе за жеребят!

Следующий удар пришелся на бок. Кувалда смяла кьютимарку в виде трех пуль.

— А это за крыло!

Последний удар размозжил голову жеребца. Череп разлетелся на куски. Я, скинув маску, плюнула в месиво из крови и мозга и отшвырнула кувалду.  

Резкий свист напугал меня. Но потом я поняла, что это лишь сигнал от Дона — долина была зачищена. Пыл боя отпустил меня. Тут же вернулась боль в ребрах и обожженной коже. О бедном крыле я даже не хотела думать.

Не вовремя вспомнился дракон с изуродованными крыльями и перебитым позвоночником. Гигантский монстр лежал на дне ловушки, не понимая, куда делась вся его сила. Его не столько беспокоили боль и близость смерти, сколько мучила эта необъяснимая загадка. Он просто баюкал свое уже никчемное крыло в когтистых лапах и что-то хрипел — может пел, может молился одному ему известным драконьим богам...  

Я мотнула головой, отгоняя воспоминание, и свистнула в ответ.

— Приветствую, Рэйнбоу Дэш, — произнес знакомый металлический голос. В дыму появился силуэт робопони. Из его подставки обильно лилась пена, мгновенно тушившая пламя вокруг. Вслед за ним по расчищенной тропинке вышагивал Дон. Он отсалютовал винтовкой. Но, едва он заметил плачевное состояние крыла, улыбка сползла с его лица.

— Сначала жеребята, — заметив его взгляд, отрезала я.

Дверь одного вагончика заклинило, ее пришлось выбивать. При каждом ударе копыт о дверь, внутри вагончика истошно вопила кучка малышей. Едва дверь поддалась, в грудь мне уткнулся десяток острых предметов. Четыре пары злых глазенок впились в меня.

— Эй-эй, я вас спасать пришла!

Злость сменилась недоверием, потом легким испугом. Да, я выглядела не лучшим образом, но, по крайней мере, не была увешана цепями и головами пони. Уилл был оставлен с этой четверкой, а мы с Доном помчались к еще одному вагончику и к начавшему рушиться Приюту. Я, вновь натянув на нос кислородную маску, рванула в горящий дом. Жар сомкнулся вокруг, копыта жгло о раскаленный пол. Я понятия не имела, где искать жеребят. просто скакала вперед, уклоняясь от снопов искр и падающих балок. Вдруг в оранжевом пылающем месиве мелькнула синева. На шкафу, укрывая собой двух крошечных и совершенно одинаковых кобылок, сидел синегривый жеребенок. Его хвост сгорел почти полностью. Я попыталась вдохнуть побольше воздуха и крикнула:

— Быстрее! Сюда-а-а!

Синегривый вздрогнул и повернул мордочку на крик. Моя голубая шерсть служила ему хорошим ориентиром. Он схватил обеих кобылок за гривы и прыгнул вместе с ними со шкафа. Я боялась, что дальше пол может провалиться под моей тяжестью, а полет бы убил меня сразу. Поэтому я могла только подбадривать малышей. Когда жеребята почти добежали, позади меня с древесным стоном рухнули последние балки.

Светлое пятно выхода оказалось погребено в огне. Мы с ужасом посмотрели вперед. Идти было некуда.  

Я оглянулась, и взгляд зацепился за маленькую лесенку. Одна из кобылок вдруг осела на пол, глаза ее закатились. Я сняла маску, кое-как надела ее на крошечную мордочку и закинула кобылку себе на спину, рванула к лесенке, придерживая свою ношу здоровым крылом. На втором этаже в конце коридора я, уже ничего не соображая от жара, увидела надпись, которую так ждала — аварийный выход. Забыв про огонь, лизавший им копыта, мы понеслись туда.  

Выход был завален.  

Я шлепнулась на круп от бессилия. Ничего уже было не сделать. Вот и кончилось твое геройство, Рэйнбоу Дэш. Кобылка скатилась у меня со спины. Грудь малышки судорожно вздымалась, хватая кислород, поступающий из маски. Когда я шлепнулась на пол, что-то гладкое коснулось ноги. Я перевела туда взгляд и увидела... Мину. Противопехотную мину, прицепленную к хвосту. Гадать, откуда она взялась и почему я не почувствовала ее тяжести, было некогда. Оттащив малышей подальше, я установила мину и сама рванула подальше.  

Взрыв произошел слишком быстро.  

Взрывная волна подбросила меня в воздух. Зрение пропало, в нос ударило зловоние от горящих шерсти и мяса. Мое тело с шлепком ударилось о стену и жалким мешком упало на пол. Я чуть не потеряла сознание, но ликующий крик синегривого жеребенка вернул меня в реальность. В ушах звенело, а в глазах все было размыто и мутно.

— Выход, выход! Мы сможем вылезти. Быстрей!

Я хотела пойти, честно. Но ни один мускул не шевельнулся, будто из меня вытащили батарейки. Кто-то ухватил меня за тлеющую гриву и попытался тащить. Я оттолкнула спасителя копытами и прохрипела:

— Без меня... Идите.  

Я не видела испуганных и испачканных в саже мордашек, не видела умоляющих взглядов, не видела светлую полосу неба, только могла их представить. Я закрылась копытами и уткнулась в горячий пол. Из головы уже вымело все мысли, даже хор голосков затих. Ничто уже во мне не боролось за жизнь.

С предостережениями и скрипом досок жеребята пропали. Огонь все ближе подбирался ко мне. Шерсть на копыте вспыхнула. Я хрипло вскрикнула, закашлялась и стала бить горящим копытом по полу, надеясь потушить его. И вдруг затихла с вытянутой и все еще горящей ногой. Что-то тяжелое ударило сверху, но боль уже не успела догнать меня. Сознание наконец оставило тело. Огонь сменился мраком, жар — небытием.


Глупо, наверное, умирать. Второй раз за неделю.  

..."Мейнхеттен пал. Жар-бомбы стерли его с лица Эквестрии. Поднимем копыта в память о тысячах погибших собратьев. И будут же прокляты зебры! Предательство неоспоримо..." 

Надо было забрать Пинки из ее офиса. Хотя бы ее труп. Захоронение ведь тоже входит в обязанности друзей? А, ну все это к Селестии... Надо было забрать их всех. Украсть корабль и уплыть подальше от Эквестрии. Или махнуть на Луну, погостили бы у Найтмер Мун.

"...ное, невозможное событие. Кантерлот подвержен нападению. Богини пали. Но я все еще с тобой, Эквестрия, твой голос надежды. Твой еще живой ди-джей. Твой последний голос, Экве..."

Да какая разница? Я же мертва. И они мертвы. ВСЕ мертвы. Надеюсь, мы встретимся. Ведь встретимся же?  

"...ости, умоляю, Эквестрия, прости меня. Я устал. Твой голос надежды охрип. К моей голове чудо-скотчем Пинки Пай примотана бомба. Мне осталась минута. Ты же разделишь ее со мной, Эквестрия? Спой со мной, ты, живой и слушающий бредни старого жеребца. Я... Не хочу увидеть мир в огне... Ну же, осчастливь мои последние минуты! А этот мерзкий пищащий кусок смерти будет нам аккомпанементом, ха-ха. 10 секунд. Я не хочу увидеть мир в... "  


Свет! Богини, за что же так ярко? Могли бы пожалеть заживо сгоревшую кобылу из прошлого...

— Рейнбоу?

Так. Так. Слишком подозрительно знакомый голос...

Я распахнула глаза. Чертов мир вспыхнул и расплылся в своих очертаниях. Что-то гудело в голове. Я чувствовала запах крови и железа, а по силуэту поняла, что рядом Уилл.

— С возвраще-е-е-ением, Дэш, — прогудел его металлический голос.

Я затравленно озиралась и вертела головой, пытаясь прогнать глюк в виде робопони. Я умерла-умерла-умерла. Или Пустошь теперь мое Чистилище? От резких движений голова у меня закружилась. Я попыталась зажать ее копытами, но получилось это сделать только правой ногой. Левая... не ощущалась. Смотреть я на нее не хотела.

Комнатка, в которой мы были, была залита светом от звенящих ламп, от чего казалась еще более убогой. Обшарпанные серые стены, рваные плакаты... Скучно. Смотреть тут было больше не на что и снова обратила взгляд на Уилла. О, Селестия, зрение вернулось.

— Только не говори, что вы вернули меня в это мерзкое место.

— Смотря, что ты так называешь. Если ты говоришь о Пустоши, то да, ты все еще тут.

— А я, может, надеялась на райские луга?!

— Да перестань. Здесь же веселее.

Мне хотелось врезать ему. Больно врезать. Эти его саркастичные нотки в голосе...

— Эй, Уилл, когда ты успел превратиться из я-не-запрограммирован-на-общение-пони во вполне выраженную социальную личность?

Робот пожжужал, обрабатывая мою сложную фразу. Я сама чуть не сломалась, озвучив ее.

— Меня немного подлатали здесь. Не только же тебя чинить. Поставили усовершенствованную плату общения и ускорили процессы обработки информации, отключив сотни каналов связи с Министерствами Тайных Наук. Теперь я примерно то, чего добивалась Твайлайт Спаркл от всего проекта Со-123.

— О, ты снова превращаешься в самого занудного пони в Пустоши.

— Спасибо за комплимент, Жареная Дэш.

Рог Селестии ему в зад, мерзкий робопони посмел насмехаться надо мной! Это ему с копыт точно не сойдет.  

Мои планы мести были прерваны стуком в дверь. Я дернулась, вновь почувствовав, что с моим телом много что не так.

Из-за двери показалась мордочка, затем еще и еще. Вскоре мою койку окружило не меньше десятка пестрых жеребят. Малютка-единорог, которой я отдала кислородную маску выкатилась вперед. Она еще плохо управлялась с магией, но смогла положить поверх моего одеяла лист бумаги. Ее огромные доверчивые глаза вперились в меня с нескрываемой надеждой на похвалу. Я, приподняв бровь, попыталась сфокусироваться на рисунке. С тихим жужжанием в моих глазах что-то перестроилось. Я быстро моргнула, прогоняя это жуждое ощущение. У меня, что, веки сгорели? Или... Глаза? Ох, их же не могло взрывом повредить... Я резко потрясла головой. Глаза опять неприятно пожужжали. На секунду все расплылось, а потом сделалось настолько четким, что я могла разглядеть три крошечные царапины, как от когтей, на двери. Дальнозоркость-близокопытность. Все ясно. Глазам правда был капут. Ну, тому, что раньше было моими глазами. Жаловаться на имплантанты сейчас смысла не имело. Это даже было... Круто!  

Наконец я поняла, что мое молчание затянулось. Я в который раз посмотрела на лист. Это был... Рисунок? Явно выполненный жеребятами, примитивный на первый взгляд  он был крайне милым. Посреди рыжих огненных полос был явно виден голубой пегас. Грива и хвост были просто радужным пятном. В захвате огромной ноги пегас держал кучу жеребят — сосчитать их я не могла. Второе копыто пегас поднимал в воздух, указывая на бегущую коричнево-серую компанию пони. В отличии от пегаса, рисовать рейдеров жеребята не очень старались. Внизу листочка крупными печатными буквами было написано: "Спасибо Дэши!!!"   Я не сдержала улыбку. А потом просто засмеялась. Богини, на Пустоши есть хорошее! Здесь еще умеют благодарить.  

Жеребята, как один, склонили головы набок и с удивлением уставились на меня.

— Это она таким образом радость выражает, мои маленькие пони, — прогудел Уилл. Затем он ткнул меня турелью в бок и буквально прошипел: "Скажи уже что-нибудь умное."  

Я всем телом потянулась вверх, заставляя себя сесть. Потом я буквально сползла с койки и обняла всех малышей.

— Спасибо, мелкие, отличная работа!  

От счастья и все еще не стихающего смеха я закрыла глаза. Комок из жеребят в плену моих копыт радостно пищал и толкался. Наконец я отпустила их и открыла глаза. Мир опять расплылся и сфокусировался с тихим жужжанием. И тогда я увидела свою левую ногу. То, что ей было.  

Жеребята вприпрыжку вышли из комнаты. А я все продолжала сидеть на полу, уставившись чудо-глазами на ногу. Уродливым браслетом в нее впивался ПипБак. Его края были...пришиты к моей коже!

— Уилл... — я смогла выговорить только это.

— А, ты заметила? Спасибо Селестии, что мы нашли его у одного рейдера.

— Зачем вы пришили его? Зачем он вообще мне нужен? Что там...под ним?

— Тебе правду сказать или красивую версию от Дона?

Я наконец оторвала взгляд от ПипБака и устало посмотрела на робопони. Мир покрылся кровавой дымкой. Я была действительно готова напасть на него.

— Понял, понял. Во-первых, у тебя были жуткие ожоги. Но это залечить-  не проблема. Обидно другое. Откуда-то на тебя грохнулась куча металлолома. Три или четыре листа железа чудом не отрубили тебе голову, а только превратили ногу в фарш. Восстановить это было нельзя. ПипБак теперь тебе нужен для опоры — раз, для прикрытия ужасных повреждений — два, для обеспечения работы нервов — три. Не волнуйся, нога будет функционировать, как раньше. Только со сгибом могут быть проблемы. Но это мелочи, Дэши!  

Я тяжело вздохнула. Оптимизм меня тоже начинал бесить.  

Я попробовала двигать изуродованной конечностью. Ощущение было неприятным. ПипБак был тяжелым и неудобным. Кожа вокруг него болезненно натягивалась, и я боялась, что швы могут разойтись.  

— Ладно, разбирайся со своей игрушкой. Когда закончишь, выходи, тебя уже ждут, — Уилл бесшумно поднялся в воздух и тяжело лязгнул железной дверью.  

Как только он вышел, я попыталась содрать Пип-Бак с ноги. От боли я чуть не заплакала и взвыла в голос. Похоже, повреждения были и правда серьезными. От досады я стукнула глупой железкой об ножку койки. Хоть что-нибудь НЕ роботизированное во мне оставили? Ух, я снова была не рада возвращению. Ненавижу, когда тело подводит меня. Или становится неуклюжим. Большим. Железным! Надеюсь, хоть к крыльям никто прикасаться не посмел... Кстати о крыльях. Я же сломала одно!  

Мои жужжащие глаза зацепились за пыльное зеркало в углу комнаты. И худшие опасения оправдались. Краешки крыльев на сгибе кости были сжаты тонкими металлическими пластинками. Тонкие кости тоже поддерживал блестящий металл. В подбитом крыле не хватало перьев.

Ну, ладно, не все так ужасно, как могло быть.  

Вид у меня, конечно, был потрепанный. Я пригладила обгоревшую гриву, распушила остатки перьев в крыльях, даже дисплей Пип-Бака протерла. Кстати, интересная штука. Не лучшая модель из виденных мною, зато очень прочная. Маленькие кнопки копытом было не очень удобно нажимать, но я быстро наловчилась. С каждой удачной попыткой приборчик раздражал меня все меньше. Наличие карты моей комнатки поразило. Кстати, на карте мира были отметки Мейнхеттена, Мейнхеттенского завода, Кьюттейла, Сент-Пони и Понивилля. Круто!Я присмотрелась к непонятным строчкам: Рад-сопротивляемость и Робопони. "Упс, так получилось, что теперь Вы напичканы железом вместо тканей и органов. Зато теперь вы получаете меньше урона от любых видов оружия и небольшой штраф к скрытности." Даже тупой кусок железа напомнил мне о том, что я тоже кусок железа!  

Радио ловило только сигнал из Тенпони. Музыка там была скучной, и я ее выключила.  

Так. Куда меня вообще закинуло, кто там меня ждет и как привыкнуть к новому телу? От потока мыслей голова у меня заболела. Мне вообще нельзя думать!   Я раздраженно шлепнула по синей кнопке. Тут же дверь распахнулась, а на пороге возник Уилл.

— Со всем разобралась? Тогда пойдем знакомиться со спасителями.  

Я недовольно взглянула на него и поплелась по коридору, глядя себе под копыта. Еще и проклятая нога с Пип-Баком еле гнулась...  

Подняв наконец взгляд, я опешила. В огромном цеху передо мной сидело трое... Существ. Мутантов. И они улыбались.  

Заметка. Получен новый уровень (3)

Новая квестовая способность: Робопони.

Новая способность: Фанатик оружия. Любое оружие в ваших копытах наносит до 15% больше урона. Легкое оружие становится менее изнашиваемым. Отдача тяжелого оружия снижена. Однако, вы получаете штраф к точности.