Сборник зарисовок

Сборник различных виньеток, спонтанных идей, потенциальных фанфиков.

Имя счастья

Братиши, я вам "розовых соплей" принёс))

Лира Бон-Бон

Этот манящий блеск

Даже сейчас, спустя несколько недель, Твайлайт всё ещё не могла взять в толк, что заставило её тогда откусить тот первый кусочек. Она дважды, трижды, четырежды проверила заклинание и оно сработало идеально. Ну, настолько идеально, насколько это возможно при полном превращении в дракона. Но она просто не ожидала, что драгоценные камни окажутся такими вкусными...

Твайлайт Спаркл Другие пони

Скоростное Перемещение

Супер-герой Флэш самый быстрый человек на земле и благодаря своей скорости случайно попадает в Эквестрию

Рэйнбоу Дэш Пинки Пай Эплджек Человеки

Сердце дракона

Средневековье. Ведется война за трон. А тут к одному из Домов попадает маленький аликорн. Чем это все это закончится?....

ОС - пони

Вован

Трикси стоило несколько раз подумать, прежде чем призывать "это"... Дурацкие ситуации, забавные диалоги, море абсурда и всяких глупостей - это и многое другое вы найдёте в фанфике с говорящим названием "Вован".

Трикси, Великая и Могучая Человеки Старлайт Глиммер

Источник жизни

По всей Эквестрии следует череда таинственных похищений детей. Ни требований, ни каких либо ультиматумов преступники не выдвигают. На первый взгляд все эти похищения никак не всязаны...

ОС - пони

Это платье меня полнит? / Does This Dress Make Me Look Fat?

Подруга задает Эплджек опасный вопрос, и, к сожалению, она должна ответить честно.

Рэрити Эплджек

Неожиданное свидание

Если что-то и могло разбить сердце Рэрити сильнее, чем смотреть как её лучшую подругу продинамили, так это наблюдать, как Твайлайт возвращается в библиотеку со столь же разбитым сердцем. Но Твайлайт повезло, ибо будь проклята Рэрити, если допустит такое.

Твайлайт Спаркл Рэрити

На виражах души моей

Радуга соглашается провести двухнедельный отпуск с семьей Спитфайр, за время которого с ней произойдет много интересного, веселого, занимательного, а порой и трагичного, из чего она сделает множество разнообразных выводов, полезных и не совсем.

Рэйнбоу Дэш Спитфайр Другие пони ОС - пони

Автор рисунка: Noben
Вступление — Кульминация Отчаянья Уникальный Шанс

Телепортация

Глава, в которой спектральное сканирование SCP-9341 вышло из-под контроля.

Майкл Брайт почувствовал, что падает, и тут же получил сильный удар по затылку. Когда Брайт открыл глаза, он понял, что свалился со стула. Рядом лежала разбитая кружка с пролитым кофе. Судя по размерам лужи, Майкл даже не притронулся к нему.

— Проклятье! — выругался Майкл, заметив несколько пятен на своём халате. Он находился всё в том же кабинете Фонда SCP: спереди – три жидкокристаллических монитора над пультом управления, сзади – похожий пульт во всю длину стены, по бокам – две двери и часы на стене. Больше здесь ничего не было. Майкл, лёжа на спине, запрокинул голову, часы показывали 9:12 PM. Брайт перевёл взгляд на потолок и попытался вспомнить, что за бред ему только что снился. Он вспомнил лишь пару фрагментов из своего сна, хотя, точно помнил, что все они как-то взаимосвязаны.

Первый – он стоит перед тремя рычагами: “Солнце”, “Луна”, “SCP-Foundation”. Майкл дёрнул первый – весь свет вокруг погас, дёрнул второй – вместо крыши он увидел полную Луну со звёздами на ночном небе, дёрнул третий – раздалась сирена воздушной тревоги, и в следующий миг Фонд был мгновенно уничтожен ядерным взрывом.

Второй – Майкл катался по коридорам Фонда верхом на трёхметровом медведе и с криками: “Смотрите все! Я оседлал Большую Медведицу!” — ломал мониторы и прочее дорогостоящее оборудование SCP-Foundation.

А вот третий никак не хотел вспоминаться, но он был такой же бредовый, как и остальные.

— Так, пора завязывать играть в компьютерные игры, — сказал сам себе Майкл. В следующую секунду дверь слева от него открылась, и внутрь вошёл приятель профессора Ричард Джонсон. Тот подошёл ближе к лежащему на полу учёному.

— Всё о смысле жизни думаешь? — ехидно спросил Ричард.

— Очень смешно! Налил себе кофе и, видимо, уснул до того, как его выпил, — доктор Брайт зевнул во весь рот и поднялся на четвереньки. Майкл поднял стул и после начал вытирать пятно на полу, — Как же я хочу спать! А мне ещё полтора часа здесь придётся торчать, следить за этими долбаными мониторами.

— Могу обрадовать, тебе не придётся здесь торчать!

— Понятно, опять я нужен комментатором испытаний, — раздражённо догадался Майкл и, оттолкнувшись ногой от пульта управления, отъехал на стуле к противоположенной стене, — А вообще, какого чёрта? Ведь O5 объявили по Интеркому три часа назад, что сегодня экспериментов больше не будет.

— Спецдоставка.

— Ты хочешь сказать – новый объект?

— Именно!

— Класс! Ты его уже видел? Как он выглядит? Свойства? Номер? Размеры? — воодушевился доктор Брайт.

— Номер ещё не назначен, класс тоже. А выглядит он, как скала: три метра в высоту, два в ширину, полтора в длину. Каплевидной формы. Нам-то и предстоит первыми его исследовать! — во время рассказа улыбка на лице Майкла пропала.

— Рик, ты же знаешь, как я отношусь к подобным предложениям. В конце концов – это небезопасно! Сколько Дэшек с ним контактировали? Ноль? Ты совсем с ума сошёл?

— Майкл, Майкл… Мы провели с ним все возможные тесты. Он безопасен на 95%.

— Но ведь не на 99%!

— Какой же ты пессимист!

— Ладно-ладно, я согласен, будто у меня есть выбор... Его уже пропустили через спектрометр антимасс?

— Двадцать минут назад.

— И что показал спектрометр?

— Ничего.

— Что?! То есть как так "ничего"? Этого не может быть! — Майкл недоумённо повернулся на стуле к Ричарду.

— Сам посмотри, — Джонсон протянул лист с результатами сканирования состава объекта. Доктор Брайт выхватил страницу и стал всматриваться в текст и картинки. Чуть ниже универсальной надписи SCP-Foundation красовалось изображение со скалой в разрезе в трёх перспективах. В центре камня находился странный объект, по форме напоминающий диадему. Судя по скану, камень – монолитный. Как в него попала эта корона – не понятно.

Под рисунками находилась цветная шкала. Майкл прочитал вслух:

— "Состав:

Жёлтый цвет – золото – 15,8 грамм;

Серый цвет – игнимбритовый камень (вулканическая порода) – 89,3 грамма;

Синий цвет – Сэламун – 77,5 грамм…"
Эй, Рик, что ещё за Сэламун? Никогда не слышал.

— Я тоже. В архивах Фонда ни одного упоминания о нём. Вот всё, что я смог найти в интернете, — тот передал ещё пару листов приятелю. Брайт бегло прочитал их.

— "Сэламун (ака “Лунное пророчество”)- минерал, найденный в метеорите, упавшем в районе Лос-Анджелеса в 1997 году. Состав до конца не определён. Обладает удивительными целебными свойствами; во время нахождения Луны в фазах полнолуние и новолуние светится голубым цветом. Есть свидетели, утверждающие, что при неких обстоятельствах минерал способен создавать порталы между двумя мирами: нашим и тем, к которому он “принадлежит”. Канал способен перемещать от одного до пяти человек за раз, при этом сам процесс телепортации весьма болезненный. Тем не менее, никаких вышеупомянутых свойств у метеорита замечено не было…". Что это такое?

— Документы из Астрономического Музея Лос-Анджелеса. Глянь на печать и подпись! Это не подделка.

— Да ну, чушь какая-то! Но вернёмся к нашему камню. Ты видел вес? — Брайт ткнул пальцем в диаграмму под изображением скалы в разрезе, — 200 грамм!? Да эта скала весит не меньше пяти тонн! Давно говорил, вам нужно починить ваш спектрометр.

— Не поверишь, он в норме! Мы повторили тест пять раз, затем повторно проверили уже отсканированные материалы. Результаты идентичны!

— Но как трёхметровая скала может весить 200 грамм?

— Это лишь результаты, полученные после спектрового сканирования. На самом деле её вес около 7 тонн.

— Как так? Ничего не понимаю.

— Нам и предстоит всё выяснить! А что, если это новый элемент…

— …подожди-ка, — перебил Ричарда Майк, повторно взглянув на результаты сканирования, — Сэламуна должно быть около трети, но на рисунке я вообще не вижу синего цвета…

— Он есть — синий оттенок всего камня. Похоже, что Сэламун – растворен во всей породе, — Рик взглянул на часы, они показывали 9:34 PM. — Пойдём, мы и так уже задержались.

— Пошли, — Брайт встал со стула, и двое приятелей направились к ближайшему лифту. Через две минуты они приехали на нужный этаж. Пройдя несколько коридоров и кабинетов, они зашли внутрь маленькой комнаты. Всю переднюю стену занимал пульт управления, за которым сидели три человека. Над пультом было бронестекло, разделяющее командный пункт и большую камеру антимасс-спектрометра. Под огромной лазерной пушкой, прикреплённой у самого потолка на пятнадцатиметровой высоте, стояла каменная глыба.

— Вот вы где! Долго же вас ждать, — произнёс доктор Гиарс. Ему было лет за сорок. Это был среднего роста кареглазый мужчина с квадратным лицом и небольшой лысиной. Его небритое лицо выражало усталость, и, тем не менее, Гиарс не позволял себе отдохнуть, пока не доведёт все свои дела до конца.

— Простите, сэр, мы немного задержались.

— Здравствуйте, — пожал его руку Майкл, — Так, что у нас тут?

Гиарс рассказал всё, что сам успел выяснить:

— Мы с доктором Райтом осмотрели весь камень вдоль и поперёк. На одной из его сторон находится фрагмент текста, и, как я понял, там выгравированы четыре стихотворения. Не знаю точно, что это за язык, но похож он на староанглийский, хотя, я не смог прочитать, что там написано. Доктор Брайт, я слышал, что Вы знаете несколько языков. Не могли бы Вы нам помочь перевести эту поэму?

— Так вот зачем я понадобился. Ну, ладно, давайте. Я так понимаю, это всё, что от меня требуется?

— Нет, не совсем. На обратной стороне метеорита мистер Райт увидел некий символ, похожий, по его словам, на осла. Я-то был без очков, но, мне кажется, это была фигура лошади. Поглядите-ка, что там изображено на самом деле – самому интересно узнать!

— Э-э-э, а эта фигурка не опасна?

— Мы её всю ощупали – ничего не произошло.

— Ну, ладно. Иду переодеваться. Через пару минут осмотрю ваш камень.

Спустя 10 минут…

Огромные двери шлюза открылись, и в камеру с таинственной глыбой зашёл Доктор Брайт. На нём был лишь белый костюм с тонкими свинцовыми вставками (так, на всякий случай) и гарнитура, состоящая из наушников, микрофона и мини камеры, прикреплённой к правой душке защитных очков. Справа от Майкла, с высоты четырёх метров за бронированным стеклом, за ним наблюдали Ричард, доктор Гиарс, машинистка Линн и пара других учёных. Майкл сделал первые шаги к скале.

— У меня плохое предчувствие, Рик… — заволновался доктор Брайт.

— Да успокойся ты! От этой штуки меньше вреда, чем от мобильника.

— Надеюсь ты прав… Ох, как надеюсь!

— К тому же, что может пойти не так?

Майкл несколько раз обошёл скалу и, не увидев явной опасности, приблизился к ней на два метра.

— Так, доктор Брайт, — заговорил по интеркому Гиарс, — (В сторону) Эта штука ведь работает? Кто-нибудь включите запись! Да, всё, вижу, запись пошла. (В микрофон) Итак, в камере с новым объектом SCP находится доктор Брайт, — Майкл помахал рукой в камеру, — Главные по эксперименту – Я, доктор Френсис Гиарс, и мой ассистент доктор Ричард Джонсон; научный персонал: Линн Уотт – машинистка, Даниэль Жибер – наш экстремальный водитель, Табита Сен-Жермен, Николь Оливер и Уитли Райт. Дата исследования: 30 июня 2016 года, 21 час 57 минут. Что ж, приступим к исследованию. Доктор Брайт, обойдите, пожалуйста, скалу и сфотографируйте её с разных ракурсов, с каких сочтёте нужным. У нас практически нет чётких снимков с ней.

— Хорошо, сейчас всё будет! — ответил Майк. Он сделал снимков тридцать, обежав камень со всех сторон, словно папарацци.

— Неплохо! — сказал Гиарс, глядя на мониторы, — Из Вас получился бы отличный фотограф!

— Благодарю за комплимент.

— Давайте перейдём непосредственно к надписи.

Доктор Брайт встал боком к учёным и принялся вглядываться в золотые буквы. Он сделал пару снимков и этих надписей, которые тут же появились на мониторах перед Гиарсом.

— Вы про эти фразы спрашивали?

— Да, да, те самые.

— Ну, что я могу сказать… Вы были правы, когда предположили, что это староанглийский, но здесь ещё присутствует пара фраз на старолатинском и… Видите эти символы? — Майкл ткнул пальцем в треугольный значок, — Это… эм… так, дайте секунду сообразить… Совсем забыл как язык называется…

— Это не самое главное. Вы сможете перевести?

— Без проблем! Вся суть в том, что каждый знак обозначает аналогичную букву английского алфавита. Ну вот, например: Солнце – это звук “С”, Полумесяц – “Л”, Птица – “И”, Книга – “У”, Стрела – “А”, ну, и так далее. Можно провести примерную аналогию с английским, хотя, далеко и не полную. Ну, что? Мне уже начинать?

— Да, пожалуйста.

— Хорошо, приступим… — Майкл начал диктовать строчку за строчкой. Когда они подошли к концу второго четверостишия первого отрывка, Ричард уже еле сдерживал улыбку на лице.

— Что смешного, Ричард? — посмотрел на учёного Гиарс.

— Не, не, всё нормально! — сквозь слёзы процедил хохочущий Рик, — Вам всё Майк объяснит…

— Шеф, это же текст опенинга из сериала “Доктор Хаус”! Между прочим – мой любимый сериал! Вот умора! А, вы же не смотрели. Хотите перескажу сюжет? — пояснил доктор Брайт.

— Нет! — крикнул босс так комично, что даже Майкл улыбнулся, — Парни, соберитесь. Мы ещё этот текст до конца не перевели, а у нас ещё три в перспективе. Брайт, что за чушь ты несёшь? Соберитесь! Мы серьёзная организация, в конце-то концов!

— Ладно, продолжаю перевод…

Спустя пять минут доктор Гиарс сидел, закрыв лицо рукой, Линн широко улыбалась, доктор Джонсон хохотал, крутясь на стуле, а Майкл со второго опенинга начал напевать выученные наизусть мелодии из его любимых сериалов. Первые три Гиарс ещё хоть как-то переносил, но, когда Майкл перешёл к последнему и запел писклявым голоском, пародируя оригинал, все впали в истерику. На четвёртом опенинге Гиарс впервые отфейспалмил.

— Я надеюсь, вы это не записываете? — спросил он Линн.

— Ну почему же? Я всё вношу в протокол.

— Боже мой, — закатил глаза Гиарс, — Только опенингов из мультсериалов мне не хватало в документации! Сотрите это нафиг из рапорта! Начальство засмеёт меня, если узнает. Так, Майк, Майкл! Всё, заканчивайте, или я сейчас в обморок упаду!

— Хорошо, последняя строчка осталась: "…Best friends indeed with you", — как только Брайт произнёс последнюю фразу, он слегка качнулся на ногах и положил правую руку себе на лоб, — У-у-ух, дайте секунду передохнуть.

— Что с Вами, Майкл?

— Ничего, просто голова чего-то закружилась. Не выспался я. Пойду, посмотрю на вашу фигурку, — Брайт обошёл камень. Перед ним на высоте метра из камня выпирал небольшой полукруг, на котором и правда было выгравировано изображение некого четвероногого животного. Доктор Брайт прищурился, но в глазах всё поплыло, и он не смог сосредоточить взгляд на объекте.

— Майкл, ну что Вы там видите? — полюбопытствовал доктор Гиарс, — Похоже на того самого осла?

— Нет, не похоже, — доктор Брайт напряг взгляд, — Похоже на пьяного Ричарда. Он в таком же состоянии возвращается с дискотек, — тут Линн во всю расхохоталась и свалилась со стула: у неё начался приступ истерики; Даниэль слегка ухмыльнулся; Николь и Табита попадали со смеху. Они все работали в одном отделе и прекрасно знали друг друга. Гиарс отфейспалмил второй раз.

— Боже, мой, — произнёс он снова, — Просто детский сад! Мало мне упоминаний о телесериалах в рапорте, так ещё и вы тут начали прикалываться! Дурдом…

Майкл приложил ладонь к фигурке.

— Послушайте-ка, она теплее, чем сам камень! Наверное, градусов 40-45 по Цельсию.

Гиарс перевёл взгляд на панель управления. Термосканер показывал двадцать два градуса по всему объёму.

— Ты в этом уверен?

— Абсолютно! Неужели вы не заметили? Фигурка становится всё теплее и теплее.

— Когда мы выходили с Райтом, она была холодной. И, Майк, сканер показывает постоянную температуру всей глыбы около 22 по Цельсию. Странно… очень странно...

— Оп-па на! Это ещё что такое?! — Майкл поднял голову. Установка лазера начала медленно раскручиваться.

— Какого чёрта! Кто включил лазер спектрометра без моего разрешения?

— Сэр, — сказала Линн, — лазер отключён от генератора, заряд аккумуляторов на нуле, но в то же время он постепенно повышается. Электромагнитное поле вокруг скалы растёт. Похоже, это оно запустило процесс реверсивной зарядки батарей.

— То есть вы не можете его остановить?

— Сэр, мы пытаемся, но ничего не выходит.

— Майкл, убирайтесь оттуда!

Брайт подбежал к двери шлюза, но та не открывалась. Он дёргал ручку аварийного выхода, но ничего не происходило.

— Эй! Эй-эй-эй! Выпустите меня отсюда! — доктор Брайт забарабанил кулаками по толстому металлу, после – безостановочно начал дёргать рычаг, — Откройте шлюз!

— Не выходит. Электронный замок не отвечает.

— Мистер Гиарс, заряд батареи – 15%!

— О, чёрт возьми! Не дайте ему подняться до сорока! Это убьёт Майкла, он не перенесёт такой жары!

— Я не хочу здесь оставаться! Выпустите меня! Выпустите!

— Спокойнее, Брайт, мы делаем всё, что в наших силах.

— …23%

— Чёрт побери! Подключите, в конце концов, лазер к генераторам на прямую! Выбьем клин клином.

— Не выйдет, доктор Брайт получит двойную дозу, к тому же для контрраскрутки требуется слишком много времени – около пяти минут. Мы не можем столько ждать!

— …29%

— Выпустите меня! Выпустите! Отключите установку!

— …32%

— Всё, хватит! Табита, вырубай всю систему!

Девушка подбежала к стене, разбила стекло ячейки, где находился красный аварийный рубильник, и дёрнула его несколько раз.

— Не выходит! Он не работает! Свет не выключается!

— Какого! Это же аварийное отключение питания! Наш последний шанс!

— Заряд аккумуляторов — 35%! — Линн с ужасом наблюдала за растущими шкалами на мониторе, панически бегающими учёными и Брайтом, дубасящим толстенную дверь шлюза, — Приближается к критической отметке! 36%... 37... 38...

В следующую секунду свет выключился, и турбина начала медленно останавливаться. В обеих комнатах зажглись тусклые красные лампы аварийного освещения.

— Сработало! — обрадовался доктор Гиарс, — Питание отключено! Но почему так поздно?

— У-у-ух, это было близко… — выдохнул Брайт. Через секунду включилось основное освещение.

— Ты в порядке, Майк?

— Да, спасибо, Рик, я в норме. Только голова ещё больше кружится.

— Э-э-э, мистер Гиарс, электромагнитное поле продолжает расти, но лазерная установка на него не реагирует.

— Это как так?

— Сами посмотрите, — Линн повернула монитор, — все четыре батареи спектрометра разряжены.

— Не может быть! Ноль процентов зарядки! Они же отключены от генератора! Куда делась вся эта энергия? — все в ответ лишь пожали плечами, — Ой, не к добру это всё…

Через несколько секунд верхушка скалы засияла ярким бело-жёлтым светом. В скором времени засиял и весь камень.

— Мне это не нравится. Может, откроете шлюз?

Линн понажимала кнопки на своём пульте – двери не открылись. Словно завороженные, учёные наблюдали, как перед скалой появилась новая ярко-розовая сфера, которая медленно увеличивалась в размерах. В короткий срок она поглотила и камень, и доктора Брайта. От шара исходила какая-то мелодия, в коей отчетливо слышалось фортепиано и звук, напоминающий фанфары.

Песня становилась всё громче.

— Доктор Брайт, Вы слышите меня? Доктор Брайт? Что это за звук?

— Да слышу, слышу! А-а-а! Голова ещё больше разболелась! Слушайте, меня колбасит похлеще, чем после недавней тусовки!

Какая-то песня на английском, до жути знакомая.

— М-м-можете проговорить слова?

— Не вопрос! — дело в том, что в динамиках и Николь, и Ричард, и доктор Гиарс могли отчётливо разобрать французскую речь, но никак не английскую. Это их немного удивило. Мистер Гиарс подал знак Линн, и та включила автоматический распознаватель речи. На двух мониторах одновременно печатался текст, полученный из динамиков и из уст Брайта. Гиарс поразился сходству рифмы и смысла (он сам немного знал французский).

—I could care less about the dress

I won't partake in any cake.

Vows, well I will be lying when I say

That through any kind of weather

I'll want us to be together.

The truth is I don't care for him at all… — пропел Брайт на английском. В то же время распознаватель динамиков вывел то, что слышали все оставшиеся учёные:

“Je la trouve bête cette petite fête

Je ne mangerais pas un seul des plats

Mes voeux, je lui mentais quand j'affirmais

Qu'importe le froid de décembre

L'important c'est d'être ensemble

Car à mes yeux qu'importe son existence!”

 — Сэр, — прервался на миг Брайт, — У Вас есть ощущение того, что когда песня закончится, произойдёт самое худшее? — Гиарс ничего не ответил. Он продолжал следить за мониторами. Все учёные, затаив дыхание, ждали конца мелодии. Всё бронированное стекло было заполнено белым светом.

— Я сейчас потеряю сознание, в глазах всё плывёт… Я начинаю куда-то проваливаться. Ладно, финал: “Mine! All, Mine!”. На экране появился “перевод” строчки: “Il sera tout à moi..!”. Как только Брайт произнёс последнюю фразу, по ушам учёных ударил громкий звук, похожий на рёв турбин сверхзвукового истребителя, и шар “взорвался” яркими цветами.

Свечение пропало. Ни скалы, ни Майкла в камере спектрометра больше не было. Всё осталось, как было десять минут назад: те же учёные за стеклом, та же камера спектрометра с огромным лазером на потолке, обшитая толстыми листами железа. Вот только метеорит и Майкл бесследно исчезли.

— Майкл! — закричал в микрофон Гиарс, — Майкл, Вы слышите меня? Майк!

— Доктор Брайт, ответьте! Вы слышите нас, доктор Брайт? — повторила вопрос Линн. Из динамиков доносились лишь помехи. Майкл не отвечал…

Вокруг Доктора Брайта всё вертелось и кружилось. Спустя пару секунд он понял, что с бешеной скоростью летит внутри невероятно яркого белоснежного туннеля, обрамлённого красной, фиолетовой, жёлтой и голубой полосами. Круглая труба всё время петляла, и Майкла кидало то в одну сторону, то в другую. По бокам иногда мелькали узкие разветвления, заканчивающиеся разноцветными пластинами. Он летел по туннелю около минуты, слабо понимая, что происходит. Вдруг он очутился среди достаточно плотных облаков. Небольшая кромка движущегося туннеля осталась по краям глаз. Майкл увидел лишь золотые облака, услышал мелодичный звон колокольчиков и два тихих голоса: грубый мужской и ласковый женский:

— Где мы теперь? Это что, часовой отдел?

— Можешь называть, как хочешь. Здесь находятся все часы, отсчитывающие… — но что отсчитывающие Доктор Брайт так и не узнал: фраза оборвалась. Яркая вспышка ослепила Майкла, и он очутился совсем в другом месте. Стоя на платформе посреди обшарпанной комнаты, доктор Брайт увидел с высоты трёх метров молодую девушку, небритого парня лет тридцати и пожилого лысого учёного с большими очками. Обстановка напоминала подвал. Над головой он разглядел установку, отдалённо напоминающую знакомый спектрометр. Все компьютеры и аппаратура вокруг искрили и ломались на глазах.

— Гордон, мы пытаемся вытащить тебя оттуда. Потерпи ещё не много. Уф, только бы телепортация к Иллаю прошла успешно. Погоди-ка, ты ведь не Гордон!

Следующая вспышка перенесла того в новое место. Теперь Майкл стоял посреди прямоугольного помещения, обшитого серыми, уже потресканными от времени плитами, впереди – круглая дверь с изображением бегущего человека. Всё вокруг поросло растениями. Видимо, это место было заброшено не один век.

— Мы рады приветствовать Вас в центре исследования природы порталов…

Ещё вспышка. Теперь он стоял на путях метрополитена. Гудящий поезд очень быстро приближался, и, когда расстояние между ним и Майклом стало меньше пяти метров, очередная вспышка спасла учёного от неминуемой гибели.

Колесо обозрения; вспышка – летит вниз с водопада; вспышка – музей ночью, сработала сигнализация; вспышка – запуск Аполлона 11; вспышка – тюрьма. Мигание стало столь частым, что у Майкла заболели глаза, и, наконец, — стоп!

Доктор Брайт рухнул с высоты полутора метров на пол. Очертание туннеля вокруг глаз исчезло. Теперь он находился в каком-то огромном помещении с большими окнами до самого потолка. Снаружи виднелась долина и речка, освещённые лунным светом. Видимо эту комнату использовали для временного хранения вещей: здесь было полным полно необычных манекенов, книг, свитков, столов, стульев и канделябров. Впереди из-за занавески виднелся свет. Брайт подошёл к двери и заглянул за неё: перед Майклом – огромный зал с потолком, расписанным красочными изображениями созвездий ночного неба, Луны и Солнца. На пьедестале стоят две незнакомки: та, что повыше – в белом роскошном платье, а та, что пониже – в тёмно-синем. Весь зал был заполнен, но Майкл не успел разглядеть тех, кто там находился из-за того, что резко задёрнул штору, побоявшись быть замеченным. У него всё ещё расплывалось изображение вещей, расположенных дальше двадцати метров. Он прислушался к звукам.

— Дамы и господа! В этот торжественный день для нас с сестрой большая честь присутствовать на коронации моей юной ученицы! Все эти годы я наблюдала за тем, как продвигались её успехи, помогала ей в трудные минуты, давала советы. И теперь настал тот день, когда она станет новой правительницей земель под нашим руководством! Она этого заслужила своей волей, тягой к знаниям и невероятной силой духа! Поверьте, я прекрасно знаю, о чём говорю. Как жаль, что у меня не было возможности назначить правительницей Сноудроп, жившую тысячу двести лет назад. Она была достойна этого. Надеюсь, глядя с небес, она счастлива, что мы не забыли всё то, что она помогла нам осознать. Видимо, сегодня – тот день, когда пророчеству было предначертано сбыться…

— А я так не думаю… — раздался дерзкий женский голос.

— Кто она такая?

Та лишь злобно рассмеялась. Послышался удар, звон металла и разбитого стекла.

— Стойте! Она украла диадему! Не дайте ей уйти! — двери резко распахнулись, сбив Майкла с ног, и внутрь кладовки забежала незнакомка в плаще.

— Оп-па! Ты-то мне и поможешь!

Брайт понял по голосу: эта была та девушка, что украла диадему. Она скинула плащ, резко накинула его на лежащего на полу учёного, завязала ремешок и сунула под бок диадему, а сама тут же скрылась в соседнем коридоре. Всё произошло настолько быстро, что Майкл не сразу осознал произошедшее. Единственное, что он точно запомнил – её цвет. Она вся была огненно-рыжего цвета.

В комнату без освещения вбежала стража.

— Вот она! Хватайте диадему, не дайте ей уйти!

— Слушайте… вы… вы меня… с кем-то… спутали! — запыхавшись, кричал Брайт, убегая от стражи по коридору, в котором только что скрылась преступница. Он петлял по этим коридорам и, отдалившись от охранников на сорок метров, вломился в последнюю дверь налево. Такая же кладовка, только компактнее – метров семь в длину. Вокруг один лишь старый хлам. Только странное овальное зеркало притягивало его внимание. Доктор Брайт подошёл к нему. В следующую секунду он получил резкий удар локтём: рыжая воровка пихнула Майкла прямо в зеркало, и он оказался в том же белоснежном коридоре, что и пару минут назад. Та нырнула следом. Пролетая мимо учёного, огненно-рыжая незнакомка подлетела к Майклу. Она сорвала плащ с Брайта и тут же накинула его на себя; отобрала диадему и, надев её себе на голову, с криком: “Au revoir!” — скрылась в ближайшем ответвлении. А Брайт, спустя несколько секунд, понял, что и его вынесло в реальный мир.

Майкл открыл глаза и сразу же закричал. Брайт падал с высоты нескольких километров, пролетая сквозь облака. Через пять секунд облака кончились, и он в свободном полёте увидел под собой посёлок размером с футбольный мяч. В мгновенье мимо Брайта что-то пронеслось вниз со скоростью, что раз в пять превышала его собственную. Кобыла, пролетев ещё метров пятьдесят, расправила крылья, и расстояние между ними начало стремительно сокращаться. Майкл упал ей на спину.

— Поймала! Э, не, дружок, только не в мою смену! — незнакомка резко рванула влево.

— А-а-а! Кто ты такая?! Опусти меня на землю!

— Спокойно, ещё успеем приземлиться! Рейнбоу, зови меня Рейнбоу Дэш. Я тебя почти не слышу из-за ветра. Поболтаем, когда я закончу, мне самой интересно, как ты попал на такую высоту, не умея летать!

— Летать?! Да, я не умею летать!

— Спасибо, я заметила. Потерпи, мне осталось выполнить всего три трюка, и мы спустимся! Держишь крепче! — пегаска сцепила руки Майкла вокруг своей широкой шеи, застегнула под собой ремень, перекинутый через спину учёного, и поднесла левое копыто к лицу. Брайт глянул на её пять наручных часов и тут же пожалел об этом. Это были приборы полёта. Высотомер показывал 3,5 километра от земли, спидометр – скорость полёта 375 км/ч…

— Понеслась! — и с этими словами незнакомка рванула ввысь. Достигнув высоты 3,8 км, она спросила Майкла, — Готов?

— Нет!

— Погнали! Йи-их-ха-а! — она бросилась вниз, закружившись против часовой стрелки. Майкла подташнивало, перед глазами земля и небо бешено завертелись. Затем – резкий поворот вправо, спираль вокруг облака и зигзаг вниз. Таких ощущений Майкл не испытывал даже, когда единственный раз в жизни осмелился прокатиться на огромных американских горках в Сан-Франциско. Брайт буквально выполз с них, поклявшийся в тот момент никогда больше не кататься, и вот теперь ему волей случая пришлось снова испытать знакомые эмоции страха и перегрузки. Рейнбоу сделала три мёртвых петли, – Майкл думал, что не переживёт этого, — а затем, выполнив ещё пару трюков, крикнула:

— А теперь, мой коронный номер! — у Брайта пробежали мурашки по спине. Пегаска приняла резкий крен вправо. С каждой секундой их скорость увеличивалась. Она вытянула правое копыто вперёд, а левое поджала под себя. Вокруг них появился слой разряжённого воздуха. Благодаря защитным очкам и гарнитуре, оставшимся на Майкле после неудачного эксперимента c SCP, доктор Брайт мог всё это видеть. Брайт мёртвой хваткой вцепился в шею незнакомки, но чувствовал, что начинает постепенно сползать с её спины. По ощущениям их скорость уже давно перевалила за 700 км/ч. Брайт испугался, что они разобьются, но Дэш на высоте всего около сотни метров от Земли, резко изменив направление движения, устремилась к небу.

Перегрузка составила около 2,6 g. У Майкла потемнело в глазах, и он тут же потерял сознание…