Хаос не заменит любовь!

Глава первая и единственная.

Клетчатые поля, шоколадные дожди из облаков из сахарной ваты, мыльные дороги, бизоны танцующее балет в подобающей одежде и бегающее по дорогам, карточные строения, постройки, нарисованные на кусках фанеры и падающие при одном только чихе, и, как вишенка на торте, парящие в небе перевёрнутые домишки – что может быть лучше отборного хаоса? Вот так думал и устроитель всего этого цирка – Дискорд.

Что сказать о Дискорде? Дракониус, дух дисгармонии, повелитель раздора, король хаоса, бог приколистов и прочее, и прочее…

Он стоял на внушительной скале, откуда открывался лучший вид на Мировую столицу Хаоса – так он называл своё детище. Дискорд сложил руки на груди и взглядом творца взирал на когда – то обычный городок. Естественно, ему казалось, что прежний вид этих деревенских домиков эпохи, когда весь замес с элементами гармонии только начинался, был не хорош.

Он щёлкнул пальцами и у него в когтях орлиной лапы появился стакан шоколадного молока. Дискорд поднёс его ко рту и выпил – о неожиданность! – сам стакан! Затем он за спину себе кинул содержимое стакана и оно взорвалось.

После он театрально зевнул.

Вдруг с неба в вспышке солнечного света начало что – то спускаться. Дискорд невольно прищурился. Когда вспышка исчезла, он увидел белоснежную высокою кобылку – аликорна с расправленными крыльями. Естественно, хоть она была выше всех пони, но ей надо было взлететь, что бы посмотреть Дискорду в глаза не задирая головы. Её грива и хвост развевались на неосязаемом ветру и были с полосами четырёх цветов – бирюзового, зелёного, голубого и розового. На голове была золотая тиара с лиловым камнем. На её боку красовалась метка в виде солнца.

 — А, моя дорогая Селестия! – с искренней радостью сказал Дискорд.

 — Дискорд, что ты наделал?! – спросила Селестия, взлетая.

Когда она поравнялась с головой Дискорда, тот нежно взял её за подбородок и глядя в её изумительные лавандовые глаза, начал чувственным шопотом:

 — Я привёл этот мир к более совершенному дизайну! Теперь тут стало жить намного интереснее! Только погляди на эту красоту! Это совершенство! Я вложил в это всю свою душу, всё своё сердце! Я старался сделать всё это ради тебя, Селестия!

 — Нет, Дискорд. Это просто хаос! Это всё, что я вижу. Этот мир оплот гармонии и счастья, а ты разрушил это понимание. Посмотри на пони, посмотри! Их жизнь стала ужасной!

 — А что нам – то? Мы – Боги! Мы – демитурги! Ты – солнце, а я – хаос! Мы бессмертны! А они скоро умрут! Наши капризы – их нерушимые законы, наши проделки – их судьба! И какое дело, спрашивается, Богам до простых пони?

 — Ты не понимаешь! Они – наши столпы. Не будь их – сейчас бы я тут не парила, а ты бы не стоял на этой скале. Их мольбы заставили пробудится нас. Пойми, мы обязаны им всем, что имеем.

 — Так уж и всем? – ухмыльнулся Дискорд. – Говори за себя. Они сделали тебя и Луну своими правительницами! А от меня они в страхе бегут. Да что там я? Они сторонятся ТВОЮ сестру и не ценят ночь, а это очень её задевает, ведь она и есть по сути дела – сама ночь! Ну и что, что я немного поколдовал над Пони…, Поне…

 — Понивиллем.

 — Язык сломаешь! Он стал намного лучше, намного презентабильнее, намного…

 — Хаотичней. И какой в этом толк?

 — Толк да толк! Ты меня обижаешь! – сказал Дискорд и демонстративно отошёл полюбоваться на городок. – Так намного круче и веселее! А пони – тьфу на них!

По щеке Селестии пробежала слеза. Ведь она немногим отличалась от обычной пони – только тем, что у неё одновременно есть рог и крылья.

 — Между нами всё кончено! – сказала она и резко взлетела, оставив дракониуса в одиночестве.

Дискорд сел, ошарашенный этими словами. Похоже, что его сердце разбилось вдребезги. Он любил Селестию, любил! Он достал не пойми откуда взявшуюся фотографию. На ней он и Селестия вместе. Он тоже заплакал.

 — А всё же я тебя буду любить!