Я - смерть

Я - смерть

Я брожу по лугу. На небе светит полная луна. Символично.

Сегодня нужно собрать ещё одну. Я привыкла к пунктуальности и приду точно вовремя.

Её время пришло...

Я — смерть.

Моя работа — собирать души пони. Зачем? Это разговор особый...

Представьте себе, что никто бы не умирал. Представили? Вот и подумайте. Пони становится всё больше и больше, и в конце концов в Эквестрии совсем не будет места для новорождённых.

Почему меня это волнует? Ну, как вам сказать...

Все пони беспомощны по сравнению со мной, даже принцессы. Они ничто не могут сделать со мной, разве что немного отсрочить мой приход. И вот эти отчаянные попытки выжить вызывают у меня жалость. Барахтающийся в воде жеребёнок, рожающая мать — мне их становится жаль. И я оставляю их в живых. Подбавляю скорости жеребцам-спасателям, снижаю боль матери — делаю всякое.

Спросите, почему тогда некоторые жеребята, да и пони вообще тонут и тому подобное?

Знаете, пони бывают разные. Есть такие, которые заслуживают умереть, а есть такие, которые заслуживают попасть в самое счастливое место из всех существующих. Вы его называете раем, однако и представить себе не можете, что там есть...

Но вы всё равно недоумеваете. Ответ на вопрос "Почему меня это волнует?" кажется вам нелогичным? Что ж, я и сама не могу дать точного ответа. Я уже привыкла это делать, это вошло в мои обязанности.

Когда я только начала это делать? С самого моего появления.

Когда я появилась? Хм...

Я не могу ответить на этот вопрос. Разве что я была всегда. Была и буду.

Вам интересна моя внешность? что ж, я для всех разная.

Для кого-то я — единорожка с чёрной гривой и белой шёрсткой, добрая и милая. Для кого-то я — Слэндерпонь, пони с щупальцами вместо крыльев и не имеющим лица. Кто-то видит меня как непонятно что — в чёрном плаще и с косой в зубах, без никаких эмоций. А одна единорожка представляет меня как высокое существо чёрном пиджаке, стоящее на двух задних ногах, у которого передние конечности разделены в конце на пять частей...

Откуда я это знаю?

Что ж, бывают моменты, когда они на волосок от меня. В эти моменты я вижу их мысли. А они видят меня. И видят по разному.

Они меня боятся. Глупцы. Все пони рано или поздно умирают. А я им предлагаю такую жизнь, о которой они и мечтать не смели...

Жизнь? Да, оговорилась. Скорее времяпровождение.

Что там?

Для каждого пони там разные места. Что он считает счастьем — то и есть место, куда я его забираю.

И всё-таки, вы повторяете вопрос "Почему меня это волнует? Могла бы своими делами заниматься вместо того, чтобы собирать души"
А чем мне заниматься? Я — смерть, я невидима и неосязаемая для других. Я могу только бродить по миру пони, могу смотреть на то, на что они смотрят. Иногда это затягивает, но ненадолго. Я не могу ни с кем общаться, ни с кем дружить не способна.

Пойти в "место"? Нет, я не могу. Я могу только видеть то, что души считают счастьем, когда я их собираю.

Единственное занятие для меня — собирать души. Я знаю о них всё, едва только подхожу. Я могу подумать, как будут страдать родные умершего или умершей. Я могу наконец немного поговорить с душой, только что сорванной.

Могу ли я кого-то оставить себе?

Нет. Любой пони, увидев вдалеке счастье, моментально побежит к нему. Счастье куда желаннее, чем разговор со смертью, не находите?

Вы предлагаете мне взять кого-то, кто захочет остаться со мной? Кого? Самоубийцу? Нет, даже у него есть своё счастье, а смерть — это просто то, что он должен принять, чтобы достигнуть его.

Я остаюсь одна. И единственное, что остаётся мне делать — это собирать души.

Ведь я — смерть...

Сегодня нужно взять только одну душу. Что ж, пора идти.

Я медленно иду по лугу. Лёгкий ветерок. Ромашки, одуванчики, маки, освещаемые луной — меня это не интересует. Здесь, в Понивилле, я видела полно таких лугов и успела привыкнуть. Конечно, есть луга, на которые любоваться можно вечность. В Филадельфии, например.

Так, нужно поторопиться. График житья рассчитан по-секундно.

И впереди показалась ферма "Сладкое яблочко" Едва подходя к ней, я начинаю узнавать о тех, кто здесь живёт. Четыре пони: Бабуля Смит, Бик Макинтош, Эплджек и Эплблум. У них семья просто огромная. Когда-нибудь я приду к каждому... Но это потом. Сейчас мне нужно прийти к одной... Вы хотите угадать, к кому? Ну, что ж, попробуйте.

Бабуля Смит? Хорошая попытка, но нет. Она хоть и стара, но пока может жить. Я не так давно уже забирала одну пожилую пони, так что пусть живёт... Вас интересует, почему у меня всё так рассчитано? Что ж, представьте себе такую ситуацию: все молодые пони понимают, что умирают только старики, и борзеют. Забывают лекарства от болезней, зная, что им ничего не будет. Начинается бессмертие. Вернее, до старческого возраста. Это хаос, а я не Дискорд вам. Я — смерть. И у меня свои взгляды на всё.

Эплджек? Нет, и не она. Она одна из Элементов Гармонии. Не подумайте, я Гармонии не боюсь. Сама я — часть Гармонии. Но едва пропадёт хотя бы один из элементов — все элементы станут беспомощны. Эквестрия потеряет одно из самых мощных средств защиты. Мне-то какое дело, спросите вы? Я же могу и спасти Эквестрию от всяких там врагов. Но при потере Гармонии я сама становлюсь слабее. Я не могу себя контролировать. Это редко случается, обычно я всевластная. Но Эплджек я не должна трогать.

Бик Макинтош? Вообще-то, идея неплохая, но, пожалуй, пусть живёт. Он может многих ещё спасти от меня. Хех...

Я вижу, вы негодуете. Моя цель — Эплблум, вы это уже поняли.

Спрашиваете, как же я могу на такое идти? Что ж, отвечу: пони должны меня бояться. Иначе исчезнут страхи. Исчезнут страхи — исчезнет счастье. Может, здесь нет связи, поэтому посмотри глубже. Пони боится чего-то, например, грозы. Исчезнет гроза — будет доступна прогулка ночью. И полёт в облаках каждую ночь. Многое. Встаёт выбор между тем, чего пони не мог достигнуть из-за грозы. Выбор не такой уж большой, лёгкий. Но представьте, если исчезнет страх перед смертью. Будет доступно всё. Огромный выбор. И даже если выбор будет сделан — постепенно счастье, вернее, то, что считали за счастье, надоест. Захочется другого. Пони пойдёт к другому "счастью" — и это ему надоест. Счастье исчезнет. Исчезнет счастье — опять-таки, исчезнет страх. Пони станет на всё наплевать.

Вы спросите, мол, ну и что, что исчезнет страх? Вернее, мне какое дело до этого?

А дело в том, что тогда и для меня не будет ничего интересно. Весь мир станет серым. Пропадёт интерес наблюдать за кем-то или за чем-то. Пропадёт интерес с кем-то общаться, вникто ничего не захочет говорить. Они направятся в "место", утратившее своё величие. Счастья там уже не будет...

Но тогда как получается, что счастье есть в "месте", если там нет страхов передо мной?

Таково уж "место" — если пони попадает туда, раньше имея страхи, то счастье с ним будет всегда. Почему так — не могу объяснить даже я. Я многое не могу объяснить, то, что я вам рассказала — мизерные знания по сравнению с тем, что неизвестно.

Итак, пони должны меня бояться. И для того, чтобы они боялись, я пришла за Эплблум — жеребёнком, которая могла бы многое увидеть в своей жизни, получить свою кьютимарку, и которая так её никогда и не получит, разве что в "месте". Многие поймут, насколько я беспощадна, и начнут бояться за себя и за своих детей.

Но почему я выбрала Эплблум? Это точные расчёты в дозе страха, объяснять слишком долго.

Я вхожу в спальню маленькой земнопони. Месяц назад она заболела болезнью, врачам неизвестной. Каким-то чудом — его, разумеется, сотворила я — они сумели сохранить жизнь Эплблум. И теперь каждую ночь Эплджек, у которой под глазами появились мешки от бессонных ночей, во время которых она пыталась сделать хоть что-то, что развеселит маленькую кобылку, ложится рядом с младшей сестрой, шепчет "Спокойной ночи, сестрёнка", целует в лоб и засыпает вместе с ней. А Эплблум, похудевшая от болезни, немного побледневшая, но остававшаяся такой же милой, шепчет "Спокойной ночи" в ответ и засыпает через некоторое время. Мило, но меня это как-то не затрагивает. Я часто вижу примерно такие же картины.

Медленно подойдя к Эплблум, я на секунду замираю. Неожиданно у меня начинаю появляться копыта. Шкурка моя становится белой, и такой же белоснежной становится грива. И становлюсь смертью Эплблум.

Я дотрагиваюсь до лба жеребёнка копытом...

И она мертва...

Маленькая земнопони медленно поднимает головку и оглядывается.

Вернее, не она — душа. Она поднимает головку. Выглядит она в точности, как тельце, только немного прозрачно и без живого блеска в глазах.

Она поднимает головку и оглядывается, видит меня...

— Извините... А кто вы?

— Кто я? — я подумала. Пугать пони не хочется, но, с другой стороны, она уже мертва, и ей ничто не повредит — Я смерть...

— Вы? То есть вы... То есть я..

— Да, дорогуша. Ты мертва.

По виду Эплблум было видно, что она ещё не до конца поняла, что с ней случилось.

— Слезь и посмотри на кровать.

Эплблум послушно слезла и оглянулась на постель.

На ней лежала её сестра и она сама — мёртвая, уже не дышавшая и слегка посеревшая...

— Это я? — спросила она.

— Это твоё тело, — уточняю я.

— А Эплджек... Она...

— Она жива. Она и дальше будет жить.

— Но она расстроится... И я её никогда больше не увижу... Но почему-то я не расстраиваюсь...

— Ты умерла. Ты уже не можешь расстроиться, дитя. К тому же, возможно, ты увидишь её...

— Но как?

— Пойдём за мной.

Я подошла к двери. Она неуверенно пошла, но в последний раз всё же оглянулась на сестру. Я посмотрела туда же, куда и она. Очень скоро она почувствует холод возле себя, проснётся. Сначала попытается растрясти, потом вдруг поймёт тяжёлую истину и заплачет. Заплачет из-за тяжелейшей утраты, уткнувшись лицом в тельце мёртвой Эплблум...

Но она переживёт это. Она сильна. Переживут и Бик Мак, и даже Бабуля Смит, у которой ещё остались внуки...

Мы с Эплблум выходим из дома. И тогда я указываю вперёд, на ближайший луг.

— Взгляни.

И Эплблум посмотрела туда...

Впереди, на горизонтом, был свет. Это не солнце, это "место". Счастье.

От туда слышалось множество криков.

— Я слышу... — Эплблум навострила ушки, — Свити! И Скуталу! И Эплджек! Всех!

— Конечно. Там твоё счастье, — я улыбнулась

Она тоже улыбалась. Улыбалась так, как никогда.

— И я должна идти? — она повернула ко мне свою милую мордашку.

— Если хочешь, — пожала я плечами.

На самом деле, другого пути у неё нет. Просто я не хочу, чтобы она хоть немного теряла своё счастье...

— Тогда... До свиданья, Миссис Смерть!

— Пока, дорогая.

И она побежала вперёд. Побежала со всей скорости. Смеясь на бегу. На встречу счастью.

И вскоре она исчезла с глаз. Исчез и свет на горизонте.

Я смотрела вслед маленькой земнопони с лёгкой ухмылкой на лице.

Наконец, я направилась в сторону ближайшей тропинки. Времени было полно, и нужно было найти занятие. А вскоре — снова начать собирать души.

Ведь я — смерть...