Хаос не заменит любовь!

История о расстовании Дискорда и Селестии.

Принцесса Селестия Дискорд

Перед боем

Самая страшная минута, это минута перед атакой.

Кудряшка и Корона

Как иногда хочется сбросить надоевшую маску!.. Особенно когда она уже полностью приросла к твоему лицу, скрывая твой истинный, единственно верный облик. Но всегда ли стоит это делать?

Пинки Пай Принцесса Селестия

Вспомнить всё (хотя бы попытаться)

Наши любимые цветные лошадки подарили нам много поучительных, увлекательных, а иногда просто забавных историй. На этот раз Твайлайт с подругами преподносят самим себе урок о том, что не стоит кутить через край, ведь расплата неизбежна, как неизбежен рассвет по утрам. Наполняйте ваши бокалы, броняши! И начнем, пожалуй.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Луна Биг Макинтош

Спасение от одиночества.

Когда нет никого, дождливым вечером бармен Смит встречает того, кто избавляет его от чувства одиночества навсегда.

Рай?

Что увидит умирающий брони-любитель и писатель клопфиков и различной гурятины?

Принцесса Селестия ОС - пони

Fallout Equestria : Backstage.

ГГ попадает в Эквестрию, и при надзоре Богини он должен найти древний зебринский амулет, который был должен дать полный контроль над мутациями Богине.

ОС - пони Человеки

Эпизоды типичного шиппинга

Пара рассказов - пародий на распространенные клише и шиппинговые сюжеты.

Неуважение к Хаосу

Порядком заскучавший Дискорд заскакивает на вечернее чаепитие Селестии, чтобы снова поныть о своей скуке. Ждал ли он, что ему и правда найдут развлечение?

Дискорд Стража Дворца

Устройство «Пегас»

Погодная Корпорация Клаудсдейла работала без происшествий в течение двадцати лет, пока, однажды, двум жеребятам не удается избежать переработки и оказаться в недрах огромного заброшенного предприятия. Смогут ли они покинуть фабрику и не измениться? Раскроют ли они тайны, настолько ужасные, что даже ПКК неловко хранить их? В конце концов, ни одна душа не уйдет живой...

Рэйнбоу Дэш ОС - пони

Автор рисунка: Siansaar
Глава 12: Городская суета Глава 14: Теория

Глава 13: Практика

Как теория, только на деле

Это было красивое, последождевое утро. Лучи рассвета просачивались в окно, освещая всю комнату, и падая на лицо спящего в кровати Мериндорфа. Вот уж худшее, что можно пожелать утром, это проснуться от таких вот раздирающих глаза лучей! Каким бы прекрасным ни был рассвет, тем, кто только что проснулся, как-то все равно. Буркнув под нос пару ругательств, минотавр перевернулся на другой бок, отвернувшись от назойливого света. Селестия со своим солнцем, казалось бы, преследовала его теперь и тут, и почему вчера он не закрыл шторы?

Однако дальше сон не шел, и потому алхимик решил встать. Сев в кровати, он стал вспоминать кто он и где находится, и тут заметил бешено гонявшую по всей комнате муху. Почему-то спросонья ему показалось, что она хочет проделать дыру в пространстве, посредством достижения определенной скорости, и наконец вырваться из трясины бытия. Но эти мысли быстро прошли, и минотавр окончательно отошел от сна.

Думая проверить, не являются ли вчерашние события сном, либо результатом какого-нибудь обморока из-за смерти старого друга, алхимик решил притянуть к себе телекинезом какой-нибудь предмет. Осмотрев комнату, в поисках чего-нибудь легкого, и желательно ненужного, он уперся взглядом в скомканную бумажку, коих на его столе было немало. Вытянув в его сторону руку, и проделав все нужные для того манипуляции, он приподнял обволочившийся болотным цветом комок в воздухе. Тот висел очень нестабильно, постоянно дергаясь и грозя упасть, и уже через пару секунд Мериндорф, почувствовав усталость, отпустил его. Видать он много энергии потратил вчера, раз у него уже с самого утра, после левитирования такого легкого предмета проявляется усталость.

Да, много чего вчера произошло того, что, казалось бы, теперь навсегда изменит жизнь молодого минотавра. Заправляя кровать, про себя новоиспеченный маг отметил, что почему-то не очень скорбит по Верану, за что мысленно прозвал себя бездушной скотиной. Он просто не чувствовал почти ничего к этому страшному событию, как будто все его чувства просто кто-то отключил. Наоборот, теперь он испытывал даже что-то вроде интереса к этой смерти... смерть, до чего же любопытный термин... Отогнав дурные мысли, Мериндорф пошел завтракать. Все-же он не виноват в том, что почти ничего не испытывает. Почти... все-таки он немного скорбит по другу, по его удивительным рассказам из жизни, по всему тому, что произошло за эти несколько лет. Но уж совсем немного, не так как хотелось бы.

Магическое истощение прошло сразу после того как минотавр съел три тарелки овсяной каши. На его же удивление, одной тарелки ему показалось мало. Решив еще немного по практиковать левитацию, он подхватил магией все три тарелки, и направил их в раковину. Летели они все так же нестабильно, и в итоге до пункта назначения долетело только две, а третья благополучно выскользнула из магического поля и разбилась об пол. Минотавр не понимал, почему если вчера он смог спокойно поднять и контролировать камень, то сейчас ему с трудом давалась даже скомканная бумажка. Вывод из этого можно было сделать только один — перед применением практики нужно ознакомиться с теорией, так как все это время он орудовал заклинанием, можно сказать, на ощупь. В его сарае как раз завалялось пара книг с заклинаниями, содержание которых он хоть и читал, но уже успел позабыть.

Выкинув осколки и помыв остальную посуду, Мериндорф вышел из дома и направился в сарай. Было где-то восемь утра, и потому народу на улице было мало. Направившись к сараю, он продолжал размышлять о магии, но его мысли прервал появившийся из-за угла Василий, который завидев его тут же начал интересоваться его самочувствием и расспрашивать, куда он вчера ушел. Кое-как отделавшись что все хорошо, алхимик побрел дальше. Теперь в его голове крутилась еще одна мысль – а стоит ли рассказывать друзьям про свой новый талант? С одной стороны, что может произойти, если они узнают? Это же не народ исторического племени пони Лумпа-вумпов, которые славились своей ненавистью к магии, и ее активном истреблении. Благо, это племя вымерло уже давным-давно, еще до пропажи Кристальной Империи. Это было действительно жестокое племя, всех подозреваемых в магии там просто сжигали. Предки Мериндорфа, племя минотавров, насколько можно судить по учебникам истории, вело активную борьбу с этим племенем, но отнюдь не из-за магии. Вождь племени минотавров, или как их тогда называли, тауренов, считал их посланниками тартара, призванными подготовить этот мир к вторжению какого-то древнего демона, за что и ненавидел.

С другой стороны – мало кто знает, как на это отреагируют его друзья. Вдруг они перестанут его уважать? Тоже, как и то племя, возненавидят? Хотя, в принципе это вряд ли, его же никто не возненавидел за то, что он вместо типичных пристрастий минотавров выбрал алхимию. Может иногда смеялись, но отнюдь не со зла. Однако, если алхимии мог спокойно научиться и любой другой минотавр, как например его школьные друзья Дробор и Маракус, то магия для его вида является недоступным удовольствием. Истории известно лишь несколько тауренов-магов – это шаман южного племени Вуджу, Таруган-заклинатель, живший около века назад; шаман восточного племени Горджи, Шебудир, живший примерно в то же время, а так вождь племени Раго, который был казнен за подозрение в злоупотреблении темной магией, примерно две с половиной сотни лет назад. Но, как не сложно догадаться, никто из них не являлся настоящим магом, как те же единороги, а все их заклинания были на уровне молитв, выкриков на непонятном языке и танцев с бубном вокруг костра.

До сарая Мериндорф дошел без проблем и лишних встреч. Порыскав по полкам в поисках нужных книг, он наконец взял одну и принялся перечитывать, пролистав на тот момент, где начиналась практика с телекинезом. Перечитав весь параграф, минотавр вышел за сарай, встав рядом с деревьями. Он все еще размышлял, стоит ли говорить всем о магии, но это не мешало ему поднимать в воздух камушки и листья. Все-таки, наверное, ему стоит немного подождать с этим, пока у всех пройдет стресс после смерти Верана. Одной шокирующей новости в неделю им хватит, вот наступит следующий понедельник, тогда, возможно и расскажет…

 — Мать моя Эквестрия!

Минотавр резко обернулся на звук, и увидел Василия и Курли, которые с отвисшими челюстями наблюдали за тем, как Мериндорф левитирует в воздухе несколько камней. Рассредоточившись, минотавр выпустил камни, и начал второпях соображать, а что им говорить-то?

 — Эм… здрасте? — все что смог выдавить из себя позабывший от волнения свой язык маг.

 — Ты… это, же… э… ты как это?.. — указав на то место, где секунду назад висели камни, пролепетал Василий.

 — Насколько я знаю, — более уверено протянул Курли — минотавры не владеют магией.

 — Ну… я просто…

 — Ты знаешь, что это значит? — подойдя ближе, немного грубоватым голосом спросил бусмер.

В мыслях у минотавра тут же пронеслось то самое племя, и рисунок из учебника истории, на котором был изображен связанный маг, которого несли на костер. Такая перспектива ему не очень понравилась, однако…

 — Это же замечательно! — улыбнувшись, воскликнул Курли.

 — С… серьезно?

 — Ну конечно! Дай угадаю, ты не говорил нам о своих тайных способностях потому что боялся, что мы тебя отвергнем, как это случилось в книге Джереми Клауда «Скрытый маг»?

О такой книге, да и об авторе Мериндорф слышал впервые, однако то, что его новый талант восприняли положительно, это уже хорошо.

 — Ни фига себе! Мериндорф – маг. Селестию мне в печень, да чтоб я провалился! — балаболил Василий — Это же… пойдем, остальным расскажем! Такая новость, Мериндорф – маг! Ты ж теперь будешь на главной странице всех газет что только есть!

 — Ну и как ты умудрился в маги записаться?

 — Ну… я… — вот об этом Мериндорф уж точно не думал. Он и сам размыто помнит тот момент, и потому не может в точности рассказать им об этом. Было бы куда проще соврать, и сказать, что владел магией всю жизнь, просто узнал об этом недавно, и натренировался колдовать пока только телекинез. Именно так он и сделал.

Поболтав еще немного, в конце концов Курли и Василий пошли обратно в деревню. Мериндорф остался, чтобы потренировать телекинез еще немного. Но магия все же шла немного туговато, и в итоге минут через двадцать алхимик оставил занятия, и пошел вслед за друзьями. Сегодня была среда, однако в честь нового таланта минотавр решил устроить себе выходной. Свободного времени у него теперь было навалом, и тут ему в голову пришла интересная идея – а почему бы ему не попрактиковать телекинез на деле? В смысле, он и так уже практиковал его на деле, буквально минуту назад, однако речь идет именно о тех повседневных делах, что каждый день делают все его друзья. Другими словами, ему в голову пришла идея практики телекинеза, а то и других выученных им заклинаний, которые он пока не опробовал, посредством помощи друзьям. Первым, кому минотавр решил подсобить, стал его старый друг минотавр Маракус, который сейчас работал на другом конце деревни на складе. В отличии от Мериндорфа, умом тот особо не отличался, но и глупым его тоже сложно было назвать. Они общались не так часто, в последний раз их встреча была где-то три месяца назад.

Зайдя в деревню, первым делом минотавр словил на себе кучу удивленных, восхищенных либо скептических взглядов, а затем к нему подбежали единственные журналисты в поселении, братья Эммит и Билл, которые тут же засыпали его вопросами. Спокойно, подробно отвечая на каждый вопрос, но при этом не сбавляя шагу, минотавр все ждал, когда же их обойма любопытства наконец иссякнет. Произошло это минут через пять, журналисты наконец отстали, и галопом понеслись обратно в редактуру. Ну или куда они обычно исчезают чтобы дать информацию для очередной газеты, минотавр в этом не разбирался.

Мериндорф сильно сомневался, что идея помочь его старому другу пойдет на лад, но все-таки теперь он маг, и должен как-то тренироваться. Прогулка сквозь всю деревню обошлась относительно спокойно, благо никто не приставал к нему с расспросами. Бывших знакомых Верана можно было узнать по угрюмым, полным траура и негодования лицам. Мериндорф не переставал удивляться, сколько же таковых было в деревне. Верана, казалось, знали все. Интересно, а до Маракуса он добрался?

Вскоре маг подошел к складу, где народу особо много не было. Друга своего он встретил сразу, тот стоял у больших ворот одного из трех ангаров, которые вместе и назывались складом. Неподалеку стояли куча грузовых телег, пустовавшие по причине выходного, однако некоторые работники все же присутствовали. Завидев друга, Маракус тут же взбодрился, и начал активно махать ему рукой, приглашая подойти поближе, что маг и сделал. Поздоровавшись и пожав Мериндорфу руку, Маракус тут же спросил

 — Слышал, старик этот, который король бывший, скончался?

 — И не только слышал, дружище. Я там присутствовал, в это время.

 — Оооочуметь не встать, так ты тоже был знаком с ним? — удивился тот.

 — Он у меня жил, я его и привел вообще-то. Кстати, а ты не…

 — А вот еще, слышал, там какой-то минотавр магом, говорят стал. С ним ты часом не знаком?

Мериндорф приподнял бровь, кажется слухи до него доходят немного в ином виде. Однако, все-таки, быстро, ведь казалось-бы, еще утром об этом никто не знал, а теперь об этом знает даже он.

 — Маракус, а ты в курсе, что я и есть тот самый минотавр? — как бы невзначай, немного наигранно спросил маг, сделав опору на словах «я и есть».

Глаза друга тут же полезли на лоб, но спустя секунду тут же вернулись обратно, сузившись, приняв вид «а докажи».

 — А докажи! — выпалил он. Алхимик вполне ожидал этого аргумента, и потому сконцентрировался на лежавшем неподалеку небольшом мешке с… с чем-то. Тот в свою очередь окутался болотным свечением и поднялся в воздух. Мериндорф даже немного удивился, потому что груз висел вполне стабильно, и держать его было легко.

 — Оооочууумееееть! — вернув глаза на лоб, протянул Маракус, — Это… это круто! Это же… охренеть не встать, ты где этому научился?

 — Да вот знаешь, всю жизнь оказывается умел, только узнал совсем недавно. — опустив мешок сказал маг.

 — Слушай, ты это… а… а научи так же, а?

 — Прости, не могу. Сам еще не совсем освоил, вот пришел практиковаться. Вам тут часом помощник не нужен?

Маракус почему-то на некоторое время «завис», а потом резко подскочил и пригласил его внутрь ангара. Даже несмотря на перерыв, он был готов продолжить работу сейчас, лишь бы еще посмотреть, как его друг творит телекинез, или, как бы он сам выразился, «чудеса». Грузы на складе особо крупными не были, в основном это были мешки с… ну, с чем-то, а порой встречались деревянные ящики средних размеров и бочки. В основном это была провизия и стройматериалы, которые были куплены и привезены из самой Эквестрии, но порой встречались и более редкие грузы, вроде самоцветов или тропических фруктов. Само собой, для них на складе было отведено отдельное место.

Помимо Маракуса, посмотреть на то как новоиспеченный волшебник поднимает мешки при помощи магии собралось еще пол склада, и даже окончание перерыва не смогло оторвать их от столь диковинного зрелища. А вот внезапно появившийся начальник очень даже смог. Но несмотря на весь энтузиазм и крикливость, с которыми он разгонял рабочих по местам, Мериндорфу остаться он позволил аж до самого вечера, но при условии, что другие работники не станут ошиваться возле него, а Маракус лично проследит, чтобы он все делал правильно. В конце концов, лишний работник, пусть хоть и на день, никогда не помешает, тем более что бесплатно.

Так и прошел первый день практики Мериндорфа. Домой вернулся он намного позже, чем было оговорено, чему поспособствовало полное отсутствие усталости за весь день. Маг все еще не понимал, почему после того как он магией перетаскал столько мешков, ящиков и прочих грузов, он никак не… истощился что ли, как это было, скажем, сегодня утром или вчера. Вариантов у него было несколько – либо его магия как-то «перевернута», что позволяет ему с легкостью таскать тяжелые грузы, но при этом на легкие предметы у него явная слабость, либо все дело в «пробуждении» магии. То есть если утром он не мог сконцентрироваться потому, что сама сила еще не до конца проснулась, то к вечеру он уже почувствовал прилив. И третий вариант – овсянка, это мощнейший генератор энергии замедленного действия, что маловероятно, но вероятно. Так же был вариант о том, что вчерашний инцидент с каплями дождя выпил из него всю силу, как он и подозревал утром. Вариантов могло быть еще много, но сейчас перебирать их он не собирался, так как было уже довольно поздно.

На следующий день алхимик решил не фокусничать с посудой, а пойти и еще где-нибудь применить свои способности. Он был полностью уверен в успехе, и даже учитывая вчерашний опыт, первое время просидел за учебником магии в сарае, периодически выходя на улицу для пробежки. Таким образом он надеялся полностью отойти ото сна, и пробудить в себе магию, так как решил, что дело все-таки в этом. Где-то к полудню решив, что энергия в нем проснулась, он пришел в деревню и решил на этот раз подсобить Василию или Дрейку. Он не знал, как бы мог помочь им телекинез, но он был уверен, что для него что-нибудь найдется. И действительно – подойдя к месту, где они работали, он увидел, как Дрейк разгружает небольшой стог сена, находящийся в телеге. Недолго думая, тот предложил ему свою помощь, и получив сомнительное соглашение, начал колдовать.

Однако на этот раз все пошло не так гладко. Ухватив чуть ли не половину стога, Мериндорф опять почувствовал дисбаланс, а само сено, находящееся в поле телекинеза, как и раньше стало вести себя неподобающим образом, и в итоге пришлось его отпустить. Однако сдаваться маг не хотел, и потому ухватил кусок поменьше. Та же ситуация. Мериндорф не понимал, почему это происходит, и потому решил во что бы то ни стало выяснить это. Попрощавшись с Дрейком, он направился обратно в сарай, где надеялся найти хоть что-то объясняющее эти… аномалии.


Неизвестно, сколько времени прошло с тех пор как он начал искать в книгах хоть какую-то информацию, но он так ничего и не нашел. Закрыв последнюю книгу, что была в его шкафчике, он кинул ее к остальным, и взглянул на висевшие на стенке механические часы, которые ему подарил его дедушка Доринберг. В его годы, да и сейчас такие часы относили к новым технологиям, и в данный момент эти технологии показывали пять часов дня. Или вечера? Фиг поймешь эти новые понятия! Вечер вроде как начинается с шести часов, но есть такие особы, которые говорят «Уже четыре часа вечера». И Дискорд его знает, какой вариант вернее.

Немного огорчившись, что ничего дельного так и не нашел, Мериндорф подумал, чем бы ему еще заняться, оглянувшись на кучу книг. Денек сегодня явно не задался, к тому же он проголодался. Применять магию на уборку книг на место он не решился, разве что в последний момент захотел попробовать, однако передумал и убрал все руками. Об алхимии не могло быть и речи, так как надо было осваивать новый талант, который почему-то как-то не спешил осваиваться. Таланты талантами, но сегодня надо было еще сходить на рынок, о чем маг почему-то вспомнил только сейчас.

По пути зайдя домой и взяв денег, он пришел на рынок, и отправился к прилавкам с продуктами. Накупить ему надо было много чего, так как в последний раз он сюда ходил аж месяц назад. Блуждая по прилавкам, постепенно объем кошелька уменьшался, а количество сумок возрастало, и в итоге, в какой-то момент маг обнаружил, что очередной мешок он просто не унесет. Но, естественно, что делать в этой ситуации, казалось, знал даже продавец, который явно был осведомлен о его новой способности. Мериндорф почему-то не очень хотел применять на мешок магию, боясь того, что он просто порвется, вывалив наружу все содержимое. В этот момент маг понял, что зря не ходил на тренировки в спорт зал, так как в данный момент таких мешков на нем было всего два, плюс один маленький, с ингредиентами. Но ничего другого не оставалось, и Мериндорф наколдовал телекинез.

Казалось, что его магии поддавались только мешки, так как на этот раз все было нормально, как и вчера на складе. И хоть этот мешок был поменьше и гораздо легче, поднять его было так же просто. Ни тяжесть, ни нагрузка на… внутреннюю силу не менялась от веса поднимаемого предмета. Успокоившись, насчет дисбаланса, Мериндорф отправился домой, но не пройдя и нескольких метров, спокойствие ушло, за счет внезапного появления того самого дисбаланса. В итоге мешок выпал из телекинеза, распластавшись на земле, и рассыпав половину содержимого. Содержимым этим был картофель. Томно вздохнув, маг аккуратно опустил другие мешки наземь, и принялся собирать неудачную жертву телекинеза.


Домой маг все же вернулся, все-таки умудрившись дотащить товар до дома. Поужинав, он решил еще немного погулять, так как торчать дома было не вариант. Прогуливаясь неподалеку от рощи, где вчера прошел его первый опыт с магией, он увидел не спеша ковыляющего ему навстречу Курли.

 — Как успехи в освоении колдовства? — спросил он спокойным голосом. Казалось бы, и он не был в особом трауре от кончины Верана, уж слишком уравновешенным, и даже немного довольным был его голос. Хотя, он умудрялся быть таким всегда.

 — Не очень, мистер Бульк, не очень.

 — А в чем проблема? — присоединившись к прогулке, спросил он.

 — Да, даже не знаю. Постоянно какие-то сбои, все время что-то не то чувствую, а заклинания работают как-то… хаотично. Если вообще работают. К тому же в книгах ничего нет, и Дискорд его знает, в чем проблема.

Бусмер на какое-то время замолчал, переваривая то, что сейчас сказал ему минотавр.

 — Знаешь, — выдал он в итоге, — тебе нужен учитель. Хороший, опытный маг, который смог бы научить тебя всем аспектам, основам и… аспектам. Не очень в этом разбираюсь, но думаю моя мысль до тебя дошла.

 — Хочешь сказать, что я должен найти себе учителя?

 — Я так и сказал! — Курли развел руками

 — Но… — Мериндорфу эта идея не очень понравилась, так как в глубине души он видел себя самоучкой, который всего добился сам, и все такое. — Разве самому мне не по силам добиться мастерства?

 — Слушай, — вздохнув сказал бусмер, — поделюсь с тобой одной мудростью. Информация – в каком виде бы она ни была, не берется в нашей голове из ниоткуда. Все великие маги, которые много чего понапридумывали да понаоткрывали, в свое время тоже брали пример с тех, кто был сильнее их и умнее. Любая новая идея – это сочетание частей уже существующих. Именно поэтому ты не сможешь придумать в магии ничего нового, не изучив старое. Чего уж говорить о самом изучении того, что уже есть. Это как пытаться открыть банку, не имея при этом самой банки. Открывать-то нечего!

Слова Курли заставили мага задуматься.

 — Однако в нашей деревне практически нет хороших магов, а единороги используют магию на бытовом уровне, думаю вряд ли они меня чему-то обучат.

 — А кто сказал, что ты должен обучаться здесь? — сказал Курли, вынув из-за пазухи какую-то бумажку, и протянув Мериндорфу.

Рассмотрев бумажку, которая оказалась чем-то вроде билета, Мериндорф прочел: «Бессрочное приглашение на бесплатный год обучения в престижную Кантерлотскую школу магии среднего уровня». Словив на себе удивленный взгляд, Курли продолжил.

 — Если ты хорошо закончишь данный год обучения, то тебя возьмут на гранты, на остальные четыре. А отличишься на них – на завершительные курсы в высшем Кантерлотском институте магии. Даже поступление в школу для одаренных единорогов по сравнению с этим просто мелкое везение, на подобии найденной на дороге монетки. Этот листок достался мне по ошибке, он должен был прийти одному моему другу единорогу, но он отказался. Я подумал, может тебе он больше пригодился бы, чем мне.

Минотавр от такого предложения остановился, и некоторое время рассматривал билет. С одной стороны — мастерство магии ему обеспечено, с другой – школа была в Кантерлоте, а значит там присутствует Селестия, которую он по понятным причинам недолюбливал, да и как там отреагируют на минотавра-мага неизвестно. Но тем не менее, отказываться он просто не мог.

 — Прием по билетам начнется через пол месяца, как раз успеешь добраться до Эквестрии. Так что ты решил?

Мериндорф стоял, и смотрел на билет. Казалось, мечта всей жизни сбылась еще позавчера, однако весь трепет, и всю радость грядущего, в полной мере он ощутил только сейчас. Перед его глазами пролетала вся дальнейшая жизнь, в разных вариантах. Возможно, что он останется в истории, как великий мудрец, или просто один из первых минотавров-магов, а может ему посчастливится спасти мир, от какого-нибудь жестокого тирана, вроде Короля Сомбры, или… Селестии. Почему-то именно ее он вспомнил, когда думал об этом. Ведь если он обучится и достигнет мастерства… хотя, может быть Веран ошибался? Может принцесса действительно действует из добра к своим подчиненным? Может…

 — Ну так что ты решил? — вывел его из размышлений Курли.

 — Отправляюсь завтра же! — с энтузиазмом ответил маг. — Спасибо вам, Курли. Это действительно значимый подарок, я вам обязательно отплачу!

 — Да не стоит. Для меня это всего лишь бумажка, я даже выкинуть ее хотел. Ну а тебе я желаю успехов, друг мой. Советую, кстати, уже начать собираться, завтра с утра в Эквестрию отправляется грузовой конвой, они подкинут тебя, если попросишь.

 — Да, пожалуй. Еще раз спасибо, мистер Курли! — развернувшись в сторону дома, сказал Мериндорф.

 — И хорош называть меня мистером! Я твой друг, а не начальник. — усмехнувшись, крикнул ему вслед Курли.


Включился свет. Показалась небольшая, но просторная комната, с модернистским дизайном, почти полностью выполненная в черно-бело-красном стиле. Небольшой столик, в широкой круглой «впадине» в полу, чуть слева от середины комнаты, ровным полукругом обведенный стильным диваном, барная стойка напротив входа, большой интерактивный стол в правой части, а над всем этим, под высоко поднятым потолком виднелись ряды ламп, и большой, вращающийся вентилятор. С первого взгляда эта комната напоминала клуб, не хватало только диджейского пульта с колонками, и танцпола. Среди всего этого сплошного модернизма выделялся средних размеров каменный камин, стоявший справа возле входа, перед столом с круглым диваном. От входа, до самой барной стойки, прямо в стене красовался огромный аквариум, с «впуклой» формой стекла, которая дугой шла прямо до стойки.

В комнату вошло существо, с, буквально, «человеческой» внешностью, хотя мало кто мог знать, что по сути это и был человек. Но лишь в данный момент, так как облик этого существа… или даже сущности мог быть абсолютно любым. Однако, даже у сущности могут быть свои предпочтения и желания, пусть и встроенные искусственно, им самим же. Существовать без чувств и мыслей было довольно скучно, и потому он создал их себе сам, ориентируясь на простых, смертных живых существ. В данный момент его лик был человеческим. Зачесанные, можно сказать, прилизанные назад длинные черные волосы с белыми бликами, опускавшиеся до шеи, стильный черный костюм, со слегка специфичными формами, вроде заостренных углов на воротнике, или такие же, небольшие выступы на плечах, и выразительные, чуть ли не светящиеся яркие желто-рыжие глаза. В общем он создал себе более-менее идеальный, как он считал, образ.

В комнате он был не один, перед столом на диване сидел еще кое-то.

 — С подключением, Морти. — суховатым, но дружелюбным голосом сказал вошедший, не удостоив его взглядом, и направился к барной стойке.

 — А у тебя тут уютно. — более звонким, с намеком на французский акцент сказал Морти, — Я думал, что ты организуешь что-то вроде… Олимпа, Асгарда, или просто величественного дворца, ты же теперь как бог!

Вошедший, приподняв бровь, посмотрел в его сторону безразличным и немного усталым взглядом, и взяв во стойки появившийся из ниоткуда бокал с каким-то явно дорогим спиртным, сказал

 — Мортис, я и есть бог. — и разом осушил его содержимое, поставив на место. Бокал тут же исчез, «моргнув» слабым желтым светом.

 — Как теперь и я, Эдик. Честно говоря, это не так уж и плохо, как я думал. Я, кстати, знаю о твоем последнем «деле».

 — Ну, и что же ты знаешь? — сев напротив, спросил человек в черном костюме.

 — Зря ты так с этой… как ее… Луной обошелся.

«Эдик» искоса, вопросительно посмотрел на собеседника.

 — Серьезно, Эребус. Она же такая это… как там людишки это говорят… няша! Нельзя ли было просто стереть ей память, или подчинить волю там? Ты же не ограничен в возможностях?

 — Сам знаешь, это было бы слишком просто. Я так дела не делаю. — облокотившись на спинку дивана, ответил тот.

 — Почему?

 — Скучно.

Мортис состроил непонимающее лицо, и нахмурившись переспросил

 — Чего?

 — Мы ведь теперь всемогущи, Морти! А иметь возможности, не ограниченные даже воображением – это все равно что играть в игру с читами. Весь интерес пропадает. Вот и приходиться диктовать правила самому себе.

Некоторое время подумав, второй сказал

 — Ну, в этом есть своя суть. Пусть людская, как и понятие «читы», но суть. Однако, все же, зря ты так с ней. Да и…

 — Блин, че у тебя за прикид? — разведя руками, спросил Эребус.

И действительно, Мортис имел еще более специфичный вид, чем его собеседник. Длинные шиповидные плечи и воротник, бордовый с фиолетовой отсветкой пиджак и такой же, высокий цилиндр. Сзади красовался темно-фиолетовый плащ.

 — Это че за показ мод?

 — Ой все! Как хочу, так и одеваюсь! — спародировав женский голос, закинув одну ногу на другую, выпрямившись, сложив руки и отвернувшись, сказал Мортис. — Все вы, божества, одинаковые!

 — Не смешно.

 — Вот именно!

 — Не умеешь ты пародировать. Смотри как надо. — сказал человек в черном костюме, и тут же испарился черным дымом, заполонившем всю комнату. Дым развеялся, а картина вокруг изменилась: Мортис оказался посреди каменного ландшафта, с затянутым «живыми» тучами небом.

 — А, это и есть тот самый «Карцер»? — весело спросил он, оглядываясь, но ему никто не ответил.

Неподалеку в землю ударила молния, и на этом месте образовался вихрь из черного тумана, с яркими огненными отблесками внутри. Он довольно быстро вырос до приличных размеров, затем из него вылезло множество черных щупалец, потом посреди образовалась большая, шипастая голова, с огромными, пылающими глазами.

 — Я Эребус, создатель вселенной и миллиарда миллиардов миров. Внемли мне, или умри, смертный! — прогремел громкий, скрежещущий голос, похожий на гул взрыва. — Мои возможности безграничны, моя воля неоспорима, а мой разум непостижим!

Взглянув на место Мортиса, он обнаружил его сидящим на все том же диване, с большой коробкой попкорна, и наигранным удивлением и тревогой на лице.

 — Продолжай, я заинтригован! — Сказал он в появившийся у него в руке громкоговоритель, но не дождавшись ответа, продолжил — а, так это конец? Что ж, мсье, ваше выступление шедеврально! Какой энтузиазм, какие эмоции! Два Оскара этому актеру!

В воздухе, между ним и Эребусом появились две гигантские золотые статуэтки. Эребус мысленно ударил себя по лицу. Пространство вокруг, вновь стало «трескаться», и они вернулись в комнатку.

 — Ты забыл своих Оскаров! — усмехнувшись, Мортис протянул ему две статуэтки.

 — Морти, вот ты вроде подключился совсем недавно, а уже нахватался каких-то левых понятий. Что еще за Оскар?

 — Я много чего тут успел. — растворив статуэтки в воздухе, продолжил он, — Мне люди тоже понравились, между прочим это у них принято дарить Оскара за хорошую актерскую игру. Правда не всем, был у них один тип, но не важно. Люди нас похожи, не находишь? Да и Кроссмеры, Арийцы, Голдорны тоже. Кстати, твой ранний выход из тела Верана, или как его там, я тоже не одобряю.

 — Я не был в его теле. Это было абсолютно самостоятельное живое существо, которому я добавил пару «настроек», и свою личную тульпу, копирующую меня, на случай если что-то пойдет не по плану. Управлял им я только в конце.

 — И все же зря ты его так рано вывел из игры…

 — Да не выводил я его из игры, он сам окочурился!

 — Так оживи.

Эребус задумался. Действительно, этот малый мог бы еще много чего сделать, и послужить в истории минотавра как противовес Селестии.

 — Твоя воля, братишка. И хоть это противоречит моим принципам, все же пусть поживет еще.


— Дрейк! Эй, Дрейк! — бежал Василий, сломя голову, — Дрейк!

 — Чего тебе? — увидев подбежавшего к нему, запыхавшегося извозчика, спросил тот.

 — Ве… Вера… ух…

 — Не спеши, отдышись сначала. — сказал появившийся рядом Курли, — что случилось?

 — Те… тело Верана… оно… оно пропало! Мы оставили его в гробу, в святилище, а сейчас… ух, сейчас его там нет!

 — Как исчезло? — не понял Дрейк, — а ты уверен, что Веран был именно там?

 — Все так и есть, мы с Василием сами позавчера его туда положили. — ответил Курли, потерев подбородок, — что-то тут нечисто. Попахивает какой-то… некромантией. Что странно, в нашей деревне нет подобных магов.

 — Может похитил кто? — отдышался Василий.

 — Кому в нашей деревне мог понадобиться труп короля?

 — А вдруг он на самом деле жив? Я читал, такое бывает, литургический сон называется. Хорошо хоть не похоронили еще.

 — Вполне возможно. Надо сказать Райту и Мериндорфу. Может они что-то знают? — подал голос Курли.

 — Навряд ли. И потом Мериндорф говорил, что уезжает. — сказал Дрейк. Не пристало его на дорогу такими новостями загружать.

 — Как уезжает? — Не понял Василий, — Куда?

 — В Кантерлот — сказал подоспевший Мериндорф — еще раз спасибо за билет, Курли. Кстати, а что у вас случилось?

 — Веран пропал... Дык ты это, бросить нас решил? — сказал Василий.

 — Не бойтесь, я обязательно вернусь. — ответил маг. — А в каком смысле пропал?

 — Мы сами не знаем. Может действительно гробом ошиблись, либо ожил да прогуляться решил. Было бы здорово. В общем так, предлагаю заняться поисками Верана утром, а пока давайте проведем, так сказать, прощальный вечер в баре! — сказал Курли. Идея всем понравилась, и группа направилась в местный бар, дабы как следует оттянуться.