Фоллаут: Эквестрия — Звёздный свет

После смерти Богини умы и души, составлявшие Единство, рассеялись по всей расе аликорнов. Предоставленные своей воле, они объединились и с помощью Вельвет Ремеди создали организацию Последователей Апокалипсиса. Радиант Стар, юный аликорн и новоявленная послушница Последователей, подвергается воздействию странного заклинания, наделившего её внешностью одной известной Министерской Кобылы, бывшей прежде частью Богини. Однако изменения на этом не прекращаются, и вскоре Стар осознаёт, что ей каким-то образом передались все чувства и эмоции Твайлайт Спаркл. Отчаянно желая выяснить причины случившегося, она вместе со своей верной подругой из Последователей, Вайолет Айрис, отправляется искать ответы на терзающие её вопросы, совершенно не подозревая, что её преображение повлияет на весь мир.

ОС - пони

Просто предположим

Просто предположим... что я всех их убью.

Принцесса Селестия

Когда уходят цвета

Остаётся только ждать.

Спайк Вайнона Опалесенс

Герой эквестрийского времени

Гвардейская жизнь не всегда бывает лёгкой, с каждым защитником Эквестрии рано или поздно что-нибудь случается. Когда речь заходит об обыкновенном члене рядового состава гвардии, капрале Кэде Пиллсе, то эти слова буквально приобретают издевательский смысл: он вечно вляпывается в переделки, порой нестандартные, наживая себе проблемы на пятую точку, по-прежнему не меняя своего стиля жизни и отношения к службе. Чем же судьба порадует его в ближайшее время?

ОС - пони

Муки сердца: Том IV

Долгожданный четвертый том.

ОС - пони Кризалис Стража Дворца

Ирреал

Мир после магической катастрофы расы Камю. Магия в форме облачков блуждает по низинам порождая различные аномалии и монстров. Игрок является второй доминирующей личностью персонажа созданного в определённом времени. Времени в котором магия ещё творила разумных существ... Персонаж в начале игры безоружен. Сооружение "Ловец душ", воскрешающий за игровые по зоне ещё не строят в городах, так как в этом времени его не изобрели.

Человеки

Самое Заветное Желание

Чего мы хотим больше всего на свете? Любить и быть любимыми своими родными, близкими и друзьями. Особенно остро мы понимаем это тогда, когда волею обстоятельств остаёмся совсем одни или не можем себе позволить ни друзей, ни любимых. Взгляд из-за кулис на бытие тех, кто не единожды благословил и проклял свою вечную жизнь. Тысяча лет попыток Селестии вернуть свою сестру глазами того, чьё желание и мечта сбылись самым причудливым образом.

Принцесса Селестия ОС - пони Человеки Принцесса Миаморе Каденца

Семья Никс

Царствование Найтмер закончилось, Селестия и Луна снова на троне, а Никс, Спайк и Твайлайт Спаркл стали (в основном) нормальной семьей. Но Твайлайт вызывают в Кристальную Империю по королевскому делу, и теперь Никс предстоит столкнуться со своей самой сложной задачей: Ее расширенная семья.

Твайлайт Спаркл Спайк Другие пони ОС - пони Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор

В новый год

Короткий рассказец о лучшем Новом Годе Селестии

Принцесса Селестия Дискорд

Эквестриада: Гражданская Война

В Эквестрии случилась небольшая трагедия. Как на это прореагируют три разных личности с разным социальным положением и характером? Как действует военная, экономическая и политическая система Эквестрии? Эквестрия не так проста, как кажется с первого взгляда, и есть множество вещей, оставшихся неосвещёнными до момента, когда все вышло из под контроля. А маленькая трагедия - гражданская война...

Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони

Автор рисунка: BonesWolbach
Часть 23 С корабля на балл

Часть 24 Ненужный


Багровый единорог стоял по стойке смирно перед широким столом, из-за которого на него осуждающе смотрели три пары глаз. В углу щелкала печатная машинка. Свет солнца проникал в кабинет и бил прямо в последний оставшийся глаз, второй кристальный не реагировал. На лбу жеребца проступала испарина. Папаха стала тяжела, а ткань форменного мундира словно была сшита из наждачной бумаги.

— Это всё, господин Баян, что вы можете сказать? — спросил единорог в золотой броне подперев голову, его коллеги пегас и земной пони всё это время утомленно смотрели на служивого воя.
— Да, больше мне нечего добавить! — твердо ответил багровый единорог.
— Вы должны понимать, что ваш рассказ граничит с бредом и половины из того что вы нам тут рассказали в реальности быть не могло. — проговорил земной пони и отпил воды из стакана.
— Но так всё и было, можете спросить у других участников сражения.
— Мы и спросили у офицеров, — заключил пегас, достав листки и аккуратно складывая их перед собой на столе, — так вот они заявили, что вы сеяли панику и пораженческие настроения, призывали к дезертирству и даже предательству.
— Это клевета! — решительно отверг обвинения Баян.
— Вы участвовали в создании незаконного вооруженного формирования?

— Не понимаю вопроса.
— Баян не юлите, вы вкладывали силы в создание красного магического знамени и объединение под ним не только стражников, но и гражданских лиц?
— Да.
— Вы командовали этим незаконным объединением?
— Да, меня выбрали командиром, сами бойцы.
Несколько раз щелкнула печатная машинка.
— После всех произошедших событий многие стражники написали рапорта об уходе со службы. И это в основном все те, кто принимали участие в бою на стороне вашей банды. Как вы это объясните?
— Возможно, солдаты разочаровались в ваших командирах, которые их бросили.
— Попрошу, — возмутился единорог в золотой броне, — те о ком вы говорите потомственные офицеры.
— А принадлежность к династии не освобождает от подлости и предательства! — резко ответил Баян.
— Хотите поговорить о предательстве? Тогда скажите, где вы были после событий в библиотеке Понивилля?
— Я же сказал, что находился в плену у ченчлингов и лично у королевы Кризалис.
— Кто-нибудь может это подтвердить?
Служивый вой задумался на миг, но вспомнив пламя революции, унесшей ту единственную, что всё знала и видела, единорог несколько раз мотнул головой.
— Вы шли на контакты с ченчлингами?
— Да.
— Вас склоняли к сотрудничеству?
— Да.
— Значит, вы пошли на сговор, чтобы получить свободу, какие задания вы ещё получили? – «наседал» единорог.
— Никакого сговора не было, меня просто отпустили и никаких заданий я не получал. Кто вы такие, чтобы меня тут допрашивать?
— Вы это уже говорили, — заметил пегас, — хочу напомнить, «господин хороший», что вы сейчас не в том положении, чтобы врать и запираться. Принцесса может быть вас и реабилитировала, но наша военная комиссия специально создана, чтобы найти и наказать тех из-за кого Тирек смог зайти так далеко. У нас есть все полномочия вас здесь сейчас допрашивать и требовать ответов. Даже не смотря на то что вы официально не исполняли обязанности командира сотни, тем не менее, вы оттеснили сотника Копьё с занимаемой должности, а это можно рассматривать как бунт.
— Сотник Копьё сражался вместе с остальными. Какой же это бунт? — удивленным голосом ответил Баян.
— Бунт, мятеж или смена власти, для нас разницы нет. Факт остаётся фактом вы, пользуясь своим авторитетом и сложившимся вакуумом власти организовали вооруженное формирование и создали магический артефакт в виде знамени. Затем с этим отрядом предприняли действия по атаке на Тирека, чем могли спровоцировать того на уничтожение населенного пункта Понивилль и физическую ликвидацию вооруженного формирования. Всё правильно?
Баян опешил и впервые не знал, что ответить, ведь по сути его обвиняли в том, что он выполнял свой долг и призывал к этому и других.
— Я делал то, что считал правильным, — отвечал Баян, — действовал по сложившейся обстановке. Моя цель была — остановить Тирека или хотя бы задержать до подхода основных сил.
— В итоге остановили Тирека принцесса Твайлайт Спаркл со своими друзьями, а не вы. В итоге всё что вы сделали это подвергли опасности жизни не только бойцов, но и гражданских, — заключал пегас и словно наслаждаясь тем как они повергли служивого воя решил добить, — собранных нами доказательств достаточно, чтобы вынести приговор по вашему вопросу. Властью данной нам принцессой Селестией, Луной, Ми аморе Каденцией и Твайлайт Спаркл, а так же народом Эквестрии, вы признаётесь виновным в создании незаконного вооруженного формирования, а так же угрозы жизни пони, но принимая во внимание ваши заслуги по противодействию Тиреку, полученные ранения и в целом успех операции, а так же милость принцессы Селестии и Луны. Вы, сотник Баян, признаётесь не пригодным для дальнейшего несения службы и подлежите увольнению из рядов вооруженных сил Эквестрии. Разумеется, ваша посмертная награда, поскольку вы оказались живы, отменяется.
Для багрового жеребца эта новость стала как удар в сердце. Списать на гражданку — звучало как приговор и как издевательство одновременно. Правый глаз, в котором сиял кристалл словно взбесился и не давал хозяину покоя. Камень при пристальном взгляде на каждого из судей показывал Баяну слайд-шоу, как они спали на дежурстве, неуважительно относились к рядовым стражникам, подсиживали начальников, проявляли трусость при нападении ченчлингов, а затем и Тирека. От такого потока информации начинало нервно дергаться полуухо и Баяну стоило колоссальных усилий оставаться невозмутимым.
— Можете быть свободны гражданин, — с легкой насмешкой в голосе сказал единорог.
Багровый единорог развернулся и направился к выходу. Кабинет с дорогой лепниной, портретами принцесс и скульптурами меняли общие коридоры с коврами и мрамором, высокими колоннами и широкими окнами. Миновав ряд проходных и коридоров Баян оказался на улице. Только там единорог выдохнул и попытался привести мысли в порядок, но в голове, как на зло, всё путалось. Свежий воздух помогал постепенно и багровый жеребец смог сосредоточится на размышлении как дальше жить. Баян неспешным шагом прошелся по саду дворца, заглянул и в лабиринт к своему удивлению не найдя там странной статуи толи дракона, толи козла, толи и того и того вместе. Старые места навеяли приятные воспоминания о том как Баян и Твайлайт вместе проводили тут время, для молодого жеребчика это были не только сверх нужные дополнительные уроки, но и первые как бы свидания.

Оказавшись в знакомой обстановке багрового единорога стала одолевать ностальгия. Тогда, как и сейчас в тенистых аллеях занимались другие юные единороги, то тут, то там можно было встретить пони с книгами и свитками.
Баян встал, поправил папаху на голове и направился в сторону дома. Пока единорог шел по улице и не обращал внимания на встречных пони. Кристальный глаз вроде успокоился, тогда жеребец посмотрел перед собой и тут встречным ветром ему в морду прилетел газетный листок. Баян в легком раздражении одним копытом избавился от бумаги, но тут глаз уцепился за объявление, в котором вечером в десять вечера в Кантерлоте пройдёт плановый дождь. Глаза пробежались по странице и высмотрели заголовок: «Слава принцессе Твайлайт Спарк и Элементам гармонии — спасителям Эквестрии». Жеребец прочел статью и убедился, что про их партизанский отряд, первым оказавшем вооруженное сопротивление Тиреку, не было ни слова, ни пол слова. Кристальный глаз стал неистово выдавать одну негативную фразу за другой. В легком раздражении Баян скомкал газету и бросил в урну. Ускорив шаг багровый единорог вскоре оказался у дверей дома. Но там его никто не ждал. Он дернул ручку, но лишь лязгнул замок. На звонки никто не ответил и тогда Баян заглянул под коврик, но ключа не было на прежнем месте.
— Вам кого? — внезапно раздался скрипучий голос сзади.
— Миссис Фрост, вы меня не узнали?
— Вы на кого-то похожи, но не помню. — отвечала старушка усиленно всматриваясь в морду багрового единорога.
— Это же я Баян. — подойдя в плотную проговорил пони.
— Не может быть, ты же погиб на войне.
— А я вот какой — живой.
— Счастье то какое, — искренне порадовалась пожилая кобылка всплеснув копытами, и крепко обнимая жеребца, — какой ты стал, настоящий защитник. Ты уже видел маму?
— Пока нет, не знаете где её найти?
— У неё новая фотостудия на главной улице, точного адреса не знаю, но если ты пойдёшь туда, то обязательно её увидишь.
— Хорошо, спасибо я так и сделаю.
Баян вновь устремился в город и по мере приближения к главной улице росло количество дорогих бутиков, блестящих ювелирных магазинов, кофеин и фешенебельных ресторанов. Кругом ходили, задрав носы, единороги, суетилась обслуга и шныряли пегасы-курьеры. По мощеным брусчаткой мостовым проносились дорогие экипажи. Город-столица жил своей жизнью, роскошной и беззаботной. Ничего уже не напоминало о произошедшем совсем недавно. Выбитые окна, двери и даже снесенные стены починили вероятно в тот же день. Теперь стоя на главной улице, Баян почувствовал себя в родном городе «не в своей тарелке». Словно вся жизнь ушла, умчалась дальше, оставив багрового единорога на обочине. Правый глаз усиленно являл правду и жеребец вскоре уже с большим трудом мог игнорировать сигналы.
Наконец Баян увидел вывеску на одном из домов в аккурат над дверью рядом с которой стоял пони в черных, солнцезащитных очках и темном пиджаке с бейджиком.
— Извините, а здесь фотостудия Фотофиниш? — спросил багровый жеребец у охранника, жеребца земного пони крепкого телосложения и явно излучающего нежелание общаться с кем-либо.
— Да, а вам чего? — через минуту проговорил сквозь зубы охранник.
— Мне бы Фотофиниш увидеть.
— Вам назначено?
— Не понял, — переспросил Баян, слегка наклонив голову в бок, — в каком смысле.
— Вы записаны на фотосессию, — также процедил охранник, — да или нет.
— Нет, я не записан, но мне очень надо её увидеть.
— Ничем не могу помочь.

— Вы меня не поняли, Фотофиниш — мама моя, я её сын.
Земной пони скривил ухмылку, словно лимон целиком проглотил. И охранник ещё раз пристально обведя глазами багрового единорога выдохнул.
— Убогая попытка, сюда каждый день приходят сотни пони, называющих себя тем или иным родственником Фотофиниш и все требуют их пропустить. Моя работа как раз и состоит в том, чтобы мадам могла спокойно работать и чтобы её не отвлекали всякие неудачники со своими жалкими мечтами стать пони с обложки.
— Я не вру, позови Фотофиниш сюда, я докажу...
— Не буду я никого звать, — грубо ответил земной пони, ткнув тяжелым копытом единорога в грудь, да так что слабо звякнули медали, — если нет записи — нет прохода, всё вали отсюда.
Баян начинал злиться, но конфликтовать не хотел, провести ночь в темнице за драку ему хотелось ещё меньше. Внезапно со стороны дороги раздался скрип колес остановившегося экипажа. Единорог обернулся и увидел, как на брусчатку ступают копытца мягко-зеленого, почти фисташкового цвета. Грива и хвост длинные, струящиеся до земли были белыми с яркой полосой. Глаза видно не было их скрывала черная вуаль. Внезапно вперёд выскочил кудрявый земной пони в костюме и лишь одного его взгляда над душками очков хватило, чтобы охранник вытянулся по струнке.
— Открой нам дверь и поживей, Графине Колоратуре не пристало ждать, — объявил земной пони в костюме, но тут заметив единорога в черном мундире и папахе продолжил, — и убери этого урода с дороги.
— Будет исполнено сэр. — ответил охранник и оттолкнул багрового единорога в сторону, так что Баян чуть было не упал.
Кристальный глаз при взгляде на кудрявого не знал куда деться, вперед вылезали сцены грубости в отношении простых пони, будь то грузчики, официанты, стилисты или даже организаторы в небольших городах. Манипулирование статусом, чтобы добиться особого к себе отношения и многое другое. Баян схватился за голову и присел на брусчатку тротуара пока боль не утихла. Сделав вдох, единорог выдохнул и вновь поднялся на копыта. Фраза: «Уберите этого урода!» отпечаталась и запомнилась багровым единорогом в войсковой форме.

Графиня Колоратура и её хамоватый менеджер скрылись за дверями фотостудии, а Баян ещё немного постояв рядом побрел прочь, решив дождаться пока мама вернётся домой. Хоть и знал Баян, что Фотофиниш может вернуться и глубокой ночью и даже на следующий день. Память подсказала, что его сестра Флёр дис Ли может помочь, но где искать её единорог не имел ни малейшего понятия. К тому же Флёр была уважаемой пони, толи актрисой, толи моделью, толи балериной. В эту секунду мозг словно пронзила спица. Баян вспомнил, где сестра пропадала целыми днями. Копыта сами понесли жеребца по проспекту в сторону Кантерлотского театра оперы и балета. Там минуя изрядную долю дорогих магазинов возвышалось огромное здание похожее на кремовый торт. Белесый фасад, богатая лепнина на оконных проёмах, высокая куполообразная крыша, колонны при входе и конечно же статуи над входом на самой крыше театра в центре аликорн, по бокам земной пони, единорог и пегас. Баян всего пару раз был внутри театра и то когда был совсем маленьким, но запомнил, где были гримерные и как к ним пройти. Вход в театр был закрыт, работала только касса, поэтому актерам никто не мешал готовиться к новому театральному сезону.
— Здравствуйте, я ищу Флёр дис Ли, — проговорил Баян в маленькое окошко, откуда на него недоуменно посмотрели зеленые глаза кассира, кобылки-единорога коричневого цвета, — я её брат.
— А почему вы у меня спрашиваете? — переспросила кассир.
— Так у кого мне ещё спрашивать?
— Идите к капельдинеру и у него спрашивайте!
Баян «помял» немного новое слово на языке и поняв, что ничего не понял вновь засунул голову в окошко.
— Капельдинер — это кто такой?
— Администратор, если по быдло-пони, а теперь отойдите от окна и не создавайте очередь!
— Тут нет никого, кроме меня, — сказал багровый единорог обернувшись назад, обводя взглядом пустое помещение, — как мне найти капель... администратора в общем?
— Никак, — ехидно отозвалась билетерша, — она в отпуске.
— И к кому тогда мне идти? — на выдохе спросил Баян.
— Ну не знаю, может у худрука спросите.
— Где его или её найти?
— На гастролях по Эквестрии.
— Ладно, давайте так кто сегодня, сейчас здесь и с кем я могу поговорить?
— Заведующий труппой вроде у себя.
— Хорошо, могу я пройти?
— Нет.
— А как мне тогда с заведующим переговорить?
— Запишитесь на прослушивание, — закатив глаза, ответила кобылка, словно перед ней нечто неразумное, — но только учтите ближайшее в следующую среду.
Уголок рта багрового единорога стал подрагивать, отстреленное ухо нагрелось, а кристальный глаз если бы мог, выпрыгнул из орбиты и устроил дебош. Баян держался из последних сил, но напрягшись развернулся и покинул помещение театра. Свежий воздух помог успокоиться и выпустить пар из легких. Очевидно по хорошему не получится и тогда единорог обошел здание с тыла, там был черный ход, через него ретировались артисты и технический персонал. Там как раз раздавались голоса, вероятно представители труппы были чем-то недовольны. Баян осторожно приблизился, пони не сразу обратили внимание на жеребца в черном сюртуке и папахе на голове, ну а дальше произошло невероятное.
— Эй там, что крадешься, давай к нам, — крикнул земной пони в длинном балахоне и махнул копытом багровому единорогу, — режиссер тебя с навозом съест, если сейчас же не явишься к заведующему, но учти он сегодня не в духе.
Баян слегка растерянно переглянулся с другими пони из труппы и без вопросов стал подниматься по железной, скрипучей лестнице внутрь здания.
— И да классный костюм, — раздалась похвала сзади, — и эти побрякушки, выглядят почти как настоящие.
Единорог не ответил, а скрылся в коридоре. В каждом углу что-то стояло, костюмы на вешалках и в специальных чехлах, ждали своего часа. Реквизит и бутафория были аккуратно разложены и подписаны, чтобы артисты их не перепутали. Баян маневрировал в узких проходах, стараясь не обрушить декорации, пока, наконец, не вышел к кабинетам, а там найти нужный не представлялось проблемой. За обшитой дерматином дверью с красивой табличкой «Заведующий труппой» ждал неприглядного вида жеребец-единорог с седой гривой и потускневшей шерстью, но зато одетый с иголочки в модный сине-голубой костюм и галстук-бабочку. Баян своим появлением застал заведующего в самый не подходящий момент, когда тот страстно целовал какую-то худосочную кобылку, явно моложе себя. Актриса сразу отшатнулась и испуганно посмотрела на вошедшего. Заведующий сперва долго всматривался в багровую морду, вероятно пытаясь узнать кого-нибудь из труппы.
— Как смели вы, вы, — силился придумать определение вошедшему заведующий, но не смог и просто продолжил, — прервать нашу репетицию? Полёт творческой мысли и глубину катарсиса.
— Виноват, но мне очень надо было у вас узнать, где я могу найти Флёр дис Ли? — пропустив тираду интеллигента мимо ушей, сказал Баян.
— А кто собственно спрашивает?
— Я её брат.
— Ха, — громко воскликнул заведующий, — у мадмуазель Флёр нет братьев, особенно таких как вы.
— Не понял! — насупив брови переспросил Баян.
— Думаете, я так глуп? Вы ни капли не похожи на нашу приму-балерину.
— А на кого же я похож? — прозвучало с легким раздражением в голосе.
— Вы похожи на какого-то сталлионградского партизана, которому не мешало бы принять ванну и побриться.
— Не было времени собой заняться, — словно в оправдание начал говорить Баян, — меня только сегодня выпустили, и домой я ещё не попал. И сейчас мне нужно найти сестру, чтобы вместе с ней пройти охрану фотостудии.
— Мне плевать на ваши проблемы, — эмоционально выкрикнул заведующий труппой, — понавесили на себя побрякушек и теперь думаете что вам все должны!? Вон отсюда! Вон пошел! Маргинал вонючий!
Баян хотел стерпеть обидные слова, но только если бы этот пони оскорбил лично его, но они оскорбил государственные награды. К тому же когда багровый единорог повернул голову, то увидел выражение морды молодой кобылки. Актриска смотрела с каким-то выражением трепетного возбуждения. На мордочке сверкала ехидная улыбочка. Этой пони явно нравился тот грубый тон, с которым к служивому обращался заведующий. Как к грязи. Багровый жеребец, не разворачиваясь, отвесил звонкую пощёчину заведующему труппой. Красноватое свечение объяло галстук бабочку вместе с краем воротника интеллигента и подтащив ближе приподняло его.
— Повторяю вопрос, — последовала крепкая пощёчина по другой щеке, — где, — пощёчина вновь по правой щеке, — мне, — по левой, — найти, — по правой, — Флёр, — по левой, — дис, — по правой, — Ли?
Баян уже хотел отвесить очередную пощёчину этому напыщенному снобу, но тот опередил.
— Ладно, ладно я скажу только не бейте! — взмолился заведующий.
— Я слушаю.
— Мадмуазель Флёр дис Ли, всегда в это время ужинает со своим кавалером в самом престижном ресторане Кантерлота.
— Как называется и где этот ресторан? — спокойным голосом спросил Баян.
— Метрополь...
Не успел закончить седовласый жеребец как сразу оказался на полу.
— Врать мне вздумал!? — проговорил Баян, сверкая кристальным глазом и прижимая интеллигента мордой к паркету.
— Хорошо, хорошо, я всё скажу!

Заведующего труппой поставили на копыта, но красная магия не отпустила воротник.
— Паризьен, площадь звезды.
— Спасибо, — сказал багровый единорог и в тот же миг магия, удерживающая пони за воротник и бабочку, развеялась, — и никогда не груби простым пони, интеллигенция.
Баян быстрым шагом покинул театр и направился по улицам вечернего города на площадь. Вокруг царила суета, пони торопились вернуться по домам, кто к близким, а кто в своё личное одиночество. Единороги более склонны к единоличному времяпрепровождению, чем остальные расы, кто-то считает это положительной чертой, способствующей мышлению, другие говорят, что единорогам свойственен эгоизм больше чем другим расам пони. Сам Баян только сейчас задумался об этом всерьёз, когда кристальный глаз стал показывать хозяину, как многие прохожие несчастны. Кого-то давила работа, занятие не любимым, но денежным делом, чтобы иметь достаточно для жизни в городе-столице. Иные пони не могли найти даже друзей, не говоря уже об особенной пони, по причине низкой зарплаты едва хватающей на съём жилья и еду. Багровый единорог остановился у дверей входа, к которым вела красная ковровая дорожка. Было уже достаточно темно на улице, поэтому стали загораться фонари. Становилось спокойно и умиротворенно, но это не означало, что город отходил ко сну. В это время начинали работать увеселительные заведения, где рады были только платежеспособным клиентам, остальным оставалось разве что толпиться у входа в ожидании очереди. Вот и Баян остался снаружи. Придирчиво осмотрев единорога в черной форме и папахе на голове, хостес высоко задрав нос объявил: «Мест нет!»
— Я ищу кое кого, — начал объяснять Баян иногда запинаясь, — к вам приходила белая кобылка-единорог с кьютимаркой в виде трёх лилий?
— Справок о клиентах не даём. — безразлично ответил хостес.
Багровый единорог махнул копытом и отошел в сторону, тут через стекло он увидел её. Теперь Баян вознамерился попасть вовнутрь ресторана чего бы то ни стоило. И тут к нему подошел элегантно одетый пони.
— Уходите, вы смущаете клиентов, — проговорил франт и тогда Баян повернул к нему голову, но не успев ответить подошедший пони продолжил, — не может быть! Это вы господин... т.е. товарищ командир?
Только сейчас Баян разглядел прилично одетого жеребца. Это был серой масти жеребец-единорог с аккуратно зачесанной на бок темной гривой. Статный и подтянутый от чего белоснежный фрак смотрелся превосходно. Но взгляд у пони менялся с безучастного до радостного.
— Вы меня помните? Я вместе с вами под красным знаменем громил Тирека.
— Ты был золотогвардеецем.
— Был, — опустив уши ответил пони, — а теперь я лакей, аж стыдно, но надо семью кормить. А вы что здесь делаете?
— Долго объяснять, можешь меня внутрь провести?
— Вас без блата или брони не пропустят, — оглянувшись назад тихо сказал официант, — но в соответствующей одежде, вы могли бы пройти.
Жеребцы скрылись в подворотне за рестораном. Там Баян снял и передал на хранение бывшему стражнику свою форму, а сам облачился во фрак официанта. В таком виде его бы и родная мать не узнала, так как форма официанта, лакея и прислуги для мажорной публики и пижонов — всё равно что шапка-невидимка. Поэтому Баян хоть сначала и боялся быть разоблачённым, но войти в ресторан удалось «как по маслу». Единорог вновь оказался в окружении роскоши и показного богатства, почему-то именно сейчас вся обстановка и напыщенные представители богемы, ужинающие дорогие блюда, запивая их зарубежными винами, стали раздражать Баяна. Возможно, это было влияние кристалла, а может быть и сталлионградского воспитания. Думать об этом было некогда. Сейчас Баяна больше волновал другой вопрос. Пройдя в центр обеденного зала багровый единорог увидел её, точнее ту кем стала его ненаглядная Твайлайт Спаркл. Теперь это уже не та поглощённая магическими науками кобылка. Твайлайт стала принцессой, настоящей! Дело было не только в крыльях, но и в том, как бывшая единорожка себя держала: ровная осанка, прекрасно уложенная грива и всё тот же изучающий взгляд. Баян хотел подойти ближе, как вдруг заметил, что напротив принцессы сидел какой-то пегас с бежевой шкурой и синей гривой, тот снял с головы золоченый шлем и поставил его рядом. Сердце переполнилось чувствами, но внешне единорог остался холоден и невозмутим. Ещё с минуту багровый жеребец стоял столбом, как наконец направился к столику где сидела Твайлайт Спаркл. В голове роились мысли одна абсурднее другой, Баян не знал, что сказать и даже как обратиться, поэтому он просто подошел к столу.
— А официант, меню, пожалуйста! — распорядился пегас, даже не глянув на единорога в белом фраке.
Баян всё ждал, что Твайлайт взглянет на него и вспомнит. Но не дождался. Принцесса-аликорн совсем не обращала на официанта внимания. Вблизи кобылка показалась жеребцу-единорогу ещё прекраснее. На фиолетовых щеках был заметен легкий румянец, а фиалковые глаза следили за каждым жестом пегаса. Баян видел уже этот взгляд, только тогда так Твайлайт смотрела на него. Единорог хотел сказать что-то как вдруг его внимание привлек стражник-пегас.
— «Уважаемый», мы долго будем ждать пока вы принесёте нам меню?
— Твайлайт, Твайлайт Спаркл... — вновь отвернувшись от пегаса сказал Баян.
— Да, давайте быстрее, где расписаться? — буднично и стесняясь ответила кобылка протянув копыто.
— Ты что меня не узнаёшь? — жеребец сел рядом, заглянув в лиловые глаза кобылки, но увидел там лишь недоумение и смятение. — Это же я — Баян! Я живой!
— Я рада за вас, но никакого Баяна я не знаю. Может вы меня с кем-то путаете?
Внутри у багрового единорога всё «обрушилось». Голова закружилась. Сердце отстукивало ритм всё медленнее и медленнее. Дыхание сперло, а грудь сдавило словно тисками. Баян с трудом встал на копыта и уже плохо соображал. Донеслось вновь от пегаса: «Эй, не приставай к ней!»
Всё прекратилось, резко и неожиданно. Теперь Баяну стала безразлична своя судьба и что бы то ни было вообще. Багровый единорог побрёл к выходу из ресторана. На улице уже было прохладно, а в воздухе ощущалась влага. Обменявшись форменной одеждой, Баян накинул на себя черный мундир и побрёл просто вперёд по улице. Внезапно что-то щелкнуло слева, единорог, что шел, опустив голову, остановился и посмотрел в ту сторону. Тут внезапно на глаза опустилась тьма черного мешка. Тело подхватили восемь ловких копыт и сунули жеребца в тесное помещение. Словно гроб или какой-то сундук. Нет, это вероятнее всего карета. Баян не сопротивлялся, хоть его не связывали и пока не били. Он просто ждал своей участи. Ощущалось движение. «Значит меня куда-то везут! — Думал Баян. — Ну и пусть, мне уже всё равно. Пусть хоть убивают!»
Внезапно черный мешок с головы резко стянули, а в глаза ударил яркий свет фонарика.
— Ты Баян?
— Агась, — отвечал похищенный щурив глаза, — а вы кто такие будете?
— Тебя это не касается, — грубо но спокойно проговорил басистый голос, — больше не смей говорить и даже подходить к принцессе Твайлайт Спаркл! Она не твоего уровня кобылка! Понял?
— С чего это вдруг? — с вызовом сказал единорог и хотел податься вперёд, но крепкие копыта держали его со всех сторон и шанса вырваться не было никакого.
— А с того, что Твайлайт Спаркл — красавица, принцесса-аликорн, а ты — всего лишь босяк неизвестного роду и племени, да ещё и инвалид. У неё судьба управлять, а у тебя... хотя ты и сам понимаешь какая теперь у тебя судьба.
— Ну а если, гипотетически Твайлайт...
— Для тебя принцесса Твайлайт! — перебил грубый голос.
— Хорошо принцесса Твайлайт предпочтёт меня, а не этого пегаса?
— Такого не будет, видишь ли принцесса Ми Амора Каденция вышла замуж за единорога, а это значит что избранником следующей принцессы должен стать пегас. И им станет Флэш Сэнтри — это решено.
— Кем?
— Не твоё дело, но знай, что если и дальше будешь упрямиться и переть напролом, потеряешь нечто большее чем глаз, ну а если и тогда не угомонишься, то просто исчезнешь.
Свет погас и стало темно как в гробу и тут крепкие копыта, что держали Баяна словно сжали того в «комок» и толкнули вперёд распахнулись дверцы и единорог мордой рухнул на мокрый тротуар, а следом прилетела и его шапка. С неба лил дождь под которым всё моментально становилось влажным и холодным. Баян встал и отряхнулся, надел на голову папаху и только тогда смог оглядеться. Он вновь оказался у семейного дома, где жила его мама, а когда-то и он сам.
— Что вам здесь нужно? — пока единорог разглядывал дом и только, когда услышал хриплый голос сзади, обернулся.
— Здравствуй мама, это Я! — ответил Баян кобылке, в платье с черными и белыми полосами.
Земная пони гордо стояла на носилках, что несли двое жеребцов и сперва не поверила своим глазам. Легонько топнув копытом, носилки с Фотофиниш опустили на уровень глаз Баяна. Кобылка робко подошла ближе. Мама сперва наклонила, а затем и скинул солнцезащитные очки, с которыми не расставалась, на землю и заключила сына в крепкие объятия. Полуухом жеребец услышал сквозь всхлип вопрос: «Сынок, что же они с тобою сделали?»
— Всё нормально мама, всё теперь будет нормально. — ответил сын, крепко прижимая маму к себе.

КОНЕЦ

P.S. Работа над томом подошла к концу. И первое что хотел бы сказать – это слова благодарности всем читателям, кто дождался окончания работы. Спасибо большое всем неравнодушным, кто оставлял комментарии, как хвалебные, так и критические. История вышла длинной и возможно даже чересчур затянутой, но я надеюсь все смогли найти в ней что-то для себя.
Я понимаю, что читатели могли ждать счастливую концовку, но посчитал необходимым завершить том именно так.
Писать продолжение пока не планирую, хотя определённые мысли есть. В общем и целом рассказ, особенно вторая половина была встречена весьма прохладно и особого интереса к себе не вызвала. Часть вины за это лежит на мне как на авторе.
Тем не менее я буду и дальше совершенствовать свой стиль как писатель. Надеюсь когда-нибудь стану писать лучше и рассказы будет интересно читать всем.