Автор рисунка: Devinian
Файл № 1: "Благие намерения" Файл № 3: "Дороги в будущее"

Файл №2: "Мостовые"

Как всегда — пара линков. К главе: https://www.youtube.com/watch?v=B60gnOiHDfw
К подфайлу: https://www.youtube.com/watch?v=kmFzV4JbJb8

Ну — и не забывайте почаще пинать автора, а то чукча — не писатель, чукча — читатель...

"Запись удалена, личность неизвестна"

Канцелярия Имперских Архивов в ответ на запросы по второму и одиннадцатому примархам

год 1944, Москва, Лубянка, дом 2, время — 19.35 Московское 30 июля.

Три подруги со сдержанным интересом смотрели на суетящихся вокруг людей в одинаковых, несколько безвкусных, на взгляд Рэрити, мундирах. Рэйнбоу сообразила выдать догадку, что это мрачноватое монументальное здание, к боковому входу в которое их привезли — является чем-то наподобие штаб-квартиры местной гвардии, на что Эпплджек заметила, что активность была ну совсем не как в казармах Кантерлотской гвардии, а настолько в разы выше, что это наводило на ужасные догадки о ведущихся боевых действиях. На них, прикрытых по требованию шофёра кусками ткани, никто не обращал особого внимания, пока троица пони поднималась за своими сопровождающими. Через десяток минут плутаний по лестницам они попали куда-то наподобие приёмной, где человек, вёзший их на "автомобиле", попросил всех подождать и открыл массивную деревянную дверь в дальний кабинет. После пары фраз он обернулся и с сильным "восточным" акцентом сказал трём друзьям: — Проходите, вас уже ждут.

Троица пони переглянулись, встали и зашли в дверь, за которой, как ни странно, не было никакой особой роскоши. Два массивных стола буквой "Т", лампа с зелёным абажуром на дальнем столе-перекладине буквы и стопки папок с бумагами на обоих столах. Несколько стульев вдоль стен и явно кожаные кресла у стола — уж этот противный запах трое пони ни с чем бы не спутали. На одной из стен висело несколько разномасштабных карт, изрисованных красными и синими стрелками, обратив внимание на которые, Рэйнбоу прошептала ЭйДжей на ухо: — По-моему, ты права, — такие карты были в ходу во времена Грифоньих войн у Вандерболтов...

— К-кхм. Мы вам не мешаем? — из-за дальнего стола из полутьмы за лампой встал лысеющий человек в полувоенном френче цвета хаки и очках-пенсне. От дальней стены кабинета тенью отделился офицер-переводчик, тут же вставший позади лампы, и перевёдший реплику Берии.

Троица вздрогнула, посмотрев на человека, сидевшего за столом. В нём ощущалась власть... Власть и... Боль... Много боли и тяжёлых решений, которые этот человек принимал.

— З-здравствуйте. Может быть, уже вы достаточно ком-пе-тент-ны, чтобы объяснить, что всё это значит? — Рэрити подошла к столу, и опустив передние ноги на стол, требовательно посмотрела в глаза человеку.

Мужчина встал из-за стола, и, сняв пенсне, которое тут же стал протирать платком, обвёл всю троицу и старшину взглядом ледяных, словно бы проникающих в душу глаз: — Давайте для начала мы с вами познакомимся и просто пообщаемся? Обещаю, с этого момента — вам ничего не угрожает. Меня зовут Лаврентий Павлович Берия. Я — министр внутренних дел той страны, где вы очутились. Хотя, я вас понимаю, просто вы оказались у нас в не самое спокойное время(1).

Несколько успокоившись, пони сняла ноги со стола, заваленного папками, и посмотрев в ледяные жутковатые глаза, ответила: — Меня зовут Рэрити, а это — мои подруги. Пегасу зовут Рэйнбоу Дэш, а пони в шляпе — Эпплджек. И да, что значит — внутренних дел?

— Гм. Глава стражи этого государства, если так будет понятнее, — Берия вновь водрузил пенсне на законное место; — Приятно познакомиться. Лаврентий Павлович вновь сел за стол, и продолжил: — Итак, давайте по порядку. Сейчас принесут кофе и немного печенья, а мы с вами поговорим. Сначала я отвечу на ваши вопросы, но потом и вы ответите на мои. Вы согласны? Можете подумать, а я пока поговорю со старшиной Харниченко.

Трое пони начали шептаться между собой, при этом Эпплджек то и дело ловила за хвост пытающуюся взлететь пегаску. Со стороны эта троица выглядела здесь, в это время и в этом месте настолько странно и безумно, что Лаврентий Павлович крайне заинтригованно смотрел на пререкающуюся троицу, и мучительно думал — не совершена ли им в разговоре, где либо ошибка. И какие силы подкинули Союзу этот то ли подарок, то ли проклятие. Пока пони спорили, он тихо, вполголоса, подозвал старшину к себе и потребовал от него отчёт о происшествии из уст свидетеля.

Спор трёх подруг и разговор наркома(2) с старшиной был прерван звонком селекторного телефона. Берия поднял трубку и сказал: — А вот и наш кофе. Ну, что вы решили?

— Мы согласны, но вы будете отвечать только правду, как и мы. Одна из нас никогда не лжёт, и почувствует, когда солжёте вы, — Рэрити вызывающе посмотрела на наркома, пока секретарь заносил поднос с кофе и печеньем.

— Тогда прошу к столу, надеюсь, что кофе и печенье вы можете есть. Что ж, задавайте свои вопросы, но учтите, что я могу промолчать, сославшись на секретность. Не врать же мне? Вас это устраивает? — нарком взял кружку с подноса.

— Думаю, да, — подала голос Эпплджек, с некоторым отвращением садясь в кресло и беря кружку с подноса.

— Тогда начинайте, только не все сразу, хорошо? — Берия пригубил кофе и приготовился отвечать на шквал вопросов.

год 5 от объединения Сестёр, предпоследний день зимы, полчаса до полуночи, юго-восток Эквестрии, болотистые леса южнее Балтимэйра, Гнездовье.

По чёрно-зелёной плитке мостовой, сделанной из переработанной биомассы, шагала процессия существ, которых по мере сил изгоняли из Эквестрии. Во главе процессии шёл чёрный аликорн, хотя, с точки зрения биологии — все, кто шёл в этой процессии — были аликорнами. Вот только походили они больше на несуразную, но отвратную смесь пони и каких-то насекомых. Разве что возглавлявший процессию аликорн был существенно больше. Она недовольно повернула голову на отстающих и поток ментальной магии резко заставил личную гвардию Кризалис вспомнить свои обязанности. Всё, что произошло несколько лет назад — дало ей возможность прожить ещё несколько лет. Но сигнал всё ещё не мог пробиться сквозь Завесу. В прошлый раз, помимо набора биомассы, послушников и псайкерской энергии — главной целью нападения было снятие Завесы. И не её вина, как Королевы культа — что именно эта цель не была выполнена. Кто же знал, что на тот момент принцесса уже почти год, как правит вместе с сестрой? Но в этот раз... Даже заключение не высосало столько сил из неё, сколько рассчитывала эта проклятая тварь, получившая крылья. Кризалис медленно улыбнулась, вспоминая, как облапошила Твайлайт, шагая по плитке, мягко пружинящей под копытами. Что-то создало коридор сквозь Завесу и она успела этим воспользоваться. Сигнал отправлен, и флот тех, кто даровал ей, когда-то бывшей простой земнопони такую силу, наверняка скоро перехватит сигнал. Много сотен лет ожидания скоро закончатся и все либо покорятся новым правителям — либо... Что ж, биомассы ведь всё время не хватает Гнездовью, ведь так? А уж когда Гнездовьем станет вся планета... А сейчас надо сосредоточиться, ведь подавление памяти — сложный процесс, а поддерживать его у жителей гнездовья надо постоянно — ведь не все из них уже родились тут — часть из них когда-то была пони. Так зачем создавать лишние проблемы? И Кризалис с улыбкой прошествовала к своему живому трону, который позволял ей многократно усилить и без того неслабую магию, приобретённую ей в результате того, что когда-то врачи назвали неизлечимой болезнью и уродством. Немало времени прошло с тех пор, прежде чем она поняла, что это был дар, а не проклятье, ведь все, кто живёт здесь, в Гнездовье — усиливают её мощь постоянно, отдавая свои жалкие крохи магии ей, королеве. И наконец-то скоро она увидит своих хозяев. Мечтательная улыбка расплылась по лицу генокрадки...

год 2028, Санкт-Петербург, Исаакиевский собор, время — 8.30 Пулковское 5 июня.

По гранитным плитам мостовой перед собором шли четверо. Интегра со слугами шли за капитаном, сказавшей, что здесь, в Санкт-Петербурге — через несколько часов их ждёт небольшая конференция, на которой они узнают, чего собственно хочет от них Орден, и что он может предложить взамен. А сразу по окончании конференции их ждёт спецрейс до Москвы, в случае их согласия проконсультировать Орден. А тем временем, Тзинч обернулся. Перед его взором расстилалась гладь Невы, а за нею — здания Санкт-Петербургского государственного университета. Он ухмыльнулся, заметив, что к перекрёстку у университета подъезжали две машины. Серый "форд" прокатной фирмы и кричаще-жёлтый "фольксваген жук". С другой стороны к перекрёстку, явно намереваясь проскочить до красного, летел таксист. Всего один щелчок пальцами, и серый "форд" проскакивает, загородив обзор "народному авто"(3). С диким треском такси врубается на всей скорости в борт "фольксвагена" и "жук" отлетает прямо на фонарный столб. Тем вечером все научные газеты и журналы по кибернетике и программированию вышли с некрологом о молодом профессоре Хельсинского университета, приехавшей с сенсационной лекцией по созданию искусственного интеллекта и попавшей в смертельную аварию, уничтожившую её и материалы лекции. Тимур лишь покачал головой, подумав про себя: "Для этого ещё не время, отнюдь не время. А вот водитель "форда" — похоже, что мой старый знакомый".

Он повернулся и догнал свою нанимательницу, на лице которой читалось раздражение от этого места, столь похожего на собор святого Павла в Лондоне, но являющегося пристанищем ортодоксов. Да и — как не пошатнуться вере в Создателя — когда твой дворецкий — один из языческих богов? Тем временем, из-за колоннады портика вышел невысокий человек в чёрном костюме-тройке, и блистая в лучах рассветного солнца огромной лысиной, сказал с почти незаметным акцентом: "Добро пожаловать, леди Интегра ван Хеллсинг, в наш северный штаб. Я представляться не буду, зовите меня просто — Директор. Моё имя не важно, да и знать его вам не нужно. Пойдёмте, я провожу вас и расскажу, в чём дело. — Медуза, помоги гостям с багажом и можешь быть пока свободна". Девушка в стальных очках легко подхватила рюкзак Селес и чемоданы Интегры, и замкнула их процессию, входившую в собор. Селес нервно оглянулась — ей не нравилась эта молчаливая особа, глаза которой были закрыты сталью. "Как она вообще хоть что-то видит через сталь?" — подумала вампиресса, проверяя в одном из карманов дамский пистолет с непомерным для столь маленькой игрушки калибром и серебряными пулями в нём. Вздохнув, она вошла под своды собора, ощущая неприятный взгляд в спину.

Их провели к неприметной дверце с надписью "техническое помещение" в левом приделе собора-музея. Директор открыл дверцу и сказал: "Добро пожаловать в нашу скромную обитель. Советую весь ваш необычный багаж оставить у нас, а самим поселиться в отеле, подобающем столь знатной леди, как вы. Пройдёмте со мной, и да, я извиняюсь за этот подземный дождик. Думаю, вы знаете, что Петербург — город на болотах".

Они прошли в наклонный тоннель за дверцей, уводивший куда-то под землю. Некрашеные кирпичные стены, мигающие противные лампы дневного света, низкий свод, и иногда капающая с потолка вода, пахнущая болотом, заставили Интегру поморщиться.

— Куда мы идём? — спросила она.

— Ко мне в кабинет, там всё и обсудим. Не зря же единорог поддерживает герб Британии? — сказав эту странную фразу, Директор открыл неприметную дверцу, закрашенную под кирпичи. — Мы пришли, располагайтесь, лишний багаж можете оставить здесь. Слово Ордена, никто к нему не притронется.

Они оказались в довольно уютном кабинете, обставленном в строгом советском стиле. Но то, что на дворе стоял уже двадцать первый век — выдавали ноутбук за столом Директора и кондиционированный воздух кабинета. Сбоку стоял небольшой журнальный столик, вокруг которого, словно троны, располагались четыре массивных чёрных кожаных кресла. Присев в одно из них, Директор, показав рукой на оставшиеся три кресла, предложил гостям присесть. Спохватившись, он смешно шлёпнул себя по лысине ладонью, и сказал: "Медуза, пока можешь быть свободна".

Селес, присевшая напротив, успела посмотреть в глаза этого смешного, на первый взгляд безобидного человека. Это были жёсткие ледяные глаза бойца. Бойца опытного и умелого, не единожды выигрывавшего в безвыходных партиях. Он же, пригладив оставшуюся на голове седину, жестом фокусника извлёк пепельницу откуда-то из под столешницы, и, посмотрев на Интегру, предложил: "Курите, не стесняйтесь. Здесь все равно хорошая вытяжка".

Интегра достала коробочку с сигариллами, и, прикурив, раздражённо спросила: "Так зачем наш Орден понадобился вам, ортодоксам?" — в пепельницу упал первый пепел.

— Что вы знаете о мифических животных, леди Интегра? К примеру, о пегасах, говорящих на современном английском? — в добрых карих глазах Директора блеснула сталь.

— Насколько я знаю — эти животные вымерли после извержения Санторина, да, и если они разумны — то я вперёд бы поверила в древнегреческий, — Интегра сдавила сигариллу пальцами так, что та сломалась.

— Вынужден вас разочаровать. Думаю, вы знаете о том, что охраняется в Раменках? — очередной блеск оружейной стали в глазах.

— Да, архивы МИ-6 я читала очень внимательно, и предполагаю, что вы охраняете портал, — щелчок зажигалки и ответный отблеск круглых очков.

— Вот что зафиксировали камеры наблюдения буквально вчера. Прошу внимания на проектор, — мужчина встал и запустил воспроизведение со своего ноутбука. Селес увидела, как над граненым чёрным параллелепипедом моргала жёлто-синяя арка, и прямо из неё вылетело существо, сильно напоминающее пегаса, ругающегося на английском, с забавным акцентом, но так, что казалось — будто это родной язык существа.

— Что вы думаете об этом, леди Интегра? — Директор вновь сел в кресло, поправив костюм.

— Что день перестаёт быть скучным. Вы можете промотать покадрово и в замедленной съёмке всю запись? Мне надо подумать, — кольцо табачного дыма поплыло в сторону вытяжки.

— Что ж, думайте, леди, но в двенадцать у меня обед и неотложные дела. Думаю, после двенадцати вам стоит поискать отель, ещё не занятый туристами. Сезон белых ночей, может слышали? Пока же — я предоставляю эту запись и ноутбук в ваше пользование, и прошу меня ещё раз простить. Когда совмещаешь две должности, приходится нелегко. Я вынужден оставить вас, ведь музей(4) без директора не откроется, — с этими словами Директор вышел из кабинета.

год 900М41 по летосчислению Империума, флагманский крейсер флота Андерокусов "Свет Хартии" в составе посольского флота Администратума и Экклезиархии./год 5 от объединения Сестёр, предпоследний день зимы, час до полуночи, ангарная палуба "Света Хартии", орбита Л'уны.

— Я, лорд-инквизитор Ордо Ксенос Маркус Арриганус, чрезвычайный посол Золотого Трона, приветствую вас на кораблях посольства Империума. Вынужден вам сообщить, что мы так же недоверчивы, как и вы. Принцесса, вы позволите? — Маркус внимательно посмотрел на стоящую перед ним Твайлайт. В его голове крутилась одна мысль, когда он думал про то, что всё население — это псайкеры, а единорог-пони Лира — верит в Императора: как побыстрее незаметно связаться с аналитиком Венуса, чтобы понять, как поступать дальше.

— Мы согласны! — Твайлайт, переглянувшись с Лирой, посмотрела прямо в глаза инквизитору.

— Хорошо. Магос, прошу вас. Библиарий Саррекеус, подойдите, — инквизитор несколько отступил, пропуская магоса вперёд. Тот молча вытянул одну из своих серворук. Небольшая иголочка, находящаяся на серворуке, уколола Твайлайт в переднюю ногу, которая сдержалась, чтобы не пискнуть от внезапной боли, тут же пропавшей. Через полминуты серворука освободила ногу Твайлайт, только чтобы так же уколоть Лиру, которая с какой-то смесью страха и восхищения смотрела на магоса и даже не пошевелилась, когда в её ногу вонзилась игла. Ещё примерно через полминуты щуп освободил и Лирину ногу. Твайлайт украдкой посмотрела на Лиру и заметила, что кровь из крошечной ранки даже не текла. Судя по всему, щуп содержал какое-то вещество, утоляющее боль и повышающее свёртываемость крови. Тем временем, магос встал перед Твайлайт и сказал своим механическим голосом: "Идентификация ДНК пройдена успешно, отклонений не найдено. Проверяйте своим методом, лорд-инквизитор". В этот момент к ним из шеренги космодесанта подошёл солдат в чёрной броне Караула.

Огромный космодесантник остановился перед пони, и, наклонившись над ними, направил руку в перчатке прямо на них. Твайлайт, которая не столь усердно, как Лира, изучала историю Империума, не могла понять, что это значит. А вот Лира, пробежала глазами по броне космодесантника, и её глаза зацепились за едва заметную серую окантовку левого наплечника, на котором был изображён вполне узнаваемый герб Ультрамаринов. Она почувствовала, как какое-то заклинание, словно бы проходит сквозь неё. Глаза Лиры расширились от удивления и восторга. Посмотрев на Твайлайт, она увидела, как принцесса хмурится, но даёт заклинанию возможность пройти сквозь неё. Со стороны это выглядело, как будто сквозь Твайлайт проходит стена ярко-янтарного света. Лира задумалась: "Кем же был этот космодесантник?" — вот что заняло её голову. Она не заметила, как заклинание исчезло и солдат сказал: "Они чисты, лорд-инкизитор. В них нет влияния Хаоса".

— Очень хорошо. Принцесса, я извиняюсь, но это было необходимо. Думаю, что у нас найдутся к вам ещё вопросы, — Маркус многозначительно посмотрел на Лиру, — но сейчас — ваша очередь досматривать нас. Я предупреждаю сразу — возможно, что у нас на корабле демон. Похоже, что командора Сэйрию заразила та буря, что окружает вашу систему, — инквизитор поморщился. В этот момент по воксу наконец-то с ним связался аналитик. Его рекомендация была крайне необычной. Аналитик сказал всего два слова и отключился. "Будьте искренны", — и как это понимать? Ничего, он ещё доберётся до аналитика и выяснит причину такой рекомендации.

— Сэр Маркус, тогда не могли бы вы просто подождать и не удивляться? — снова этот взгляд невероятно огромных глаз ксено. "И как с такими глазными яблоками у них ещё остаётся место на разумный мозг?" — подумал инквизитор. Вслух же он сказал: "Хорошо, принцесса Твайлайт Спаркл. Мы постараемся быть сдержанными".

— Лира, ты не одолжишь свой посох? — аликорн повернула голову на единорожку.

— Конечно, Твайлайт, — и посох в свечении телекинеза подплыл к Твайлайт. Пока пони летели на орбиту, Лира успела рассказать Твайлайт, что большая часть демонов боится символа аквилы, вырезанного на её посохе целым узором. Твайлайт же решила, чтобы не обыскивать огромные корабли-города людей вкопытную, использовать это свойство посоха, усилив его магией.

Наблюдавший за этим инквизитор едва заметно кивнул исповеднику. "Что ж, Дэвмос прав, и их псайкерские способности не имеют ничего общего с Варпом. А я проиграл Андерокусу пари... Но в этот раз — даже рад проигрышу..." — Маркус смотрел, как посох окутывает магия, после чего узорная аквила вдруг, словно бы оторвалась от посоха и становилась всё больше. Вскоре Маркусу поступили доклады с соседних палуб о огромном призрачном узоре, на что он ответил: — "Не волноваться. Ситуация под контролем".

Тем временем, аликорн проводила одновременное сканирование всех пяти крейсеров. Твайлайт сразу стало понятно — вот этот, выглядящий как огромный механизм и изукрашенный шестернями — явно принадлежал тем же "людям", что и магос Терсиард. А вот этот, расписанный крестами, аквилами и золотом — Имперской церкви. Было и ещё два крейсера, с незнакомой ей символикой, но ведь потом можно будет спросить Лиру, как-никак это она знает о людях даже больше, чем Твайлайт. И вот, спустя час напряжённой магии, она начала проверять уже знакомый ей "Свет хартии". Со стороны для людей это выглядело жутковато: побелевшие огромные глаза ксено, буквально светящиеся ярким светом, непонятно как зависший перед ней посох, и невероятное количество псайкерской энергии — её рог в буквальном смысле источал её столь много, что было видно невооружённым взглядом.

В какой-то момент она дёрнулась, словно от удара током. И тут же задала вполне ожидаемый вопрос: — Что там? На "Свете Хартии" я чувствую невероятно могучего демона.

— Позвольте, на этот вопрос отвечу я, — механический голос, казалось, не терпел возражений; — Там стазис-камеры, я ответственен за них, как старший Ордена механикумов на этом корабле. Я взял на себя смелость рискнуть и не убивать командора Сэйрию, заразившуюся демоном во время последнего варп-шторма. Мои когитаторы высчитали, что максимальная вероятность её излечения — при встрече с вашим народом, Принцесса. После чего я погрузил её в стазис. Это состояние — что-то наподобие консервации, если вы понимаете что это такое, — произнеся эти слова, фигура из стали, скрытая красным узорчатым плащом с капюшоном, застыла перед Твайлайт.

Твайлайт переглянулась с Лирой, но та лишь жестом попросила отдать ей посох. Пролевитировав единорожке её посох, она повернула голову на магоса и, максимально серьёзным тоном, на который только была способна, ответила магосу: — Ведите нас к ней, магос Терсиард. Мы посмотрим, что мы можем сделать.

По гранитным и мраморным плитам пола, больше похожим на мостовые крупного города, в окружении невероятно дорогих интерьеров крейсера класса "Владыка"(5), следом за бесшумно передвигавшимся магосом цокали двое пони, с навязанным им сопровождением — взводом Караульных во главе с уже знакомым им библиарием...

год 2028, Санкт-Петербург, СПбГУ(6), время — 13.00 Пулковское 5 июня.

Доктор Норвуд был вымотан. Собственно, его вины не было никакой, но день был потерян. Как свидетеля, его вот уже полтора часа допрашивали русские полицейские, а также неодобрительно косились на него работники университета. Но вот буквально пару минут назад, записав в свой протокол всё, что только можно записать, патрульные испарились, предоставив Гленни самому себе. После недолгих раздумий он решил узнать, есть ли в этом университете медфак, и что интересного он может там узнать. Даже в отпуске имело смысл по возможности — повысить своё образование, да и работа всегда успокаивала Норвуда. Если рядом не шлялся начальник с кучей идиотских идей. В тот самый момент, когда он решил обратиться к одному из проходящих мимо преподавателей, на его плечо легла рука.

— Доктор Гленни Норвуд, если не ошибаюсь? — властный тихий голос. Доктор обернулся и посмотрел на говорившего. Невысокий пожилой человек с добрыми карими глазами, в которых время от времени проскакивала сталь. Говорил он почти без акцента. Одет был говоривший в классический костюм-тройку чёрного цвета.

— Да, вы совершенно правы, чем я могу быть вам полезен? — Гленни решил попробовать вежливо отшить говорившего. Он как-никак в отпуске.

— Вы будете очень полезны, если пройдёте со мной и выслушаете моё предложение, — в руке говорившего материализовалась красная корочка с мечом и щитом. — ФСБ России, не удивляйтесь, доктор. Или вы думали, что человек, работающий на проект Eternity, нас не заинтересует? В ваших интересах не делать поспешных выводов и необдуманных решений, Норвуд. Я всего лишь хочу предложить вам работу, — с этими словами мужчина вышел из здания, даже не обернувшись. Норвуду не оставалось ничего, кроме как последовать за ним. Пройдя по старинной булыжной мостовой, он сел в "Волгу", в которой уже сидел агент одной из самых жутких мировых спецслужб.

— Итак, вы выбрали правильное решение — выслушать наше предложение, — мужчина повернулся к Норвуду. Тем временем "Волга" двинулась по набережной, медленно, но неумолимо.

— Куда мы едем? — с тревогой в голосе спросил Гленни.

— К вам в отель. Собственно, я озвучу свою предложение прямо сейчас, — в глазах говорившего снова мелькнул стальной отблеск. — Слушайте меня внимательно. Выбор мы оставляем за вами. В случае вашего отказа мы просто выставим вас из страны со статусом нон-грата. Какие от этого будут последствия лично для вас — думаю, вы понимаете. В случае согласия — вам все равно выселяться из отеля, мы всё оплатим. И весь ваш отпуск будет посвящён одной увлекательной работе, о которой в Штатах не узнаёт никто. Зато вы сможете ещё и подзаработать и побывать в Москве абсолютно бесплатно. Думайте до вечера. Вечером к вам зайдёт капитан Кефалинис и спросит о вашем решении, — говоривший обратил внимание на девушку-водителя. — А об этой аварии — лучше забудьте, потому что на самом деле — виноваты были вы. Интересно, куда вы так торопились на прокатной машине? — говоривший уставился в окно, давая понять, что последний вопрос абсолютно риторический. Норвуд успел проклясть тот час, когда решил передвигаться по городу так, как привык, и отправился в прокатную контору. Скорее всего его вели с самой прокатной конторы, как не со стойки аэропорта. Им был нужен лишь повод встретиться, и повод этот представился российским агентам в его первый же день отпуска... И кто же эта девушка в стильных солнцезащитных очках, так и не сказавшая ни слова? Тот самый капитан Кефалинис? Почему агент российских спецслужб не представился даже вымышленным именем? — в голове Гленни образовалось множество неразрешимых вопросов, которые он не мог выяснить, не подумав поосновательнее. Тем временем авто подъехало к отелю, и девушка распахнула перед ним дверь. Он отметил её стильный, хоть и несколько не по погоде наряд — юбка, кофта-топ и лёгкий дождевой плащ из какой-то синтетики. Вслед Норвуду, решительно двинувшемуся в отель, решившему даже не прощаться с агентом, донеслось: — "Мы надеемся на ваше благоразумие, доктор!"

год 5 от объединения Сестёр, последний день зимы, полночь, Эквестрия, Кантерлот, дворцовый парк.

— Не беспокойте меня до утра, я хочу прогуляться.

— Так точно, Ваше высочество, — ночные стражи синхронно отдали честь и застыли живыми изваяниями у входа в королевский парк.

Ступив с цветной каменной мостовой на гравийную дорожку парка, аликорн цвета ночного неба задумалась. Пребывая в тяжком раздумье, она дошла до первой попавшейся беседки, и, устремив свой взор на ночное светило, замерла. Всё ли она сделала, как надо? Груз вины и тяжёлых воспоминаний терзал её душу. Но куда больше — был страх за ту, что освободила её. Взгляд отыскал на ночном небе недалеко от Л'уны крошечную россыпь из пяти ярких звёзд, которые были не звёздами, но посольством Его народа. И воспоминания, воспоминания, что терзали её. Воспоминания, словно бы её, но они были не её воспоминаниями... Это было так странно и жутко. Но она ничего не могла поделать с ними, несмотря на всю свою мощь Принцессы Ночи. Лишь вспоминать их снова и снова...

Подфайл 6. "Выбор" Введите код доступа: ХХ

Код доступа: In

Код доступа подтверждён, вход в файлотеку выполнен.

«Сражайтесь за Императора, и вы, возможно, умрёте.

Не сражайтесь за Императора, и вы обязательно умрёте.

Нам нравится делать ваш выбор проще».

Публичное объявление Экклезиархии.


год 237М30 по летосчислению Империума, Сегментум Темпестус, Сектор Редуктус, боевой флот Императора, флагманский линкор "Буцефелус", 10.45 стандартного времени, 10 ноября.

Из только что пристыковавшейся "аквилы", разукрашенной в синий с серебром и узором из фаз луны, вышел невысокий по меркам примархов(7) человек. Иссиня-чёрные волосы ниспадали на серебристую кожу одетого в парадный тёмно-синий мундир примарха. Но не с радостными вестями он прибыл, а с горестными. Отчасти он сам послужил причиной этому горю, поддавшись на искус побывать в объятьях "жриц любви", что склонились перед Несущими Слово. Именно в их объятиях он ощутил неправильность происходящего. Как он, сын Императора, мог считать его Богом, когда сам Император всегда подчёркивал, что Богов нет и религия — лишь опиум, отравляющий человеческий разум? Но он поклонился его золочёным статуям, поддавшись на уговоры Эреба(8) и соблазнившись "незабываемой ночью жриц имперской любви".

Осознав, что его обманули, Лунар тайно выбрался с планеты, где проходили празднества в честь Императора. Под покровом любого спутника — он был скрытнее, чем Альфарий(9). Примарх твёрдо решил прийти к Императору, и рассказать обо всём, приняв любое наказание от своего Отца. Он выбрался с планеты, пролетел полгалактики, и теперь шёл по золочёным керамитовым плитам флагмана, сдав свой меч кустодесу, и не знал — какой же будет его дальнейшая судьба. Он не был сильным псайкером, как провидец. Куда лучше ему давались боевые чары — он не зря был одним из лучших друзей Магнуса Рыжего(10).

Он остановился перед входом в каюту Императора, привычно приведя мундир в идеальное состояние — хоть сейчас на парад. Лунар стоял в нерешительности — ещё не поздно было вообще не говорить Отцу о произошедшем, а просто развернуться и улететь назад, в столь горячие объятия Дев... Но его минутное размышление было прервано — дверь неожиданно распахнулась, и мимо него, пылая гневом, прошёл Отец, одетый в боевую броню, на ходу бросив: — "Приветствую, Лунар, тебе придётся обождать — не время сейчас". Лунар лишь почтительно поклонился, и уже через полминуты почувствовал, как корабль поднимает щиты, и сходу — с не до конца поднятыми щитами Геллера — врывается в варп со страшной перегрузкой, придавившей даже его, примарха, к полу. В его глазах потемнело и он мог думать об одном — скорее бы это закончилось...



примечания к главе:
1) Весь разговор идёт через переводчика.
2) Берия представился министром, понимая, что слово "нарком" труднопереводимо на английский язык, тем более для существ, никогда не сталкивавшихся с вывертами человеческой истории.
3) Volxwagen(нем.) — народный автомобиль. И ещё одна отсылка(кому маффин за правильный ответ?).
4) Исаакиевский собор является не только собором, но и музеем.
5) "Владыка" — у вольного торговца — это большая редкость, что только подчёркивает могущественность и богатство дома Андерокусов.
6) Санкт-Петербургский государственный университет.
7) Средний рост примархов — три метра. Так что 2 метра 75 см — это действительно невысоко.
8) Советник примарха Лоргара, Тёмный Апостол Хаоса.
9) Альфарий/Омегон — двадцатый примарх, братья-близнецы, отличались такой скрытностью, что до сих пор неясно — предали ли они Империум, или на самом деле легион Альфа выполняет волю Императора, разрушая Хаос изнутри...
10) Магнус Рыжий — примарх легиона Тысячи Сынов, один из сильнейших псайкеров галактики.