Автор рисунка: Devinian

Между строк

— Никогда не забуду тот день, когда почтальон принёс мне домой посылку, а в ней — книга о наших с Дэринг приключениях, да ещё и со мной на обложке! На целую неделю раньше, чем у всех остальных! Нет, ну вы представляете?!

Рэйнбоу Дэш закончила свой рассказ под радостный стук копыт, которым наполнился штаб метконосцев. Собрание официального фан-клуба радужной пегаски было в самом разгаре. Дэш могла по праву гордиться: у какой ещё пони из Понивилля есть собственный клуб поклонников? Ну, разве что у Твайлайт Спаркл, если считать за фан-клуб всех этих жеребят, которые бегали за ней, чтобы получить своё «Время Твайлайт». Но постепенно ажиотаж вокруг новоявленной принцессы пошёл на спад, о загадочной «Кобыле-Что-Надо» тоже все давно позабыли, а раз так, то теперь вновь наступил звёздный час для наикрутейшей пони городка — Рэйнбоу Дэш. Скуталу возродила клуб около месяца назад и наконец решилась пригласить на собрание саму радужную пегаску.

— Крутая история! — воскликнул стоящий в первом ряду жеребёнок, не переставая топать копытами в знак одобрения.

— Да! Абсолютно! — подхватила Скуталу. — Ты могла бы стать классным соавтором для А. К. Йерлинг, Рэйнбоу. Серьёзно.

— Ну, вообще-то… — Дэш почесала затылок. — Я всего лишь рассказала, что с нами случилось на самом деле… Но ты права, мелкая. Дэринг, похоже, теперь отбросила это своё «я работаю одна», и из нас могла бы выйти отличная команда.

— На самом деле? — Скуталу выглядела озадаченной. — Ты хочешь сказать…

— Ну да, — ответила Рэйнбоу. — Я же сказала, я с друзьями ездила в… э-э-э… Ну, в общем, туда, где Дэринг живёт, чтобы помочь с книгой.

— Дэринг? Ты, наверное, имеешь в виду А. К. Йерлинг? — пегаска-метконосец глянула на Рэйнбоу слегка недоверчиво.

— Дэринг, Йерлинг — неважно, — гордо сказала Дэш. — Как я уже говорила, это одна и та же пони.

— Я поняла, — произнесла Скуталу, — но я думала, это часть истории.

— Так и есть, это часть истории, но история-то эта была на самом деле! — Рэйнбоу вдруг начала злиться: недоверчивость Скуталу, конечно, была вполне естественной, учитывая невероятность рассказанного, но всему же есть предел.

И тут Рэйнбоу вспомнила о книге.

— Эй, мелюзга, — хвастливо крикнула пегаска, — вы видели книгу со мной на обложке?

Жеребята дружно замотали головами, и Дэш стала оглядываться в поисках своей седельной сумки, но никаких её признаков поблизости не наблюдалось. Рэйнбоу нахмурилась:

«Дома забыла, что ли?»

— Хех, похоже, я оставила её дома, — нервно улыбнулась она. — Я сейчас мигом слетаю, одно крыло здесь, другое там. Веселитесь.

— Что ж, заседание официального фан-клуба Рэйнбоу Дэш продолжится после перерыва, — важно произнесла Скуталу.

Рэйнбоу кивнула и вылетела прочь из штаб-квартиры метконосцев. Метнувшись радужной стрелой, пегаска через считанные мгновения оказалась у себя дома, поговорку «одно крыло здесь, другое там» в её случае вполне можно было понимать буквально. Сама не совсем понимая почему, Рэйнбоу спешила и волновалась. Вот и дом, знакомая книжная полка, на которой рядком стоят книги о Дэринг Ду, каждая из них была прочитана уже раз десять. «Дэринг Ду в поисках Сапфировой статуэтки», «Дэринг Ду и Кубок Грифона», «Дэринг Ду и Бритва Снов»… Все книги были на месте, кроме одной — самой последней. «Дэринг Ду и Кольцо Судьбы» с Дэш на обложке пропала. Рэйнбоу в панике кидалась из стороны в сторону, обшаривая все места, куда могла положить её, но всё было тщетно. Проверив все уголки, где могла притаиться потерянная вещь, и дважды заглянув под кровать, Рэйнбоу вернулась к полке, словно надеясь, что книга стоит там, а она в первый раз её просто не заметила. Если такая надежда и была, то она не оправдалась. Книги не просто не было, по каким-то неведомым причинам создавалось впечатление, что её не было здесь никогда.

Рэйнбоу отогнала странные мысли, которые начали лезть ей в голову, и разозлилась. На самом деле всё объяснялось просто: она вовсе не забыла книгу дома, а взяла её на собрание фан-клуба, где её кто-то стащил, да ещё и вместе с сумкой, в которой она была! Дэш с шумом выпустила воздух из ноздрей, крылья пегаски распахнулись, готовые нести её обратно в штаб Метконосцев, чтобы скорее найти воришку. Но тут злость Рэйнбоу пропала, а крылья сами собой опустились: она увидела, что её якобы похищенная коричневая сумка лежит на полу рядом с кроватью. Пегаска рывком схватила её и заглянула внутрь. Пусто.

«Значит, книга всё-таки дома?» — подумала Рэйнбоу. Она ещё раз обыскала весь свой дом, на этот раз более обстоятельно. Книга как сквозь землю провалилась.

— Да что ж такое-то! — в сердцах крикнула пегаска, ударив пол копытом так, что на сделанной из концентрированных облаков поверхности осталась небольшая вмятина. Дэш снова посмотрела на полку. Книги будто смеялись над ней, где-то пряча свою подружку.

«У Твайлайт тоже должна быть такая книга, — подумала Дэш, старясь взять себя в копыта и успокоиться. — Возьму пока у неё, а потом разберусь со своей пропажей».

Полёт до библиотеки занял так мало времени, что Рэйнбоу даже сама удивилась, как быстро ей удалось оказаться перед древесным домом подруги. Она словно бы и не летела никуда, просто кто-то быстро и профессионально сменил декорации. Постучав в дверь, пегаска услышала голос Твайлайт:

— Войдите!

Фиолетовая аликорница сидела прямо на полу и перебирала книги, перекладывая их из одной огромной стопки в две других, поменьше.

— О, Рэйнбоу, привет, — повернулась она к вошедшей пони. — Я могу чем-то помочь? Ты выглядишь… расстроенной.

— Привет, Твайлайт. Да, ты знаешь… У тебя же есть все книги о Дэринг Ду? Кажется, я потеряла одну, а она мне нужна…

— Конечно, ты можешь взять мою, — улыбнулась аликорница, обрадовавшись, что проблема подруги оказалась довольно пустяковой.

Рэйнбоу в один взмах крыльев достигла нужной полки и зависла перед ней. Глаза её вдруг расширились, когда она не обнаружила того, что искала.

— Здесь точно все книги? — спросила она не своим голосом.

— Так, Тандерлейн брал на прошлой неделе третий том, но позавчера его вернул… — размышляла вслух Твайлайт. Она подошла и, прищурившись, посмотрела на полку. — Один, два… Да, все восемь книг на месте.

— Восемь?! — уставилась на неё Рэйнбоу. — А как же девятая?! Дэринг Ду и Кольцо Судьбы?!

— Она же ещё только планируется, — произнесла Твайлайт. — Её выход постоянно откладывается, ты что, не помнишь? И как ты сказала?.. Кольцо Судьбы? Насколько я знаю, название девятой книги ещё неизвестно…

— Да вы что, все издеваетесь надо мной, что ли?! — Дэш со стуком опустилась на пол, резко хлопнув крыльями.

— Пожалуйста, успокойся и объясни, что с тобой происходит! — обеспокоенно потребовала Твайлайт.

— Да вы все… это всё… ар-р-ргх… — Рэйнбоу обессилено уселась на круп. — Я просто уже ничего не понимаю!

Твайлайт обошла вокруг подруги и присела рядышком.

— Так, давай попробуем разобраться вместе. Что ты там говорила насчёт девятой книги?

— Девятая книга… там я с Дэринг Ду на обложке. Неужели ты не помнишь?! — Рэйнбоу посмотрела на подругу умоляющим взглядом.

— Ты на обложке? — удивилась Твайлайт. Никакой девятой книги, тем более с фотографией или рисунком Рэйнбоу, не было и быть не могло. С чего бы издательство стало помещать на обложку погодную пони из Понивилля? Но Твайлайт решила подыграть пегаске, чтобы узнать побольше. На секунду аликорнице даже показалось, что она действительно каким-то совершенно невероятным образом пропустила выход новой книги. — Как ты туда попала? Это был какой-то конкурс среди фанатов? — растерянно спросила она.

— Да нет же, нет! — воскликнула Рэйнбоу. — Мы ездили к Дэринг… к А. К. Йерлинг, чтобы помочь ей, чтобы она могла быстрее дописать свою новую книгу…

— Мы?

— Да, мы! Все вшестером, понимаешь? Ты, я, остальные… Помнишь?!

Ничего такого Твайлайт не помнила, и глаза её расширились от страха за подругу.

— Ты ведь шутишь? — попыталась улыбнуться аликорница. — Это такой розыгрыш?

Рэйнбоу только головой покачала.

— Прости, но ничего такого я не помню, — призналась Твайлайт. — Может быть, у тебя было слишком яркое сновидение, ты ведь очень переживала из-за того, что книга никак не выходит…

— Я свихнулась, да? — нахмурилась пегаска. — Это ты хочешь сказать?

— Нет-нет-нет, совсем нет! — поспешила успокоить её Твайлайт. — Просто расскажи мне обо всём, и мы обязательно что-нибудь придумаем. Мы ездили к А. К. Йерлинг? Куда? Когда это было?

Рэйнбоу с минуту помолчала, глядя в пол, а потом заговорила:

— Это было… где-то полгода назад… или месяцев пять назад… — Дэш снова смолкла, удивившись, насколько зыбкими оказались её собственные воспоминания. Собравшись с мыслями, она продолжила: — Тогда выход книги отложили ещё на два месяца, и я предложила поехать к Йерлинг и помочь ей со всякими повседневными делами, чтобы она могла больше времени уделять писательству…

— И?

— И мы поехали. Добраться было не так просто, потому что она жила в какой-то глуши. А когда мы её встретили, оказалось, что она сама и есть Дэринг Ду. Понимаешь, А. К. Йерлинг и Дэринг Ду — одна и та же пони, и в книгах она пишет о своих настоящих приключениях!

Растерянность на лице Твайлайт после слов подруги заметно усилилась. Аликорница поднялась на копыта и принялась мерить шагами библиотеку.

— Мы помогли Дэринг Ду спасти долину от Авизотля и разрушить крепость! Как ты могла забыть об этом?! — почти закричала Рэйнбоу.

— И после этого Дэринг написала об этом книгу? — спросила Твайлайт. — Ту книгу, которую ты ищешь?

— Да, да! Наконец-то ты поняла меня!

— Но, Рэйнбоу, это невозможно! — сказала аликорница, чувствуя, как от волнения горят её щёки. — Я знаю автора книг, и это не Дэринг Ду, это моя мама!

Дэш просто стояла и смотрела на подругу широко открытыми глазами, но внутри у неё закипала буря:

«Какая наглая ложь! Ну хорошо, пусть они прячут книгу, пусть они хотят заставить её поверить, что ничего не было, но это! Всему должен быть свой предел! Как эта яйцеголовая смеет говорить, что книги про Дэринг Ду пишет её мать?!»

— Просто она не особенно афиширует своё авторство, пишет под псевдонимом, вот и я об этом никому не говорила… — продолжала Твайлайт, не обратив внимания на выражение лица подруги.

— Хватит! — крикнула Рэйнбоу.

Она взлетела, с силой хлопнув крыльями, а затем упала прямо на живот и, распластавшись на полу, зажала уши копытами. Но было поздно: ядовитая ложь фиолетовой пони уже затекла через уши в её мозг, и Рэйнбоу начинала понимать, что это, скорее всего, вовсе и не ложь. Она вспомнила то чувство, которое захлестнуло её перед книжной полкой. Той книги нет. И никогда не было. Она всё это себе нафантазировала, она больная, сумасшедшая!

— Не подходи! — завизжала Рэйнбоу, когда Твайлайт попыталась приблизиться и обнять её. Пегаска разрыдалась и теперь закрывала лицо передними ногами, стыдясь своих слёз. — Я схожу с ума!

Твайлайт увернулась от голубых копыт, готовых оттолкнуть её. В обычный день этот манёвр был бы обречён на провал, учитывая ловкость Дэш, но сейчас глаза пегаски застилала плотная пелена слёз, и удар её ног пришёлся в воздух.

— Это ещё не обязательно сумасшествие, Рэйнбоу! — Твайлайт судорожно пыталась вызвать в голове хоть какие-то отголоски знаний по психиатрии, но, к сожалению, ученица Селестии никогда по-настоящему не интересовалась этой мрачной областью знаний. В мозгу всплыли лишь какие-то стереотипные картины из жизни психиатрической лечебницы: пони, закутанные в смирительные рубашки, крепкие жеребцы-санитары, медсёстры, раздающие таблетки в небольших стаканчиках…

— Не сумасшествие? А что же это? — спросила Рэйнбоу уже гораздо спокойней.

Твайлайт нашла в себе силы слабо улыбнуться. Она была рада, что подруга немного успокоилась, но, с другой стороны, скорость, с которой это произошло, пугала. Столь быстрая смена настроения могла быть тревожным признаком.

— Я… я пока не знаю… — Улыбка Твайлайт увяла, и теперь аликорница словно бы просто показывала зубы. — Возможно, это… Так, ложные воспоминания… — бормотала она. — Может быть, это было очень яркое сновидение? Так бывает, однажды мне приснился очень приятный сон, очень реалистичный, и я даже расстроилась, когда проснулась и поняла, что всё это было не по-настоящему. Если ты по каким-то причинам пропустила момент пробуждения и продолжила считать сон реальностью…

Рэйнбоу только головой покачала.

— Нет, Твай, — почти обречённо сказала она. — Твоё объяснение не годится. Это совсем не похоже на сон. Я… Эта книга, она была у меня, я перечитывала её раз за разом… И у тебя в библиотеке она тоже была. Всё это длилось последние несколько месяцев, не может же сон быть таким долгим?

— Тогда, может быть… магическое воздействие? — задумчиво произнесла Твайлайт, поднеся копыто ко рту. — Существуют заклинания памяти. Конечно, их могут исполнить лишь немногие единороги, и то это в основном заклинания забвения, создание ложных воспоминаний — невероятно трудная задача, но… — Твайлайт прошла по комнате, окидывая невидящим взглядом книжные полки. Она понимала, что сотворить такие заклинания, скорее всего, способны лишь Сёстры-принцессы, но в этом совершенно не было смысла. Зачем им делать нечто подобное?

— Значит, меня заколдовали или что-то вроде того? Я не сошла с ума? — Рэйнбоу поспешила ухватиться за спасительную мысль подруги.

— Ну… может быть… — неуверенно пробормотала Твайлайт.

Аликорница знала, что многие сумасш… больные пони не признают себя больными, и она только что дала Рэйнбоу повод считать себя здоровой. Твайлайт мысленно сделала фейсхуф. Она понятия не имела, правильно ли поступила, разубедив пегаску в её болезни, и что ещё хуже, она совершенно не знала, что делать дальше. Ну что ей мешало прочитать хотя бы одну серьёзную книгу по психиатрии за все эти годы обучения?

— Мы разберёмся, Рэйнбоу, обещаю, — сказала Твайлайт, стараясь, чтобы её голос звучал уверенней. — Я напишу письмо принцессе Селестии, если это какое-то заклятие, то она непременно его снимет, а если… Ну, если ты… В Кантерлоте есть много хороших врачей, и эти специалисты, ну, они могут помочь…

— Н-не надо специалистов, я в порядке… — быстро проговорила Дэш, замотав головой. — И почему ты думаешь, что память поменяли мне, а не тебе? — вдруг резко спросила пегаска, подозрительно сощурив глаза.

— Мне? — удивлённо пробормотала аликорница, явно не ожидавшая такого вопроса. — Но…

— Что «но»? Это только я могу быть сумасшедшей? Так ты думаешь?

Твайлайт глубоко вздохнула, стараясь взять себя в копыта.

— Рэйнбоу, я понимаю твои сомнения. Нам просто нужно спросить у остальных девочек, помнят ли они что-нибудь из того, что ты рассказала, — наконец произнесла она.

— И что это даст? Вам всем могли изменить память, — возразила пегаска.

— Да, но подумай сама, Рэйнбоу, вероятность чего выше — того, что нечто изменило память одной пони, или того, что это случилось разом с пятью? Кроме того, если книга с тобой на обложке всё же выходила, это не могло остаться незамеченным. Книги о Дэринг Ду продаются по всей Эквестрии. Чтобы стереть уже вышедшую книгу из истории пришлось бы изменить воспоминания слишком многих пони, да ещё и выкрасть и уничтожить большой тираж. И, главное, зачем? Подумай, зачем кому-то делать такое?

Рэйнбоу смотрела в пол. Та крепость, которую она начала стоить у себя в голове, чтобы защитить свою «я-не-сумасшедшая» теорию, рухнула.

— Но если ты хочешь, давай позовём девочек, поспрашиваем в городе, чтобы ты могла убедиться, — продолжила Твайлайт.

— Нет… — тихо ответила Дэш. — Скуталу и жеребята в клубе… Они не знали о книге. Я думаю, этого хватит. Не стоит больше никого в это втягивать.

Рэйнбоу подумала о собрании в штабе метконосцев, которое она покинула, пообещав принести книгу со своим изображением на обложке. Что они о ней теперь подумают? То, что должны: что она тронулась умом. По лазурной щеке пегаски прочертила след слеза. Путь от кумира всех местных жеребят до городской сумасшедшей оказался ошеломительно коротким. А теперь она сидит перед Твайлайт, размазывая слёзы по мордочке. Подобного позора перед остальными подругами и другими пони она бы не перенесла. Что угодно, только не это.

— Тогда я напишу письмо принцессе Селестии, — сказала Твайлайт. — Думаю, она сможет помочь. Ещё мы с тобой могли бы съездить в Кантерлот проконсультироваться с… со специалистом. Я думаю, это можно сделать анонимно.

— И что ты напишешь принцессе? — Рэйнбоу подняла глаза на свою фиолетовую подругу. — «Дорогая принцесса Селестия, тут такое дело, Рэйнбоу Дэш с ума сошла и помнит то, чего не было». Так, что ли?

— Ну… — Твайлайт задумалась. — Не так прямо, конечно. Я могу написать, что возникли проблемы и попросить о встрече.

— Может, не надо? — неуверенно произнесла пегаска. Она бы сама с радостью отредактировала воспоминания Твайлайт и жеребят из фан-клуба, которые стали свидетелями её странного поведения. Мысль о том, что об этом сумасшествии узнает кто-то ещё, причиняла почти физический дискомфорт.

— Это серьёзно, Рэйнбоу, — ответила Твайлайт, стараясь придать своему голосу как можно больше спокойной настойчивости. — Я твой друг, и я очень за тебя беспокоюсь. Надо обязательно показаться доктору. И принцесса тоже должна знать, что происходит, ведь ты хранитель Элемента Гармонии, пусть сами Элементы сейчас находятся внутри Древа, но нам ещё предстоит открыть тот сундучок. Там нужно шесть ключей, мы должны будем сделать это вместе.

— Не надо докторов, Твайлайт, — сказала Дэш. Настроение пегаски снова изменилось, и голос её звучал почти раздражённо. — И принцессы не надо. Дай мне время, мне надо разобраться во всём этом самой.

— Но…

— Прошу, Твайлайт. Я должна… — Рэйнбоу вдруг замолчала, о чём-то задумавшись, и подозрительно посмотрела на подругу. — Постой, ты сказала, что автор книг о Дэринг Ду — твоя мама…

— Ну, да…

— И почему всё это время ты молчала? Ни разу даже не проговорилась, не похвасталась. Как у тебя это вообще получилось? Я бы… Да я бы… — Дэш махнула копытом от недостатка слов. — Почему ты просто не напишешь своей собственной матери письмо, не съездишь в гости, чтобы узнать, как дела с новой книгой? Почему-то я вообще не слышала, чтобы ты ездила в гости к родителям в Кантерлот или писала им письма…

— Я… я… — растерялась Твайлайт, — не знаю… Что-то никак не получается, — сказала она, будто оправдываясь. — И вообще, я не такая большая фанатка, как ты, я не стану беспокоить маму по таким пустякам. Может, у неё творческий кризис или ещё что… — неожиданно резко закончила крылатая единорожка.

Рэйнбоу посмотрела на подругу, и взгляд её вдруг обрёл уверенность, впервые за весь их разговор. Она поняла, что ей нужно. Она ещё точно не знала зачем, но ей это было крайне необходимо. Вся эта сумасшедшая история крутилась вокруг книг про Дэринг Ду, и есть одна пони, у которой должны быть ответы…

— Я хочу увидеться с автором, — сказала Дэш.


***

Поезд подкатил к перрону кантерлотского вокзала и остановился с лёгким скрипом, позволяя пассажирам выйти. Рэйнбоу и Твайлайт покинули свой вагон и сразу направились вглубь столицы. Днём ранее пегаска приложила немало усилий, чтобы уговорить Твайлайт совершить это путешествие. Пришлось клятвенно пообещать, что хоть она теперь и сумасшедшая кобыла, но не собирается никого лягать или кусать, а ещё Рэйнбоу дала слово принять помощь докторов и Селестии после того, как встретится с матерью Твайлайт и убедится, что та действительно автор книг про Дэринг Ду.

Дэш удивило то, как быстро закончилась поездка. Они с Твайлайт едва успели немного поговорить, а состав уже остановился, и голос проводника возвестил о прибытии в Кантерлот. Рэйнбоу вспомнила, что однажды, когда они всей компанией ездили на Национальный конкурс десертов с тортом Кейков, путь занял всю ночь, да ещё и на утреннее расследование время осталось. В груди пегаски начал подниматься липкий страх: что если этого тоже не было? Сколько ещё моментов своей прошлой жизни она выдумала? Могли ли ложные воспоминания полностью подменить настоящие? Действительно ли она родилась в Клайудсдейле? А Вондерболты, лётная команда, в которую она столько времени хотела вступить… Они настоящие? Или, подобно Дэринг Ду, являются персонажами какой-нибудь книги, между строк которой застрял больной разум Дэш? Твайлайт права, дело действительно серьёзное, и Рейнбоу при всём желании не сможет просто притвориться, что ничего не происходит.

— Твайлайт, — позвала пегаска, догоняя подругу, от которой чуть отстала, предавшись своим мыслям, — что ты знаешь о Вондерболтах?

— Вондерболтах? — удивилась вопросу крылатая единорожка. — Ну, много чего. А если чего-то не знаю, то могу прочитать в книгах.

— В книгах? — выдохнула Рэйнбоу. — В смысле… В каких книгах? Типа… в этих… романах? Художественной литературе?.. Я просто хотела спросить… Вондерболты, они существуют? Они настоящие?

— Они настоящие, — Твайлайт посмотрела на подругу, и в её глазах отразилось понимание. Она остановилась посреди улицы и положила копыто на плечо Дэш.

— И я правда всегда хотела вступить в эту команду? — спросила пегаска.

— Да. Всё время, сколько я тебя знаю, — Твайлайт болезненно улыбнулась. Эта улыбка должна была подбодрить Рэйнбоу, но не смогла подбодрить даже саму аликорницу. — Почти пришли.

До центра города было ещё далеко, но Твайлайт свернула в переулок и остановилась перед одним из домов. Здание выглядело ещё вполне добротным, но владельцы явно были не из богачей: потемневшие от времени камни стен, немного обшарпанная входная дверь, старые оконные рамы с немытыми и кое-где треснувшими стёклами, да и находился дом вдали от Дворца. Рэйнбоу удивилась, она думала, что семья четвёртой принцессы Эквестрии живёт куда лучше.

«Стоп, а Твайлайт действительно принцесса? Я это не придумала?» — со сверхзвуковой скоростью пронеслось в голове Рэйнбоу.

Она быстро повернулась к подруге и тут же вздохнула с облегчением, увидев у неё крылья по бокам. Но что это? Ей показалось, или крылья Твайлайт вдруг стали меньше, будто каждое лавандовое, в цвет шёрстки, пёрышко съёжилось и укоротилось? Пегаска закрыла глаза и слегка потрясла головой. Когда она снова посмотрела на фиолетовую аликорницу, крылья уже вновь стали нормального размера. Показалось.

— Здесь живут твои родители? — спросила Рэйнбоу, стараясь скрыть волнение, накатывающееся на неё волнами.

— Да, — Твайлайт небрежно махнула копытом в сторону дома и нервно улыбнулась. — Здесь я… то есть они… В общем, да. Здесь они и живут.

После этих слов аликорница продолжила стоять как вкопанная в нескольких метрах от крыльца. Рэйнбоу кашлянула, намекая, что дочери не помешало бы подняться по ступенькам и постучаться в родительскую дверь, но реакции не последовало, Твайлайт по-прежнему стояла посреди переулка.

— Твай, — заговорила пегаска, — нужно постучаться. Это ведь твоя семья, твой дом…

— Я… я не могу, — ответила фиолетовая пони с глупой и виноватой улыбкой.

— Да что такое-то?! — воскликнула Рэйнбоу. — То ты не можешь письмо родителям отправить, а теперь и в дверь постучать боишься!

— Рэйнбоу, пожалуйста. Я не могу. Давай, ты постучишь.

Дэш пожала плечами, пробормотав что-то вроде «надо ещё разобраться, кто тут сумасшедший», и в один взмах крыльев оказалась на крыльце. Постучав в дверь, она обернулась к подруге:

— Твайлайт…

Слова, которые она хотела сказать, умерли, так и не сорвавшись с её губ. Фиолетовой аликорницы нигде не было. Там, где она стояла всего секунду назад, не осталось даже отпечатков ног. Рэйнбоу не слышала ни перестука копыт, ни шелеста крыльев, ни хлопка заклинания телепортации, звенящая тишина пустынного переулка не была нарушена ничем, словно подруга просто растворилась в воздухе.

Внутреннее состояние пегаски внезапно изменилось. Теперь она была не просто пони с ложными воспоминаниями, привнесёнными в её разум магическим воздействием или душевной болезнью. Теперь не только её воспоминания разваливались на куски, делая прошлое таким зыбким, но и настоящее тоже дало трещину. Куда делась Твайлайт и почему она так странно себя вела? Что вообще происходит? Вся жизнь Дэш словно бы оказалась одним затянувшимся сном, и теперь реальность сна стремительно разрушалась, потому что приближалось пробуждение.

Рэйнбоу лихорадочно оглядывалась по сторонам, она уже хотела покинуть крыльцо, чтобы облететь вокруг дома и осмотреться в поисках пропавшей подруги, но в этот момент с другой стороны двери послышались шаги, затем раздалось лязганье открываемого замка и скрип двери, из-за которой выглянула лавандовая кобыла с фиолетовой гривой. Выглядящая в точности как Твайлайт пони стояла на пороге, в пёстром махровом халате и с чашкой чая, парящей в розовом облаке телекинеза. Дэш смотрела на неё, раскрыв рот. Сиреневая кобыла, казалось, тоже была ошеломлена и даже уронила свою чашку, но пришла в себя быстрее.

— Ты?! — вскричала она и, прежде чем Рэйнбоу успела что-либо сообразить, схватила её в охапку, затащила внутрь дома и быстро захлопнула дверь.

Твайлайт, если это, конечно, была Твайлайт, выпустила радужную пони из своих объятий, и та рухнула на пыльный ковёр, покрывавший пол в гостиной дома.

— Ты? — повторила лавандовая кобыла уже более спокойно, обходя вокруг лежащей на ковре пегаски. — Тебя здесь быть не должно. Тебя вообще не должно быть, ты не существуешь, — сказала она, а потом с нервным смешком добавила: — Если я, конечно, ещё нахожусь в здравом уме.

Она подошла к Рейнбоу и осторожно дотронулась до её крыла копытом, словно желая удостовериться, что пегаска осязаема. Рэйнбоу в ответ смогла лишь закашляться, вдохнув поднявшуюся с ковра пыль.

— Так что ты тут делаешь? — спросила эта новая Твайлайт, дождавшись, пока Рэйнбоу прекратит кашлять и поднимется с пола.

— Я… ты… мы с тобой… То есть с Твайлайт… Мы пришли к родителям Твайлайт… — пролепетала пегаска, в голове которой всё окончательно перемешалось.

— К родителям Твайлайт? — спросила сиреневая кобыла. — Ты Рэйнбоу Дэш?

— Да…

— Я Твайлайт. Я здесь живу. И мои родители давно умерли, — произнесла сиреневая кобыла. — А вот тебя здесь вообще быть не должно, потому что ты, мать твою, персонаж моих неизданных романов!


***

— Прямо какое-то безумное чаепитие, — усмехнулась сидящая на диване Твайлайт, отхлебнув из чашки чай с мелиссой. — Что-то жарко стало.

Она сняла с себя халат, и Рэйнбоу удивлённо посмотрела на неё.

— У тебя нет крыльев? — спросила пегаска.

— Конечно, у меня нет крыльев, — ответила лавандовая единорожка. — Я же не принцесса, а писатель-неудачник, помнишь? И, кстати, теперь я думаю, что не стоило делать персонажа Твайлайт Спаркл принцессой. Совсем уж Мэри Сью какая-то получилась. А учитывая, что это ещё и селф-инсерт… Неудивительно, что издатели меня за километр обходят.

— Селф… что? — не поняла Рэйнбоу.

— Селф-инсерт. Это значит, что я написала историю и сделала себя главным героем. То есть тебя и всех остальных я выдумала, а на главную роль поставила саму себя. Глупо, я знаю.

Они сидели на диване в той же самой гостиной, где ещё полчаса назад Рэйнбоу лежала на пыльном ковре. В копытах пегаски была толстая исписанная тетрадь, на обложке которой чернилами была выведена надпись: «Дружба — это магия. Книга первая», ещё несколько копытописей покоились рядом.

— Этого просто не может быть, — Рэйнбоу уже в который раз попыталась протестовать против открывшейся ей действительности. — Я не какой-нибудь там персонаж, я настоящая!

— А как ты объяснишь это? — спросила Твайлайт, махнув копытом в сторону тетрадей, в которых в точности описывались приключения Дэш и её пятерых подруг. — Скажешь, что я за вами следила и всё записывала? А как, интересно, ты объяснишь бескрылую меня? — Она повернулась, чтобы Дэш лучше могла видеть то место, откуда росло бы крыло, если бы фиолетовая единорожка была аликорном. — А вот я даже могу объяснить, почему в твоих воспоминаниях и воспоминаниях других персонажей есть несовпадения. Это всё из-за четвёртой книги. Я всё ещё пишу черновик, и у меня есть разные варианты одних и тех же историй, отсюда и вся эта неразбериха у тебя в голове.

— У меня от всего этого крыша едет, — обречённо вздохнула пегаска.

— Крыша, вообще-то, едет у меня. Это я разговариваю с вымышленным персонажем, не ты, — возразила Твайлайт.

Рэйнбоу сорвалась со своего места, подлетела к единорожке и угрожающе нависла над нею.

— Перестань, наконец, называть меня персонажем! — прошипела она. — А то я тебе сейчас зубы пересчитаю!

— Постой-ка, ты меня обманула! — воскликнула Твайлайт, рассматривая оказавшуюся вблизи пегаску так, словно впервые её увидела. — Ты воспользовалась моей слабой психикой, гадина! Ты вовсе не Рэйнбоу Дэш! Напялила радужный парик и припёрлась сюда, дрянь!

Она схватила Рэйнбоу за гриву и стала дёргать во все стороны, но пегаска оттолкнула её копытами, и Твайлайт упала с дивана, сжимая в копытах спутанные радужные космы, которые вдруг почему-то легко и безболезненно отделились от головы Дэш. Рэйнбоу в ужасе провела копытом по своей голове, думая, что осталась лысой, но грива была на месте, от неё на копыте осталась пара рыжих волосков. Рэйнбоу закрутилась по комнате в поисках зеркала, а потом обратила внимание на свой хвост. Он был полностью рыжий и жёлтый, а зелёные, синие и красные пряди были просто к нему привязаны. Пегаска покачнулась, едва удержавшись на слабеющих ногах. Она увидела, что её кьютимарка, бьющая из облака радужная молния, — это просто приклеенный на бедро рисунок, да и её шёрстка вовсе не голубая, а бирюзовая.

— Что происходит?! — закричала она, срывая с себя фальшивую метку. — Почему я — это не я?!

Она подскочила к всё ещё лежащей на полу Твайлайт и увидела, что шерсть единорожки не фиолетовая, а синяя.

— Да что это такое?! — вскричала пегаска, бешено вращая глазами.

Комната вокруг неё стремительно менялась: потолок становился всё выше, пока не исчез в темноте где-то вверху, но стены остались по высоте такими же, что и раньше, и теперь напоминали какие-то хлипкие временные перегородки. Мягкий солнечный свет, ещё секунду назад лившийся в комнату через пыльные окна, сменился бьющими откуда-то сверху лучами прожекторов. Рэйнбоу (или уже не Рэйнбоу?) оглянулась и увидела, что одна из стен исчезла. Её просто не было, пол продолжался, а затем обрывался прямо в какую-то тёмную чуть колыхающуюся живую массу, которая, казалось, состояла из чьих-то голов. Пони неотрывно смотрела на эту массу, пока её не скрыл опустившийся сверху занавес. И только тогда пегаска будто очнулась ото сна и поняла, где находится и кто она.


***

— Ну, как тебе постановка, Бон-Бон? — спросила мятно-зелёная единорожка у сидящей рядом земной кобылы с двухцветной гривой.

Спектакль только что закончился, и проходы между креслами были заполнены спешащими к выходу зрителями, поэтому две кобылы, очевидно подруги, решили задержаться пока на своих местах, чтобы не участвовать в общей суматохе.

— Ну, как тебе сказать, Лира… — произнесла земнопони.

— Говори как есть, — улыбнулась единорожка. — О вкусах не спорят.

— Честно говоря, бред какой-то. Драматург, наверное, головой ударился, прежде чем всё это придумать, — сказала Бон-Бон, невольно вспоминая, сколько денег они отдали за билеты.

— Ну а как же игра актёров? — чуть обиженно протянула Лира. — Признайся, что Лайтнинг Даст в роли Рэйнбоу Дэш очень хороша. Недаром про неё говорят, что она не играет, а живёт на сцене… Да и Трикси Луламун тоже можно отметить. Говорят, сыграть Твайлайт Спаркл — это её давняя мечта. Наконец-то ей удалось попробовать себя в новом амплуа, а то образ этакой хвастунишки уже почти к ней приклеился.

— Что ж, возможно, актёры и правда хороши, раз тебе понравилось, — сказала Бон-Бон.

— Да. И не забывай про скрытый смысл, который хотел донести до нас автор. Наверное, это что-то вроде «весь мир — театр, и пони в нём — актёры».

— Ага, скрытый смысл, — фыркнула земная кобыла. — Я не удивлюсь, если он скрыт и от самого автора тоже.

— Может быть и так, — хохотнула единорожка.

— Это ты меня сюда затащила: «Пойдём на “Между строк”, пойдём на “Между строк”», — Бон-Бон довольно удачно изобразила голос подруги. — В следующий раз спектакль буду выбирать я!

— Ладно, — с наигранным вздохом согласилась Лира.

Проходы тем временем уже очистились, и обе кобылы поднялись со своих мест, чтобы выйти из зала.

Комментарии (3)

0

Этот рассказ хорош тем, что у него есть адекватная и в чём-то даже гениальная концовка, а то после прочтения "Объекта 146" пришлось собирать кусочки мозга по всему дому. А что касается театров, то в них сейчас действительно всякой наркомании хоть отбавляй.

Overhans #1
0

Сначала решил, что автор заигрался, но потом перечитал концовку и понял, что вполне норм. Жёсткая наркомания, но очень круто. +1

Dwarf Grakula #2
0

Это. Просто. Шикарно! Автор пиши еще! Какой-нибудь большой фанфик-агнст :)

BROНЯША #3
Авторизуйтесь для отправки комментария.
...