S03E05
Глава 4: Город, который мне нравится Глава 6: Принуждение к насилию

Глава 5: Интергрифония

В которой есть мёртвые тела и обещание мести.

Один на миллион: Вот идёт грифон

Автор: just_wolf aka Chayn

Глава 5: Интергрифония

Я пришёл в себя… и тут же пожалел об этом. Лучше бы не приходил, право слово.

Вместо ожидаемой или хотя бы предполагаемой морды напарника, спутниками мне были лишь холод, мрак, и боль, пронизывающая тело.

-Твою м…

Да, именно так. В придачу к лапам и плечу болели крылья, пульсирующей, ноющей болью, словно кто-то всунул внутрь раскалённую проволоку, через которую дополнительно пропускал ток. Ощущения были… не из приятных, мягко говоря. Хорошая такая, пульсирующая электричеством и жаром проволока… испанская инквизиция описалась бы от восторга в полном составе, не к ночи та будет помянута…

Как и прежде, лил дождь, и лишь сейчас, когда попытка пошевелиться и ходя бы вынуть клюв из сочной хлюпкой грязи оказалась удачной, я почувствовал лёгкость в голове, и с придыханием выматерился вновь. Сколько я был в отключке? Неизвестно, но, то ли из-за дождя, то ли просто потому что кто-то дятел, раны даже и не думали заживать, и следы обильного исполосовывания моего бренного тела радостно позволяли крови течь наружу. Зрелище я, наверное, представлял...

Самым тяжёлым, как не парадоксально, оказалось не раскрыть клюв при его изъятии из земли. Грязь не самая вкусная штука на белом свете. И лишь потом, когда худо-бедно удалось встать на родные четыре конечности, израненная лапа потянулась и, наконец-то, влила второе и последнее лечебное зелье, что было у меня и было же прихвачено с собой. Алилуйя! Восславим же магов да учёных прошлого, что создали такую вещь! Ухх… уррк… лишь волевым усилием удалось подавить рвотный спазм. Не то чтобы зелье было плохим, но… то ли мир был суров и несправедлив, то ли я баклан, а не грифон, однако с лапными ранами всё было легко и просто, они бодренько решили закрыться, и, по возможности, более меня не беспокоить. А вот крылья, оо… казалось, словно в ранах копошились черви, даже картина встала перед глазами. Большие, жирные, белые… и поедающие их небезызвестные кабан с… опоссумом? Кажется, так. Смеюсь. Мне больно, но это ничего не значит, хотя боль как раз тем временем начинает проходить, и жить сразу стало намного легче, и от состояния «охерительно херово» я мысленно переместил бегунок куда-то в раздел «умеренно херово». Улучшения в ближайшее время не планировалось, так что вся надежда была лишь на то, что как можно скорее добраться до Виндвилля и предстать пред светлы очи моего напарника, выслушать очередную порцию мата, на сей раз по делу, и…

Мне показалось, или я слышал плач? Голова мгновенно вскидывается, несмотря на раскалённый гвоздь, прошивший шею. Сотрясение? Судя по частично пропавшим цветам и миру, подёрнутому шикарным блюром, да. М-мать… что же так… ладно. Жив, и на том спасибо. Но, всё же, что это?

Первые вещи, как говорится, в первую очередь.

Сначала я подбираю, и с нежностью обтирая, насколько это получается, дробовик, дозаряжая его патронами из патронташа, и лишь потом, убедившись, что оружие заряжено и готово к бою, направляюсь в сторону померещившегося звука. Как оказалось, не померещившегося. Уж лучше бы это было сотрясение. Что-то, какая-то тень была там, во дворе рейдерского лагеря, и делал что-то, что я не смог разобрать сразу. По мере приближения звук становился всё громче, пока даже в мою контуженую голову не вдолбилось подтверждение того, что то, что я вижу, реально.

Передо мной был недобитый, как оказалось, Земной, и его, по всей видимости, дитя, жеребёнок, плакавший что было сил. Рейдер увидел меня, и дёрнулся было подняться, но силы, видимо, уже покинули его, и слабая попытка закончилась тем, что он рухнул обратно в грязь. У него, в отличии от меня, не было лечащих зелий. Прекрасно. Просто прекрасно. Он дышал, пока ещё дышал, но с ужасным свистом, и это говорило о… чём, собственно? Может, простреленное лёгкое? В любом случае он не жилец, что бы я ни делал, но… нет, за такую работу мне платят слишком мало. Я не нанимался убивать жеребят. Я не такой! Или же…

Плата за вход невелика…

Видимо, чем дальше, тем хуже. Что ж, если так, вскоре этому должно найтись подтверждение. Вперёд, к новым проблемам и неприятностям!

-Жив… — с непонятной интонацией выдыхает Земной. – Сандер тебя не убил.

-Он получил гранату в морду. – Повожу крылами и морщусь. Больно. Слишком. Не слишком, но… – Вряд ли сможет что-то сказать.

Он давится зарождающимся смешком и захлёбывается кашлем с кровью. Алые потёки я замечаю даже в своём нынешнем состоянии. Смотрит на меня. Улыбается, и мне становится как-то не по себе. Как он может улыбаться в такой момент? Как? Может, он не в себе? Сошёл с ума? Может, этим можно всё объяснить? Если бы всё было так просто…

-Что смеёшься? – Спрашиваю я, меняя оружие. Дробовик в рюкзак, пистолет из рюкзака. Ох и заманаюсь я чистить оружие после этого. – Дохнуть весело, да?

Меня обжигает ненавистью, что так ярко горит во взгляде жеребёнка. Если бы только я сам понимал, что же именно несу… чушь в массы, как всегда, не иначе. Ладно, нужно быть посерьёзнее, да? Раз так, попробуем быть посерьёзнее.

-Невесело. – прокашлявшись отвечает рейдер на ранее заданный вопрос, и вперивает в меня свой взгляд. – Эй, грифон, как тебя зовут?

-Редхарт.

-Ты, вроде…

-…неплохой парень и ты хочешь подвязать меня на какое-то задание?

Дождь, кровь, смерть, лагерь рейдеров, и здесь мне впихивают грёбаный квест?! Я себя чувствую героем… скажите только, какой игры? Но… видимо у меня что-то не так с головой. Ах да, контузия. Продолжаем разговор:

-Вылечить не смогу, могу добить. – произношу я, стараясь игнорировать ненависть в глазах жеребёнка. Получается плохо. – Вряд ли смогу помочь ещё чем-то.

-Можешь. – Выдыхает он, морщась от боли. Понимаю. Ох как понимаю… — Поклянись, что доставишь Стила в Троттингхем… там… там…

Дыхание его становится всё более прерывистым, и гримаса боли, которую он до того успешно скрывал, проявляется всё сильнее. Не могу. Хоть убейте, не могу. Снимаю пистолет с предохранителя, мой проверенный десятимиллиметровый, и, наведя ствол, произношу, не совсем сознавая, что:

-Клянусь.

Выстрел сливается с грохотом грома. Гроза продолжалась.

Стою. Молчу. Жду. Не знаю что говорить. Нечего говорить. Кажется, плачу. Плачу, стоя на задних лапах, прислонившись к стене, и закрыв морду свободной лапой. Грязной, конечно, но плевать. Если бы при наличии клюва это ещё можно было сделать… плюнуть, в смысле.

-Ну, что теперь?

Моё псевдоодиночество прерывается вопросом жеребёнка. Как его, Стил? Может, я ослышался? Ну, там, контузия, все дела. Не может же быть такого совпадения, верно? Эй, контузия, я на тебя теперь много буду списывать, пока не подлечусь! Чтоб тебе икалось…

-То есть?

-Что теперь? – Повторяет жеребёнок. Бледно-серый, в пятнах грязи, окрас, рыжая с пурпуром грива, липнувшая к голове. Вряд ли я выгляжу сейчас лучше. – Ошейник, поводок, клетка, рабство? Насиловать будешь, пытаться, расчленять, что? Я многого навидался пока ходил с ними.

-Ничего из вышеперечисленного. Я просто отведу тебя в Троттингхем.

Он шокирован, это видно по его морде. Шок длится лишь миг, и очень скоро на его место приходит скепсис. Скепсис, неверие, и ярость. Охерительно шикарная смесь.

-Ты дурак?! С какой радости?! Ты что, добреньким заделался? Какой профит тебе с того?

-Я поклялся. Этого достаточно.

В горле снова встаёт комок. Почему? Не знаю. Сглатываю. Нервно, тошно, холодно. Голова, точно воздушный шарик. Противно и мерзко. Чавканье шагов, маленьких копыт, резкий толчок. Теряю равновесие, падаю в грязь.

-ТЫ! – удары сыпятся один за другим, а я… даже не пытаюсь уклониться. Не хочу. Не могу. Не считаю нужным. – ТЫ! ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА ПЛАКАТЬ, СЛЫШИШЬ?! ЭТО У МЕНЯ УМЕР ОТЕЦ, А НЕ У ТЕБЯ! СЛЫШИШЬ?! Слы…

Голос срывается, и удары постепенно стихают, становятся всё слабее и слабее, а я, как и прежде, лежу в грязи. Крылья отяжелели и ими трудно шевелить, но плевать. Всё так… бессмысленно. Абсолютно всё. И я. Особенно я. Что я здесь забыл, почему, как? Шанс? Какой, к чёртовой матери шанс? Дайте мне возможность переиграть, я хочу назад, я…

Истерический смех-крик, что начал зарождаться в глотке, глохнет сам собой, когда я ощущаю вибрацию. Не удары по бронежилету. Иную. Тише, глуше… и печальнее. Это плачет Стил, пусть я не могу видеть его слёз, но знаю это. Он плачет… и я плачу вместе с ним. Что-то сломалось внутри, видимо, спасибо контузии ещё раз, и я осознал. Понял. Проникся. Дыра в восприятии стала очевидной, и сознание починило её, заставив отрицание сдохнуть где-то на окровавленных улицах моей памяти. Мы лежали под дождём, и плакали.

Он – потому что умер отец.

Я… потому что какая-то часть умерла, и этого было не вернуть.

Плата за вход невелика… верно?

-Идём. – Тихо произношу я. – Идём.

Я стою, привалившись к железной стене, и наблюдаю за тем, как собирается Стил. Смешно, его и правда звали Стил. Не Фишер, конечно, как моего напарника, нет, это было бы слишком. Шайнинг Стил, впрочем, тоже звучало круто. Для удобства, впрочем, лучше его называть Шай. Или Шайн, как пойдёт.

-Готов?

-Да. – отвечает он, перепроверяя крепления кожаной брони, и повторяет. – Готов.

К тому моменту, как мы всё же смогли выдвинуться, я обшарил неспешно лагерь, оставив Шаю(а оно вообще склоняется?) вещи его отца и то, что он посчитает нужным взять, прихватив с собой ствол, из-за которого и был затеян весь сыр-бор. «Поцелуй Тартара» лежал в рюкзаке, вместе с прочим снаряжением. Есть не просит, и хрен бы с ним. Потом разберусь.

Мы выходим, оставляя позади освещённую часть лагеря, и идём, медленно-медленно, увязая в грязи. По дороге Шай просит остановиться лишь один раз, у искалеченного трупа Сандера, и, закусив губу, старательно бьёт его копытами до тех пор, пока от черепа не остаётся кровавая каша. Я не мешаю, у меня нет такого права, тем более что я теперь за него в ответе, пусть и временно. Кожаная броня, девятимиллиметровый ствол. Подростки современной Эквестрии, вот они какие.

По дороге, мы говорили. Расставляли точки, по возможности наводили мосты, стараясь, опять же по возможности, не оставлять недосказанности. Да, он меня ненавидит. Да, он меня терпит. В Троттингхеме, который находится не так далеко, у них есть родственница, которая сможет его приютить хотя бы на время. Тётя, вроде бы. По крайней мере, так говорил отец. До того я спросил, что будет, если его оставить здесь, в лагере, и получил циничный и логичный ответ:

-Лучше пристрели сразу. Припрутся любители свежатинки или другие рейдеры, и всё. На, держи. – И мне протягивают ствол, как иллюстрацию. – Фтреляй.

Ствол, конечно же, был в зубах. Он был Земным, этот Шайн. Конечно же, я отказался, клятва есть клятва… болела грудь, ещё больше, чем раньше, и мысли спутывались в тугой комок, в котором невозможно, казалось, было найти ни начала, ни конца… спишем на контузию?

А голове, тем временем, не становилось лучше. Да и, в общем-то, с чего бы? С грехом пополам в лагере было найдено и заглочено ещё одно зелье, но это, как я чувствовал и осознавал, была лишь полумера, нужен был нормальный врач, но сначала, в любом случае, нужно было добраться до напарника.

Идём, молчим весь остаток пути, приближаясь к городу Дикого Запада. Прикрытие готово заранее, и оно очень простое – Стил, то есть, Шай, согласно ему, был пленником рейдеров, которого мне посчастливилось спасти, и теперь я сопровождаю его до ближайших родственников, то есть в Троттингхем. Знать бы, где он ещё находится…

Чем дальше, тем больше плыло зрение, наворачивая такие эффекты, рядом с которыми вся компьютерная графика стыдливо уходила прочь, в закат. Что хуже, кажется, я начал отключаться. Это было не слишком заметно поначалу, но по мере приближения к городу становилось всё более очевидным. Пропадали звуки, пропадали шаги, чтобы потом появиться вновь. Кажется, я даже пару раз ловил на себе обеспокоенный взгляд Шайна. С чего ему быть обеспокоенным? Сознание пропадает, и возвращается уже на лестнице, на миг. Снова чёрная дыра. Дверь. Стучусь. Цветное пятно, предположительно идентифицируемое как напарник, кажется, что-то спрашивает, я, кажется, что-то отвечаю, и кто-то дёргает общемировой рубильник. Доброй ночи!

Утро добрым не бывает… и никакой завтрак здесь не поможет.

В этот простой тезис я, как завзятая сова, верил ещё на Земле, но сейчас это было особенно очевидно. Казалось бы, что может быть лучше? Встать, позавтракать, проснуться… да, как правило, именно в такой очерёдности, но, увы, сегодня не было даже кофе. Был…

Я очнулся, лёжа клювом в стол, на холодной металлической поверхности чего-то, что более всего напоминало стол хирургический стол. Лапы, как передние, перебинтованные(снова, карма у меня такая), так и задние, были зафиксированы, да и крылья были расправлены, и окутаны слабым свечением. Нет, не крылья, крыло. Одно, правое. Что-то из этого я успел почувствовать, что-то заметить краем глаза, но последовавшая вспышка боли заставила дёрнуться всем телом, и приложиться об эту самую металлическую поверхность мордой. Затем, ещё раз, и ещё.

-Эй! – Просипел я. В глотке было в сухо, как в пустыне, что показывали по телеку. Мохавской что ли пустыне… да не так важно! – БОЛЬНО ЖЕ!

-А, он очнулся. – констатировал спокойный и чуть надтреснутый голос. – Мистер Фишер, колоть препарат?

-…нет. – Голос напарника был мрачен, хотя самого его я видеть не мог. – Пусть терпит.

-Вы уверены? – осведомился первый голос. Ещё один единорог, не иначе. – Крылья у вашего народа весьма… чувствительная область.

-Уверен.

-Стил, – децибелов в моём голосе явно прибавилось, и в горле сразу же засаднило, – ТВОЮ МАТЬ, КАКОГО ХЕРА?!!

-А ТАКОГО! – раздался в ответ ещё более громкий крик. – Ты думаешь, МНЕ приятно обнаруживать моего напарника на пороге номера, истекающего кровью, А?!

-ЗАТКНУЛИСЬ ОБА! – Уважаю. Встревать в беседу на повышенных тонах двух грифонов я бы лично не рискнул. – ИНАЧЕ ОБОИХ ВЫСТАВЛЮ ЗА ПОРОГ! ВСЁ ЯСНО?

-Я… я понял. – Голос мой звучал сипло и жалко. Крыть было нечем. – Простите, э… док.

-Расти. Расти Скалпел.

-Надеюсь, это не то, чем вы меня оперируете?

-Вовсе нет. – Смеётся он, и произносит глуше, обращаясь к, видимо, Стилу. – Подождите бить ему морду, пока я, хотя бы, не вытащу всё то, что в него прилетело.

Вдох, выдох, я никого не убью… убью… дьявол.

-Чтоб… вас… всех.

Произношу я, совсем тихо, и меня снова накрывает вчерашним, или, может, сегодняшним озарением. Ничего хорошего от этого нет, но мысли притупляют боль, и потому становится, хоть немного, но легче, хотя я всё равно дёргаюсь, а когти скрежещут по металлической поверхности. Плевать… сколько длится операция? Я не знаю, не обращая внимания. Прихожу более-менее в себя, когда меня, наконец, отвязывают, и вручают целебное зелье. Пей, мол. Пью, в один глоток, и осматриваю своего лечащего врача. И правда, единорог. Рыже-ржавого цвета, седогривый, с кьютимаркой в виде скальпеля с каплей крови. Мда, милейший врач. Он изучает меня долгим пристальным взором, после чего вздыхает:

-Я всё понимаю, парень, но в следующий раз постарайся не пить зелье, когда тебя напичкали всяким железом, ладно?

-Да, сэр, так точно, сэр. – Откликаюсь я бездумно, и лишь напрягшийся напарник даёт понять, что что-то не так. – Эм… Стил? Всё в порядке?

-В полном. – После некоторой паузы отвечает он. – Нужно поговорить. Док?

-Просто не разнесите тут всё, грифоны.

Он удаляется, и на том спасибо, но теперь мне становится в разы и разы неуютнее, когда здесь не оказывается никого, кроме нас двоих. Двоих? Вот ведь…

-Где Шайнинг?

Грифон передо мной выразительно закатывает глаза.

-Твой спасённый сейчас в твоём номере, скорее всего. Редхарт… я хочу сказать тебе одну вещь.

-Эм… всего одну?

-Да.

Он окидывает взглядом скудно обставленное подобие больничной палаты, и, в итоге, устраивается сидеть на соседней койке, почти как человек, свесив лапы с края. Даже забавно как-то… если бы не голос, если бы не слова. Он говорит, глядя в глаза, и сил не хватает отвести взор.

-Ты спас его от рейдеров, и это похвально. – Начинает он, и я внутренне напрягаюсь, предполагая худшее. – Но… пойми одну вещь. Мы не герои, парень. Никогда ими не были, и не будем. Мы просто наёмники, которые делают своё дело, стараясь заработать немного крышек на жизнь, и, если повезёт, хоть на какие-то похороны. Спасти? Спасать не наша работа, нам за нее, как правило, не платят, а спасаемые неблагодарные сволочи, впрочем, в последнем ты мог убедиться и сам. Ред, этому миру НЕ НУЖНЫ герои, а если ты будешь продолжать вести себя так, то сдохнешь первым, понимаешь? В принципе мне должно быть всё равно, и я вообще не знаю зачем я тебе это говорю… наверное я просто хочу чтобы ты жил и путешествие продолжилось, чтобы оно вообще было.. Ты бездарный птенец, который не умеет ни летать, ни стрелять, пусть насчёт последнего я уже не совсем уверен… Тем не менее, есть в тебе что-то, что я не могу облечь в слова. Я не знаю, как назвать твои поступки, кроме как безумием, разумеется, но, увы. Ты безумен, признаёшь ты это или нет, но твоё безумство не самого худшего сорта, и потому я смирюсь с ним, по крайней мере, пока оно не стало слишком опасным. Надеюсь, ты меня понимаешь. Ничего личного, Ред.

Я понимал. То есть, кажется, что понимал, хотя сам не был совсем в этом уверен. Прав ли он? Я безумен? Ну так что же… не безумнее чем горы, да? Что ж, по меркам этого мира я считаюсь безумцем… отрадно знать, и…

-Я тоже хочу сказать одну вещь.

Напарник вопросительно склоняет голову чуть набок.

-Я убийца. – Прежде, чем он успевает что-то спросить или добавить, уточняю. – Ты не понимаешь. Просто… послушай, хорошо? – Спрашиваю, дожидаюсь кивка в ответ, и начинаю делиться свалившимся откровением. – Я это понял только сегодня, когда убивал рейдеров… вчера, быть может. Словом… до того я не воспринимал это серьёзно. Это была, ну, как игра. Ты бьёшь, тебя бьют, ты убиваешь, тебя пытаются убить. Типа как особенность восприятия. После сегодняшнего боя… я смотрю на эти вещи серьёзнее.

-Как это случилось?

-Один из рейдеров остался жив. – Повожу крылами, морщусь. Они всё ещё гудят, слабо и болезненно, словно ток по проводам. Фантомная боль, не иначе. – И я добил его. Нашёл Шайнинга, все дела. Но… собаки, тем более гули, это одно. Пони…

-…совершенно другое. – довершает за меня фразу напарник. – Что ж, добро пожаловать в реальный мир. А я-то, наивный, думал, когда же ты повзрослеешь… оказалось, что скоро. Ничего не хочешь добавить?

-То есть?

-Ну… что наёмником тебе не быть, и всё такое?

-Нет. – Неожиданно твёрдо отвечаю я. – Кто я такой, если не буду держаться данных обещаний? Просто… я не уверен, что знаю, что делать, Стил, с чего начать. Я в растерянности.

-О, можешь мне поверить, я знаю. – Довольно улыбается он. – Пошли?

-Куда?

-Увидишь… добро пожаловать в клуб.

Он знал.

Он, и правда, знал. То есть, сначала я не был уверен, но по мере того, как количество виски в бутылке уменьшалось, и увеличивалось его же количество в организме, правота напарника оказывалась всё более и более неоспоримой. Или менее? Или… уф, я запутался.

Мы сидели в «Двух копытах», и пили. За него, за меня, запоздало «за знакомство» и так далее. Потом была вторая бутылка, которая шла медленнее, и я, наконец-то, смог расслабиться после пережитого сегодня… или уже вчера? Какая, в сущности, разница-то? Да никакой.

Интересно было другое – ещё на Земле я примерно представлял свою устойчивость к алкоголю, но с новым телом она повысилась, и повысилась существенно. Когда я говорю, что на второй бутылке я расслабился, так оно и было. Так, лёгкий шум в голове, не более. Голова, кстати, после зелья, подуспокоилась, и хотя Расти посоветовал в ближайшее время по возможности избегать лишних ударов по ней, чувствовал я себя боле-менее сносно. Для убийцы. Чёрт, не следовало это вспоминать. Однако, и это осознание утратило свою новизну и остроту, постепенно затихая и затухая где-то в сознании. За плохо протёртым окном наступал вечер, забурчавший, было, желудок, заткнулся, чему я был рад, но всё больше и больше хотелось спать, о чём я вскоре недвусмысленно заявил:

-Я, наверное, пойду.

-Окей. – Дохнул алкогольными парами Стил, изучая содержимое бутылки. – Интересно, чем они его разбавляют…

-Порохом. – С усмешкой буркнул я, и отправился притворять свой нехитрый план в жизнь.

В номере меня ждали. Шуганувшийся от моего внезапного появления Шайн застыл над не слишком большим, потрёпанным от времени столом, и окинул меня хмурым взором, что-то жуя. Этим чем-то явно был мой MRE. Ну и пусть его, мне сейчас не до того. Точнее, так, мне сейчас ни до чего…

Спальное место было одно – умеренно грязная кровать, на которую я рухнул с явным облегчением. Наконец-то можно было принять горизонтальное положение, поваляться, расправить крылья, и пофиг что я грязен как неизвестно что…

Моя экипировка была тут же, видимо, транспортированная Стилом, и сейчас над дробовиком склонился Шайн, и что-то там делал. Надеюсь, что после этого чего-то он не взорвётся у меня в лапах. Впрочем, ему вроде как пока что выгодно, чтобы я был жив и здоров, так что опасаться не приходится. В сон клонило неимоверно, хотя выпито по новым меркам моего тела было и не так уж много. Дел никаких на ближайшее время не намечалось, засим оставалось лишь уснуть и видеть сны, которых, как оказалось, в этот раз мне не отсыпали. Нет в мире совершенства, как говорил один лис одному мальчику.

Спал я на удивление спокойно, то ли алкоголь притупил нервы, то ли сброшенное напряжение давало о себе знать, но, так или иначе, спал я без задних лап. Из сонного состояния меня вырвал тихий щелчок. Всего лишь щелчок, да, только вот это был щелчок взводимого курка того сама девятимиллиметрового пистолета, что был сейчас во рту Шайнинга. Голова слегка побаливала, видимо, виски был не из лучших, но что мне оставалось делать? Пей, что дают, как говорится, однако настроение в связи с этим было нерадостным.

-Какого хрена, Шайн?

-Фумаю.

-С пистолетом в зубах? О чём?

-Уфить тефя фефас или фе неф.

Мне понадобилось добрых полминуты, прежде чем я смог сообразить, о чём говорит этот жеребёнок с пистолетом в зубах и мрачной решимостью во взгляде. Потом до меня дошло. События дня того казались уже такими далёкими… и смутными…

-Ага. – Только и смог я выдавить из себя, переворачиваясь на другой бок и памятуя о том, что спальное место у нас одно на двоих. – Как будешь убивать, разбуди. И… надеюсь, что ты не толкаешься во сне.

Шайн медленно моргнул, видимо, переваривая высказанное. Я сонно-нетрезво взглянул в его глаза, и, широко зевнув, кажется, задремал. Ещё один тихий щелчок я слышал уже сквозь сон, как и ощущал вибрацию от рухнувшего на кровать рядом со мной тела. Как и сказанное шёпотом:

-Я тебя ненавижу.

-Это правильно. – Полусонно буркнул я, не отдавая себе отчёта. – Месть, это блюдо, которое следует подавать холодным.

Кажется, он сопит, или вздыхает, и затихает чуть позже. Вот и хорошо, вот и славно… вот я и идиот. Всё. Теперь – спать.

Утро встретило немилосердной резью в глазах и больной головой, хотя похмельем, если честно, я бы это не назвал, скорее так, ээ… чем-то. Дело было не в том, что за вчера я был «птичка перепил», а в том, что в наш алкоголь явно добавляли что-то, отчего тот легко пился и выводился не без побочных эффектов. Что ж, бывает, и это не значит, что я пойду бить морду местному барпони. Хотя, наверное, стоило бы…

К тому моменту как я проснулся, Шайни уже куда-то свалил, дожевав предварительно остатки MRE и растянув его каким-то образом на два приёма пищи. Казалось бы, что там жрать? Однако, нашёл. Да и чёрт бы с ним, с этим поросёнком. Напарник вроде не оговаривал никаких планов, так что я был птицей-львицей в вольном полёте, и, с на удивление хорошим настроением. Хотя… нет, львиц нам как раз не надо. Прихватив с собой рюкзак, а также любимый десятимиллиметровый пистолет с парой обойм, я спустился вниз, где и обнаружил двух прочих представителей отряда. Стил и Стил сидели и спокойно себе завтракали друг напротив друга. Напарнику моему, судя по всему, погода также не доставляла удовольствия, так что он прихлёбывал пиво и о чём-то общался с Шайни. Знать бы, только, о чём…

-Не только и не столько дело принципа, если честно, сколько вопрос выживания. – Поведя крылом проговорил Стил, сделав ещё один глоток. – Просто представь ситуацию. Каждому оружию нужна пристрелка, чтобы знать, как оно себя ведёт. То есть, если я возьму какой-нибудь сорок пятый бак, и попытаюсь из него выстрелить… нет, выстрелить-то выстрелю, да и попаду, наверное, вопрос только в том, куда.

Шайн усмехнулся в ответ.

-Ладно, а что если тебе нужно убить что-то, что не подходит под твой калибр?

-Скорее всего я не стану с этим связываться. – Качнул головой Стил. – Но даже если и так, то с привычным мне оружием, повадки которого я знаю как себя самого, есть куда больший шанс попасть, скажем, в глаз или иное уязвимое место.

-Окей, окей, я понял… о, твой партнёр.

Его партнёр, то есть я, к тому времени старался покрепче держаться за перилла лестницы, что вела со второго этажа на первый, и при этом не уронить челюсть на пол. Эй, это мир пони, кто знает, вдруг можно? Пинки же могла!

-Доброе… утро? – наконец неуверенно выдавил из себя я.

-Вообще-то день. – хмыкнул Стил, когда я спустился. – Ты крепко дрых, даже выстрелом из пушки вряд ли бы разбудили.

-Особенно если бы будил Шайн… — Произнёс я себе под клюв, пока спускался по лестнице. И, уже подойдя к столу, добавил. – Каковы планы, и…

-Это МОЁ пиво!

-Тише, тише… у меня тоже болит голова. Так… что на повестке дня?

-Пока пусто. Точнее, так. О возможностях поискать работу я уже позаботился. Наград нет, «пойди-принеси» тоже нет, разве что починить пару генераторов, этих, ветряных, но я не настолько хорошо в этом разбираюсь.

-Я тоже. – Вставил свою пару битсов Шайн. – Хотя оружие починить могу, были бы детали… кстати, Редхарт… с какой стати Я должен присматривать за ТВОИМ оружием?

-За спасение. Бесплатное. – Ответил вместо меня Стил. – Мы не спасаем, парень, если нам за это не платят, а ты обуза для скудных финансов. Раз уж заговорили о планах… напарник, а чем думаешь заняться ты?

-Зайти к Питу, сдать «Поцелуй Тартара», получить награду… и, кажется, всё.

-Сдать что?

-«Поцелуй Тартара».

-А это..?

-Ну… обрез. – Как-то неуверенно произнёс я. – Сейчас по…

Рюкзак был пуст. Девственно чист и свободен от всего того, что я честно налутил в лагере рейдеров, если не считать экипировку Шайна конечно же, которая оставалась при нём. Интересно, он тем пистолетом хоть пользоваться умеет или как? Чтобы застрелить сонного и пьяного грифона особо ума не надо, но…

-Стиил…

-Ты невнимателен, напарник. – Улыбнулся он, взяв себе ещё пива. Это типа такая месть, да? — Экипировка сдана, крышки получены, — на стол лёг объёмный мешочек, — вот твоя доля, кстати, а Питт… Питт просил зайти тебя к нему и получить твою часть награды лично, так как мне на лапы он её отказался выдавать. Посоветовал бы надеть шлем, чтобы не получить пулю в голову, но не думаю, что поможет. Да и шлема у тебя нет… как закончишь, возвращайся, у меня есть планы на твоё тело.

-Спасибо, птица вещая… э… что?

-Будем делать из тебя наёмника, парень, раз уж ты наконец-то решился, и Шайн нам поможет.

Моё со «спасённым» удивление было взаимным.

-ЧТО?!

...как там? У меня очень плохое чувство по поводу этого? Вроде так. Но сначала – к Питту.

-Эм… есть кто-нибудь дома?

Знаю, знаю, вопрос совершенно дебильный, когда ты приходишь в оружейный магазин, но что уж поделать? И потом, такая хорошая фраза из очередного дебильного ужастика, нагнетание теншена, опять же, всё дела… разумеется, этого не случилось. Чего? А ничего не случилось.

-Здравствуйте, юноша, я вас ждал.

-Привет, Питт.

Он на своём месте, разумеется, на своём месте, где же ему ещё быть? Сейчас ведь уже день… ну да чёрт с ним, я здесь по делу. А то из меня ещё наёмника собрались делать… некогда мне, словом.

-Твой напарник заходил, и содрал с меня три шкуры. – Абсолютно нейтральным тоном высказал мне торговец оружием. – Но кое-что я ему не отдал.

-И что же это?

От любопытства кошка сдохла. Но я же не кошка, верно? Разве что наполовину. Такая большая кошка… интересно, а мурчать я умею? Если только задней половиной… брр! К вопросу об ужастиках, ага.

-Твоя часть награды. – Питт подцепляет с полки малоприметный деревянный ящик, скорее, напоминающий кейс или что-то в этом роде, и ставит на стол с глухим стуком. – Открывай.

Простые застёжки легко раскрывались, спасибо грифоньим когтям, а внутри ящика, в углублении, под него сделанном, лежало… нечто. Я даже не сразу осознал, ЧТО. Массивный револьвер, он отливал синеватым цветом в блёклом освещении помещения, в то время как я благоговейно и осторожно поднял его из лежбища, взял в лапы, и прицелился. Сейчас замурчу, чесслово, и вовсе даже не задней частью. Создавалось ощущение, что из него не стреляли, вообще никто и никогда. Как знать, но… и правда. Ни единой царапине на металле, рукоять была сделана из шероховатого на ощупь белого дерева, в то время как по стволу шёл витиеватый узор, и надпись, очевидно, названия оружия. Judgement, оно же Правосудие. К револьверу, массивному, не чета моему десятимиллиметровому, прилагались два спидлодера, по шесть пуль, итого двенадцать. Маловато будет. Впрочем, кто мешает прикупить ещё?

-Питт… ты уверен, что это мне?

-Абсолютно. – Рассмеялся хозяин магазина, видя мой шок. – Тебе-тебе.

-Но… почему?

-Как я слышал, вы уходите из города, и я подумал, что хороший ствол тебе не будет лишним… к тому же это… подарок и благодарность, лично от меня. За месть. Скажи… как он погиб? Медленно, умоляя тебя пощадить его? Скажи, что ему было больно, что он плакал…

-Взрыв гранаты.

-Что ж… — Стукнул деревянной ногой по прилавку Питт. – Тоже сойдёт. Удачи, юноша. Думаю, что вам сослужит хорошую службу. Моё правосудие свершилось, остаётся лишь жить дальше. Удачи… я думаю, она вам пригодится.

Я молча кивнул, убрал револьвер и отправился в обратный путь.

Наверное, он был прав, этот торговец оружием. Я не считал себя судиёй, в конце-концов, по версии Стила, нам за это не платили, так что я не должен был париться, но… хотелось верить, что это не просто так. Что в этом есть какой-то смысл, быть может. Что я не буду просто оружием, за аренду которого платят…

-Жми, парень, жми на гашетку, в этой игре ты лишь марионетка, — мурлыкал я себе под нос, заходя обратно в «Два Копыта» и поднимаясь вверх по лестнице, — сказали направо, стреляешь направо, но кто тебе дал на то моральное право?

Пел я, как водится, отвратительно. Что на Земле не умел, что сейчас. Что ж, не самая лучшая новость. Жаловаться не на что, кроме как, конечно же, как на судьбу, но кто меня спрашивал? А ведь спрашивали… Видимо именно моё пение, и ничто иное, привлекло внимание Шайни, снова склонившегося над рабочим столом. Он снова что-то жевал, два к одному, что из моих запасов. Такими темпами они у меня кончатся очень быстро.

-А, это ты. – Проговорил он совершенно беззлобно(по крайней мере хотелось бы в это верить). – Ну, подсаживайся. Твой напарник в приказном порядке попросил меня научить тебя ухаживать за оружием. Ну и, поскольку это в наших общих интересах, я согласился.

-Хотелось бы верить. – Усмехнулся в ответ я, устраивая деревянный ящик на столе. – На вот, полюбуйся.

Ему пришлось потратить немного времени, чтобы поддеть копытами застёжки, но когда он узрел мой новый револьвер, первым его вопросом было лишь грустное:

-Так вот сколько теперь стоит понячья жизнь, да?

-Это бонус. – Хмуро ответил я. – Если ты решил научить меня присматривать за моим снаряжением, давай разберём на этом примере.

Шайнинг молча пожал плечами и принялся за объяснения. Честно, никогда не пойму, как эти Земнопони умудряются настолько ловко и чётко орудовать копытами и ртом. И если по поводу стрельбы с оружием в зубах у меня ещё были сомнения определённого рода(хотя, конечно, тренировка для языка просто прекрасная…), но возможность разобрать оружие с помощью копыт… это было что-то. Что-то с чем-то. Конечно, копытокинез и прочее, но… это всё равно было круто. Волновался ли я? Волновался, честно. А как мне ещё реагировать, когда такую мимимишечку как Джаджмент разбирают практически на составные части, пусть даже и с целью почистить и смазать? Всё больше стимулов научиться это делать самому, верно? И я учился. Не только тупо созерцая, но и попытавшись повторить всё то же самое, что делал Шайн, разве что с поправкой на лапы и когти. В этот раз копытокинез побил наличие пальцев. Что ж, завтра будет лучше! Ну… или хотелось бы в это верить.

-Для первого раза неплохо. – Проговорил Шайнинг, наблюдая за собранным и чуть более поцарапанным, нежели ранее, револьвером. – Тебе пилочка для когтей нужна.

Он почти улыбался в тот миг, когда говорил это. Потом, он вспомнил С КЕМ он говорит, и улыбка исчезла, словно её и не было никогда. Лишь тот же хмурый подросток, отца которого я убил, и который разбирался в оружии.

-Что, — спросил я, пропуская шутку мимо несуществующих ушей, — я, и правда, был неплох?

-Нет. Ты был почти ужасен. Но для первого раза сойдёт. А теперь…

Неизвестно что именно хотел добавить Шайнинг, но в этот момент дверь распахнулась, и на пороге появился понятно кто, причём с непривычно радостным возгласом:

-Партнёр, у нас есть работа!

-Я в восторге.

-Кстати, классная пушка.

-Спасибо.

Второй ответ вышел куда теплее первого. Хотите сделать комплимент наёмнику? Похвалите его экипировку. А дальше одно из двух, либо комплимент оценят, либо наёмник посчитает, что вы этой самой снарягой заинтересовались и хотите её заполучить. Что я могу сказать? Пустошь…

-Так, что за работа?

Печально, но факт, к револьверу не прилагалось кобуры, поэтому, за неимением лучших вариантов, таскать его предполагалось в рюкзаке… легче от этого он, конечно же, не становился. Ок. Я так скоро арсеналом обрасту, как пить дать.

-Охрана каравана. – Дал ответ Стил, устраиваясь без спросу на моей кровати. Ну и фиг с ним, а я пока свой десятимиллиметровый почищу. – Выходим послезавтра, так что есть время отдохнуть, расслабиться, и потренироваться, точнее, потренировать кое-кого. Последнее, разумеется, уже после того, как Расти проверит тебя ещё раз.

-Зачем? Я вроде как себя нормально чувствую? – Отстранённо откликнулся я, глядя пистолету в дуло. – Можно хоть сейчас… эй!

-А ты говорил. – Хмыкнул Стил, вновь устраиваясь на кровати и тихо посмеиваясь. Плечо, в которое он меня ударил, болело сильнее, чем должно бы. – Птенец, если твои раны тебя не тревожат, это не значит, что их нет. Не забудь, что в тебя всадили энное количество свинца, да и шрапнель тоже не прошла стороной, ага?

-Ага. – Поддакнул я, и, отложив полуразобранный ствол в сторону, вздохнул. – Ждём завтра.

Стил взглянул с подозрительной усмешкой, и моя голова разболелась как-то сама собой, предвещая неладное…

Утро пахло полувыдохшимся нашатырным спиртом, ржавым железом и спёкшейся кровью, если эта самая кровь вообще пахла. Расти, вынимавший из моей лапы что-то полупрозрачное и испачканное в крови, философски заметил:

-Иногда мне кажется, что врачи дают наставление не напрягаться исключительно для того, чтобы пациенты это самое наставление нарушали так регулярно, как только могли. Помнится, был у меня один наёмник, так он после наложения швов отправился в бордель… с соответствующими итогами.

-Спасибо, док. – Тёмная хмарь никак не хотела уходить из головы, милосердно скрывая события дня вчерашнего. – А как меня угораздило… и, главное, что?

-Ну, как я слышал, один грифон пытался доказать, что стаканы в «Двух копытах» сделаны из небьющегося стекла, причём на собственном примере.

-Зачем?

-Не знаю, но доказательства я вынимаю из чьей-то лапы. Поосторожнее в следующий раз.

-Искренне надеюсь, что следующего раза не будет.

Лапа, к счастью, была левой, так что потеря была невелика, и дело даже не в пошлости намёков, просто я всё же был правшой… хотя, должен признаться, в этом мире правой передней я пользовался скорее в силу неосознанной привычки, нежели какой-то необходимости. Попробовать что ли как-нибудь потом…

Когда единорог закончил с моей новой и не столь прекрасной раной, меня напоили зельем, перебинтовали(опять! Моё Проклятье Вечной Мумии!) и послали в гнездо, в смысле, в гостиницу. Заплатил я, как оказывается, авансом. Кажется. Да даже если бы и не заплатил, то сейчас меня это как-то волновало, не до того было. Совесть? Не, не слышал.

Шёл я медленно. В голове пульсировали бессвязные обрывки мыслей и фраз, в которые не очень-то хотелось вдаваться, и потому оставалось лишь перебирать лапами(задними, к слову), не вдаваясь в детали того, что творится вокруг. Была точка «а», и была точка «бэ», и этого вполне сейчас хватало. Нет, пожалуй, не пью больше, типа, виски… нафиг не сдались такие изыски. Ну, или пью там, где его ни с чем не смешивают. Или набью морду хозяину. С каждым новым шагом последняя идея становилась всё симпатичнее. Становимся наёмниками и оперяемся, а?

В зале было немногопонно, лишь один Земной сидел и неторопливо потягивал из бутылки сас. Короткая чёрная грива приятно сочеталась с пропылённой синей шерстью, в то время как кьютимарка его была прикрыта кожаным плащом, или пальто? Нет, кажется, это называлось тренч. Тренчкоат, почти как у нуарных детективов. Взглянув на меня, жеребец махнул копытом в приветственном жесте, и вернулся к прерванном занятию. Странно всё это… ну да ладно. Надеюсь, что я не успел натворить ничего такого. То есть ничего больше, чем уже было. Надежда, как говорится…

Между вчера и сегодня зияла пропасть. Память обрывалась где-то там и продолжалась где-то тут, как плёнка с вырезанным куском. Барпони выразительно потирал скулу, на которой красовался ощутимый синяк, и я почувствовал, как на моём лице начинает расплываться прямо-таки неприличных размеров ухмылка. Надеюсь, что грифонья морда не то чтобы очень отличается от морды пони…

-Кто так тебя?

Барпони смолчал, лишь короткий мрачный взгляд заставил меня стереть с морды ухмылку и, вздохнув, спросить, уже серьёзней:

-Где Стил?

-Один мотается где-то, второй в вашем номере.

-Ага. Спасибо. Ты, это… извини, если что.

Для подобного рода цитаты мне определённо не хватало сиплого голова, ну да это поправимо. Много пачек сигарет… нет. Пить ещё куда бы ни шло, но курение в мои планы для данного тела не входило. Конечно, с одной стороны, какая разница, но… что-то в голове просто не позволяло. Нет, и всё тут. Ну и ладно, не больно-то и хотелось.

Шайнинг валялся на кровати и листал журнал, судя по обложке, про пушки. Даже не знаю, радоваться мне или же нет. С одной стороны копается в моих вещах, нехорошо, с другой… а с другой хватает не абы что. Кстати об этом.

-Рационы ещё остались?

-Не-а. – Лениво отвечает Шайнинг. – С возвращением. Стил просил передать, что он местное бухло больше в рот не возьмёт, чего и тебе желает.

-Он был инициатором, а не я.

-Я только передаю его слова. – Земной изобразил пожатие плечами. – Завтра отправляемся, ранним утром, так что ты бы, наверное, поспал. Освободить кровать? А то Стил сказал тебя, если что, пинками поднимать. Я, разумеется, не откажусь от такой возможности.

-Обойдусь. Хотя подремать… — Подавил я короткий зевок. – Это перспектива.

Поспать мне не дали. Точнее, подремать. Не суть. Явился мой дорогой любимый пернатый, он же птица вещая, он же «да-отвали-ты-уже-от-меня-в-самом-деле!», одним словом – Стил. Кто бы сомневался.

-Не спишь, вижу. – Прокомментировал он несколько более спокойно и заметил вскользь. – Вообще я хотел тебя пнуть на тему тренировки, но ты так удачно повредил лапу, что её придётся перенести.

-Какое облегчение.

-Будем стрелять по живым целям. Обучение под градом пуль… перспектива не блещет новизной, но иной у нас нет. – Сквозь собирающийся сон я услышал ленивый зевок и еле слышное. – Спокойной ночи, утром увидимся.

Кажется, они говорили о чём-то, Стил и Стил. Как сталелитейная компания, честное слово. С этой странной, но по-своему уместной мыслью я провалился в сон.

Нафиг. Всё нафиг. Спать.

Заметка:

Lvl up!

Авторская заметка:

Глава получилась несколько равной, за что я извиняюсь, и не слишком насыщенной событиями, увы. Но, что вышло то вышло, отредактирую по мере сил и возможностей, но в главе следующей всё будет несколько повеселее, или, как говорит mr.RIP, «мряка!». Следующая глава будет называться «Принуждение к насилию»… о содержании можете попробовать догадаться сами.)
Хочу сказать спасибо всем тем, кто проявил интерес к творчеству и пинал меня неоднократно. Если бы не вы, я не знаю, когда бы ещё я взялся за продолжение.