Автор рисунка: Stinkehund
Глава 3: Стрельба в призрачном городе Глава 5: Интергрифония

Глава 4: Город, который мне нравится

В которой становится понятно, что города в стиле Дикого Запада есть не только на Диком Западе.

Один на миллион: Вот идёт грифон

Автор: just_wolf aka Chayn

Глава 4: Город, который мне нравится

Мой третий день в пустоши начался с кошмара. Нет, не так, обо всём по порядку. Формально мой третий день начался с того, что я проснулся с ещё неизвестным мне тогда грифоном при свете костра, и где-то там, поодаль, кучей лежали тела… но фактически, или, быть может, субъективно, третий день начался утром. Рано-рано утром, когда… нет, всё-таки, обо всём по порядку.

Мы шли прочь от города до тех пор, пока в голове моей или, может, голове моей не начало становиться как-то подозрительно легко и светло, сказывалась кровопотеря, не иначе. И вот, когда я пошатнулся в очередной раз, запнулся о мелкий камешек, и едва не упал клювом в растрескавшуюся серую землю, Стил объявил короткий привал, на что я, разумеется, согласился. Думал, что вставать не придётся, раз привал, наивный! Вставать пришлось. Не для того, чтобы пособирать плоды каких-нибудь растений, которых здесь не росло. Не для того, чтобы поохотиться на каких-нибудь животных, которых здесь не было, а просто для того, чтобы устроиться на близлежащем валуне, и для того, чтобы мой напарник перевязал полученную ранее рану. Морщась, когда бинты оказывались затянуты особенно туго, и стараясь проморгаться, и отогнать тем самым красные точки, витающие на краю зрения, я сосредотачиваюсь на каком-то очень простом и очень важном сейчас вопросе… а, кстати, на каком?

-А… обезвреживать…

-Что? – невнятно произнёс Стил, использующий помимо двух передних лап ещё и клюв. – Что не так?

-А обез… зараживать рану не надо? – наконец произношу я правильно слово. – В смысле, инфекции, все дела…

-Ну, значит, ты не совсем безнадёжен, птенец, раз хотя бы о таком знаешь. – удовлетворённо произносит напарник, затягивая потуже узел, и поясняет. – Не обязательно, это магические бинты. Кровотечение должно остановиться, ну и инфекция грозить не должна.

-А говорил, — что-то меня заело на том, чтобы каждую реплику начинать с «А». Не к добру. — ,что зомби неет…

-Зомби нет. – огрызнулся Стил, и, подуспокоившись, пояснил. – Это были, скорее всего, лишь гули, с ними бывает… такое.

-Какое?

-Иногда гуль, не в силах выдержать своего состояния, сходит с ума. – поясняет напарник, усаживаясь прямо на каменистую поверхность. – Но если для нас с тобой сойти с ума это относительно безопасно, то гуль в такой ситуации может стать диким, тем самым, которого называют «зомби». С ними не угадаешь. В один день он работает с тобой бок о бок, в другой пытается вырвать глотку челюстями. Такова жизнь.

-За… шибись. И что, их после этого принимают везде с распростёртыми объятьями?

-Конечно же нет! Но кое-где они есть, с некоторыми мне доводилось общаться. Не хуже иных пони, а некоторые и получше будут, но если составлять общий портрет, то выдержанный двухсотлетний цинизм, помноженный на пустошный опыт, со смрадом алкоголя и табака, примерно так.

-Весело… — отрешённо произношу я, прислушиваясь к своим ощущениям. Вроде, немного полегче. – Где будем останавливаться, Стил? Здесь не то чтобы… безопасно, нет?

-В Пустоши нет безопасных мест, если мы не говорим о Стойлах, но я бы для начала предпочёл убраться отсюда… на большее расстояние.

-Последний вопрос на сейчас, можно?

-Давай.

-У тебя не было ощущения, что эти псы… раз они не погнались за нами.. охраняли… что-то?

-Было. Двигаем.

Я встал… и пошатнулся, впрочем, достаточно быстро восстанавливая равновесие. Видимо, мне досталось чуть больше, чем я думал. Тем не менее, нужно было идти дальше. Пока что не «куда-то», а откуда-то. Прочь от Понимайна, навстречу неизвестности. Серая каменистая земля временами переходила в буро-рыжие пятна чего-то, что отдалённо напоминало плодородную землю. «Отдалённо» потому чтотам хоть и пыталось что-то расти, и изредка попадались остовы деревьев, но удачных попыток было немного. Те же, что были, выглядели так, что я, из здравого опасения, решил к ним лишнего шага не делать, пока напарник не даст добро. Плюсом подобного скучного пейзажа было то, что все, кто захотят к нам приблизиться, были видны как на ладони, минус же заключался в том, что то же самое можно было сказать и о нас. Зато, пока на горизонте не появилось что-нибудь зубасто-клыкастое и мечтающее нас съесть, можно было подумать о своём житье-бытье, и слегка расслабиться. Впрочем, мысли об этом самом житье были не слишком утешительными.

Три дня. Точнее, два. Я пробыл здесь два дня, и что получил? Сначала пуля, потом укус. Впрочем, следует заметить, что пока что мне везёт, пусть и весьма странным образом. Плата за вход невелика… или плачу не я? Сколько жизней уже оказалось прекращено по моей вине? Те четверо из пяти. Земной, дробовик которого я тащу с собой, ещё один Земной, от которого мне досталась бейсбольная бита. Зачем я взял это оружие? Ладно, огнестрел, но этот кусок дерева, покрытый пятнами, не вызывающими сомнений об их источнике? Глупость. Глупость, и символ с мертвеца, прямо как звёздочка. Опять же, зачем? Вопросы, вопросы… на которые у меня, пока что, нет ответа. Будет ли? Неизвестно. Как итог, после Понимайна из оружия в моём распоряжении находился десятимиллиметровый пистолет с тремя полными обоймами, дробовик с парой десятков зарядов, тесак, бейсбольная бита… кажется, всё. Слишком мало, и, в то же время, слишком много. Мой напарник обходится меньшим… по крайней мере, вижу и способен заметить я меньше. Нож в ножнах, штурмовая винтовка, пистолет, ствол которого уже неоднократно оказывался у моей головы… и всё. Чётко, просто, экономично… если не вспоминать про всё то оружие, что он тащит с собой. К счастью, на продажу. Надеюсь, что его купят. Впрочем, учитывая недружелюбность мест, уверен, что спрос на оружие, равно как и на тех, кто умеет им пользоваться, всегда есть, а это значит, что без куска мяса или чего-нибудь ещё не останемся.

Мясо… свежее, вкусное, кровавое… кажется, меня несёт… или просто организм намекает на то, что пожрать было бы ой как неплохо.

За этими невесёлыми мыслями, роящимися в голове подобно мухам над трупом, проходит день, и постепенно наступает ночь. Это становится заметно не сразу – вечная пелена облаков, ладно, может не вечная, но постоянная, не даёт возможность увидеть солнце, и потому о точном времени остаётся лишь догадываться. На ночлег мы устраиваемся средь руин полуразрушенного здания, обильно исписанного графити. От дома, ко времени нашего появления, только и осталось, что три стены и небольшой кусок второго этажа, на который вела лестница. Плюс, разумеется, куча булыжников, которые так и тянуло назвать строительным мусором. Может быть, они им и являлись, кто знает? Кто угодно, но уж точно не я. Останки, которые при жизни были, видимо, деревянной дверью, пошли на небольшой костерок, совсем небольшой, на долгий обогрев и готовку не хватит, но на то, чтобы разогреть смесь, этакую бурду из содержимого нескольких консервных банок – вполне. И тут до меня доходит.

-Эм… Стил, я, конечно, задам глупый вопрос.

Напарник замирает с ножом, фыркает, покачивает головой, и продолжает делать подпорки котла:

-Удивил.

-Эти консервы… сколько им лет?

-Сто с лишним или что-то вроде, довоенные.

Довоенные? Это значит, что была война? Больше вопросов, ещё больше, как-будто мне мало тех, что уже есть.

-Их безопасно есть? В смысле, они могли испортиться и так далее…

-А это ты мне скажи, ты же их вчера ел, с добавлением крысы, вроде жив.

Упс. Мясную часть похлёбки помню, эту… как-то… не очень. А, нет, попадались овощи, но моя сосредоточенность на процессе и сложности поглощения мяса отвлекала меня от их наличия. Что ж, вот так сюрприз… хотя, почему сюрприз? Вроде и на Земле был случай, когда обнаруженные спустя пару сотен лет консервы были вполне пригодны к употреблению… мне кажется, или те всё же попали в ледник, в отличии от наших? Какая разница, это же Эквестрия, о чём я? Магия, дружба, все дела… невольно осматриваюсь, словно всё вышеперечисленное должно быть где-то рядом, словно пресловутая истина из одного конкретного сериала. Нет? Не сомневался.

-Ладно, вопрос понял, вопрос снят.

-И на том спасибо. – хмыкает Стил, принимаясь за растопку. – Ну а теперь…

-А что такое Стойла? Ты говорил, что там вроде безопасно.

-Редхарт, ты…

-Идиот?

-Да. Но я хотел узнать, умеешь ли ты молчать?

-В теории?

-…

Говорят, что на обиженных воду возят. Что ж, быть может эта поговорка и верна, но в нашем случае. Меня, пусть и не обиженного(разве что судьбой), тоже припахали к делу, мол, нечего отлынивать, несмотря на ранение. Задачка была предоставлена простая. Несмотря на наличие энного количества топлива, с кремнем и огнивом была проблема, то есть, проблема была с растопкой. Если подробнее, то в зажигалке Стила кончилось топливо, каким бы оно ни было(а вдруг не бензин?), и потому с меня было придумать, как разжигать костёр. Почти сразу же мне показалось, небезосновательно, что всё это было выдумано на пустом месте и лишь для того, чтобы отделаться, хоть на какое-то время, от моих глупых и не очень вопросов. Сам напарник занялся составлением смеси, которую так и тянуло назвать комбикормом, ну а я сам приступил к размышлению над поставленной задачкой, предварительно посмотрев на то, как эта зажигалка выглядит. Добывать огонь трением? Глупость, да и долго это. То есть результат, конечно же, будет… но я лентяй. Ладно, не годится. Кремень и огниво… нет, зажигалка есть, топлива нет, но если пощёлкать искрами на мелкий сушняк, тот может разгореться…

-Не дам. – коротко ответил Стил, после того, как изложил ему нехитрый план действий. – И не проси.

-Но почему?

-Эта штучка дорога мне как память, и имеет сентиментальную ценность, поэтому в твои лапы она не попадёт. Идея как факт неплоха, но думай дальше.

Ничего не ответил грифон в моей морде, лишь кивнул хмуро, да ушёл себе в пустошь… благо далеко идти было не надо. Лапа побаливала, что одна, что вторая, и ни та, ни другая не были особенно рады, когда я в задумчивости принялся наворачивать круги вокруг нашего импровизированного убежища. Ну и что я могу поделать, если мне так лучше думается? В том-то и дело, что ничего. Ладно, допустим, что ценность сентиментальная у предмета имеется или есть какая-то ещё причина, тогда что я могу сделать? Подать ему идею и пусть проверяет. Хорошо, пусть будет так. Какая-то мелкая растопка у нас есть, и есть мелкая поросль в виде высохших кустарников вокруг, что тоже могут сгодиться. Раз. Есть зажигалка без топлива. Два. Хорошая, кстати, зажигалка, Стил дал на неё полюбоваться, правда, только из своих лап. Пусть его. А мне нужно что-то, что бы помогло разжечь начальное племя, и отчего можно было бы продолжить плясать. Что же, что же, что же…

Насвистывая под нос какую-то нехитрую песенку, я достал из ножен тесак, наслаждаясь весом стали в своей лапе, и принялся рубить те недокусты, которые были посуше да поплоше, на растопку. То, что идеи пока нет, не значит, что они не пригодятся! Процесс вырубки был медитативен, равномерные взмахи и рубящие движения позволяли уплыть сознанию куда-то далеко-далеко, по следам воспоминаний, когда доводилось сидеть за компом в своей квартире и вполуха слушать то, что творится по телевизору. По сравнению с тем, чем я занимался сейчас, контраст был разителен. Мыльные оперы. Ненавижу мыльные оперы, но именно они, в том или ином их виде, мне доводилось слышать, и вот по этому пункту я точно скучать не буду. Иногда, впрочем, когда телевизор смотрел отец, попадались и куда более занятные вещи. Раньше, когда мне доводилось с ним общаться больше, и он не столь рьяно погружался в свою работу, он любил травить байки, как из жизни, так и пересказывать разные забавные и просто поучительные случаи. Мне оставалось тогда лишь слушать, и мотать на отсутствующий ус, но кто же знал, что это может потом пригодится?

Процесс воспоминания был не из лёгких, потому оставалось лишь поддерживать хромающую походку, сдержанно материться на себя любимого через сомкнутый клюв, и вырубать встречающийся сушняк, продолжая эти самые размышления. Наконец, спустя примерно полчаса и десяток(а может и больше!) павших кустов, ответ был найден, и, как и всё гениальное, лежал он на поверхности!

Вернувшись к лагерю, я свалил нарубленную кучу сушняка близ заготовленного места для костра и принялся за дело. Порубить притащенное не составляло особого труда, а пара плакатов, обнаружившихся и сохранившихся каким-то чудом под слоем граффити, снабдили меня ещё и бумагой. Что ж, очень мило с их стороны. Теперь, самая важная часть, аккуратно обработать патрон, и затем…

-Могу я узнать, что ты делаешь? – подал голос заинтересовавшийся моими манипуляциями напарник. – И можно поподробнее, да.

Я объяснил. Стил сощурился, прикидывая, видимо, всю нехитрую цепочку, и молча бросил мне зажигалку.

-Действуй.

Манипуляции были несложными. Была растопка, были искры, а в качестве помощи я использовал порох, добытый из дробового патрона. Всё гениальное просто, и да благословит Селестия обучающие телепередачи! Уже при розжиге мои подозрения лишь укрепились, а когда занялось пламя, я на проверку щёлкнул зажигалкой ещё раз и с интересом уставился на горящий фитиль. Что ж, чего-то такого я и ожидал. Зажигалка вернулась к улыбающемуся напарнику, который пояснил:

-Да, как таковой проблемы не было, но мне было интересно, как бы ты с ней справился, если бы она вдруг возникла. Один патрон, конечно же, не самая большая жертва, но и он может стать разницей между жизнью и смертью. Что ж, с уроками на сегодня закончено, так что приятного аппетита.

Два раза повторять ему не пришлось. Варево получилось сытным, пусть и несколько пресноватым, но после дня, полного физических нагрузок и нервотрёпок, простая и сытная еда была тем, что нужно моему усталому организму, равно как и мне. Когда костёр потух сам собой, и остались лишь алеющие в наступившей темноте угли, напарник пожелал спокойной ночи, и отправился на второй этаж, аккуратно туда взойдя по лестнице, предупредив, что вторую часть дежурства, утреннюю, он оставит мне. Разумеется, можно было бы попытаться уговорить его плюнуть на всё да обоим завалиться спать, но памятуя о крысах, враждебных пони, и Найтмер Мун знает чём ещё, я предпочёл смолчать, тем более что спальник был один на двоих, и как ночевала та пятёрка мне было неведомо.

Что ж, пусть так… но спать я лёг с пистолетом под боком, не забыв поставить его на предохранитель.

Что за странный приснился мне сон…

Утро встретило лёгким туманом, взявшимся, словно из ниоткуда, сыростью, и усмехающейся мордой напарника. То время, которое удалось урвать у каменистой почвы и шорохов из пустоты, было… не слишком приятным. Ночёвки не дома всегда давались мне с трудом, да и не очень-то их много было, этих ночёвок. Дом. Слово отдаётся в сердце тупой, ноющей болью. Если бы не этот сон, я бы не вспомнил. Если бы…

Встаю, точнее, выползаю из спальника с ощущением, что след от пистолета должен был отпечататься где-то под рёбрами, и глотаю холодную воду в попытке проснуться, и просто, чтобы смочить горло. Воды не так мало, и потому я могу даже потратить часть её на то, чтобы слегка сполоснуть морду. Становится легче, и обрывки сна уже не стремятся заполонить голову. По крайней мере, не так, как до. Легче-то легче, но ненамного, особенно сейчас, когда напарник, пожелав спокойного дежурства и доброго утра, укладывается спать, а я остаюсь дежурить, по сути, совершенно один. Самое забавное в том, что он тоже, как и я, спит с пистолетом под лапой, что и неудивительно. Интересно, когда я успел у него перенять эту привычку? Вроде бы ещё вчера такого не было…

Оставшись наедине с туманом и тишиной, я смотрю за разрушенный оконный проём, из которого, словно зубы чудовища, скалятся обломки стёкол, каким-то чудом оставшиеся в раме, и вздыхаю. Сон, приснившийся этой ночью, вновь выползает наружу. Сон, в котором я был вовсе не я…

«Будильник зазвенел. Нажимаю на кнопку. Сплю традиционные добавочные пять минут. Через пять минут он звенит опять. Выключаю, встаю, иду в душ. Сегодня четный день, значит, не просто понежусь под теплыми струями, а еще и помою голову. Надо следить за собой. Даже если ты никому не интересен. Выйдя из душа собираюсь в школу. Мать уговаривает съесть меня бутерброд или что-то в этом роде. Но это абсолютно неважно. Одеваюсь. Вставляю «бананы» в уши. Включаю музыку. Подтягиваю лямку на сумке. Похлопал по карманам, проверил, вдруг чего забыл, помахал матери ручкой. Идя по дороге, чувствую, что к горлу подкатывает комок. Пытаюсь бороться с очередным приступом тошноты, но сегодня я в проигрыше. Хорошо хоть в подворотнях около подъездов никого нет, и стоят ведерки с мусором.

И так каждое утро. Показаться врачу? Не имеет смысла. Он не назовет причины, в отличие от меня. Просто я слишком упорно сражаюсь. В голове всплывает мысль: «Ха! Слишком упорно!? Уж поверь, я на твоем месте не жаловался на маленький недуг!». И я отвечаю: «А я и не жалуюсь». «Другим нет, но про себя-то ты считаешь себя прям-таки мучеником!». «Какое тебе дело до меня?». «Я — это ты». «Вот только не заводи старую шарманку» — отрезаю я и прибавляю громкости музыки, еще раз сплевывая на землю.

Это мой внутренний голос, точнее один из них. Когда-то я открыл, что внутренние диалоги очень хороши для решения проблем, для обдумывания поступков с разных точек зрения, для того чтобы не быть одиноким… Это мое оружие в схватке с этим миром. А еще я очень люблю музыку. Она помогает раскрывать воображение и уносит тебя в далекие миры. Я могу делать это и без нее, лишь только сосредоточившись, но музыка делает процесс быстрее, а ощущения живее. Раньше я так убегал от реальности. Но теперь я использую ее, чтобы сражаться. В ней до сих пор осталась правда. В ней до сих пор осталась мораль. Надо лишь поискать, и в музыке ты сможешь найти все: и ответ на вопрос о смысле жизни, и то, как сделать весь мир лучше, и то, как стать сильнее и бросить вызов обыденности.

Я давно нашел ответы для себя. Формул счастья очень много, но я напишу здесь только одну. Поставьте перед собой цель и стремитесь к ней. Неважно, какой бы она ни казалась недостижимой, добивайтесь ее, поставьте на кон все, что у вас есть! И если вы боитесь неудачи, помните: лучше сгореть, летя к солнцу, чем ходить по земле и все время смотреть под ноги.

Я сражаюсь за свою мечту, я пытаюсь сделать мир лучше, и это делает меня счастливым! Вы спросите: и о чем же ты мечтаешь? Что ж, я думаю продлить человеческую жизнь этак на пару сотен лет, а там, глядишь и добиться бессмертия. Я хочу все время в мире, ибо, сколько нам его не дают, человеку всегда мало. «Ха-ха-ха!». Даже внутренний голос смеется. Но это он одобрительно. Он смирился с моим безумием, в конце концов, разве ты можешь изменить мир, если будешь таким же, как все? Плата за мои стремления высока, но разве она когда-нибудь была низкой? Мои методы неопределённы — бессмертие вещь чересчур абстрактная. Пожалуй, следует начать с биофизики. Если что, я сменю путь, а как же иначе? Каждый человек может все, стоит только захотеть. Во всяком случае, он может бороться, за то, во что верит.

Как бы я хотел, чтобы у меня было больше времени… Наверное, днями напролет я мог бы делится ответами на извечные вопросы, которые кажутся такими ясными в моей голове, месяцами я мог бы знакомить вас с тысячью личностями, сменяющие одна другую в одном-единственном слабом и больном теле, годами я мог бы брать вас с собой в волшебные миры, коим нет конца, как нет конца Вселенной… Но увы, это тоже плата за мою мечту, и все эти знания тихо покоятся в сплетении из миллиардов нейронов, ожидая своего часа. Надеюсь, они не пропадут там бесследно. Надеюсь, моя борьба увенчается успехом и тогда, быть может, я найду своего слушателя.

С этими мыслями, подбадриваемый внутренним голосом, тихо напевающий очередной трек себе под нос, я иду по утренней туманной улице. 36 часов школы, еще 30 часов дополнительных, 42 часа на сон, 17 часов перемещения по Москве и подмосковью, где-то 30-35 часов домашней работы — итого, на неделе остается от 13 до 8 часов на отдых. Не так уж мало, не правда ли? Правда, дальше институт — вряд ли меньшая нагрузка. Потом работа, своя семья — ну куда уж там отдыхать. Но обдумывая все это, мне становится действительно смешно. Мне не нужно даже и часа, чтобы стать счастливым. Достаточно встать на улице, раскинуть руки, и почувствовать, как дует ветер, крикнуть что-нибудь пролетающим мимо птицам, поймать опасливый взгляд случайного прохожего и улыбнуться.

Я жив. И это мой мир. Пусть он некрасив, пусть местами жесток — я не собираюсь бежать. Изменить его, радоваться жизни и не оглядываться назад — вот мой выбор. Пусть берет что хочет — я не боюсь платить по счетам.

И я еще раз улыбнулся очередному дню, очередной странице истории, чьим автором сегодня являюсь я.»

Невольно вздрагиваю, и туман внизу словно бы становится гуще, и по спине пробегают мурашки целым стадом. Этот сон… этот туман… может, я сплю? Может, эта пустошь мне всё же лишь снится? К чему всё это? К чему здесь я? Почему? Отчего? Как? Ответа нет… ответа не может быть, кроме того, который я дам сам, и нет учебника, равно как и нет ответов в конце книги. Не с кем советоваться, не с чем сравнивать. Это, и правда, холодное утро, первое, в этом мире, что я встречаю снаружи, не в здании, но… нет, мелочи.

И снова мысли мои возвращаются ко сну. Вот уж воистину, магическая страна Эквестрия, страна грёз, а ныне страна кошмаров. Страна чудес смертников, ха-ха. После такого очень хочется выпить, забыть… но нечего пить, точнее, нечем напиться, увы. Кто ты, тот, кто сражается за свою мечту? Кто я? Получается, трус, сбежавший из своего мира ради мира иного? Но… как я мог не уйти? И ведь не было сомнений, что это именно они, что это не обманка и не глюк… я сделал свой выбор, поверил, решил сердцем, не разумом, и ушёл, наплевав на всё, наплевав на всех. Хороший же из меня брони с любовью и толерантностью. Я… человек? Не хотелось, чтобы это было вопросом, хотелось, чтобы это звучало как утверждение, но, увы, сон говорит об ином. Но… я ведь не один такой, верно? Есть ещё юноши и девушки, которые, как и я, ушли через радужный портал, но которые, в отличии от меня оказались там, где должны были, верно?

Там, где должны.

Невольно вспоминается вчерашний разговор. Карма, судьба. Плата. Мы получаем то, что заслуживаем. Если я здесь, значит, это тот мир, та Эквестрия, которой заслуживаю я, разве нет? Не хочется верить, но без доказательств обратного… придётся остановиться на этой версии. Шанс один на миллион, да? Раз я вытянул счастливый билетик, значит, это что-то значит, но… трус ли я? Снова этот вопрос, вопрос из сна, вопрос, на который я не могу найти ответа. Может, стоит пробовать разбить вопрос на какие-нибудь более простые ступени?

Чего я хочу? К чему я стремлюсь?

Выжить, для начала. Вернуться домой? Попасть в Эквестрию, в ту самую Эквестрию? Наверное, да. Для начала, освоиться, акклиматизироваться, тем более что клятва дана, и её нужно держать. Коготь к когтю, перо к перу… пожалуй, пока что этого хватит. Если это всё та же Эквестрия, пусть и истерзанная неизвестным катаклизмом, значит, здесь должна быть магия. Раз здесь есть магия, возможно, что есть и способ вернуться домой, или же, как знать, вернуться назад во времени, предупредить тех, кто был до, об опасности… впрочем, нет. Не стоит играть со временем, о чём в один голос говорят все известные мне фильмы и книги, разумеется, из жанра научной фантастики. Но, пожалуй, сейчас я вспомню лишь одну цитату.

«Будущее нигде не записано, его можно изменить, сам знаешь».

Есть вопросы. Есть многие вопросы, поднятые со дна сознания этим сном, как тина от пловца-идиота. Вопросы, на которые у меня нет ответа, как минимум пока что. Однако сейчас я нахожусь лишь в начале своего пути, у меня есть друг и напарник, и целый новый мир. Никогда не знаешь, что произойдёт завтра, а раз так, мне остаётся сделать самое мудрое, что я могу сделать в данной ситуации – плыть по течению. Что же дальше? А дальше разберёмся.

Пока что, как оказалось, разбираться было не в чём. Дежурство ранним сырым осенним утром не самое лучшее из того, что есть на этом свете. Уже через четверть часа, если не раньше, ожидание надоедает, и мысли начинают разбредаться. Волей или неволей, но я начинаю чувствовать себя как те самые охранники из америкосовских фильмов. Курить не курить, но отчаянно хочется чем-нибудь заняться, а заниматься, по сути-то, и нечем… увы. Интересно, насколько капитально меня сместило по оси пространства-времени? В смысле, если подождать пару-тройку месяцев, увижу ли я зиму со всем причитающимся зиме? Снегом, в первую очередь. В голову влезает мысль о стандартном школьном «как я прочёл своё лето». О да, если бы я писал что-то такое сейчас, вот, в смысле, прямо сейчас, то результатом бы явился разговор со школьным психологом и лечение… где-нибудь. Какое счастье, что возможность такая остаётся за гранью возможного. Даже если отодвинуть в сторону прозаичный вопрос о моём умственном здоровье, остаётся вопрос текущего времени года, в частности о наличии-отсутствии осени в этом варианте Эквестрии. То есть, в сериале смена времён года была, но там их сменяли, если я не ошибаюсь, магией, да. А здесь? Что бы ни было в прошлом этого мира, оно прошлось капитально и по земле, и по небесам, раз уж здесь постоянно такая погода. А если здесь есть времена года, то очень может быть, что будут и холода… и холода отнюдь не привычные Эквестрийские, когда пони могли ходить как обычно, без одежды, а холода привычные российские, при которых подобный трюк повторять не рекомендуется ввиду очевидных причин, например, нежелания что-нибудь себе отморозить. Получить обморожение мне лично как-то не улыбалось. Ещё один вопрос в копилку вопросов, которые нужно спросить у напарника. Кажется, он скоро от меня выть начнёт… но я предупреждал. Я же предупреждал, верно?

Дежурство проходит без происшествий, и, к тому моменту, как просыпается Стил, я намечаю какие-то основные пункты для записей, равно как и первоочередные вопросы. Он ест первый, и затем наступает моя очередь доедать хладные остатки вчерашнего ужина, про которые не скажешь, что они сладки.

-Стойла были созданы Стойл-теком. – произносит Стил, отвечая на мой вчерашний вопрос, пока я ем. – Это подземные бункера, рассчитанные на то, чтобы пережить всё, что угодно, даже тотальное уничтожение всего живого… и у них, видимо, это получилось.

-Видимо?

-Если честно, поначалу я принял тебя за выходца из Стойла. Знания есть, но обрывочные и крайне специфические, и нет никакого намёка на пипбак, что странно, эти штуки вроде как должны быть у каждого уважающего себя обитателя подобного заведения.

Пипбак? А, ладно, в другой раз.

-Ты сказал «поначалу»… сколько длилось это твоё «поначалу»?

-Первые пять минут? – усмехнулся Стил. – Что-то около того, если честно. После того, как не подтвердилась ни одна из моих догадок, мне стало значительно более интересно, я даже начал рассматривать вариант, что ты вырос среди рейдеров или, быть может, в рабстве, и сбежал оттуда, но для такой истории у тебя слишком мало шрамов.

-Предпочту, чтобы так оставалось и впредь.

-Кого-то шрамы красят, кого-то не очень. – философски повёл крылами грифон. – Дело вкуса, я бы сказал. Доедай, и выдвигаемся. Здесь на востоке должен быть один городок, дойдём до него, и можно будет отдохнуть более-менее нормально. Виндвилль, конечно же, дыра-дырой, но выбирать не приходится.

Послушно кивнув, я принялся за еду с удвоенными усилиями.

У меня определённо скоро кончится словарный запас, да и не так уж много слов нужно, чтобы описать всё ту же каменистую пустошь, раскидывающуюся вокруг, насколько хватает глаз, и постоянно проверяющую твои нервы на прочность. Почему именно так? К тому моменту, как мы тронулись в путь, туман не рассеялся, и потому приходилось идти в серебристо-белой кисее, отчего шерсть на львинолапах была неприятно влажной. Да если бы только на лапах… но не будем о грустном.

Бинты тоже впитывали в себя влагу, поэтому в целесообразности их замены этим утром я уверен не был, но напарнику возражать не стал, он старший, ему видней, и всё тут. Идти приходилось на всех четырёх, приноравливаясь и привыкая к походке Стила, которому, опять же, было лучше знать, что и как делать. На мой резонный вопрос о том, почему бы ему не взлететь, последовал столь же резонный совет заткнуться. Лишь чуть позже было дано пояснение, что погода нелётная, мягко говоря, и его, Стила, не устраивает немаленький шанс врезаться во что-нибудь в тумане, так что он и сам летать не будет, и другим не советует. Как-будто я умел летать… ещё одна моя проблема средь прочих. Не то чтобы я не хотел, но… видимо, эта программа вшита в тело не была, и потому софтину придётся создавать с нуля, если выражаться околопрограммным языком. Тренировки, тренировки, тренировки. Великое, как известно, начинается с малого, и потому сейчас я остановился на самой простой задаче – сделать так, чтобы крылья не волочились почти по земле и не собирали на себя влажную грязь. Ощущение липких перьев, скажу я вам, это неприятно. Да, именно ощущение, хотя правильнее, наверное, будет осознание. Ещё на земле я тщательно и старательно мыл руки по возвращении с улицы, но вовсе не потому что какая-то там гигиена или что-то такое. Вовсе нет! Просто меня раздражало ощущение грязи, невидимой, но осязаемой, на ладонях. Да и за компом куда как удобнее сидеть с чистыми руками, что и говорить… твою! Только сейчас до меня доходит тот милый и простой факт, что мои передние лапы, которые очень условно можно было назвать руками, также нуждались в помывке. Ну, возможно не сейчас, возможно потом, но нуждались. Сейчас, при передвижении на всех четырёх, это не являлось необходимостью, однако же, позже, нда-с… странно было не это, странно было другое – я не ощущал привычного раздражения от этой липкой грязи на руках-лапах. Почему? Загадка. Может, моё сознание посчитало, что лапы это как бы, не совсем руки и можно не париться? Или потому что оно сосредоточилось на крыльях? Кто знает, но так было отчасти легче.

Шёл я, кажется, несколько не по прямой, если точнее, то скорее по синусоиде шёл я, хотя это становилось заметно не сразу, а лишь по истечении некоторого времени. Что и говорить, кровопотеря дело такое. Надеюсь, что не отключусь хотя бы по дороге до того города… как его, Виндвилль? Интересно, почему так…

Кажется, что туман вокруг лишь набирал густоты, и оставалось лишь смотреть себе «под ноги», дабы не пасть его жертвой. Точнее, не его самого, конечно же, но ямок, впадин, или же неожиданных холмиков. Среди белой кисеи не хотелось говорить. Слова казались лишними, ненужными и каким-то жалкими, и потому наш поход сопровождали лишь приглушённые туманом чавкающие звуки, то хлюпала грязь, да и только. Не считая этого, кругом была звенящая тишина. Такая, что хотелось что-нибудь сказать лишь затем, чтобы развеять её, хоть на какое-то время. Но, что ещё хуже, там, или, может, тут, в этой тишине, слышались… звуки. Я не могу это описать точнее, но они были, и были они разные, словно утихающее эхо событий. Выстрелы, крики умирающих, артиллерийская канонада… что это? Эхо прошлого? Просто иллюзия? Магия? А что если это, и правда, магия? Лучше спросить у того, кто разбирается, наверное. В смысле, «наверное разбирается», а не «наверное спросить».

-Стил?

Напарник не отзывается. Более того, он словно бы игнорирует моё присутствие, остановившись и уставившись в туман, где уже совсем ничего не видно, кроме, кажется, мёртвого и иссохшего дерева. Что он там нашёл? Или же… не нашёл?

-Стиил!

Я повторяю более настойчиво, тормоша напарника за плечо, с мрачным удовлетворением отмечая, что на его куртке теперь точно останутся следы из очаровательной местной грязи. Что ж, зато будет меньше демаскировывать, в такой-то пустоши. Самому что ли обмазаться? Не, нафиг-нафиг.

-Стил, мать твою!

Он не отзывается даже на ругательство, и вот тогда… тогда мне становится не по себе. Игнорируя дальнейшие звуки эха, обхожу своего старшего товарища спереди, и настороженно(звучит лучше, чем «панически») вглядываюсь ему в глаза. Они пусты. Точнее, сами глаза, разумеется, на месте, только вот смотрят они, казалось, в пустоту. Круто, блин, а мне что делать? Ааа…

-Дерьмо.

Вслух проговариваю я со всей возможной экспрессией, уже не ожидая ответ, так что это скорее тщетная попытка успокоить свои собственные нервы. Но… что делать-то? И… что? Он явно что-то произносит, и приходится наклониться самым отсутствующим ухом к клюву, чтобы услышать два слова, которые Стил неуверенно произносит:

-Скарлет Скай?

Голос его при этом словно бы исполнен потаённой надежды. Надежды? Хмм… Думай, Редхарт, думай… одну задачку я уже решил, пусть она и оказалась несуществующей, но вот вторую… а что если поступить не по-умному, а тупо? Сомневаюсь, что напарник оценит, зато я получу удовольствие. Сказано-сделано! Поднимаюсь на львинолапы и с удовольствием… а, нет, момент. Прежде чем проделать то, что я собираюсь проделать, аккуратно достаю из кобуры Стила пистолет, поставленный на предохранитель, и держать его, в силу отсутствия кобуры у меня, приходится в левой передней лапе. Жаль, так хруст костяшек получается не столь… удовлетворительным для слуха, но что уж поделать. Да! Костяшки грифоньих пальцев, как оказалось, хрустят вполне себе по-человечески! Дурная привычка, да, но приятная…

Собирая пальцы в кулак улыбаюсь, отвожу лапу для удара и с размаху бью, хуком справа, прямо ему по морде. Результат не заставляет себя ждать. Боль прошивает непривычную лапу, но зато капитально пошатнувшийся напарник приходит в себя. И то хлеб, ура-ура! И, да, я выиграл! Его лапа первым делом потянулась к пустой кобуре, и остановилась на полпути, когда я продемонстрировал ствол и вернул его законному владельцу. Интересно, кстати, какие тут, в пустоши, законы, а?

-Ред, какого… — он недоговаривает фразу и морщится, видимо я знатно его приложил. Не сразу, но, кажется, он начинает что-то понимать, во всяком случае больше, нежели я. – Спасибо. Идём.

-И что, никаких вопросов и ничего такого?

-Нет.

-Но…

-Нет.

-Стил…

Напарник поворачивается, и усмешкой заявляет:

-Потерпи, осталось, должно быть, не так далеко. В этот раз обойдёмся без пистолетов, ладно?

-И на том спасибо, но… что это за туман?

-Не знаю, Ред, в этом и проблема…

К счастью, до конца прогулки в тумане, нас больше никто и ничто не тревожит и не останавливает, а затем мы приходим в Виндвилль, или же, быть может, Виндвилль пришёл к нам? Крайние здания выступили из тумана резко, словно стая волков, окружающая свою добычу, это казалось пугающим… но после тумана смотрелось скорее смешной детской страшилкой, нежели чем-то неведомым, и пугающим своей неведомостью. Туман к тому моменту стал, вроде бы, не таким густым, слегка подрассеялся, и видимость несколько улучшилась, достаточно для того, чтобы отметить, что на улицах не было ни одного человека… тьфу, о чём это я? Ни единого пони, наверное, будет правильней. Но это казалось не столь значимым, как иной факт. Этот город, первый встроенный мною в этом мире город, не считая Понимайна, казался уроженцем Дикого Запада, почти как Эпплуза, и я здесь такого не ожидал встретить совершенно. Оказывается, что города в стиле Дикого Запада есть не только на Диком Западе, а? Интересно, есть ли здесь шериф? И, если да, то какой? Но… почему никого нет на улицах? С одной стороны, конечно, в такую погоду хороший хозяин собаку из дома не выгонит, но всё же. Единственным утешением было разве что то, что под ногами грязь была не красного, а коричневато-бурого цвета. Не то чтобы я не любил яркие цвета, но… скорее выделяться я не любил. Если не считать той самой радуги, конечно же… но не будем о грустном. Напарник мой огляделся, вздохнул, и пошёл дальше по улице, словно бы не смущала его местная молчаливость и не… не… непонячесть? А как ещё переиначить слово «нелюдимость»? Задачка… хватит их на сегодня! Опомнившись, бросаюсь следом, чувствуя, как вязнут в грязи лапы.

-Стил, ты бывал здесь раньше?

-Один раз, кажется. – неуверенно отвечает напарник. – Скорее я более-менее знаю, что здесь находится, и только. Это милый захолустный городок, в котором можно классно подохнуть от скуки. Жителей здесь мало, и я до сих пор не знаю, почему его никто не вырезал под корень… разве что не нужен он никому, даже рейдерам, даже задаром. Идём, окажем свои почести местным властям.

-Кому?

-Шерифу, разумеется, кому же ещё?

-О-па…

Так и сбываются мечты, да?

Шерифом оказалась сова… и я не шучу! Точнее, не то чтобы сова, но… обо всём по порядку, да?

Здание участка было одним из тех немногих, что здесь, в Виндвилле, могли похвастаться двумя этажами, видимо, были тому причины. И это не факт что здесь нет подвала. Круто, конечно, но… интересно, кто именно и когда и, главное, как выстроил такой классный город? Ну и, конечно же, встаёт во весь свой немалый рост вопрос, если город был выстроен до местного абзаца, то почему он до сих пор не развалился? Ну а если после, то кем? Впрочем, все эти вопросы, как и многие незаданные другие, я был готов отложить в долгий ящик ради встречи с местным представителем закона. Шериф… поверить не могу.

Как я уже говорил, шерифом оказалась сова. Точнее, совец. То есть… арргхъ! Шерифом было… существо. Проще. Если грифон это полулев-полуорёл, то мы в данном случае имели дело с полульвом-полусовой… фига себе гибрид, если вдуматься. Какой простор для сексуальных фантазий сразу открывается… так, что-то меня не туда потянуло. Нафиг, всё нафиг. Совсем. Шериф, а это было ясно по значку, окидывает нас умеренно заинтересованным взглядом и осведомляется глухим совиноподобным же низким голосом:

-День добрый, господа, чем могу быть полезен?

Интересно, все ли голоса подобных полуптиц похожи на голоса птиц-прообразов? Было бы интересно узнать, вопрос только в том, есть ли ещё в природе, в смысле, в этой, Эквестрийской природе, подобного рода гибриды. Как знать… разговор, разумеется, ведёт напарник, а мне, как и полагается птенцу, отведена почётная роль, которую можно обозначить очень просто – «стоять и помалкивать».

-День добрый, шериф. – кивает Стил, словно приподнимая невидимую шляпу. – Меня зовут Стил Фишер, моего напарника зовут Редхарт, и мы задержимся на некоторое время у вас в городе. Вряд ли надолго, и решили оказать своё почтение.

-Соваль. – кивает гибрид, и, вставая из-за стола, проходит к нам, пожимая лапы. Кажется, наличие грязи его не смущает нисколько. Не чистоплюй, приятно. – Что ж, джентельгриффины, правила более-менее просты. Никаких драк, никакой стрельбы, никакого воровства. Если такое случится, и вас поймают, судить будут по всей строгости закона.

Как мне нравится это «и». Моему напарнику, судя по притаившейся в уголках губ ухмылке, тоже.

-Слышу вас, шериф. – отвечает он. — А что если драка санкционирована?

-Для этого вам нужно присутствие меня или одного из моих помошников. – сразу же отвечает сово…фон? – После того, как будут оговорены условия, бой может состояться, разумеется, при тщательном надзоре. Убийства, разумеется, не допускаются. Если вы хотите дуэль до смерти, проводите её за чертой города. Я надеюсь, господа, что мы друг-друга поняли. В остальном же, я думаю, правила вам привычны.

-Более чем. – кивает Стил, и поворачивается ко мне. – Ред?

-Да, сэр. – послушно отвечаю я, слегка тормознув, и тише осведомляюсь. – Что теперь?

-Всего доброго, шериф, постараемся не доставлять вам неудобств.

-Очень на это надеюсь, мистер Стил…

-Идём, напарник.

Он выбредает из кабинета, а я… я, пока что, остаюсь, осматривая помещение. Потемневшие от времени книжные шкацы, в дверцах которых даже есть целые стёкла, затёртый до дыр ковёр, массивный деревянный стол, и, конечно же, шериф, который всё это время не без профессионального интереса разглядывал меня. Хорошо, что верхняя моя часть покрыта перьями, и поэтому стеснение, которое смущение, не так заметно. И всё же, есть у меня один вопрос…

-Мистер Соваль, простите, но что вы можете сказать об этом предмете?

Шерифская звёздочка, точнее, звездочка помощника шерифа… Соваль берёт из моих лап предмет и с интересом его разглядывает, с лёгкой улыбкой, после чего кивает, качая головой.

-Старый образец, довоенный, если не ошибаюсь. Откуда она у вас, мистер Редхарт?

-Нашёл, сэр. – ну а что я ещё могу ответить? Правду, только правду… — В мёртвом городе.

-Следы прошлого идут неведомыми путями. – довольно прищёлкнул клювом Соваль. – Что ж, таких в эти дни не делают. У нас иные времена, иные символы.

Лишь когда он произносит это, я обращаю внимание на его звёздочку, его символ. Звезда с надписью «Шериф» была новой, блестящей, пусть и поцарапанной, привычное давление времени. Моя же… моя же была явно древнее, с матовым покрытием… и семиконечной, против шестиконечной шерифа. Интересно… шесть лучей как шесть Элементов?

-Если вам она нужна, шериф…

-Нет, благодарю покорно, но нет. – Покачивает головой Соваль, возвращая предмет мне. – Как я уже говорил, иные времена, иные символы. Кто знает, мистер Редхарт, может она вам пригодится когда-нибудь. Доброго дня.

-И вам, сэр.

-Ред, где ты копаешься? – доносится откуда-то снизу. – Мне за тобой подняться или как?

-Иду! – кричу в ответ, надеюсь, достаточно громко, и, обернувшись к Совалю, уже тише произношу. – Спасибо, и доброго дня.

К тому моменту, как мы покинули гостеприимный полицейский участок, с не менее гостеприимным шерифом, туман стал ещё менее заметен, ещё более тонок, и город мало-помалу выступал из серебристо-белой пелены. Отчасти, именно благодаря этому, в постепенно открывавшейся картине нашлось, чему меня удивить. Если полицейский участок был найден моим напарником без особого труда, то поиски гостиницы слегка подзатянулись, в результате чего, в какой-то момент мы обнаружили себя на, кажется, северной окраине города, и… видит Селестия, это было красиво.

Ветряные генераторы. Знаете, наверное. Экологически чистые машинки, использующие энергию ветра, и так далее, и так далее, и так далее. Так вот, здесь этих генераторов было до-фи-га. Всё обозримое пространство, уходившее вдаль прерывалось то и дело очередным техномонументом в виде высокого столба, на вершине которого стоял вентилятор, или, может, правильнее пропеллер… Может здесь, на земле, и не было сейчас ветра, кроме мельчайших дуновений, но там, выше, он явно был, и потом громадины медленно, но верно, двигались, и в воздухе раздавался медленный и протяжный скрип ржавого металла. Могучие громады, выступающие, словно из пустоты, казались диковинными плавниками на спине невидимой под дымкой рыбины, которая мерно плыла в некоем лишённого времени пространстве…

Сколько я простоял так, глядя на эту картину? Не знаю. Шерсть давно уже намокла, да и вообще, кажется, не осталось на мне ни клочка сухой экипировки, разве что та была защищены от промокания, как броник. От дзена сей картины меня, разумеется, отвлекли, и вот уже в который раз таким отвлекающим манёвром послужил мой напарник, вернувшийся… откуда-то. Это же сколько я тут простоял?

-Идём, партнёр, я нашёл гостиницу.

-Ну, нашёл так нашёл. – проговариваю я, не в силах оторваться от завораживающего зрелища. – В смысле, да, конечно, пошли…

-Не заставляй меня вести тебя силой, хорошо?

-Ладно, ладно… как насчёт пары вопросов?

-Хорошо, только пошли уже.

И мы идём улицами, затянутыми туманом, который уже почти не скрывает деревянные дома. Идём, идём… ах да, вопросы. Эта погода определённо что-то творит с моим сознанием. Но что?

-Что скажешь про Соваля, Стил?

-Ещё один представитель своей расы, ревнитель старых законов и желающий их восстановить, как и все Судьи Нового Мира. – морщится грифон. – Не то чтобы я был против, но что-то мне не нравится в них, или в их идеях, хотя, конечно, вынужден признать, что Эквестрия, быть может, стала бы спокойнее с их помощью.

-Ясно… в смысле, более-менее ясно. Стил…

К этому моменту мы останавливаемся у ещё одного двухэтажного строения, пошире и повыше, кажется, чем виденный ранее полицейский участок. Жаль, но тут всё же не такие двери, не как в фильмах про дикий Запад… ну, нереально же получить всё и сразу, верно?

-Да?

-Кто такая Скарлет Скай? – он вздрагивает, и я спешу уточнить. — Ты поминал её имя…

Он отвечает не сразу, а когда отвечает, голос его звучит глухо, и как-то… слабо?

-Это вопрос… для другого раза.

Слова произнесены, и он первым заходит внутрь. Я опять сказал что-то не то, наверняка… но что? И, кто, чёрт побери, такая эта Скарлет Скай? И почему, чёрт побери, почему вопросов всегда должно быть больше, чем ответов? Быть может, я просто хочу слишком многого?

Помещение, в котором мы остановились, имело странное название, «Два копыта», но, в целом, не представляло что собой, что из себя, ничего необычного… ну, по крайней мере, так мне казалось. То ли это была гостиница, совмещённая с баром, то ли бар, совмещённый с гостиницей, это было не так ясно, да и не особо интересно, других вариантов не предполагалось, да и мой напарник был доволен, а это главное, ведь так? Наверное, так. Хм… так и тянуло назвать это салуном, но можно ли было? Не знаю, но пусть будет салуном, потому как жрачки, к моему большому сожалению, не предполагалось. А есть, меж тем, хотелось… кровопотеря и всё такое. За номера платил Стил, поэтому в отношении цен я пока что оставался в блаженном неведении. А потом мы пошли по магазинам. Шоппинг, ага, как он есть, с поправкой на двух грифонов-наёмников.

Не знаю уж, сколь много было магазинов здесь, в Виндвилле, мне довелось увидеть лишь два. Сейчас мой напарник вёл рейд, сказав лишь «смотри и учись», чем я по возможности и занимался… хотя, справедливости ради, стоит отметить, что по сторонам глазел я куда больше, нежели слушал торговый трёп и отслеживал бартер. Бартер, да, я не ошибся. Крышки были, конечно, местной, да и не только местной, читай, всеэквестрийской валютой, по поводу чего я успел удивиться как-то заранее, так что сейчас оставалось лишь наблюдать с напускным спокойствием, хотя мой вид меня, конечно же, выдавал с головой. Сбывались добытые пушки, приведённые в более-менее подобающий вид, закупались припасы, в том числе и съестные, да и вообще торговля шла своим чередом. Проблема была в том, что я торговаться не умел абсолютно… ну не было базаров или рынков у нас, что поделать, да даже если бы и были, наверное, у меня, видимо, чего-то необходимого для подобного времяпрепровождения недоставало. Азарта, быть может? Складывалось ощущение, словно вокруг меня царила какая-то суматоха, множество мыслей смешались в один комок, похожий на тесто, и смешались они в такую однородную массу, что не получалось вычленить ничего вменяемого… может, к счастью?

Состояние схлынуло… что-то у меня подозрительно много этих состояний. Из отупения я вышел ровно в тот момент, чтобы обнаружить, что утвердительно киваю в ответ на какой-то вопрос напарника, и стоим мы снова у «Двух копыт», начальной точки нашего пути.

-Прости, что?

Стил творит клюволап. То же самое, что фейспалм, но в исполнении грифона. Смотрится… своеобразно, и, готов поспорить, что болезненно. Словом, ауч. Медленно, как для идиота, он повторяет:

-У нас свободное время. Я иду пить, а ты… хочешь, можешь пойти со мной, хочешь, пошатайся по городу, только постарайся не ввязываться в неприятности, ладно?

-Хорошо. – Я беззаботно дёрнул крылом, тот единственный жест, который у меня получался нормально. – Постараюсь.

-Не дрейфь, птенец. – хмыкнул Стил. – Мы ещё вырастим из тебя матёрого наёмника, дай только срок. Ну, хорошей прогулки… и не приставай к местным кобылкам, мы, как-никак, шерифу обещали.

-Помню я…

Хлопает дверь, и я остаюсь один. То есть, не то чтобы совсем один, но… можно подумать, заняться своими делами, расслабиться или напиться, поискать кобылку, как и предложил Ст… стоп-стоп-стоп! Я… нет. Не-не-не, Стил Фишер, не-не-не! Плохая идея! Обойдусь… как-нибудь. Так, или иначе, пить мне не хотелось, но хотелось жрать, а это значит, что пришло время удовлетворить одну из своих базовых потребностей. Я отправился по следам нашей недавней эскапады, на сей раз в гордом одиночестве, которое было как-то даже приятно… самую малость. Всё же, что не говори, но мой напарник это мой напарник, однако путешествовать с ним рядом было несколько… страшно? Нет. Скорее, нервно, ну, или жутко, это уж как назвать. Путешествие с тем, кто убивает, пусть и он и я по своей природе оба хищники, всё же давило на сознание, просто напряжение это стало заметным лишь в его отсутствие. Я тоже хищник, теперь, и тоже убийца. Вспомним крысу, собак, тех пони из отряда… выживание? По сути, конечно, да, но почему я отношусь к этому столь легко? Что отличает меня от него, и почему мне не страшно от самого себя в таком случае? Что нас разделяет помимо бездны опыта? Чего именно я опасаюсь? Ещё больше вопросов, и всё то же количество ответов, стремящееся к нулю. Потрясающе. Просто потрясающе.

Первым пунктом в моём списке оказался местный магазинчик общего типа с его продавцом Слаем, из-за чего оный вызывал некоторые сомнения… но выбора у меня не было, и потому я отправился внутрь. Никаких колокольчиков и тому подобной муры здесь не было, и лишь тихий стук захлопнувшейся за спиной двери сообщал хозяину о том, что у него новый клиент. Магазин слабо напоминал магазин, скорее склад-недоносок, если уж с чем-то и сравнивать, или, из более свежих воспоминаний – комнату с уликами. Так… а что мне, собственно, нужно-та?

-Привет.

Сайлент Слай, единорог в очках, оправа на которых треснула, поднял взгляд от стойки и журнала, который он перелистывал при свете запитанного от батарейки фонаря, и вопросил, не без удивления:

-Чем могу быть полезен? Если не ошибаюсь, вы не так давно приходили сюда со своим…

-Напарником, да.

-Напарник, конечно же, о чём это я. – рассмеялся единорог. – Прошу простить. Чему могу быть полезен?

-Мне нужны шорты.

-К… какие шорты?

-Любые шорты. Главное, чтобы подходили.

-Кому?

-Мне.

-Оу. Дайте подумать, дайте подумать… — единорог проходится вдоль полок, пока не распечатывает телекинезом какой-то пакет. – Мм… эти?

Шорты были тёмно-зелёного цвета, достаточно плотной ткани, которая, по моим прикидкам, конечно же, была промокаемой, но какая, в сущности, разница? А ещё у них были хорошие, глубокие карманы, и дальше я даже не думал всматриваться, решение было принято:

-Беру. И консервы, если есть.

-Конечно, конечно. – кивнул Слай, левитируя указанный предмет одежды и не без интереса поглядывая в мою сторону. – Чем будете расплачиваться?

-Крышками. – мрачно буркнул я, подходя к прилавку и надеясь, что моих скромных сбережений хватит на желаемое. – Сколько с меня? Слай?

Не услышав ответа и во второй раз, я медленно поднял взгляд от сумки, в которой рылся, и в которой же находилась часть моих вещей, и молча взглянул на единорога. Хозяин магазина, похоже, забыл про всё на свете, уставившись куда-то… или на что-то. На что же?

-Скажите, — наконец произносит он, нервно облизывая губы, — а вы продаёте эту… вещь?

Эту… о. О. Надеюсь, мой шок не слишком заметен. То есть, грифонья морда, и всё такое, но… блин. Правда? Ладно, допустим, что я свою выгоду даже словлю. Уточняю, на всякий случай.

-Эту?

-Да. Подарок… для моей… подруги.

Казалось бы, зачем так нервничать, только вот… почему мне так противно? Ладно, допустим. Выкладываю приглянувшийся торговцу предмет, который я не так давно непонятно зачем спёр со склада, и медленно выкладываю на стол несколько запасных батареек, после чего выжидающе смотрю на единорога. Тот, при виде такого, заметно оживляется.

-Так… что вы за это хотите?

-Шорты, и еды, сколько получится.

-Сейчас-сейчас!

Он был быстр. Как итоге, за сдачу уже задолбавшего меня «предмета»( и батареек к нему) я получил искомые(ура-ура!) шорты(с дыркой для хвоста! Уи!), шесть банок консервов, и то, что я иначе как рационом путешественника(в количестве четырёх штук) или же MRE назвать не смогу. То есть что-то готовое к употреблению, возможно даже питательное, но о вкусе вспоминать не приходилось. Что самое удивительное, я был прав, это и правда был MRE. MRE, или же Meal, Ready to Eat, по крайней на земле был уж не знаю чьим изобретением изначально, но суть была проста – обеспечить бойцов лёгкой по весу и объёму калорийной пищей для поддержания работоспособности в условиях ведения боя там, где нормальная полевая кухня была недоступна… ну, или же что-то в этом роде. Компьютера у меня с собой не было, да даже если бы и был…

-Ну, что скажете?

Он разве что хвостом не вилял, желая заполучить этот… «предмет». Зачем? Я даже не хотел знать, поэтому мне осталось лишь вздохнуть, и согласно кивнуть, после чего заняться упаковкой всего, кроме, разумеется, шортов… или шорт? В общем, эти я нацепил прямо в магазине и с большим удовольствием. Ветерок, это, конечно, хорошо… но как же приятно ощущать ткань на шерсти… почти ностальгия, однака. Распрощавшись с гостеприимным хозяином, который, впрочем, не обращал ныне на меня ни малейшего внимания, я отправился дальше.

Туман исчез, что верно, то верно, но сюрпризы от погоды на этом не закончились – начало моросить. С неба падали мельчайшие частицы воды, которые и каплями толком назвать не получалось. В сущности, одна такая не доставляла неудобств, но, учитывая количество… если бы я не успел вымокнуть заранее, оставалось бы только обидеться. Но, увы, погода наличия дел не отменяла, а еда… еда подождёт. Желудок, который был со мной не согласен, оказался послан… по крайней мере, до поры до времени.

Мой путь лежал в магазин, который сознание моё перевело никак иначе нежели «Оружейная яма», хотя на деле это звучало куда прозаичнее – «Gun Pitt». Почему именно так называется магазин, мне было неизвестно, да и, в сущности, не особо и интересно. Продавцом здесь был пожилой Земной пони тёмно-синего, пусть и подвыцветшего окраса, и отсутствующей ниже колена правой передней ногой, которую ему заменял деревянный протез. Попугая бы да повязку на глаз, получился бы пират. Ну, так о чём я…

Если честно, то спроси меня кто, зачем именно я сюда пришёл, не нашлось бы ответа. Ну, может, посмотреть стволы, ну, может, подобрать что-нибудь по себе. Там, вставки бронированные чтобы в шорты вшить или ещё что… потому что, в принципе, был у меня свой маленький арсенал. Патронов бы… кстати, а это мысль.

-Привет молодняку. – лениво здоровается Пит, пожёвывая мундштук трубки. – Что надо?

-Патронов? Ну, или посмотреть, что вообще может найтись для вот этих штук.

Земной пристально осматривает лежащие перед ним на стойки мой десятимиллиметровый пистолет(это калибр, а не длина!) и дробовик, который так спас от псов, и хмыкает.

-Есть кое-что, сталбыть, только… ты этими штуками вообще пользоваться-то умеешь?

-Немного. – Честно признаюсь я. – А патроны?

-Есть, есть, как не быть. – неторопливо откликается Пит. – какие нужны-та? Есть обычные, бронебойные, разрывные… это для пистолета. Для дробовика же дробь, хех, пули, плюс вещи более редкие.

-От бронебоя не откажусь… хватило бы крышек.

-Ну, если не хватит, всегда можно договориться, верно? – басит Земной, выгружая на стойку несколько коробок с патронами и выжидающе косясь в мою сторону. – Я прав? Я прав.

-Правы-правы… но что за работа?

…и почему я чувствую себя кроликом, который смотрит на удава? Ну, наверное не потому что я белый и пушистый, верно? Впрочем, как знать, тут и шанса толком себя любимого рассмотреть не было, так что оставалось лишь предполагать. Мимолётный взгляд на плечо, где выше локтя идут перья. Нет, не бел я, ох не бел… и на том спасибо.

-Тут не так чтобы далеко, есть небольшой лагерь рейдеров. – серьёзнеет Земной. – Главного ублюдка там зовут Сандер… то ли Хуф, то ли Страйк, не важно. Этот единорожий выблюдок таскает с собой обрез, который называет «Поцелуй Тартара», не перепутаешь. Убей его и принеси мне обрез… я не пожалею припасов на ответную любезность.

Словно кто-то повернул в комнате регулятор, и температура упала с умеренно тёплой до абсолютного нуля меньше чем за десять секунд. Ох и нифига себе заявы. Так, нужно уточнить.

-То есть, Пит, — сопровождаю я свои слова внятной жестикуляцией, чтобы ничего не перепутать, — ты предлагаешь мне выйти из города, дойти до лагеря рейдеров, убить там всех, или хотя бы главаря, взять с его трупа оружие, и притащить его тебе, и всё это за неизвестное количество припасов?

-Да. И сам разомнёшься, и городу услугу окажешь.

-Но у вас же есть шериф, и…

-Шериф! – рявкнул Пит зло, едва не раскусывая мундштук, желваки так и ходили на его лице. – Шерф хранит закон В городе, а не ЗА его пределами! У него, видите ли, там прав нет! Выродок пернатый…

С этой причиной было ясно, но оставались ещё вопросы, и начинать, как водится, нужно было с самого очевидного, то есть…

-Почему именно я? В смысле, ты… вы… словом, обратиться к Стилу было бы гораздо более мудрым решением, и…

-Ага. Профессиональный наёмник типа будет работать чисто за так? Вряд ли, а крышек у меня не то чтобы много… и вообще я не столь много могу дать, чтобы заинтересовать его, а ты можешь и согласиться.

Что это вообще за логика такая? Меня что, назвали сейчас тупым птенцом? Не то чтобы это было совсем неправдой, скорее слегка приукрашенной неправдой, но…

-Назови мне причину, по которой я должен согласиться. Что за личная месть?

-Ты молод и зелен, и тебе не помешает понюхать пороху. – Мрачно усмехнулся Пит. – Но, коль тебе нужна причина, вот… — деревянная нога с силой ударила по стойке. – Вот тебе причина. Этот выродок отстрелил мне ногу, когда я пытался спасти свою внучку, так что Расти даже не попытался собрать костяшку воедино, отрезал, и вся недолга.

Кажется, я нервно сглотнул. Ещё один вопрос отделял меня от ответа. Ещё один вопрос, и… задам? Не задам? Ещё ведь не поздно развернуться и уйти, верно? Нет, уже поздно, и моё любопытство вместе с желанием побыть героем и доказать Стилу, что я чего-то стою(словно случая с собаками было мало), заставило меня спросить:

-Что случилось с твоей внучкой?

-Её убили и изнасиловали. – глухо ответил Пит. – В таком порядке. На моих глазах. Ну что, пернатый, берёшься?

Стоило ли сомневаться в моём ответе? Наверное, нет.

Шурх-шурх-шурх. Это шелест потрёпанных страниц старого-старого оружейного журнала.

Щёлк-щёлк-щёлк. Это я загоняю патроны в обойму.

Тун-тун-тун. А это я бьюсь головой, точнее, лбом, об стол.

Нет, серьёзно, всё так и было! Поднимая слегка побаливающий лоб от стола, окидываю взглядом выделенную мне комнату. Ну… комната как комната. Обстановка была, прямо скажем, скудная, зато номер одноместный. Правда, условия… словно бы номер предварительно подожгли, потому потушили, и, не отремонтировав, стали сдавать. Нет, я всё понимаю, прошедшая катастрофа, все дела… впрочем, мне эта обстановка даже нравилась в какой-то мере, если особо не всматриваться. Правда, душ не примешь, так как воды нет, да и санузел… я лучше помолчу, чтобы обитающая там «цивилизация» меня из номера не выселила. Шучу. На самом деле всё не настолько плохо, но, всё же, к подобной обстановке мне ещё лишь предстояло привыкнуть… долго ли, коротко ли… а, нафиг. Главное, что здесь была кровать, о происхождении пятен на которой я старался не думать, здесь был наполовину разломанный шкаф, а также стол и стул, о возрасте которых я старался не думать. Они могли бы, наверное, знать моего прадедушку… когда тот был ещё лишь жере… тьфу, младенцем. Вот так пробыл три дня, и уже начинаешь мыслить в терминах Эквестрии. Ладно, проехали, вернёмся к статье?

Живот недовольно забурчал. А, да, совсем забыл… я не ел с утра, и неприятность эту надо было исправлять. Выбор был невелик, но остановился я, всё же, не на таинственны консервах, а на MRE. Интересно, чем кормили эквестрийских солдат. Интересноа, солдаты, война… мне ведь уже поминали про войну. Но, даже если и так, то… кто с кем воевал? Пони с… нет, не знаю. Может, с грифонами? Но как тогда понять тот факт, что за окном… такое? До чего, и, главное, за какой срок дошло сражение, если и правда была война? А, нет, хватит, довольно размышлений! Я. ХОЧУ. ЖРАТЬ.

С рационом пришлось помучаться, так как, конечно же, предназначен он оказался для пони, но, хвала… кому-нибудь, что была инструкция, в результате чего минут так через пять-десять, прошедших под нарастающее завывание желудка, я наслаждался очень сытным и даже тёплым(спасибо магическому подогревателю) овощным рагу с рисом. Следует заметить, что рис был отдельно, рагу отдельно, но смесь получилась очень недурная, так что жаловаться не приходилось, а главное живот был доволен хотя бы тем, что в него залили что-то съестное. Ура-ура? А ещё были крекеры. Определённо ура. А ещё же к ним есть СЫЫЫЫЫЫЫР!..

Всё хорошее, как известно, быстро заканчивается, и крекеры не стали исключением. Доклевав последние крошки, я принялся изучать и размышлять. Помимо крекеров с сыром, а также рагу с рисом, был пакетик со странного вида порошком синеватого цвета… мне это нюхать что ли? Оказалось, нет. Всего лишь смешать с водой из трофейной фляги(в самой фляге разумеется), и на выходе получилась прозрачная синеватая жидкость с лёгким привкусом… черники? Похоже на то. Вкусно, пить, правда, не слишком удобно, учитывая клюв и отсутствие привычки, всё не кровь крысы в глотку цедить. Впрочем, была же бутылка саспариллы, или же не саспариллы, а сарсапариллы? Как я ненавижу это название! Словом, тогда мне что-то помогло, пить хотелось, не иначе. Нет, хватит этих бессмысленных размышлений… что-то привлекло моё внимание, отвлекло от очередного глотка, получившегося в меру вкусного напитка, и заставило взглянуть в окно. Кажется, будет гроза… что ж, мне это лишь на пользу.

Шурх-шурх-шурх.

Шелест потрёпанных страниц, перечитывание раз за разом, и вбивание изложенных советов куда-то сразу в подкорку.

Щёлк-щёлк-щёлк.

Ещё две обоймы к тем двум, что были, и одной уже в пистолете. Пять патронов в дробовике, и ещё с собой пятёрку, закреплённую в патронташе. Больше брать глупо, лишний вес, да и вряд ли удастся перезарядить в процессе боя. Бита? Нет, лучше тесак, тем более что к нему есть ножны. Рюкзак? Опустошить, и взять с собой, может там чего полезного будет. Пара лечилок в карманы разгрузки, туда же обоймы и купленную пару гранат… кажется, я готов.

Фух… пусть мне повезёт. Ну пожааалуста… я же немного прошу, верно?

Кажется… это где-то уже было.

Но где?

Почему я не предупредил напарника о том, куда иду? Не знаю. Почему я вообще отправился туда в гордом одиночестве? Пойди туда, не знаю куда, принеси… а, ладно, я хотя бы цель свою знал. Интересно, Пит не думал, что я могу просто украсть этот самый обрез, ну, чисто теоретически, конечно? Не то чтобы у меня были хоть сколько-то вменяемые шансы…

И вот, я такой милый и пернатый, иду в гордом… ладно, ладно, я дурак. Увы, не царевич, так было бы хоть менее обидно. Впрочем, был некий план, который должен был оформиться уже на месте, так что если и подведёт удача, то планировка подвести была не должна. Оставалось лишь уповать на то, что навыка хватит, ну, или же чего-то, что этот навык мне может заменить.

Погода, тем временем, и радовала и не радовала одновременно. Небеса потемнели, хотя, казалось бы, куда больше, и там, меж облаков, восточным драконом громыхал гром, сверкали молнии, напоминая змеящиеся силуэты, и потому с каждым новым шагом я чувствовал себя лучше и легче. Гроза… обожаю грозу. Может, стоит это считать хорошим знаком? Что ж, будем надеяться, будем надеяться. Путь мой был проделан на двух задних конечностях, и по дороге, от нервов, не иначе, я доклёвывал питательный батончик, чем-то напоминающий мюсли со вкусом яблок, хороших таких, кислых яблок. Вполне себе рацион, нужно заметить. А затем, вдали показался лагерь, различимый сейчас, с наступлением темноты, лишь по причине наличия внутри источников света, а если точнее…

-Факелы. – неверящим голосом произнёс я. Разговоры с самим собой не доводят до добра, но, какая, в сущности, разница? – У них есть факелы. Ахренеть…

Впрочем, чего я ожидал? Сам не знаю. Итак, диспозиция была более-менее проста. По каким причинам было выбрано именно подобное местоположение лагеря? Неизвестно. Наспех сделанные стены высотой, может, пару метров, причём материал… сказать, что он был отвратного качества, значит не сказать ничего. Какой-то ржавый лом, листы железа, возможно, чего-то ещё, с расстояния разглядеть сложно. Сомневаюсь, что они сдержат хорошую, крупнокалиберную пулю… были бы у меня такие. Четыре достаточно больших палатки, и тент, почти шатёр, видимо, принадлежащий Сандеру, как самому злобному ублюдку, не иначе. Учёл… и два стража, которые, кажется, о чём-то переговаривались друг с другом, и которым очень не нравилось стоять под начавшимся дождём.

Меня не заметили к тому моменту лишь потому, что освещение оставляло желать лучшего, равно как и внимательность охранников. Рейдеры… это, получается, местные бандиты? Дисциплина тогда должна у них быть так себе, равно как и оружие, а что это значит? Значит это, что мои шансы только что слегка возросли. Холмик оказался мной покинут, и начался достаточно длинный обход с правого боку, так, чтобы, желательно, быть за пределами поля зрения этих сторожей… впрочем, учитывая факелы и дождь, вряд ли они смогут заметить что-то, до тех пор, пока это самое «что-то» не попросит у них закурить. Мне это, впрочем, было лишь на пользу. Вход в лагерь был, разумеется, один, а летать я не умел, иначе всё было бы намного проще. Впрочем, как говорится, чем богаты…

Сердце начинало учащённо биться, и успокоиться никак не получалось, я снова был один, и потому оставалось, наверное, лишь довериться инстинктам, как тогда, совсем недавно, с той бандой наёмников…

Достать гранату, выдернуть чеку, метнуть… и надеяться, на две вещи. Первая – что метать гранаты не сильно сложнее, чем камни и прочую ерунду. Второе – что эта штука сработает спустя сколько-то там лет после войны. И третье – что я достаточно точно оцениваю своё новое тело. Сфера, весело помаргивая зелёным огоньком, упала у копыт дальнего от меня стража, и, прежде чем он или его напарник, успели среагировать, мерзко пискнув, взорвалась.

Мир полыхнув зелёным, резанув по глазам, отвыкшим от света, и, прежде чем глаза пришли в себя, в ноздри ударил пар. Рейдеры перестали существовать, вместо них на земле, смешиваясь с дождём, были лишь две кучки пепла. Что бы это не была за граната, она сделала своё дело на все сто… или даже сто двадцать процентов. И всё же…

-Твою мать…

Мне помог пар, первый среагировавший рейдер стрелял на звук, или ещё на что-то, не знаю, но лишь из-за рассеявшегося не до конца пара, промазал. Прижавшись к стене, спешно достаю дробовик, надёжно зафиксированный до того молнией рюкзака, и сглатываю. Нервы… Видимо, природа недодала кому-то мозгов, в поле зрения появляется Земной пони чёрного окраса, с гривой цвета спелой пшеницы, и откровенно дерьмово выглядящим пистолетом в зубах. Что он собира… грохот выстрела и визг пули, отскочившей от металлического листа стены, прекрасно дал ответ на вопрос «что?», да и на «как?» тоже. Прежде, чем я успеваю подумать хоть что-то, вскидываю дробовик, и, словно на рефлексе, как с собаками, нажимая на спусковой крючок. Дробь. Использовать пули казалось глупым и ненужным занятием, для этого ведь есть пистолет. Результат был… кровавым. Дробь пошла не совсем кучно, и я не стремился целиться в голову, прекрасно понимая, что рановато мне играть в снайпера. В результате выстрел порвал в клочья горло, шальная дробина попала в глаз, брызнувший от такого обращения, и на землю рухнул уже мёртвый пони. Минус три. Передёрнуть цевьё. Работаем, работаем, работаем…

Аккуратно, медленно-медленно прокрадываюсь вдоль стены, ближе к тем кучам пепла, почти хочу выглянуть, как вдруг что-то с силой ударяет в левое, по частью, прикрытое наплечником, плечо, не уменьшая боли, и меня швыряет на землю. Развернуться, не обращая внимания на грязь, на много грязи, и на… ту смесь, в которой я очутился. Пегас парил почти надо мной, точно грёбаный ангел смерти. Вскинуть дробовик, выстрел, передёрнуть, выстрел, передёрнуть, выстрел… Разумеется, он видел и осознавал мои намерения, и уже к началу первого выстрела попытался было проделать некий воздушный манёвр, однако… он не успел, просто не успел. Дробь превратило крыло в решето, кожисто-костяное подобие дуршлага, и неудачливый летун рухнул, не сумев затормозить, прямо в землю, которая хоть и была слегка размягчена дождём, но, кажется, хруст я слышал даже отсюда. Минус четыре. Слева раздаётся грохот, и мир накрывает ало-чёрной сеткой боли, когда дробь впивается в рефлекторно вскинутое крыло, и накрывает незащищённую лапу.

Я ничего не знал о боли до того момента.

Нервы перекрутило раскалённой колючей проволокой, и сознание отключилось, опустив меня до животного уровня. Ствол повело, словно само собой, палец судорожно впивается в спусковой крючок, когда на прицеле оказывается единорог с обрезом двустволки, охваченным пурпурным свечением.

Щёлк. Какого?!

К тому моменту, как я осознаю ошибку, вновь передёргиваю цевьё, и трясущимися лапами навожу ствол, на линии огня оказывается иная цель – Земной пони с армейским ножом в зубах. Похер. Уже похер. Грохот выстрела, и звон в голове. Вся дробь уходит в массивную цель, не оставляя практически сомнений в том, что та мертва. Минус пять? Пусть так.

Кобылка-единорог(ненавижу единорогов!) пускает очередь из автомата, её оружие в отвратительном состоянии, прицел сбит, и потому пули впиваются в грязь совсем неподалёку. Краткие мгновения передышки. Вскинуться, перевернуться, словно кошка, на четыре лапы, не обращая внимания на боль, и бежать, прочь, под защиту стены! Зачем я вообще в это ввязался?!

-Эй, грифон! Ты ничего не забыл?

Раздаётся издевательский голос. Нет, конечно, что я мог… дробовик остался лежать в грязи. Дерьмо. Мне остаётся лишь наблюдать, как моё, моё оружие поднимается, охваченное серебристым свечением, и как его перезаряжают, неспешно, со смаком. Как из-за прикрытия стены появляется единорог со своей спутницей, и, найдя меня взглядом, начинает медленно приближаться. Кажется, у меня был пистолет. Да, был, точно… в рюкзаке. Дерьмо…

Я разворачиваюсь, и бросаюсь на него.

Боль – не лучший советчик. Я слабею, а его навык куда больше моего. Дробовик изрыгает пламя, и дробь словно лягает в бок, ударяя в правую сторону жилета, и лишь мельком проходясь по лапе. Инерция удара разворачивает, и я снова оказываюсь в грязи.

-Нет, птичка, мы с тобой теперь поиграем.

Сладости в голосе столько, что, будь у меня зубы, был бы кариес. Впрочем, теперь, видимо, не суждено. Ничего не суждено…

-Надеюсь, ты любишь игры, мразь, раз уж решил сделать ставку и прийти сюда один. Один против счастливой семёрки.

Так их семеро? Ставки? Как… весело! Как смешно! Ха-ха! Значит, их двое, а из оружия у меня дробовик, который отобрали, пистолет, в рюкзаке, и… граната.

-Делаем ставки, господа, делаем ваши ставки. – смеётся Сандер, и смех всё ближе. – На что желаете ставить? Красное, чёрное? Может, число?

Это мой шанс.

-Число. – голос звучит на удивление уверенно для израненного грифона, лежащего в грязи. По крайней мере, я на это надеюсь. – Я ставлю на число.

С тихим звоном-щелчком, неслышимым под шумом дождя и грохотом грома чека падает в грязь.

-О! Приятно встретить ценителя. – хмыкает Сандер. – И на какое же? Чётное? Нечётное? Пять? Одиннадцать? Семь?

Пять. Точно. Спасибо тебе, мразь. Чуть расслабить пальцы, и отлетает скоба. Главное не ошибиться…

-Пять. – чуть приподнимаюсь, переворачиваясь. Левая лапа дрожит от напряжения, словно после сотни отжиманий. – Я ставлю на пять.

И граната, вторая и последняя, без чеки и без скобы, не такая, как была до, иная, отправляется в полёт, чтобы взорваться в воздухе, не долетев. Что происходит с ними, с Сандером и его спутницей, я не знаю, потому что всё, что я успеваю сделать после броска, это вжаться в землю, закрыть голову лапами.

И пришла тьма.

Заметка:

Lvl up!

Получен новый квестовый перк: I saw it on TV! – Вы смотрели много всяких передач, и извлекли из них даже некоторые полезные уроки! Раз в день вы можете перебросить один неудачный бросок с дополнительным +3 модификатором к навыку.

Получен новый перк: Egghead – Нет, к форме головы это не имеет никакого отношения, даже если ты грифон, просто жажда знаний и способность их усвоения куда как больше, что даёт +2 очка навыков на уровень. Круто, да?

P.S. Автор говорит большое спасибо блогу “Writers. Help and tips”, а также отдельно InvisiblePony за текст сна и разрешение употребить его в фике, и JackTheFrost за теоретическую помощь по плазменной гранате и не только.

Разумеется, спасибо Kkat за FoE, Hasbro за поняш, и фанфикерам за наличие фиков по ним.