Самый первый раз

Самый первый раз

“Пьяный конь своей борозде не хозяин”.
— пословица

…и первой пришла боль. И было ее много.

Боль клубилась в голове болотным туманом, свернулась змеей в бунтующем животе, легла всем грузом на бесконечно тяжелые веки. Не сказать, что Твайлайт не знала то чувство, когда очень хочется просто умереть, но никогда этого не хотелось настолько сильно — даже на вступительных, под мягким, но бесконечно строгим взглядом Принцессы…

К сожалению, реальность была немилосердна. Единорожке явно предстояло жить, и теперь неплохо было бы вспомнить, что произошло и что было тому причиной.

Со вторым, впрочем, трудностей не возникло.

…кажется, именно Дэши нашла у входной двери эту бутылку. Изящный, голубой со звездочками бант, темное стекло и бесконечные извинения в записке. Разумеется, пегаска вихрем ворвалась в библиотеку с очевидным предложением. ЭйДжей отказалась, не веря извинениям фокусницы. Рэрити тоже предпочла найти другое занятие на вечер. Остальные же решили остаться.

Хозяйке библиотеки не особо хотелось экспериментировать с алкоголем, до которого как-то и не дошло дело в Кантерлоте. Но пегаска была настойчива, а отказ от извинений казался чем-то настолько неправильным…

Ага. Ясно. Именно это пони зовут похмельем.

Твайлайт попыталась открыть глаза — и сразу же захлопнула. Режуще-яркому миру, явно стоило еще побыть по ту сторону век. Единорожка вновь попробовала выловить что-нибудь из мутного киселя, заполнившего разум.

Флаттершай тихо спит на диванчике. Дэши пытается ее разбудить. Неудачно. Пинки… ведет себя как Пинки, что тут еще скажешь? Конфетти, смех, шарики — и откуда она их только берет? Танцы, еще по стаканчику…

А дальше — провал. Чернота, абсолютная, как в сердце Найтмер.

Лавандовая единорожка все еще не рискнула открыть глаза снова, но мир вокруг все же постепенно начал обретать очертания. Прохладный ветерок — кто-то явно забыл закрыть окно или дверь, — жесткий пол, тепло солнечных лучей на шерстке… и тягучий вкус карамели, заполнивший рот.

Откуда? Поче… И тут перед глазами пронеслись новые картинки.

Балкончик, ветер. Перегнуться и ждать, пока организм отдаст все назад природе. Пинки аккуратно придерживает за талию, убирая копытом гриву с лица. Мутно, но тем не менее весело. Хочется обратно и еще.

Дэши просит что-нибудь сколдовать — почему-то ей очень важно было убедиться здесь и сейчас, что Твайлайт — хороший маг. Отказ за отказом, но пегаска реально умеет быть настойчивой…

А теперь, похоже, и вправду все. Неверная память исчерпала себя до дна. Теперь — аккуратно перевернуться на живот, осторожно, очень осторожно приоткрыть глаза…

…и увидеть вокруг себя каменную пустыню. И ладно бы только ее.

Книги. Обгоревшие книги лежали вокруг вперемешку с кусками досок. Что, если… Твайлайт начала судорожно перебирать воспоминания. Диванчик, Пинки, балкон, колдовство…

Мутные глаза единорожки округлились. Неужели Дэши реально добилась своего? В таком состоянии магия могла пойти совсем неизведанными путями… Книги… Обломки дерева… Россыпь алмазов, которые так любит Спайк…

Твайлайт вскочила на ноги, трезвея в один момент, когда откуда-то совсем рядом раздался громкий, заливистый смех:

— Твайлайт, ты что, реально купилась?

Радужная пегаска подлетела поближе, чтобы взглянуть лавандовой пони в глаза, и это было не самой лучшей идеей. Лиловое поле, вырвав алмазы прямо из камней, направило их в сторону режиссера этой на редкость неудачной штуки. Увернувшись, Дэши почла за лучшее скрыться куда-нибудь с глаз долой.

Твайлайт смотрела ей вслед, думая, чем бы еще швырнуть, когда почувствовала тяжесть копыта на плечах, а тонкий, на редкость не задорный голос произнес на ухо:

— Прости.

Скинув копыто, единорожка развернулась. Ах да, Пинки, кто же еще. Странная Пинки: неловкая поза, извиняющийся взгляд…

— Прости, Твай. Я говорила Дэши, что это плохая шутка, но не смогла ее переубедить. С библиотекой все в порядке. Все-все-все. Это просто мусор и алмазные поля.

Твайлайт простонала, а Пинки взяла ее копыто в свое.

— Пойдем. До города далеко, но я тебя обязательно провожу. И даже не буду донимать тебя разговорами. Только…

Пинки чуть покраснела. Единорожка вопросительно подняла бровь.

— …только знай — мне правда-правда понравилось! Это было совсем неожиданно, особенно от тебя, особенно ТАК — но, знаешь… Я бы с удовольствием попробовала еще раз. — и как-то совсем уже в стиле Флаттершай — Если ты, конечно, не против.

Твайлайт едва сдержала новый стон. Мир всегда был сложным, но теперь он разом стал гораздо, гораздо сложнее. Странности в поведении Пинки, балкончик, этот вкус карамели на языке…

Кажется, первым в жизни Твайлайт сегодня было не только похмелье.