Pinkie Pie Has it All Together

Why won't you believe her?!

У Пинки Пай все схвачено!

В любой момент, в любой момент раздастся стук в дверь. Она ждала гостей, очень важных гостей. Никогда еще украшения не были так безупречно продуманы, никогда еще приглашения не были настолько почтительными и привлекательными, никогда еще торт не был таким красивым. Каждая мелочь в предстоящем празднике отражала, сколько она вложила в его создание.

Торт являл собой истинное чудо; он стоял во главе стола, возвышался своим величием. Часы затраченного труда слились воедино и явили собой идеальное кондитерское изделие; идеальное, как и все остальное на предстоящей вечеринке, все, что вскоре найдет свое пристанище в желудках определенно довольных гостей. Пинки Пай почувствовала нарастающую дрожь при одной только мысли о благодарных улыбках сытых гостей ее вечеринки.

Стены поражали своей оголенностью. Но, в самом деле, кто заметит? Нет, действительно — гости будут так очарованы совершенством убранства стола, специальным сервизом, синими тарелками с желтой окантовкой, розовыми ленточками, так гармонично оттеняющими скатерть весеннего зеленого цвета. Кто вообще сможет обратить внимание на такую мелочь, как голые каменные стены, когда — эй, глядите сюда! — аккуратные, идеальные розовые пиньяты привлекут их внимание?

В любом случае, серая каменистая поверхность стен придавала всему некий деревенский шарм, оттеняя перфекционизм остального убранства ее вечеринки.

А если нет — что ж, кто заметит?

Пинки Пай ходила взад и вперед, слегка подпрыгивая, исключительно выказывая этим возбуждение ожиданием гостей. Она восхищенно оглядывалась на свое нетронутое творение. Розовая пони с нетерпением ожидала прибытия гостей, которые, безусловно, забудут все возможные отрицательные слова и эпитеты, как только увидят это совершенное убранство. После ченр, будет торт. Торт, которые она испекла сама, торт, который так и просил «Съешьте меня». А потом будут игры. И разумеется, Пинки Пай побеспокоилась о том, что недостатка в общении не будет.

Звук, которого она так ждала, донесся до ее ушей. Вот Пинки любезно приветствует гостей. «Чувствуйте себя как дома!». Чашка пунша — или две? И кусочек пирога — может, еще один? И всем было хорошо. Все благодаря гостеприимству и радушию хозяина.

— Спасибо всем, что пришли! — объявила Пинки, сверкая ярко, как Полярная звезда. Ее возглас был встречен одобрительным бормотанием. Разговор возобновился; задвигались стулья, зазвенели вилки — гости поглощали идеально приготовленные кондитерские творения.

Пинки счастливо смеялась. Как прекрасно, что все они здесь сегодня собрались. Украшения за пределами совершенства; Кухня за пределами вкусовых возможностей. И все пришли, все собрались здесь, гармонично, как смазанные винтики сталлионградских часов. А гости; все они пришли сюда в ожидании чудесной вечеринки. Такой, которую могла им обеспечить только она. Конечно, ведь кто еще, кроме одной приятной розовой пони, может устроить вечеринку века?

Ей просто нужно было поделиться этим.

— Ох, разве не здорово? — заявила она гостям; болтовня утихла, все внимание было приклеено к оратору. — Вы только посмотрите на это великолепие, разве не прекрасно? Как они могли даже подумать, как они могла сказать, что я не смогу сделать такое? — Воскликнула она. После, воцарилась тишина. Пауза.

Глупые пони думают, что она съехала с катушек. Во всяком случае, Пинки умнее, чем кто бы то ни был, умнее, чем эта зубрила Спаркл. Даже умнее этой избалованной принцессы!

«Ты не можешь жить вечеринками!» — говорят они, — «Это не реальная жизнь!» — сказали они! Пинки Пай покажет им! Покажет им всем, что они не правы!

— Только посмотрите на это совершенство, идеально! — вновь воскликнула она. — Может ли разум сумасшедшей пони создать такое? Идеальное время, идеальная обстановка, каждый кусочек слился воедино, став одним совершенством, подобно паззлу! — Пинки подняла копыто в воздух, желая этим жестом поддержать свою точку зрения.

— Просто оглянитесь! Замрите в восхищении перед моим творением. С какой точностью все сливается воедино, образуя совершенную спираль, спираль жизни! Просто посмотрите. Посмотрите на торт, на этот торт, как котором играют все оттенки праздника! — Возбуждение Пинки расло с каждым мгновением, почти поднимая ее со стула. Слепое разочарование.

— Разве не можете вы заметить, как аккуратно лежит каждая капелька сливок, каждая капелька глазури? Ни одна из них не задевает другую! Точность, сосредоточенность. Вот, что нужно для создания шедевра! Как, КАК может разум БЕЗУМНОЙ пони выдержать такую ответственность?

Пинки теперь стояла, поворачиваясь то туда, то сюда (ее грива шевелилась в такт ее хаотичным движениям), отчаянно показывая этим, что все это должно быть уе очевидным до тошноты.

— А время, а координация?! — снова начала она, дико жестикулируя. — Все пони прибыли точно во время, ни минутой позже, ни минутой раньше! Как может ограниченный разум устроить такой? М? Как — я вас спрашиваю — как может сие не являться чем-то иным, как не плодами трудов невероятно четкого расчета и ума?

— Я не сумасшедшая, и не важно, что там говорят остальные! — вновь выкрикнула Пинки. Ее голос достиг предела страстной истеричности. — Может ли безумный даже надеяться на создание такого прекрасного творения? Нет!

Уверенная теперь, что она доказала всем столь очевидные вещи, Пинки замолчала; прежде чем тихо заявила последнее.

— Спасибо вам огромное, — сказала она, проведя копытом над одним из своих гостей с благодарной улыбкой. — Вы такой хороший слушатель.

Пинки провела копытом по своим прямым, как иглы, шелковистым волосам цвета фуксии, отбрасывая прядь с глаз. Ее глаза смотрели на ее собственную посеревшую шерстку, восхищаясь ее гладкостью. В ней отражалась разумная, расчетливая пони, ее обладательница. Взгляд скользнул к кьюти-марке из трех воздушных шариков, отметив, как естественно та подходит к ее носительнице. Пони, которая действительно устроила сногсшибательную вечеринку. Неоспоримая истина.

Все это время, ее гость пребывала в молчании, терпеливо выслушивая совершенно разумные и нормальные тирады радушного хозяина. Она не сказала ни слова.

Мешки с мукой не умеют разговаривать.