Автор рисунка: aJVL
Акт 1.Глава 16 - Встреча с врагом - часть 1 Акт. 2 Глава - 1 Белая жизнь - Часть - 1

Акт 1.Глава 17 - Встреча с врагом - часть 2

Вот и закончилась первая часть. Проект замораживается пока, не допишу новый фиг.

Читатели, попрошу только одно: не поленитесь. Сделайте отзыв по этой схеме. Меня как автора это может порадовать и дать стимул писать дальше и лучше.

Плюсы (сильные стороны):

Минусы (слабые стороны):

Идея: (по 10 балльной)
Сюжет: (по 10 балльной)
Персонажи: (по 10 балльной)
Язык: (по 10 балльной)

Прошло пару дней с того дня, как драконикус рассказал о пегасе. Белоснежная кобылка была на взводе, уже вторую ночь ей не удавалось уснуть. Все мысли были о нем: где он, что с ним и, главное, где Свен? О друге она тоже не забывала. Этот важный для неё элемент — его поддержка — после стольких лет страданий, после заточения своей собственный сестры успокоил её больную душу.

Она прикрыла глаза.

***

Старый гвардеец с самого детства был бедным беспризорником. У него не было своего дома и родителей в этом большом городе аристократов Кантерлоте. Жил он под мостом в небольшой коробке и всегда нуждался в деньгах, но в один прекрасный день ему посчастливилось: один из аристократишек уронил приглашение на бал. Свен, не теряясь, решил нажиться на этом, привел себя в порядок, как мог, чтобы не казаться оборванцем. Ему удалось проникнуть в замок по приглашению. Найдя укромное местечко, где был хороший угол обзора, он затаился. Прошло несколько часов, все гости разошлись по домам, а замок остался в запустении. Только несколько гвардейцев патрулировали его.

Выйдя из укрытия, синий жеребёнок осмотрелся: все было на удивление тихо. Он осторожно вошел в тронный зал, достал из другого тайника мешок и начал собирать разные предметы. То серебряный сервиз соберёт, то подсвечники уже без свечей, то разные антикварные безделушки, продажа которых на черном рынке принесла бы хороший куш.

После двух часов пытливой работы мешок был полон. Но, как назло, проходили два гвардейца; заметив их, мальчик взял мешок и, положив его на спину, спрятался. Проходившая стража остановилась рядом с укрытием мальчика и о чем-то разговаривала. Пегас прислушался.

— Она снова закрылась в своей башне, – сказал своему напарнику рыжий жеребец.

— Да, поговаривают, что после заточения сестры она каждую ночь пытается её вернуть, – ответил ему другой жеребец белого света.

— Да ладно, не может такого быть! – не поверил ему его напарник.

— Так говорят. Ладно, пошли, нам нужно проверить ещё правую часть замка, – сказал жеребец, и они вместе ушли в другую сторону.

Когда жеребёнок услышал, о чем говорили стражи, у него разыгрались фантазия и любопытство. Он знал, что лучше туда не идти, но перебороть себя ему не удалось. Оставив мешок в хорошем месте перед уходом, он вышел из замка. Найдя взглядом большую башню, он раскрыл свои крылышки и с трудом начал ими махать. Летел он медленно и осторожно, прячась под каждым кустом и деревом. Оказавшись у основания башни, он, уставший, упал на землю: ему нужна была передышка.

Отдохнув и чуть не попавшись три раза на глаза гвардейцам, он проник в башню. Оказавшись внутри, он осмотрелся: стражи не было видно. Жеребёнок был взволнован. Он хотел лицезреть принцессу, воочию увидеть её красоту. Дойдя до главной двери, он приоткрыл её.

Принцесса лежала на большой подушке и плакала. Её взор был устремлен на большую луну, на которой пятнышками был изображен единорог.

Теперь жеребёнку было ясно: она заперла свою башню для того, чтобы поплакать в одиночестве. Он не смог поверить: это же принцесса Селестия! Когда бы ты ни увидел её, она всегда выглядела так, будто у неё все под контролем. У неё власть и уважение, и кто мог подумать, что у неё могут быть проблемы? Жеребёнок не стушевался, он аккуратно открыл дверь, нашел платок и подошел к кобылке.

Она смотрела на луну.

— Я скучаю… я скучаю по тебе. – Слезы капали, словно ручейки, на пол. И вдруг кобылка увидела жеребенка, он подошел к ней, держа во рту платок. Она увидела его взгляд, полный сочувствия. Она не смогла сказать ему ничего плохого. А просто магией подтянула предложенный им платок и вытерла слезы, при этом только и сказала:

— Спасибо… — и с этими словами принцесса проснулась.

***

Кто-то начал стучаться в дверь. Она открыла промокшие глаза, вытерла их досуха и, встав, открыла дверь.

— Принцесса… он… активировался… – задыхаясь, сообщил белый единорог принцессе.

Она магией подтянула к себе свою одежду с короной. И, на ходу одевшись, вошла в тронный зал. Там уже веселился на всю катушку драконикус, кидая из окна фейерверки. Он был так счастлив снова оказаться на свободе, но его радость нарушила присутствием кобылка.

— Ты так быстро пришла, а я так хотел поиграть! – сказал дракон, обращаясь к ней.

— Дискорд, у меня нет времени, ты можешь определить, где он сейчас? – сразу перешла в наступление кобылка.

Тот, подняв голову, приложил пальцы к переносице и начал массировать. – Да, смогу, но если я это сделаю, то сам исчезну, – парировал дракон.

— Дискорд, мы договаривались! – она снова начала нападать на него.

Он сдался, щелкнув пальцами; перед мордочкой Селестии появилась карта Эквестрии. На этой карте возникли два ярких огонька. Один был в самом замке, другой располагался неподалеку от большого города. Она знала, где этот город и ту маленькую ферму.

— Спасибо, – посмотрев на драконикуса, она развернулась и пошла на выход.

Услышав напоследок от Дискорда пару слов как эхо, раздаваемое в пещере.

— Не забудь! – дракон исчез из мозаичного окна.

***

Селестия со своей гвардией мчалась по воздуху к ферме. Полет продлился четыре часа, уже была глубокая ночь. Ночное светило стояло в самом зените. Уже виднелись огоньки большого города. Приземлившись у стен снаружи, принцесса отдала приказ на получасовой привал. После длительного перелета даже она сама устала, а про гвардейцев можно даже и не говорить: пролетать через большую гору, причем после дежурств, было очень тяжело.

Пока другие отдыхали, она пошла к мэру города. Пролетев торговую площадь и долетев до большого особняка, остановилась у ворот. Стражи города, увидев перед собой аликорна, раскрыли ворота. Один из стражей, уже вбежавший внутрь, предупредил мэра. Оказавшись внутри, кобылка вошла в резиденцию мэра.

Мэр, услышав от стражника, что пришла принцесса, взмок, как кузнец у печи. Он не знал, что делать. Быстро накинув на себя что было и выбежав из своей комнаты, он вошел в помещение. Там стояла и смотрела на него белый аликорн, её грива и хвост, словно живые, плавали в воздухе. Он ещё сильнее взмок и, тяжело дыша, подошел ближе. Это был толстый, как бочка, жеребец. Он сделал неуклюжий поклон и чуть не упал, но стражник успел его схватить и поставить на место.

— Зачем пожаловали… ваше величество?.. – с хрипотцой спросил лиловый лысоватый жеребец.

— Прошу простить, что не предупредила о своём визите, но это дело чрезвычайной важности. Мне нужна провизия для моей гвардии, вы можете мне помочь с этим? – вопросила кобылка спокойным и добрым голоском.

 — Да, конечно, можем. Но тут такая маленькая проблема: сейчас никто не сможет им выдать, все спят, – пояснил он, уже отдышавшись и вытирая пот со лба.

— Тогда предоставьте склад, где можно взять провизию для пятидесяти гвардейцев. Моя стража сама возьмет, – настаивала принцесса, уже подозревая мэра.

Тот фыркнул про себя: он не хотел давать просто так что-либо. Но перед ним сама принцесса. Он понимал: если начнет просить что-то взамен, то достанется потом ему за это от премьер-министра.

Не испытывая свою судьбу, он угрюмо указал на свои запасы за домом. И вместо того, чтобы её гвардейцы стали рыскать в его закромах, он позвал свою стражу и приказал им тайно от принцессы собрать все продукты, которые уже испортились или скоро испортятся.

Принцесса вернулась обратно уже со стражей города с продуктами. Раздав провизию всей гвардии, она поблагодарила стражу. Те отдали честь и улетели. Она смотрела, как гвардейцы начали уплетать за обе щеки провизию, восстанавливая силы. Но как бывает, госпожа фортуна отвернулась от Селестии. Одна часть её гвардии получила отравления, и они не смогли полететь с ней. Слава смекалке капитана, что взял с собой доктора! Оставив больных и доктора с ними, кобылка с остальными двинулась дальше. Уже пришло время опускать ночное светило. Она остановилась и, магией опустив луну, после начала подымать солнце. Весь процесс занял у неё пять минут.

Оказавшись в воздухе, они двинулись на юг, где должна была располагаться ферма. После десяти минут полета кобылка была шокирована. Вместо фермы она увидела настоящие развалины. Везде была кровь, лежали внутренности разнообразной живности. Где должно было быть мертвое тело животного, уже не было ничего, только высохшее пятно крови. Оторванные, практически съеденные части животных загнили так, что запах распространился на километры, давая другим понять, что тут опасно, и если тебе не жаль свою жизнь, то милости прошу к нам на закуску, коль не боишься.

Шокированная этим, она резко приказала своей гвардии разделиться по двое и расследовать всю ферму и её пределы, не давая никакой твари или пони сбежать. Она не знала, что делать дальше, осталось только ждать. Её голова была забита только одним: чтобы все обошлось. Прошло ещё двадцать минут, и к ней прилетели только тридцать жеребцов вместо тридцати четырех. И капитан гвардии стал отчитываться перед белым аликорном:

— В белом доме, по-видимому, проживали двое: сын и отец. В доме полный разгром; на первом этаже вся мебель разломана, на втором этаже выбита дверь, но следов боя нет. После в кузне был обнаружен труп, полностью разорванный на части. В нем опознан хозяин фермы. Все животные были убиты и порваны на части. На этом всё, – отрапортовал жеребец.

Селестия мотала головой, она не понимала, что тут произошло. И вдруг со стороны леса, где-то из-за гор, вылетел пегас. Присмотревшись, она заметила, что он держится за бок.

— Быстро к нему! – только и сказала принцесса, сама уже взлетев к гвардейцу.

Подлетев и уже подхватив его, гвардейцы опустили его на землю. Было видно, что с правого бока текла кровь. Принцесса не ждала ни секунды, она своей магией стала лечить бойца. Прошло несколько секунд, и от раны остался лишь рубец. Но встать раненый не мог, исцеление было внешним, а внутреннее требовало отдыха. Капитан не выдержал.

— Что случилось, где остальные? – начал допрашивать он рядового.

Тот, тяжело дыша и кусая нижнюю губу, со стоном рассказывал:

— Мы… начали расследовать пещеры, но наткнулись… на тварей. Я раньше… таких не видел, мы пытались… обороняться, но их было… слишком много. Они увели троих… в глубь пещеры, а я смог убежать, но одна из них ранила меня, решив поиграть со мной. Но я смог убить её, заманив между камней и сделав обвал, – закончил, уже запыхавшись от рассказа, гвардеец.

— Все, хватит, вы двое, заберите его в город к остальным, пусть доктор его осмотрит, – приказала кобылка, указывая на раненого гвардейца. – Капитан, готовьте гвардейцев, у нас будет бой, мы должны остановить этих тварей. Если они выберутся наружу, Эквестрию ждут плохие времена.

Гвардия с принцессой двинулась к горам, где произошел обвал пещеры. Хватило всего лишь пары минут, как первые двадцать тварей уже показались в воздухе. Твари подобны пони, однако имеют черты, присущие насекомым. Они имеют тёмный, почти чёрный окрас, гребень, который выполняет роль гривы, голубые глаза с неявно выраженным зрачком, возможно фасеточные. Также они имеют тонкие, сине-зеленоватые крылья, похожие на крылья насекомых, изогнутый рог и пару выступающих клыков. Все их конечности, включая рог и крылья, пронизаны характерными дырами, проходящими насквозь.

Увидев их, принцесса была ошарашена видом помеси пони и насекомого. Она без промедления послала свою гвардию в бой, надеясь... нет, желая, чтобы ни одна тварь не улетела и была уничтожена с корнем и навсегда. Гвардейцы резко набрали высоту, каждый знал, что перед новым врагом нельзя сплоховать и тот, кто нанесёт первый удар, выиграет битву. Они стремительно летели на врага, держа перед собой копья и пронзая чудищ ими, втыкая их в землю. Копья с острым наконечником легко входили в тела тварей, словно нож в масло, не давая тем что-либо сделать. Некоторые твари смогли увернуться, но большинство было нанизано на копья и убито. Оставалось не так много, те, кто ещё держался из тварей, влетели обратно в дыру, которую они вырыли.

Принцесса наблюдала, как добивали последних. Даже нанизанные и пробитые насквозь твари умудрялись выживать и давать отпор гвардейцам. Некоторым удавалось сломать ударом ребро врага, другим — чуть не прокусить шею. Но гвардейцы были закалённые в боях и просто-напросто добивали их мечом в голову.

Бой прошел быстро. Ускользнувшие твари убежали обратно. Аликорн позвала своего капитана к себе.

– Докладывайте, – серьёзным тоном проронила кобылка.

— Ваше величество, трое ранены, у других только ушибы, – отрапортовал капитан, козырнув.

— Понятно. Раненые смогут сражаться?

— Так точно, ранения несерьезные, держать меч или копьё бойцы смогут.

— Тогда готовьтесь, через десять минут заходим внутрь пещеры. Мы должны перебить всех, – сведя брови, она злобно посмотрела в темную глубь пещеры, откуда отдавались странные звуки.

Гвардия с капитаном были готовы. Принцесса первая вошла внутрь бесконечной пещеры и стала освещать своим рогом голые стены. Пройдя немало метров, она вышла в обширный зал, стены которого были покрыты зелёными миазмами. Под стеной обнаружилась куча черного камня, на которой уже расположись странные пульсирующие жилы.

Белая кобылка подняла голову и увидела четыре кокона. Три были только свежие, в них были заключены её гвардейцы. Она магией слевитировала коконы и вытащила оттуда бойцов. Те без проблем пришли в себя.

— Солдат, отвечай, что с вами произошло, где твари? – обратился к нему капитан, копытами поддерживая его голову.

— Их было много… мы сопротивлялись, но они оказались сильнее нас… кто-то приказал им засунуть нас в эти коконы… оказавшись там, я смог увидеть только, как они уходили в тот туннель… больше я ничего не помню, – ответил гвардеец, вспоминая каждый фрагмент.

 — Ты воевать сможешь? – серьёзным голосом спросил капитан.

— Конечно, смогу, капитан, я ещё должен отомстить им! – тот, приободрившись, встал и достал меч.

Пока капитан разговаривал с гвардейцем, белая кобылка изучала последний кокон. Он был непохож на остальные. Он был в два раза больше тех предыдущих и уже начал шевелиться. Кобылка резко скомандовала всем приготовиться, но было слишком поздно.

Произошла резкая зелёная вспышка, все тотчас зажмурились, и с разных сторон начали выползать твари. Они взяли гвардию полукольцом и заполнили весь зал. Аликорн разомкнула веки и увидела перед собой свору тварей; в их глазах читалась пустота и голод. Гвардейцы быстро встали вперёд, оставив кобылку позади себя, выставили перед собой пики. Они наблюдали за этими тварями, не давая ни одному обойти их. И вдруг посередине всей этой своры чудища разошлись, пропуская кого-то вперёд.

Это была кобылка ростом с принцессу. Её сверкающие темно-зелёные глаза с овальными вертикальными зрачками излучали странное свечение. Её рог был изогнут, она имела два острых клыка. Ее грива и хвост были бирюзовыми, сине-зелёная хитиновая пластина покрывала её спину, а маленькая чёрная корона с навершием из четырех небольших голубых сфер покоилась на ее голове.

— Кого я тут вижу! Сама принцесса Селестия удостоила своим присутствием, — её голос имел сильное искажение и эхо, словно вразнобой говорили два голоса. Её конечности, гриву и хвост пронизывали сквозные дыры. Её крылья такжебыли усеяны дырами, как и остальные части тела. Они имели более острые края, нежели плавные изгибы (как у насекомых), и издавали жужжащий звук.

— Кризалис, это твоих копыт дело!! – во весь голос вскричала кобылка, и этот крик эхом отдавался от стен пещеры.

— Ха-ха-ха-ха! Нет, конечно, я не рассчитывала, что тут есть выводок, – возразила темная кобылка.

— Как это понимать? – ударив копытом по земле, воскликнула Селестия.

— Все просто, моя принцесска: этой кладке уже пятьсот лет, она бы ещё больше осталась нетронутой, но кто-то или что-то разбудило их. И я этому очень рада: этот вид плотоядный, но со мной они перестанут есть мясо, а перейдут на другое, – злобно показала свои клычки Кризалис.

— Что ты собираешься делать с ними?

— Я, пожалуй, заберу их себе, – она подняла голову, и сильный зеленый поток магии ударил по потолку, сделав так, что потолочные камни брызнули вверх, словно вулкан, извергающий магму.

Принцесса только сосредоточила мощный импульс в роге, как большой кокон упал перед гвардейцами, и из него выбралась огромная тварь. Она напоминала немного пони, но произошли крупные изменения. Её туловище напоминало тело жука-усача, метров трех роста и в ширину четыре метра. Вместо копыт — вытянутые заострённые колья, на которых располагались панцири жука-скарабея. Но задние копыта остались без изменений. Морда существа была вытянутая, и, когда оно начинало орать, его челюсть раздвигалась в разные стороны, демонстрировала всем свои пять рядов мелких зубов, острых, словно бритва.

Разобравшись с потолком, эта особь приказала тварям улетать.

— Я забыла тебе сказать: эта тварь мне не подчиняется. Будь добра, разберись с ней, а то, если оно выйдет наружу, весь город будет уничтожен, — уже стоя в воздухе, прокричала за спиной монстра принцесса насекомых.

— Стой, Кризалис, мы ещё не закончили с тобой!! – мощный луч ударил по панцирю твари, но не нанес серьёзного урона, только немного подпалил.

— Прости, но мне пора домой, я устала за сегодня, – и, попрощавшись, она улетела с насекомыми.

Жукоподобной твари не понравился полученный удар лучом. Монстр заревел, показывая свои зубы, и одним ударом смел переднею линию гвардейцев в сторону. Все были шокированы, но в глазах у гвардейцев не было ни искры страха перед противником. Отлетевшая группа снова начала подниматься, а на замену ей выдвинулась и стала прикрывать вторая группа. Некоторые из них поднялись в воздух и с воздуха начали отвлекать монстра. А те, кто был на земле, обходили его и искали самое уязвимое место, протыкая его пиками. Для этого монстра тычки прямо в панцирь были равны укусу комара.

Он развернулся и ударил одного гвардейца, нанизывая его на свою пику. После отбросил в сторону, обрызгивая всю пещеру кровью. Принцесса наблюдала все это, но она не могла пойти в бой: ей нужно время, чтобы ударить магией. И этим гвардейцы и занимались, не давая монстру подойти ближе.

Один за другим они нападали на тварь, не давая ей подойти к кобылке. Но один из стражей в воздухе, рассчитав, бросил копьё и попал монстру в глаз, при этом копье так и осталось там. Монстр заорал во всю свою глотку, пещера начала дрожать. И были услышаны слова:

— Арон… убить… — он сломал копье и что есть мочи побежал, тараня все, что было на пути, в сторону Селестии.

Но было поздно. Кобылка сконцентрировала в роге мощный поток магии и материализовала из него копьё света. Оно светилось, как настоящее солнце, она, не дожидаясь, метнула его. Оно пронзило жука насквозь, образовывая большую дыру. Враг отлетает назад, бьется об стену, и голова жука повторяет снова эти слова.

— Арон… убить… — и голова опрокидывается вниз. Тело жука воспламеняется, превращаясь в прах.

Аликорн падает на одно колено: эта магия относится к самой мощной, и кобылке было трудно ее вспомнить после стольких лет мирной жизни. Но последние слова жука озадачили её. Она никак не могла понять, откуда он знает Арона. Но ответа она так и не узнает. Подойдя к капитану, она осведомилась о положении дел; тот отчитался: было все плачевно. Десять гвардейцев было убито, остальные ранены.

***

Прошло несколько часов после того инцидента. Все трупы гвардейцев были уложены в повозки. Тем, кто был серьёзно ранен, была оказана помощь в городе. Сама принцесса дождалась карету и с восходом в красивой карете с двумя белыми, одетыми в золотую броню жеребцами отправилась обратно в город.

Она, дождавшись, когда капитан и остатки гвардии отдохнут, ринулась обратно в Кантерлот. С ранеными гвардейцами в городе остался врач.

***

Врачу нечего было делать в больнице города. И он, после того как принцесса уехала, вышел к воротам. И, к своему удивлению, заметил странный лежащий у ворот силуэт. Подбежав к нему, он приподнял его голову и взглянул на неизвестного. Это был жеребёнок лет шести, грива которго была двух оттенков — индиго и черного. Мордочка серого жеребёнка была спокойной и умиротворенной. На левом глазу доктор увидел повязку. Но трогать не решался. Приподняв только веко правого глаза, он взглянул туда и, проведя несколько процедур, поставил диагноз: потеря сознания.

Взяв пегаса на себя, врач отвез его в город. Принеся больного в торговый сектор, он уложил его на скамейку. Чтобы привести его в чувство, доктор побежал за своей аптечкой. Но, вернувшись через десять минут, обнаружил, что жеребёнка и след простыл, словно и не было его. Он был как тень, слившаяся с другими.

Пробегав в торговом центре полдня, доктор сдался: мальчик мог уже уйти далеко. И он направился к своим друзьям гвардейцам просить у них помощи в поисках мальчика.

Продолжение следует.