Автор рисунка: Noben
Ошибка седьмая Акт второй

Новое лицо в Понивилле

Кого сюда ещё принесло?

Небо над Вечнодиким лесом было столь же спокойным, как и возле Клаудсдейлом. Редкое явление для Эквестрии, когда контролируемая пегасами погода совпадает со стихийной. Единственное, что различало Лес с любым другим уголком Эквестрии – заполненность. Никто не рисковал летать над Вечнодиким, если на то не было крайней необходимости. Впрочем, быстро скользнувшая по деревьям тень показала, что у кого-то такая необходимость как раз была.

Изумрудного цвета пегаска с ярко-зелёной гривой мчалась на север. Кьютимаркой этой кобылки служил зелёный листок, такой же, как и многие, вздымающиеся позади неё. За спиной висели легко нагруженные сумки, чтобы несильно тормозить полёт. Она хотела пересечь Лес как можно скорее, чтобы наконец вздохнуть спокойно и не беспокоиться о своей безопасности.

— Куда торопимся? – Неожиданный голос в непосредственной близости от пегаски заставил её в испуге отлететь и немного затормозить. Но когда она увидела, кто с ней говорил, припустила ещё быстрее.

— Эй, постой! Я не собираюсь причинять тебе вреда!

— Отвяжись от меня, гадкий чейнджлинг! – крикнула кобылка.

— Эй, зачем так грубо? – Перевёртыш меж тем продолжал преследовать пегаску. – Я просто хочу поговорить с тобой!

— Знаю я ваше «поговорить», — кричала кобылка. – Вы – чудовища, питающиеся чужими эмоциями! Вам меня не обмануть!

Внезапная вспышка – и преследователь оказался прямо перед пегаской. Единственное, чего не учёл чейнджлинг, так это скорости кобылки. Летуны столкнулись головами, после чего оба потеряли сознание и полетели вниз. И если перевёртышу ещё повезло, и он упал в листву деревьев, лишь затем скатившись на землю, то пегаска ударилась прямиком о землю.

Первым в себя после удара пришёл чейнджлинг. Он потёр ушибленное место, приговаривая:

— Вот ни один пони меня ещё не выслушал! Что я им сделала? Чем я заслужила их недоверие и неприязнь?

Всё ещё жалуясь на несправедливость жизни, перевёртыш поднялся и расправил стрекозиные крылья. Помахав ими и чуть-чуть приподнявшись в воздух, он остался доволен результатом и наконец подошёл к валяющейся без сознания пегаске. Увидев безжизненное тело, чейнджлинг ахнул и подбежал к кобылке, прислонив копыто к шее.

— Ф-ф-фух, слава королеве, пульс есть, — пробормотал перевёртыш. Затем он перевёл взгляд на вывернутое под неестественным углом крыло и поморщился. – Н-да, а вот это плохо…

Тем временем пегаска постепенно начала приходить в себя, но перевёртыша это не волновало. Он поднял сумку, лежавшую поодаль, и начал что-то искать. Наконец найдя бинт, он с торжествующим видом подошёл к оклемывающейся кобылке.

— Пришла в себя? Отлично! – Бинт развернулся, объятый зелёным телекинетическим облаком, и начал обвязывать крыло пегаски, намертво прикрепляя его к туловищу. От боли кобылка завопила и попыталась вырваться от магии, схватившей её, но тщетно. Через пару секунд магия исчезла, и пегаска, резко развернувшись, ударила свободным крылом чейнджлинга.

— Ага, не за что, — пробурчал обиженный перевёртыш.

— А за что тебя благодарить? – кричала пегаска. – За то, что лишил меня возможности улететь? За то, что заставил меня идти по этому проклятому лесу?

— Во-первых, ты сама лишила себя своих крыльев, тем, что не хотела меня слушать, — невозмутимо отвечал перевёртыш. – Во-вторых, этот лес вовсе не проклят, я здесь не впервые, но чтобы добраться до Понивилля невредимым, тебе стоило бы вести себя немного потише.

— А, ну конечно, я же совсем забыла… Ты ведь, конечно же, будешь питаться моими эмоциями, а потом бросишь здесь умирать!

Чейнджлинг внимательно осмотрел пегаску, как будто оценивающе, а затем выдал:

— Не интересуешь.

— В каком смысле? – удивилась пегаска.

— Я не интересуюсь кобылками, если я тебя правильно поняла. Удивлена? Не знала, что мы тоже делимся по половому признаку? Что ж, судя по твоим знаниям о нас как о бездушных тварях, питающихся лишь вашими эмоциями, это неудивительно. Мне просто любопытно, кто же о нас так рассказывает?

— Это ведь общеизвестный факт… — едва слышно пробормотала пегаска.

— Аааарх… Естественно, это принцессы, о чём же я могла подумать…

— То есть ты не собираешься высасывать из меня любовь? – кобылка, похоже, никак не могла смириться с фактом, только что постигшим её.

— Если бы хотела, ты бы об этом даже не узнала, — ответила перевёртыш. – Ну а теперь немного о твоей ситуации… Ты в этом лесу одна, не считая меня, запасов у тебя немного, в лесу ты впервые, крыло сломано, так что полёт отменяется. Твои шансы невероятно малы.

На этом месте чейнджлинг сделала паузу и выразительно посмотрела на разом приунывшую пегаску, осознавшую всю грозившую ей опасность.

— Однако, тебе повезло. – Кобылка встрепенулась. – Ты встретилась с очень совестливым и ответственным чейнджлингом. Я сожалею, что моё желание поговорить с тобой привело к этому, — перевёртыш указала на крыло пегаски, — и попытаюсь любым образом искупить свою вину. Я доведу тебя до Понивилля и попрошу в больнице, чтобы тебе оказали необходимую медицинскую помощь.

— Спасибо! Спасибо! Спасибо! – пегаска от радости была готова расцеловать ту, которую ненавидела ещё несколько минут назад. Перевёртыш ухмыльнулась, но продолжила:

— И всё же, поскольку ты в этом лесу впервые, думаю, лучше тебе на время нашего путешествия слушаться меня. Ну и давай наконец познакомимся, что ли…

— Лиф Виспер, — пегаска улыбнулась и протянула копыто.

— Наликрис, — чейнджлинг не осталась в долгу и стукнула о протянутое копыто.

— Итак, Наликрис, что дальше?

— Не буду говорить, что обошла весь Лес, в некоторые места вообще не рекомендую никому попадать, поэтому, думаю, мне придётся взлететь и посмотреть, куда же идти.

Перевёртыш тут же помчалась исполнять свои слова. Поднявшись над кронами деревьев, она увидела горы примерно в часе полёта к западу. На первый взгляд, обычные горы, но чейнджлинг в своё время изучила эти горы вдоль и поперёк, в конце концов, на карте Эквестрии они перестали быть просто белым пятном отчасти благодаря ей. Увидев знакомые вершины, Наликрис начала составлять примерную карту местности, в которую её угораздило попасть с пегаской, и прокладывать в голове оптимальный маршрут следования.

От размышлений Наликрис оторвал громкий крик снизу. Она тут же нырнула вниз, чтобы увидеть, как мантикора медленно подходит к Лиф Виспер. Кобылка вжалась в дерево, с ужасом глядя на зверя. Чейнджлинг ещё немного помедлила, а затем рванула вперёд. Через мгновение она уже стояла перед хищником, начавшим заносить лапу для удара. Один точный удар копыт по морде – и мантикора удивлённо трясёт головой и смотрит на внезапно появившегося противника. Не давая времени прийти ей в себя, Наликрис прыгнула вперёд и угрожающе зашипела. От такого мантикора развернулась и побежала в другом направлении, громко рыча.

— Уходим. Быстро! – Чейнджлинг подхватила сумку магией, повесила на себя и повела за собой напуганную пегаску.

— Что случилось? Куда мы бежим? – спросила Лиф Виспер.

— Не куда, а от кого! – ответила Наликрис, не сбавляя темпа. – Нам повезло, что это был ещё детёныш, иначе мы бы уже были мертвы.

— Детёныш? – Пегаска немного притормозила, опешив от такого откровения.

— Конечно! Не останавливайся! – Чейнджлинг на миг повернула голову назад, но тут же вернула в прежнее положение. – Взрослая мантикора размером больше пони раза в три, да и не в пример злее. Хотя, малыш-то и зол не был… но я не позавидую тому, кому посчастливится быть игрушкой мантикоры.

— Да уж, — Лиф Виспер старалась не выпустить из виду чёрную фигуру перевёртыша, время от времени сливающуюся с фоном, — не зря пони боятся сюда ходить.

— Это ещё цветочки, поверь мне, — засмеялась Наликрис. – Как насчёт куролиска, превращающего в камень? Хоть они и не так опасны, но неприятно и страшно стоять семь-восемь часов в Лесу. Думаю, можем чуть сбавить темп.

Говоря это, чейнджлинг переходила на шаг. К несчастью, именно в этот момент Лиф Виспер потеряла свою спутницу из виду и со всей силы врезалась в неё.

— Упс, — только и могла сказать она двум разозлённым зелёным глазам, глядящим на неё из почти полной темноты. – Извини.

— Будь внимательнее, — сурово сказала Наликрис. Сумки проплыли в воздухе и заняли более привычное для пегаски положение за спиной. – Твои вещи.

— А как так случилось, что мы встретились не со взрослой мантикорой, а с детёнышем? Разве они не должны быть в своём доме, гнезде, или как оно там называется?

— Нет, мантикоры не столь привязаны к месту рождения, как другие звери, — с удовольствием поясняла Наликрис. В кои-то веки она могла поговорить с кем-то, кому были интересны не ежедневная рутинная жизнь пони или чейнджлинга, а нечто выходящее за рамки обыденного. – У них есть определённая территория, в которой они в основном и обитают, и лишь иногда они выходят на охоту, либо на драки за территорию. Мы упали как раз на одну из таких территорий. И нам ещё повезло, что мы упали на самую её границу! Обычно такие территории довольно обширны, и вероятность встретить там защищающую свой дом мантикору была бы гораздо выше. Магия или нет, но любая мантикора моментально узнаёт, когда кто-либо чужой попадает на её территорию.

— Да, интересно… — протянула Лиф Виспер. – А куда же мы идём?

— Замок Двух Сестёр тебе о чём-нибудь говорит?

— Нет, нет, нет, мы так не договаривались! – отрицательно покачала головой пегаска. – Тебе, может, и всё равно, но я не хочу окончить свои дни в этом проклятом месте от какого-нибудь духа мщения!

Наликрис споткнулась на ровном месте и засмеялась во весь голос.

— И нету тут ничего смешного! – обиженно бросила пегаска.

— Духи… Мщения… — задыхалась Наликрис. – Да ну тебя! Ты это сама выдумала? Многое я слышала об этом месте, но такое – впервые!

— Да не выдумала я! Об этом же все знают…

— Как и о том, кстати говоря, что чейнджлинги жестокие бессердечные твари, питающиеся только эмоциями пони, — саркастично проговорила перевёртыш, подхватывая магией яблоко с дерева и откусывая здоровенный кусок, словно издеваясь над пегаской. – А если серьёзно, то в Замке есть ловушки, да, но он гораздо безопаснее, чем Лес. Хотя бы потому что туда зверьё местное не ходит.

Лиф Виспер лишь надула губы и отвернулась. Наликрис хмыкнула и посмотрела по сторонам.

— А вот теперь нам бы не помешало чуть-чуть везения…

— О чём ты…

— Тсссс! – Перевёртыш магией закрыла рот пегаски и продолжила шёпотом. – Здесь небезопасно. Готовься бежать в любой момент, но пока я не дам сигнал, иди так тихо, как можешь.

— Что такого страшного обитает здесь? – уже шёпотом поинтересовалась Лиф Виспер.

— Мракорис, — коротко ответила перевёртыш дрожащим голосом. Большего от неё добиться было невозможно.

Следующие полчаса горе-путешественники прокрались в полной тишине, пока не услышали вдалеке громкий рык. Лиф Виспер вздрогнула, но чейнджлинг лишь облегчённо вздохнула и пояснила:

— Во владения мракориса зашла мантикора. Видать, нас решила догнать. На такой рык мракорис точно побежит.

— Это, конечно, хорошо, — нервно сглотнула пегаска, — но разве топот не должен доноситься не спереди?

Наликрис прислушалась, и через секунду выражение её лица сменилось крайним ужасом.

— Прячься! Немедленно! И не шевелись, что бы ни случилось!

Кобылки бросились врассыпную. Лиф Виспер заняла удобную позицию недалеко от дороги, надеясь увидеть того самого мракориса, о которой говорила чейнджлинг. Через пару минут в поле зрения показалась мантикора. Наликрис не врала насчёт размеров хищника. Пожалуй, не в каждом доме поместилась бы взрослая мантикора. Зверь посмотрел по сторонам и вновь зарычал. В ответ ему с другой стороны раздался… свист? Мысли пегаски были прерваны внезапным появлением нового действующего лица, вернее сказать, существа. По размерам оно явно уступало мантикоре, но зато обладало внушительным рогом. Вообще мракорис был похож на большого жеребца серой окраски, вот только с более массивными копытами и туловищем, а также просто огромным загнутым рогом. Однако мантикору вид мракориса не на шутку испугал, и хищник даже попытался улететь.

Попытка бегства была пресечена моментально, как и жизнь мантикоры, с помощью одного меткого прыжка. Лиф Виспер поражённо выдохнула. Не успела она моргнуть глазом, как мантикора, взлетевшая уже метров на пять в высоту, оказалась пронзена рогом мракориса. Упав на землю вместе со своей добычей, мракорис удивлённо свистнул и посмотрел прямо на Лиф Виспер. Пегаска замерла. Неужели хищник её заметил? Секунда медленно тянулась за секундой, казалось, прошла вечность. Наконец мракорис отвёл взгляд, подхватил копытом мантикору и, свистнув на прощание, скрылся из виду. Подождав ещё пару минут для верности, пегаска наконец выдохнула спокойно. На поляну тем временем вышла Наликрис и заозиралась по сторонам.

— Я тут, — помахала копытом пегаска, привлекая внимание перевёртыша. Та повернулась на голос и, увидев говорившую, улыбнулась.

— Я же говорила, что везение не помешает. Ладно, пойдём. Мракорис какое-то время будет неопасен, у него есть еда.

— То есть мы могли бы выйти сразу после убийства мантикоры?

— Нет, по двум причинам. Во-первых, он мог посчитать это посягательством на его добычу. У мракорисов, кроме логова, собственно, территории-то и нету, поэтому на территорию покушаться могут лишь те, кто доберётся до его логова. Ну и во-вторых, мракорис выходит на охоту редко, но пытается набрать как можно больше добычи за раз.

— Мне вот интересно, как ты это всё узнала? – недоумённо спросила Лиф Виспер.

— Ну, я не всегда была одна, — пожала плечами Наликрис. – К тому же, у нас есть Охотники, которые специализируются в том числе и на убийстве этих самых мракорисов.

— Да уж, — протянула в который раз пегаска, — сложная у ваших Охотников работёнка…

— Ну, для них не сложнее вашей Зимней Уборки, — усмехнулась перевёртыш. – Мы уже почти на месте, радуйся. От Замка до Понивилля идти всего ничего, и встретятся нам по пути максимум волки.

И действительно, через пять минут ходьбы лес расступился, открывая взору развалины, окружённые глубоким оврагом, выполняющим роль рва. Единственной переправой был хлипенький верёвочный мостик, к которому и устремилась чейнджлинг.

— А может всё-таки не будем туда заходить? – с надеждой спросила пегаска.

— Ну, если тебе не интересно, можешь остаться здесь, — пожала плечами Наликрис. – Но мне нужно тут кое-что раздобыть.

Вздохнув, Лиф пошла за перевёртышем. Во-первых, ей не хотелось оставаться одной, а во-вторых, ей всё же было любопытно, что скрывается в этих руинах.

К удивлению пегаски, когда они вошли в замок, ничего не произошло. То есть вообще ничего. Ни страшных звуков, ни летающих привидений, ни заклятий-ловушек. Но тем не менее что-то в этом месте отталкивало и пугало.

— Что, страшно? – понимающе ухмыльнулась Наликрис. – Ничего, так почти со всеми бывает. Отголоски чар слышны даже сейчас, спустя тысячелетие после изгнания принцессы Луны…

— Отголоски… чар? – непонимающе произнесла Лиф.

— Ну да. Пони об этом не говорят, но чейнджлинги всё прекрасно помнят. Ошибки нужно помнить, кто бы их ни совершал.

Пегаска обернулась и посмотрела на остановившегося перевёртыша. Та стояла, уставившись в пол под собой и будто размышляя над чем-то, но вскоре встряхнула головой и пошла в один из проходов.

— Куда мы идём? – поинтересовалась пегаска, стараясь не выпустить спутницу из виду. Кстати, отметила она, ситуация чем-то похожа на бегство от мантикоры. Так же темно, такая же боязнь потеряться.

— В библиотеку, — через плечо бросила Наликрис. – Одна из книг может содержать важную для меня информацию.

— И что же это за информация? – улыбаясь, спросила пегаска.

— Прости, Лиф, но я пока не могу сказать тебе. Дело даже не в доверии…

— А в чём же тогда?

Разговор был прерван негромким щелчком. Наликрис тут же обернулась и зажгла свет на кончике рога. Прямо под копытом пегаски была вдавленная плита. В ту же секунду раздались два голоса:

— А-а-а-а-а…

— Харбинджер!!!

— Харбинджер! – эхом откликнулась Наликрис, обернулась обратно и помчалась по проходу, на ходу меняя облик на бирюзовую пегаску с синей гривой. Лиф Виспер побежала вслед за перевёртышем. Вновь раздался негромкий щелчок, и плита встала на место. Громкий стук – и всё стихло.

Две пегаски вбежали в библиотеку и побежали вдоль стеллажей. В одном из проходов они увидели принцессу Луну, пытающуюся раздвинуть сомкнувшиеся плиты на полу.

— Принцесса Луна! – воскликнула Наликрис и побежала в направлении тёмно-синего аликорна. Реакция последовала незамедлительно. Чейнджлинг тут же оказалась в телекинетическом захвате и прижата к книжной полке. Луна обернулась, но, увидев перед собой лишь двух пегасок, ослабила хватку, и бирюзовая кобылка упала на пол, откашливаясь.

— Прошу прощения, я не хотела причинить вам вреда, — виновато опустила голову аликорн.

— Пустяк, — ответила Наликрис. – По сравнению с тем, с чем мы столкнулись в Лесу, по крайней мере. Но простите, мы не представились. Меня зовут Торнадо.

— Лиф Виспер, — почтительно поклонилась изумрудная кобылка.

— Что же делают две пегаски в столь пугающем и тёмном месте, как это? – приподняла бровь Луна.

— Мы хотели… — начала было рассказывать Лиф, но Наликрис её перебила.

— Просто посмотреть, насколько же это место страшно на самом деле, — широко улыбнулась пегаска и посмотрела на свою подругу.

— Да, да, просто любопытно, — чуть менее уверенно улыбнулась Лиф. Увидев одобрение в глазах Наликрис, она улыбнулась чуть увереннее.

Луна посмотрела на кобылок с недоверием, а затем, будто что-то вспомнив, посмотрела на плиты позади себя.

— Вы случайно ничего не нажимали по пути сюда?

Воцарилось неловкое молчание. Лиф пыталась расковырять пол копытом, а Наликрис медленно подошла к подруге.

— Извините, это сделала я, — наконец сказала Наликрис, чем заслужила пристальный взгляд Луны и удивлённый взгляд Лиф. – В коридоре было очень темно, и я, похоже, не заметила плиту…

— Ты можешь вернуться и нажать на неё ещё раз? – с надеждой в голосе спросила Луна.

— Конечно! Я мигом! – кивнула Наликрис и улетела прочь.

— А что насчёт тебя, Лиф Виспер? – Теперь всё внимание принцессы сосредоточилось на пегаске. – Что с тобой случилось? Как ты повредила своё крыло?

— Это… — пегаска внезапно запнулась. Ей придётся очень тщательно подбирать выражения, чтобы никоим образом не раскрыть свою новую подругу. – В общем, это вышло случайно. Я столкнулась с Торнадо, и я потеряла сознание. Когда я очнулась, она уже перевязывала мне крыло.

По виду Луны было не похоже, чтобы она полностью поверила в это объяснение, но больше вопросов не последовало. Через какое-то время плиты вновь раздвинулись, и аликорн тут же заглянула вниз. Раздался отчаянный крик, и она ринулась вниз. Лиф подбежала и посмотрела вниз. Внизу плескалась вода, и ничто не указывало на то, что там раньше кто-либо был.

— Что случилось? – Вернувшаяся Наликрис тоже подбежала к дыре в полу.

— Нет, нет, нет! Этого не может быть! – в отчаянии кричала Луна. Перевёртыш раскрыла свои крылья и полетела вниз, но в отличие от ночной принцессы, устремилась не к водной поверхности, а к стенам, и начала их обстукивать.

— Что ты надеешься найти, Торнадо? – спросила принцесса, обратив внимание на бирюзовую пегаску.

— Тот, кого вы ищете, не падал в воду, — пояснила Наликрис. – Где-то в стене должен быть проход… возможно, он закрыл его, когда ушёл из этой комнаты.

— С чего ты это взяла? – прищурилась Луна.

— Ваше Высочество…

— Можно просто Луна.

— Неважно. Если бы он упал в воду, волны бы утихали гораздо дольше того времени, которое прошло между закрытием и открытием этой ловушки.

— Откуда ты…

— Ваш крик был слышен по всему замку. Сомневаюсь, что у кобылки будет имя Харбинджер.

— Да, пожалуй… — задумалась Луна. – Но почему тогда он ушёл, а не остался ждать? Он же знал, что я здесь, что я попытаюсь его вытащить…

— Может, он был вынужден уйти? – предположила Наликрис.

— Сомневаюсь, — задумчиво протянула Луна. – В этом замке нет смертельных ловушек… по крайней мере их не должно быть, — быстро исправилась она под скептическими взглядами пегасок.

— Ну что? Будем искать этого самого Харбинджера? – предложила Лиф.

— Не думаю, что у нас получится, — покачала головой Луна. – К тому же, думаю, он узнает, что делать. Он весьма… странный, если можно так сказать. Мы о нём знаем не очень много…

— Ни откуда он, ни для чего он здесь, ни его сил… — тихо проговорила Наликрис.

— Откуда, Дискорд возьми, ты это знаешь? – удивилась Луна.

— Я с ним встречалась до этого. Да уж, необычный… слабо сказано.

— Хм, странно… — взгляд Луны стал суровым. – Твайлайт Спаркл говорила мне, что ни с кем, кроме её друзей, он не встречался, а тебя я вижу впервые.

— Оу, правда? – хитро улыбнулась перевёртыш. – А что если я скажу Вам, что мы встречались как раз в этом замке? Я прекрасно помню, что он после этого встретился с принцессой Твайлайт Спаркл, но обо мне не упомянул.

— Хм… Пегаска, которая встретилась с Харбинджером в Замке Двух Сестёр… Что-то здесь не стыкуется… — Последовала яркая зелёная вспышка – и Наликрис открыла своё истинное обличье. – Ах, точно…

— Неожиданно, правда, Принцесса? – улыбнулась перевёртыш.

— Как раз-таки ожидаемо, — усмехнулась в ответ Луна. – Тогда я понимаю, как Лиф Виспер сломала своё крыло…

— И как же? – всё так же лучезарно улыбаясь, поднималась чейнджлинг.

— Догадываюсь, ты хотела её затормозить, и из-за столкновения Лиф потеряла сознание.

— Но почему именно так? – удивлённо спросила пегаска. – Мне казалось, что вероятнее вариант…

— Перелома крыла перевёртышем? – понимающе кивнула Луна. – Но ты забываешь ту деталь, что ты мне уже поведала часть истории. Конечно, ты сказала мне правду, это я определила точно, но вот в случайное столкновение двух пегасов в воздухе я не поверю.

— А для меня интересным кажется нечто другое, — промолвила Наликрис. – Юридически, сейчас перевёртыши в состоянии войны с пони. Почему же Вы, Принцесса, так спокойно на меня отреагировали?

— А что, мы разве в состоянии войны? – непонимающе уставилась на перевёртыша Луна.

— Ну как же, после чуть не сорванной свадьбы принцессы Кейденс и капитана Шайнинг Армора…

— И что, моя сестрица объявила вам войну? – уже вовсю улыбалась Луна.

— Ну да… а разве нет? – удивилась чейнджлинг.

— Конечно нет! – засмеялась принцесса. – Ей это вовсе не нужно! Впрочем, среди пони пошли различные слухи и произошедшем, и многие стали считать перевёртышей врагами… Но мы не в состоянии войны!

— Ну, думаю, мне всё равно лучше пока скрываться под другой личиной, — заключила чейнджлинг.

— Да, не мешало бы, — согласилась Луна. – А можно ли узнать твоё настоящее имя? Потому что у меня есть подозрение…

— Наликрис, — быстро ответила чейнджлинг, — и вам совсем не обязательно знать моё положение в Улье.

— О, конечно, — понимающе усмехнулась Луна.

— Вот и хорошо! – Вновь зелёная вспышка – и перед принцессой и пегаской вновь стояла бирюзовая пегаска, а не перевёртыш. – А теперь – в Понивилль!

— А как же книга? – недоумённо воскликнула Лиф Виспер.

— Её тут нет, — не оборачиваясь бросила Наликрис.

— Но ты же даже не искала её!

— Если тут был Харбинджер – её здесь уже точно нет.

— Да кто же этот Харбинджер такой, в конце концов! – воскликнула пегаска.

— Если повезёт – ты с ним сама встретишься и сможешь всё спросить у него при личной встрече, — за перевёртыша ответила Луна. – И я вполне согласна с Наликрис…

— Торнадо, лучше называйте меня Торнадо, — поправила чейнджлинг.

— Да, согласна с Торнадо, — подмигнула принцесса, — тебе надо бы поскорее добраться до Понивилля, чтобы тебе оказали медицинскую помощь. Твоя подруга отлично знает анатомию пони, и повязка наложена просто замечательно, — тут Наликрис заметно покраснела, — но она не срастит крыло. А чем быстрее крыло срастёт, тем меньше шансов, что оно срастётся неправильно.

По пути в Понивилль троице действительно никто не встретился. Разговаривали в основном Наликрис и Луна, но как только к ним подходила Лиф, они тут же умолкали. Причина была достаточно проста: две принцессы обсуждали политическую обстановку, а также думали над тем, куда подевался Харбинджер и зачем ему понадобилось идти в библиотеку. Вернее, Луна пыталась узнать у Наликрис, зачем ему могла понадобиться книга, на что перевёртыш лишь отшучивалась или переводила тему. На выходе из леса Луна попрощалась и улетела в Кантерлот, объяснив это неотложными делами.

— Ну что ж, Лиф, добро пожаловать в Понивилль! – усмехнулась чейнджлинг.

— Мы же ещё не дошли…

— Да, но будь уверена, нас уже прекрасно видят!

— Не ду…

— Привет! – Из ниоткуда появилась розовая кудрявая пони и начала тараторить. – Вы новенькие? Просто я знаю всех пони в Понивилле, а ваши лица мне не знакомы. Давайте познакомимся! Меня зовут Пинки Пай!

— О-о-очень приятно, — медленно протянула Наликрис. – Меня зовут Торнадо.

— Я Лиф Виспер, — представилась пегаска.

— О Селестия! Лиф, что с твоим крылом? – ужаснулась земнопони.

— Долгая история, — ответила перевёртыш, — нам сейчас поскорее нужно в больницу. Не подскажешь, где она находится?

— Конечно! – Кудряшка поскакала указывать дорогу, но не переставая при этом тараторить. – А вы друзья? А как вы познакомились? А откуда вы пришли? А вы видели Луну? Просто она улетала из Леса, а вы пришли с той же стороны.

Лиф и Наликрис переглянулись и синхронно покрутили копытом у виска. Впрочем, болтовня Пинки Пай, как ни странно, не надоедала, наоборот, хотелось поговорить с ней и разделить её бесконечное веселье. Наверное, это и был её талант, на что указывала кьютимарка в виде трёх воздушных шариков. И через какое-то время Лиф и Наликрис всё же начали отвечать на вопросы. Историю встречи, впрочем, несколько подправили, и теперь Лиф просто летела столь низко, что внезапно поднявшийся ветер «исправил» траекторию полёта пегаски на одно из деревьев, а Торнадо пролетала рядом и помогла Лиф выбраться из Леса. Да, ветер так быстро подняться не мог, и Наликрис об этом знала, но объяснение, что это всё из-за Вечнодикости Вечнодикого Леса, кудряшку вполне устроило.

— А вот и больница! – Путь показался совсем не долгим, хоть больница и находилась на другом конце города. – Как только вылечишь крыло, Лиф, я обязательно устрою вечеринку в вашу честь!

— Будем очень рады! – улыбнулась в ответ Лиф. – До встречи, Пинки!

— Пока, Лиф! Пока, Торнадо!

Перевёртыш помахала кудряшке вслед.

— Ну, поправляйся, Лиф! – сказала Наликрис, обернувшись.

— А ты куда уходишь?

— У меня тут встреча назначена, — чейнджлинг отвела взгляд.

— А как же твои слова о том, что ты попросишь о помощи?

— Ну, как ты могла заметить, я в этом городе новенькая, как и ты, хоть и была здесь раньше, — после недолгого раздумья сказала Наликрис. — Ну и, думаю, ты можешь попросить о помощи и сама. Но мы ещё обязательно встретимся!

— Удачи, Торнадо! – помахала на прощание копытом Лиф Виспер и зашла в здание больницы. Улыбка перевёртыша медленно сползла с лица, уступив место сосредоточенности.

Наликрис бесцельно блуждала по Понивиллю, не обращая внимания на жителей. Не прошло и получаса, как она дошла до центра городка. Посмотрев на огромные часы на вершине ратуши, она вспомнила слова матери:

— Помни: твоего напарника не надо будет искать. Придёт время, и он сам тебя найдёт.

— Но как он узнает о моём прибытии?

— Об этом не знаю даже я. У него нюх на чейнджлингов.

— Привет, Торнадо, — внезапный голос за ухом заставил перевёртыша вздрогнуть. Она обернулась, но никого рядом не увидела. Зато она увидела тёмную фигуру в тени здания. Пони поманил её к себе и скрылся в узком проходе. Наликрис встряхнула головой и пошла за незнакомцем.

Войдя в проход, перевёртыш увидела небольшой убранный переулок. Впрочем, непохоже, чтобы этим переулочком часто пользовались. Такое заключение чейнджлинг могла сделать из того, что проход заканчивался тупиком. Но вот поманившего её сюда пони нигде не было видно.

— Хм… Торнадо… Неплохое имя, да и облик тоже… — Голос был обжигающе холоден. Перевёртыш поёжилась и обернулась. На неё смотрел силуэт земного пони, сотканный из тени. – Не знал бы я, кто скрывается за этой личиной, я бы за тобой приударил…

— Кто ты? – Впервые за несколько месяцев голос подвёл чейнджлинга и выдал настоящую её эмоцию – страх.

— Неужели обо мне забыли? – Силуэт растворился, но лишь для того, чтобы появиться вплотную к испуганному перевёртышу. – Впрочем, много воды утекло со времени моего изгнания… Хех, Кризалис сыграла отличную шутку с тобой, Наликрис. – Незнакомец явно потешался над сложившейся ситуацией. А вот чейнджлингу было не до шуток.

— Хотя… довольно тайн и загадок, — голос, донёсшийся на этот раз до ушей перевёртыша, был невероятно уставшим. – Наконец-то я смогу принять телесную форму. Теперь не имеет значения, раскроюсь ли я, ведь у меня есть преемник.

Тень постепенно собиралась вокруг земнопони, а затем вспыхнула зелёным светом и открыла взору ещё одного чейнджлинга.

— Меня зовут Шэдоушейп.