Автор рисунка: BonesWolbach
Глава 9 Глава 11

Глава 10

United Forever in Friendship and Labour,

Our mighty Republics will ever endure.

The Great Soviet Union will Live through the Ages.

The Dream of a People their fortress secure.

Музыка. Сквозь уже слабеющую пелену сна пробивалась мелодия. Твайлайт сонно приоткрыла один глаз. Нет, это был не сон – она была все еще у этих странных пришельцев. Зато в другом углу комнаты обнаружилась еще одна такая же кровать, на которой на подушке свернулся калачиком Спайк. Видимо он прибыл уже ночью, и её решили не будить. Оно и к лучшему, несмотря на ранний час (солнце еле взошло, еще даже не выйдя из-за леса плотной стеной окружавшей городок), Твайлайт чувствовала себя прекрасно.

Long Live our Soviet Motherland,

Built by the People s mighty hand.

Long Live our People, United and Free.

Strong in our Friendship tried by fire.

Long may our Crimson Flag Inspire,

Shining in Glory for all Men to see.

Снова эта музыка, пробивающаяся из-за стен домика. То, что это была музыка, не было никаких сомнений, но до чего же она была странная! В Эквестрии, конечно, тоже были музыкальные инструменты, были свои песни, свои мелодии, но ничего такого Твайлайт слышать не доводилось. Музыка будто пленила своей силой, зачаровывала безо всякой магии – сама не своя Твай подошла к двери, приоткрыв её, чтобы лучше слышать.

Through Days dark and stormy where Great Lenin Lead us

Our Eyes saw the Bright Sun of Freedom above

and Stalin our Leader with Faith in the People,

Inspired us to Build up the Land that we Love.

Long Live our Soviet Motherland,

Built by the People s mighty hand.

Long Live our People, United and Free.

Strong in our Friendship tried by fire.

Long may our Crimson Flag Inspire,

Shining in Glory for all Men to see.

Музыка шла из репродуктора, похожего на граммофонный, висевшего на столбе, чуть поодаль. На площадке из странного материала пришельцев стояло пара десятков их гвардейцев, вытянувшихся, словно колонны здания. Перед ними (Твай немного разбиралась в гвардейских делах, все же её брат долгое время был капитаном Кантерлотской стражи) стоял их капитан, повернувшийся в сторону другого столба, по которому медленно полз вверх флаг пришельцев.

We fought for the Future, destroyed the invaders,

and Brought to our Homeland the Laurels of Fame.

Our Glory will live in the Memory of Nations

and All Generations will Honour Her Name.

Long Live our Soviet Motherland,

Built by the People s mighty hand.

Long Live our People, United and Free.

Strong in our Friendship tried by fire.

Long may our Crimson Flag Inspire,

Shining in Glory for all Men to see.

Порыв ветра расправил его, ярко-красное полотнище, с золотыми символами в углу, заколыхалось на утреннем ветру. Твайлайт, зачарованная невероятным ритуалом, широко открытыми глазами смотрела как в свете солнца, выглянувшего из за верхушек деревьев, под стихающие звуки музыки, пробуждается городок пришельцев.

— Did you like the anthem? – около двери стоял один из гвардейцев, видимо их охранник, заметивший выскочившую на крыльцо ошарашенную Твай.

— Невероятно. – Тихо произнесла единорожка. – Никогда не думала, что музыка может так… вдохновлять.

— I don’t understand you, come home please, I’ll tell scientists that you’re awake. – Гвардеец жестами попросил пони вернуться в дом, указав туда лапой.

Твайлайт вернулась, Спайк все еще спал – ему для того чтобы проснуться нужно было что-то посерьезней, да и лег он, наверно, поздно. Твай решила не будить его, все равно пока надобности в нем не было. Через десяток минут, или около того принесли завтрак (без мяса, это уж Твайлайт смогла высказать под конец вчерашнего диалога) и тазик с полотенцами. Тут уже пришлось разбудить помощника. Перекусив и умывшись, Твай позвала гвардейца, который забрал все принадлежности, снова оставили их в одиночестве.

— Твай! Так кто это такие? Ты уже умеешь с ними говорить? У них есть огромный дракон, на котором они летают, ты знаешь?

— Знаю, знаю. Кто они такие, я правда до конца не поняла, но скоро узнаю! – Твай виновато улыбнулась. – У них довольно сложный язык, но я чувствую, что его знание мне все равно очень сильно поможет. Жаль, ты пропустил то, что было утром, я тебя будить не стала, ты наверно уже ночью приехал?

— А что было? Да, мы уже в темноте вернулись, я вообще удивился, как они смогли посадить своего дракона там где нужно. У них там специальная площадка для него. Внутри него, кстати, страшновато было, снаружи темно, не видно ничего, и трясет.

Дракончик поежился.

— Твай. Мы письмо Селестии отправили, она завтра уже будет в Понивилле и оттуда направится сюда.

— О, это хорошо. Я как раз смогу более-менее освоиться с языком, чтобы переводить для Принцессы. Ладно, у нас дома все в порядке? Хорошо. Я тогда еще раз пробегусь по книжке, которую они мне оставили, а ты отправь Селестии записку, что со мной все в порядке, она может волноваться.

Единорожка снова уткнулась в букварь, запоминая буквы, повторяя простенькие фразы и стишки, служащие описаниями предметам из нового мира.

~~~

Семиров волновался не на шутку, если КГБ действительно удалось перекрыть его контакты, то все было довольно скверно. Передать сообщение в Москву не удалось, плохо. Но не смертельно, совсем отодвинуть его от управления проектом Цешин пока не может, а действовать через своих знакомых наверху он не будет, там все схвачено. Черт, а ведь через партию тоже особенно не развернуться – сейчас все помешались на кресле генсека, понимают, что Черненко долго не протянет. Сколько ему осталось, год, полгода? А этот удачный проект может очень здорово сыграть на руку кому-нибудь из кандидатов.

Тот кандидат, которому Семиров желал помощи, существовал, однако как оказалось, так легко с ним было не связаться. Неужели у госбезопасности был свой кандидат, которому они хотели предоставить честь объявить об открытии, которое перевернет мир?

Нужно прорвать информационную блокаду, да и выяснить – кого же госбез хочет видеть на посту председателя. То, что госбез действительно участвует в этой гонке, причем настолько активно, что готов распихивать конкурентов локтями, как это было только что сделано с самим Семировым, не предполагалось. Даже сама отправка через «своего человека» была скорее формальностью, соблюдением неких негласных правил игры, которые Цешин, чьим бы он там ни был, только что довольно грубо нарушил. А такое прощать было не принято, особенно в тех кругах, в которые Семиров уже без пяти минут попал.

Очевидно же, что его покровитель не оставил бы на посту горкома того, кто принес кресло генсека. Только теперь ситуация становилась куда интересней и опасней, грозя в случае поражения как минимум той самой почетной отставкой. И если раньше она казалась избавлением, то сейчас так просто отдавать свою путевку в ЦК Семиров не хотел.

~~~

Петр впервые за последний день смог хотя бы сделать вид, что вернулся к повседневной службе – хотя этот вид сохранять удалось ровно до того момента, как он проснулся утром. Товарищи по взводу уже знали о находке, правда не так уж и много. А то, что знали, было такой причудливой смесью правды и выдумки, что Петру становилось иногда даже смешно.

— А это правда, Петь, что ты инопланетянку нашел? А она красивая?

И что прикажете отвечать? Тем более что товарищи из соответствующих органов просили особенно не распространяться. Да черт, они сами и распустили эти слухи – лучший способ скрыть правду, намешать её в густой коктейль с ложью, чтобы нельзя было различить, что находится перед тобой.

А молчать тоже не дело – товарищи все-таки. Надо доверять, потому что в выигрышной ситуации сегодня оказался он, а завтра все может перевернуться. Выдумывать тоже не хотелось, потому что было очевидно, что через недельку другую все откроют, и прослыть среди сослуживцев треплом желания не было совсем.

— Ага, нашел, и не одну. А на счет красоты – такого хвоста я ни у кого не видел.

Весь дом, где разместились спецназовцы, взорвался хохотом.

— Ты же в их городе был, что там, на что похоже?

— Да все так же, деревню любую возьми, то же самое, кое-где даже интересней. Но я у них варенья вменял несколько банок почти все, правда, начальство конфисковало, но чуток удалось оставить!

Петр поставил перед товарищами банку местного варенья – разноцветные цвета радуги причудливо переливались внутри, а когда банку открыли, запах, наполнивший домик, заставил даже тех, кто полусонно лежал на кровати, вскочить и выстроиться в очередь на намазывание галет содержимым.

Банка, примерно полуторалитровая по размерам, ушла буквально за десяток минут – причем вычищена она была так, что мыть её, похоже, было уже не обязательно.

Солдаты готовились выходить – нужно было продолжить прокладывать дорогу до города местных, в глубине леса БТР уже не мог ломать толстенные стволы деревьев, а инженеры побаивались лезть далеко от базы без охраны. Конечно, отправлять на охрану лучший отряд в обычных условиях никто не стал, но в новом мире именно лучшим стоит предоставить побольше шансов ознакомиться с местностью и живностью, подружиться с лесом, дабы в дальнейшем действовать в нем как среди родных березок.

~~~

Цешин в очередной раз пересматривал отчеты, подкрепленные в этот раз и пленкой с кинокамеры. Пленку уже проявили, так что можно было увидеть, что собой представляли местные жители. Опытный глаз сразу обнаружил несколько моментов, на которые стоит обратить внимание – местные довольно пугливы и не любопытны, Цешин легко мог представить, какой ажиотаж вызовет фиолетовая лошадка на улице любого населенного пункта, а нашего человека встречали лишь стремительно закрывающиеся двери. Это было хорошим знаком – тем, кто сам не ищет знаний, можно впихнуть все что угодно. Общий уровень жизни тоже бросался в глаза – жили все довольно хорошо, не в каждом колхозе, да что не в каждом, только самые образцово-показательные сравнятся с этой деревенькой. Это, конечно, проблема, но не сильно большая, железный занавес еще никто не отменял. А вот сверкающие роскошью на здании местной администрации камни действительно удивили бывалого гебиста.

То, что это были настоящие камни, а не стекляшки, Цешин знал почти наверняка – специалисты дали свое заключение по пленке, да и отчет этого Васильева тоже весьма красноречиво заявлял о том, что все здание усеяно сапфирами и изумрудами невероятных размеров.

А это значило довольно много – никто не думал взять их оттуда, хотя никакой охраны не было, значит это распространено настолько, что камни эти не являются чем-то ценным. Или, они запуганы настолько, что даже не думают что-то унести. В это Цешин верил мало, жизнь в тоталитарном государстве он знал хорошо, и прекрасно представлял те границы, в которые можно загнать разумное существо.

Значит, Эльдорадо, мифическая страна с горами золота и драгоценностей.

Все таки индейцы, мысль эта никак не оставляла Николая, а мы – кортесы, которые пришли взять то, чего нам не хватает. Или выкупить за бесценок, что тоже не сильно лучше.

По диалогу ученых с местной тоже было много непонятного, хотя в один день ожидать полного анализа местной цивилизации было глупо, но уже выяснившиеся факты озадачивали. Местных было катастрофически мало. По снимкам с вертолета, в деревеньке вряд ли было больше пары тысяч жителей, а, по словам местной, это был довольно крупный город. Значит всего их – до полумиллиона, и вероятнее всего и того меньше. А за порталом стоит 300 миллионов советских граждан, еще столько же у наших друзей из Варшавского блока, а еще китайцы, с которыми хоть отношения и напряжены, но они все же за нас. Всего красная половина планеты насчитывала до пары миллиардов человек.

Несколько порядков разницы, можно было бы даже не обращать внимания на местных, сделав им пару резерваций, но вот то, что они силой мысли могут становиться невидимыми, перемещать по воздуху предметы заставляло с ними считаться. Этот фактор был совсем неизвестен, и быстро всю ширину возможностей местных было не вскрыть. Это Цешина очень серьезно напрягало, ведь нельзя составлять какие-то планы, если не все переменные известны, а некоторые даже не поддаются оценке.

И по нашу сторону портала тоже было не все спокойно. Сверху пришли четкие указания блокировать все попытки Семирова на контакт с внешним миром, что означало де-факто захват всего городка под свой контроль. Сам Цешин связывал это с подготовкой к очередному заезду «гонки катафалков», которая продолжалась в кремле последние годы. Правда, сам он в это лезть не хотел, особенно сейчас.

Почему?

Цешин задумался. Ведь он, в общем-то, даже не знал, на чьей стороне играет в этой большой игре, привык, что ему дают лишь столько информации сколько нужно, так же поступал и он сам. А игра эта сейчас стремительно повышала ставки, целый новый мир отсюда казался важнее почетного кресла для пенсионера. Только вот сверху так считали не все и были готовы использовать этот мир как монетку, которой будет оплачено место в кресле.

Николай вздохнул, протянув руку к телефону, но тут же остановившись. Нужно сначала вернуться на Землю, отсюда связь на ту сторону была только с постом у портала. А пару звонков надо было сделать, все же участвовать в этой игре пешкой Цешину очень не нравилось.