Я не помню...

Пролог

Пришлось перезалить.
Столько отзывов потеряно Т_Т

Боги, как же здесь холодно. Кутаюсь в свою ободранную мантию и упрямо иду дальше, тонкая шкура огненной кошки уже не в силах согреть меня. Этот ветер меня доконает, как и эти горы, и этот снег.

Я упорно иду вперед, уже не разбирая дороги. Передвигать ноги, которых практически не чувствуешь, то еще удовольствие. Делаю это уже на автомате. Воля? Тот, кто сказал, что можно дойти только на одной силе воли никогда не был в этих горах. Меня ведет банальный страх, я боюсь умирать здесь, среди этой холодной пустыни. Хотя совсем недавно был рад сдохнуть, ведь без Нее жизнь мне не нужна… Оказывается еще как нужна.

Тропинка, которая вела меня, кончилась неожиданно, так никуда меня и не приведя. Передо мной … снег, много снега, слева, справа, за мной тропинка, ведущая вниз, но спуститься я уже не успею, я банально замерзну по дороге. Вот и все… что здесь смешного? Да кто смеется? Я? Действительно…

Ноги сами собой подгибаются, и я оседаю на этот бесчувственный белый ковер, мне трудно дышать, смех уже давно стал кашлем, который разрывал грудную клетку, боль сгибает меня пополам. Приступы случались часто, но раньше было не так больно… Впрочем, я и не рассчитывал, что мне ни с того ни с сего полегчает.

Через минуту, показавшуюся мне вечностью, кашель меня все-таки отпустил. Металлический привкус во рту давно стал привычным, как напоминание, что я еще жив… Достаю из внутреннего кармана мантии фляжку. Не знаю, что это за дрянь, но привкуса крови после нее как не бывало. Только вот открыть ее замерзшими пальцами непросто…

— Кто ты?

Так почти, еще немного и я открою…

— Что ты здесь делаешь?

Ага, правильно. Черт, неужели больше ничего не осталось.

— Эй, ты слышишь меня?! Боги…

Звук пощечины вернулся звонким эхом.

— Кто ты?! — передо мной стояла ведьма. Белые волосы, белые глаза, белые одежды. Она как будто была соткана из снега.

— Джениус, — почему я? Почему я назвал ей свое имя?

— Джениус, — переспросила она, осторожно касаясь моего лица. — Зачем ты искал меня?

— Я искал помощь, — голос по прежнему был не подвластен мне. Эти глаза… эти белые глаза, от них было невозможно оторваться. Ведьма казалась мне то юной девушкой, то сморщенной старухой, черты ее лица были расплывчаты, как будто я смотрел на нее сквозь густой туман, но при этом невероятно четки.

— Помощь? А с какой стати я буду помогать тебе, смертному? Смертному, который уже перешагнул порог?

— Потому что у меня есть… это, — пальцы не слушались, но Джениусу все же удалось достать амулет.

— Отдай.

— Нет.

— Немедленно!

— Нет, сначала ты поможешь мне.

— Я могу подождать и забрать эту побрякушку с твоего остывшего тела, — ведьма улыбнулась и отошла на несколько шагов.

— Не сможешь. Я должен отдать его тебе по собственной воле. И я отдам, когда ты мне поможешь.

— И что ты хочешь, смертный, — в голосе смирение, но ведьма совершенно не похожа на проигравшую. Ее взгляд, ее движения, она как затаившаяся змея.

— Я хочу вернуть.

— Вернуть? Или вернуться? — она вновь подошла ближе. — Я могу спасти тебя. Вернуть домой.

— У меня больше нет дома. Без нее…

— «Без нее»? И почему я не удивлена? У «нее» хотя бы имя есть?

— Фрейя, — ведьма на секунду закрыла глаза.

— Ее больше нет в этом мире, — я грустно улыбнулся. Именно этого ответа я и ждал. Я знал, что все напрасно, с самого начала знал, но… услышать это было больно по-настоящему.

— Тогда и мне нет смысла здесь оставаться. Прости, ведьма. Но этот осколок, я унесу с собой., — говорить становилось все тяжелее. То тепло, что дало мне прикосновение ведьмы, ушло, не оставив ничего после себя. Странно… теперь умирать совсем не страшно.

— Нет, стой! Я не могу вернуть ее, потому что ее нет в нашем мире, но ты… ты можешь отправится к ней.

— Я снова увижу ее?

— Да. Да! Ты увидишь.

— Я согласен, ведьма.

— Тогда, — она протянула свою костлявую руку. — Это обещание, что соединит нас. Мир, где будет она, в обмен на осколок.

— Обещаю, — я схватил ее за руку.

— Обещаю…