Как и все юные кобылки, Свити Белль нередко за играми с друзьями забывает о важных вещах. И обычно никаких бед из этого не случается. Но однажды после чересчур затянувшихся забав единорожка получает уведомление о том, что её аккумулятор почти разряжен. Теперь крошка-робот должна успеть вернуться домой и подзарядиться, пока не разрядится полностью.
В Пустоши немало судеб, не связанных с геройством. Не только Стойла защищали от мегазаклинаний. Ещё до возврата Найтмер Мун был построен особый бункер. Оклеветанный гений бежит из тюрьмы и случайно попадает в Пустошь, где находит тайны, невидимых врагов и любовь. Но душа - весьма ценный товар, и потеряв её, всякий начнёт мстить.
В результате опасной встречи человек отправляется в Эквестрию, оставив в родном мире маленькую дочь. Смирившись с потерей семьи он пускает перемены в свою жизнь, но тот час же тьма приходит в движение. Это история, где Эквестрия оставлена в опасности. Истории о любви, потерях и вечных узах семьи.
Мир меняется. Эквестрии грозит гибель. Принцессу Луну посетило видение тёмного будущего. Тем временем пони привлекли внимание иных, чьи цели неизвестны. Смогут ли пони избежать плачевного конца,или гибель их неминуема?
Частный детектив Бладхаунд объединяется с группой таинственных существ, чтобы помочь им пробраться в секретные залы кантерлотского дворца и раскрыть одну из загадок, связанных с гигантской змеёй Ламией.
×
Пока у дата-центра больше суток аномальная жара, работает зеркало в режиме только для чтения. Вы можете войти в свой аккаунт и читать рассказы, но имейте в виду, что информация о просмотрах не сохраняется.
Глава III. Клоповник фикрайтерства вечно сияет в наших сердцах...
Кто-то стёр весь фанф на этом моменте. :(
Проснувшись утром, я обнаружил рядом с собой поняшу-пухляшу... Это была Эпплджекокорн. Она лежала рядом, и тихонько посыпала солью улиток Карфагена, чтоб повкусней были. "Ты уже проснулась?" — спросил я, и провёл рукой по её гладкой шёрстке. "Нет, блядь, во сне кулинарствую" — полуобиженно ответила она. "Какая ты у меня романтичная" — сказал я, и легонько шлёпнул её по крупу. Всё-таки хорош был тот хлороформ. Я погладил ее по голове.
