Автор рисунка: Devinian

Дело принципа

— Что значит, вы не можете прийти до следующего месяца? Я же показывала вам фото, и вы уже посылали одного из ваших работников для оценки ущерба...

Селестия ждала, пока мужчина — ух, это всегда был мужчина! — на другом конце линии закончит высказывать типичные отговорки. Плотное расписание. Нехватка рабочей силы. Починка коммуникаций.

Урезание бюджета. Оно всегда было её худшим врагом.

Селестия передумала. Если б на линии была женщина, это ничего бы в лучшую сторону не изменило. Когда доходит до такого, почти все люди теряют одну и ту же базовую способность к восприятию простых фактов, например такого, который она снова собралась повторить:

— Нет, я не думаю, что вы меня поняли. У моей школы. Гигантская. Зияющая. Дыра в стене. Такая же будет украшать и вашу голову, если вы не...

Ещё больше слов. Селестия скрипнула зубами.

— ...Сколько-сколько ещё сверху? Да? Вам того же! Передайте вашему брату, что вы с ним — жулики и мошенники! Можете так и написать на вывеске вместо «Флим и Флэм»!

Селестия швырнула трубку. Она источала ненависть, горячую, как солнце, в честь которого она была названа.

Брр, подрядчики. Брр, сметы. Брр, её волосы после всего этого. Стресс всегда заставлял некоторые пряди буквально вставать дыбом.

Она взяла ближайшую расчёску и пустила её в дело. Рутинные движения и ощущение движущихся сквозь локоны зубцов расчёски неким образом её успокаивали. Но успокаивающий эффект в любом случае быстро сошёл на нет, когда она взглянула на массивную гору бумаг на столе.

Счета, множество их. У Селестии в голове не укладывалось, как на её столе могло лежать столько разнообразных счетов. Счёт на строительные материалы. Счёт за замену cтекла и материалы для восстановления частично разрушенного интерьера школы. Ещё один на школьные принадлежности. И ещё один на лампы. Плюс счёт на награды для замены тех, что были сломаны в ходе погрома вчера ночью. Не упоминая уже оплаты рабочим, собирающим всё по кусочкам...

Она перестала рассматривать бумаги и вернулась мыслями к придумыванию оправдания для сегодняшнего внеочередного школьного заседания. «Взрыв в химической лаборатории» пока занимал одну из первых строчек в списке, хотя все остальные наверняка скажут, что всё случилось из-за халатности её и Гирлуз, учителя физики. Хотя это всё-таки лучше, чем вариант Пинки Пай про «атаку гигантского аллигатора». Словно кто-то во вселенной в это поверит.

Звонок телефона вырвал её из транса раздумий. Тихо прошептав благодарность, она подняла трубку.

Селестия-а-а-а-а-а-а! — раздался на другом конце пронзительный гиперактивный голос.

Селестия отвела трубку от уха, думая о том, что благодарность была преждевременной.

— Кейденс. Тише.

— Да, да, прости. — Голос Кейденс вернулся на нормальный уровень громкости. — Но это световое шоу и взрывы в твоей школе! Я отовсюду об этом слышала! В новостях очевидцы рассказывают, что это нападение гигантского аллигатора. — Она помолчала и с гордостью продолжила, — Но я-то знаю лучше. Сколько пони?

Селестия подпёрла подбородок свободной рукой.

— Технически? Две. Включая ту, что уже появилась здесь несколько лет назад. Она наконец решила вытащить козыри из рукава. Или из копыта. Не суть.

Нет! — Кейденс ахнула. — Неужели она действительно хотела навредить нам?

— Угу, Луна была совершенно права. Никогда не пойму, как она предчувствует такие вещи. Но тут появилась другая пони, чтобы её остановить. Угадай, кто?

— Хмм… — Кейденс что-то напевала себе под нос, изображая размышление. — Неа. Понятия не имею. Скажи.

Селестия прищурилась:

— Твайлайт Спаркл.

На другом конце линии повисла долгая тишина. Затем прозвучал шёпот:

— Не…

Селестия перебила её:

— Нет.

Кейденс облегчённо выдохнула:

— Тогда, думаю, если она спасла ситуацию...

— Именно. Из всех последствий лишь дыра в фасаде здания, которую я не могу заставить никого починить вот уже две недели. — Селестия вздохнула. — Вот где я свернула не туда, Кейденс? Я думала, что со школой у меня все выйдет гораздо лучше, чем получилось.

Кейденс снова взяла паузу.

— Ты знаешь, что я хочу сказать.

Селестия тяжело вздохнула:

— Можешь обойтись без этого?

— Без обид! Были времена, когда ты не просто возила ручкой по бумаге! Ты была лучшим учителем в мире. Ты была столь успешна…

— И я к этому не вернусь.

— Почему? Ты всё ещё себя жалеешь?

Селестия молчала, пока перед её мысленным взором проносились воспоминания — картины лучших времён. Путешествия на самолётах. Семинары. Сотни и сотни улыбающихся студентов. И один из них очень важный для неё.

Затем — крик.

Фиолетовая молния снова выбросила её в реальность.

Снова зазвучал голос Кейденс:

— И я поддерживала тебя, потому что ни я, ни Луна не могли вытащить тебя из твоей хандры. Но, может, раз ты втянула нас всех во всё это, связанное с пони, ты можешь снова взять на себя некоторую ответственность? — Голос Кейденс смягчился. — Нам снова нужна старая Селестия, милая. Она нужна миру.

После этих слов на её столе загудело и засветилось зеркало. Селестия покачала головой.

— Нет, Кейденс. Я не могу. Но есть один человек, кто может взять на себя ответственность. Или можно сказать, пони

.

Настал черёд Кейденс ахать:

— Это снова Специальный Телефон, не так ли?

Лицо директора озарила небольшая улыбка:

— Вероятно.

— Селестия, сделай мне одолжение?

Селестия не ответила.

— Попробуй чересчур не наслаждаться этим катарсисом?

— Прости, не слышу. Перехожу в режим гнева.

— Селе...

В комнате раздался щелчок опущенной на рычаг трубки.

Активация зеркала всегда была несколько драматичной. Сначала был гул, затем свечение, затем гул достигал пика, который, как знала Селестия, был сигналом закрыть глаза, прежде чем белая вспышка — выброс магии, как она выяснила — её ослепит.

Когда она снова открыла глаза, она смотрела на саму себя… если магическую говорящую лошадь с крыльями и цветом волос практически как у неё можно было назвать «самой собой».

Директор и Принцесса встретились глазами. Первая из них просто нахмурилась и сложила руки на груди. Вторая же просто моргнула, затем смиренно потупила взгляд.

Обе знали, что сейчас будет.

— Принцесса Селестия, — произнес её человеческий двойник.

Та кивнула в ответ:

— Директор.

Руководитель школы продолжала хмуриться:

— Можешь мне ответить на один вопрос?

Очень мало пони — не считая людей — когда-либо в жизни видели правящую Принцессу Эквестрии в таком волнении.

— Я сделаю всё возможное.

— Почему каждый раз, когда я вижу твоё лицо, с моей школой происходит что-нибудь ужасное? — Директор Селестия взяла своё двухстороннее межпространственное коммуникационное зеркало, подошла к окну, и развернула его в сторону разрушенной стены Кантерлотской старшей школы. Можно было увидеть, как Сансет Шиммер, Снипс, Снейлс и несколько других учеников укладывают новые кирпичи. Затем она развернула зеркало обратно к себе. — Серьёзно, чем я это заслужила?

Принцесса Селестия закрыла глаза и покачала головой.

— Я понимаю, что действия моих подданных могут нанести неоправданный урон твоему миру. За это прошу принять мои искренние извинения…

— Отставь дипломатию. Всегда одни и те же слова. Просто переходи к тому, ради чего действительно позвонила. Потому что ты никогда не звонишь просто так. Я никогда бы не подумала, что столь магически одарённая принцесса будет просить бессильного человека о столь многих услугах.

— Ты не бессильна, Селестия. Неважно, веришь ли в это ты, но я знаю это точно.

Директор Селестия хмурилась ещё секунд десять в гробовой тишине. Затем её лицо смягчилось.

— Нет, бессильна. Потому что я не могу долго на тебя злиться. Столько, сколько мне хотелось бы. Серьёзно, сестрёнка, спрашивай, чего ты хочешь. Хотя не то чтобы я не знала, чего именно.

Принцесса Селестия кивнула, её глаза и лицо выражали серьёзность и настороженность.

— Как… как она?

Селестия обернулась, чтобы посмотреть на Сансет Шиммер, которая опёрлась на стену, чтобы передохнуть, и вздохнула.

— Ну, я не собираюсь её изгонять, если ты об этом. Ни отчитывать, ни что нибудь ещё. Она всё ещё здесь, возвращает свой долг школе. Не знаю, что там за радугу твоя начинающая принцесса в неё запустила, но рада, что всё вернулось в норму. Ей предстоит тяжёлая борьба… как с учениками, так и с самой собой.

— И она будет не последней, — сказала Принцесса Селестия. — Можешь на это рассчитывать.

— Я знаю. Но… — директор замолчала. — Ты правда думаешь, что она сможет нам помочь? Я-я имею в виду, помочь мне?

— Твоему миру, да. Сможет ли она помочь и тебе, зависит лишь от тебя самой. Всегда зависело. Но я выбираю своих студентов не за красивые глаза, и ты уже видела, на что способен лишь один Элемент Гармонии. В твоём мире есть и свои собственные, и так как теперь Сансет Шиммер идёт по верному пути, она станет ключом к тому, чтобы их найти… если ты ей позволишь.

Директор Селестия снова вздохнула и зашагала по кабинету.

— Что же, думаю, пока ты была права. Но ты хоть имеешь представление, каково это, стоять рядом с твоей Твайлайт и вести себя так, словно я едва понимаю, как управлять этим местом? Или смотреть на протяжении многих лет, как твоя бывшая ученица делает посмешище из моих студентов и вбивает клинья между друзьями тут и там, и никогда ничего не говорить по этому поводу? Просто… серьёзно, я уверена, что там, откуда ты родом, многолетние планы в моде, но здесь люди, которые задают вопросы. Много вопросов. И то, что я здесь не богиня-императрица, тоже не помогает.

Принцесса Селестия кивнула и усмехнулась:

— Я бы такой термин не использовала. Но учитывая то, что ты мне рассказывала, ты в этом мире тоже имела некоторую власть.

Левый глаз Селестии дёрнулся:

— Также я тебе рассказывала, что это было годы назад.

— И также ты мне говорила, что ты просто сбежала от этого. Упомянув причины.

— Я правда сейчас не с Кейденс под прикрытием говорю? — со злобой сказала директор.

Принцесса Селестия повторила нервный тик своего человеческого аналога.

— Я просто хотела напомнить тебе, как я сочувствую — хотя да, если учесть, что для тебя это больная тема, я, пожалуй, не буду продолжать.

Директор вздохнула и села обратно за стол.

— Спасибо.

Принцесса Селестия улыбнулась.

— Не думай об этом — пока. Но однажды тебе придётся столкнуться с этим лицом к лицу. В любом случае, пока моя единственная просьба — это чтобы ты присматривала за Сансет. Ради её и твоего блага, не стесняйся проявлять инициативу в развитии как её, так и школы с этого момента. И, «сестра»?

— Да?

Принцесса Селестия сделала глубокий вдох. её рог засиял, и зеркало вместе с ним, притом с такой интенсивностью, как было только в ту памятную ночь, годы назад, когда они установили первый контакт. Сияние распространилось по комнате, истекая из зеркала, извиваясь и окутывая человека мягким, всеобъемлющим теплом.

Пока директор Селестия сидела, позиция была идеальной, и это самое тепло скоро стало полупрозрачной фигурой пони, с которой она говорила последние пятнадцать минут, и передние ноги которой были обвиты вокруг её плеч. Директор Селестия сделала то же самое, и они обе закрыли глаза, прижавшись друг к другу.

Конечно, она бы никогда публично не признала, что наслаждалась этим. Это всё было ради дипломатии. Но в глубине сердца… что же, принцессы пони были весьма подходящими для объятий. Мягкие и безопасные. Жаль, что это не могло случаться чаще. Не говоря уже о том, что она всегда завидовала её волосам — или как сказать, гриве? — сияющим в дневном свете внутренним блеском. Всегда было приятно видеть её так близко.

Принцесса Селестия отстранилась, но её копыта продолжали лежать на плечах директора, позволяя им встретиться глазами и обменяться улыбками.

— Спасибо тебе, — сказала она. — За всё. Я обещаю, что это будет иметь значение для обоих наших миров. У Эквестрии теперь есть свои защитники, но твой мир также нуждается в своих собственных, чтобы встретить грядущие испытания. Сансет Шиммер и девушки, которых свела вместе Твайлайт, станут твоим главным подспорьем. Приглядывай за этой шестёркой.

— Обещаю, — сказала директор Селестия. — Вот бы ты была права.

Принцесса подмигнула:

— Я хоть в чём-нибудь ошибалась?

Директор Селестия хихикнула и закатила глаза:

— Если только в том, что моя школа будет на месте после всего этого.

Пони на другом конце тоже хихикнула.

— Мне действительно жаль. Если бы настоящий портал ещё был открыт, я бы отправила тройку пони починить всё в течение часа. — Она остановилась и посмотрела себе за плечо. — Становится поздно. До свидания, Селестия. Я свяжусь с тобой в следующем месяце.

— Конечно. До скорого, и не пропадай.

Свет зеркала исчез, как и Принцесса Селестия. Директор Селестия снова посмотрела на Сансет Шиммер, к которой уже присоединилась Пинки Пай и начала помогать ей укладывать кирпичи. Селестию окатила волна облегчения. Может, после всего этого и оставалась надежда.

Она повернула голову и взглянула наверх. На чёрно-серый небоскрёб, возвышающийся на невероятную высоту над всем городом Эквестрией.

Облегчение её покинуло. Сердце забилось быстрее.Вот бы ты была права, Принцесса.

Селестия взяла платок со стола и вытерла глаза прежде, чем слезы покатились по щекам, и посмотрела ещё выше.Я позволила тебе зайти так далеко лишь потому, что ты преуспела там, где я провалилась.

Логотип в виде фиолетовой звезды украшал вершину небоскрёба.И это значит, что нам понадобится вся помощь, которую мы только сможем получить.

Комментарии (6)

0

Поставили бы пометку, что это Эквестрия Герлс.

DarkDarkness #1
0

Из введения понятно же. "Директор Селестия"

root #2
0

Т.е. метки не нужны, т.к. ты можешь всё прочесть из аннотации, содержания или из текста? Очень хорошо такой рассказ будет искаться через поиск.

По содержанию — скучно. Рассказ вроде как объясняет некоторые моменты из мультфильма, но нужно ли это объяснение? Ничего нового, ничего интересного. -1

Dwarf Grakula #3
0

Хороший рассказ, теплый и добрый. Спасибо :)

Лайри Гепард #4
0

А при чем там фиолетовая звезда на небоскребе? Я знаю, что это метка Твайлайт, но там она при чем?

Кайт Ши #5
0

Полагаю, этот рассказ можно считать неким приквелом к "Долгой дороге к дружбе".
А этот логотип в виде фиолетовой звезды в конце, намёк на что-то?
Спасибо автору и переводчикам!

Dream Master #6
Авторизуйтесь для отправки комментария.
...