Наследие Вальдемара

Глава I "Поместье Вальдемара"

Рэйнбоу Дэш недовольным взглядом смотрела на затянутое серой тучей небо. Холодный северный ветер, усиливающийся с каждой минутой, растрепал радужную гриву. Пони нутром чуяла, что грядёт сильная буря, и она не за горами.

Вокруг старой деревянной станции, похожей на жалкую пародию понивилльской, куда они прибыли вместе с Твайлайт десять минут назад, росло несколько декоративных деревьев. Дэш никогда не увлекалась ботаникой и иногда путала некоторые похожие растения, в чём, разумеется, никому не признавалась, но даже ей казалось, что эти завезли из южных широт. Красивые розовые цветы должны были радовать глаз, но из-за непогоды бутоны закрылись, а самих деревьев клонил к земле ветер. «Кому в голову пришло посадить их здесь? Кто приедет в эту дыру?» — недоумевала Рэйнбоу, поэтому осознание того, что она прибыла сюда по своей воле, раздражало её ещё сильнее.

— Я нашла транспорт, — услышала пегаска голос Твайлайт и обернулась на него.

Подруга придерживала одним копытом гриву, чтобы ту не растрепал ветер. Молния на седельной сумке, казалось, вот-вот разойдётся от лезущих наружу вещей.

— Отлично, пошли скорее, а то сейчас как накроет!

Немного пройдя вперёд, Дэш увидела старую повозку, издали напоминающую потрёпанный годами дилижанс. Пегаска вначале подумала, что подруга пошутила, но запряжённые четыре жеребца развеяли все сомнения.

— Я на этом не поеду, — гордо заявила она. — У тебя же есть крылья, так полетели!

— Ты с ума сошла? Мы не сможем лететь в такую непогоду. Хватит привередничать и пошли, — заявила Твайлайт и уверенным шагом подошла к повозке.

Возле неё их встретил какой-то серый земнопони. Он, видимо, оставил попытки спасти свою белую гриву от непогоды. На нём не было одежды, и всем своим видом он походил на простого сельского жителя. Он открыл дверь и что-то прокричал, но ветер унёс его слова в другую сторону. Пони с трудом залезли в повозку. Провожающий хлопнул дверью, и «карета» с резким толчком двинулась.

В воздухе чувствовалась сырость, но открыть грязные окна нельзя и в теории. Мягкие сиденья в поезде и деревянные здесь были как небо и земля. Под круп так и хотелось подложить хоть что-нибудь — на своём копыте и то удобней сидеть. Каждая кочка или яма заставляла пони подпрыгивать, и их макушка встречалась с грубой древесиной.

— Могла бы уже и колесницу взять, — съязвила Рэйнбоу и вновь ударилась головой о потолок. — Какой олух строил эту развалюху? Ох, попадись он мне!

— Ты забываешь, что колесницы только для официальных встреч и визитов, — напомнила Твайлайт, потирая копытом ушибленное место.

— Негоже принцессам в повозках разъезжать, — процитировала пегаска слова Эпплджек. — Почему только нас отправила Карта в это захолустье?

— Её принцип работы нам давно известен: она отправляет лишь тех, кто может помочь.

Рэйнбоу откинулась на неудобную спинку сиденья с угрюмым выражением на лице. Повисла неловкая пауза. За окном начался дождь, засверкали молнии, а громовые раскаты чудесным образом совпадали чуть ли ни с каждой кочкой.

— А знаешь, что я только что вспомнила о Вальдемаре… — начала Твайлайт с улыбкой на лице.

— Умоляю, только не опять. Ты мне все уши прожужжала в поезде, так дай хоть здесь отдохнуть!

— Но это важно, — возмутилась подруга.

— Как и предыдущие четыре часа лекцией об этом древнем роде, основателем которого является барон Мильгейльм Вальдемар, родившийся в первом году от воссоединения враждующих племён пони. Он стал одним из первых знатных пони, женившихся не на представители своей расы, — пробубнила Рэйнбоу.

— Вот видишь, что-то ты запомнила!

— Попробуй не запомнить, когда тебе повторяют это каждые десять минут, — буркнула пегаска и дала понять, что не хочет разговаривать.

Повозка резко остановилась, и Рэйнбоу чуть не упала на Твайлайт, но та помогла ей магией. Пегаска что-то недовольно пробубнила себе под нос, после чего подруги вышли на свежий воздух.

Один из жеребцов пожелал им удачи, и транспорт быстро направился обратно к станции.

Удивительно, но дождь ещё не успел сюда добраться, хотя туча была над головой, а ветер не уступал в силе тому, что бушевал на станции.

— А домик-то побольше твоего будет, — усмехнулась Рэйнбоу.

В сотне метрах от подруг находилось поместье Вальдемара. Широкое трёхэтажное здание с более чем тремя десятками окон на каждом этаже таинственно возвышалось на фоне мрачного неба. Свет горел лишь в трёх окнах, что, впрочем, можно списать на ранее время суток. Поместье окружала высокая металлическая ограда; между её прутьев не протиснется и жеребёнок. Ворота опутывала лоза виноградника, отчего те казались покинутыми.

Сверкнула молния, и гром моментально последовал за ней — гроза уже близко. Пони поспешили, борясь с сильным ветром. Ворота оказались закрыты на цепь, но замка не было. Рэйнбоу попыталась её убрать, когда услышала разгневанный голос Твайлайт:

— Стой! Мы не можем вломиться в чужой дом!

— Не можем… не можем… — пробубнила пегаска себе под нос. Цепь со скрежетом упала на землю. — Ничего, ты у нас принцесса, вот и отмажешь. Пошли.

Твайлайт ничего другого не осталось, как последовать за подругой.

Вокруг поместья было на удивление пусто, лишь несколько деревьев у дома хоть как-то разбавляли царившее опустение. Стоит, однако, отметить, что дорожка представляла собой ряд пусть и старой, но всё ещё красивой жёлтой плитки, а за газоном явно ухаживали. «Не таким я его себе представляла, — с трудом признала Твайлайт. — И всё-таки, что же такое случилось, раз потребовалась наша помощь?» Подходя к крыльцу, пони невольно посмотрели на растущие рядом деревья. Это были три сирени, но какие! Старые, наполовину засохшие и сгорбившиеся, как дряхлая старуха; цвело всего несколько веток, а остальные напоминали куриные лапы.

Начался дождь, и пони поспешили на крыльцо, под крышу.

Твайлайт нашла верёвку звонка и дёрнула за неё магией. Однако никто не подошёл, и более того не последовало никаких звуков, которые могли бы подтвердить работоспособность механизма.

— Достало! — Рэйнбоу громко постучала.

Наконец за дверью послышались приглушённые шаги, словно неизвестный шёл по проеденному молью ковру. Дверь со скрипом открыл коричневый единорог; его короткой блекло-голубой гриве не помешал бы хороший парикмахер.

— Добрый день, чем я могу вам помочь, уважаемые? — послышалось его любезное приветствие, произнесённое басистым голосом.

— Здравствуйте, мы… — Твайлайт запнулась. Пони был слеп, его безжизненные бледно-коричневые глаза смотрели прямо на неё.

Открытие поразило пегаску, так что та не смогла закончить за подругу предложение. Звучавший на заднем фоне гром и отражающиеся в мёртвых глазницах молнии придавали единорогу пугающую таинственность.

— На улице дождь, прошу вас пройти в дом, — поклонился он и открыл дверь нараспашку.

Кобылки продолжали пялиться на незнакомца, но набирающая силу буря и падающий прямо на спину косой дождь заставили их войти в дом. Так и не представившейся единорог стоял у двери, пока не зашла последняя гостья, после чего закрыл её.

— Позвольте мне узнать ваши имена?

Твайлайт покачала головой, откашлялась и, стараясь смотреть на изображённый на висящей рядом картине летний пейзаж, ответила:

— Меня зовут Твайлайт Спаркл… — Пони при этих словах поклонился, и аликорну пришлось сделать над собой усилие, чтобы закончить, — а это моя подруга, Рэйнбоу Дэш. Мы прибыли в поместье Вальдемара по важному делу. Можем ли мы увидеть хозяина или хозяйку поместья?

— Разумеется, я сообщу ей о вашем появлении, принцесса. Могу ли я проводить вас в гостиную?

Твайлайт давно привыкла и к тону, и к оказываемым её персоне привилегиям; однако сейчас она чувствовала себя неуютно, слыша и видя это от слепого единорога.

Принцесса молча кивнула, но тут же упрекнула себя за глупость и озвучила ответ.

Пони прошли в гостиную, где слуга их оставил, заявив, что немедленно отправится за хозяйкой поместья. Твайлайт поблагодарила его за помощь и лишь убедившись в том, что он ушёл, смогла наконец облегчённо вздохнуть.

Гостиная выглядела так же уныло, как и засохшие деревья в саду. Два широких дивана казались непростительно старыми: кое-где порвалась обивка, и пружины выступили наружу. Ковёр под копытами следовало давно выкинуть на помойку, а на письменном столе скопился солидный слой пыли. Люстра над головой угрюмо покачивалась под порывами ветра, проникающего через открытое окно. На стенах висела всего одна картина, похожая на ту, что пони видели в коридоре: солнце, встающее из-за гор, отражалось в речной глади, а вдалеке виднелся могучий лес. Создавалось впечатление, словно жизнь в этой комнате остановилась уже давным-давно.

«Какое странное место», — подумала Твайлайт.

Она присела на диван, предварительно надавив на него копытом, и аккуратно облокотилась на спинку. Рэйнбоу продолжала стоять, хотя всего несколько минут назад заявляла о сильной усталости. Она смотрела на разразившуюся за окном бурю сквозь водные разводы на стекле и о чём-то размышляла. Но о чём? Думали ли она о странности этого места или всего лишь злилась из-за череды неудач?

Наконец в коридоре послышались чьи-то шаги, а затем прозвучала неразборчивая фраза, явно принадлежащая пожилой пони. Мгновение спустя в гостиной появилась ярко-красная пегаска. Суждения о почтенном возрасте оказались преждевременными, на вид пони было не больше сорока, а если смотреть только на гладкое лицо и уложенную на правый бок оранжевую гриву, то ей не дашь и тридцати пяти. Голос, однако, звучал с прежней интонацией, что ставило в тупик логические рассуждения.

— От имени всего семейства поместья Вальдемара рада приветствовать вас, принцесса Твайлайт Спаркл, — поклонилась кобылица и поспешила к гостям. — Мне следует извиниться за нашу прислугу, Эдмон по слепоте своей случайно проводил вас не в ту комнату. Если вы не против…

— Мы прибыли сюда по делу! — заявила Рэйнбоу на слегка повышенных тонах.

Твайлайт хотела напомнить подруге о манерах, но хозяйка поместья дала понять, что её подобные высказывания не оскорбляют.

— Разумеется, Эдмон предупредил меня об этом, но что именно привело вас в нашу скромную обитель?

Твайлайт пришлось рассказывать пони не только о Карте, но и о том, как именно она работает, и даже привести несколько примеров. Монолог затянулся на добрые двадцать минут и прервался лишь однажды, когда слуга по приказанию хозяйки закрыл окно с помощью магии. Твайлайт знала, что для использования телекинеза объект нужно видеть или хорошо себе представлять, что в случае слепого казалось практически нереальным. Миссис Хуфишен, представившаяся после вопроса Рэйнбоу, приказала Эдмону ждать в коридоре, словно видела, какое тот оказывает влияние на важных гостей.

— Боюсь, принцесса, что в нашем поместье нет никаких тайн, кроме его старинного происхождения, и, слава Селестии, на нашу семью за последнее время не обрушивалась ни одна крупная беда, — с уважением заявила хозяйка поместья, когда принцесса закончила. — Но вы, разумеется, можете осмотреть поместье и оставаться здесь столько, сколько потребуется. Эдмон проводит вас в ваши комнаты. Ужин будет через час.

— Благодарю, — поклонилась Твайлайт и заметила, что миссис Хуфишен сделала то же самое.

Подруги вышли в коридор каждая со своими мыслями и опасениями, где их ждал слуга.