Залатанная жизнь

Даже в такой мирной стране, как Эквестрия, есть много существ, которых ты не захочешь повстречать. Но некоторые из них хотят встретить тебя.

Трикси, Великая и Могучая Другие пони

Существует ли всерьёз страна пятен и полос?

Твайлайт Спаркл внезапно обнаруживает, что в её библиотеке почти ничего не написано о зебрах и их родной стране. Чтобы исправить эту ошибку, она вместе со Спайком отправляется к единственной знакомой им зебре - Зекоре. Однако во время рассказа полосатой подруги принцесса слышит несколько неожиданные подробности...

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Зекора

Тысяча лет сновидений

Вижу, тебе хочется узнать, что мне снилось, пока я была луне. Ладно, как хочешь, устраивайся поудобнее, я тебе всё расскажу.

Принцесса Луна

Дневники Старсвирла

Прошло 30 лет с того дня, как три пони разожгли Огонь Дружбы, и спасли Эквестрию от гибели в холоде Виндиго. Но как бы ни была крепка их дружба, они не решили проблемы, которые изначально привели к разладу между расами.Мудрый маг предвидит эту далекую, но неумолимо приближающуюся грозу. Найдет ли он решение, которое сможет обеспечить вечное процветание Эквестрии?

Пинки Пай Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Дискорд

Но и вас ждёт вырождение...

Она была похожа на принцессу Селестию, только мрачна и разбита. Её церемониальные доспехи слегка заржавели, и грязь въелась в шёрстку. Наиболее заметными были её волосы: чёрные прожилки сопровождали их обычный разноцветный блеск. Они выглядели обесцвеченными, как на старой фотографии. Хуже всего был шрам на груди. Её доспехи прикрывали его, но ничто не могло скрыть того, что это означало. Потускневшая Селестия улыбнулась Луне: — П-привет, монстр. Я бы сказала, что рада тебя видеть, но это б-б-было бы не совсем точно.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Дискорд Найтмэр Мун Принцесса Миаморе Каденца

Сердце Машины

Что хранит в себе Сердце Машины?

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор

Заражение 4

Новая жизнь для юной единорожки стала крайне трудна, нужно просто привыкнуть, адаптироваться.... но возможно ли привыкнуть, когда беда вновь и вновь стучится в двери?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони

Когда мне было тридцать

Рейнбоу Дэш - тридцать лет. Но ее дни ничем не отличаются от любого дня, недели, месяца или года, что остались позади.

Рэйнбоу Дэш

Кубок Лунного Камня [The Moonstone Cup]

Твайлайт приглашают в Кантерлот, чтобы она, вместе с величайшими в мире волшебниками, приняла участие в в соревновании за Кубок Лунного Камня - самую почетную награду для самых сильных и искусных волшебников, единорогов и не только. Сможет ли она победить? С какими состязаниями ей придётся столкнуться?

Твайлайт Спаркл Принцесса Луна Трикси, Великая и Могучая

Офицер в стране чудес

Опасное это дело, боец, в лес ходить. Думаешь самое страшное, что тебя ждёт в походе - это злобная мошкара, мозоли от снаряги и воодушевляющие люли от непосредственного командования? Как бы не так. Ты можешь попасть в такую задницу, что чистка туалетов за потерянный аккумулятор от казённой рации покажется курортом. Всё начнётся с того, что ты найдёшь самую обычную на вид землянку, а дальше... Что? Ты уже слышал эту историю? Не бойся, в этот раз всё будет совсем по другому...

ОС - пони Человеки

S03E05
Глава 6: 28 мая Глава 8: 31 мая

Глава 7. 30 мая

Картинки с подписями в главах, где персонаж первый раз упоминается по-имени в оригинале взяты из заметок автора (то есть, они не часть дневника А и она их не рисовала). К сожалению, тут их в заметки не вставить, поэтому приходится вставлять прямо после текста главы.

Cloudy Skies — Клауди Скайз — Облачные Небеса. Перевод имён дело неблагодарное и чаще всего ненужное, поэтому в тексте будет транслитерация, а перевод — в заметках по мере появления таких имён.

Дорогой дневник.

Прости, что вчера ничего не написала, была занята. Вчера оказалось богато на события. Всё изменилось, и не скажу, чтобы к худшему. Если ты читаешь эти записи подряд, ты, скорее всего, легко догадаешься, что произошло. Давай сделаем вид, что именно так ты и поступил, и мне не нужно рассказывать всю предысторию ещё раз. Рассказать и без этого надо о многом, а времени мало. Не заснуть после захода солнца мне всё ещё очень сложно, а ночь уже наступила.

Но если я сейчас не закончу эту запись, я, скорее всего, поломаю себе привычку. Что бы ни происходило, я хочу продолжать вести эти записи как можно дольше. Скорее всего, когда войду в ритм они станут покороче. Если перелистнуть на более ранние записи (до того, как меня все бросили в одиночестве), в некоторые дни там всего пара строчек записана. Если, когда мы разберёмся с проблемами выживания, я вернусь к коротким записям, оно будет даже к лучшему.

Позавчера я услышала голос по радио. Конечно, голос мог оказаться и записью (как та закольцованная которую я сама передаю), но у говорившей явно были серьёзные проблемы, в голосе читалось одиночество, чувство заброшенности… прямо как у меня. Это была не любительская радиостанция или что-то коротковолновое, обычная рация, которую можно купить в любом супермаркете.

Я немедленно бросила все силы на поиск незнакомки, забросив даже срочные задачи, необходимые для выживания. Вчера вечером я собрала простое устройство для определения силы сигнала, а также подготовила карту чтобы отмечать на ней свои находки. Рано утром я погрузила это всё вместе с большой беспроводной колонкой и припасами чтобы при необходимости провести ночь вдали от дома, в свою тележку. Надела лучшие спортивные шорты и ожерелье, которое носила до того, как все исчезли. Хуан, конечно же, увязался со мной, не представляю, чем он занят, когда меня поблизости нет. Я думаю, надо попытаться заманить его хотя бы внутрь забора. Спать на огороженной территории (в гараже, например) безопасней, чем посреди улицы.

Если незнакомка оказалась бы человеком, я хотела произвести впечатление, что я тоже человек. Ну, понятно, что не снаружи. Хотя я бы не отказалась, чтобы и снаружи.

Подробно описывать процесс поиска будет, пожалуй, скучно. Город я знала достаточно хорошо, и карта мне нужна была не для того, чтобы найти дорогу, а чтобы отмечать результаты поисков. Я разделила карту на маленькие квадраты и заполнила каждый, через который прошла, результатами наблюдений. Передавала она целый день, хотя большую часть времени это были просто помехи на грани слышимости. Ей определённо нужен новый передатчик.

Только когда я добралась до места, где за день до этого «ходила по магазинам», мне удалось снова разобрать слова. Она говорила не на какую-то конкретную тему, просто вспоминала семью, людей, по которым скучала, рассказывала, как хочет, чтобы они были рядом. Делилась мыслями о том, что к зиме, пожалуй, умрёт с голода, потому что: «не буду себя обманывать, я достаточно беспомощна чтобы умереть от голода посреди города, набитого едой». Многое из того, что она говорила, заставило меня беспокоиться о её умственном здоровье – она ведь всего неделю провела одна.

Поиски изначально были гонкой со временем. Если бы она снова выключила радио, не факт, что она снова бы его включила. Машины у меня не было, поэтому каждый шаг ощущался как будто он длится вечность, и вместо правильной триангуляции у меня получилась скорей игра в «горячо-холодно».

К вечеру копыта у меня отваливались, небо темнело, и, хотя сигнал усилился, никаких следов её присутствия видно не было.

Я подумывала вернуться домой. Собачий лай и другие пугающие звуки становились всё громче, и я знала, что чем дольше я тяну, тем меньше шансов, что я успешно доберусь до моего нового жилища до того, как полностью стемнеет и я перестану видеть куда иду. Хуан меня, конечно, постарается защитить как сможет, но с большой стаей ему в одиночку не справиться.

Я проходила через спальный район, заставленный высокими жилыми домами. Все они выглядели совершенно одинаково – дюжина этажей и никаких следов того, что в них кто-то живёт. Я решила рискнуть своей безопасностью в пользу предположения: даже кто-то не утруждающий себя всем тем же, что и я, скорее всего постарается сохранить доступ к электричеству. Генераторы, запасные батарейки, неважно. Рация может быть и переносной, но мне представлялось, что, если кто-то озаботится всем этим, освещение он тоже себе обеспечит.

Единственная проблема с этим предположением в том, что ночью я теперь вижу значительно хуже, чем раньше. Зато днём я вижу цвета намного ярче. В темноте же тяжело не спотыкаться об собственные копыта, даже если никакая опасная дикая зверюга не решит мною пообедать.

Зверюги воздержались, я думаю, это очевидно. Когда на закате облачное калифорнийское небо окрасилось багряным, я заметила свет в одном из окон, одном из немногих открытых. Движения внутри видно не было, но перепутать этот оранжевый свет с чем-то естественным было совершенно невозможно. Электричества нет уже несколько дней, так что случайно оставленной лампочкой это быть просто не могло.

Окно было открыто. У меня с собой была здоровенная колонка и телефон, набитый разнообразной музыкой. Я выбрала самую громкую и режущую уши попсу, направила колонку на окно и выкрутила громкость так, что колонка чуть не развалилась.

Когда она выглянула в окно посмотреть, что происходит, я поняла, что не одна по многим параметрам. Мои страдания я врагу не пожелаю. Никому не пожелаю чувствовать это чудовищное одиночество пустой планеты. Не пожелаю и потерять своё тело и получить чужое взамен. Не пожелаю, чтобы кто-то начал ненавидеть свою любимую еду и потерял доступ к большинству своих навыков просто потому, что не осталось конечностей, которые для них требуются. И всего остального, что ещё хуже.

Когда она подошла к окну, я увидела нечеловеческое лицо. Мне, наверное, должно быть стыдно, но я почувствовала облегчение, но я совру, если скажу, что не почувствовала. Я не одна. Какое бы непонятное волшебство меня не изменило, я не была его единственной целью. Я не схожу с ума.

Хорошо, хорошо, может и схожу. Но не торопясь!

Но если я психованная, то эта новая… кобыла, совершенно безумна. Имя своё она назвать отказалась – по крайней мере, настоящее. Она заявила, что ненавидит этого человека, и «всем будет лучше, если мы сделаем вид, что она умерла вместе со всеми». Хочет, чтобы я называла её «Клауди Скайз» в честь пары депрессивно-серых облаков на её заду.

Да, да, у неё по бокам… как это называется на лошади?.. есть пара отметок. Зад это неправильное слово. Надо почитать книжку по лошадиной анатомии. Ладно, пока неважно.

Это не татуировки, это шерсть, изменившая цвет. Её остальной цвет ближе к естественному, серый, вместо этого дурацкого аквамаринового. Я думаю, пара капель красного там тоже есть, но настолько размытая, что скорее просто придаёт цвету пастельный тон.

Ну а самое в этой «Клауди Скайз» странное то, что у неё есть крылья. Настоящие крылья, растут прямо из боков, как будто она химера или ещё что-то такое. Правда, смотрятся они на ней достаточно естественно. Перья по цвету такие же, как и шерсть. Особой пользы в них не видно – они слишком маленькие, поднять что-то с нас размером им не по силам. Вроде бы это называется «Пегас». Как тот чувак, который пытался доскакать до вершины Олимпа, хотя знал, что смертных туда не пускают.

Найти ещё одного выжившего это тоже что-то из этой оперы. Я уже смирилась, что никого не найду (собака не считается). Что мне о себе думать, если я всего за неделю с этим смирилась?

Клауди Скайз, конечно, странная до невозможности. Одежду она не носит принципиально, говорит: «звери ничего не носят, а мы теперь звери и ничего более». Не буду спорить, на шерсти одежда очень неудобна, но согласиться с ней отказываюсь. Неважно. Мне плевать, голые возле меня лошади или нет.

В общем, она несколько эксцентрична. Хорошо, весьма эксцентрична. По всему, за ней скрывается история страданий и насилия. Естественно, что после конца света никого без табуна тараканов в голове мне найти не удалось. И в табуне она… ну вот пожалуйста, стоило только провести время в чьём-то обществе и уже в голову лезут каламбуры.

Не знаю, всегда ли эта Клауди Скайз была с крышей набекрень, или это с ней недавно. Впрочем, я понятия не имею, как такое лечат. Знаю, что надо проявлять доброту, понимание и терпение. И раз уж она (на данный момент) единственный другой человек в мире, я обязательно попытаюсь. Мои друзья могли бы сказать, что с добротой и пониманием у меня туговато, но где теперь все эти друзья? Но в одном соглашусь – почти наверняка я в этом деле как-нибудь накосячу.

К своей квартире она не слишком привязана – раньше она жила где-то в другом месте. Где – не говорит, только «надеюсь, оно сгорит дотла, когда сюда доберутся летние пожары». Я рассказала про свою базу, и быстро убедила её переехать. Разумеется, допускаю, что она согласилась бы на что угодно, лишь бы не жить в одиночестве. Не скажу, чтобы её стиль жизни мне особенно понравился.

Она предложила мне свою кровать, но я, разумеется, устроилась на диванчике. Генератора у неё нет, только несколько фонариков и большой ящик батареек. Воды тоже нет, только в бутылках. Процесс открытия бутылки без пальцев невероятно бесит. Пришлось просто пробить дырку, чтобы добраться до воды. Впрочем, этот метод вполне терпим. Подозреваю, что это одна из причин, по которым она так охотно переехала. Как я и думала, рация у неё была старая, раздолбанная, и как ей правильно пользоваться она не знала. Неважно, её хватило, чтобы довести меня до места.

Сегодня мы нагрузили тележку её пожитками (выкинули карту и сломанную колонку). Скай (такой вариант её имени звучит не так глупо) предложила помощь, и моя шея и бока бесконечно благодарны ей за спасение от натирания нейлоном хотя бы на часть пути.

Больше всего её интересовало всё, что я узнала и сделала. Большая часть моих новостей была неприятна – о причинах произошедшего я так ничего и не знаю. Я сказала, что раз никакой уверенности в том, что мы докопаемся до причин, нет, наша первоочерёдная задача – выжить. Она согласилась и больше ничего о людях и о том, каков был мир до всех этих событий, не заговаривала. На мои вопросы она либо отвечала уклончиво, либо с честным непониманием, хотя с интересом выслушала всё о том, что я сделала в гараже и о моих планах по переселению в дом.

О да, у меня есть планы. Есть у меня в крови что-то организаторское, по отцовской линии. Жаль, не проявлялось вплоть до момента, когда уже всё было кончено. Зато теперь, когда у меня есть причина барахтаться помимо моего собственного выживания, чувствую, я развернусь как следует. Теперь нас тут двое рискует остаться без еды и воды. Конечно, ещё один плюс в том, что мне не придётся теперь делать всё самой. Теперь у меня есть кто-то, кто, надеюсь, со временем станет другом, готовым помочь тянуть лямку. То, что она это она, это плюс. Немножко эгоистично так думать, но учитывая всё, что произошло, я только рада. Не уверена, что нормально пережила бы альтернативу.

В штаб-квартире четыре комнаты. С прибытием пополнения, я перенесла весь свой бардак в главную спальню, оставив свободными три комнаты для тех, кого я надеюсь скоро найти. Когда я была одна, всё было ужасно и одиноко. Теперь нас двое, и где-то должно быть больше. Десятки, сотни или тысячи – не знаю. Но мы их найдём.

Даже не знаю, хочу ли я на самом деле, чтобы наше предприятие увенчалось успехом. Лучше ли будет горстке «людей» продолжать существовать, или надо просто тихо уйти в закат. Не уверена. Что я точно знаю, что по-хорошему это решение не должно ложиться на меня. Чувство такое, как будто миллиарды людей, которые должны его принять, просто заткнули.

Следующая задача – транспорт, просто транспорт. Может быть, вместе нам удастся придумать как сделать настоящую упряжь, или как-то усовершенствовать игрушечную. Пожалуй, полезно будет организовать огород. Интересно, могут ли лошади управлять мотоплугом?

Всё-таки не навсегда одинокая,

— А

Постаралась получше передать Клауди Скайз. Поза пока не получилась. Мне кажется, у меня получается всё лучше. Пожалуй, научиться рисовать ртом всё-таки возможно.