Шляпа решает все

Однажды Твайлайт Спаркл спросила свою вечно честную подругу о происхождении ее любимой шляпы. Тогда Эпплджек отмахнулась, пробурчав что-то про важный атрибут главенства в семье. Какая же правда скрывается за историей этой шляпы, и если ничего темного в ней нет, то почему Эйджей так неприятно вспоминать об этом?

Эплджек Эплблум Биг Макинтош Грэнни Смит Другие пони

Понедельник — день тяжёлый

Справиться с таким большим королевством, как Эквестрия, не так-то просто. Тут нужен тот, кто заменит тебе глаза и уши, поможет, подскажет, если что. Для этого и существуют советники. Но ведь никто не говорил, что отношения между советником и принцессой могут быть исключительно официальными…

Принцесса Луна ОС - пони

Чудо примиряющего очага

Продолжение истории "От рассвета до рассвета" и "Первого снега". Завидуя "режиссёрскому" таланту сестёр-принцесс, Дискорд взялся ставить свой собственный спектакль в Ночь Согревающего Очага. Но даже он не мог представить, во что в конечном итоге выльется его маленькая комедия...

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Трикси, Великая и Могучая ОС - пони Дискорд Король Сомбра

Роза

Здесь нет ничего не обычного.И ах да. Мало "букаф". Так что простите...

Пьеса: Кентерлотская Свадьба

Последние серии второго сезона представленные в виде стихотворного театрального произведения.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия

Зубная боль в сердце

Помимо эпических сражений за настоящее и будущее Эквестрии... а в случае с Твайлайт - ещё и за прошлое... пони живут вполне рутинной жизнью. Но жизнь эта бросает порой нешуточные вызовы. Пусть преодоление их не сопровождается разрывом светового спектра на семь цветов, в чьей-то жизни это - самые главные победы. Берри Панч и Колгейт учатся терпению и доверию в борьбе со всё усугубляющимся пьянством Берри. Единорог-стоматолог пытается докопаться до его причин. Но сможет ли она принять эти причины?

Бэрри Пунш Колгейт

Эквестрийские разборки

Все знают, что Рэинбоу самая быстрая пони. А что, если найдется тот, кто бросит ей вызов в скорости?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Скуталу Другие пони

Что такое Энджел... (пародия на пародию)

Да, сперва была «Что такое осень» ДДТ, затем она как-то плавно перетекла в «Что такое кролик», а теперь вот… Итак…

Флаттершай Принцесса Луна Энджел

September

Фанфик написанный к песне "September" музыканта The Living Tombstone.

Принцесса Селестия Другие пони ОС - пони

Почему я плачу?

Для Меткоискателей в их жизни не было хулигана хуже, чем Даймонд Тиара. Из-за неё жизнь маленьких кобылок превратилась в сплошную череду неудач. Но когда случайность обрывает жизнь Даймонд Тиары, каждая из них начинает переживать свой собственный эмоциональный опыт по этому поводу, пытаясь найти ответ. Каждая узнает много нового о себе, и о той пони, которая, казалось, была им так хорошо знакома, прежде чем вся эта история закончится.

Эплблум Скуталу Свити Белл Диамонд Тиара Сильвер Спун Другие пони

Автор рисунка: Stinkehund
Глава 10: Самый темный час перед рассветом Глава 12: Невинность

Глава 11: Зная, что это лишь полдела

Глава 11: Зная, что это лишь полдела.

Всё, что тебе нужно в битве, — это горячая кровь и осознание того, что поражение будет намного опаснее победы.

– Прости, Флэйр, но тебе нужно уйти.

– Ты не можешь сделать этого! Это возмутительно! Хайред... мы же так много всего пережили вместе. Ты... ты просто не можешь сделать этого. – я покачала головой и позволила Флейру выпустить пар. Я знала, что он никогда не захочет понять этого, но так надо. Это единственный путь.

– Не парься, Флэйр. – Серенити подбежала и похлопала его по плечу. – Ты можешь быть в моей команде... ну, в следующий раз. – чёрт возьми, а ведь тогда у них будет перевес.

– Поехали. – сказала я Серенити, пока бежала на другую половину поля. – Давайте покончим с этим.

– Я не могу дождаться начала, но давайте я сначала установлю некоторые правила. – Серенити прыгала на мяче для хуфбола, который придерживала с помощью магии. "Самое главное, чтобы ни у кого не было преимуществ. Так что... никаких крыльев, магии и огромных пушек пятидесятого калибра.

– Искусность не огромная. – размер этого оружия идеален. Она не слишком большая и не слишком маленькая. Спасибо за внимание.

– Это самая, блять, гигантская пушка из всех, которые я видел. – сказал Флэйр, разводя копыта в стороны, чтобы продемонстрировать размер. – С этой штукой ты похожа на огромный серый танк, разъёбывающий всё на своём пути. Кстати, Искусность – это глупое имя. – тут он перегнул палку. Теперь я собиралась выбить из него всё дерьмо в этом хуфболе.

Мы стояли посреди какого-то поля с парами мёртвых деревьев на разных сторонах, которые стали нашими воротами, но... блять, мы находились посреди поля на Пустоши, и в любой момент на нас могли напасть рейдеры или ещё какие-нибудь ублюдки. Прошло полтора дня с того момента, как мы вышли из тоннелей, и теперь я надеялась, что хотя бы Баши не побеспокоят нас.

– Позязя, Хайред. – сказала она, надув губы. – Очень прошу, мамо…

– Ладно. – я прервала её, не дав назвать меня этим словом. – Я делаю это не потому, что ты сделала это своё грустное лицо, которое ты делаешь каждый раз, когда у тебя не получается убедить кого-то. Я сыграю только при условии, что ты перестанешь называть меня мамочкой. – она надулась ещё сильнее. – Прекрати это. Просто согласись и мы сможем поиграть. – затем она сделала свои щенячьи глазки, которые сразу же налились слезами. Вопреки своим принципам я ответила. – Ладно, чёрт возьми! Мы поговорим об этом позже, окей?! – почти незаметно хихикнув, она кивнула.

Ворча и снимая Искусность, у меня возникло приятное чувство, что я перехитрила жеребёнка. Снова. Мне кажется, или половина всего того, что я делала все это время, — это попытка перехитрить других. Другая половина — это, конечно же, попадать в плен.

– Какие ещё правила?

– Ух... Первый, кто получит пять очков — побеждает... Ну, чего вы стоите?! Вперё-ё-ё-ё-ёд! – закричала Серенити со всем энтузиазмом, который смогла найти в себе. Между прочим, его много. Очень много.

После этих слов она спрыгнула с мяча и ударила его со всей силы своим маленьким копытцем. Он прокатился около метра и остановился перед Флэйром, который, не теряя времени, резко сорвался с места, двигаясь как молния и оставляя за собой только синий след. Он пинал мяч перед собой и непрерывно набирал скорость. Чёрт возьми, этот пегас двигался так быстро, что за ним практически невозможно было уследить. Ненавижу, блять, пегасов.

Я побежала вперёд, чтобы опередить его, пока Серенити перемещалась на другую половину поля. Пегас был слишком быстрым для меня и он смог легко увернуться от меня. Развернувшись так быстро, как могла, я вытянула шею и схватила зубами лохмотья на Флэйре, которые раньше были комбинезоном. Сначала меня немного дернуло вслед за пегасом, но ткань не выдержала и порвалась, обнажая синюю шёрстку пегаса. Почти всегда я видела его одетым и сейчас он выглядел немного непривычно.

После удара мяч взлетел в воздух и, ударившись об одно из двух деревьев, которые обозначали ворота, врезался Флэйру в лицо, отправляя его на землю. После этого счёт стал выглядеть так: Флэйр — 1, Серенити и Сильвер Шторм — 0, мяч, пинающий наши крупы — 1.

Я похлопала дурного пегаса по плечу и сказала: “Хватит быть таким слабаком. – затем я на секунду взглянула на его фланк и решила спросить – А что это означает?” – сказала я, указывая на кьютимарку в виде открытой книги на его крупе.

– Хех. Бля, ты наконец-то увидела её? – тяжело и притворно он вздохнул. – Я старался скрыть это. Не так уж и круто, да? Я надеялся на что-то типа гранаты, или взрыва, или взрывающейся гранаты! – это всё, конечно, хорошо, но он не ответил на заданный вопрос. – Это связано с моими историями. Когда я был маленьким жеребёнком и учился в Анклавовской школе, мы с другими ребятами упали в тоннели под Дайсом, а взрослые об этом не знали. Никто из нас не был хорошим летуном и поэтому нам самостоятельно пришлось искать выход. Мы ведь все знаем насколько эти места опасные и страшные? Так вот. Для того, чтобы ребята не боялись, я начал рассказывать разные истории. Например о том, как пердел наш старый учитель, – Серенити засмеялась, – и о том, как этот пердёж спас мир от Дискорда. Когда мы всё-таки нашли выход оттуда, я обнаружил эту кьютимарку.

– Эт выглядит туповатым. – Уныло сказала я.

– Да? А что же значат камни на твоих фланках? – он заржал. – Что ты хорошо стреляешь из рогатки? Что ты жрёшь камни? Она же должна что-то значить, а я выдал неплохие варианты. – он усмехнулся и побежал через поле грязи за мячом.

Если вам интересно где мы нашли целый мяч: Серенити нашла один порванный и ремонтировала его, пока мы путешествовали. На самом деле ремонтировать вещи легко, когда тебе не приходится идти своими ногами и я уверена, что магия способствовала этому. Хотя, на этот раз она сидела на мне не из-за лени, а из-за ран, которые она получила в тоннелях, и я решила дать ей отдохнуть. Конечно, мы тоже были ранены: прошёл уже день после того, как мы вышли, но без лечащих зелий мы были слабы. Флэйр всё ещё мог парить над землёй, но о каких-либо трюках не может быть и речи.

Я была практически в полном порядке. Не учитывая укуса на фланке, который начал гноиться, и огромного пореза на груди. А, точно – я до сих пор иногда слышала, как ветер шепчет мне что-то. Конечно, я понимала, что в этот раз это работает моё воображение, но...

На самом деле это соревнование мы устроили только для того, чтобы оставаться активными, и если что, быть готовыми к рейдерской атаке. По крайней мере, я так считала. И Флэйр и Серенити называли это "Веселиться". Я, конечно, была против того, чтобы относиться к этому как к развлечению, но я была в меньшинстве.

– Хватит тянуть время, Слоуед Ган. – Серенити пробежала мимо меня, когда солнце заливало светом её лицо. Мне было тяжело поверить, что оно вернулось. Да, я видела, как оно освещало поле, пока мы играли, и я могла смотреть на него, но... но это было как-то нереально. Пегасы закрыли небо 200 лет назад, а теперь они просто открыли его, и мы снова видим солнечный свет. Я не верю в то, что на пустоши случается чудо, но не было никаких сомнений, что это было именно оно. – ХАЙРЕД! – закричала Серенити, топая своими маленькими копытцами. – Мы как бы играем! Нельзя дать дурачку забить ещё один гол!

– Точно. – кивнув головой, я вернулась в игру. Мяч был на середине нашего импровизированного поля, так что я просто побежала за ним. Флэйр почти коснулся его первым, но я нырнула и ударила по мячу, передав его Серенити. Пегас быстро развернулся, но кобылка уже бежала к воротам, пиная мяч своими ножками и стараясь не споткнуться.

Но она споткнулась. Пока она бежала, мяч закатился под её тело из-за чего она упала с характерным "Уф" и прокатилась по земле. Флэйр промчался мимо неё, но затем остановился проверить, всё ли было в порядке с Серенити. Этого времени мне хватило, чтобы подбежать, схватить его хвост зубами и зарыться копытами в землю. Когда же он попытался побежать вперёд (он действительно хотел утащить меня за собой?), то упал, ударившись подбородком. Я перепрыгнула через него, перехватила мяч и побежала дальше.

Только поднявшаяся Серенити уже бежала рядом со мной и просила передать ей мяч. Не подумав о том, сможет ли кобылка сравниться в скорости со мной, я пнула мяч в её сторону. И вдруг Флэйр выскочил из ниоткуда. Он нырнул к мячу, толкая себя своими крыльями. Он приближался к нему, и время будто замедлилось. Он уже почти перехватил его.

И промахнулся.

Он влетел в лужу, разбрызгав грязь вокруг себя. Серенити подпрыгнула и ударила по мячу головой с характерным глухим звуком. Затем она приземлилась и с довольной ухмылкой попыталась проследить за мячом. Через пару секунд она удивлённо наклонила голову и спросила, развернувшись ко мне: "Я... я проткнула его, да?"

Я усмехнулась. Потребовалось немного потянуть мяч на себя, чтобы он упал с её рога на землю и сдулся. "Похоже, что эта игра закончена". – Серенити охнула, потирая область вокруг рога копытом, и пробурчала извинения.

– Ну… – Флэйр ухмылялся, высунув морду из грязи. – Полагаю, это значит, что я победил...

– Нет.

Подождите... Развернувшись назад я увидела группу металлических пони: "Мы победили". Одна из них сделала шаг вперёд. Она была абсолютно неотличима от других из-за одинаковой силовой брони, но эта пиздецки огромная пушка на её спине дала мне понять, что я должна говорить именно с этой пони.

Я поступила так, как всегда делаю в ситуациях, когда встретилась с непреодолимыми разногласиями: "Отъебитесь". Затем я сделала шаг вперёд, и командир этого отряда злобно посмотрела на меня (это чувствовалось даже через шлем!). Кажется, мы с ними уже когда-то встречались на севере. У меня не было времени для всякой хуйни связанной с ними: "Мы пытаемся играть в хуфбол".

Пони в шлеме повернула голову ко мне. Я представила как она подняла бровь: "Ты, блять, серьёзно? – она тряхнула головой. – Ох-х... По приказу Старейшины Чанки Соуп мы должны захватить капитана Флэйра и всех сопровождающих его пони. – с-серьёзно? Я думала, что моё имя будет странно звучать, но это... это тупо! – Подчинитесь и вас пощадят до тех пор, пока не будет установлена ваша вина или невиновность."

Я сняла Искусность с предохранителя... А, нет. Когда я сжала зубы, то не почувствовала узды и поняла, что моё боевое седло всё ещё лежит рядом с полем. Я знала, что мне не стоило его снимать! А ещё я понимала, что где-то в голове Флэйр записывает этот случай в список "Хайред попадает в плен." В этот раз это полностью его вина, ведь их послали именно за...

– ... капитан Флэйр?


– ... Оно греет саму душу... Но можешь ли ты почувствовать это, Дайс? Пришёл новый день, но солнце всё ещё с нами... Разве это не восхитительно? Перейдём к новостям. Некоторые говорят, что слушать их нет смысла, ведь они бывают только плохими, но в этот раз новости хорошие, и лучше бы их услышали все. Председатель НКА и король минотавров подписали договор о перемирии, решив, что нельзя начинать новую эру с войны. В мире должен править мир. Немного глупо, если вам интересно моё мнение. Минотавры всё ещё отрицают своё участие в массовом убийстве на базе Южного Каньона, но они выказали соболезнования. Это ещё не всё: Совет НКА единогласно признал вчерашний день праздником на территории всего альянса и назвал его "Днём Рассвета". Банды Дайса, в том числе и Мустанги, лидером которых стал бывший заместитель Мэйхем, одобрили это решение...

– К другим новостям. Тела убитых в кровавой битве несколько ночей назад всё ещё подсчитываются. В дополнение к нескольким десяткам погибших Башей и Мустангов, в числе которых оказался и Рой Мустанг собственной персоной, невинные граждане, живущие возле восточной стены, тоже подверглись нападению и были убиты. А так же погиб один офицер НКА, находящийся на стене в момент взрыва неподалёку. – а ведь в том взрыве могла погибнуть и я.

Я шла с высоко поднятой головой и цепями, звенящими на моих ногах. Они были надеты так, что я не могла бежать, но всё ещё не стесняли движения... При медленной и аккуратной ходьбе. Но, если честно, я думаю, что Стальные Рейнджеры не погнались бы за мной, если бы я сбежала, ведь их больше интересовал капитан Флэйр. Они приковали его к четырём рейнджерам в силовой броне, идущим рядом с ним, а раненые крылья привязали к груди. Мне же достался всего один назойливый охранник. К счастью, они разрешили Серенити сесть на спину одного из отряда, но её ноги были связаны, и она едва могла двигаться. Кто мог знать, что маленькая кобылка может быть настолько опасной? Она плакала после убийства обычного гуля, а о том, чтобы прикончить Стального Рейнджера не было и речи.

– До сих пор не установлена точная причина смерти Роя Мустанга. – мы взбирались по ухабистой дороге на холм, неподалеку от которого нас взяли в плен. Хоть отряд этих железных пони и не разрешил мне говорить, но они дали мне полное право пользоваться радио на пипбаке, которое я практически сразу включила на полную громкость. Я не включала его с того момента, как мы вошли в тоннель, ведь мы и так были напряжены, а услышать угрозы от Молли, которая могла захватить радиостанцию нам не очень хотелось. – Молли считает, что убийство Роя нужно воспринимать как месть за тех мирных граждан, погибших несколько недель назад на электростанции.

Когда мы поднялись на верхушку холма, я увидела что-то слева от себя. Жаль, что я не надела солнцезащитные очки до того, как меня взяли в плен, ведь свет, отражающийся от огромной тонкой башни, ослеплял меня. Она была настолько высокой, что казалось, будто она, как белое лезвие, разрезает небо, а возле верхушки собрались несколько отдельных облачков – Мэйхем, который взял на себя роль лидера Мустангов, сказал, я цитирую: "Оправдания Молли просто смехотворны". Он считает, что вопрос состоит не в том, участвовала ли она в убийстве, а в том, была ли она одна или же ей помогали покровители из НКА.

Прозвучали небольшие помехи, и я услышала знакомый голос Мэйхема: "Нет, я не говорил, что НКА убили Роя. Просто я сказал, что Мустанги и НКА никогда не ладили, ведь так? И кстати, если Баши хотели, чтобы он был жив, то тогда кому в Дайсе вообще была интересна его смерть? – хм-м... Я, Молли, НКА, сам Мэйхем, возможно, Анклав, гули, жители Дайса, раздражённые клиенты. Да кому угодно, если на то пошло. – То, что мы были не готовы к предательству со стороны Башей и таким разрушениям отеля – для меня позор. Я надеюсь, что вы не станете винить нас за возросшие цены на воду, ведь... После всего, что мы сделали для жителей Дайса, продолжая раздавать такой ценный ресурс почти даром, даже несмотря на многочисленные нападения на наших пони.”

Мистер Нью Хайгас вернулся на своё место: "Уже надоело? В таком случае не выключайте радио, ведь время новостей закончилось и сейчас вы будете слушать ваши любимые песни. Они лежали 200 лет, чтобы снова стать популярными!"

– Конец боевым действиям. – охранник сбоку от меня усмехнулся. – ...Мои копыта в крови. – она была кобылкой и из-за брони это единственное, что я смогла понять. Самое смешное, что даже в этой силовой броне она была на голову ниже меня... Но у неё было оружие, а я сняла Искусность. – Это... Это просто очередное перемирие на неделю. Может на две... Возможно, даже на месяц, но в любом случае война продолжится. – она посмотрела на меня светящимися глазами своего шлема. – НКА нашли мегазаклинание.

Я не сказала ничего, просто игнорируя её. Отвечать на такие вопросы без разрешения было достаточно сложно: "Ты хочешь знать что я думаю? – я молча кивнула, смотря на Серенити, которая умудрилась заснуть на спине Рейнджера. Она может спать где угодно. – Что ж, Председатель Совета из Сэнди Стифл, они хотят закончить войну. Все только проголосовали за начало боевых действий, как вдруг появилось солнце, о нет! Его бы просто линчевали, если бы он атаковал, и именно поэтому они ждут, пока они нападут на них."

– И они сделают это. – пробубнила Серенити, лежащая на спине охранника, из-за чего у меня перехватило дыхание. Я думала, она спит! – Слышала по радио. – судя по всему она не получила приказа "закрыться нахер и не говорить".

– Хах... А эта мелкая — умная. – Серенити гордо улыбнулась, но её глаза оставались закрытыми. – Никто не знает, кто взорвал мегазаклинание. Большинство пони считает, что это сделали минотавры, но они не атаковали пони так свирепо в течение многих лет. Именно тут появляется вопрос — так почему же именно сейчас? Пока минотавры не проявят агрессию, а они этого не сделают, ничего не произойдёт.

– Значит? – произнесла я, полагая, что запрет на разговоры был снят.

– Это значит, что НКА развязывает войну без согласия своих городов, понимаешь? Заставить минотавров атаковать. Затем, БУМ! Мир захлёбывается в дерьме, а Селестия будет наблюдать за тем, как пони сгрызут друг друга живьём. – я представила, как она улыбается мне, но если серьёзно, кто мог об этом знать?

– А вы, кажется, способствуете этому. – невозмутимо сказала я.

– Это не моя работа. – ну конечно, она же всего лишь... кто? Рыцарь? Я слышала, что нужно быть как минимум паладином, чтобы иметь собственное мнение. – Я выполняю приказы, не задавая лишних вопросов. – она вздохнула и посмотрела вдаль с высоты холма, на котором стояли мы. За своей спиной я всё ещё могла видеть огромные серые стены Дайса и здания, которые возвышались над ними. Казалось, что гигантская розовая пони наблюдает за мной на всей пустоши... ни капельки не жутко. Когда я развернулась к своему стражу, то увидела, на что она смотрит.

Вдали от нас находился большой комплекс, окружённый маленькими серыми стенами. Большая часть комплекса была застроена длинными серыми зданиями вдоль стен, а в центре были ряды каких-то зелёных штук. Всё это было очень, очень странным, поэтому я отвела взгляд.

– Ферма НКА. – Стальной Рейнджер усмехнулся. – Используются Башами, но всё равно выращивать много на них не получается. Скорее всего у ребят из Альянса есть какие-то секреты по обработке облучённой земли. Они считают, что так смогут купить членство Дайса в НКА.

– Как интересно… – сказала я, пытаясь подавить зевок. Почему пони всегда читают мне лекции? Неужели когда им говорят поймать меня, то заодно приказывают посвятить меня во все мельчайшие подробности политической структуры и взаимоотношений между фракциями? Меня не ебёт ни НКА, ни их фермы, ни их союзники. Я просто хочу свалить от этих стальных ублюдков, найти ближайший пост НКА и получить деньги за убийство Роя.

Кроме этого, мне хотелось бы провести один спокойный день, не попадая в плен, подземелье, и не устраивая кровавую резню.

Это было бы так классно, но Селестия, несмотря на то, что она смотрит на меня с улыбкой, недостаточно любит меня, чтобы исполнить моё желание.

– Мы уже пришли? – промычала Серенити после нескольких минут музыки на радио. На самом деле меня тоже интересовал этот вопрос. Как бы ни было весело блуждать по пустошам, но мне уже хотелось попасть в то место, откуда мне предстоит сбежать.

– Скоро, скоро. – она усмехнулась (наверное. Эти чёртовы шлемы не позволяют показывать эмоции), когда вся группа остановилась. – Мы должны завязать вам глаза.

Ёбаный в рот.


Мы шли приблизительно милю и, скорее всего, так и было. В темноте я ничего не видела (иногда у меня по спине пробегали мурашки, когда я вспоминала о тоннеле), но я всё ещё могла чувствовать. Вопреки распространенному мнению, мой мозг работал так же превосходно, как и остальные чувства. На холме ветер дул с юга и трепал мою гриву, но затем мы начали спускаться, и ветер исчез, а значит, мы спустились по северной стороне. Сначала мы шли по земле, но потом мы перешли на твёрдый асфальт. Мои копыта меня не обманывают. Шли не очень долго и вскоре мы оказались в помещении. Я предположила, что оно было больше, чем обычный придорожный магазин. Возможно, какая-то стоянка с секретной дверью.

Всё правильно, сучки. Я планировала всё зарание. Можете сожрать свое сердце, если подумали, что я не учусь на своих ошибках. Потому что я учусь...

Оттуда мы шли вниз, и вниз, и вниз. Я почувствовала укол страха в животе, пока мы спускались. Я знаю, что за последнюю неделю много времени провела под землёй, борясь со страхами, но это не та вещь, к которой можно вот так привыкнуть. Кроме того, прошло всего пару дней с того момента, как мы покинули тот конченый тоннель, и воспоминания ещё долго не покинут меня. И, возможно, я сойду с ума. Но, если вам интересно, это произойдёт в любом случае. Кстати, я с детства находилась на грани безумия и мне всегда было интересно, каково это – находиться по другую сторону.

Мы прошли через череду дурно пахнущих комнат... что-то среднее между гнилой бумагой и застоялым воздухом, а после зашли в комнату, в которой пахло навозом. Конечно же это была наша камера, потому что, ну вы серьёзно? А что же это ещё может быть? Они могли бы повесить освежитель воздуха, чтобы мы зашли и удивились такой роскошной вещи в таких скромных апартаментах, но нет. Нахер надо.

Конечно, когда повязку с глаз сняли, меня ослепил искусственный свет. Я удивилась. Не тому факту, что наша камера оказалась засранной комнатой со сральным ведром в углу, а тому, что Серенити нигде не было видно.

Я повернулась и прижалась лицом к шлему ближайшего Стального Рейнджера: "Где. Блять. Она?" – мне нужен был ответ на мой вопрос.

– П-пока она здесь, ты не имеешь пр...

– Где. Кобылка? – повторила я. Если она подумала, что это просто шоу и я просто выёбываюсь, то ей бы сразу выбросить эти мысли из головы, иначе я сама вскрою этот жестяной шлем и сделаю это.

– Я-я... сказала.

– ГДЕ!?

– Наверху! – она грубо толкнула меня и ей потребовалось пару секунд, чтобы успокоится. – Сейчас её осматривают и лечат. Она будет находиться под нашим присмотром до тех пор, пока не выздоровеет. Хоть вы и наши пленники, но наш кодекс запрещает причинение вреда или содержание в плохих условиях жеребят. – она снова толкнула меня.

После всего этого меня отвели в камеру, которой оказалась грязная комната, разделённая ржавой стальной решёткой посередине. На моей половине располагались такие удобства, как сральное ведро, куча тряпья в качестве кровати и обглоданный кротокрыс. Завтрак, наверное.

На второй половине комнаты располагалась лестница, ведущая в комплекс, и рабочее место (стол, стул) с о-о-очень яркой лампой. Стандартное оборудование для допроса. Я уже успела познакомится с ним, когда работала в Комнате, выполняя поручения Мустангов. Эта комната была сделана в стиле Убежища, но сам комплекс был намного чище, а каменно-железные стены придавали ему характерную "мы совсем не такие злые, как вам кажется" ауру.

Как и подобает Стальным Рейнджерам, двое пони в силовой броне затащили Флэйра в комнату. Как и подобает Флэйру, он улыбался всю дорогу, а когда его посадили за стол и направили свет на лицо, он театрально откинул голову.

– О, СЕЛЕСТИЯ! – закричал он через секунду, резко распахнув крылья. – Это был я! Я сделал это! Н-но... Но это не по моей воле! М-меня заставили! Умоляю, не делайте мне больно! Прошу вас! Не-е-е-е-е-ет!! – он визжал и дёргался, а я пыталась подавить смех. Два охранника, которые привели пегаса сюда, стали по обеим сторонам от него, а тот, который закидывал меня в камеру, расположился с другой стороны стола.

Затем он начал ходить — медленно и задумчиво, будто искал смысл в каждом своём шаге. Это было сделано, чтобы допрашиваемый пони почувствовал себя неуютно, занервничал и понял, что напротив него пони, который знает что делает. Соединение шлема и основной брони зашипело и он плавным движением снял его, положив на стол. Под шлемом оказался ярко-розовый жеребец (я хихикнула) с зелёной гривой и смешными свисающими усами. Думаю, Серенити бы такие понравились.

– Говори. – без шлема его голос звучал более высоким. – Расскажи мне всё.

– Ладненько. – пегас вздохнул и хлопнул копытами об стол, а затем сложил крылья. – Подойди ближе. – усатый жеребец наклонился вперёд, а его шёрстка немного поблёскивала. – Ближе. – он наклонился сильнее. – Я... Я...

Флэйр сделал драматическую паузу.

– Я украл печенье из банки! – мы с пегасом рассмеялись. – Это был я! Я это сделал. Вы наконец-то поймали меня. На когда назначена казнь? – он потёр подбородок, улыбаясь и думая о том, насколько он остроумен. – Кстати, тебе идут усики. Они как будто говорят: "Я могу быть красивенькой кобылкой, но при этом оставаться чертовски крутым". Серьёзно. Вот поверь мне. – он хихикнул и нахмурился.

Стальной рейнджер ударил копытом по столу, сломав его: "Я ПАЛАДИН КЁРЛИ ФРИС, И ТЫ БУДЕШЬ УВАЖАТЬ МЕНЯ! – Флэйр молчал в течении трёх секунд, а затем взорвался смехом, заставляя усы жеребца вертеться от злости. – Хватит." – он вздохнул.

Глухой удар и резкий вдох. Это был Флэйр, которому Стальной Рейнджер ударил в живот окованным в железо копытом . Затем пегас кашлянул и улыбнулся, из-за чего Кёрли Фрис нахмурился: "Хватит выёбываться – сказал розовый жеребец голосом, наполненным злостью. – Я знаю кто ты."

– Я Флэйр. – пегас решил напомнить розовому жеребцу, кто он. – Если я правильно понимаю, то вы всё-таки услышали эти истории... Послушай, это не правда. Ну ладно, возможно, я всё же убил одного-двух рыцарей своим огромным ху… – ещё одно бронированное копыто. На этот раз Рейнджер просто ударил Флэйра головой об стол, разбив ему губу. – Ладно. Я немного соврал...

– Думаешь, ты смешной?

– Он смешной. – сказала я достаточно громко, чтобы меня услышали из камеры.

– Ты следующая, пизда. – произнёс Кёрли Фрис, махнув копытом, но не потрудившись даже взглянуть на меня. – А что же насчёт тебя, Флэйр... Ты будешь говорить. – я удержалась от комментариев. Не стоит сейчас грубить им. Просто молчать. – Что планирует Анклав?

– Очень много всего... Намного больше, чем ты можешь представить! – пегас замахал копытами. – Они устраивают чаепитие в следующую пятницу! Приглашены все, ты тоже… – очередной удар заставил его пошатнуться, но через некоторое время Флэйр снова сидел и ухмылялся. – А чего ожидал?

– Услышать нужную мне информацию. Ну, и твоей смерти, конечно же. – Кёрли Фрис засмеялся. – После того, что ты сделал тому Стальному Рейнджеру пять лет назад… – пять? Это, конечно, не такой важный вопрос, но всё-таки: сколько Флэйру лет? – Я был там. Я видел, как ты убивал гражданских! ТЫ УБИВАЛ ДЕТЕЙ! – пегас заметно поморщился, и я впервые увидела его таким растерянным. – А теперь вы пришли сюда и твердите, что мы плохие парни.

– Ага. – Флэйр улыбнулся, демонстрируя кровавый оскал. Это была жуткая улыбка, а на его лице она казалась ещё более жуткой. – Хех... забавная история, если честно. Ваши снайперы сутками сидели на горе, пытаясь сбивать нас. Мы спустились, чтобы снять вас с горы, а нас прозвали убийцами жеребят.

– Так и есть.

– Агась. – его улыбка спала с лица и он поморщился. – Я помню. Не пойми меня неправильно, Мистер Усач, я всё помню. Ты тоже должен. Ты был там. Мы, блять, предупреждали вас. Говорили вам, уёбкам, свалить нахуй, или будет война. Говорили, что если не хотите жертв, то эвакуируйте гражданских. Но вы ничего не сделали. Мы атаковали. Я отлично стреляю. – он покачал головой. – Ну, это была не забавная история, но это ничего не меняет. – он наклонился вперед. – Вы использовали жеребят в качестве живых щитов.

– И вы всё равно атаковали, кровожадные ублюдки.

– Оу-у... Ты ранишь меня. – Флэйр коснулся копытом его груди. – У тебя было пять лет, и это единственное оправдание, которое ты придумал? Ты оказался глупее чем выглядишь, а выглядишь ты дико глупо. Кроме того, – он поправил гриву Кёрли Фриса, – неужели ты думаешь, что Оставшиеся забыли о том, что сделали Стальные Рейнджеры, когда мы потеряли небо?

Всё стало на свои места, ведь так? Стальные Рейнджеры ненавидят Оставшихся, которые терпеть не могут пони с пустоши, а за всем этим можно проследить, если хоть немного вникнуть в историю. Минотавры напали на НКА, и теперь НКА убивают их. Зебры убивали пони, пони убивали зебр — разгорелась война, упали бомбы и всё закончилось, но даже спустя столько времени мы все ещё чувствуем на себе ошибки наших предков, а раны всё такие же глубокие... Но после стольких лет кто вообще может вспомнить, из-за чего началась война? В конце концов, насилие порождает ещё больше насилия, и я задумалась: "А надо ли оно мне?". Возможно, весь этот террор и жестокость никогда ничего не решали и не будут решать. Хоть я и не умная пони, но даже я почувствовала, что отдельный пони, во всех грязных делах этих фракций, альянсов и их разногласий, не решал ничего. Поэтому, возможно... Просто, возможно... каждого пони нужно судить по тому, кто он есть, а не кому он служит.

Конечно, это было просто банальное и глупое клише. Мир не такой простой, но иногда так приятно думать обратное.

– Не надо пересказывать мне историю, жеребчик. – Кёрли Фрис злобно ворчал, пока расхаживал по комнате. – Скажи мне, что планирует Анклав, и я подарю тебе быструю смерть. Ты уже признан виновным в убийстве, так что это для тебя будет лучшим вариантом. Ведь ты не хочешь умирать долго и мучительно?

Флэйр откинулся на спинку стула: "И так сойдёт".

– Ты издеваешься надо мной.

– Не-а. – Флэйр поёрзал в кресле пару секунд, из-за чего я задумалась о том, почему же стулья сделаны настолько неудобными, насколько это возможно. Будто они созданы не для пони. – Видишь ли, я не тупой. Может Хайред Ган и обладает IQ меньше, чем у кирпича, но у меня есть мозги. А ещё я намного веселее. В принципе, я во всём лучше неё... Вернёмся к делу. Я достаточно умён, чтобы понять, что ты убьёшь меня так, как захочешь, независимо от того, что я скажу. Я лучше буду молчать, но не выдам тебе информацию... Так что, иди на хуй.

Кажется, то был день прозрений, ведь в тот момент я поняла одну штуку. Независимо от того, что делал Флэйр, он всё ещё оставался военным. Его подготавливали, скорее всего с рождения, воевать и делать солдатские штуки. Он был среди тех моих знакомых, которые могли спокойно находиться под давлением (даже если вспомнить тоннели: когда я тряслась от волнения и страха, он рассказывал истории и шутил, держа свой разум чистым...) и выдержать допрос. Всё время, пока я знала его, он постоянно делал глупые вещи, так много и так часто, что я даже забыла о том, кто он и откуда пришёл.

– Интересно, будешь ли ты вести себя так же, если я возьму нож и займусь твоей девушкой? – он резко указал на меня.

Я позволила Флэйру посмеяться за меня: "Девушкой! ДЕВУШКОЙ, БЛЯ! – он продолжил смеяться, даже когда охранник сбросил его со стула сильным ударом. – Ты, бля... ты, блять, шутишь! Она... бля-я... она бы не трахнулась со мной, даже если бы судьба Пустоши зависела от этого. Она как бы шаловливка, придурок. Хах... Девушка, блять. Ты ахуенен, чувак. Из нас получился бы отличный дуэт комиков. Я буду рассказывать истории, а ты бу..."

Его подняли и закинули в мою клетку. Когда он прокатился по полу и врезался в сральное ведро, дверь захлопнулась: "Эй!" – сказала я, подходя к решётке. – Тут только одна кровать и ведро."

– Поделитесь. – прорычал он, после чего отдал приказ двум Стальным Рейнджерам оставаться на страже. Со злостью в каждом шаге он поднялся по лестнице и вышел. Я обратила внимание на Флэйра и перевёрнутое ведро, но решила ничего с этим не делать. Это выглядело забавно.

Флэйр медленно поднялся и улыбнулся мне. Я же, чувствуя странную эйфорию, улыбнулась ему в ответ, из-за чего он рассмеялся. Я усмехнулась, глядя на него. Совсем капельку. Когда он взял себя в копыта, нам нужно было возвращаться к работе. Мы застряли в Селестией забытом бункере, ожидающие пыток и смерти от пони, которые по сути не являются плохими, а просто находятся в отчаянии. Ну, по крайней мере, я так думаю.

– Они не такие жёсткие, как тебе кажется. – прошептал мне Флэйр. – Спарк-граната или выстрел из импульсного спарк-эммитера превратит их силовую броню в просто броню. Большинство из них даже не сможет двигаться.

– Э-э... чё? – я села на то, что примерно напоминало кровать.

– Бл... Ну, это типа как шокер. Короткий импульс в них, ЗИП-ЗАП — и их броня мертвее, чем Рой Мустанг. Стальные Рейнджеры собирают много оружия, большинство из которого — это энергооружие. Они пытаются скопировать технологии Анклава, наверное, некоторые из моделей уже... ОУ! Когда мы сбежим, мы обязательно должны будем поискать что-нибудь крутое. Это будет офигенно! Выебем этих уебков или типа того. – ну, может быть.

Каковы шансы, что пушка, убивающая Стальных Рейнджеров, будет находиться в логове Стальных Рейнджеров?


Время пролетело как обычно: медленно и с разными развлечениями, прямо как у большинства пони, которым приходится ждать. Правда, они при этом обычно не сидят глубоко под землёй в камере для заключённых...

Не думаю, что последние предложения имели смысл, но я просто пыталась донести до вас, что время шло реально медленно. Я и Флэйр по очереди бродили по камере, жаловались друг другу на голод (после тоннеля мы почти ничего не ели), ничего не делали и иногда использовали ведро (в это время другой отворачивался и посвистывал, делая вид, что ничего не замечает), так что в целом это было прекрасное время. Но, по крайней мере за нами не гнались гули и мы не сходили с ума от галлюцинаций. Думаю, если сравнить тот день с остальными, то вы можете назвать его хорошим.

– Так… – я нарушила тишину. Не потому, что я не люблю тишину — любые моменты молчания Флэйра можно сравнить с редким драгоценным камнем, — а потому, что я должна была кое-что узнать, либо мой мозг не успокоится. – Что случилось в… – я остановилась, чтобы он продолжил за меня.

– ... в лагере Биттер Стил? – казалось, что Флэйр прочёл мои мысли. Такое нечасто происходит с пони вокруг. У меня плохо получается намекать... – Жеребята, да? – агась, Кёрли Фрис так и сказал. Флэйр — убийца жеребят.

– Ты знал, что они там были? – я сглотнула, когда спрашивала это. Часть меня не хотела знать ответ. Как бы сильно Флэйр не раздражал меня, я успела привязаться к этому гиперактивному пегасу. Было бы не круто делать ему больно или тем более убивать.

– Да. – мышцы по всему телу резко сократились, реагируя на его слова, и я уверена, что он это заметил. Уши в гневе стали торчком, но я продолжала контролировать себя. Я ненавижу, когда кто-то вредит жеребятам. Это... это неправильно. – И да и нет. Давай я объясню. – он сглотнул и я сделала шаг назад, проклиная себя за моё любопытство.

– Это не та история, которую мне нравится рассказывать, а я обычно люблю это дело. – он на секунду взмахнул раненым крылом и вздохнул. – Я... мы предупредили их за неделю до этого. Мы сказали им, что если они не уйдут, то погибнут. Сказали, что если они будут сопротивляться, то пусть уведут детей. Мы пытались снова и снова... Я думал, что они послушали. – его голос перестал звучать звонко. Это был уже не тот Флэйр, с которым я привыкла общаться... его голос был тихим и поникшим.

– Мы атаковали на рассвете. После утреннего дождя лагерь окутал густой туман. Сэил доложил мне о том, что ночью на дороге, ведущей из лагеря, были видны фонари, и я так обрадовался, что они всё-таки решили послушать нас. – он покачал головой. – Хоть Стальные Рейнджеры и не ушли, но хотя бы жеребята... Так что мы напали. Мой отряд должен был атаковать с фланга, а затем уничтожить склады с припасами. – На его лице появилась грустная улыбка и он пустил слезу. – Мы сделали это. Мой отряд уничтожил десять Рейнджеров. Сначала вырубили их броню спарк-гранатами, а затем взорвали их с помощью Банкер Бастера. Так что мы отправились выполнять нашу вторую задачу.

– Это было обычное здание. До войны просто магазинчик, но мы знали, что они используют его как хранилище оружия и технологий, которые они так любезно "конфисковали" у дикарей с пустошей. И… – он всхлипнул и протёр глаза. – Банкер Бастер разобрался с этим. Отличный залп – и я не мог не радоваться. За это меня должны были повысить до капитана, мой отряд отлично справился с задачей, и никаких потерь со стороны гражданских не было. Но потом я увидел его.

Он снова всхлипнул, но продолжил говорить: "Жеребёнок выбежал из взорвавшегося здания. Его грива горела, а он кричал так громко... ОНИ СПРЯТАЛИ СВОИХ ДЕТЕЙ В ТОМ ЖЕ МЕСТЕ, ГДЕ ДЕРЖАЛИ ЕБУЧИЕ БОМБЫ! – закричал Флэйр. Его глаза покраснели и налились слезами – Я убил их... Я… – он протёр глаза. – Ага... Я убил их. Я получил своё повышение, но... после этого оно мне было уже не нужно. Я слышал эти крики... Всю оставшуюся жизнь я буду просыпаться и слышать их. Снова и снова... Они снятся мне в кошмарах. – это то, что мы слышали в тоннеле? Те самые крики? – Я получил медаль, меня поблагодарили. Генерал Скайлайт похлопал меня по спине. Затем я вернулся в свою комнату и... и часть меня умерла.”

Он шмыгнул носом и посмотрел на меня. Я могла видеть его воспоминания в его глазах. Почувствовала, как взрывная волна прошла через моё тело. Почувствовала запах дыма и горящей плоти. Услышала крики горящих заживо жеребят...

Вопреки моим принципам, я подошла к нему, обхватила шею копытами. И обняла его.

Часть меня возненавидела его за убийство жеребят, но я не могла убить его самого. Он сделал намного более полезные вещи, чем я – когда-либо за всю свою жизнь.

У пони есть свои истории, да? Иногда я забываю об этом. В глазах каждого пони я могла увидеть длинную и детальную историю... И у меня никогда не получилось бы принять её так же, как и владельцу этих глаз. Тем не менее, они были там и они управляли ими. Иногда вы встречаете так много пони, что забываете о том, что они жили до этого момента, что они делали хорошие и плохие вещи. Они жили, умирали и оставляли на пустоши свой след. А когда ты живёшь в пустоши, у каждого есть своя трагическая история.

Это была историй Флэйра. Я пыталась найти в ней смысл, и пока я пыталась это сделать, я довела этого пони до слез, а это не совсем то, что я люблю делать. Однажды, когда я в детстве поранилась, мама сказала, что большие пони не плачут и что я должна выплакать все слёзы пока я ещё жеребёнок. Конечно же она соврала — большие пони плачут постоянно. Я не была умной пони, но я поняла, почему она соврала мне. Когда ты всего лишь жеребёнок, ты должен верить большим пони. Должен зацепиться за что-то и считать это правильным и честным, даже если это не так. Просто потому, что у тебя ещё нет никаких других альтернатив.

Когда я отпустила Флэйра, он улыбнулся мне. Думаю, этого интересного рассказа мне хватило, и теперь я чувствовала себя уставшей.

– Ладно. – сказал Флэйр, сияя улыбкой. – Хайред Ган! – он произнёс это так, что я даже забыла о том, что он плакал пару минут назад. Старый Флэйр вернулся. – Настало время выслушать твою трагическую историю! Я знаю, что у тебя ес-

– Подожди. – стражник развернулся и посмотрел на меня. – Хайред Ган? – агась, это моё стопроцентно настоящее имя. Я взглянула на него и кивнула. – Я помню тебя... Ты защищала караван к северу отсюда, да? – я кивнула снова. – Я слышал, их всех перебили... как тебе удалось выжить?

– Кто ты?

– Я Блэклайт.

– Кто?

– Ну, Рыцарь Блэклайт.

– Прости, не помню такого. – я пожала плечами. – Всё благодаря удаче... а что?

– Я... Не, ничего. – он заёрзал на месте, когда второй охранник посмотрел на него. – Просто. Удивился. Это всё... Ладно, забей. – мне он понравился. Он поднял мне настроение и спас от неприятного разговора с Флэйром. Я не очень люблю рассказывать истории из своего прошлого. О большинстве из них я даже вспоминать не хочу.

– Рыцарь Блэклайт. – я усмехнулась, когда на лестнице появился розовый жеребец, теперь уже одетый в мантию Паладина. – Не разговаривай с заключёнными. – он спустился вниз с грацией брамина и остановился прямо перед Рыцарем. – Ты меня понял? – Блэклайт кивнул.

– Так значит тебя зовут Хайред Ган? – он подошёл к камере и поморщил нос от запаха.

– Ага. – я лениво махнула железной ногой.

– Ты мне всё расскажешь. У нас всё ещё есть кобылка наверху. – моё плечо зажглось болью. Глаза начали метаться по комнате. Кёрли Фрис был прямо передо мной, но два охранника стоят прямо возле лестницы. Вот дерьмо.

Не думая, я схватила Флэйра обоими копытами и швырнула на землю, а затем навалилась на него: "ОТПУСТИ ЕЁ! – закричала я. – ИЛИ Я УБЬЮ ЕГО! – Флэйр начал задыхаться, но не дёрнулся. Я взяла его за плечи и ударила головой об пол. – Я не шучу!"

Теперь все в комнате обратили внимание на меня. Двое охранников побежали за ключами, но Кёрли опередил их и приказал открыть дверь. Дверь в камеру распахнулась, и теперь розовый жеребец был прямо передо мной, выкрикивая что-то, но я его не слышала. Мой взгляд застыл на лестнице. Двое охранников смотрели на меня, медленно двигаясь назад, в сторону лестницы, чтобы позвать на помощь: "Я СДЕЛАЮ ЭТО!" – нужно всего лишь пару секунд.

Жжение усилилось, когда пони в плаще спрыгнула с лестницы. Она приземлилась на первого охранника, который бесшумно закричал. Выстрелил зелёным сгустком материи из странной винтовки, окутанной розовой магической хваткой, и поставил Рыцаря Блэклайта на колени, выключив его броню. Второй охранник к этому моменту как раз пришёл в себя и сразу получил залп прямо в лицо из импульсного спарк-эмиттера. Маленькая пони в коричневом плаще развернулась ко мне и, улыбаясь, сняла капюшон.

Магия Серенити не позволила крикам рыцарей разнестись по бункеру. Обожаю эту смекалистую кобылку.

– А нет, всё-таки я шучу. – я отпустила Флэйра, и тот сразу стал хватать ртом воздух.

– Что это? – пегас указал копытом за спину розового жеребца. Он обернулся и увидел двух подчинённых в отключке и Серенити, махающую спарк-эмиттером. Конечно, он не сработает на Кёрли без брони, но у меня был другой план.

– Лови! – крикнула я. Жеребец снова развернулся ко мне, не понимая, что происходит. Я надела ведро ему прямо на голову, вылив всё содержимое на лицо.

– Что за ху-? – я толкнула его в камеру, при этом сильно ударив по ведру на голове. Кёрли Фрис, по-видимому потеряв сознание, упал на пол. Не теряя времени, я затащила двух рыцарей к нему, перед тем как закрыть их. Я не знаю, как этот импульсный эмиттер работает, но пока их костюмы неактивны, они фактически беспомощны. Броня весит слишком много, чтобы поднять её только с помощью своих мышц.

– Прости, Блэклайт. – я улыбнулась ему, когда закрывала дверь. – Думаю, мы встретимся позже.

Отлично, самое время начинать операцию "Валим отсюда на хуй". Улыбнувшись, я потрепала гриву Серенити копытом, заставив её хихикать и извиваться: "Отличная работа. Где ты нашла это?" – кобылка была одета в простой коричневый плащ без каких-либо украшений, а в телекинетической хватке она всё ещё держала непохожий на какое-либо другое оружие импульсный эмиттер, между двумя зубцами которого сверкали разряды маленьких зелёных молний.

– Наверху! – прощебетала она. – Глупые пони посадили меня в комнату какого-то послушника. Он игрался с этой магической штукой, а когда я спросила, что это, он ничего не ответил! Это глупо! Так что, когда он отвлёкся, я украла её и сбежала. – это легко, когда ты можешь выключить звук магией. – А этот халат я нашла на верхнем этаже. Там так много разных прикольных штуковин! Я нашла Искусность и Банкер Бастер, и все наши вещи. Они просто бросили их в кучу! Представляете?! Этот побег будет таки-и-им лёгким.

Ага, лёгким.

– Эй! – Серенити подскочила. – А как вы узнали, что я иду?

– Ага… – сказал Флэйр, потирая шею копытом. – Мне тоже интересно. На секунду я даже подумал, что ты собираешься прикончить меня.

Я прикоснулась к своей металлической ноге, эээ... неметаллической ногой и сказала: "Почувствовала это. – Серенити приподняла бровь. – Я не знаю. Моё плечо начало жечь и это чувствовалось... знакомым. Я не уверена, но, кажется, я могу отличать магию Серенити от магии других единорогов. Ну, что-то такое.”

Флэйр сидел в ступоре, пару секунд переводя взгляд с меня на Серенити и обратно: "Она может... делать это? Чувствовать магию как какой-нибудь грёбаный единорог или типа того? Земнопони не могут делать такие штуки, верно? – может, он расстроен из-за того, что какой-то земнопони получил крутые способности, а он — нет? – Она реально может делать это? Воу. Вы, наверное, шутите, потому что это пиздец как классно.

Я и Серенити обменялись улыбками. Ну, время уходить и, желательно, как можно быстрее.


В центре изображения находились три шестерёнки, от которых шли магические искры. Через центр изображения проходил меч, устремлённый клинком вверх, а справа и слева располагались голубые крылья. Как по мне, немного... вычурно. Мне кажется, пятиногий пони, который является символом НКА, выглядит круче. Этот же символ я, скорее всего, не смогла бы вспомнить, даже если бы была умной пони. Наверное, поэтому они нарисовали его на стене через каждые пять метров.

Лестница, ведущая из камеры, привела нас в большую комнату, которая, скорее всего, предназначалась для собраний. Она была длинной, с большим столом и множеством стульев, окружающих его. К счастью, нам повезло, и она оказалась совершенно пустой. Отвернувшись от глупо выглядящего символа, я прошлась по столу, выискивая... что-нибудь. Обычно я не любопытная пони, но поскольку я попала в трудную ситуацию, я подумала, что мне стоит найти полезные сведения.

К сожалению, я не нашла практически ничего интересного, за исключением клочка бумаги во главе стола. С моим обычным разочарованным вздохом, я наклонилась и прочитала его: "Заметка о встрече: Мы спорили о том же, о чём спорим обычно. Ничего достигнуто не было.

Старейшина Чанки Соуп."

У меня талант находить бесполезное дерьмо. Вы знаете, все эти истории, в которых кто-то находит клочок бумаги просто на земле, и он оказывается ключом к какому-то пазлу.... к сожалению, моя удача не столь велика.

– Серенити, ты знаешь дорогу? – она кивнула под своим коричневым капюшоном, который надёжно скрывал её голову. Не было никакого смысла красть эту штуку и, откровенно говоря, она в ней выглядела глупо, но быть в плаще кобылке нравилось, так что я не смогла сказать ей "нет".

– Нам сюда! – сказала она и порысила к дальней стене. Рядом с этой дверью располагалось ещё две точно таких же, и мне на секунду показалось, что они все ведут в одну комнату. – Нам нужно просто зайти в эт-

Дверь открылась.

С писком Серенити отпрыгнула назад и нашла идеальное укрытие в лице Флэйра. Спарк-флэйр... эта пушка... Импульсный спарк-эмиттер (получилось) был скользким в моём рту, и мои передние зубы ненадёжно держали спусковой крючок. Пони вошёл через дверь, и я сделала шаг вперёд: "Стоять". – пробубнила я с пушкой во рту ещё до того, как посмотрела на него.

Его сложно было назвать угрозой: старый бледно-красный жеребец с поседевшей гривой, которая лишь клочьями торчала с головы. На нём была накидка синего и жёлтого цветов с эмблемой Стальных Рейнджеров на спине, и он, казалось, не был удивлён, когда увидел меня. Жеребец прошёл вперёд ровно настолько, чтобы дверь за ним автоматически закрылась: "Когда-то давно, – начал он говорить дрожащим голосом, – нам не нужны были камеры или эти подземелья. – его голова дрожала, из-за чего обвисшая кожа на его шее тоже тряслась. – Если я всё правильно понимаю, ты убила Кёрли?"

– Нет. – ответила я. – Хотя теперь ему придётся отмываться... подожди, я сказала: “Стоять!" – я вернулась в боевую стойку и злобно посмотрела на жеребца.

– Ты серьёзно сделаешь больно старому пони?.. Как по-рыцарски. – за спиной Флэйра послышалось хихиканье Серенити. – Оу, капитан. – он насмешливо поклонился синему пегасу. – Вам потребовалось больше времени чем я думал... хотя, возможно, вы просто выжидали этот момент. – выжидал... Я взглянула на пипбак и поняла, что прошло уже много времени. Близилась полночь, а это значит, что большинство Рейнджеров должны спать... на самом деле это хорошо. Эх, если бы это входило в мой план... – Ох, тут даже есть жеребёнок, которого ты не убил. Я удивлён, если честно. – Флэйр поморщился, но быстро взял себя в копыта, когда Серенити высунулась из-за его спины.

– Ага. – уверенно произнёс Флэйр. – Не ожидал увидеть тебя, Старейшина. – они знают друг друга? Пегас, наверное, заметил мой удивлённый взгляд. – А, Хайред Ган, это Старейшина Чанки Соуп, лидер Стальных Рейнджеров в Дайсе. – оу. Я думаю, мне следовало ожидать чего-то такого.

– И, возможно, последний Старейшина в мире. – он прошёл мимо меня так, будто даже не считал меня угрозой. – Сначала пришёл Красный Глаз и захватил нашу штаб-квартиру, затем эти Рейнджеры Эпплджек откололись от нас, потом явился Анклав, сильный и могучий. Мы потеряли контакт с севером… – он тяжело вздохнул. – Я отозвал все силы назад, а мои Паладины смеются надо мной, думая, что я не слышу. Это моё бремя: я должен управлять группой непослушных жеребят, даже когда они кричат и плачут. Хотя, это к лучшему.

– Да всё равно. – на самом деле это меня нисколько не волновало.

– Хороший подход к делам. – Старейшина улыбнулся Флэйру. – Она игрок.

– Может, ты скажешь это ей? Я разрешаю... Ладно, Старейшина, я удивился, когда услышал, что ты хочешь арестовать меня. Это ведь из-за Биттер Стила...

– Я извиняюсь, но я не ожидал найти тебя так быстро. Прямо рядом с нами. Ты ещё и отряд собрал... нет, лучше не говори. Даже знать не хочу, почему твой отряд состоит из жеребёнка и киборга. – у меня есть имя как бы. – Мне надо было успокоить моих Паладинов. Никто не трогает наши патрули уже очень давно. Они начали считать, что над нами просто издеваются. – он покачал морщинистой головой. – Конечно, они были неправы, но как я мог упустить такую возможность поддержать авторитет?

– То есть ты назначил Кёрли Фриса нашим следователем, чтобы мы смогли сбежать?

– Нет. Я рассчитывал на то, что он убьёт вас. – он получил удар в живот, и я поняла, что ничего хорошего из этого не выйдет. – Ох... Однако, – старый жеребец поднялся и сел на стул, – я не планирую останавливать вас, но если вы попадётесь, то умрёте... и пожалуйста, не убивайте пони. Или жеребят. – он подчеркнул это слово. – Особенно жеребят. – Старейшина взглянул на Серенити, которая всё ещё не решалась выйти из своего укрытия. – Особенно этого жеребёнка.

– Почему? – он поднял бровь. – Почему ты отпускаешь нас?

– Потому что после стольких лет я научился видеть многое в глазах пони. Больше, чем ты можешь представить. И я многое увидел в твоих глазах. Понимаешь ли... под Дайсом есть тьма. Что-то тёмное и извивающееся начинает выбираться на свободу. – я почувствовала, как шёрстка по всему телу встала дыбом, и услышала шепот ветра. – Посмотрев на тебя... я увидел это. Ты чувствуешь тьму? Она заражает твою душу, но… – на мгновение на его лице появилась ухмылка. – Но ты сильная. Ты привлекла моё внимание. Возможно, ты сможешь противостоять яду, который отравляет сердце последнего города... или нет. Мои Паладины думают, что я слишком доверчив, и я согласен с ними. Тем не менее, это твой шанс.

– Эм. – взглядом я сказала Флэйру и Серенити, что пора продолжить исполнение нашего "Валим отсюда на хуй" плана, а затем кивнула Чанки. – Спасибо за то, что... не убил нас, наверное. Или не пытался убить нас слишком усердно... в любом случае, спасибо.

После проявления моего красноречия мы вышли из конференц-зала в то, что было похоже на актовый зал. Это была длинная комната с деревянной сценой, на которую мы попали, и множеством скамеек. И опять же на всех стенах были нарисованы эмблемы Стальных Рейнджеров, а одна из них — самая большая — была нарисована прямо за трибуной. Проходя в глубь помещения, Серенити взяла инициативу и пошла вперёд, готовая в случае опасности выключить звук.

– Нууу… – медленно произнесла я. – Всё прошло лучше, чем ожидалось?

– Кто знает. – Флэйр рысил рядом со мной с каким-то странным выражением лица. – Не доверяй ему так сильно... я встречался с ним через год после Биттер Стила во время так называемой "дипломатической миссии". Мы поговорили с глазу на глаз и пришли к согласию, но... ну, всё прошло не так уж и хорошо. Лучше не доверять Чанки...

– Ага… – ответила я. Мы прошли до конца зала и повернули к двери слева. Затем мы вместе подкрались к ней и аккуратно приоткрыли, чтобы осмотреться, надеясь на то, что нас не заметят. За дверью был обычный длинный коридор с парой экранов на стенах, двумя дверьми справа и одной слева. К сожалению, его патрулировал Стальной Рейнджер.

Серенити указала на дверь слева, видимо намекая на то, что именно там находятся лестницы. Затем она кивнула мне, и через полсекунды я увидела магическую искру на роге. Один из мониторов в коридоре тряхнуло волной розовой магии и он упал. Я сжала зубы и распахнула дверь, когда Стальной Рейнджер развернулся на шум упавшего монитора. А мы втроём забежали в дверь слева, пока Серенити заглушала цокот наших копыт.

Когда дверь закрылась за нами, я, наконец, смогла спокойно выдохнуть.

Я не создана для всего этого ползанья и тихих перебежек. Я так хотела вернуть Искусность себе.

Тихо прокравшись мимо меня, маленькая кобылка указала на лестницу. По-видимому, мы всё это время находились на четвёртом техническом уровне и нам предстоял долгий путь обратно на поверхность, по которой я уже начала скучать. Ненавижу быть под землёй. Поднимаясь по лестнице, мы все старались быть как можно более тихими, чтобы не терять драгоценный запас энергии Серенити. Это было очень сложной задачей для меня, ведь у меня вместо обычной ноги кусок металла.

Лестница была слабо освещена, но мне показалось, что она проходит через все пять уровней. В таком случае мне не пришлось бы красться, и это бы облегчило мне жизнь (сейчас я уже понимаю, что всё это было подозрительным). Я так ненавижу быть без своего оружие и других вещей, ведь мне нравится стрелять во всё вокруг, а не проползать мимо. Это так скучно.

Я уверенно прошла мимо двери на третьем этаже, и в этот самый момент она начала открываться.

Моё сердце остановилось. Я повернула голову и увидела светящиеся визоры на шлеме Стального Рейнджера, смотрящего прямо на меня. Рядом со мной я почувствовала, как Серенити и Флэйр напряглись, наблюдая за этим пони. Долгое время мы все молчали, ожидая его атаки — давали ему шанс напасть первым. Он считает себя везучим? Думает, что сможет захватить нас? Даёт нам шанс сдаться в плен самим?

Тогда он издал ужасный громкий звук. Он захрапел...

Он и вправду уснул?

...серьёзно?

Серенити быстро подскочила к нему и помахала копытом прямо перед лицом. Агась, он крепко спит. Я фэйсхуфнула, и моё сердце наконец успокоилось. Это, наверное, самая глупая сит-

Стальной Рейнджер дёрнулся.

Серенити пискнула, и мы побежали на следующий уровень.


– Хайред… – сказала Серенити, когда мы поднимались по лестнице на последнюю площадку. – ты... моя мама?

Тишина.

Флэйр, громко кашлянув, привлёк моё внимание: "Нет, – медленно ответила я. Взглянув на её лицо, я поняла, что это не тот ответ, который она хотела услышать. Я зажмурила глаза на полсекунды, подготавливая себя к этому разговору. Это разрывало меня изнутри, но я не та пони, которую она хочет видеть своей матерью. – Это всё... сложно и-"

– Хаааайред. – она заскулила, и я остановилась на площадке между первым и вторым уровнем. – Почему нет? – она была абсолютно уверена, что разговор нужно провести именно сейчас. Флэйр жалобно посмотрел на меня, но я просто покачала головой.

– Серенити… – я наклонилась к ней, чтобы наши глаза были на одном уровне. – Пожалуйста. Мы поговорим позже... сейчас нам надо идти. Ладно?

– Обещаешь? – спросила кобылка, надув губы.

– Обещаю. – Кажется, ответ ей понравился, и она, улыбнувшись, запрыгнула на мою спину.

Медленно, но мы всё-таки дошли до первого уровня. За дверью оказался небольшой холл, который постепенно переходил в перекрёсток. Этот же перекрёсток разделял первый уровень на четыре секции. И, конечно же, прямо на этом пятачке стоял Стальной Рейнджер, повернутый крупом к нам. Я нутром чувствовала, что он не спит, поэтому... на хуй. Я могла вырубить его с помощью импульсного спарк-эмиттера, но он будет звать на помощь, а оставлять Серенити при нём, чтобы она заглушала его всё то время, что мы будем искать выход, — не вариант.

Серенити осмотрела помещение и указала на узкую дверь в нескольких метрах слева от нас. Закусив губу, я быстро перебежала туда в магической тишине, а затем за мной последовал Флэйр. Теперь я могла спокойно вдохнуть, не боясь быть обнаруженной. Самое время осмотреть комнату, спасшую нас...

Спальная комната с рядами кроватей, на каждой из которых спал пони в коричневой робе. Я громко выругалась, но затем быстро закрыла рот копытом. Розовый магический купол все ещё окружал нас, и я могла рассчитывать на то, что мои слова не были услышаны, но кто знал, сколько ещё кобылка сможет держать его. Я повернула голову и увидела, как по её лбу скатываются маленькие капельки пота, падающие мне на спину. Я оглянулась по сторонам и заметила в дальнем конце комнаты ещё одну дверь, после чего я кивнула Флэйру, припала к полу как можно ближе и медленно поползла вперёд.

Если бы не магия Серенити, биение моего сердца разбудило бы всех Рейнджеров в комнате. Дорога была мучительной и долгой. Кровати стояли так близко, что мне едва хватало места проползти между ними. Не помогало и то, что кровати были немного малы для этих пони, а значит, их ноги немного торчали. Флэйр шёл первым и к тому моменту уже стоял у двери. Чёртова пегасья скорость.

Я остановилась, когда случайно прикоснулась к копыту пони. Очень медленно я повернула голову, чтобы посмотреть на её реакцию. Это была милая зелёная пони с забавной гривой и она всё ещё крепко спала. Поблагодарив свои счастливые звезды, я продолжила ползти. Когда я всё-таки добралась до двери, моё сердце колотилось с бешеной скоростью, а пот капал с меня так, будто я пробежала без остановок от дверей Луны до бара в Тимбере. Красться тупо.

Флэйр усмехнулся в магическом куполе, когда мы открыли дверь.

За дверью оказался коридор с другой дверью в конце, но, что самое важное, над третьей дверю справа горело слово "Выход". Свобода. До того как двинуться к ней, я взглянула на Стального Рейнджера. Он всё так же тупо смотрел в одну точку. Усмехнувшись, я пошла к выходу... пока Серенити не дёрнула меня за гриву.

Я почувствовала, как кобылка забралась ко мне на голову, и увидела розовое копытце, указывающее на дверь в конце коридора. Зачем она указывает туда?.. А... наши вещи все ещё хранятся на складе у Стальных Рейнджеров. Я вспомнила о том, что Серенити уже исследовала этот бункер, пока была одна. Она была намного более скрытной пони чем я, так что не удивительно, что она нашла склад. Наверное, она запомнила планировку всего бункера...

Конечно же это означало, что она практически израсходовала свой запас магии. Это заклинание тишины, наверное, не такое уж и простое, а когда ей приходится поддерживать его и над нами...

Я кивнула и забежала в комнату, а затем услышала, как за мной закрылась дверь. На лице у Флэйра проскочила злобная ухмылка. Вся комната была заполнена ящиками и сундуками с различными припасами, оружием и технологическими штуками. Я слышала, что Стальные Рейнджеры крадут технологии и хранят у себя, но такое увидеть я была не готова.

Если бы я только умела использовать что-то, кроме обычной винтовки.

После того как я кивнула Серенити, чтобы она выключила свою магию, я последовала за пегасом, который уже копался в одной из коробок. Внутри были какие-то железные коробочки с проводами и магическими кристаллами... Я понятия не имела, что он там искал. Единственное, в чём я была уверена, так это в том, что это не кибернетические части тел, ведь Серенити не проявляла ни малейшего интереса.

Однако кибернетические части тел были в сундуках в углу. Я знала это, потому что как только Серенити увидела их, она сорвалась с места и принялась рыться в них. Улыбнувшись, я подбежала к ней со спины и посмотрела, что она там ищет. Протез ноги, протез ноги, что-то, похожее на позвоночник (наверное, это больно); кибер-глаз? Кто вообще будет пользоваться такой штукой? Мне кажется, это выглядит глупо.

Я развернулась и вспомнила, зачем мы вообще пришли в эту комнату. Где-то здесь, в этой куче высокотехнологичного хлама, лежит наше снаряжение. Я слегка ткнула копытом в Серенити, привлекая её внимание: "Наши вещи". – она посмотрела на меня, держа в зубах связку проводов.

– Оу, точно! – кобылка выплюнула штуку, которую держала во рту, спрыгнула на ящик с ракетами (кажется, это небезопасно) и побежала вглубь комнаты. Я подождала пару секунд, а затем услышала приглушённый крик о помощи. Да, мне действительно понадобилось так много времени, чтобы понять, что маленькая кобылка не сможет унести все наши вещи.

Я побежала туда, где скрылась кобылка, но остановилась через пару секунд. На вершине беспорядочной кучи лежала... броня. До этого я обычно носила... ну, ничего, кроме своей кожи и шёрстки. Подняв её своим протезом, я решила рассмотреть её поближе. Коричневая броня казалась немного поношенной, но пощупав её, я поняла, что она хорошо укреплена. Жёсткий высокий воротник мог прикрыть шею; а ещё на нём была парочка кармашков. Как раз для одного-двух лечебных зелий. Это намного проще, чем тянуться за ними в седельные сумки. Кроме того, она была как раз моего размера... ну, может немного узковата.

После того, как я надела броню, я посмотрела на себя и одобрительно кивнула. Это, конечно, не силовая броня Стальных Рейнджеров, но... поймите, в меня стреляли слишком часто, и не принять каких-либо мер было бы очень глупо. Я проверила один из карманов, спрятав в него спарк-эмиттер.

– Ган! – громко сказала Серенити. Я немного поправила броню, чтобы мне было удобнее идти, и пошла к кобылке. Мне нужно было привыкнуть к тому, что она немного жмёт везде, но это лучше, чем, ну... смерть.

– Серенити – затем я сказала самую глупую вещь, которую только можно сказать пони, способной просто выключать звук. – Не так громко, пожалуйста. – она смущённо посмотрела на меня секунду, а затем указала на наши вещи, которые она бережно сложила в кучу. Кажется, Серенити смогла найти всё, включая Искусность и Банкер Бастер. А ещё там лежали новые седельные сумки. – Оу… – я ткнула копытом в них. – Это для меня?

– Твои старые потерялись в бездонной яме, помнишь? – даа... Я помню. Краем глаза я постоянно видела покрасневший участок кожи, но я почти не обращала на него внимания. Просто очередной шрам, который останется со мной до конца жизни. Я вздрогнула, но быстро прогнала эти мысли из головы.

– Спасибо. – сказала я, закидывая сумки на спину. Затем пришла очередь Искусности. Под этой бронёй, сумками и пушкой я чувствовала себя такой же скованной, как когда носила платье. Платье, которое до сих пор лежит в сумке у Флэйра... Сглотнув, я поняла, что мне нужно срочно отвлечь Серенити, пока она не подумала о том же самом.

В куче всяких вещей я заметила, как блеснуло розовое стекло. Я подбросила свои розовые очки в воздух и решила попыталась надеть их прямо на лету. Они... они просто взлетели вверх, а затем упали и сломались. Пока Серенити громко смеялась, я быстро чинила свои очки. Как раз вовремя, ведь из-за угла вышел Флэйр, тянущий что-то во рту.

– Фто я пропустил? – пробубнил он с полным ртом проводов. Я подняла бровь, взглянув на него, и пожала плечами. – Всякие бомбы... это будет просто ахуенно, поверь мне. – сказал он после того, как выплюнул на пол это дерьмо. – И ещё! – он Распахнул крылья, и я заметила, что на одном из них больше не было отверстия, которое он заработал в туннелях. – Я нашёл лечащие зелья... ну, только одно. Вот только не нужно сразу на меня кричать! Я летать хочу, как бы. – пегас пару раз взмахнул крыльями и оторвался от земли... и всего через пару секунд врезался в стену.

С характерным "уф" Флэйр соскользнул на землю: "Так-с… – сказала я, смотря на него. – Заржавел? – он ухмыльнулся и поднялся на ноги. – Одевайся, быстро." Закатив глаза, пегас кивнул и сделал то, что я велела. Лампы замерцали, и я дрогнула. Мы возимся здесь слишком долго и сильно нашумели. Но мне всё равно хотелось остаться здесь ещё на какое-то время. В этой комнате было намного больше всего, чем я могла представить. Ещё пару минут, чтобы порыться в этих сундуках, и нам, возможно, больше не пришлось бы вспоминать о еде или защите.

– Кажется, я что-то слышал. – грубый механический голос прошёлся эхом по комнате и дошёл до меня.

Я развернулась на месте и навела на цель Искусность так быстро, как могла. Стальной Рейнджер, который охранял коридор, теперь стоял здесь и смотрел на нас своими светящимися глазами: "НЕ. ДВИГАЙСЯ." – я попыталась предупредить его.

– Обычно, – он наклонил голову так, будто улыбался под шлемом, – я сначала считаю до тр-

БАХ

Пуля пронзила его бронированную ногу, разбрызгав кровь по полу. С криком боли Рейнджер упал на пол, а его шлем слетел с головы и прокатился по комнате.

Серенити посмотрела на меня, широко раскрыв глаза: "Хайред, чт-" – я поднесла копыто к губам, успокаивая её. Рейнджер был ранен, но жив. Старейшина Чанки Соуп попросил меня никого не убивать, но насчёт коленей он ничего не говорил.

– Не сейчас. – я закинула кобылку на спину и двинулась к выходу. Моё сердце колотилось, но я была уверена, что мы сможем выбраться. Теперь, когда Искусность и я снова вместе, даже целая армия не в состоянии остановить нас.


– Стоять на месте, престу-

Искусность взревела.

Один из двух Стальных Рейнджеров, охраняющих фасад здания, упал, а кровь из ранения в ноге заливала землю. Второй оказался более активным и успел выстрелить несколько очередей из пулемёта в меня. Большинство пуль пролетело мимо, однако я почувствовала, как одна попала в броню и чуть не пробила её. Сжав зубы от боли, я сделала два выстрела.

Первый сорвал пулемёт с его спины и разнёс его на куски, а второй пробил ногу прямо над копытом. Прокричав от боли, она упала, а кровь из раны смешалась с кровью её напарника. Когда мы побежали, за нашей спиной завыли сирены.

– Флэйр. Переучивайся летать и вали отсюда! – мы проделали весь путь по лестнице прямо ко входу в бункер, когда они включили сирены. Я могу поклясться, что когда мы ушли, я слышала за своей спиной перестук копыт. Двое стражников на входе просто тянули время, и я понимала, что если мы не поторопимся, то нас вернут в камеру.

– Но, я- – начал говорить Флэйр, наклонив голову к своему парному гранатомёту.

– ФЛЕЙР! – он быстро кивнул, и я закинула Серенити ему на спину. Кобылка прижалась к его спине, и я погладила её по гриве, пытаясь успокоить. – Держись крепче, и всё будет хорошо. Я скоро вернусь. – она кивнула, но я могла видеть грусть в её серых глазах. Она думала, что я не вернусь.

Дверь за нами распахнулась. Посмотрев назад, я увидела металлических пони со светящимися в темноте глазами. Да уж, теперь вернуться – это не такая простая задача. Я шлёпнула пегаса своим протезом по фланку, и он поднялся в воздух. Теперь я могла надеяться только на то, что Луна скроет их в ночи.

Хотя, на такое я могла надеяться, только когда небо было закрыто облаками. Сейчас же, смотря в ночное небо, я видела тьму, но из-за лунного света было не так темно. Между облаками мерцали тысячи алмазов. Они были яркими, но по сравнению с сиянием огромного полумесяца, их свет был ничтожным. Перед снятием облачной завесы Флэйр мог бы спрятаться, но сейчас Луна рушила все мои планы.

Я остановилась, когда он посмотрел на меня, освещаемую янтарным свечением пипбака, с высоты. У меня появился выбор. Я облизнула губы, подумав о том, как же мне хочется пить... и есть, но я быстро прогнала эти чувства. Я была слабой от голода и обезвоживания, так что убежать от Рейнджеров у меня вряд ли получится. В то же время, я, зная как выключать свет моего пипбака, могла спрятаться где-нибудь в тени и переждать. Голос в голове твердил мне: "Ты должна выжить..." – и это заставляло меня думать быстрее. Если я всё-таки спрячусь от них... они могут переключить своё внимание на силуэт улетающего Флэйра и броситься в погоню за ним.

Засомневалась ли я хоть на секунду?

Со всё ещё включенной подсветкой я побежала сквозь ночь.

Мои копыта перестукивали по бетону, помогая моим преследователям понять, куда я двигалась.

Пули просвистели мимо меня, и я ускорилась. Флэйр полетел влево, а это значит, я должна была увести их вправо. Мне нужно было как можно дольше отвлекать их от пегаса...

Впереди был маленьких холм с очень крутым склоном, по которому я не смогла бы подняться быстро. Склон тянулся прямо поперёк моего пути, и потому мне пришлось, свернув, ринуться вдоль него, подставившись своим преследователям боком. Я бежала быстро, но теперь я стала для них лёгкой мишенью.

Одна пуля отрекошетила от моей металлической ноги, а другая попала в землю прямо передо мной. Я упёрлась копытами в землю и резко остановилась, как раз тогда, когд третья пуля пролетела рядом с моими глазами.

Я повернулась лицом к нападающим. Пяти из них смотрели на меня своими светящимися глазами, но не стреляли в меня. Прозвучал щелчок, и они начали громко предупреждать меня. Пять металлических пони против одной кибернетической кобылы.

Мой желудок рычал в знак протеста, а горло просило хоть какой-нибудь жидкости. Мои ноги дрожали. Это уже перебор. Я слишком много бежала, слишком долго пряталась. Я сжала зубы и закрыла глаза. Блять, я бы отдала что угодно за глоток воды... Я пообещала Серенити, что вернусь. Мне нельзя сдаваться сейчас. Я смогла всего лишь выиграть немного времени для Флэйра и теперь я оказалась в ловушке. Неужели это лучшее, на что я способна?

Мои глаза, полные ненависти, распахнулись. Нет. Я не сдамся.

Я бросилась на них, неистово крича во всю мощь своего пересохшего горла.

Они немного отступили назад, когда из под моих копыт вылетели комья грязи. Нет, они точно не ожидали этого. Всё, что я могла слышать в тот момент, это то, как моя Искусность гремит подобно грому. Пули пролетали мимо, иногда задевая меня, но я продолжала бежать. Почувствовав, как боевое седло перезарядило винтовку, я продолжила стрелять. Снова. И снова.

Когда я добралась до них, всё моё тело болело, и я истекала кровью. Первого я ударила в лицо, отправив его голову назад. Моё тело двигалось так быстро, будто в меня вселился демон, который любит избивать пони.

Прозвучал очередной удивлённый крик, когда пони упал. Не от меня, конечно. Я была в эйфории. Уклонившись от неуклюжего удара одного пони, я легла, не давая второму попасть в меня. Искусность выстрелила в упор прямо ему в ноги. Другой прыгнул на меня сзади. Я уже представила, как его холодная броня давит на меня сверху, прижимая к земле... но я не позволила ему это сделать.

Я брыкнулась и отбросила его. Азарт битвы ослепил меня и притупил все чувства.

Я не знаю, как долго дралась с пятью железными гигантами. Единственное, что я помню, так это то, что под конец битвы я оказалась один на один с последней пони на расстоянии 50 шагов.

Только один из её некогда светящихся глаз горел белым, второй же был разбит. Это сделала я? Я... Я не помню. Вокруг меня лежали четыре пони, стонущие от боли. Ни один из них не умер... я старалась избегать убийства. Я обещала Чанки Соупу и, блин... это же обещание.

Битва закончилась, и я вдруг почувствовала себя очень уставшей. Мой желудок жаловался на пустоту, а тело болело от множества разных ран и ушибов. Появилось чувство, будто Искусность стала весить как весь мир, и я даже слышала, как трещит мой позвоночник от этого веса. Усталость захлестнула меня, и единственное, чего я хотела, — это сон.

– Сдайся... и... ух... и я сохраню тебе жизнь. – кобыла тяжело дышала под своей бронёй. Её голос звучал уставшим и немного удивлённым. Я укусила уздечку моего боевого седла, но ничего не произошло. Искусность пуста. Ну... пиздец.

– Оу… – я потрясла головой, отбрасывая ненужные мысли. Какая часть из плана "Вернуть Серенити и не убивать никого" мне не понятна? Я не была умной пони (это ведь я бросилась на пять Стальных Рейнджеров...), но нарушать обещания – это не правильно. – ... может, ты? – сказала я между тяжёлыми вдохами, разрывающими мою грудную клетку. – я обещала... не убивать никого.

Она засмеялась: "Даже сейчас ты упрямишься... ты... удивительная".

– Спасибо. – ответила я, немного отводя заднюю ногу назад. Я почувствовала, как воротник брони коснулся моей шеи от движения, и как что-то внутри кармана ткнуло мне в шею.

Стоп.

Я побежала снова!

Мои копыта вкапывались в землю. Я оставляла за собой кровавые следы на грязи, но всё равно продолжала бежать. Она дёрнулась от удивления и открыла огонь. Кровь забрызгала моё лицо, когда она попала мне в ухо, но я не чувствовала боли. Азарт вернулся. Я не чувствовала ничего. Казалось, что время замедлилось, когда я прыгнула. Пули просвистели мимо меня. Я потянулась в карман на моей броне...

... и достала импульсный спарк-эмиттер.

Да, всё правильно. Я забыла об оружии, идеально подходящем для битвы со Стальными Рейнджерами, в битве с пятью Стальными Рейнджерами!

Я. Не. Умная. Пони.

Но я всё ещё пони, которая умеет драться! Я приземлилась прямо на бедную кобылку. Вспышка зелёной энергии, окружившей её, была похожа на огонь мегазаклинания в ночи.

Я стояла на ней: "Бля..." – сказала она, неспособная двигаться.

Я победила... Я...

...упала.

Кровь разлилась вокруг меня. Я лежала в озере. Поморгав, я, казалось, увидела, как постепенно всё засасывает в грязь. Рядом со мной я могла видеть, как кобылка дёргается в своей броне. Всё казалось размытым, и я плохо помню, что случилось дальше. Возможно, я пила эту кровь, чтобы хоть как-нибудь промочить пересохшее горло, но я... я не помню. Совсем скоро я почувствовала, как теряю сознание. Тьма окружала меня, и нигде не было ни звезд, ни луны, которые могли бы осветить мой путь.


– Здесь...

Сказал... кто-то. Голос был приглушённым и нечётким.

– Я вижу её... свет... смотри!

Мои глаза открылись. Всё было таким тёмным, и я почти ничего не видела. Стальная пони... она должна была быть здесь.

– Ты в порядке!?"

Нет, её здесь не было... я увидела её броню. Она была разорвана на куски и валялась вокруг в виде металлолома.

Внезапно перед моей мордочкой оказалось лицо зелёного единорога. Красная грива спала ему на глаза. Он был красивым. Очень красивым. Опять же, всё было очень красивым. Прямо как и звёзды за его головой, и блики от его очков. Такие красивые.

– Она потеряла много крови! – оу, это был голос Серенити. Я узнала его. – Мамочке нужно лечащее зелье! – теперь я увидела и её лицо. Грустные серые глаза. Они всегда такие грустные… – Лечащее зелье. Пожалуйста! Всё, что у вас есть.

Что-то засунули мне в рот. Оно было горьким, а значит, полезным для здоровья. Откуда я знаю, какие на вкус апельсины?

Раны затянулись, и теперь вернулось это отвратительное чувство голода. Я ненавидела его. Если бы я съела что-то в тот момент, меня бы стошнило. Тем не менее, мои силы возвращались. Медленно.

Вещи стали более ясными. Восемь пони окружили меня. Серенити, Флэйр и красивый зелёный жеребец с красной прямой гривой. Другие были мне незнакомы, но на них была форма НКА. Я постепенно пришла в себя, и пони помогли мне встать.

– Пять… – медленно произнесла я. – Тут было… – я осмотрелась по сторонам и увидела одну пони... мёртвой. Вокруг были разбросаны куски брони, но других Рейнджеров я не увидела. На земле была кровь и гильзы, но где... боль пронзила мой круп, когда жеребец помог мне подняться. – Где они?..

– Мы видели четырёх Стальных Рейнджеров, хромающих к себе на базу. – сказал зелёный жеребец с красной гривой своим спокойным и приятным голосом. – Я впечатлён. – он подошёл слишком близко, и я попыталась, ну, ударить его, но мой протез не двинулся. Затем я глянула вниз и заметила, что кто-то снял источник питания с моей ноги. – Да, они точно здесь побывали, но решили оставить тебя. Наверное, были слишком уставшими, чтобы нести тебя. Это бы объяснило, почему они перевязали твои раны.

Я наклонила голову и посмотрела на Серенити, которая счастливо смотрела на меня и улыбалась: "Кто эт, блять, такой?"

– Хай Стейкс. – он грациозно поклонился. – Я представитель Мистера Хауса.

– Господин Стейкс, – сказал боец НКА, который помог мне встать, – Поручился за тебя и сказал, что это ты убила Роя Мустанга; а также, фактически, он говорит от лица самого Мистера Хауса. – он выглядел очень серьёзным, пока говорил это.

– Ага... Лучше не болтай об этом так открыто. – значит, Старскрим сообщил Хаусу, а тот — Хай Стейксу. Моя голова болит.

– Хорошо. НКА наградит тебя за помощь и сохранит твой вклад в секрете. – он улыбнулся. – Скоро ты будешь очень богатой кобылой.

Я настороженно посмотрела в том направлении, где был бункер Стальных Рейнджеров: "Я бы предпочла быть живой кобылой".

Хай Стейкс усмехнулся: "Не переживай, Рейнджеры не будут атаковать никого из персонала НКА так близко к фермам". – фермам... да, как раз за холмом... и Флэйр летел в ту сторону. А затем Мистер Хаус отправил Хай Стейкса найти меня, потому что он был на ближайшей базе НКА. И Рейнджеры не хотят атаковать, потому что боятся разгневать НКА. Всё имело настолько много смысла, что у меня начинала болеть голова.

– Ты! – я оттолкнула пони от себя.

– Я бы сделал шаг назад, Стейкс. – Флэйр хихикнул, взлетел и перевернулся вниз головой. Что-то подсказывало мне, что он скучал по этому больше всего. – Она кусается.

– Отъебись, Флэйр. – я покачала головой, стараясь избавиться от накатившего из-за лечебного зелья головокружения. Я знала, что моё здоровье ещё не совсем восстановилось, и что если я пройду через металлодетектор, то он будет пищать как бешеный из-за количества оставшихся во мне пуль, но я хотя бы жива. – Хай... что хочет Хаус?

– У него есть рабо-

– Я согласна. – Серенити рядом со мной тихонько хихикнула, а Флэйр заржал. Бойцы НКА и Хай Стейкс обменялись удивлёнными взглядами, а затем Хай снова открыл рот. – Я. Беру. – сказала я, не дав ему и слова.

Не могу сказать точно, сдерживал ли Хай Стейкс смех или же просто посчитал меня тупой. Возможно, и то, и то: "О-она серьёзно? – он сказал это так, будто вопрос адресовался всем и никому одновременно. Флэйр кивнул в ответ. – Ладно. Наверное, в этом есть смысл. – он покачал головой. – Окей, ты нанята. Во-первых, нам нужно добраться до Змеи и пройти по ней.”

– Воу. Змея? Наверное, она большая. – гигантская змея, на которой мы будем путешествовать! Или очень много маленьких змей, и мы будем идти через их территорию. В обоих случаях это очень круто!

– Кхм, Хайред… – Серенити подёргала рукав моей брони. – Змея — это река. Ну, вообще она Змеиная, но её называют просто Змеёй.

Позязя, не смейтесь надо мной. Позязя, не смейтесь надо мной. Я посмотрела на окружающих меня пони, но никто не засмеялся... ну, кроме Флэйра, но на него я и не рассчитывала.

– Ладно. – я пошла вперёд. Сразу после того, как Серенити заменила батареи в моей ноге. – Показывай дорогу.

– Хайред Ган, – прозвучал мягкий голос Хай Стэйкса, – Ты не должна перенапрягаться. Ты ран-

– Нихуя подобного. – я посмотрела вверх и улыбнулась Луне. Ночь была такой же молодой, как и я, но это не будет длиться целую вечность, поэтому у меня не было времени на отдых. – Погнали. К этой реке. Я буду в порядке. – пони посмотрели на меня так, будто я потеряла рассудок. Ну да, я только что дралась с пятью Стальными Рейнджерами, и сейчас одной только Селестии известно, сколько я продержусь на ногах. Возможно, я всё-таки сошла с ума, но по крайней мере всё ещё жива. Наверное, мне не стоит этого говорить, но... быть большой и сильной пони тяжело и грустно.


Вы знаете, что такое река?

Это довольно смешной вопрос. Я предположила, что знаю, ведь мне рассказывали о реках. Это такие водные дороги. Но мне никогда не приходило в голову, насколько они могут быть огромными. Стоя ночью на одном берегу, я не могла видеть другой даже с включёнными фонарями на лодке.

Вероятно, форма лодки говорила о том, что она использовалась для движения по реке. Как по мне, больше похоже на большой и громоздкий дом. Казалось, что всё это дело лежало прямо на воде, но бьюсь об заклад, часть ушла под воду. На главной палубе, на которую мы забрались, была небольшая зона вокруг здания, используемая для движения, равно как и другая палуба впереди, правда, здание занимало большую часть этой зоны. Оглядевшись, я увидела, что выше было ещё два яруса, образующие небольшое, но самое высокое строение, а в качестве его крыши использовался навес для лодок. Место, где этим судном управляли, то бишь. Осматривая кормовую сторону судна, я увидела длинную, большую, трубоподобную деревянную конструкцию, выпирающую наружу. Не похоже, чтобы она была шибко прочной, зато у неё были входящие через края до самого центра деревянные панели. Или типа того, я раньше не видела ничего подобного, а потому и не могу сказать, были ли хоть как-то мои попытки описать это похожи на правду. Впрочем, хер с ним, я старалась.

– Змея медленная. – сказал жеребец. Он был маленьким, с оранжевой шёрсткой и длинной серой гривой, которая почти касалась земли. Я спросила, выдержит ли его лодка, а в ответ на это он сморщил лицо так, будто это было оскорбление, и ответил – Даже под дождём. Она не перевернётся. Экипаж заботится о ней, а хозяйка готовит вкуснейшую еду. Это лучшее НЕ пиратское судно на реке. – он уверенно кивнул. – Ты поднимешься на борт или...?

– Пять сотен крышек… – я медленно повторила цену и повернулась к своим спутникам.

Пять бойцов НКА сопровождали нас на всём пути до Змеи (к счастью, это всего 4 мили), чтобы отбить у Стальных Рейнджеров желание последовать за нами. Зелёный пони, работавший на Мистера Хауса, тоже был с нами. Ну, и конечно же, мои два компаньона. Отличная компания для путешествий, если бы мне не было так больно двигаться. Даже с учётом всех тех целебных зелий, которые они влили в меня, я всё ещё чувствовала себя слабой, как новорождённый котёнок, и при каждом шаге мне хотелось бросить эту затею и полежать на земле. В какой-то момент мы решили, что я должна принять мед-Х, чтобы идти дальше.

Серенити смотрела на всё сонными полузакрытыми глазами и постоянно зевала... У неё плохо получается скрывать недосып.

Пока мы шли, НКА заплатили мне шесть тысяч крышек за убийство Роя. Они были очень осторожны, постоянно осматривались по сторонами, видимо, боясь, что кто-то увидит это.

– Ага. – я снова обратилась к пони матросу. – Пять сотен. – я передала ему крышки, и мы обменялись фальшивыми улыбками.

– Ваши имена? – спросил он. – Меня зовут Ред Скай.

– Хайред Ган. – я кивнула. Моя голова всё ещё очень сильно болела после боя. Я указала на своих напарников. – Пегаса зовут Флэйр, эта малышка — Серенити ии… – этот пони, который пошёл с нами... как же его зовут. Я была уверена, что он говорил это, но мой мозг отказывался вспоминать… – Хай Стэйкс – сказала я через некоторое время.

– Добро пожаловать на борт! Не стреляйте ни в кого, окей? – интересно, с чего он взял, что мы будем заниматься чем-то подобным... может, это всё из-за Искусности, закреплённой на моём боевом седле? – Две комнаты наверху. Кобылы и жеребцы, или как вам будет угодно. – кобылы и жеребцы... звучит нормально. – Вы выглядите уставшими, и я не хочу, чтобы пони говорили, что я заставляю НКА ждать. Мы отплываем утром. Всё остальное объясню потом.

– Ладно. – я повернулась к Серенити, которая как раз тёрла глаза копытцами. – Тебе пора спать.

– Но… – за долю секунды она сделала свой грустный взгляд, и её глаза налились слезами. – Но я хочу остаться с тобой. – её нижняя губа задрожала достаточно, чтобы растопить моё сердце и заставить чувствовать себя виноватой. – Я не хочу спать. – после этих слов она зевнула. Когда же она снова вернула эту гримасу на лице, я почувствовала, что нужно принять радикальные меры. Я взглянула на неё самым строгим взглядом, каким могла. – ...ладно. Но ты обещала, что мы поговорим…

Дерьмо.

– Флэйр, Стэйкс, займитесь чем-нибудь – Серенити пора в кровать. Я скоро подойду. – Флэйр усмехнулся и побежал на нос корабля, а Хай Стэйкс просто развернулся и ушёл. Затем я поблагодарила НКАровцев за прикрытие и, кивнув им, чтобы они уходили, повернулась к Серенити. – Ладно. Поговорим, а затем в кровать. – она радостно кивнула, и я закатила глаза. – Давай, иди. – кобылка улыбнулась и убежала.

Я немного отошла назад, когда она добежала до рубки и открыла дверь магией. Затем я немного потянула свои уставшие ноги и, хромая, пошла за ней. Внутри лодка была освещена свечами на стенах в главном зале, на лестнице и в коридорах прямо до нашей комнаты. Я была приятно удивлена, что даже в комнате было светло. Дым от свечей наполнял комнату, но мне нравился этот запах. В целом, как мне кажется, отличная комната; чистая. Но две железные кровати выглядели не очень удобными.

– Серенити… – я начала говорить, но она меня перебила.

– Почему ты не можешь быть моей мамочкой!? – вскрикнула она почти сразу, как я закрыла дверь.

– Потому что я не она.

– И что с этого? – она сидела на полу, ожидая ответа. – Я спасла тебя. Ты должна мне. – да, она сделала это, но это слишком большая просьба. Я не думаю, что она на самом деле понимала, насколько большая.

– Ты молодец. – я покачала головой. – Но... ты не хочешь видеть меня своей матерью.

– Я абсолютно уверена, что хочу.

– Послушай, Серенити. – я старалась сделать свой голос как можно более спокойным. Вопрос материнства заставлял моё и так уставшее тело трястись в агонии. Это просто... просто плохая идея. По множеству причин. – Я плохая пони... ладно. О Селестия, я почти продала тебя, когда мы встретились!

– Н-нет… – пропищала она, глядя в одну точку на полу. – Т-ты послушай... Я... Ты не понимаешь, Хайред... ты... Я всю жизнь была Наблюдателем, и это было очень скучно и однообразно, и-и все опекали меня, но на самом деле я не волновала никого из них. Не по-настоящему... Они давали мне еду и крышу над головой, учили меня, но... никто из них не заботился обо мне. И даже зная это, я всё равно хотела помогать пони... А потом они впервые разрешили мне пойти с караваном! Я собиралась помогать им! – я села на кровать и взглянула на кобылку. По её голосу было ясно, что она волнуется так же сильно, как и я. – Н-но они пришли... работорговцы. – она всхлипнула. – Пони рядом со мной умирали... я и другие жеребята смотрели, но ничего не могли сделать. А ты... ты всегда такая сильная и-и смелая!.. Если бы я была такой же, то... то, наверное, смогла бы сделать что-то ещё, кроме криков и плача, когда они связывали нас. Долгие и долгие дни мы шли, пока я не стёрла копыта в кровь... Я была сильной. Старалась быть сильной... Я помогала другим жеребятам... Когда мы останавливались, я пыталась вылечить их раны... Однажды ночью, когда я уже смирилась с мыслью о том, что умру от голода, я услышала выстрелы...

– Я подумала, что мы спасены... Я была так счастлива. – она вытерла слёзы. – Наблюдатели вернулись... они нашли нас... Но нет, я ошиблась. Только... это была она. – её голос звучал так, будто она проклинает себя за это. Я даже не думала, что она может быть настолько злой. – Она закрыла нас. Всех нас в своём магазине... Я слышала голоса и звала на помощь... плакала, но никто из них не услышал. Пони сверху просто не обращали на нас внимания. В конце концов все жеребята были проданы... кроме меня. Я была следующей... последней... я... я потеряла надежду. Всё в этом мире перестало иметь для меня значение. Когда ты спустилась вниз и спасла меня, я подумала, что ты очередной работорговец... я...

– Я оказалась права...

– Я бы могла просто сбежать, но какой смысл? Поэтому я решила пойти за тобой... Я пошла за тобой к Сильвер Буллету и сделала то, что ты сказала. Я знала свою судьбу… – она поморщилась. – Затем... он сказал, что собирается перепродать меня. Твоё лицо в этот момент... смесь ярости, ненависти и жалости... а затем ты застрелила его. Ты была одна против четырёх и всё равно решила сделать это! Ради меня! – её глаза расширились от этой мысли. – Ты... ты спасла меня. Без причины... Я не понимаю. Затем в стойле, когда я чуть не утонула по своей глупости... ты спасла меня снова...

– Ты единственная пони, которая действительно волновалась за меня... За всю мою жизнь. Ты... Ты спасла меня, несмотря на все трудности. – она позволила капюшону упасть с её головы и, к моему удивлению, она плакала. – Т-ты спасла меня. Ты... заботишься. Ты лучшая мамочка, потому что ты заботишься... заботишься обо мне. – что за херня случилась с этой кобылкой? Неужели у неё при настолько дерьмовой жизни всё ещё осталась способность видеть хорошее в пони и желать им добра?

Я обняла её и позволила ей плакать. Что я должна была сказать? Как я могла отказать ей после этого? Она нуждалась в ком-то, кто будет ухаживать и заботиться о ней, кто будет хвалить её, когда она поступает хорошо и наказывать, когда она ошиблась. Но разве этим кем-то могу быть я? Я не могла снова взять на себя такую ответственность. Я была глупой пони, всегда идущей навстречу опасности и в большинстве случаев терпящей неудачу. У меня самой едва получалось спасать свою задницу. Как я могу при этом помочь ещё и этой кобылке? Никак. У меня никогда ничего не получается, что бы я ни пыталась сделать. Зачем мне подвергать её жизнь опасности?

Посмотрев вниз, на её маленькое тельце, плачущее в мою грудь, я поняла, что не могу сказать ничего.

Всё моё тело болело. Боль пронизывала меня при малейшем движении, а в голову ударяли ослепляющие вспышки.

Я просто не могла сказать ей "Нет". Но я также не могла сказать "да” себе.

В конце концов Серенити перестала плакать и воспользовалась моей шерсткой в качестве платка. Она медленно подняла голову и робко посмотрела на меня. Её глаза были красными от слёз, а грива взъерошена, но... она никогда ещё не улыбалась с такой лёгкостью: "Я..." – я пыталась выдавить из себя хоть слово, но у меня не получалось. Что я должна была выбрать?! Если бы я сказала нет, то это разбило бы её сердце и я снова увидела бы её рыдающей. Если бы я сказала ей да, то потеряла бы её так же, как потеряла всех остальных пони, которых пыталась защищать.

Блять.

– Я… – жизнь не проста. Я так сильно старалась представить жизнь как битву. Если ты выживешь — ты победил, но в этом случае... Иногда жизнь предоставляет тебе возможность выбрать, но твоё решение окажется неправильным независимо от твоего выбора. И что же делать? Я не умная пони и не могу справиться с неопределённость. Я не хорошая пони, не умная пони, не... Я не мать. У меня не было никаких идей. Что я должна была сделать? Разочаровать её сейчас или потом?

Я хотела плакать, пить и ударить что-нибудь. Но ничего из этого не помогло бы мне решить этот вопрос.

– Мне нужно подумать об этом.

Это расстроило её. Я заметила это. Неудивительно... Я поправила её гриву копытом и вздохнула: "Это сложный вопрос... Мне нужно подумать. Пожалуйста." – Серенити неохотно кивнула.

– Ты будешь лучшей мамочкой.

Нет, не буду.

– Наверное… – я солгала ей сквозь стиснутые зубы. Затем я похлопала её по спине. – Отправляйся в кровать. – она надулась, но это не сработает второй раз за день.

Ворча и зевая Серенити запрыгнула на кровать. Я укрыла её одеялом, но она всё равно немного злилась. Я знала, что как только я задую свечи, она сразу заснет: "Спокойной ночи." – мягко сказала я.

– Спокойной, мамочка.

Огни затухли, и я спустилась по лестнице в ночь.

Холодный лёгкий ветер нёс запах воды и жизни. На носовой палубе корабля я заметила Флэйра и Хай Стейкса, болтающих друг с другом. На самом деле, я абсолютно не доверяла шпиону Мистера Хауса, но пока он отвлекал Флэйра, я была счастлива. Пройдя на корму корабля, я посмотрела на небо.

Размытый силуэт Луны виднелся за движущимися облаками. Они не исчезли полностью, но их стало меньше и в основном они постоянно двигались, будто сдуваемые ветром. Селестия и Луна вернулись, но жизнь всё ещё на стала солнечной и радужной. Жизнь стала ещё более запутанной, чем раньше, но... но теперь, смотря в небо, у пони появлялась надежда. Жаль, что там не было правильных слов, которые я могла бы сказать Серенити и не разбить ей сердце; и не было ничего, что помогло бы заставить Пустошь прекратить попытки сломать меня.

Но ведь это всё части нашей жизни, не так ли? Проблемы приходят и уходят. Когда ты решаешь старые, на их место приходят новые. Это было возможностью сопротивляться, изменяться и выживать. Луна вышла из-за облаков и её свет залил реку. Всё было не так уж и плохо. У меня были ноги, чтобы стоять здесь, подобие друзей, кобылка, которая смотрит на меня как на... и работа на горизонте.

Пришло время двигаться вперёд и я хочу, чтобы солнце грело мне спину.

Неплохое желание, не правда ли?

Новый уровень!

Новая способность: Интенсивная тренировка 2: Впервые за всё время то, что вы обращали внимание на своих компаньонов принесло пользу. +1 к восприятию.

Навыки: Скрытность 50.