Клочок

Просто краткая зарисовка на тему встречи человека и его мечты

Кэррот Топ Человеки

Awoken

Время идёт — всё меняется. Когда-то, работающая в тайне "Фабрика Радуги", сейчас захватила всю Эквестрию, во главе со своей новой начальницей. И когда кажется, что светлые дни больше не наступят на этих землях, появляется пегаска, решающая положить этому конец.

ОС - пони

Гробовщик

Рэйнбоу Дэш едет в деревню под названием Соулавиль, однако по пути ей рассказывают пугающую историю этой деревни... Но Рэйнбоу, пытаясь доказать сама себе свою смелость идет туда.

Рэйнбоу Дэш

Месть королевы

Лишившись Роя, королева Кризалис позорно бежала с поля боя. Однако она не собирается влачить жалкое существование и скрываться до конца дней. Заручившись поддержкой двух последних истинных чейнджлингов, Кризалис решает вернуть власть и отомстить тем, кто посмел перейти ей дорогу!

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия ОС - пони Кризалис

Дракон, живущий среди руин

Твайлайт не смогла смириться со своим бессмертием, но постепенно сумела избавиться от него. А Спайк остался жить. Он же дракон... И дожил до момента, когда в развалины Понивилля пришла Санни Старскаут со своими спутниками.

Спайк

Прикосновение ужаса

Рассказ о том как два человека, которые стали пони, снова сошлись, в последний раз. Одного из них терзает один и тот же кошмар, который вскоре свёл его с ума, а второй пытается ему помочь...По сути это ветка моего фанфика, но к основному сюжету такое приписать никак нельзя. Поэтому этот гримдарк как отдельная ветка сюжета.

Твайлайт Спаркл ОС - пони Октавия

Королевство страха

Давно уже не жеребята, Фезервейт и Шэйди Дэйз были лучшими друзьями на протяжении многих лет. В один день крупная ссора разлучила их, как казалось, уже навсегда, определив для каждого свою дорогу. Успешно устроившись журналистом в Клаудсдейле, ныне ветреный одиночка Фезервейт уже и забыл о своём друге детства. Но вот однажды он снова слышит имя Шэйди, что обернётся так, как даже наученный жизнью репортёр и представить себе не мог. Какая судьба выпала на долю Шэйди Дэйза? Причастен ли он к наводящим ужас на всю Эквестрию таинственным и жутким происшествиям, в расследовании которых предстоит участвовать Фезервейту?

Другие пони

Чудо примиряющего очага

Продолжение истории "От рассвета до рассвета" и "Первого снега". Завидуя "режиссёрскому" таланту сестёр-принцесс, Дискорд взялся ставить свой собственный спектакль в Ночь Согревающего Очага. Но даже он не мог представить, во что в конечном итоге выльется его маленькая комедия...

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Трикси, Великая и Могучая ОС - пони Дискорд Король Сомбра

Беседа

Твайлайт беседует с человеком по дороге в Понивиль

Твайлайт Спаркл Человеки

Первый день

Что случилось прямо после того, как Флаттершай получила свою кьютимарку.

Флаттершай

Автор рисунка: BonesWolbach
Глава 11: Зная, что это лишь полдела Глава 13: Горизонт событий

Глава 12: Невинность

Глава 12: Невинность

Все воистину плохие вещи начинаются с невинного.

– Не догонишь, не догонишь!

Я вскрикнула и побежала на пределе возможностей своих маленьких ножек. Мэдоу никогда не любил высоту, поэтому я взбежала по рампе на третью платформу, а затем забралась на вершину дома трёхногого Форест Файра. Это была самая высокая точка в Мэйрфорте, и я знала, что у моего брата кишка тонка забраться сюда. Стоя на верхушке шаткой металлической конструкции, я могла видеть ве-е-есь комплекс. Мне не удавалось понять всю красоту этого странного места; контейнеры ставились на другие контейнеры внутри старого армейского склада, образовывая многоуровневый лабиринт. Здания росли друг на друге; между разными секциями города возводились настоящие мосты и переходы. Самые верхние уровни практически касались обветшалой двухсотлетней крыши, в которой за 200 лет образовалось множество дыр, позволявших солнечному свету попадать внутрь. Хотя, в пустоши довольно сложно говорить о "солнечном" свете...

– Слезай оттуда! – провизжал брат своим высоким голоском. Он был на год старше меня, но я всё равно была выше и толще. Все говорили, что я вырасту очень большой кобылкой. Но, поскольку Мэдоу уже получил свою марку, а я нет, то его назначили ответственным за меня. Красная роза на фланках у жеребца! Это так глупо. Моя кьютимарка будет очень крутой! Что-то типа серебряной пули, объятой пламенем, или огромная дубина, чтобы бить плохих пони.

Я показала ему язык: "Не-е-е-ет! Ты воняешь. "

Я почти слышала, как он скрипел зубами от злости. Музыка для моих ушей: "Я сказал сп-"

– Летающая Сильвер-Штормовая бомбочка!

Я приземлилась на него, и мы прокатились по полу несколько метров. Хихикая, я позволила ему оказаться сверху меня и прижать мои передние копыта к телу, в то время как моя голова оказалась в тридцати метрах от пола Мэйрфорта. Он был старше, и у него была кьютимарка, так что, даже несмотря на то, что я больше, я должна была дать ему выиграть. Это было правилом. В принципе, я бы могла просто избить его. В принципе, я бы могла избить кого угодно...

– Теперь оставайся здесь. Мэригольд…

– …бяка! – закончила я за него и улыбнулась. Он зарычал и опустил голову так, чтобы наши глаза были на одном уровне. Мэригольд действительно бяка. Её мама была руководителем мусорщиков, и, видимо, это означало, что она устанавливает правила. Не помогало и то, что она по праву считалась практически взрослой кобылой... всё равно бяка.

– Сильвер Шторм, Я… – Я лизнула его щёку. На вкус она была как жир, и я сразу сплюнула. В свою очередь мой братец спрыгнул с меня, ошарашенный таким неожиданными проявлением любви. Ну, на самом деле я не знала, что проявила этим... просто мне нравилось, что его это раздражает. – Гадость. – сказал он, когда отошёл достаточно далеко, чтобы я встала. Поднявшись на ноги, я набрала воздуха и подняла подбородок, чтобы показать, насколько он меньше меня. – Прекрати, ты выглядишь тупо.

– Твоё лицо выглядит тупо.

Закатив свои карие глаза, он сказал: "Хватит быть ребёнком. У нас есть работа. – Работа – это тупо. У меня ещё даже кьютимарки нет, а они уже дают мне дополнительную работу! То что у всех пони в моём возрасте ужи были марки не значит, что я должна помогать им. Мама сказала, это из-за того, что некоторые пони считают, что у меня нет моей марки, потому что я тупая, но я не тупая! К тому же, кьютимарки это тупо и называются они по-тупому. Вот бы у меня никогда не было такой!

– Мээх. – Он покачал своей головой, украшенной длинной фиолетовой гривой.

– Мэдоу прав. – Красная кобылка порысила к нам со стороны домика Форест Файра с вечно хмурым выражением лица. – У тебя есть работа, и ты разбудила моего папу. – Она была самой маленькой кобылкой из всех, что я видела когда-либо. И самой красной, конечно же. Её звали Кейкволк, но после того, как она получила метку на заднице, она сменила имя на Вайлдфайр. Я же называла её просто сучкой... ну, только когда мама не могла меня услышать.

– Твой папа всегда спит. – Даже Мэдоу считал её несносной. Это то, что он мне всегда говорил, но иногда, когда он думал, что я не вижу, я замечала, что он пялится на её марки. – Кроме того, Мэригольд сказала, что ты тоже должна прийти. Ещё она сказала, что мы наконец-то попадём в западное здание, и мы все должны помочь. – Серьёзно? Это действительно интересно. Там всегда была огромная куча мусора, в которой никто никогда не копался, а это значит, что там должно быть много классных штук. Раньше у мусорщиков были и другие кучи, для добычи всяких товаров и им никогда не приходилось рисковать, копаясь в том здании, но, видимо, сейчас всё изменилось.

– Что?! – Она выглядела шокированной, и это было прекрасно. Глупая Кейкволк, в смысле Вайлдфайр. – Мне нужно заботиться о пап…

– Разве он не спит? – Он всегда спит. Трёхногий Форест Файр потерял свою ногу очень давно, и с тех пор ему каждый день становится хуже. В последнее время он практически не выходит из дома.

– Да что ты можешь знать, тупица? – сказала она. – И ты, пустобокая. Разве ты не должна быть…

– Вайлдфайр. – Мой брат повернулся и посмотрел на неё так, как только он мог. Почти всегда он был добрым, но в тот момент он сильно разозлился. – Заткнись. Мы идём все вместе, и тебе стоит прекратить приставать к моей сестре. – Он не должен был заступаться за меня, но когда я увидела, как Кейкволк, то есть Вайлдфайр, отступила, это было... прекрасно.

– Ладно, пока! – сказала я с усмешкой.

Я спрыгнула с третьей платформы. В воздухе я зацепилась передними ногами за край и, раскачиваясь, попыталась перевернуться. Мэдоу кричал что-то, а в его глазах был виден страх, но я проигнорировала его и продолжила раскачиваться на импровизированных качелях. И раз! И два! И-и-и... Вперёд!

Отпустив край платформы, я по инерции пролетела вперёд, влетела в окно дома Нос, который находился на третьей платформе, пронеслась прямо над её кроватью и прокатилась по полу. "Дом" был обычной комнатой с кроватью у одной стены и столом – у другой. Оу! Ещё там была дверь. Я выскочила наружу и резко остановилась, чтобы осмотреться. Далее мой маршрут проходил по канатному мосту, который соединял две части Мэйрфорта между собой. Остановившись на его середине, я решила сделать то, что мама говорила мне никогда не делать. Я прыгнула.

Визжа, я пролетела вниз метров 6 и упала прямо на кучу матрасов, сложенных у химчистки Джун Баг для... очистки, скорее всего. Они пролежали на улице целую неделю, но у неё, видимо, не было времени, чтобы убрать их. Но из них вышла отличная посадочная площадка. Хихикая, я скатилась вниз по мягкому ворсу и стряхнула грязь с гривы. Уверена, что Джун кричала на меня, но я решила не слушать. Посмотрев вверх, я увидела Мэдоу и Вайлдфайр, которые всё ещё спускались и находились уже на второй платформе. Возможно, я не была супер гениальной пони, но лучше меня Мэйрфорт не знал никто. Это был лабиринт, а я была хранителем этого лабиринта.

– ПОЙМАЙТЕ МЕНЯ, ЕСЛИ СМОЖЕТЕ! – с вызовом закричала я, но они не услышали меня. Мэйрфорт всегда был таким громким.

Я проскочила в открытую дверь, ведущую из Мэйрфорта наружу, с улыбкой на лице. День был мокрым, шёл небольшой дождь. Слёзы Селестии – именно так мама называла капли дождя. Вокруг меня везде стояли вёдра и другие ёмкости для сбора дождевой воды. Мама говорила, что она безопаснее грунтовых вод, но вкус всё ещё был ужасен.

– Вернись сюда, Сильвер! – Блин! Я обернулась и увидела эту парочку, выходящую из Мэйрфорта. Как они смогли догнать меня?! Наверное, использовали мою супер-секретную технику прыжков. На самом деле, учитывая взъерошенную гриву Кейкволк и её потрепанный вид, я начала догадываться, как у них получилось. Они хитрее, чем я думала.

Так что я повернулась к ним крупом и побежала так быстро, как меня могли нести мои маленькие копытца. Когда я приблизилась к руинам в западной части комплекса, я увидела вокруг них множество работающих пони. Раскопки, постройка тоннелей, уборка мусора. Все это для того, чтобы найти вещи на продажу. Я промчалась мимо Мэригольд, а её золото-оранжевая грива влетела ей в лицо из-за моей скорости.

Я упёрлась копытами в землю и упала на живот. Мэдоу так старался догнать меня, что не смог остановится передо мной. Он споткнулся об моё тельце и влетел лицом в гору грязи.

Я хихикнула, когда Вайлдфайр подбежала и злобно посмотрела на меня.

– Разве ты не собираешься ему помочь?

Я подняла бровь так же медленно, как серебристо-серый Мэдоу поднялся с земли.

– Ага-а-а... – медленно ответила я. – ВОЗДУШНЫЙ ЗАХВАТ СИЛЬВЕР ШТОРМ!

Я прыгнула на него, словно ветер, сбила с ног и вместе с ним полетела обратно в кучу щебня и мусора. Краем уха можно было услышать, как Вайлдфайр ругается на нас и говорит, как это опасно, но это настолько же опасно, насколько и весело! На мой взгляд, веселье намного важнее, чем какие-то там опасности и все эти штуки.

Неистовое сражение маленьких умов и копыт закончилось только тогда, когда я с силой влетела головой в деревянную коробку. Мэдоу отступил, позволив мне перевести всё внимание на моего главного противника этого боя – коробку. Она была большой и тяжёлой, на ней были какие-то слова, но... я плохо читаю. Ну и ладно. Я развернулась и ударила по ней задними копытами, из-за чего крышка соскользнула.

Внутри я увидела...

Это было удивительно. Десятки и сотни пуль. Казалось, что они светились. Когда я наклоняла голову, то их цвет переливался с синего в фиолетовый, затем в чёрный и снова в синий. Я не имела ни малейшего понятия о том, что это за пули, но я точно знала, что они очень ценные. За моей спиной Мэдоу толкался и пищал, чтобы я дала посмотреть и ему.

– Что это такое? – Я повернулась, услышав незнакомый голос. На самом деле это удивило меня, ведь я знаю каждого пони в Мэйрфорте. Мэдоу прыгнул передо мной, чтобы прикрыть меня, но он был ниже меня, поэтому у него ничего не получилось. Незнакомцем оказался оливковый земпонони с длинной серой гривой, мокрой от дождя.

– Не пугайтесь, мои маленькие пони. Меня зовут Смуз Тонг. – Он указал копытом на ящик, который мы защищали. – Будьте любезны, покажите то, что вы нашли.


Моё плечо пронзила боль, которая отдалась огнём в грудь и шею. Где-то вдалеке я услышала приглушенные рыдания. Серенити.

Мои глаза мгновенно распахнулись.

В темной комнате я увидела фигуру надо мной. Копыта на кровати. Нет. Одно на кровати, второе давит на моё плечо. Земной пони фыркнул и, надавив сильнее, свернул его копытом. Боль ослепила меня. Возможно, я закричала.

От удара пони сжался и упал, а его клинок порезал моё плечо. Вспышка жгучей боли и кровь, заливающая моё тело и пропитывающая мой матрас. Времени на раздумья нет. Я скатилась с кровати и осмотрелась по сторонам. Серенити плачет во сне. Мой противник ухмыльнулся, посмотрел на меня и попытался обойти сбоку. Знал ли он, что стоит между мной и Серенити?

В сумраке я не могла видеть ни цвет его шёрстки, ни кьютимарку, но он точно был земным пони. А ещё на его ноге было странное устройство, похожее на Пип-Бак. Он двинулся вперёд, чтобы ударить меня копытом, на котором было закреплено лезвие. Кажется, я уже видела что-то подобное.

Тем не менее, всё ещё не до конца отойдя от сна, я не успела увернуться. Лезвие задело мою щёку достаточно, чтобы на ней появился неглубокий порез. Он ударил снова, и я, нырнув, уклонилась от его удара. Уёбок был быстрее, чем мне казалось на первый взгляд, и он махал своим лезвием как чёртов псих. Аргх, а это раздражает. Очередной отчаянный выпад в мою сторону.

Я выставила перед собой протез. Лезвие со скрежетом попало в него и застряло в отверстии. Мне показалось, что я слышала, как перерезались провода, но разве это имеет значение? Одним движением копыта его лезвие было сломано. В этот момент я увидела на его лице страх, и это было бесценно. Неужели он думает, что один удар остановит меня, когда где-то там плачет Серенити. Идиот отправился в полёт через всю комнату от одного удара задних копыт. Его голова пробила деревянную дверь, и только после этого его тело коснулось земли. В идеале, мне бы стоило проверить, жив ли он, и закончить начатое, но Серенити!

Забежав к ней в комнату и аккуратно взяв её одним копытом, я успела как раз к тому моменту, как она проснулась.

– Ты в порядке. – прошептала я, пока маленькая кобылка отходила от сна. – Ты в порядке.

– Я... – Она посмотрела на меня сонными и заплаканными глазами. – Ты... я думала. Этот гуль. Мне приснилось, что он снова напал на тебя и я...

– Это просто сон. – шёпотом ответила я и позволила ей вытереть слёзы об мою грудь. – Просто ночной кошмар. Я всё еще здесь. – Моё сердце сжалось и я мысленно пнула себя. Что заставило меня привести её в те Селестией забытые тоннели? Если бы я только знала. Если бы мы только знали...

Я никогда не хотела этого ни для кого из нас.

Слова в моей голове пробрали меня до костей и отозвались болью в плече. Встряхнув головой, я забыла о них, ведь они просто в моём воображении. Просто тень моей прошлой жизни пришла, чтобы преследовать меня.

– Хайред... – Я кивнула ей, всё еще пытаясь успокоить. – У тебя кровь...

Она смотрела на меня снизу вверх, а правая половина её мордочки была покрыта моей кровью. Вся моя грудь была окрашена в красный цвет, а плечо все ещё болело. Я моргнула, и у меня слегка закружилась голова. Потеря крови. Опять. Бля...

– Я в порядке. – соврала я. Прошлой ночью я почти позволила убить себя отряду Стальных Рейнджеров, и теперь я чувствовала, что мне нужно было восстановиться.

Серенити выглядела так, будто не поверила мне.

– Какого чёрта?! – Флэйр ворвался в комнату через сломанную мной дверь, его зелено-желтая грива, как обычно, выглядела потрёпанной. Розовые глаза пегаса расширились, когда он увидел меня в крови, а затем – и убийцу без сознания. – Ведите себя потише! Пони пытаются выспаться после освобождения... твоего... крупа...

Ещё один пони зашёл за Флэйром. Я не могла рассмотреть его ночью, но этот пони... как же его зовут... Хай Стэйкс! Единорог, работающий на Мистера Хауса, оказался намного выше, чем я думала; практически одного роста со мной, но гораздо стройнее. Не знаю, что я должна была чувствовать в этот момент.

– Что это за шум? – Он изящно поднял бровь. – Кажется, вы ранены, мисс Ган."

– Да ладно? – пробубнила я. Серенити хихикнула и побежала найти какую-нибудь тряпку, чтобы вытереть себя и меня.

– После ваших приключений, думаю, вам стоит отдохнуть пару дней. Мы как раз будем плыть два дня по Снейку и вы сможете восстановить силы.

– Нет. Я в порядке. – простонала я, слезая на пол с кровати Серенити, но моя передняя нога согнулась, и я упала на колени.

– Отдых. – согласился Флэйр, поправляя гриву. – Много отдыха. Похоже, ты только что билась с адской гончей. Не переживай за этот кусок дерьма. – Он пнул убийцу-неудачника. – Мы скормим его рыбам или... что там обычно делают на лодках с такими. Забей.

– Но... – Нет, отдых был плохой идеей. Я должна быть готова к тому, что кто-то ещё попытается убить меня. Сначала адская гончая, затем дракон. – Разве мы не должн… – Я поморщилась, когда боль от одной из моих многочисленных ран прошла по всему телу. – Ох... Разве мы не должны понять, на кого он работает?"

– Никаких сомнений, что это Баши. Мистер Хаус дал мне полное досье на вас и известные альянсы. Как известно, Молли использует земных пони с такими устройствами на копытах в качестве киллеров. – Пип-нож. Я уже видела один такой недавно. – Могу предположить, что она может отслеживать твой Пип-Бак, если у неё есть ещё один. – Может такая штука тоже сгодится? – Мы продолжим это расследование потом. Сейчас ты ранена и тебе нужен отдых.

Пегас кивнул, соглашаясь с ним. Я повернулась к Серенити, надеясь получить поддержку хотя бы от неё, но кобылка уже стояла с колбочкой лечащего зелья во рту и кивала.

– Выходной день у мамочки!"

А может, я не хочу выходной?!


Скорее всего, я не управляю своей жизнью. Так или иначе, я поняла, что лежу на кровати и пью одно лечащее зелье за другим в ожидании завтрашнего дня. Серенити сказала, что так они смогут вылечить меня, но окончательно восстановиться мой организм сможет только сам. В любом случае, она заставляла меня пить гораздо больше, чем мне хотелось бы. Не то чтобы мы испытывали недостаток денег, да и у капитана Рэд Ская нашлось несколько пузырьков, которые он нам успешно продал, но... я все еще считала, что тратить такие суммы глупо.

Кряхтя и сжимая зубы, я перевернулась на живот и включила радио на моём Пип-Баке. Когда помехи пропали и полилась музыка, я осмотрела нашу каюту. Хай Стэйкс своей единорожьей магией очистил мою шерстку от крови и прибрался в комнате. Я не знала, что они сделали с киллером, но мне хватило мозгов не задавать этот вопрос. Скорее всего, его просто выбросили за борт или убили.

Я всё еще не могу понять, как он попал в мою комнату! Даже если у Молли и есть Пип-Бак, как она узнала о возможности отследить меня? Даже если она узнала это, то как её наёмник добрался до меня так быстро? Если верить Хай Стэйксу, лодка уже плыла вверх по течению в тот момент (Около полудня. Не судите меня строго. Я сражалась с пятью Стальными Рейнджерами за день до этого и заслужила хороший сон), когда убийца разбудил меня. Так что он должен был ещё и найти нас ночью. Аргх! У меня из-за этих раздумий болит голова!

Я зарылась мордочкой в подушку, а по радио начал звучать шелковый голос Нью Хайгаса.

– Доброе утро, Дайс. Что же мы имеем на сегодняшний день? Солнце все еще светит и я чувствую себя просто прекрасно. Пришло время новостей. НКА пока что держат слово и не нарушают пакт о ненападении, а минотавры, в свою очередь, увели четверть своих сил от каньона Ридж Бридж. Тем не менее, по городу все еще ходят слухи о связях Мустангов с минотаврами, несмотря на убийство Роя Мустанга, совершённое несколько дней назад. Их новый лидер, Мэйхем, отрицает свою причастность к этому и заявляет, что сделает всё возможное, чтобы обезопасить Луну и её окрестности, а также обеспечить всех нуждающихся водой. Для этого он понизил налоги на воду для обычных жителей Дайса, но при этом повысил цену для всех основных фракций города, включая Мистера Хауса и Хазаев, Башей, Галициан, Наблюдателей, Оставшихся, компании Цербер, НКА и заново сформированной строительной компании Рэд Рейсер. Мэйхем утверждает, что это позволит ему дать воду тем, кто в этом нуждается больше всего, а также позволит заработать больше крышечек, которые пойдут на ремонт его казино после необоснованного нападения со стороны Башей.

– А теперь перейдём к странным новостям: два сотрудника НКА находятся под следствием после необычного инцидента, произошедшего прошлой ночью. Если верить словам лейтенантки Дасти Бриз, три пони пришли к пропускному пункту в Парасайд Маунде около полуночи и попросили разрешение на вход, чтобы построить в Дайсе школу. Она сказала, что они были аликорнами из Эквестрии, и открыла по ним огонь, чтобы прогнать их. Но, как известно, до этого момента аликорны никогда не пересекали Эквестрийско-Каледонскую границу. В настоящее время следователи НКА предполагают, что их сотрудники просто заснули на работе после двенадцатичасовой смены и увидели сон с аликорнами. С другой стороны, как могли два разных пони видеть один и тот же сон? Ну, у НКА всегда были проблемы с логикой.

– И ещё. Несколько дней назад я рассказал вам о команде кобылы и ее жеребёнка, которые уничтожили базу рейдеров на северо-востоке. Теперь там снова могут ходить караваны. Сегодня же этот дуэт посетил маленькую деревеньку под названием Уэндин и очистил её от радскорпионов, заполонивших её. Это просто поразительно! Жители назвали их героями и я чертовски с ними согласен!"

– Ты и правда слушаешь это? – голос отвлёк меня от прекрасной речи Хайгаса. Я повернула голову и увидела бледно-зеленого единорога, входящего в мою комнату. Его длинная красная грива была прямой и закрывала половину лица. Я не уверена, что волосы поверх очков улучшают обзор, но кто я такая, чтобы спорить? Никогда не разбиралась в моде. – Мне всегда казалось, что пони достаточно умные, чтобы не доверять новостям. – Довольно грубый жеребец, не так ли? Когда он подбежал и лёг рядом с моей кроватью, я смогла хорошо рассмотреть его кьютимарку: пара игральных костей, на которых выпало по единице.

– Неважно. – Я выключила Пип-Бак. Теперь мне придётся слушать нахального Хай Стэйкса вместо Нью Хайгаса. Я уже говорила вам, что мне нравятся жеребцы на радио? – Эта работа. Что мы будем делать?

Не уверена, было ли это фырканье или смешок.

– А я думал, ты никогда не спросишь. – Его зубы такие идеальные и белые, когда он улыбается. Мне так хотелось выбить их. – Мистер Хаус уже некоторое время наблюдает за тобой. – Круто. Всегда хотела личного преследователя. – Он хочет... хочет видеть тебя в качестве постоянного работника. – Он имеет в виду, что меня даже не будут шантажировать и заставят выполнять грязную работу? Вау. Да он гораздо более интересный лидер банды, чем все остальные. – Но для начала тест.

– Тест?..

– Да. Ну, ты знаешь, тебя поставят в необычную ситуацию, скажут, что нужно сделать, и молча будут наблюдать за тобой. – Это звучит так тупо. Я положила голову обратно на подушку. Такая мягкая и пушистая. – Для этого нам нужно отправиться в горы на востоке. Ты уже слышала о пони, которые называют себя Надзором Селестии? – Я молча кивнула в подушку. – По какой-то причине, известной только им, Надзор переместился в город под названием Каркхуф. Насколько я знаю, этот город когда-то был на территории зебр, но позднее стал каледонским и, ну... – он едва заметно ухмыльнулся. – Надзор Селестии ненавидит всё "неестественное". К этому относятся грифоны, аликорны, ослы, мулы, минотавры, адские гончие, буйволы, киборги, пегасы и, особенно, зебры. Не помогает и тот факт, что большая часть населения Дайса согласна с их убеждениями. К чему я это... часть этих пони собрались и прошли этот путь, чтобы, видимо, устроить беспорядки в городе, но сейчас они просто заблокировали торговый путь и митингуют.

– И-и-и?..

– Ты прекратишь это. – Как обнадёживает.

– Стоп. Что?

– Неважно как. Добраться туда будет сложно, но Хаус хочет, чтобы эта проблема была решена, и он дает тебе возможность выбрать как именно. – Я подняла бровь и взглянула на него, чтобы понять, говорил ли он серьёзно. Искра в его тёмно-зелёных глазах говорила, что он был чертовски серьёзным. Видимо, этот мистер Хаус очень внимательно следил за мной, но так и не понял, насколько я тупая. Дискорд меня побери, я билась в одиночку против пяти Стальных Рейнджеров вчера, а он хочет, чтобы я разобралась в такой неоднозначной ситуации. Ёбаный пиздец, да я просто чувствовала, что в конце этой истории стану убийцей невинных пони.

– Хаус... – Я вспомнила что-то. Это было нечёткое воспоминание, но я ухватилась за него. – Он занимается кибернетикой? И ещё он нанимает их... – Стэйкс кивнул. – Это значит... – Я внимательно посмотрела на жеребца и до меня дошло. – Ты просто наёмник, работаешь на Хауса на непостоянной основе и... и он хочет, чтобы я выступила на стороне зебр в этой ситуации.

– Да... и нет. Это правда, что я лишь временно работаю на Мистера Хауса, но это не значит, что ничего не может поменяться. На самом деле, я не получил от него никаких указаний о том, на какую сторону должны стать вы. Надзор Селестии уже бойкотировали его отель ранее, но ему всё равно. Они всего лишь очередная кучка пони, которую можно просто проигнорировать. Единственное, что он хочет – увидеть, на чью сторону станешь ты. – Серьёзно? Неважно, что говорит Стэйкс. Даже жеребёнку понятно, что Хаус хочет, чтобы я стала на ту сторону, которая не ненавидит его, и увидеть, достаточно ли я умная, чтобы понять это. – Это тяжёлый выбор. Пони, которые тебя ненавидят или зебры.

– Зебры. – сказала я, подняв голову с подушек. Почему мои уши дрожат? Уши не должны этого делать.

Он посмотрел на меня... наверное, удивился. Я не уверена, но этот взгляд отличался от его прежнего, надменного взгляда.

– Зебры... но они же... – Его лицо сморщилось от отвращения.

– Зебры. – Я не видела в этом проблемы. – Насколько я знаю, разницы между пони и зебрами практически нет. Почему это должно иметь значение?

– Мээх... зебры. Могу я спросить, почему? – спросил он, осторожно поправляя очки, окутав их зелёным свечением. Его магия начала жечь моё плечо, но всё мое тело болело так сильно, что на это я просто не обратила внимания. Жжение было просто неприятным и отчётливым, как и от любой другой магии. На самом деле, если я концентрируюсь на нём, то могу отличать магию одного пони от магии другого. Я не знаю, как объяснить эту разницу в ощущениях, но я могла это чувствовать. Как-то...

– Ну... Надзор Селестии ненавидит меня. А зебры нет. Будет проще договориться.

Он непонимающе смотрел на меня.

– Ты... интересная пони.

– ОБЕД!

Такая волна эмоций могла быть вызвана только одной кобылкой. Серенити влетела в комнату (без стука) с миской супа в розовой телекинетической хватке.

– Уйдите, мистер Стэйкс. – сказала она с ухмылкой, пробежав мимо жеребца прямо ко мне. – Мамочка болеет и ей нужен суп.

Он заржал, встал и вышел из комнаты, но остановился в коридоре, чтобы посмотреть на нас оттуда. Эт стрёмно.

– Серенити, я не боле… – Ложка с горячим супом залетела мне прямо в рот. Вкус оказался морковным. Я пробурчала с ложкой во рту, а затем Серенити вытащила её, подарив мне возможность говорить. – Серенити, это совсем не смешн… – Ещё одна ложка с супом. Видимо, она решила, что суп это очень важная часть лечения, раз делала это с таким энтузиазмом. Мне это надоело. Когда кобылка в очередной раз попыталась вытащить ложку изо рта, я прикусила её со всей силы и не отдавала. После недолгого сопротивления, кончик ложки был откушен.

– Серенити. Я. НЕ. Болею. Прекрати это.

– Ты сломала мою ложку. – Она посмотрела на сломанный столовый прибор, а затем левитировала из седельной сумки другую ложку. – Хорошо, что я принесла ещё одну! – Ох, да она надо мной издевается. Прежде чем она снова попыталась покормить меня, я зубами вырвала тарелку из её хватки и залпом выпила весь суп. После этого я бросила её на пол и с укором посмотрела на кобылку.

– Ты серьёзно, Серенити?

– Что? – Она закатила глаза. – Я просто пыталась помочь. Ты боле… – Я не болею. Я не болела несколько месяцев. Конечно, я чувствовала себя так, будто участвовала в боксёрском поединке с драконом, но ведь это совсем не болезнь. Только боль. Мне не нравилась сама идея болеть какой-нибудь простудой или ещё что-то. Для меня лучше быть подстреленной или проколотой ножом в бою, чем лежать пару недель, мучаясь от повышенной температуры, головной боли и попыток моих напарников помочь мне.

– Я не болею. – Я поставила точку в этом споре. Хай Стэйкс усмехнулся за дверью. Он очень быстро начинал раздражать меня. – Мне просто нужен отдых... скорее всего. Стальные Рейнджеры. У них очень твёрдая броня. – Не стоило её бить. Мои копыта до сих пор болят из-за этого. – Я всё еще могу сама кормить себя.

– Ладно. Я просто хотела сделать что-то. Стримвинд не дала мне помочь сделать суп... – Кто? – Ну... Она жена капитана и ещё она…

БУМ

Внезапно я прокатилась по всей комнате, когда лодка сильно накренилась на бок.

БУМ

Как только я поднялась, второй взрыв повалил меня на пол. Боль прошла волной по всему телу. Кряхтя, я снова попыталась встать.

БУМ

Мне удалось сохранить равновесие и я, наконец, смогла осмотреться. Хай Стэйкс куда-то пропал, а Серенити прикатилась по полу ко мне. Я помогла ей встать на ноги, а затем закинула ее себе на спину.

– Серенити, достань Искусность. – Моя винтовка лежала на другой стороне комнаты, и я медленно пошла к ней, а кобылка на моей спине помогала, подтаскивая ее магией.

БУМ

Розовое сияние, сопровождаемое писком Серенити, исчезло на пару секунд, но снова обволокло винтовку с седлом. Единорожка подняла их в воздух и сбросила мне на спину. У меня слегка задрожали колени от такой резкой прибавки веса, но нет ничего, с чем не справится танк, замаскированный под обычную поняшу. Серенити помогла закрепить седло на мне.

БУМ

Чёрт возьми. Я влетела плечом в дверную раму. Да-а-а... еще больше боли, мне ведь ее так, блять, не хватает! Нельзя больше терять время. Я выбежала в коридор, спустилась по лестнице и, наконец, оказалась на палубе.

Это было... Немного страшно. Я была прикована к кровати прошлой ночью и не видела лодку на воде. Река была настолько широкой, что я почти не видела берегов. Я подошла к борту и глянула на тёмно-синюю воду. Казалось, будто там нет дна. Через пару секунд я увидела двухглавую рыбу, смотрящую на меня из воды, и она... она пиздец какая большая.

БУМ

Ай! Я обнаружила себя висящей за бортом корабля и держащейся копытами за поручень. Серенити же быстро вскарабкалась по моей спине на палубу. Я попыталась подтянуться, ведь оказаться в этом радиоактивном болоте наверняка не очень приятно.

– Эй. – Я обернулась и увидела Флэйра, зависшего над водой. – Я не нырну за тобой, если ты упадешь. У меня был друг, который упал в такую же реку, и у него отпало крыло, представляешь? Ну, у тебя хоть и нету крыльев, но... не думаю, что это полезно для здоровья. – Ох, отъебись, Флэйр. Он подхватил меня и затащил на палубу. – Я думаю, нас атаковали... Думаю, тебе стоит посмотреть... Стой, а почему ты не в кровати?

Серьезно, отъебись.

Хромая, я прошла вдоль борта на нос корабля. Остановившись, я увидела недалеко от нас узкую длинную лодку со странной деревянной конструкцией на ней: длинный деревянный шест с огромным куском ткани, закрепленным на нем. Увидев замешательство на моем лице, Серенити объяснила:

– Это парусное судно. – Оу! Я знала это. Просто забыла. Такое со всеми случается. Не судите меня.

На палубе другого корабля стояло пять грязнейших пони, каких мне доводилось видеть (кроме меня, конечно же), стоявших рядом с огромным оружием. Стойте! Я начинала догадываться, что это была не винтовка, а пушка! Такая, например, была в Клип'н'Клоп... только там она стреляла конфетти, а не смертью.

– Подлые речные крысы! – крикнул тем пони капитан Рэд Скай. Пираты в ответ просто заржали. Когда я подбежала к нему и стала рядом, он едва заметно кивнул мне, заметив моё оружие, а затем снова переключил свое внимание на пиратов. – Вы оставите мой корабль в покое, понятно?!

– Да! – ответил тот с усмешкой. – Когда вы отдадите нам все ваши товары, мы это сделаем!

– Дорогая. – Что, кто? Я повернула голову, чтобы увидеть маленькую черную кобылу единорога с почти неприлично ярко-розовой гривой. – Быть может, ты захочешь это? – В ее телекинетическом захвате был магазин патронов .50 калибра. У каждой из пуль был яркий синий наконечник. Я тупо кивнула ей, поняв, что уже использовала все свои боеприпасы, воюя со стальными рейнджерами.

– Пожалуйста. – Я предположила, что это была Стримвинд, жена капитана. Она повернулась к моему боевому седлу и принялась за работу. Она подарила мне прекрасный вид на её фланк... В смысле, на кьютимарку! Я не пялилась на замужних кобыл, потому что я не люблю кобыл и вообще...

Понибудь еще верит в это?

Я имела в виду на метку! Не на круп. Всё-таки зеленая пуля, окруженная розовым пламенем, – это то, что может вызывать зависть (это ведь у меня на заднице 3 камня). После того, как маленькая кобылка закончила (на самом деле она могла быть и не маленькой. Нормальные кобылы имели привычку быть небольшими, по сравнению со мной), она кивнула мне, и я снова вернулась к пиратам.

– Последний шанс, приятель! – прокричал один из пиратов. – Следующий выстрел пройдет через твою жирную ж...

БАМ

Пуля вылетела из Искусности, оставляя за собой красный след и попадая в мачту пиратского корабля. На ней вспыхнула искра и прозвучал едва слышимый странный свист, а затем вся мачта вспыхнула как спичка.

Мне только что дали пули. Которые. Стреляют. Огнем.

Муа-ха-ха-ха!

Искусность снова и снова вызывала вспышки пламени. Второй выстрел попал в парус. Он сгорел в мгновение ока. Третий пробил корабль и поджег что-то внутри. Вскоре судно было охвачено огнем, окрашивая реку в оранжевые краски. Я едва могла слышать крики горящих пиратов сквозь собственное ликование. Моя пушка стреляет огнем! ОГНЕМ!

Я повернулась к своим компаньонам с искренней улыбкой на лице. Они, в свою очередь, наблюдали за происходящим с бледными лицами. Флэйр закрыл морду копытами, Хай Стэйкс пожал плечами, а Серенити выглядела так, будто она больна. Больна...

Внезапно лодка качнулась, из-за чего я перестала держать равновесие. Сразу же я почувствовала, как желудок хочет вернуть всё, что я съела за последнее время. Я смутно услышала звук выстрела из пушки, но отчетливо почувствовала волну. Когда лодку тряхнуло, мой обед захотел наружу.

Так быстро, как я только могла, я побежала к борту лодки. Суп, выходящий наружу, по вкусу был намного хуже, чем когда я ела его, но, к счастью, я не заблевала палубу. Вытянув голову над перилами, я извергала содержимое желудка в воду. Сзади я услышала голос Серенити.

– Я знала, что мамочка болеет!


Следующие несколько дней речного путешествия протекли без помех, простите за каламбур. Я очень люблю каламбуры. Серенити поначалу ухаживала за мной так, будто я смертельно больна, хотя она прекрасно знала, что я в порядке. Думаю, это потому, что ей было очень скучно. Я имею в виду, что даже когда мы попали в Дайс, она всегда находила занятие, а на лодке ей даже не разрешали бегать и осматривать разные механизмы. Это единственное, чем она могла бы занять себя. Я рассказала об этом Стримвинд и она сделала то, о чём я никогда бы не подумала.

Она дала кобылке игрушку.

Кто бы мог подумать! Я имею в виду, у меня никогда не было игрушек в жеребячьем возрасте, а сама Серенити казалась такой взрослой, что я бы ни за что не решила, что ей нужны игрушки. Игрушкой, о которой идет речь, была маленькая плюшевая пегаска-жеребёнок с лавандовой растрёпанной гривой. Серенити с опаской приняла подарок от кобылы, но вскоре, счастливо хихикая, расчёсывала гриву игрушки и даже дала ей имя "Скуталу". Это отвлекло ее как раз настолько, чтобы я успела вздремнуть на палубе. Почему на палубе? В каюте было душно и мне нравилось солнышко.

Когда вечером я вернулась в каюту, Серенити успела отрезать крыло и заднюю левую ногу игрушки и превратить ее в киборга, заменив их на какие-то детали, которые мы сперли с базы Стальных Рейнджеров. Когда Серенити заметила меня и то, как я смотрю на нее, то она быстро разъяснила всё: оказывается, киборги намного круче обычных кобылок и теперь это не Скуталу, а Скутаборг. Это было одновременно страшновато и мило, так что я решила просто промолчать и позволила ей играться дальше.

Именно так и прошли два дня моей жизни. Это было намного лучше, чем преследование гулями, помутнение рассудка или битва со Стальными Рейнджерами, так что я была абсолютно довольна. Флэйр подолгу отсутствовал на лодке, но, я думаю, он занимался разведкой для нас, чтобы мы смогли избежать встречи с пиратами. Агент Мистера Хауса тоже часто пропадал, но это не сильно меня заботило. Есть множество других вещей, связанных с этим пони, из-за которых я волновалась.

– Что ж... – Наше речное путешествие приближалось к концу, и я нашла время, чтобы поговорить со Стримвинд в надстройке. Оттуда открывался отличный вид: комната с окнами по всем четырем стенам давала обзор в 360 градусов. Покачивание лодки на волнах меня не напрягало так, как раньше. – Сколько за все ваши огненные патроны?

– Дорогуша, – сказала она, тепло улыбнувшись, – Они называются зажигательными патронами.

– Да, за все эти... сжигательные патроны.

– ЗАжигательные. – поправила сидящая на моей спине Серенити, положив Скутаборга мне на голову и выглянув из-за него. – Зебры создали их с помощью своей магии. Они смогли засунуть в пулю огонь, но... я думала, что только они делали их.

– Ты права, маленькая мисс. – Она улыбнулась кобылке, облокотившейся мне на голову. – Но, я полагаю, не у каждого пони есть талант к модифицированию боеприпасов, так что... Думаю, я нарушила все правила.

– А когда я получу кьютимарку, я смогу нарушать правила?

– Нет. – быстро ответила я, пока Серенити не начала мечтать о чём-то невозможном. – За сколько продашь?

– Пять сотен крышек. Они сложны в производстве, но у меня есть целых 75 штук. Учитывая, что вы не найдете их нигде более, это выгодное предложение. – Я молча кивнула ей. Это выглядело выгодной сделкой. – Эм... стой, серьёзно? Я смотрю, ты не очень умная. – Я покачала головой, не в силах отрицать факт. Но ведь сделка действительно выгодная: крышки в обмен на огненные боеприпасы. Огненные!

Серенити хихикнула у меня над головой, и я повернулась к двери, но не успела выйти. Внезапно передо мной появился Флэйр, который зачесывал гриву назад. За его спиной стоял Хай Стэйкс.

– Мы уже на месте? Эта лодка така-а-а-ая скучная, честно. Я имею в виду... это как... типа... Я не знаю. – Он поднялся в воздух и перевернулся. – Ты уже чувствуешь себя лучше? В смысле, ты в последнее время так часто дралась и перестреливалась, что если бы не броня на теле, ты была бы похожа на пони из швейцарского сыра. – Э-э... что? – Но ты выглядишь лучше.

– Больно. – быстро ответила я. – Но уже лучше.

– Ну и славненько... – Он взмахнул крыльями и, подлетев ко мне ближе, оказался лицом к лицу с Серенити и ее куклой. – Кто это?

– Скутаборг! – Серенти подняла странную куклу. – Она была ребенком во время Красной Войны, – Красная Война... я уже где-то слышала это название. – Потеряла свою ногу и крыло во время падения Хуф Тауна. Её нашел неизвестный странник и помог восстановиться. После того, как ей установили кибернетические конечности, она решила путешествовать по Пустоши в поисках путей отмщения... и своей кьютимарки! – Это... Странная, но в то же время подробная предыстория.

Флэйр на протяжении всей истории улыбался, как идиот, и молча кивал.

– Я-я-я... понял. Это... ты сделала ей протезы?

– Конечно! – Ее голос был наполнен радостью. – Правда, они не работают... Слишком маленькие для того, чтобы с ними работать. Думаю, если бы у меня было побольше навыков, я могла бы починить их, но... у меня под копытами только металлолом. Это немного сложно, понимаешь?

– Да-да, мы все в этом разбираемся. – Он ухмыльнулся и подлетел к Рэд Скаю. Капитан, казалось, просто игнорировал пегаса и продолжал спокойно управлять кораблём. Но его лицо всё равно немного выдавало раздражение(?) то ли из-за надоедливого крылатого пони, то ли из-за того, что на капитанском мостике стало так тесно.

– Где ты пропадал? – cпросила я у собачонки Мистера Хауса. Как правило, я не доверяю тем пони, которые работают на банду. Особенно если этот пони является моим работодателем. Мне никогда не везёт с работой, так что я заранее готовилась к удару ножом в спину. По факту, единственное дело, которое пошло так, как я хотела, было в Тимбере. Я действительно надеялась, что я не сглажу, и это дело пройдет как по маслу.

– Читал. – Я сделала свое фирменное "э-э-э-э.. что?"-лицо, что вызвало у единорога улыбку. – Книги довольно редкие вещи в пустоши. И с каждым годом они встречаются всё реже и реже. Я храню только целые экземпляры. В последнее время я читаю книгу о странных зебринских магических ритуалах. – Магических... стоп, что? Хотя... Не, мне не интересно. Нафиг надо. – Это очень интересно и, я думаю, эта информация может пригодиться нам для нашей миссии. Что ты об этом думаешь? – Агась, круто. Неважно.

– Агась, круто. Неважно.

– А чем я, по-твоему, занимаюсь, позволь спросить? – Он улыбнулся мне, и я была готова поклясться, что его очки блеснули на солнце.

– Э-э... – Я моргнула и повернулась к окну. – Не знаю. Ничем, наверное.

– Она думает, что ты шпионишь за нами и делаешь секретные штуки. – сказала Серенити, высунувшись наполовину из-за моей головы. Надо будет научить эту кобылку поменьше болтать. Я обернулась и, взглянув на жеребца, смущенно улыбнулась. Он грозно посмотрел на меня, и у меня появилось чувство, что он доверял мне еще меньше, чем я ему.

– Мы на месте. – Спасибо вам, капитан-мистер-сэр-мастер отвлечений! Рэд Скай указывал копытом куда-то вдаль, и я подбежала к нему, чтобы рассмотреть получше. Не так уж и далеко от нас, на берегу реки, располагался огромный док, а рядом с ним был небольшой городок. Что-то около пятнадцати зданий вдоль реки, огороженных забором из колючей проволоки. На вершине самого высокого здания (четырехэтажная башенка) развивался флаг НКА: зеленая звезда на белом фоне с фениксом на верхушке.

– Оу. – Это значит, что у них всё в порядке с поставками. Это напомнило мне о том, насколько я люблю покушать.

– Круто, да? Фермы НКА стоят вдоль Змеи. Они отправляют еду вверх и вниз по течению. Я тоже в этом участвую. Хороший бизнес. Платят больше, чем если бы я просто переправлял пони. – Он взглянул на меня и я просто улыбнулась. – Из этого городка можете отправляться туда, куда вам надо. Быстрая поездочка, не так ли?

– Эм. Ага.

– Хорошо. Не хочу, чтобы пони подумали, что я заставляю НКА или мистера Хауса ждать. – Он встряхнул своей длинной серой гривой. Это напомнило мне другую пони. – Я уже слишком стар для всей этой борьбы фракций. – Он вздохнул, поворачивая штурвал и направляя корабль к одному из причалов. – Когда я был только жеребёнком, тут еще не было НКА или они были так далеко и настолько ничтожны, что всем было всё равно. О такой группировке как Наблюдатели, которые сейчас помогают всем пони, можно было только мечтать. Минотавры были легендой, которую рассказывали таким мелким как я. Присутствие Стальных Рейнджеров напрягало, но они не трогали простых пони, а Анклав держался особняком. Но банды в Дайсе точно так же воевали между собой. Правда, сейчас эта война изменилась. Сейчас они играют на авторитет и стараются привлечь к себе как можно больше пони, а не просто устраивают резню между собой. Они стараются придать себе веса. – Чёрт, ему и правда всё это не нравится. – Солнце вернулось и я считаю, что все пони должны научиться играть честно. – Все пони. Часть меня надеялась, что в это понятие он всё же включает зебр, грифонов и минотавров.

– Отличная мечта. – сказала я, когда лодка медленно остановилась.

– Да... Стримвинд, отдать якорь! Я уверен, что НКА захочет задать нам пару вопросов. Они это просто обожают.


– Откуда вы?

– Север. – сказала я, закатив глаза и сделав шаг назад. Мы не успели выйти с причала, как к нам подошли трио НКАровских служащих, чтобы... Чтобы что? Чтобы задать вопросы, конечно же! Вода плескалась под деревянным настилом, и гуль-офицер молча пялился на меня. Сначала я подумала, что это Майор Лаки, но через пару секунд я заметила, что этот пони не был единорогом. Все гули выглядят одинаково.

– Север большой... – сказал он и заржал.

– Вы очень наблюдательны.

– А твои друзья тоже...?

– Это Флэйр. – сказала я, махнув копытом на улыбающегося пегаса. – Он из Оставшихся. Это, – еще один взмах копытом. – Хай Стэйкс, агент Хауса. – Я ухмыльнулась. Неужели у меня и правда такие влиятельные друзья?

– А кобылка?

– Она, эм... – Теперь это было немного странно. – Член Наблюдателей. – Я заметила, что он сглотнул и облизнул губы от волнения. – Нам нужен караван, идущий в Каркхуф. Этого достаточно?

– Ладно. – Жестом он показал пони за собой, что они могут расходиться. – Добро пожаловать в Снэйк Хэд. Здесь есть торговый караван в Каркхуф. Они выдвигаются завтра утром. Если вы быстры, возможно, найдёте работёнку. Это неплохая возможность, однако, вас, скорее всего, сожрёт акула. Загляните в штаб НКА. – пробубнил жеребец и потрусил за своими коллегами, позволяя зайти в город.

Неплохой городок, но все пони, которых мы там увидели, были либо солдатами НКА, либо гражданами этого же Альянса, пытающимися выжить на границе. Они выглядели чище, чем жители Бридл Хоупа или Тимбера, а также не было похоже, что они голодают. Думаю, еда, вода и крыша над головой – это неплохое вознаграждение за то, чтобы быть гражданином НКА.

Серенити спрыгнула с моей спины во время прогулки по городу, чтобы пробежаться и посмотреть на интересные вещи в витринах. Снэйк Хэд, хоть и был восстановленным довоенным городом, но его действительно хорошо отреставрировали. Я не думаю, что когда-либо в своей жизни видела столько разноцветных домов. И из каждого окна я чувствовала запах свежих продуктов! Он очень сильно отличался от вони в других городах.

Но это не имеет значения. Хоть в городе пахло приятно и он выглядел хорошо, он всё равно не такой безопасный, как Дайс. Пираты или рейдеры могли атаковать в любой момент, не говоря уже о группах, желающих отхватить у НКА город.

Штаб НКА располагался именно там, где я и ожидала: четырехэтажное здание с часовой башней в центре города. Оно было... Большим и серым. Единственное здание в городе, на которое не вылили 20 банок с разной краской. Я думаю, им должно быть стыдно. Их здания должны быть выкрашены в светло-розовый!

Открыв двойную дверь, мы оказались в большой приёмной. Она тоже была покрашена в серый цвет, что нисколько меня не удивило. Двое пони за стойкой увлеченно разговаривали между собой, и я со своей бандой смогла подобраться достаточно близко, чтобы подслушать.

– ...Падение Кошмара? – Пони за столом подняла рыжую бровь.

– Так они назвали это. – Кобылка напротив пожала плечами. – Говорят, что призрак 52-ой трассы погиб.

– Как призрак может погибнуть? – спросил офицер, на что кобыла ничего не смогла ответить. – Неважно. Подготовь отчёт и я отправлю его начальству. – он фыркнул, когда кобыла ушла. – Призраки и кошмары. Пфф... А потом они заставят меня делать отчеты из сказок старой кобылы. Следующий. – Он посмотрел на меня. Приятный жеребчик. Темно-синяя шерстка (сочетается с броней НКА такого же цвета) и ярко-красная грива очень хорошо смотрятся вместе.

– Привет. Я слышала тут как раз проходит караван.

– Да. Через наш город караваны проходят каждый день. Может, вы уточните? – Оу. Точно, я думаю, это поможет. На самом деле ему не обязательно быть такой задницей.

– Караван в Каркхуф. Мы можем быть охранниками. А еще нам нужна комната. – Пони взглянул на Искусность, закрепленную в боевом седле, после чего он начал искать нужные бумаги. Мне показалось, что прошло около пяти минут, прежде чем он нашел их.

– Та-а-акс. – Он перевернул листик. – Нужны два охранника. Если хотите, конечно. Не удивлюсь, если вы откажитесь. Никто не хочет быть похороненным в безымянной могиле возле города зебр. Это вам не воскресная прогулка... да к тому же этот протест. В общем, многие уже отказались. – Да, ты уже говорил это. – Если вы хотите отправиться вчетвером, то двоим придется доплатить за поезду 250 крышек. Но вы можете оплатить их поездку за счет тех крышек, которые вы получите за работу; в таком случае у вас останется 350 крышек.

– Ладно. Хайред Ган. – он моргнул и пожал плечами, а затем вписал моё имя. Мне всё равно нужно добраться туда, и я уже достаточно богата, поэтому эти мелочи меня не интересуют. Ну, только если мы там не попадем в беду и не погибнем. Блять. Не хватало только сглазить. Я не была суеверной пони, но учитывая, что мне всегда пиздец как не везет, лучше бы мне не думать о таком.

– Подпишитесь здесь. – Я взяла ручку в зубы и... меня прервали.

– Разве мы не должны сначала прочитать контракт? Мы должны быть уверены, что там нет подв… – Я проигнорировала Стэйкса (он снова вел себя надменно и раздражал меня) и поставила свою подпись. – ...ну да, не должны. – он тяжело вздохнул и покачал головой. – Как ты вообще прожила так долго?

– Осторожность. – ответила я, отдавая контракт. Ладно, возможно, я не очень осторожна, но это частично помогало мне.

– Удача. – Флэйр взмахнул крыльями и продолжил. – Удача и размеры танка. А еще пушка, которую можно поместить только на танк. – Я закатила глаза, но, как обычно, ничто не могло остановить словесный понос пегаса. – Так же в этот список входит странная воля к жизни и желание уберечь свою дочь от любых угроз. Но это нисколько не удивляет. Если бы вы общались с ней столько же, сколько и я, то поняли бы, что она намного сложнее, чем кажется. – Флэйр – чертов психолог. Очень, очень дерьмовый психолог, на самом деле.

– А еще она самая сильная, большая и всё такое. И я видела, как она разбила зеркало взглядом! – Спасибо за помощь, Серенити. Хотя, ситуация с зеркалом имела место быть. После стольких боев мне захотелось посмотреть на свои шрамы и внешний вид в целом.

– Да. – Хай Стэйкс умел делать выражение своего лица абсолютно равнодушным в нужный момент. Это раздражало. – Теперь, когда мы согласились на работу, о которой мы ничего не знаем, мы можем приступать к делу? – Вау. Это было забавно.

Но да, он прав. Теперь мы можем двигаться дальше. Выходя из штаба, я чуть не задавила двух жеребят, играющих возле двери. После извинений я решила остановиться и посмотреть на их беготню, к которой присоединилась и Серенити. Флэйр полетел к верхушке этой башни, оставив меня наедине с Хай Стэйксом. Казалось, он чувствует себя неловко, но меня это нисколько не волновало.

Может мне не стоит ненавидить всех пони, которых я встречаю?

Ну, не думаю, что у меня получится.

– Итак... – Хай Стэйкс посмотрел на меня, и наступила неловкая тишина. – Ты наемник? – Работа это то, о чём можно говорить с незнакомцами, да? Ну, мне ведь нужно было о чём-то поговорить с ним, но я в этом не очень. Очень НЕ очень.

– Да. – Не помогало и то, что он решил перенять мой стиль общения. Чёрт, да он переплюнул меня. Ответил всего одним словом – Работаю на мистера Хауса около года. – Оу, круто! Он дал мне больше информации. Мне нужно найти разговорчивых напарников, чтобы они научили меня общаться. – До этого я путешествовал. Бродил тут и там, подрабатывал в городах и тому подобное. – сказал он, пока я смотрела на Серенити. Кобылка, догнав коричневого жеребчика, ткнула его копытом в плечо, а затем убежала, одержав победу. – Я бы хотел стать полноценным Хизаем, но Мистер Хаус берет к себе на работу только киборгов. Не спрашивай почему — он просто немного двинутый. Так что я на постоянной временной работе. – Видимо, ему не очень нравится это положение.

Серенити была быстрой для своего возраста, но худая единорожка, которая теперь гналась за ней, была минимум на год старше. Серенити перепрыгнула через меня и побежала дальше изо всех сил, но единорожка всё равно догнала ее и передала эстафету.

– Та-ак... Он наймет меня?"

Стэйкс фыркнул.

– Я не уверен, Хайред. Мистер Хаус это жеребец, который придерживается определенных стандартов, но твоя нога сделает его более благосклонным к тебе. Он не ненавидит обычных пони, просто считает, что банда кибернезированных пони будет пользоваться большим уважением в городе и изменит отношение других к ним. Ты, наверное, уже заметила, что обычные пони смотрят свысока на... на таких, как ты. А с тех пор как Наблюдатели основали базу в Дайсе, проблема дискриминации стала еще более явной.

– Оу... Надзор Селестии, верно?

Он кивнул, в то время как Серенити смогла догнать жеребёнка-пегаса и сделала его вóдой.

– Наблюдатели стараются не говорить об этом, но это движение родилось именно у них. Если верить слухам, то лидер Надзора — бывший член Наблюдателей. – он заржал. – Но, я повторюсь, Мистеру Хаусу неважно, как вы разрешите проблему в Каркхуфе. Он просто хочет увидеть, что вы сделаете. – Он хочет увидеть, как я окажусь на грани и почти погибну? Ладно, он тут судья.

– Этот Мистер Хаус... Кто о…

– Я не уполномочен отвечать на этот вопрос. В основном он передает все задания через своих агентов, и я встречался с ним лицом к лицу всего пару раз. Думаю, ты поймешь его желание хранить некоторые вещи в секрете. – И как же тогда объяснить это появление "таинственного благодетеля"? Ладно, пока он платит мне, меня не волнует это.

– Полезная информация. – Ну конечно, я всё еще не могла удержаться от сарказма. – Серенити! – я подозвала ее к себе, и она резко остановилась, из-за чего жеребёнок врезался ей в спину. – Нам надо идти. – На самом деле я проголодалась. – Наверное, поищем место, где можно перекусить."

Серенити, уже начавшая дуться, быстро сменила грусть на радость, когда услышала упоминание еды. – Еще увидимся, Спринг Флэш, Пепперминт Барк, Джойст и Пиннат. – сказала она жеребятам, после чего быстро подбежала ко мне и запрыгнула на спину. – Папа Пинната владеет рестораном возле главных ворот. Он единственный в городе, так что, я думаю, мы бы могли сходить туда. – Если он единственный в городе, то нам просто некуда больше идти.

– Еда?! – У меня чуть не остановилось сердце, когда прямо перед моим лицом появился перевернутый Флэйр. – Я услышал, что вы говорите о еде. Нам нужно достать еду. Это одна из моих любимых вещей, вы знали? – Правда что ли? Ты не говорил. Не то чтобы это было действительно важно для нас...

Серенити встала на задние копыта, оперлась на мою голову и сказала:

– Вперед, мой благородный скакун!"

– Извини мен… Ладно, забей. –Я решила не прерывать кобылку.

Город был достаточно маленьким, чтобы без проблем найти этот ресторанчик. Всё, что мне нужно было сделать – это пройти по улице мимо разноцветных домов, найти огромные ворота, которые являлись главным входом в город, а потом – ресторан, находившийся рядом с ними. Им оказалось крепкое по виду одноэтажное здание с большими панорамными окнами на фасаде.

– Заходите, дорогие гости! О, прошу, заходите! – Заряженная энтузиазмом кобыла позвала нас внутрь. – Столик на четверых! – крикнула она куда-то в глубь ресторана. Внутри было больше места, чем казалось снаружи. В зале стояли небольшие круглые столики со стогами сена для сидения рядом с ними. На самом деле они выглядели намного удобнее, чем стулья, которые я видела в других местах. Официантка (у которой на фланках была кьютимарка в виде сэндвича на подносе) привела нас к незанятому столику и улыбнулась нам, когда мы сели.

Ну, она улыбнулась всем, кроме Серенити, которая оказалась слишком маленькой, из-за чего ее голова еле-еле выглядывала из-за края стола. Даже когда она встала на задние копыта, кобылка смогла всего лишь высунуть голову. На всех стенах ресторана были зеркала. Когда-то в Мэйрфорте Вайлдфайр сказала, что зеркала заставляют комнату выглядеть больше. А еще они позволили мне взглянуть на себя.

Моя шерстка была грязной и в некоторых местах покрыта кровью. Грива выглядела не лучше. Но, если честно, я ожидала чего похуже. Разве что...

– Моё ухо... Что с ним случилось? – Я дернула правым ухом, и в зеркале отразилось лишь движение огрызка. Большая часть... ее не было.

– Хех – Серенити посмотрела на меня и улыбнулась. – Оно всё было порвано после битвы со Стальными Рейнджерами. – Да, я заметила, что они довольно жестоки в бою. – И лечащее зелье не помогло. Тебе больно?

– Только для моей гордости – Кто, кроме меня, мог знать, что я шучу? У меня нет гордости.

– ...также у нас есть сэндвичи с ромашками, ромашковый суп и мясо брамина, если вы... угх, любите протеин. – Она поморщилась при мысли об этом. Видимо, пока я разглядывала своё ухо, она рассказала нам всё меню.

– Ромашковые сэндвичи. – Я посмотрела на своих напарников и они все кивнули. Отлично. – Четыре, пожалуйста.

– Хорошо! – Казалось, что она расслабилась, когда мы не выбрали мясо. – Сейчас всё будет. – сказала она и порысила дальше в зал.

– То есть, ты хочешь сказать, что тебе оторвало ухо, и ты заметила это только сейчас? – сказал Хай Стэйкс и ухмыльнулся.

– Агась. – Я закатила глаза и как раз в этот момент вернулась официантка с едой. Она выглядела... Свежей. Свежая еда. Мой мозг некоторое время просто не мог понять, что это. Должно быть, тут какая-то ошибка. Свежая еда исчезла вместе с нормальным миром в пламени мегазаклинаний. По крайней мере, я так думала до этого момента.

Тарелка со свежей едой стояла передо мной, а я... смотрела на нее. Ромашковый сэндвич со свежеиспеченным хлебом и свежими ромашками. Наверное, я сплю. Медленно я наклонилась к своей пище, чтобы откусить кусочек лепестка...

БАМ

Ради, блять, всего святого. Пиздец. Пусть это будет никак не связано со мной. Дайте мне съесть гребанный сэндвич.

Хотя, на что я вообще надеялась? Снаружи уже послышались первые крики испуганных пони.

– Мы не уйдем, пока не получим Флэйра! Если понадобится, то мы сожжем этот город дотла!

Мы с Флэйром обменялись взглядами и побежали к двери. Я бы предпочла, чтобы этот город остался целым, если я, конечно, в состоянии помочь ему. Ах да, только возле двери я поняла тот факт, что я оставила Серенити наедине с жеребцом, которому я доверяла настолько, что я ему не доверяла... Дерьмовое сравнение, знаю.

Мы подбежали к воротам и увидели офицера НКА (который тоже оказался гулем), кричащего на дюжину Стальных Рейнджеров снаружи:

– Никого с таким именем в городе нет и вы пиздец как облажались, консервные банки! А теперь вали на хуй к своему Старейшине и поплачьтесь, пока он будет устраивать вам порку.

– Послушай, Безшерстик, мы знаем, что он здесь и… Вот он! – Рейнджер увидел меня и Флэйра. Я едва заметно улыбнулась, когда услышала голос Кёрли Фриса. – Этот убийца жеребят должен гнить в камере! Ему нельзя так расхаживать на свободе!

Синий пегас поправил свое желто-зеленую гриву и повернулся ко мне, а затем сказал шепотом так, чтобы только я могла услышать:

– Иди в Каркхуф, я уведу этих идиотов подальше от тебя и встречу тебя там, окей? – Я кивнула. – Не дай Серенити погибнуть. – После этих слов он взмахнул крыльями, поднявшись в воздух на несколько метров, и сказал максимально нахальным голосом. – НУ, ЕСЛИ Я ВАМ ТАК НУЖЕН, ТО ВАМ ВСЕГО ЛИШЬ НАДО ПОЙМАТЬ МЕНЯ!

Он рванул с места так быстро, что за ним оставался синий след в воздухе, и уже через минуту его едва было видно на фоне заходящего солнца. Кёрли Фрис командирским криком отдал несколько приказов своей группе и они двинулись туда, куда улетел пегас. В этот момент я поняла, что кое-что терзает мою душу.

Я волновалась за Флэйра.


Я вернулась в ресторан, съела сэндвич (очень вкусно), нашла номер в отеле, отправилась в кроватку и увидела сон. Он был о кексиках и о том, как можно делать их с помощью древесного сока, а затем я билась с ниндзя. Знаете, не все сны пророческие или важные, но, как и в любом моем сне, Вайлдфайр в конце умерла.

Нам нужно было вставать рано утром, чтобы отправиться с караваном. Видимо, это означало, что следующие несколько дней будут состоять из таких же ранних пробуждений. Хорошо, что с нами был Хай Стэйкс, потому что если бы он меня не разбудил, то я бы проспала. На секунду мне стало интересно, можно ли установить будильник на моём Пип-Баке. Но я быстро прогнала эти мысли, потому что Пип-Бак был странной магической штуковиной, которую я не могла контролировать. Но ей всё еще было удобно бить всяких придурков.

– Серенити. – я ткнула спящую кобылку копытом. – Серенити. – Я сделала это снова, из-за чего её хвост забавно дернулся. Да, это было смешно. – Серенити. Серенити. – Ну давай уже! Вставай!

– Ты не можешь просто понести ее? – Я злобно посмотрела на этого умника, а затем сделала то, что он предложил. Неудивительно, что кобылка сразу обхватила мою спину всеми копытами и прижалась ко мне, не просыпаясь.

Снаружи отеля нечего было описывать, и мне было слишком лень делать это. Я увидела кое-что удивительное.

Восход солнца.

Я уже видела его, когда небо было затянуто облаками, но сейчас это выглядело иначе. Солнечный свет согревал землю. Лучики выглядывали из-за далеких холмов, отражались от оранжевого песка и превращали унылую серую пустошь в разноцветную степь.

Да, это было прекрасно.

Даже Хай Стэйкс, этот занудный ублюдок, выглядел удивлённым.

– Нам надо идти. Они не будут ждать вечно. – Или будут. Почему он не надел очки, раз на улице так ярко? Это немного странно.

Снэйк Хэд все еще спал. Пока мы шли по главной улице города, единственным звуком, который разносился по округе, был цокот наших копыт и сопение спящей Серенити. Уже было светло, и я наслаждалась разноцветными домами, которые в утренних лучах света выглядели еще ярче.

Когда мы приблизились к главным воротам, к нам навстречу вышла кобыла.

– Вы опоздали. – Пошла нахуй, я опоздала. Она была высокой и худой единорожкой с темно-серой шерсткой и зеленой гривой, которая была на удивление короткой и едва доставала до ее плеча. – Нам нужно было пройти мимо ущелья еще час назад, а вы приперлись только... Это ёбаный жеребенок? Похуй, пойдет на корм угрям. – Как же я хотела перегрызть ей глотку.

– Угрям?

Она молча смотрела на меня насколько секунд а затем фейсхуфнула.

– Ты хочешь сказать, что выбрала этот маршрут? ничего не зная об угрях? Неважно, всё равно ты быстро умрешь. – После этого кобыла молча повернулась к своему каравану, который стоял у ворот. Около дюжины фур загруженных до отвала — это меня не удивило. А вот то, что их тянули не брамины, а большие жеребцы (они не были такими же большими, как и я, но кто вообще был?), очень даже удивило . – Вы в последней повозке.

Всё равно.

Эти повозки отличались от тех, которые я видела до этого. Основной отсек казался прочнее, но и хранилось в нем меньше. С одной стороны от него была небольшая лестница, ведущая на крышу повозки. На крыше же были деревянные поручни, достаточно высокие, чтоб нельзя было просто вывалиться оттуда. Еще сверху были сиденья и хаотично разбросанные припасы. Я посадила Серенити на одну из этих подушек и села рядом с ней, оглядываясь по сторонам. Повозки, на крыше которых сидело по четыре пони, были выстроены в неровную линию и когда мы начали движение, они не поравнялись. Вместо этого они начали выстраивать по две повозки в ряд так близко, что можно было переходить из одной в другую на ходу. Что-то наподобие спаренных повозок.

Они двигались быстро. Достаточно быстро, чтобы Серенити проснулась от тряски. Наконец-то.

– Чт... где мы? – спросила она, и очередная кочка на дороге заставила ее подпрыгнуть вместе с подушкой. Поправив гриву, упавшую на глаза, она осмотрелась по сторонам и надулась. – Ну почему вы меня не разбудили?"

– Мы пытались. – ответила я ей и улыбнулась. Улыбки ведь располагают к себе?

– Несколько раз. – поддержал меня Хай Стэйкс, достающий оружие из седельных сумок. Он рассказывал о себе как о наемнике, поэтому мне стало интересно, каким оружием он пользуется. Первая винтовка выглядела как обычный полицейский дробовик с удлиненным стволом. Второй оказалось ружье 308-го калибра со скользящим затвором и обычным открытым прицелом. Я не впечатлена. Проверяя и настраивая прицел, он сказал. – Я удивлен, что ты спала так долго, даже не смотря на все помехи. Обычно так могут только маленькие жеребята.

– Я не жеребёнок. – сказала она с уверенностью в глазах. Думаю, он прав где-то наполовину. – Я уже большая пони. Просто... ну, не получила еще кьютимарку. Но я ее получу скоро! Не сомневайся! – Хай Стэйкс просто усмехнулся и поправил очки. Ох, всё что угодно отдала бы за какую-нибудь историю...

Я и вправду скучала по Флэйру? Он улетел всего полдня назад. Кажется, я сошла с ума.

– Я знаю. Не обращай на него внимания. – Я улыбнулась кобылке, но она просто утопала в другой угол повозки, чтобы расчесать гриву Скутаборгу.

– Это не вежливо – игнорировать своих напарников. – Мы игнорировали Флэйра, но он хотя бы был вежливым... Чаще всего. Я закатила глаза и решила осмотреться по сторонам. На повозке, которая ехала рядом с нами, сидело четверо пони и все они выглядели хмурыми.

Я наклонилась через перила и позвала ближайшую ко мне пони с другой повозки.

– А что не так с этим маршрутом? – Она была маленькой (заметьте, большинство пони выглядят маленькими для меня) оранжевой единорожкой с бело-красной гривой. Кобылка подняла магией винтовку, что сразу отдалось жжением в моём плече, и опёрлась на неё, чтобы наклониться поближе.

– Шаркс Лэнд.

...

– Что?

Она молча и удивленно посмотрела на меня. Я ответила ей тем же.

– Шаркс Лэнд... Очень подходящее название. Раньше это были ничем не примечательные земли, но пятнадцать лет назад всё изменилось. Туда пришли карьерные угри, которые могут рыть тоннели в земле очень быстро, при этом не оставляя следов на поверхности. – Да это же не имеет смысла. – Но этот маршрут всё еще используют дл…

– Бэкап, – тощий фиолетовый жеребец с зеленой гривой, отдыхающий с опущенной на глаза шляпой, решил вмешаться в наш разговор. – Завали ебальник. Если эта ебучая зелень не удосужилась разузнать всё заранее, то пусть их сожрут. – Я оставила в голове заметку, что стоит пристрелить этого парня при первой возможности. Это не должно быть слишком сложной задачей.

– Не забывай, что я могу столкнуть тебя, и кормом станешь ты. – парировала единорожка. Жеребец усмехнулся и вернулся к своему отдыху. – Забей на Драконоборца. Он мудак.

– Драконоборец? – Это немного более, чем интересно. Даже если он мудак.

– Ну... – Бэкап выглядела немного взволнованной из-за того, что рассказывает это за его спиной. Или за шляпой. Или... неважно. – Он всем говорит, что убил дракона. Сначала заманил в какую-то пещеру, где тот не мог нормально двигаться. Затем смастерил манекен, одел на него свою броню и напичкал взрывчаткой. Дракон подумал, что всё таки смог поймать его, но взорвавшаяся голова говорила об обратном. С тех пор он называет себя Драконоборцем, хотя я не сильно верю в эту историю.

– Это правда. – сказал жеребец, который делал вид будто он спит. – Почти уничтожил город, в котором я жил. Теперь он называется Драгон Рич. – Я взглянула на его фланки, ища кьютимарку убийцы драконов, но, к сожалению, его фланки были скрыты броней.

– Насрать. – Бэкап закатила глаза. – То, что он теперь использует эту кличку в качестве имени, — это факт. Самоуверенно с его стороны, – Драконоборец фыркнул. – Но всё равно. Как я уже говорила, этот маршрут опасен, а альтернативный путь займет неделю. – Она указала копытом на несколько рядов фур нашего каравана, идущих перед нами.

Дорога из уже поднадоевшей брусчатки заканчивалась и переходила в практически идеально ровное бетонное покрытие. Шоссе старого мира тянулось до самого горизонта, в сторону заходящего солнца, где уже было сложно что-то рассмотреть. Секунду... Порывшись в сумке, я нашла свои розовые очки, и с ними стало гораздо лучше видно. Не так уж далеко от нас по обе стороны от шоссе поднимались две высокие отвесные скалы, между которыми и образовывался огромный каньон, которого все так боялись.

На обочине дороги я заметила большой рекламный щит, которому удалось пережить эти двести лет. На нём было уже почти полностью выцветшее изображение трех пони в силовой броне (она похожа на броню Стальных Рейнджеров, но я не уверена), стоящих перед небольшим довоенным городом. Под этим рисунком красовалась надпись: "Не надо бояться, каледонцы, Эквестрийская Армия здесь, чтобы защитить Вас". А под ней красной краской была выведена другая: "Спасибо, хорошая работа".

– Старые Каледонские легенды гласят, что когда миром правил Дискорд, он посчитал, что земли Каледонии слишком плоские и идеальные. Поэтому он ударил по этой земле, создав этот каньон и горы, чтобы разрушить изначальную красоту. Именно поэтому в этой стране так много равнин, перетекающих в холмы и гор, которые не несут никакой пользы. – Бэкап кивнула и улыбнулась мне. Я не разбираюсь во всякой магии и легендах, но любая теория хороша сама по себе.

– Почему он сделал это? Это просто глупо. – Я не знаю, когда Серенити закончила играться с куклой и села слушать историю. Встречный ветер взъерошил ее гриву и сдул ее на лицо, после чего маленькая кобылка со злобным бурчанием начала распутывать ее. – Почему он сделал это?

Единорожка пожала плечами и улыбнулась моей кобылке:

– А почему Дискорд делает что-либо? – Серенити задумалась на секунду, после чего Бэкап ответила ей. – Потому что он Дискорд. Всё в имени.

– Но... меня ведь зовут Серенити, и иногда я делаю неспокойные вещи. – Это было слишком логичным для моего маленького мозга, поэтому я просто сидела и молчала в надежде, что Бэкап сможет придумать какой-нибудь умный ответ.

Но она не ответила ничего. В очередной раз моя кобылка оказалась умнее взрослой кобылы.

Я только что дважды подумала о ней, как о "моей"? Кажется, она заражает мой мозг мыслями о материнстве.

– Возможно... – Хай Стэйкс решил вмешаться в то, что можно было назвать чисто кобыльим разговором. – Физические персонификации элементов Вселенной имеют имена более подходящие к их действиям, чем имена простых пони из Пустоши. Подумай, гораздо сложнее было бы объяснить, почему элемент Хаоса называют Тимом, чем объяснить, почему обычную, спокойную единорожку – Серенити. – И снова логичный вывод, с которым я не могла поспорить. Мой мозг не одобряет такое. Казалось, что его очки блеснули на солнце.

Как он это делает?

Я повернула свою голову к солнцу и слегка наклонила ее. Затем чуть правее... Может, если я еще немного сменю угол, то у меня получится так же как у него. Что если…

– ...что ты делаешь? – Я повернулась к Хай Стэйксу, очки которого вернулись в нормальное состояние.

– Как... Как ты это делаешь? – Он поднял бровь. – Твои очки. Они иногда блестят. Вот! Ты видел это!? – Пока я объясняла, он сделал это еще раз. Такого не может быть в природе. Может, какой-то вид единорожьей магии? Нужно будет как-нибудь спросить у Серенити.

– Ээм... – Он моргнул и это прекратилось. – Я не уверен... Может, всё дело в том, что мои очки не розовые? – Это оскорбление? Мне нравятся мои очки... – Ладно. Не думай об этом. Мы входим в Шаркс Лэнд и нужно смотреть в оба...


Отвесные скалы каньона по обеим сторонам возвышались над нами — огромные, непроходимые, непреступные. Казалось он тянулся бесконечно, и только солнце над головой помогало не чувствовать себя так же, как в тоннелях под Дайсом. Дорожное покрытие, несмотря на то, что оно было сделано из твердого бетона, было покрыто разными ямами и выбоинами. Казалось, что это сделали для того, чтобы задерживать повозки в каньоне и не давать развить нормальную скорость.

– Такой прочный камень... – пробурчала я себе под нос. Мне рассказывали истории, будто адские гончие могут копать быстрее, чем бегут пони, но пройти через такой бетон так, как если бы его тут и не было?.. Это выглядело... странным и неестественным.

– Не переживай, – сказала Бэкап, сидящая за мной в повозке. – Иногда они даже не показываются. – Ну да. Мне хотелось ей верить, но увидев ее взгляд, я поняла, что она лжет. Даже если ей и удавалось скрывать мрачную ухмылку, лица Драконоборца и другого пони говорили совсем об ином. Они оба молчали с тех самых пор, как мы въехали в каньон и выглядели они так, будто узнали, что смертельно больны и им осталась неделя. – Эти твари бывают двух типов. Здоровяки и малявки. Обычно малявки цепляются за здоровяков, и именно они прыгают на пони. Именно они представляют наибольшую опасность. В их слюне есть что-то типа яда, и пони после укуса умирает за десять минут. – Я сглотнула и молча кивнула.

– Ноо... Почему бы не пойти в обход длинной дорогой?

– Нуу... – Казалось, будто Бэкап старается подобрать правильные слова. – Ты знала, что НКА нужны зебры? Они умеют делать талисманы для очистки воды. Не такие мощные, как довоенные эквестрийские, но всё равно эффективные. Эти талисманы им нужны для того, чтобы их фермы продолжали работать, но при этом они понимают, на какой риск идут, доверяя зебрам. – Так это всё большая игра, в которой играют жизнями пони? Прекрасно.

Рык заткнул меня.

Он прошел эхом по всему каньону, заставив шерстку на моей спине встать дыбом.

– Серенити, – тихо сказала я, – одень плащ. Я не знала, сможет ли это хоть как-то уберечь от ядовитого укуса, но очень на это надеялась. Кобылка кивнула и быстро накинула на себя коричневую накидку, почти сливавшуюся по цвету с полом повозки. – И... – Я достала из сумок пистолет, найденный мною в тоннелях. Она улыбнулась, но по ее взгляду на оружие я поняла, что она вспомнила о том, что случилось там. Плохие воспоминания. – Просто на всякий случай, хорошо?

– Хорошо... – Она еще раз взглянула на него и подняла магией. – Я... Я не хочу причинять вред пони.

– Ты не будешь... – Я почувствовала вспышку магии и повернулась. За моей спиной стоял Хай Стэйкс, красная грива которого развевалась на ветру, и держал обе свои винтовки в красной магической хватке. Ему точно нравится быть таким пафосным.

Еще один рык разнесся по ущелью.

– Мистеру Хаусу нужен Каркхуф и ему нужны вы. Это значит, что в моих интересах не дать вам погибнуть. – Спасибо, Мистер Хвастун. Вы всегда такой полезный. Я практически уверена, что Хая за спиной называют Капитаном Очевидностью.

Пони начали паниковать. Повозки резко увеличили скорость, что чуть не сбило меня с ног. Я начала осматриваться по сторонам в поисках опасности, но ничего не видела. А вот другие пони заметили что-то. Не знаю что, но это их сильно напугало. Затем я заметила тень и поняла. Поначалу мне показалось, что это какая-то иллюзия или обман зрения.

Пока я не посмотрела вверх.

Ёбаный, блять, пиздец! Угорь, похожий на огро-о-омную красную змею с тысячами коротких зеленых шипов на шкуре, падал с огромной высоты, широко раскрыв пасть. А еще я заметила двух таких же, пробившихся из отвесной скалы высоко над нами и последовавших его примеру.

Оу, один из них летел прямо на нас

Искусность выстрелила, и пуля попала прямо в нее. Я увидела вспышку от взрыва на теле змеи, которая сорвала с нее эти зеленые шипы, но она сама при этом нисколько не замедлилась. Я схватила Серенити и пригнулась. Зверь врезался прямо в повозку, оторвав от нее половину. Внезапно я соскользнула. В последний момент мне удалось удержаться, пробив крышу повозки копытом. Большая часть моего тела висела там, где только что была часть фургона. Пробитый бак с водой теперь протекал, оставляя за нами дорожку из грязи. Когда я посмотрела вниз, я увидела, как в нескольких сантиметрах от моих задних копыт проносится дорога, и у меня закружилась голова. Затем я обернулась, чтобы посмотреть на змею. Вместо того чтобы упасть на землю и разбиться на хер, она вошла в нее как рыба в воду.

Зеленые шипы с его спины пошевелились, оторвались и унеслись прочь. Нет. Не шипы. Другие угри. Они вошли в землю, а через секунду выпрыгнули гораздо ближе к нам.

Пытаясь взобраться обратно на крышу повозки, я очень неприятно ударилась ногой. Удивительно, но даже несмотря на такие повреждения, пони продолжал тащить наш фургон вперед. Хотя, это, скорее всего, связано с тем, что он хотел спасти свою собственную жизнь... На крыше фургона, вжавшись в перила, которые ближе всего к фургону Бэкап, сидела Серенити. Хай Стэйкс продолжал стоять ровно и невозмутимо, даже не смотря на наклон крыши. Показушник.

– Помоги. – я спокойно обратилась к Хай Стэйксу. Он тут же двинулся в мою сторону, помочь забраться мне на крышу, но я прервала его. – Да не мне! Серенити! – Он взглянул на меня так, будто считал, что я, висящая на протезе над землей, в которой ползают сотни ядовитых существ, важнее, чем жизнь маленькой кобылки! Идиот. Он перенес Серенити своей магией в повозку к Бэкап. Слава Селестии, теперь она в безопасности.

Боль. От резкой и сильной боли в ноге я чуть не заплакала, но всё-таки смогла взять себя в копыта. Одна из этих ебучих зеленых змей свисала с моей ноги, вцепившись зубами в мою плоть.

Десять минут и смерть? Вызов принял.

Я замахнулась и попыталась сбить его второй ногой. В ответ она злобно посмотрела на меня и зарычала. Так что я пнула еще раз. В третий раз мне удалось попасть ей в глаза, и она с хлюпающим звуком отклеилась от ноги. Несмотря на то, что я о них уже узнала, меня всё еще удивил тот факт, что после нескольких ударов по голове, эта тварь спокойно вошла в землю как, нож в масло.

Я повернулась к Хаю и поднялась на крышу с его помощью. Он взволнованно смотрел своими зелеными глазами на рану на моей ноге. Она кровоточила, и я чувствовала, как яд начинать жечь, но блять, у меня не было на это времени. Он, потянув меня на себя с помощью магии, помог достать мою застрявшую в крыше металлическую ногу и оттащил меня подальше от края.

– Думаю, нам стоит сменить повозку. – Он кивнул в сторону фургона Бэкап. Он точно капитан очевидность.

Решив не думать о большой скорости и маленьких зеленых ядовитых змеях, я перепрыгнула с одной повозки на другую. Как раз в этот момент Серенити выстрелила из пистолета, который я ей дала, в земляную акулу, отправив ее обратно на землю. Вот это я понимаю, мамина девочка!

Бля... Не читайте последнее предложение.

– Куда ты, твою мать, пропала!? – Была едой для земляных червей, а ты? – Начинай отстреливаться! – Бэкап даже не посмотрела в мою сторону, продолжая стрелять по зеленым змеям, пытающимся запрыгнуть к нам. Они прыгали снова и снова, но благодаря огню единорожки и Драконоборца отлетали обратно на землю.

– Серенити, стой за мной. – Я была отличным щитом, даже несмотря на кровотечение.

Первый угорь, в которого я выстрелила из Искусности, со взрывом улетел обратно на землю и размазался об нее. Окей, эти твари проходят сквозь землю только когда живые. Наверное, это какая-то магия. Круто, не так ли?

Блять. Боль, пронзающая заднюю ногу, отвлекла меня, из-за чего я позволила очередной змее приблизиться ко мне слишком близко. К счастью, они не могут есть металл. Я отбила её в полете своим протезом и подстрелила его в воздухе, поджигая.

Да, я чертовски крута.

Хай Стэйкс, несмотря на то, что он так сильно меня раздражал, тоже был не плох. Он переключал всё внимание с винтовки на дробовик и обратно с пугающей лёгкостью. Змеи ловили триста восьмые своим телом, но если подбирались слишком быстро, то получали заряд дроби прямо в голову. В любом случае, они умирали очень быстро и в огромных количествах, из-за чего я начинала завидовать ему. Ну и как мне конкурировать с единорогом?

– Серенити... – обратилась я к ней, почувствовав, как что-то обвилось вокруг моей задней ноги. – Я не уверена, что сейчас подходящее время. – Я повернула голову к ней, но она даже не обратила на меня внимания. Ну что ж, хорошо, что она хотя бы смогла отвлечь себя чем-то в этом аду.

Это не первый и далеко не последний раз, когда я пожалела, что взяла ее с собой.

– ДЕРЬМО! – Драконоборец развернулся и указал копытом на что-то.

Я обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как огромный красный земляной угорь выпрыгивает из земли на остальную часть каравана и заглатывает за раз целую повозку. После этого на нас сверху посыпались древесные щепки и остатки груза, но это меня не сильно волновало. А вот то, что мы несемся на полной скорости на тело этой огромной змеи, которое было усыпано маленькими зелеными ублюдками, заставило мои колени слегка задрожать.

– Серенити! – Мне не пришлось повторять ей дважды, чтобы она всё поняла и привлекла всех остальных пони. – Хай Стэйкс, Драконоборец, продолжайте отстреливаться. Бэкап, прикрой меня.

– Кто сделал тебя главной?! – закричал напарник Бэкап. Ну, очевидно, что я сама сделала себя главной. Вместо ответа я развернулась и сделала восемь выстрелов в красного змея, поджигая огромный участок его тела, с которого сразу же начали отпадать маленькие зеленые ублюдки, сгоревшие заживо. Если это не сделает меня главной, то я просто не знаю, что еще может. Драконоборец промолчал, так что, видимо, все согласны с моим лидерством.

– Мне нужна граната. – Через секунду мне кинули одну, которую я поймала ртом и засунула в один из грудных карманов моей брони. Как раз во время начала первой волны.

Зеленые змеи, спрыгнув с верхней части гиганта, посыпались на нас дождем. Я услышала, как пони на других повозках из каравана закричали, а затем упали. Я вздрогнула, но у меня не было возможности помочь им. Искусность взревела. Часть меня не хотела тратить патроны на такую мелочь, но нет. Я должна была делать это. Они были ужасны. И они кусали меня! Искусность превращала всё в пепел, но стреляла медленно и перезаряжалась долго. Даже Бэкап с ее винтовкой, несмотря на то, что справлялась немного лучше меня, всё равно не успевала.

Я обернулась и поняла, что я поступила правильно, сказав двум жеребцам прикрывать фланги. Если бы не они, то мы бы уже точно были мертвы. Поблагодарю их, когда выберемся!

Блять, мы уже близко. Наша повозка всего через несколько секунд проедет мимо огромного монстра. Я очень надеялась на то, что мой план сработает.

– Прикройте меня с фланга! – закричала я и укусила спусковую уздечку. Восемь выстрелов. Перезарядка. Еще восемь. Я должна была продолжать стрелять, пока он был отвлечен на другие повозки. У змея была очень крепкая шкура, но если бы я хотя бы смогла сделать маленькую дыру. Я сделала еще восемь выстрелов в монстра. С моей стороны было ошибкой посмотреть вверх: я поняла, как мало вреда я ему наношу. Это как муравей, кусающий адскую гончую.

На нас сверху посыпалось еще больше зеленых змеек. Выстрелы гремели один за другим, но я не слышала их. Пока мы приближались к нему, время для меня будто замедлилось. Туда, в дыру, которую я проделала в его шкуре между чешуйками. Это было моей целью. Холодная граната была вытащена из нагрудного кармана и ожидала своего момента у меня во рту. Я была спокойна, несмотря на беспрерывный огонь моих напарников и жуткую боль, пронзающую мою ногу. Именно туда. Чека выдернута, и я держу гранату своей металлической ногой. Я не почувствовала, как она по колено вошла в горящее тело огромного монстра, но когда я вытащила ее из него, то она была покрыта кровью и слизью. Прекрасно.

Наша повозка промчалась мимо змея. Три секунды...

БДЫЩ

Такого рева я не слышала еще никогда в своей жизни. От него задрожала земля, а мое сердце стало биться быстрее. Монстр продолжал реветь, медленно падая на землю и зарываясь обратно.

Успокоившись, я выдохнула и взяла себя в копыта. Даже несмотря на этот взрыв, змея все ещё была жива, но... Я не думаю, что после такого она захочет последовать за нами... Или я только сильнее разозлила ее. Я наклонилась через перила и посмотрела на шоссе за нами. Мертвая тишина. Трупы пони и змей лежали там вместе с щепками от повозок и остатками ценных грузов. Словно обычный мусор. Пахло сгоревшей плотью.

– Пиздец. – Я повернулась и, наконец, смогла разжать челюсти, которые до этого момента продолжали держать уздечку. Драконоборец стоял над телом Бэкап. Кобылка истекала кровью, заливавшей пол повозки, из-за укуса на ее фланке. Я увидела, как она начинает бледнеть. Десять минут. Именно так она сказала. Ее рана уже начала гноиться зеленой дурнопахнущей слизью. Я не знаю, когда конкретно ее укусили, но, кажется, это не имеет значения...

Я посмотрела на укус на своей ноге. Вопреки логике, он был... нормальным. Было больно, как и от всех других ран, но я не умирала. Я отравлена. Я ведь должна умирать...

– Б-больно... – Я подбежала к умирающей кобылке. Серенити сидела рядом с ней, вытирала пот со лба и вливала лечащие зелья ей в горло. – Кхе-кхе... Нет. – Она махнула копытом кобылке. – Не надо... Я всё равно умру. – Я стояла рядом с ней и смотрела на ее лицо, а она взглянула мне в глаза: такой уставший, болезненный взгляд. – Закончи…

БАМ

Серенити отскочила и всхлипнула. Осколки черепа Бэкап вытекали с повозки вместе с ее кровью, которой стало еще больше. Драконоборец. Глупый пони с такой же глупой кличкой. А рядом с ним, в телекинетической хватке, висит дымящийся пистолет.

Я ударила его. Не сильно. Простой удар в живот, чтобы он упал на пол, и я могла наступить своей металлической ногой ему на горло. Если бы я надавила чуть сильнее, то убила бы его.

– Какого хуя! – Наверное, мне не надо было так кричать. Я просто переутомилась. – Зачем ты сделал…

– Она умирала. Ты сама это понимаешь. Смертельно ранена. Не было шансов спасти ее жизнь. Я облегчил ее страдания. Или ты хотела, чтоб она умерла в мучениях? – Нет. Мы должны были помочь. Мы могли. Мы... Должна ли я заботиться об этом? Когда я заботилась о других пони, то они умирали. Стоит ли начинать снова?

Я убрала ногу с его горла.

Она была просто очередной пони. Пони, встретившей меня. Она бы умерла в любом случае. Он поступил правильно.

Так почему же я переживаю?


– Вы виноваты в том, что они погибли. – Я не отреагировала на обвинение. Просто пропустила мимо ушей. – Вы собирались слишком долго. Вы опоздали. Это всё, блять, из-за вас. Мы могли пройти до того, как они проснулись. Но нет. Из-за вас мы отправились позже. Из-за вас мы потеряли три повозки с грузом и дюжину отличных пони. – Моё лицо выражало только безразличие. Я старалась не показывать никаких эмоций в ответ на обвинения.

– Прости.

– Твое "прости" не воскресит погибших пони! – прокричала кобыла, забрызгав мое лицо слюной. То, что эти пони погибли — это не моя вина. НКА решили, что жизни этих пони стоят тех водных талисманов, а сами пони – что ради таких денег стоит рисковать. Если бы я пришла раньше, то ничего бы не изменилось, и она прекрасно это понимала. Я не могла винить ее за то, что она набросилась на меня. Эта кобыла потеряла за этот день больше пони, чем за десять других, и ей нужно было найти кого-то, кого можно винить.

А я была той, кто готова взять на себя эту вину.

– Ты что, ничего не скажешь!? – В лагере было бы тихо как на кладбище, если бы она не кричала. Караван успел отойти от того ущелья на приличное расстояние. Почти всё это время пони молчали. Мы потеряли три повозки и несколько других пони. К тому моменту как мы остановились на ночь, пони были истощены морально и физически, так что немногие наблюдали за тем, как на меня кричали.

– Прости.

– Уходи из моего лагеря. Ты и твои друзья. Уходи и не возвращайся. – Он взглянула на меня. Нет. Она обиделась на саму себя, на свои ошибки, и использовала меня для разрядки. Ничего страшного. Мне не нужны были крышки за эту поездку. Мне просто надо было добраться до Каркхуфа. Но я забыла зачем. Кажется, это не так уж и важно.

Неужели я всё еще расстроена из-за Бэкап? Ту же самую Лу, которую я знала дольше, я смогла спрятать в моем сознании очень глубоко и не вспоминать о ней. Почему я не смогла сделать то же самое с Бэкап?

Может быть, это из-за слез Серенити? Или из-за того, что на нее яд подействовал, а на меня нет? Вспомнив об этом, моя нога начала зудеть, но я всё еще жива. Как-то...

Из-за раздумий у меня заболела голова. Я отвернулась от продолжавшей кричать кобылы, и пошла к своим спутникам. Она вышвырнула меня, поэтому у меня не было больше причин оставаться там. Мне не платят за то, чтобы быть козлом отпущения.

– Серенити, Стэйкс. – обратилась я, подходя к ним. Несмотря на то, что солнце зашло довольно-таки давно, они оба выглядели бодрыми. Наверное, то, что я отправила их спать после каньона, помогло им не валиться с ног в такое время... Честно говоря, я была не удивлена. Кобыле нужно было винить кого-то, и кто подходит лучше, чем медленная земная пони? Я не стану воспринимать такое близко к сердцу, пока она не трогает Серенити.

– Нам надо идти. – сказала я. Хай Стэйкс на секунду показался мне раздражённым, а затем выдохнул. Серенити, с моей помощью, запрыгнула мне на спину и устроилась поудобнее. Если вы позволите раненой кобылке прокатиться на вашей спине один раз, то вы останетесь для нее такси на всю жизнь. – Нас выгнали. Потому что мы опоздали.

– Приятно видеть, что НКА даже в такие темные времена стараются быть пунктуальными и заставляют быть таковыми своих подчиненных. – Это шутка? Я не была уверена, поэтому я просто кивнула. Я часто так делаю. В большинстве случаев я киваю тупо. Не знаю, что именно делает кивок тупым, но я в любом случае делаю именно так.

– Верно.

Больше не о чем было говорить. Я вывела свой "отряд" из лагеря. Земля была твердой и каменистой, но благодаря моему Пип-Баку и свету звезд на небе мы могли нормально видеть. После того, как мы ушли из лагеря каравана, всё изменилось... Тишина. Шум пони на привале за нашей спиной постепенно становился тише, а никто из нас не говорил. На самом деле, я скучала по Флэйру. Он бы никогда не допустил, чтобы вокруг было так тихо... С каких пор я стала считать тишину чем-то плохим?

Этот чёртов синий пегас.

Это не имело смысла. Он мне даже не нравился. Просто очередной глупый пони, который ходит за мной. Может, в моей жизни было настолько мало хороших друзей, что я начала принимать этого раздражающего хвастуна за одного из них? Или... или я чувствовала вину за то, что произошло с ним в бункере Стальных Рейнджеров? Ладно... Я в любом случае не заботилась ни об одном пони, кроме себя, и то это не всегда так. Ну, еще Серенити, конечно... И Вайлдфайр. Это имя я старалась не вспоминать. Что-то говорило мне, что и Перли была неплохой пони. И Фотофиниш, но это только потому, что она мне помогла. А еще Бэкап...

Селестия меня дери, я переживаю за других пони. Я поклялась не делать этого, но всё равно делаю это. Так, всё. Взять себя в копыта. Нужно менять всё это. Когда я переживаю за пони, они умирают.

– Почему ты ушла? – тихо спросил Хай Стэйкс, стараясь не разбудить Серенити (как эта кобылка может столько спать?) – Ты могла убедить ее оставить себя или хотя бы потребовать свои деньги.

– Это был приказ. – Это достаточно просто. Пока я находилась под ее руководством, я должна была следовать приказам.

– И что с того? Она не выполнила свою часть сделки: почему ты должна выполнять свою?

– Я... – Я осмотрелась по сторонам. Казалось, что шоссе будет тянуться во тьму вечно, поднимаясь вверх по холму, пока оно не врезалось в гору. Хай задавал простые вопросы, но ответы на них он был не в состоянии понять. – Потому что. Она приказала мне.

– Ты всегда поступаешь так? Будто ты какой-то инструмент, который можно использовать, оскорблять и поступать так, как захочется хозяину. Но несмотря на это, ты всё еще остаешься пони... – Серьезно? Он действительно очень плохо понимал меня, раз пытался философствовать над моей жизнью.

– Нет. Я инструмент. Так должно быть. – Холодная. Бесчувственная. Идеальное оружие. Я пыталась быть такой, как только началась моя новая жизнь, но всё пошло по пизде после того, как я убила Сильвер Буллета. И кто же я сейчас? Я больше не Сильвер Шторм, но и не веду себя, как должна вести себя Хайред Ган. – Пони используют меня как свое оружие, но я в порядке. Кровь остается на их копытах. – Не на моих. Я просто оружие: оружие для других пони, которым они пользуются. Я...

Я не знаю.

– Довольно странно слышать такое, даже от такой пони, как ты... – Да, это странно. Даже для меня. – Почему ты это вообще делаешь?

Я остановилась. Внезапно я почувствовала, как тьма окутывает нас и как у меня всё внутри сжалось. Теперь путь в Каркхуф казался таким... Бессмысленным. По какой причине я должна идти туда? Почему я вообще решила работать на Мистера Хауса? Всё это время я шла, продолжала двигаться вперед, чтобы выжить, но... было ли этого достаточно? Я выживала за счет жизней других пони. Я была очередной обычной пешкой в мире пешек, где меня могут использовать в своих целях, а затем просто выбросить и... разве это имеет смысл? В конце концов, все умирают, и я не исключение. Так зачем я вообще пытаюсь сделать что-то? Для какого-то неуловимого чувства гордости и самоуважения? Я почувствовала, как мои ноги задрожали, когда я медленно начала осознавать, что у меня нет смысла идти, двигаться дальше, нет причин жить и даже нет надежды на…

Странный звук вывел меня из внезапного приступа самокопания.

Храп. Я повернула голову и увидела Серенити, тихо храпящую на моей спине. Она выглядит такой маленькой, когда свернётся в клубочек. Ее лицо освещалось слабым лунным светом. Она была невинной. Маленьким огоньком в огромной, бесконечной тьме Пустоши. Она стоила того, чтобы ее защищать, чтобы заботиться о ней...

Но делать это должна не я. Она заслуживает лучшего...


Каркхуф было несложно найти. Мы просто двигались по шоссе, даже когда оно пролегало узкой змейкой через горные перевалы. К счастью, пока мы поднимались всё выше и выше, мы не проходили мимо отвесных скал или по крутым холмам, что могло усугубить мою боязнь высоты. Всё-таки там было красиво. Верхушки гор разрезали облака, и ничего не мешало любоваться ими. Когда же мы шли по лесу со сгнившими деревьями, я заметила дым.

Это был лагерь. И он был большим.

– Больно? – Серенити стояла на моей спине и, наклонившись вбок, смотрела на рану на моей ноге. Мы шли сюда всю ночь и солнце как раз начало подниматься. Я остановилась на секунду, чтобы полюбоваться, как оно выходит из-за заснеженной верхушки горы.

– Нет. – На самом деле да. Только немного, но это из-за того, что я вколола дозу мед-Х пока мы шли. – Не волнуйся. – Конечно, она будет волноваться. Даже несмотря на то, что она хорошо обработала и перевязала рану, она настаивала на лечащем зелье. Не то чтобы у нас были лишние деньги. Я всё еще видела, что ее это беспокоит. Она так хотела быть хорошей и полезной...

Я остановилась.

Мы трое прошли долгий путь после битвы с Рейнджерами. На лодке и с караваном, из которого нас с позором выгнали, но мы продолжали путь. Это всё произошло так быстро, но казалось, будто... Я не уверена. Я не была уверена во многом. Часть меня отчаянно желала вернуться в Дайс, потому что даже в том хаосе была стабильность. Там можно было найти себе место хотя бы на нижних ступеньках общества. Здесь, в Пустоши, этого не было. Я могла путешествовать с места на место, от битвы к битве и никогда бы не нашла себе место.

– Мы идем? Мистер Хаус не будет ждать вечно. – Хай Стэйкс не выглядел уставшим после нашего ночного подъема на гору. Всё-таки он был наемником и давно привык к таким испытаниям.

– Ага. – Лагерь не был хорошо защищенным. Несколько бетонных плит поперёк шоссе служили этим пони стеной. Вход охраняли всего двое наёмных охранников, и сразу за ними был целый палаточный городок. Я не удивилась тому, что большинство палаток выглядели точно так же, как и те, что располагались в лагере Наблюдателей. Где-то в глубине городка стоял флагшток, на котором развевался простой белый флаг с восходящим солнцем.

За лагерем я практически могла видеть Каркфух. Он был огорожен маленьким серым забором, который точно не сдержал бы пони из Надзора Селестии, если бы они захотели перебить всех зебр. Хотя, меня это в принципе не волновало. Я пришла туда сделать свою работу, и мне нужно было заставить уйти либо фанатиков, либо зебр. Либо умереть самой. Неважно.

– Стой! Кто идет? – Правда? Кажется, кто-то слишком серьёзно относится к своей работе.

Я медленно прорысила к охранникам и почувствовала легкое жжение, когда они направили на меня оружие, зажатое в магической хватке.

– Хэй! – Я взглянула на автоматическую винтовку, которую держал один из них. – Хватит. Я работаю на Хауса. Надо поговорить с кем-то из верхушки лагеря.

Они прекратили. Видимо, даже в таком забытом Селестией месте, Хаус имеет какое-никакое влияние. Даже среди пони, которые должны быть против его политики модернизации членов своей банды. Это довольно забавно. Я отправила этот факт в папку "Мысли Хайред, которые могут быть полезны в будущем".

– Кто вы?

Я собралась представляться, но Хай Стэйкс вышел передо мной. Спасибо, что позволил мне разобраться с ситуацией.

– Меня зовут Хай Стэйкс и я представитель стороны Мистера Хауса. Прошу вас разрешить мне и моим напарникам войти в лагерь. – Охранник пристально посмотрел на него, а затем пожал плечами.

– Конечно. – сказал он с нахальной ухмылкой. – Да без проблем. Райчоус Сонг прямо за воротами. Не делайте ничего... глупого.

Хай Стэйкс так быстро провел нас по лагерю, что мне показалось, будто он тут уже был и находился как минимум неделю, раз всё так хорошо запомнил. А может, он просто хороший следопыт. Неплохая черта. Проходя мимо всех этих палаток, я точно удостоверилась в том, что такие же стоят в комплексе Наблюдателей.

Опять эта связь. Не слишком ли много общего у Наблюдателей и Надзора? Это меня удивляло, потому что Серенити увлекалась кибернетикой, а Моровинд вообще был экспертом в этой области. С другой же стороны, Надзор Селестии ненавидит кибернетику. Так как они могут быть связаны?

– ...ужасные вещи, но вам не обязательно слышать их от меня! Посмотрите на эту решетку и узрите! Взирайте на то, как они ненавидят вас всех, как они боятся и презирают! Дискорд пытался сделать своих собственных пони, но у него ничего не вышло... И теперь вы видите плоды его труда! Они так близко... Так близко к всемогущей Селестии! Они порочат одно ее имя своим существованием на земле, дарованной только для нас! Они наполнены злобой и ненавистью. Они опорочили эту великую землю и уничтожили прекрасное королевство! А ТЕПЕРЬ, ОНИ ХОТЯТ ПОРАБОТИТЬ НАШИ ТЕЛА ПОСЛЕ СМЕРТИ! Разве мы можем это допустить, братья и сестры!?

Сначала мы услышали голос, а потом увидели толпу. Казалось, будто все пони из лагеря собрались у ворот в Каркхуф, чтобы услышать речь Райчоус Сонг. Ее сложно было не заметить, ведь она стояла у импровизированной трибуны и убедительно говорила, наполняя каждое слово ненавистью. За ней находились ворота, за которыми я увидела полдюжины зебр, наблюдающих с едва скрываемой яростью.

– Итак, мы спросим вас еще один раз! Вы уйдете мирно?! – Сонг была низкой белой единорожкой с длинной кроваво-красной гривой и кьютимаркой в виде восходящего солнца. Несмотря на ее не внушительный размер, когда она начинала говорить, было сложно не слушать ее. В ней было что-то такое, что не позволяло игнорировать ее.

– Оставьте нас в покое! – закричал в ответ один из зебр.

– Только после того, как вы уйдете, мой несчастный друг. – кобыла усмехнулась. – У вас есть три дня и если вы не уйдете, то только Селестия сможет уберечь ваши души. – Она спрыгнула с трибуны и пошла через толпу в лагерь. Пони кричали и расступались перед ней, стараясь даже не прикасаться. Они восславляли ее, но боялись коснуться.

С моим ростом было легко это заметить. Хорошо быть высокой. Я двинулась в сторону Сонг... но толпа не дала мне пройти и метра, оттолкнув назад. Блять. Я попыталась снова, но пони не сдвинулись с места. Почему их вообще тут так много? Я не имела ни малейшего понятия, почему Надзор Селестии собрал вокруг себя столько фанатиков.

– Почему бы тебе не пробить дорогу через них? – спросила Серенити, облокотившись мне на голову.

– Потому что... – начала ворчать я, пытаясь продвигаться вперед. – ...очень сложно. Договариваться с пони. После того, как ты избил ее фанатов.

Черт! Я отступила назад и осмотрела толпу. Как у одной пони может быть так много фанатов?! Как будто она была Дарительницей Света или Охранницей, или еще кем-то из таких. Она ведь не была героиней. Она была обычной непримечательной пони, которая любила поговорить. Но, черт возьми, ее последователи просто не давали мне даже приблизиться.

– Так... Ты думаешь о том, чтобы присоединиться к Надзору Селестии, даже несмотря на их отношение к киборгам? – Закройся, Хай Стэйкс. По крайней мере, когда Флэйр что-то говорил, то он уточнял, когда стоит прислушаться. Или, по крайней мере, развлекал. – Это интересный выбор.

– Да насрать. – Я повернулась к лагерю и на время забила на Сонг. Я уже почти согласилась с тем, что стоит просто разнести эту шайку фанатиков, но у меня не было ни одной идеи, как это можно сделать. Только если мне кто-нибудь не подскажет.

– Ты? – Я оглянулась и увидела пони, смотрящего на меня. Стоп.

– Драконоборец? – Почему он здесь? Караван должен был дойти сюда минимум через пару часов. Я почувствовала, как Серенити напряглась на моей спине. Она все еще переживала из-за Бэкап. Я не могла осуждать ее. Серенити была такой невинной. Единственный раз, когда она не боялась смерти, это когда я убила тех работорговцев, которым я чуть не продала ее... Это плохое воспоминание.

– Оу, ты помнишь. Отлично. Это всё упрощает. – Он пошел за мной... Но зачем? – По какому делу ты пришла сюда? – Я моргнула, глядя на фиолетового единорога. Он выглядел иначе. Более уверенным, что довольно удивительно, учитывая, каким мудаком он был. Ветер сдул его зеленую гриву на глаза, но он не обратил на нее внимания. – Ты здесь по приказу Хауса?

– Ты... – Хай Стэйкс сделал шаг вперед. – Откуда ты это знаешь? Эта миссия совершенно секретна и…

– Заткнись, очкарик. – Надо записать это. – Ты серьезно думаешь, что банды Дайса не шпионят за Мистером Хаусом? Я сразу узнал тебя и решил понаблюдать. Тебя сложно не узнать, ведь ты единственный не-киборг, работающий на Хауса. А когда я увидел мисс Хайред Ган, то сразу понял что тут происходит.

– Ты глупый. Ты не знаешь ничего. – Молодец, Серенити.

– Может и так, маленькая мисс. Но я всё еще настою на своем. – Единорог поправил свою шляпу магией, вызвав вспышку боли в плече... Стоп.

В моей голове зажглась лампочка.

Драконоборец должен был следовать за нами, чтобы добраться сюда. Но он не использовал магию, иначе я бы почувствовала это. Это значит, что он намеренно не пользовался рогом, потому что знал, о том, что я могу чувствовать магию. Кем бы ни был этот пони, он точно не говорил всю правду. Он знал о моей способности, так на кого же он работает?

– Мне нужно, чтобы ты сделала для меня одну работёнку. – сказал он, небрежно скрестив ноги. – Мне нужно, чтобы ты начала войну. – Я быстро осмотрелась, чтобы убедиться, что мы одни. Толпа двинулась дальше за Сонг, а зебры ушли от ворот. Почему вокруг резко стало так тихо? – Кроме того, ты должна подстроить всё так, чтобы казалось, будто именно зебры начали ее.

– Кто ты и на кого раб… – Я остановила Хай Стэйкса до того, как он раскрыл бы какую-либо информацию.

– Хорошо. – ответила я . – Но! Деньги вперед.

Драконоборец рассмеялся.

– Согласен. Меня не интересует кто выиграет войну. Важно лишь то, чтобы именно зебры начали ее. – Магией он достал из сумок пистолет и передал его мне.

Это был не обычный пистолет. У него были серебряные вставки в рукоятке, на которых была странная гравировка, а еще он был отполирован до блеска. Казалось, что он сделан под 32-й калибр, но я не была уверена . Я наклонилась, чтобы разглядеть его, и поняла... Странно. Я не была уверена, как это объяснить, но он не был похож ни на один пистолет, которым обычно пользовались пони.

– Зебринский пистолет. Зачарован так, чтобы пули летели быстрее и пробивали сильнее. Он и еще 500 крышечек. – Я облизнула губу и кивнула . Это была хорошее оружие.

Сделка совершена, крышечки переданы и Драконоборец удалился. Я так и не спросила, на кого он работал, но для меня это не важно. Контракт одного пони был так же хорош, как контракт любого другого. Когда он ушел достаточно далеко, я помогла Серенити спуститься со спины, игнорируя протесты Хай Стэйкса.

– Серенити. – Я стала на колено и посмотрела ей в глаза. Она обиделась. Обиделась на меня за то, что я взяла эту работу. На Драконоборца. На весь мир. – Вот. – Я протянула ей пистолет, который получила в качестве оплаты. За секунду обида сошла с её мордочки и её заменило удивление. Я была ужасным родителем и ужасной няней. И если ничего до этого вас в этом не убедило, то этот поступок точно сделает это. – Ты хотела идти за мной. Это хорошо, но... это очень опасно. Ты можешь взять его. Я... – Я не хотела давать ей оружие. Я не хотела рушить эту невинность в ее взгляде и сердце, но... она должна уметь защищать себя. Я вспомнила Акульи Земли. – Я не хочу, чтобы ты билась со мной. Это только для самых экстренных ситуаций. Если у тебя не останется выбора...

Она удивленно кивнула и медленно подняла оружие.

Это не очень хорошо. Ей стоило бы уйти и остаться с Наблюдателями. Ее вид, когда она взяла оружие в первый раз... Мне было трудно выдержать. Она собиралась стать такой как я, а ведь она могла стать намного лучше. Ей нужно уйти и остаться с Наблюдателями. И я знаю, как убедить ее.


– Я знаю тебя!

Я заметила, что становлюсь с каждым днем всё популярнее и популярнее. Или более заметной. Может, это как-то связано с цветом моей гривы. Или моей странной кьютимаркой . Или, что более вероятно, с тем, что я была огромной неповоротливой кобылой с металлической ногой. Мы были редким видом в Пустоши, и поэтому я уверена, что произвожу впечатление на всех пони, которых встречаю. На самом деле, я думаю, что даже став лакеем у Мистера Хауса, я не смогла бы избавиться от моей "славы".

Зебра с другой стороны стены был огромным. Не таким как я, но вряд ли на Пустоши можно найти хотя бы еще одного.

– Кто ты? – Время близилось к полудню. Я знала, что караван может прибыть в любой момент, и старалась справиться со всем как можно быстрее, чтобы избежать встречи с ними.

– Я... – Зебр смотрел на меня. – Мы встречались. В 123-м Стойле. – Не помню, чтобы хоть раз видела зебру в своей жизни. – Я и двое пони. Ты убедила нас уйти, когда мы попытались схватить твою дочь. – Она не моя дочь.

– Я не ее дочь. – Стоп, что? Серенити неожиданно выглянула из-за моей головы и посмотрела на зебру. – Сейчас нет, но скоро стану. Верно?

Надеюсь, она знает, как сильно ее слова задевают меня. А может, она просто пользуется моей неуверенностью, чтобы мне было некомфортно и в конце концов я сдалась... Мэх. Такого быть не может.

– Ладно, это не важно. Когда мы вышли из Стойла, двое моих напарников погибли, когда на нас напали рейдеры. Наверное, я должен сказать тебя спасибо. – Без проблем. Я всегда с удовольствием помогаю пони. – Ты не подумай плохо про меня. Они были теми еще гандонами. Ну, потом я решил вернуться обратно домой... а зачем вы пришли сюда?

– Зачем? Чтобы помочь, конечно же! – Я подарила ему самую искреннюю улыбку в своей жизни. Как оказалось, моя улыбка достаточно убедительна. Но вот с ним не получилось. – И потому что Мистер Хаус из Дайса отправил меня помочь вам. – Я кивнула головой, указав на Искусность.

– Мистер Хаус? А его разве это волнует? – Как же хорошо, что Хай Стэйкс вовремя подоспел с хорошим ответом и спас меня из этой неловкой ситуации.

– Действия Надзора Селестии тревожат его уже несколько месяцев. Враг моего врага и тому подобное. – Правдоподобная ложь. Однако не сложно было догадаться, что Хаусу не выгодно было отправлять агентов против группы, которая никак на него не влияет.

Да... Но с другой стороны, он ведь послал меня сюда. Чтобы справиться с этой ситуацией. Посылал бы он рекрута на миссию, которая решит судьбу всего лишь одной деревеньки? Подумать только, я ведь почти ничего о нем не знала. Большинство других пони более открыты. Всё, что мне было известно, – это то, что ему нравится кибернетика, возможно, жил еще до войны (был супер продвинутым киборгом или типа того) и практически не вмешивался в политику.

Жеребец задумался:

– Я поговорю со старостой. Подождите здесь. – Зебр ушёл, дав мне возможность хорошенько осмотреть их поселение.

Стена вокруг была не такой большой, как в Дайсе, но она выглядела... Крепче. Может около двенадцати футов в высоту, и сделана еще до войны. Она выглядела так, будто предназначена защищать поселение только от других пони и каких-нибудь диких животных. Недалеко от стены стоял билборд с забрызганным красной краской рисунком и надписью "Каникулы в Каркхуфе!". За стеной же находились несколько десятков типа бревенчатых домиков, выстроенных в полукруг около ворот, а в центре, прямо напротив них, было одно трехэтажное здание. Видимо, администрация. Или что-то такое.

Кстати, я не увидела ни одной зебры. Кроме того, который охранял ворота (похоже, мы уже встречались), казалось, что все сидят дома и ждут, пока весь этот ужас закончится... Почему пони так сильно ненавидят зебр? Да, я знаю, что когда-то там была война, но эти события сложно назвать актуальными. Самое смешное, что даже за эти двести лет после войны пони всё так же ненавидят зебр, и наоборот. Типа, моя пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-прабабушка погибла от копыт зебры. И что с этого? Пони пугают меня.

– Почему у них есть полоски? – спросила Серенити.

– Потому что они зебры. Почему же еще? – Я задалась вопросом, а может ли Хай Стэйкс не быть таким надменным. Да, я понимаю, он высококвалифицированный специалист и заслужил вести себя так, но всё же.

– Но... Зачем именно им полоски на теле? Они делают что-то? – Краем глаза я заметила смущение на бледно-зеленом лице единорога.

– Они... ну, ты знаешь. Я в этом не разбираюсь, если честно. Предположу, что они делают столько же, сколько цвет шерстки у пони, а именно – ничего. – Я усмехнулась, услышав своё объяснение. Я понимала, что это не удовлетворило ее любопытство, и она уже собиралась расспрашивать меня, но в это время как раз вернулся охранник. Серенити была достаточно умной, чтобы быть тихой во время важных переговоров. В большинстве случаев.

Он вернулся с пожилой кобылой, которая тоже была зеброй. А кобыла подходящий термин? Не важно. Будет кобыла. Зебра, которого я, видимо, уже встречала, поклонился ей.

– Спасибо, Захини. Покинь нас. – Он отошел достаточно далеко, чтобы не слышать нас, но всё равно держать в поле зрения. – Я Ахна. Кто вы?

– Хайред Ган...

– Серенити!

– Я Хай Стэйкс. Это большая честь.

Это он только о себе. Темно-серые глаза пожилой кобылы внимательно осматривали каждого из нас и остановились на моей металлической ноге.

– Почему? – Опять этот вопрос. Мне уже надоело, что каждый рассматривает мой протез с вопросами "как?" и "почему?". – Эти... пони. Они ненавидят нас. НКА просто терпит. Почему этот... Хаус... переживает? – В ее тоне была резкость, которая могла возникнуть только после долгой жизни, наполненной цинизмом.

Я кашлянула в копыто, ожидая, пока Хай Стэйкс ответит. Он не сделал этого и просто уставился на меня. Вот мудак.

– Ну... – начала я. А затем сразу остановилась. Я начала планировать выступление. Что, блять? В пизду. Импровизация! – Ну, видите ли. Надзор Селестии... эээ... не любит вас или... ммм... киборгов... – Я ненавижу этот термин. Киборг. Это заставляло меня чувствовать себя не настоящей только потому, что в меня однажды попали космической пулей. – И... я. Видите ли. Мистер Хаус любит киборгов, так что... – Я остановилась, чтобы моргнуть. Нужно сказать еще хоть что-то.

– Вы всегда позволяете этой наемнице говорить за вас, мистер Хай Стэйкс? – Я покраснела и перевела взгляд на землю. Если она хотела назвать меня тупой, то могла бы сказать прямо.

– Прости. – Он усмехнулся. – Я хотел посмотреть, что она скажет.

– Ты не слишком убедительна. – откровенно ответила Ахна.

– Самым простым ответом на ваш вопрос будет то, что Мистер Хаус хочет помешать Надзору Селестии в целом. Они запугивают его клиентов, и было бы очень хорошо, если бы у них появились нерешаемые проблемы. – Зебринская староста, кажется, согласилась с этим ответом.

– А кобылка?

– Техник Хайред Ган.

Зебра облизнула потрескавшиеся губы и кивнула. А затем кивнула еще раз.

– Хорошо. Раз так, заходите. Но я предупреждаю: если хоть один член общины погибнет из-за ваших диверсий, вы умрете вместе с ним. – Значит, она не полностью доверяла нашей истории. Или просто научилась не доверять пони.

Ахна кивнула Захини, который сразу подбежал к воротам. Ворота медленно отворились, и мы втроём зашли.

В Каркхуфе было тихо. Очень тихо. Мы шли по главной улице мимо этих маленьких домиков, сделанных из бревен. Когда я посмотрела на один из них, то заметила несколько полосатых мордочек, но они, поняв, что я их увидела, сразу нырнули обратно и задернули занавески. Я обернулась, и в доме напротив сразу захлопнулась дверь. Видимо, пони не очень популярны здесь. Хотя я не удивлена, учитывая, какая толпа стоит снаружи.

– Если вы действительно хотите помочь, то можете занять снайперскую позицию. Захини, покажи им. – Жеребец (или зебр? Мне действительно нужно узнать, как правильно их называть) уважительно кивнул и повел нас вперед. – Не говорите с другими зебрами. – сказала Ахна. Это была не угроза... Скорее, предупреждение. – Они могут погорячиться, выйти из себя. Могут просто убить. – Хмм... Люблю радушный прием.

Мы остановились перед двойными дверями большого трехэтажного деревянного здания.

– Идите за Захини. У меня есть дела, которые нужно сделать... – Она сделала паузу, чтобы подобрать слова. – Если вы искренне хотите помочь, спасибо вам... – В ее тёмно-серых глазах была видна честность, из-за которой все внутри меня скрутилось. У меня появилось чувство, будто я предаю эту пони... Зебру. Не важно.

Я делала это. Но у меня совершенно не те причины, какие она могла представить.


Вход в главное помещение был сделан красивым. Да и само помещение было приятным глазу. Деревянный интерьер (или это было искусственное дерево, я не уверена) выглядел чистым, а на полу лежал мягкий ковер с необычным красивым узором. Справа от входа, у стены располагался длинный стол, похожий на барную стойку, за которым, видимо, раньше проверяли пони. Мы прошли по небольшому коридору, который в конце упирался в лестницу. В принципе, больше нечего комментировать, кроме разных фотографий на стенах с событиями на них, о которых я не имела ни малейшего представления.

– И это означает, что настало время для новостей! – Несколько секунд тишины, после которых послышалось ржание Нью Хайгаса. – Прост шучу. У нас есть новая песня от Путника! Наслаждайтесь, ребятки. – Захини медленно вел нас по зданию и в итоге мы оказались в маленькой комнате на третьем этаже. Главным ее плюсом было большое окно, которое давало неплохой обзор на весь палаточный городок, расположившийся у стен города. Мы находились достаточно высоко, чтобы можно было свободно видеть всё происходящее за забором, но недостаточно, чтобы во мне проснулась боязнь высоты.

– Следи за происходящим. – холодно сказал зебр. – И ни за что не стреляй первой. – Из моего Пип-Бака зазвучала песня. Она была новой и в ней упоминалось солнце. Теперь оно – главный источник вдохновения у многих артистов.

– Ты ненавидишь меня. – Я не уверена, было ли это утверждением, вопросом или еще чем-то более тупым. Но по какой-то причине это то, что мой заторможенный мозг решил выдать в тот момент.

– Да. – быстро ответил он, пока играла песня. Она была о солнце, но не о его свете. Песня Путника была о том, насколько прекрасно и убийственно оно может быть одновременно. – Я ненавижу пони.

– Всех пони? Даже тех, которые были с тобой в Стойле?

– Они... – Он остановился на секунду. – Да. Я ненавижу их. Когда зебры получают свой глиф, староста позволяет им уйти с общины. Изучать мир пони. Я был вне общины дольше других, но, как и все они, я вернулся в Каркхуф.

– Я... – Я не спросила его, почему он ненавидит нас. Толпа снаружи – это веская причина. Правда, они не все представители нашего вида. И далеко не лучшие... Что же насчёт меня? Я не ненавидела Захини. Он ведь ничего не сделал, чтобы заслужить такое отношение с моей стороны. Да, он мне не нравился, но мне не нравились все пони, которых я когда-либо встречала. Все.

Не сказав больше ни единого слова, Захини повернулся и пошел прочь. Когда он выходил, я взглянула на его фланк. Не на фланк, а на кьютимарку... Глиф-марку... Ну, их штуку. Она не была похожа на те, которые носят все пони на своем крупе. Это был закрученный черный вихрь с разными символами и знаками. Или... Я не уверена. Иногда я стараюсь найти смысл даже в таких незначительных вещах. Когда он исчез из поля зрения, Путник запел часть песни, где говорилось о возвращении солнца и о том, как это было одновременно хорошо и ужасно. О том, как каждый яркий луч света мог быть закрыт огромной серой тучей.

Путник не был оптимистом.

– Хай Стэйкс. – Я повернулась к единорогу. – Жди в холе. – Он недоуменно моргнул, но кивнул в знак согласия. Через несколько секунд в маленькой комнате осталась только я и Серенити.

У меня перехватило дыхание от того, что я собиралась сделать.

Но я должна была. Я обязана была доказать ей, что я не была хорошей матерью. Я не должна быть той, с кого она будет брать пример. Может, она и не такая невинная, как мне хотелось думать, но она все еще наивная.

– Серенити. – Мой тон был слишком резкий. Я знала это. Но мне нужно было сохранить серьезное лицо. Если я и должна была это сделать, то нужно сделать всё правильно. – Вот. – Я подвинула к окну коробку. Она все еще боялась, но всё равно запрыгнула на нее. – Смотри.

Я осматривала территорию. Во дворе Каркхуфа все еще было абсолютно тихо. Несколько зебр вышли со своих домов, но они ходили медленно и тихо, стараясь сильно не показываться на глаза. В лагере я видела пони, собравшихся вокруг костров. Они улыбались и радостно смеялись. На краю лагеря я увидела Драконоборца, смотрящего прямо на меня... Или... Я не уверена, видел ли он меня, но он точно смотрел в мою сторону. Он был не в самом лагере, а недалеко от него.

– Я не хорошая пони. – Серенити собралась ответить, но я сразу прервала ее. – Да, это так. Дай мне закончить. – Мои глаза нашли то, что я искала. Караван, который я ждала, наконец, прибыл. Его лидер сидела у костра, где всем пони разносил суп маленький радостный жеребенок. – Я делаю плохие вещи. – Я взглянула в прицел Искусности.

– Например. – Я навелась на черную кобылу. Я так и не узнала ее имя. – Я собираюсь убить невинную пони. Чтобы начать войну. Может, она и хорошая. Но я убью ее. Ради денег.

– М-мамочка... не делай этого... – Я не посмотрела на неё. Я знала, как она сейчас выглядит. Я... не хотела делать то, что собиралась сделать... но я должна была сделать это. Я должна была показать ей, какая ее мама на самом деле. – Т-ты не...

– Я должна. Я взяла эту работу. – Работа, на которой я должна была убить пони. Я была всего лишь наемником. Всего один маленький шаг и меня можно считать рейдером. Нэнни Джейн, Рой Мустанг, лидер этого каравана. Я убила их всех. Я убила их всех, и они никогда не увидят меня снова. Может, это и делало меня злой, но это не важно. Важно то, что Серенити должна увидеть это. Я не хочу, чтобы она стала такой как я. Спасение пони, как правило, заставляет их видеть в вас больше добра, чем есть на самом деле.

– Прости, Серенити. Я не могу быть той пони, которой ты хочешь меня видеть. – Она никогда не хотела, чтобы я была ее матерью. Она хотела, чтобы ее мать была мной. Это большая разница, как по мне.

Я укусила узду.

– НЕЕТ! – закричала Серенити. Неожиданная нагрузка отклонила ствол Искусности в сторону.

Искусность выстрелила.

Зажигательная пуля прочертила ярко-красную линию в воздухе и попала в цель. В маленького жеребенка, который разносил еду.

Мое сердце остановилось. Секунды превратились в минуты. Пуля попала в него, когда он подошел передать суп моей изначальной цели. Он упал. Миска упала вместе с ним, когда исчезла магическая хватка. Через секунду жеребенка охватило пламя.

По моей щеке покатилась слеза, когда он начал корчиться от боли. В попытках потушиться, он врезался в палатку и она тоже загорелась. Он был достаточно далеко, но мне казалось, будто я слышу его крик. Я... я хотела услышать его крик. Я напрягла слух, но услышала только шум ветра, тихо шепчущий мне.

Я никогда не хотела этого... для обеих нас...

Серенити убежала. Я не знаю куда. Я не могла оторвать взгляда от горящего жеребёнка. И даже после его смерти я продолжала наблюдать. Когда пони из лагеря окружили тлеющее тело, я наблюдала. Когда ветер донес до меня запах сгоревшей плоти, я наблюдала. Затем пони отступили от тела жеребёнка, и вся толпа рванула к воротам города. Даже когда моя пуля начала войну, когда между Надзором и зебрами началась перестрелка, я продолжала наблюдать.

Может быть, если бы я перестала смотреть на мертвого жеребенка, то успела бы увернуться. Я отвела взгляд как раз в момент выстрела Драконоборца. Я слышала, как его пуля рассекает воздух. Затем услышала, как она попала в стену дома и треск дерева.

А после этого весь мир наполнился болью. Я упала на пол и всхлипнула, схватившись копытами за лицо. Драконоборец выстрелил в меня! Зачем? Он сам меня нанял. На кого он работал? Почему он хотел, чтобы я начала войну? Почему он выстрелил в меня? Ни один из этих вопросов не сравнится по важности с болью, которая наполнила мое тело. Мой живот скрутило и меня вырвало.

Рвота смешивалась с кровью, вытекавшей из дыры, в которой несколько секунд назад был мой правый глаз.

–––

Заметки: Новый уровень!

Квестовая способность: Бессердечная: Вы знаете, что нужно делать, даже если вы не хотите этого. Вы научились фокусироваться на своей цели, игнорируя всё на своем пути. Ваша концентрация невероятна... за счёт вашей осведомленности. +20% к точности, но вы получаете на 20% больше урона от скрытных атак.

Навыки: Взрывчатка 50