Тысячелетний родственник: Испытание

Интерлюдия, ч.2

— Я в порядке.

Сделав ещё один освежающий глоток, Сомбра отставил бутылку в сторону. Утренние лучи, пробившиеся сквозь стеклянную поверхность, залили учительский стол мягким золотистым светом.

 — У тебя глаза красные, — тихо произнесла Твайлайт, глядя на деда тревожным взглядом.

 — Они всегда красные.

 — И с лопнувшими капилярами?

Сомбра устало вздохнул. Ему ещё повезло, что после принятия Эликсира Памяти он отделался лишь упадком сил. Пережить за одну ночь несколько месяцев, которые, при этом, прошли тысячу лет назад… Другой бы маг вообще копыта двинул. Тем более что некоторые моменты из прошлого были далеко не самыми приятными. Вот их он бы лучше отправил в чертоги Забвения.

Все это за доли секунды пронеслось в голове черного единорога. А также то, что пожалуй не стоит говорить это Твайлайт.

 — Некоторые картины оказались слишком яркие, — раздраженно буркнул он, смерив оставшийся сидор злобным взглядом. Пока это было единственное, что могло утихомирить визг кикиморы в его ушах. – Через несколько минут приду в норму. Мелюзга, если что-то непонятно, вопросы задавайте сейчас. Потом в силу вступят вчерашние правила.

 — О! О! – подняла ногу светловолосая пегасочка. – Можно я? Можно?!

 — Конечно, Динки, — кивнула Твайлайт.

 — Вчера я говорила с папой, — быстро затараторила Динки, словно боясь что кто-то попытается её перебить, — а он говорил, что никакого Некрополиса и княжеств не существовало. Что Эквестрия давным-давно была объединена Куки, Рядовым и Кловер, после первого Дня Горящего Очага, а потом пришли аликорны и… и… — из-за проблем с воздухом ей пришлось замолчать.

 — Дочь Хувса, верно? – скучающе поинтересовался Сомбра. Визг кикиморы почти стих, но зато теперь в мозг начали медленно втыкать раскаленные спицы.

 — Ага!

 — Чему вас только в школах учат… Вообще, существует бесконечное количество параллельных друг другу миров. Некоторые похожи как две капли воды, некоторые кардинально отличаются. Смотрите, — достал он из он из-под стола какой-то журнал. Твайлайт, увидев его, мгновенно покраснела. Впрочем, никто этого не заметил. — Допустим, каждый из этих листов — чей-то мир. Понятно?

 — Ага… — нестройно согласился класс.

 — Видите, у листа есть длина и ширина, но нет толщины. Точнее, есть, но маленькая, что несущественна. Представьте себе, что на каждом таком листе-мире живут некие… ну… плоские пони, скажем так. Точно такие же — имеющие длину и ширину, но не имеющие высоты. Так вот, им должно казаться, что никаких других листов нет и быть не может — они просто не могут себе такое вообразить, как и мы не можем увидеть больше трех измерений. Тем не менее они существуют и находятся совсем рядом. Точно так же и в нашей ситуации, только мы живем не в двух измерениях, а в трех, а другие измерения находятся в четвертом. Совсем рядом с нами, но недостижимы. Тем не менее между ними можно перемещаться, хотя обычные способы тут малопригодны… Для этого надо всего лишь сдвинуться в сторону четвертого измерения. Совсем на крохотную дольку.

 — И таким образом можно мгновенно перескочить в любой другой мир? – восхищенно открыла рот Эплблум.

 — Не совсем в любой, — осторожно покачал головой Сомбра. Та все ещё отзывалась легкой болью. — Со страницы ведь тоже можно перейти только на какую-то соседнюю страницу, а не в любое место книги. Чем ближе два мира, тем легче между ними перемещаться. К тому же тут тоже не все так просто — измерений на самом деле даже не четыре, а гораздо больше, что еще сильнее осложняет перемещение… Но тот мир — один из самых ближайших к нам, в него попасть сравнительно легко.

 — Так значит, вы не рассказывали о кьютимарках жителей, потому что?.. – печально спросила Скуталу.

 — … это другой мир. Следующий? – остановил свой взгляд на Даймонд Тиаре Сомбра. Та, в свою очередь, скучающе зевнула, но не стала пытаться отпустить едкий комментарий. Вместо этого она положила голову на сложенные передние ноги и кисло улыбнулась. – Отлично, тогда вперед. Вторую часть я решил назвать «Испытание: Без колебаний» — Твайлайт скривилась, словно съела неспелую сливу.

– И, как и всякая нормальная приключенческая история, она началась с великого бодуна…