Автор рисунка: BonesWolbach
Люби по-настоящему Ты прилетаешь ко мне вместе с летним бризом

Лучшее время в моей жизни

― Доброе утро, солнышко! ― пропела мама в приоткрытую дверь моей комнаты. ― У тебя сегодня последний день в школе.

―Ух. ― Я лениво встала с постели и направилась в ванную комнату. В зеркале я увидела нечто голубое в майке местной хуфбольной команды с растрепанной призматической гривой, которая закрывала мне пол лица. ― Выглядишь не очень, подружка, ― буркнула я самой себе и вошла в душевую кабинку.

Постояв под холодными каплями, я отошла от сонного состояния. С ясной головой я стала осознавать, что сегодня последний день в школе. После стольких лет я наконец-то буду свободна!

***

― Скажи сыр! ― Яркая вспышка ослепила меня.

― Мама, зачем? ― Я потирала глаза. ― Я просто завтракаю, зачем фотографировать меня сейчас?

― Ты не просто завтракаешь, милая, это твой последний завтрак в качестве ученицы школы! Погоди, сейчас твой отец принесет майки.

― Что за майки?

Через черный вход на кухню зашел папа, он держал бумажный пакет. ― Я забрал их, дорогая! ― радостно сообщил он.

― Замечтательно! Покажи как они выглядят. ― Отец достал из пакета две белые майки, на которых было написано большими черными буквами: “Наша дочь кончила”.

― Оу… ― сказал папа.

― Милый, они забыли добавить слова “Школу” и еще “За”.

― Чертов пегас обещал, что сделает все за полцены, ― папа взял майки и положил их в пакет. ― Пойду верну их и выбью из этого козла деньги.

― Милый, подожди! ― мама бросилась догонять злого отца.

Надо было написать: “Я окончила школу, и все, что я получила ― эту майку!”

***

Я, Флаттершай и мои одноклассники убирали кабинет истории.

― Ты уже отправила письмо в академию Вондерболтов? ― спросила Флаттершай, складывая карту южной Эквестрии времен золотой лихорадки.

― Да, ― ответила я, упаковывая книги в коробки. ― Как и в десяток других летных академий по всей Эквестрии, ― я вздохнула. ― Ненавижу ждать. А ты чем займешься после школы?

― Я… я… уеду отсюда.

― Уедешь?

― Угу, ― она стала поглаживать свою длинную розовую гриву. ― Я хочу тишины, спокойствия. Я хочу быть ближе к природе. ― На ее мордочке появилась скромная улыбка. ― Говорят, в Понивиле прекрасные леса и очень богатая фауна.

― Звучит классно, ― я взяла очередную стопку книг. ― Кстати о фауне, кто-то из местного зверинца уже пригласил тебя на выпускной?

Флаттершай попыталась спрятаться за своей гривой. ― *Никого* ― глухо прозвучало сквозь пышные густые волосы.

― И спрашивать, позвала ли ты кого-то, тоже смысла нет?

― Угу.

― А с кем бы ты хотела пойти?

Флаттершай посмотрела на тощего длинноногого голубоглазого жеребчика, белого пегаса с короткой русой гривой и кьютимаркой в виде шахматной доски и двух пешек. Жеребец выбивал мел из губок для доски, после первого удара он оказался в облаке мела и закашлялся.

― Чез?! ― Флаттершай заткнула мне рот копытом. Я его убрала и продолжила на полтона тише. ― Президент шахматного клуба?

― Угу. ― Щеки Флаттершай покраснели. ― Мне нравится, как он хрюкает, когда смеется. Видела в кафетерии, как у него из носа молоко пошло. Это было так мило.

Я еще раз осмотрела этого щуплого пегаса, который был куда тоньше брата Флаттершай. Закончив с губкой для доски, он достал мятную жвачку, положил себе в рот и начал громко чавкать, потом предложил жвачку Глиттер, которая проходила мимо, та прикрыла лицо крылом и ускорила шаг.

― Мда… я не осуждаю, честно. Я даже потерплю его, когда вы придете ко мне на Вечер Согревающего Очага. Ну а запасной вариант у тебя есть?

― Что?

― Хватит играть в незнайку, всем известно, что ты у нас универсальная. Какую кобылу ты хотела бы пригласить на выпускной?

― Джейн, ― ответила она.

― Из художественного класса?

Флаттершай кивнула.

― Тебе помочь? Пригласить их на выпускной?

Флаттершай помотала головой. ― Я должна это сделать сама.

― Ты… ты действительно подойдешь и заговоришь с ними?

― Ну… ― Флаттершай достала из лежащей рядом седельной сумки две открытки. ― Заговорить может и нет, но вот это я дать смогу, ― она протянула мне открытку. Внутри было написано: “Ты пойдешь со мной на выпускной вечер?” и варианты ответов: “Да” “Нет”.

Я улыбнулась и вернула их Флаттершай. ― Думаю, для тебя этот способ в самый раз.

***

После тренировок в полете на короткие дистанции я отправилась в душевую, а оттуда в школьную раздевалку для кобылок. Открыв шкафчик и повесив полотенце на дверь, я стала копаться у себя в содержимом в поисках дезодоранта.

Тишину раздевалки нарушил стук копыт.

― И ты приняла его предложение?

― Конечно! Сама подумай, сам Рок Стил Хувз пригласил меня на выпускной, что может быть круче?

По голосам я узнала наших болельщиц, от визуального контакта нас разделяли шкафчики раздевалки.

― Ну ничего удивительного, ты же с ним встречаешься, меня тоже пригласил наш полузащитник. Это же общепринятое правило ― болельщицы встречаются с хуфболистами.

― Бывают исключения, я слышала, что Тандер хочет пригласить Рэинбоу Дэш.

Мои щеки загорелись. Неужели меня пригласит защитник тэклы[1] Тандер. Он всегда был таким душкой, да и мозгов у него побольше по сравнению с его товарищами.

― Рэинбоу Дэш? Ну что поделать, его шустрые товарищи уже разобрали всех нормальных кобыл, ему придется приглашать кобылок из второй лиги.

Вторая лига? Они засмеялись.

― Если он сможет подойти к ней, переборов ее запах пота.

― Ага. А если пригласит, то ему придется вечно бегать за ней, она же не умеет спокойно ходить.

― А еще терпеть ее скрипучий голос. Как вообще можно быть такой неряхой? Ты видела ее гриву? Это же просто катастрофа. Не зря трое наших зовут ее Рэинбоу Крэш, она всегда выглядит так, как будто только что потерпела крушение в дремучем лесу.

Раздевалка наполнилась смехом.

***

А я все думала, куда я дела свою расческу? Посмотрев на розовый гребешок, я кинула его в коробку к мелким предметам, что были в моем школьном шкафчике.

― Блин, сколько хлама у меня тут?

― Рэинбоу? ― Я обернулась на голос, передо мной стоял Тандер и светил на меня своей лучезарной улыбкой.

― Да? ― я изобразила удивление, ведь я знала, зачем он здесь.

― Эм… я не мастер в красноречии. Но, эм… ты пойдешь со мной на выпускной бал?

Я улыбнулась и ответила ему: “Да.”

***

Сияющая Флаттершай встретила меня у выхода из школы. Джейн оказалась уже приглашена, зато Чез охотно согласился. Впрочем неудивительно, ему еще повезло, что Флаттершай запала на него.

Так прошла последняя неделя в школе.

***

Настал день вручения аттестатов, мероприятие проходило на школьном  стадионе. Выпускники, облаченные в мантии, разместились прямо на поле в ожидании, когда же нам вручат долгожданные  аттестаты. Родители сидели на трибунах, я слышала радостные крики мамы и видела огромный баннер, где написано, что я молодец. Родители Флаттершай сидели рядом и были чуть-чуть скромнее.

Пока мы слушали речь директора мистера Пэперса, я представляла, что будет на выпускном. Мы придем с Тандером, он купит мне бутоньерку, все будут нами восхищаться, затем мы зажжем на балу, а потом я стану королевой бала. А что дальше? Мне придется ходить с ним на свидания? Потом принять его предложение о женитьбе? А как же Вондерболты?

― И первой, кому я хочу вручить аттестат об окончании высшей школы Клаудсдейла, ученице, которая принесла нашей школе множество спортивных наград, которая активно участвовала в жизни школы: Рэинбоу Дэш!

Под громкие аплодисменты я пролетела над выпускниками и приземлилась на сцену. Получив аттестат, я подошла к микрофону.

― Я хочу сказать, что эти годы, проведенные с вами, ребята, были улетными!

В конце мы все подбросили наши академические шапочки в воздух.

***

― Рэинбоу Дэш! За тобой пришли! ― крикнула мама с первого этажа.

― Иду! ― я последний раз посмотрела на себя в зеркале и полетела вниз.

У входа меня ждал Тандер. Он был облачен в белый смокинг с бабочкой. Он слушал моего отца, который что-то говорил. Наверняка угрожал в случае моей преждевременной беременности сыграть в гольф его мячиками.

Тандер выглянул из-за его плеча, чтобы посмотреть, как я спускаюсь по лестнице. Я подлетела к нему.

― Я готова!

― Отлично! Я арендовал нам длинную карету, ― с улыбкой сказал он. ― Ой, чуть не забыл! Вот, ― он протянул мне бутоньерку, я вытянула левую ногу и позволила ему обвязать ее вокруг копыта.

― Вы так чудесно смотритесь! ― пискнула мама.

― Подождите, надо запечатлеть это, ― папа поставил камеру на штатив. ― Смотрите в объектив и улыбайтесь.

*Вспышка*

***

Выпускной проходил в спортивном зале школы. Все, что было подготовлено к празднику: свет и столик с пуншем и довольно скудными закусками. Куда смотрит комитет по организации выпускных?

Хоть на музыку не поскупились, пригласили группу “Путешествие”.

Никогда не переставай верить,Окунись в эмоции.Фонари, Пони...

Мы с Тандером стояли возле столика с пуншем.

― Поверить не могу, что это последний вечер, ― говорила я. ― Хоть я недолюбливала школу, я буду скучать. А ты?

― Да! Однозначно.

― По чему будешь скучать? Я вот буду скучать по школьной деятельности, спектаклям и соревнованиям, ― я хлебнула халявного пунша.

― Я, наверное, по ребятам из команды. У нас сложилась крепкая дружба, как у братьев.

― Рэинбоу! ― к нам подошла Флаттершай со своим кавалером. Она была в милом розовом платьице. А ее партнер... ну малиновый смокинг с белой розой, торчащей из кармашка пиджака это ведь не так уж плохо? ― Правда это чудесный вечер?

― Да, просто великолепный! ― ответила я.

― Вы уже сделали совместную фотографию? ― спросил Чек.

― Да, дома у Рэинбоу Дэш.

Они засмеялись.

― Нет, тут. Смотрите, ― Флаттершай показала на другой конец зала, там стоял пони с фотоаппаратом, который фотографировал парочки.

― Ого! Пойдем! ― я схватила своего кавалера за крыло и потащила в очередь к фотографу.

Пока мы ждали своей очереди, Тандер обратился ко мне.

― Я хотел тебя спросить про ту историю с призраком.

Я нахмурилась. ― Кто тебе сказал?

― Билли. Он говорил, что вы соревновались… и что ты проиграла. А потом заявляла, что тебя схватил призрак.

― Эх… я так и знала, что этот уродец всем растреплет. Это звучит дико, но во время полета, когда я набирала скорость, меня кто-то схватил. Что-то вроде магического поля единорога… вот только откуда в облаках взяться единорогу?  А когда свечение пропало, я услышала чей-то смех и все. Я знаю, это похоже на оправдание! И я уверена, об этой истории уже знают все, не так ли?

Он лишь кивнул.

― Замечательно! ― саркастично прошипела я.

― Но все равно, что бы там не говорили в футбольной команде, я считал тебя клевой.

― Да? Спасибо, ― мои щеки вспыхнули.

― Эй! Тандер, ― к нам подошли Билли и его подружка ― самая популярная кобылка школы, по совместительству капитан чирлидерш Помпушка. ― Че как, ребята? Уже делаете фотку на выпускной? ― они с Тандером дружески хлопнули копытами. А мы с Пампушкой обменялись взглядами. ― А мы уже сделали и даже получили фотку, ― они показали свои фотографии, вложенные в рамочку.

― Клево! ― сказала я, выдавив улыбку, пытаясь поддержать разговор. Доброжелательность Билли и Пампушки мигом испарились.

Билли кашлянул три раза. ― Ну мы пойдем, типо потанцуем.

― Милое платье, ― процедила Помпушка, прежде чем удалиться.

― Уверен, по этим двоим ты скучать не будешь, ― сказал Тандер.

― Попал в десятку. Не представляешь, сколько я вытерпела от этого ублюдка за все школьные годы. Я просто на седьмом небе от счастья, когда осознаю, что больше не увижу ни его, ни его половую швабру, которую он называет кобылкой.

Пришла наша очередь фотографироваться. Я честно старалась изобразить самое счастливое лицо, но после общения с этими существами получилось не очень.

***

Вечер подошел к концу. Тандер и я тихо летели по улочкам в сторону моего дома. Я не получила корону королевы бала, зато заняла первое место по бальным танцам.

― Так значит ты планируешь поступить в Вондерболты?

― Да, уже отправила туда документы и свое резюме. Теперь жду ответ. Это мечта всей моей жизни.

― Это причина, по которой ты каждый день наматывала круги вокруг стадиона?

― Да. Я очень хочу туда попасть или мне предстоит пинать облака в каком-нибудь провинциальном городишке.

― Знаешь, ты часто отвлекала нас от тренировок, когда летала там. Особенно когда делала разминку, ты специально поворачивалась к нам задом?

― Что? Нет! Нет! Почему вы мне не сказали?

― Ребятам не хотелось обламывать кайф.

Интересно, можно смутиться еще больше.

― Ну а что насчет тебя? Куда собираешься?

― В университет Троттингема. Балл там невысокий и оттуда прямая дорога в профессиональный хуффболл.

Вскоре мы оказались на крыльце моего дома.

― Ну… вот и все, ― сказала я, посмотрев на него.

― Вот и все, ― эхом повторил он.

― Думаю, нет смысла надеяться, что завтра ты пригласишь меня в кино?.. ― Он отвел взгляд. ― ...Понятно.

― Ты не думай, я… я не приглашал тебя потому, что мне больше не с кем было пойти… нет, ты реально классная и… и ты мне нравишься. Я давно хотел предложить тебе встречаться, но никак не находил смелости, это куда труднее, чем кидаться в кучу мускулистых пони ради мяча.

И, Дэш, я не собираюсь поступать в университет Троттингема, я уже поступил, и через месяц буду переезжать.

Я понял, что приглашать тебя на свидания и начинать встречаться уже лишено смысла, мы будем разделены тысячами километров. Однако, последнее, что я хотел сделать в этом городе, это провести вечер вместе с тобой.

― Я понимаю.

― Да?

― Да, любовь на расстоянии ― отстой! Я думаю, что ты правильно поступил, сказав мне все, ― я поцеловала его. ― Этого достаточно для твоего списка дел.

― Спасибо. Ты не расстроена?

Я хотела расплакаться, но надо было держать марку.

― Нет. Все нормально. Спасибо, что проводил.

Он спустился со ступенек крыльца. ― Надеюсь увидеть тебя на встрече выпускников через пятнадцать лет.

― Пятнадцать лет, заметано. ― Он ушел, а я не пошла домой. Улеглась на диванчик на крыльце и тихо смотрела на звезды.

***

Меня приняли! Я была на седьмом небе от счастья. Академия Вондерболтов одобрила мою кандидатуру! Я теперь кадет!

Вещи уже собраны, я уезжаю сегодня. Осталось одно дело. Я постучалась в дверь. Мне открыла миссис Шай.

― Рэинбоу Дэш! Какой сюрприз! Ты к Зепу или к Флаттершай?

Я удивленно посмотрела на нее. ― Разумеется к Флаттершай. ― Миссис Шай дала мне войти. Флаттершай нашлась на заднем дворе, она сидела на качелях, грива слабо развевалась на ветру.

― Привет, ― Флаттершай обернулась, едва заметно улыбаясь.

― Привет, ― осторожно ответила я.

Флаттершай была в депрессии, ведь ее кавалер на выпускном оказался не таким галантным, как мой. В конце праздника Чез сказал Флаттершай: “Спасибо за вечер. Рад был помочь в отчаянный момент, но я уже два часа назад должен был лежать в постели.” Флаттершай не поняла, что значит “помочь в отчаянный момент”, на что Чез пояснил, что пожалел ее, и не считает ее красивой и достойной его кобылкой.

Эти грубости довели Флаттершай до истерики. Почти месяц она не выходила из дома, а теперь я прихожу прощаться.

― Меня взяли в Вондерболты. Завтра я улетаю в академию. ― Флаттершай молчала. ― Завтра я улетаю…

― Лети.

― А?

Флаттершай решительно встала и повернулась ко мне. ― Рэинбоу, все хорошо, я рада за тебя.

― Да?

― Ну конечно, твоя мечта исполнена, как я могу не радоваться?

― Просто… просто мне не хочется оставлять тебя тут одну, особенно после того, что произошло.

― Я тут не останусь, ― отрезала Флаттершай.

― Нет?

Она покачала головой.

― Я тоже сменю обстановку, я давно мечтала отправиться в путешествие. Не по городам и деревням, а по лесам ― побывать в заповедниках, посмотреть миграцию бризи, подружиться с животными, которых я только на картинках видела. А потом может и осяду где-нибудь.

― Хорошо, что ты выбрала для себя такой путь.

Повисла неловкая тишина.

― А что с Чезом?

― Ничего. Он как и Тандер. Это просто эпизод нашей жизни. И этот эпизод окончен. Пора двигаться дальше.

Не думала, что услышу подобные слова от Флаттершай.

― Значит мне не стоит за тебя волноваться, ― сказала я.

― А мне за тебя.

Мы обнялись.

***

― ИТАК, НОВОБРАНЦЫ! ЗДЕСЬ ВАМ НЕ ЛЕТНИЙ ЛАГЕРЬ ДЛЯ ЖЕРЕБЯТ! ТУТ ВАМ НЕ БУДУТ ЦЕЛОВАТЬ ЗАДНИЦУ И СПРАШИВАТЬ, НРАВИТСЯ ЛИ ВАМ ЕДА В СТОЛОВОЙ ИЛИ НЕТ!

Вилл Райдер ходил взад-вперед, покрикивая на новоприбывших пегасов своим скрипучим голосом.

― ДУМАЕТЕ, РАЗ ВАМ ПРИШЛО ПИСЬМО СЧАСТЬЯ, ТО ВЫ УЖЕ ВОНДЕРБОЛТЫ!? А ВОТ ХРЕН! ПОЛОВИНА СОПЛЯКОВ УЖЕ НА ЭТОЙ НЕДЕЛЕ СОБЕРЕТ СВОИ МАНАТКИ И СВАЛИТ ТОЛКАТЬ ОБЛАКА В КАКОМ-НИБУДЬ ГОРОДИШКЕ.  ВАМ ЭТО ЯСНО!?

― ТАК ТОЧНО, СЭР! ― выкрикнули мы.

― ХОРОШО! ― он прекратил ходить и вернулся к двум молчаливо стоявшим вондерболтам. Он представил их, это были Спитфаер и Соарин. Они повели нас в казармы, мы похватали наши вещи и пошли за ними.

Я вырвалась вперед и нагнала Спитфаер.

― Мэм, разрешите обратиться?

― Спрашивай, салага, ― ехидно ответила она.

― Каково это, быть вондерболтом?

Она широко улыбнулась.

― Скорость, адреналин, ну и конечно слава: всеобщеэквестрийская любовь жеребят.

― А еще за ней волочатся табуны жеребцов и кобыл, ― вставил Соарин.

― Хм… ну конечно жеребцам куда приятнее хвастаться, что за ними ухлестывают кобылки всех возрастов. Кобылам не солидно говорить, что за ней бродят четырнадцатилетние подростки, стереотипы ненужные образуются.

― Зато плакаты с тобой продаются, как горячие пирожки, ― рядом с нами приземлился пегас с темно-синей растрепанной гривой. ― Ведете новичков в их душегубки?

― Да, ― подтвердила Спитфаер.

Жеребец повернулся к нам. ― Ууу, ребята, не завидую вам. Помню те времена, когда я был кадетом. В казарме пахло сыром, а кровати были жесткие, как цементные плиты.

― Хах! Да ты в основной состав вошел всего две недели назад, ― с издевкой сказал Соарин.

― Но ведь две недели это так давно, ― пегас скорчил нам забавную гримасу. ― Я надеюсь, тут есть пони, которые знают, как быстро летать? Вондерболты это вам не спортивная ходьба.

― Хочешь в этом убедиться? ― ответила я ему. ― Как насчет гонки?

Он внимательно посмотрел на меня, и в его глазах цвета индиго засияли искорки веселья. Он подлетел вплотную. ― Я дам тебе фору, малышка, ―  сказал он и нажал копытом мне на нос.

― Дашь мне фору и вообще без шанса на выигрыш останешься, ― злорадно отметила я.

― Мечтай, ― он развернулся и полетел прочь.

― Как зовут этого парня? ― спросила я.

― Новичка? ― переспросила Спитфаер. ― Райдер, способный паренек.

― Райдер значит, ― чувствую, мы с ним еще погоняем.

***

― Девяносто восемь… девяносто девять… сто! ― Я сто раз отжалась на крыльях.

Пока остальные в свое свободное время сидели в комнате отдыха, играли в настольные игры и пинг-понг, я тренировалась.

За три недели из двадцати новичков осталось лишь десять, и я не собираюсь становиться следующей!

― А что тут делает такая пестрая кобылка поздно вечером на спортивной площадке?

Я обернулась на голос. Это был тот ехидный жеребец, Райдер.

Он стал ходить вокруг меня. ― Ты разве не знаешь, что в это время выходят ужасно красивые, спортивные и просто потрясные жеребцы.

― Тренируюсь, ― ответила я. ― И это был самый отстойный подкат за всю историю подкатов.

Он моргнул.

― А почему ты не отдыхаешь, как все остальные?

― Если этим неудачникам хочется отдохнуть, то пускай отдыхают у себя дома! Я пришла сюда чтобы стать Вондерболтом, а не играть в монополию.

― Но… Рамбл, верно?

― Рэинбоу! ― поправила я его.

― Прости. Рэинбоу, всем нужен отдых. Если ты будешь так выжимать себя, то к концу ты просто сгоришь.

― ПФФ!

― Серьезно! Малышка, я тут больше тебя и частенько видел таких вот пегасов, которые день и ночь торчали на спортивной площадке. Знаешь, что с ними происходило? Они просто спеклись! Так что давай, не майся дурью и отдохни.

― Парень, если ты думал, что небольшая речь о каких-то пегасах заставит меня поменять свое мнение, то тебе следует подтянуть ораторское искусство, ― я щелкнула своим хвостом перед его носом. ― Я не какой-то там пегасик. Я это я. У меня золотых медалей в школе хватило бы на то, чтобы отлить слиток. ― Я легла на спину, чтобы потренировать пресс.

― Ладно! Тогда что насчет гонки? ― ехидно предложил он.

― Гонки?

― Да! Гонки! Ты, кажется, хотела полетать со мной? Давай, прямо сейчас, десять кругов.

― Хорошо. Что на кону? ― спросила я, разминая крылья.

― Пойдешь со мной на свидание, ― со злобной улыбкой сказал он.

― Что!?

― Струсила? Куд-кудах?

― Я не струсила! Эх… ладно! А если я выиграю?

― Ну тут недалеко городок, в котором есть шикарный бар, где наливают просто первоклассный сидр, так что выпивка и орешки за мой счет.

― Я в деле!

Мы вышли на взлетную полосу.

― А кто подаст сигнал? ― спросила я.

Он достал из кармана куртки платок.

― Я его подброшу, как только он упадет на землю, это будет сигнал.

Он подкинул белый платок в воздух, тот раскрылся, как парашют, и стал медленно опускаться на землю.

***

― Фухх… а ты… ― одышка Райдера не позволяла ему разговаривать. ― ...шустрая.

― Хех! А то! ― я победно гарцевала вокруг него. Ну что, готовь кошелек, потому что сидр на халяву я пью бочками.

― По копытам! ― кивнул он. ― Завтра выбью нам увольнительные на день. Надеть что-нибудь приличное.

― Хорошо! ― я порысила в казарму. Завтра я иду с вондерболтом в бар, мы будем пить, танцевать и… погодите. Это свидание?!

***

На завтра Райдер, как и обещал, выбил мне и себе увольнительные на вечер. Причесав гриву, надев свою любимую клетчатую рубашку, я встретила Райдера, и он повел меня в бар, где должен был рассчитаться со мной за тот спор.

Бар был простым и типичным для подобного места заведением. За стойкой бармен разливал напитки и ловко отправлял их по столу прямо в копыта клиентов. Стены бара были увешаны флагами местной хуфбольной команды, фотографиями знаменитостей, побывавших здесь, и, конечно, атрибутика Вондерболтов тут тоже есть. А за музыку отвечал древний музыкальный автомат возле танцпола.

Мы сели за свободный столик и заказали по бокалу холодненького сидра.

― Бывала в таких заведениях? ― спросил меня Райдер.

― Да. Нечасто, но бывала.

Официантка поставила на стол две кружки.

― И много кобыл ты привел сюда под предлогом гонки? ― спросила я, сдувая пенку у сидра.

― Ну… вообще-то ты первая. Другие отказывались.

― Почему?

― Не знаю, я предлагал сходить в бар, и не в бар тоже предлагал. Они на меня косо смотрели и отходили подальше. Тебе, наверное, попроще, у такой потрясной пони все у ног ползают, только скажи ― и они тут как тут.

― Вообще-то нет. У меня в школе было не много друзей. Я была популярной только за счет спортивных заслуг и соревнований. Большую часть свободного времени я проводила на стадионе и тренировках. Все ради того, чтобы стать Вондерболтом. Разве что этим летом на выпускной меня пригласил один жеребчик, и то потом сказал, что надо расстаться, чтобы не портить друг другу жизнь.

― Погоди! Ты только в этом году выпустилась со школы!? ― изумленно спросил меня Райдер.

― *УГУ* ― промычала я с кружкой во рту.

― Надо же! Я думал тебе лет двадцать, а ты без полгода бывшая школьница!

― Это плохо? ― озадаченно спросила я.

― Нет. Просто ты самая младшая в академии. Я вот не сразу попал в Вондерболты. Мне сейчас двадцать четыре, а в академию я поступил в двадцать два.

― Спортивные заслуги перед школой дают свои плоды, ― выгнула грудь я. ― А чем ты занимался до того, как стал Вондерболтом?

― Да так, учился в летных школах, искал какой-нибудь заработок, чтобы жить отдельно от родителей.

― Что за заработок?

― Я много чем занимался, когда был юн: таскал ящики, доставлял пиццу. Однажды было настолько туго с деньгами, что  я занялся донорством.

― Кровь сдавал?

Он кивнул. ― И не только кровь.

― А что можно, кроме… ― я покраснела. ― ...поняла. Так я выходит первая, кто с тобой сюда пришел?

― Да. И я немного соврал, когда говорил, что многих приглашал.

― Да ну?

― Ну да. Не знаю как сказать, но… с того дня, как ты в академии, ты не даешь мне покоя. Я наблюдал за твоими тренировками, за тем, как ты каждый вечер упражняешься до изнеможения. Мне захотелось узнать тебя поближе, понять, что тобой движет.

― Осторожнее, я такая пони, рядом с которой хочется остаться навсегда, ― глупо захихикала я. ― Если честно, ты тоже ничего. Признаюсь по секрету, мне недавно снился сон. Я была царицей в древнем мифическом городе пегасов Стратополисе. И вот лежу я такая в белых одеяниях в золотых туфельках, а ты ― один из моих прислужников, кормишь меня виноградом. ― Да что они в этот сидр подмешали, кажется меня понесло.

― Серьезно!?

― Да! Я потом каждый раз как тебя видела, вспоминала.

Мы засмеялись.

Музыкальный автомат замолчал. Сквозь прозрачный корпус можно было увидеть, как манипулятор ставит пластинку на место, а затем тянется к другой. Как только игла дотронулась до винила, бар вновь наполнился музыкой и какой.

“Это было лучшее время в моей жизни,Нет, я никогда не был так счастлив,

Мои глаза расширились.

― Моя Селестия! Это же песня из фильма...

“Грязные Танцы!”[2] ― синхронно крикнули мы.

― Ты тоже смотрел его?

― Да! Это мой любимый фильм.

― Мой тоже, я его обожаю! Я выучила наизусть каждое движение в их танце, жаль, что не с кем станцевать.

― И я! Может… потанцуем? ― он встал из-за столика и протянул мне копыто. Я ничего не ответила, просто приняла приглашение, и мы пошли на танцпол. Сложность этого танца в том, что танцевать нужно на задних копытах, а я не совсем трезва.

Я повернулась к нему задом и встала на дыбы. Райдер подхватил меня, удерживая правым копытом за грудь. Левым он провел по моей ноге, легонько приподнимая ее, я обвила своей ногой его шею, и наши носы соприкоснулись. Я отпустила его шею и нежно провела ногой по телу, затем согнула локоть и схватила его за правое копыто, которое было у меня на груди.

Да, я клянусь, это — правда,И всем этим я обязан тебе,

Потому что это было лучшее время в моей жизниИ этим я обязана тебе.”

Он крутанул меня, как Йо-Йо, и я снова вернулась в его объятия. Он обхватил мою талию слева, сжал свободное копыто своим, и мы стали танцевать.

“Что со мной происходит?”

Я ждал слишком долго,Теперь, наконец, я нашёл ту,Что поддержит меня.Мы видели зловещее предзнаменование,Поскольку чувствовали иллюзорностьПроисходящего.”

Он закрутил меня, как юлу, я кружилась на одной только задней ноге, в то время, пока он держал меня за передние.

“Что со мной происходит? Я танцую с пони, которого знаю не больше месяца, но меня к нему тянет.”

“Но теперь страсть в наших глазахНевозможно замаскироватьИ сохранить в секрете,

“Его глаза, каждый раз, когда я в них смотрю, в груди начинает играть целый оркестр.”

Так что мы берём друг друга за руки,Потому, что мы поняли всю срочность,Так что помни”Мы покружились три раза, после чего замерли, и наши носы снова столкнулись друг с другом, я чувствовала его дыхание, наши губы оказались в опасной близости друг от друга.

“Что-то щекочет мой живот, неужели это? Серьезно!? Полчаса в баре и танец из твоего любимого фильма, и ты уже влюбилась?”

“Ты — то единственное,Чем я не могу насытиться.Я скажу тебе кое-что:Это может быть только любовью, ведь…”

“Это было — лучшее время в моей жизни,Нет, я никогда не был так счастлив,Да, я клянусь, это — правдаИ этим всем я обязан тебе.”Он подхватил меня за талию одним копытом и стал кружиться, я распрямилась, как балерина в затяжном прыжке, держась левой ногой за его шею. Мы снова кружимся, я снова смотрю в его глаза, и наши носы опять трутся друг о друга.

“А что, если это и есть та любовь с первого взгляда, о которой столько рассказывают, поют и пишут в романах?”

Это может быть только любовью, ведь…”

“Это было — лучшее время в моей жизни,Нет, я никогда не был так счастлив,Да, я клянусь, это — правдаИ этим всем я обязан тебе.”

Он взял меня за талию и поднял вверх, я расправила крылья и передние ноги, изображая полет.

“Я никогда не чувствовала себя так хорошо с кем-то.”

[Два года спустя]

― Властью, данной мне, объявляю вас мужем и женой.

Я смотрела на своего любимого через белую вуаль, смотрела на его глаза цвета индиго. Да, с ним я хочу провести всю свою жизнь. Он поднял свадебную фату, которая закрывала мое лицо, и его нежные губы прикоснулись к моим, мир перестал вращаться.

***

Я распаковывала коробки с вещами. Совсем недавно мы с Райдером переехали в Понивиль. Милый уютный городок чуть ли не в центре Эквестрии. Здесь все хорошо: местные пони, природа, пейзаж.

Тут мы и решили устроить наше семейное гнездышко, прикупили облачный дом и уже завезли коробки с вещами и мебель, осталось только все это распаковать. Сегодня сходим к озеру, побегаем вдоль берега, а затем понаблюдаем за закатом.

Я услышала звук закрывающейся входной двери, в гостинную вошел мой любимый, он выглядел подавленно.

― Смотри, я уже почти разложила все декоративные тарелки, которые мне подарила мама.

Он попытался улыбнуться. Но получилось не очень.

― Что-то не так, милый?

― Да. Я прибыл из штаба, ― он тяжело вздохнул. ― Официального приказа еще не поступило, но разговоры ходят уже давно. Эквестрия готовится к войне.

― К войне? ― я села на диван. ― Когда?

Он покачал головой. ― Никто не знает точно. Но скоро.

― Кристальная империя?

― Верно. С момента ее возвращения прошли считанные месяцы, а Король уже собирает войска для наступления. Поступают многочисленные отчеты об укреплении границ.

― Мы тоже готовимся?

Райдер утвердительно кивнул. ― Нам не избежать войны, Король не идет на переговоры с Принцессами.

― Блеск! ― я закрыла морду копытами. ― Плакали наши планы.

Райдер сел рядом и обнял меня.

― Ты боишься? ― спросил он.

― Ты же знаешь, я ничего не боюсь. Не боюсь того, что связанно со мной, но я боюсь за своих близких. Это не игры в воздушный бой, это война.

Он помолчал, а затем сказал:

― Рэинбоу, мой вопрос может показаться странным, но… скажи, как скоро у тебя течка?

Я подозрительно посмотрела на него. ― Зачем тебе это?

― Я не хочу, чтобы ты шла со мной на эту войну.

― То есть ты хочешь отстранить меня, чтобы я не попала в бой? ― я поднялась в воздух и зависла посреди гостинной. ― Пока ты и другие будете сражаться за нашу свободу, я буду сидеть тут и качать люльку, переживая все ли с тобой в порядке?

― Дэш, так нужно, я не переживу, если с тобой что-то случиться. Я не хочу тебя потерять.

― А я не хочу сидеть тут, пока мои товарищи и ты защищаете страну. Я тоже должна сражаться, это и мой долг! А… а что, если Сомбра победит? Ты об этом подумал? Ты хочешь, чтобы наш жеребенок жил в мире, где правит злобный единорог?

Он поник еще сильнее.

― Эй! ― я спустилась и прижала его голову к своей груди. ― Мы ведь Вондерболты, наш долг ― защищать Эквестрию. Все будет хорошо, вот увидишь. Уверена, что меньше чем за полгода мы управимся с этим королем и вернемся домой и тогда… тогда мы и станем родителями. ― Я посмотрела на утреннее солнце, встающее из-за холмов, и погладила гриву своего мужа. ― А пока нам надо побороться за будущее наших детей.

***

Некоторые пони рождаются, чтобы развевался флаг,Ох, фиолетово-бело-голубой,И когда оркестр играет приветствие начальнику,Ох, они направляют орудия на тебя, божеЭто не я, это не я, я не сын никакого сенатора,

Это не я, это не я, я не один из везунчиков, нет”

Наш десантный корабль пролетал над верхушками деревьев, бросая на них тень. Музыка, играющая в одном из динамиков, пыталась поднять дух бойцам, находившимся внутри.

Я сидела возле иллюминатора и пускала солнечные зайчики блестящими деталями своего крыла. Рядом со мной сидели Диана и ее сестра Мод. Диана спала на плече у старшей сестры. А Лаймонстоун неподалеку о чем-то болтала с товарищами.

― Итак, девочки, мы приземляемся! ― прозвучал в рупор голос капитана.

Через пять минут мы были на земле. Мы прибыли на базу, находящуюся недалеко от Рэинбоу Фоллс, располагалась она в горах, так что добраться туда можно только на корабле или на своих крыльях. Отсюда мы должны начать контрнаступление на Кристальную Империю.

Посадочный трап опустился, и мы наконец сошли на бетонные плиты, которыми была вымощена база. Поблизости швартовались эсминцы и линкоры, мелкие десантные корабли ждали своего часа. Проходя мимо казарм, мы чувствовали себя как на экскурсии.

― Ого, неплохо сделали! ― восхитилась Диана. ― Ты посмотри на командный пункт. ― Он представлял из себя огромную вышку, усеянную антеннами, отсюда будут командовать наступлением.

― И нам как раз туда нужно! ― ответила я. Мы направились наверх.

***

Командный центр располагался на самом верху, из больших окон просматривалась вся долина. У зеленых экранов сидели кобылки и жеребцы в наушниках. Мы подошли к самому центру комнаты, где возле большого стола, на котором разложена карта Эквестрии с пластиковыми фигурками войск  Эквестрии, стояли Спитфаер и Соарин, а также капитан пегасьих войск Флэш Сентри. Они поприветствовали нас.

― Рэинбоу Дэш! ― к столу подошел генерал Айрен Холл зеленошкурый единорог средних лет с повязкой на левом глазу. ― Рад, что вы здесь.

Я отсалютовала ему.

― А где капитан Райдер? ― спросил он меня. ― Я думал, вы прибудете вместе с ним на Пацифике.

― Мы выполняли задание, сэр! Пацифика должна прибыть с минуты на минуту.

― Вот она! ― выкрикнула Диана, показывая на юго-запад. Красно-желтый летучий корабль приближался к нам.

― Сэр, Пацифика на связи! ― сообщил один из пони-диспетчеров.

― Выводите на экран! ― приказал генерал. На одном из свободных пузатых экранов появилось черно-белое изображение мужа. Это заставило меня улыбнуться. Спустя полтора года после начала войны нас назначили на новенький крейсер “Пацифика”, вскоре Райдер стал его капитаном.

― Капитан Райдер на связи! Мы прибудем к вам через пятнадцать минут, есть свободное место для посадки?

― Для вас найдется место, капитан! ― с улыбкой сказал Айрен.

― Сэр, отряд Рэинбоу прибыл?

― Ваша женушка в целости и сохранности, ― ласково ответил генерал, поманив меня к камере.

― Привет, милый, ― я смотрела на него через экран.

― Как крыло?

― Ты уже год меня об этом спрашиваешь. Оно в полном порядке, не такое блестящее как было, но солнечные зайчики я пускать могу.

― Ты же знаешь, я переживаю за тебя… ты для меня...

― УМРИТЕ, ТВАРИ!

― Что за..? ― возмутился Райдер и обернулся, на мостике стояла земная пони в военной форме, обмотанная динамитными шашками.

― ЗА КОРОЛЯ!

После этого видеосвязь пропала.

Я кинулась к окну. И увидела, как огненный шар поглотил капитанский мостик, огонь быстро перекинулся на  обшивку, и корабль начал резко терять высоту. Пегасы, находившиеся на палубе, как голуби разлетелись во все стороны.

― НЕТ, НЕТ, НЕТ! РАЙДЕР, ЕГО НАДО СПАСАТЬ! ― кричала я, уже готовая выбить окно вышки и полететь на полном ходу.

Но меня схватила Диана.

― Ты не успеешь! ― кричала она мне.

― Я должна спасти его! ― Диана держала меня изо всех сил. Она пыталась мне что-то втолковать, но я не слышала, я только смотрела, как Пацифика, наклонив нос, упала в лесу.

Я смогла вывернуться из хватки Дианы и, разбив стекло, помчалась к месту крушения. Я летела, что есть мочи, а в голове играла наша песня, которая, как тлеющая виниловая пластинка, звучала все медленнее и непонятнее.

***

Я смотрела на своего мужа через свадебную вуаль, я клялась любить его, быть с ним в радости и печали, пока смерть не разлучит нас. И вот я снова смотрю на него через вуаль, не свадебную белого цвета, но черную, закрывающую мое лицо, чтобы никто не мог увидеть мое горе.

Я смотрю на закрытый гроб, накрытый флагом Эквестрии, слушаю погребальную речь. А из головы не уходит наш танец, наши пробежки во время пикника, ночи Кошмаров и Согревающего Очага: все это в один миг разрушила кобылка, которой Король Сомбра промыл мозги, превратив в безвольного зомби.

Я смотрю, как двое военнослужащих сворачивают флаг Эквестрии тринадцать раз, образуя треугольник, и передают его мне.

Я смотрю, как гроб с моим любимым опускают в землю, в этот день я поменяла военную форму на траурный наряд.

Я смотрю, как смысл моей жизни закапывают в землю.

***

Утреннее солнце поздравило меня с новым днем через окно моей кухни, где я сидела в ночнушке и попивала кофе, читая утреннюю газету. Сегодня ровно год, как закончилась война с Кристальной Империей. В стране объявлен праздник, повсюду будут проходить фестивали и парады, а вечером прогремят салюты.

Мне бы хотелось погулять на площади, где сейчас проходят празднования, поесть корн-догов с Рэрети, кинуть мяч в мишень, чтобы парень в костюме короля Сомбры упал в бассейн с водой. Но сегодня у меня другие дела. Успею разве что на салют.

***

― Привет, милый, ― ласково сказала я надгробной плите моего мужа. Впервые после похорон я решила посетить его могилу.

― Ты, наверное, и не знаешь, какой сегодня день? Сегодня ровно год, как война закончилась. У меня много чего произошло за этот год: я познакомилась с той пони из бутика, она стала моей лучшей подругой. Еще Диана переехала в Понивиль, представляешь? Мне поменяли крыло на новую модель, оно очень красивое… ― я несколько минут помолчала, а затем снова продолжила. ― Я очень скучаю по тебе. Мне тебя так не хватает. Иногда я жалею, что не согласилась забеременеть, чтобы не ходить на войну. Кто знает, как бы все обернулось.

Я положила букет, который держала все это время, на плиту. И тихо пропела строчки из нашей песни.

“Это было — лучшее время в моей жизни,Нет, я никогда не была так счастлива,Да, я клянусь, это — правдаИ этим всем я обязана тебе.”

***

Южный холм Понивиля был усеян множеством пони: друзья, семьи и одиночки ― все расположились на холме и возле него, чтобы увидеть салют. Я летала над толпой в поисках Рэрети. Зефирная единорожка первая заметила меня и помахала вместе со Свити Белль и Скуталу. Я приземлилась на траву рядом с ними.

― Ну как слетала? ― спросила Рэрети.

― Нормально, ― я тяжело вздохнула. ― Выговорилась.

Рэрети ласково улыбнулась.

― Начинается! ― пискнула Свити.

Разговоры стихли. Все устремили взгляды на звездное небо. Отсюда очень хорошо видно Кантерлот, стоящий на горе, небо над замком озарили огни фейерверков. Через несколько мгновений со стороны Понивиля вылетело несколько ракет. Оставляя за собой разноцветные следы: красные, белые, синие, фиолетовые, поднявшись высоко в небо, они разрывались миллионами крошечных огней.

Я посмотрела на друзей. Рэрети и Свити Белль сидели, обняв друг друга, их родители тоже сидели в обнимку.

Скуталу, сгорбившись, смотрела на салют грустными глазами. Ее отец сегодня дежурит и не сможет провести с ней этот день. А захотел бы, если бы мог?

― Иди сюда, малышка. ― Я взяла Скуталу на передние копыта, подвинула к себе и крепко обняла ее. Она прислонилась спиной к моему животу и облокотила голову на правую ногу. Я почувствовала, как слезы, капая с ее щек, стекают по моей ноге. Я не стала спрашивать ни о чем, все и так было понятно. Я лишь сильнее прижала ее к себе.

Мы все что-то потеряли на этой войне.

[1] Тэкл (позиция игрока в американском футболе)

[2]Собственно танец и песня взяты из одноименного фильма

Читать дальше

...