Антрополог

Понедельник, часть 2

— Понедельник – день тяжёлый. – пробубнила Лира, потирая нос. По понедельникам обычно приходили новые пациенты или пациенты на один сеанс, у которых были проблемы, связанные с людьми. Или проблемы, связанные с пони, вытекающие из проблем, связанных с людьми, и различные сочетания этого. В любом случае, понедельники были отстойными, и этот не был исключением.

Такова жизнь антрополога.

Сегодняшней задачей был молодой парень, возрастом примерно двадцать один год, которого к Лире мэр Мэйр направила в судебном порядке после крупной жалобы на него.

— Рики, это должно прекратиться. – категорически заявила Лира, смотря на причину жалобы, что была в папке человека. – В смысле...  реально... завязывай и не делай так больше.

— Это была всего лишь шутка. – обидившись, произнёс Рики.

Лира нахмурилась и подняла один из предметов, промаркированных датами, чтобы было удобнее их различать.

— Вот этот, первый, что ты сделал, можно было понять как шутку. Но сделав ещё 87, ты перешёл границу, как нелегальный иммигрант под стероидами и крэком.

— Хэй, этот дурацкий портал кинул меня сюда, у меня выбора не было. – сказал Рики.

— Не переиначивай мои метафоры, малой. – простонала Лира. – У меня у же был сегодня тяжёлый случай, так что не усугубляй.

Рики посмотрел на ей стол.

— Это Mein Kampf?

— Не трогай! – крикнула кобылка, хватая карниз и оборонительно размахивая им. – Его вернут... Я верну... Конечно. Оплата штрафа – лучшее начало недели. – она подхватила книгу магией и уложила её в седельную сумку, что висела у двери. – Глупая Лира.

— Океееей... – парень медленно кивнул, вставая. – Так мы закончили? Я больше так не делаю, и всё возвращается на круги своя.

— Не-а. – единорожка усадила его телекинезом обратно. – Если бы всё было так, тебя бы тут не было.

Рики что-то пробормотал себе под нос и сложил руки на груди.

— Так уж получилось, что Милки Уэй – моя хорошая подруга. – сказала Лира, раскладывая множество несколько не совсем приличных рисунков перед собой. – И я беру на себя ответственность за разрешение конфликта между вами. И начнём с того, почему ты подумал, что рисовать такое – «весело».

— Ладно, может я немного увлёкся. – Рики посмотрел на рисунки и нервно прочистил горло.

Брови пони поднялись.

— Это ни разу не «немного». Как кобыла, я могу сказать, что от одного лишь взгляда на это у меня спина болит. И заявляю, что тебе повезло, что ты ей небезразличен. Это могло быть запросто использовано как доказательство твоей клеветы на её дело, если бы она довела это до суда.

— Я ей небезразличен? – парень был ошеломлён.

Удивительно, но Лира смогла поднять брови ещё выше.

— Это всё, что ты понял из того, что я говорила? Ох, да, небезразличен. Это не нормальное поведение, и принять его невозможно.

— Кто же знал, что Рэйнбоу Дэш украдёт мою папку и начнёт в прятки играть.

— Она бы не упала на голову Милки, если бы ты не пытался сбить Дэш снежком.

— Милки бы не открыла её, если бы Рэйнбоу Дэш не устроила в ответ снежную бурю.

— И ничего бы этого не произошло, если бы ты вообще не рисовал это. – заявила Лира, кладя рисунки на колени человека. – Мы пытаемся скрывать это, Рики, ради твоего же блага. Если бы она рассказала это мужу, мы бы по кусочкам тебя в больнице собирали... или, что вероятнее, в морге.

— Она замужем?! – крикнул шокированный Рики.

Мордочка Лиры искривилась в странном выражении.

— Дааааааа. – кивнула она.

— Сколько?

— Да вот восемь лет как. – сказала Лира медленно и осторожно.

— Кажется, я на это внимания не обращал.

— У неё трое жеребят. – указала единорожка копытом. – Не может быть, чтобы ты ни разу не видел, как она с ними играет.

— Ооооу. – голова его, кажется, просветлела. – Так вот кем они были. Я думал, они просто друзья.

Сопротивляясь желанию приложить копыто к мордочке, Лира взяла свой планшет и почеркнула небольшой отрывок.

— Так ты не преследовал её?

— Что? – Рики чуть не вскочил. – С чего вы вообще это взяли?!

Лира обратила внимание на рисунки, которые упали на пол. Рики застенчиво усмехнулся и покраснел.

— Хорошо, кажется, я понял откуда. – он попытался засмеяться, но прозвучало как пришибленный козёл. – Нет, я не делал ничего такого. Я узнал, что она – молочная кобыла, узнал что это значит и... ну...

— И та неокрепшая часть твоего пост-подросткового мозга просто взвинтилась? – предложила кобылка. Рики  съёжился и кивнул. – Окей. Я скажу Милки, что ей больше не надо носить с собой в городе дробовик. А после этого ты перед ней лично извинишься как устно, так и письменно.

— А вы уверенны, что она захочет меня видеть? – обеспокоенно спросил парень.

— Мы все через это прошли, Рики. – Лира кивнула. – Все мы падшие существа, и если мы не сможем простить недостатки друг друга, что в нас есть хорошего?

Рики принялся собирать рисунки. Лира помогла ему, поднимая их магией и кладя в его руки. Он остановился на мгновение и посмотрел на неё, она же посмотрела в ответ в ожидании его действий. Человек бросил рисунки в мусор.

— Я горжусь тобой, Рики. – Лира одарила его улыбкой. – Подумать только, около года назад из портала вывалилось твоё испуганное тело, и жители Понивилля привели тебя ко мне.

Рики слегка покраснел и провёл рукой по волосам.

— Так... Мы закончили?

— У нас ещё сорок пять минут. – единорожка посмотрела на часы.

— И что мы будем делать всё это время?

Лира левитировала к нему перо и листок бумаги и прочистила горло.

— Помогать тебе писать извинение, конечно же.

— Хорошо. – Рики пожал плечами. – С чего начать?

— «Дорогая миссис Уэй...»

— Хорошо, начало как обычно... – Рики записал под диктовку.

— «Прошу прощения за то, что сравнивал ваши прелести с выменем вздувшейся коровы».

Перо переломалось пополам, а парень посмотрел на ухмыляющуюся кобылку.

— Что?

Глаза Лиры над злобной ухмылкой сузились.

— Ты хочешь, чтобы это закончилось? – Рики кивнул. – Тогда пиши как говорят. – свежее перо быстро появилось в трясущейся руке человека. – Так будет лучше, Рики. Поверь.

Лира было начала следующее предложение, как её вдруг посетила мысль.

— Погоди... нет, не пиши это... Мне просто любопытно. Ты сказал, что не знал, что у Милки есть дети, так? – Рики кивнул. – Тогда... Как, по-твоему, она давала молоко?

Иногда люди просто странные. А ещё, Лира больше не сможет смотреть на тубу как прежде