Лапы вместо когтей

«Что бы мы делали, если бы могли стать тем, кем захотим?» однажды вечером спросила Сильвер Стрим у своих друзей, чтобы скоротать время после уроков и Смолдер была единственной, кому этот вопрос пришелся не по душе. Ведь она всегда гордилась тем, что она дракон и не хотела никем становиться. Каково же было ее удивление, когда Спайк неожиданно предложил ей измениться и стать… собакой! Небольшой юмористический перевод, расширенный мной аж на пять страниц с согласия автора, в котором мы узнаем, что почувствовала Смолдер, когда с подачи Спайка отправилась в мир людей.

Спайк Другие пони

Tonight We're Gonna Party Like it's 999

Сейчас та ночь в году, которая полностью принадлежит Луне - ночь на зимнее солнцестояние. Селестия же пытается выспаться, ибо это ее единственный свободный день(ночь)... в общем, выходной в году. Планы Луны встают стеной перед сладким сном Селестии.

Твайлайт Спаркл Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна

Идеология Плавленых и Кристаллизованных

Который год наше Советское правительство в альянсе с эквестрийским революционно-буржуазным режимом ведёт тяжёлые бои против войск так называемых "Богинь". Однако, Сталлионградское государство борется в первую очередь ради выживания пони, так как политика врагов сводится к уничтожению любого попавшего к ним существа и к приведению подконтрольных земель в полную непригодность для ведения какого-либо хозяйства. При этом, к сожалению, наше правительство не разъяснило должным образом идеологическую подоплеку противостояния. В этой статье мы попробуем разобраться с идеологический стороной нашей борьбы, так как до сих пор отсутствовало строгое понимание того, кем же являются наши враги: империалистами, ревизионистами или чем-то иным.

ОС - пони

Мифология каланнов и ланчи

Стилизация под фрагмент эквестрийского сборника мифологии и фольклора, написанная на Конкурс мифов и легенд древней Эквестрии. Основой послужили реальные предания обитающих на территории Индии и Мьянмы народов тибето-бирманской языковой семьи (чинов и качинов), и — отчасти — некоторых других народов Юго-Восточной Азии. Не все, но значительная часть омонимов и топонимов основана на реальных корнях качинского языка (в некоторых случаях использованы бирманские корни); однако автор ни в коем случае не претендует на то, что эти имена и названия образованы корректно с точки зрения исходного языка, и считает, что они уместны только в рамках "вторичного мира".

Твайлайт Спаркл Спайк ОС - пони

Вишнёвые косточки

Неспешное поедание вишни перемежающееся краткими разговорами.

Человеки Черри Берри

Реликт

Пони живут, радуются жизни и удивляются древним находкам, говорящим о загадочных пегасах, единорогах и аликорнах. Они уверены, что это лишь отголоски мифологии прошлого, символика древности и не более. Но они ничего не могут как доказать, так и опровергнуть. У них для этого нет прошлого. Оно было утрачено, ровно как и магия волшебного мира.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Другие пони

Правильный выбор

Когда предстоит принять решение, от которого зависит очень многое, главное не оступиться и сделать правильный выбор.

Принцесса Селестия Другие пони ОС - пони

Гимн выживших

У них не осталось ничего — ни дома, ни надежды, ни завтрашнего дня. Лишь слабый свет свечей, дрожащий на гнилых досках, и тихий гимн-молитва Селестии, что плавно текла в ночь, словно последняя искра ушедшего мира.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл

Для полета нужно четверо

Эквестрия. Солнечная страна населенная миллионами разумных существ: пегасами, единорогами, земными пони, драконами и многими другими. Мирная и тихая жизнь под покровительством двух принцесс – Солнечной и Лунной. Но какая цена была уплачена за безмятежную жизнь? Возможно ответ на этот вопрос наконец будет найден. Три случайных путника, оказавшиеся в неизвестности. Там куда уже многие века не ступало ни одно копыто, они обнаружат даже больше, чем ищут.

ОС - пони Человеки

Селестия

Все слышали историю о Дне Согревающего Очага. Историю о трех племенах пони, раздор между которыми привлек виндиго, и о том, как Огни Дружбы сумели спасти их от ледяного рока. Бесчисленные поколения эта легенда передавалась из уст в уста, но как сильно она могла измениться за прошедшие века? И была ли в ней хоть капля правды? Ответ на этот вопрос знает лишь Селестия, но она бы предпочла, чтобы прошлое навсегда осталось забытым.

Принцесса Селестия

Автор рисунка: BonesWolbach

Сабрина. Начало

Глава 13. Переговоры

Три дня мне было нужно, чтобы получить ответ из Кантерлота. По моим прикидкам, на второй день письмо должно придти на почтамт, еще день оставил на раздумья.

Встречу через Берко я назначил в том же кабаке, похожем на пещеру обедневшего престарелого дракона.

Место выбрал не случайно. Недалеко стояло здание бывшего пивзавода, без окон без дверей, заброшенное уже лет пятьдесят как. И оттуда, с четвёртого этажа, отлично обозревались окрестности. А отступить, если что, хоть и немного ободравшись, можно было по старым нориям, которые почему-то не сдали на металлолом. Позицию занял с раннего утра, без сожаления бросив очередной временный приют. Сколько их таких уж было.

Расстелил на полу тощее одеялко, поставил в угол импровизированный горшок, достал бинокль и стал наблюдать, не пожалует ли по мою душу вся Пятая армия с ТЯО, средствами ПВО, танками и магами. Ну, или там хоть отделение спецназа, мне и этого хватит.

Но пока, однако, противная сторона условия соблюдала. Ко входу подкатил неслабый такой сарай, на который не хватило бы моего денежного содержания за всю жизнь, из него вылезли две зебры по гражданке, и направились в рекомый кабак. Да, это точно они. Таких машин в этом районе никогда не было, и никогда больше не будет. Хорошо, что переговоры планируются короткими, а то открутят у тачки колёса.

Я попытался вспомнить, те ли это зебры, что пытались влезть в кабинет полковника во время разговора, но не смог, да и не важно это… Спустился на первый этаж, обогнул квартал, чтобы придти с другой стороны, и наконец-таки вошёл в зал. Уселся напротив них на лавку. Получилось так, что спиной ко входу. Психологи, мать их так. Хотя, было бы у них ума чуть больше, поняли бы, что нервировать меня сейчас не стоит… Впрочем, если бы я пришёл первым, то занял бы точно такую же позицию.

— Здравствуйте, капитан.

— И вам не хворать. Я гражданский.

Собеседник не стал спорить, но напомнил:

— Вы обязаны отчётом.

Я усмехнулся:

— Хотите сказать, меня не ждал там дружелюбно настроенный… В смысле, настроенный с дружелюбием, пулемёт?.. Давайте не будем заниматься хернёй и терять время. Берко сказал, со мной хотят поговорить. С вами говорить мне не о чём. И вот хочу спросить, где тот, с кем есть о чём?

— Мы вас отвезём…

— Неужели я так сильно похож на идиота? — я заозирался, якобы в поисках зеркала, чем несколько испугал их. — Никуда я с вами не поеду. На этом же месте, завтра в это же время. Вам приходить необязательно. Счастливо оставаться. Кухня здесь отличная, советую попробовать.

Я вышел, спустился по ступеням (кабак находился на высоком цоколе), и направился в противоположную от пивзавода сторону. Надо было бы ещё там в сортир зайти, но это, пожалуй, превышает допустимый риск. На параллельной улице есть такая же забегаловка. Заодно минералки возьму, её-то, думаю, можно пить без риска получить какую-то кишечную инфекцию. Ночевать мне придётся в тех же развалинах (так как возможно, спецназ начнёт занимать позиции с ночи), надо подготовится. По хорошему, надо бы вообще ночью не спать, но хрен знает, что меня ждёт дальше, отдых необходим.

Поэтому я поднялся наверх, натянул на лестнице пару лёсок с консервными банками, стащил к выходу весь деревянный мусор, растянулся на одеяле и чутко заснул. Проснулся около полуночи, когда внизу начался пьяный гудёж. То ли молодёжь чудесит, то ли нищие. К счастью, у них хватило то ли ума, то ли лени не подниматься наверх. Да и то сказать — местами в полу были дырки от бродильных баков. Можно сверзиться впотьмах аж до первого этажа. Я-то днём запомнил, где ямы, а от них, конечно, такого ожидать тщетно. Лишь часа через два всё затихло, и дальше я спал урывками по 15-20 минут, а к четырём окончательно проснулся. На улице серело. Я взял бинокль и внимательно уставился в окно.


— Как наши дела?

— Нормально, — Кеура неопределённо покрутила в воздухе копытом. — Из Запустынья только деньги плохо стали приходить. Я накрутила хвост Идрис, дала две недели. Не исправятся, полетят петлицы у кого-то, а может и головы.

Велара, чуть улыбнувшись, изобразила строевую стойку.

— Разрешите доложить, у меня всё в порядке, мои все платят.

— Я знаю, — кивнула Кеура, и серьёзно добавила, — что бы мы без тебя делали…

— Ну и поскольку по этому поводу имею немного свободного времени, я поговорила с Сепп Чоном.

— Напомни, кто это?

— Снайпер из Управления спецопераций. Бывший. И подающий надежды молодой политик — действующий. Нам он интересен тем, что год прослужил в группе «Джей-два». Согласись, это факт в биографии. И два месяца был как бы на «стажировке» у нашего общего друга… Я подумала, что нам не помешает взгляд изнутри.

— А почему этот молокосос? Через группу прошло сотни три специалистов: от медиков до сапёров. Некоторые служили там много лет…

— И никто из них не стал бы со мной говорить, не тот контингент. То есть, если бы начальство приказало, они бы, конечно, оттарабанили выдержку из его послужного списка… Что там обычно пишут в характеристиках: «проявляет высокую выучку, орально уступчив...» Ой, то есть «морально устойчив»…

Кеура фыркнула от смеха.

— … Но это всё я могу в досье прочитать, а правды там, как ты понимаешь, хорошо если половина. Никто же сор из бунгало не любит выносить… А этого Сеппа, во-первых, выперли из группы, за что он на сослуживцев несколько обижен, а во-вторых, понимает, что оказать Веларе услугу — это хорошая инвестиция в будущее.

— За что выперли-то?

Велара уселась в кресло у чайного столика, начала придирчиво перебирать банки.

— Ты знаешь, тот редкий случай, когда можно сказать «ни за что». Просто неприятный он какой-то. Неискренний. Мы когда говорили, было видно, что он из шкуры выворачивается, чтоб быть полезным, но всё равно постоянно казалось, что врёт… Гипертрофированные интонации. Комплименты не к месту… Мне после этого разговора захотелось рот прополоскать. А военные, они в этом плане как дети — фальшь сразу чувствуют, его ещё долго терпели… Но, если честно, большой пользы не было. Не нашли они тогда с Немым общего языка. Подытожить всё, что он сообщил, можно так: его бывший наставник не соотносит доходы с потерями. То есть идёт до конца, невзирая на риск последствий. Тут источнику, думаю, можно доверять, поскольку сам этот Сепп Чон доходы всегда соотносит, и не заметить столь вопиющую разницу в подходах просто не мог… Слушай, я вот что сказать хотела: может, ну его нахрен? Ну, прожили мы с тобой по сорок пять лет без этих тайных знаний, и Зебрика простояла невесть сколько тысяч лет после ухода аликорнов, и ничего…

Кеура откинулась назад, чуть побарабанила копытом по столешнице.

— Даже если забыть, что Луна и Селестия который век усиленно пытаются вывести себе подобных; и уверить друг друга, что этого не случится никогда, остаётся экономика. Мы проигрываем по двум основным причинам… Нет, по одной. Нет, всё же по двум, — она криво улыбнулась, — если считать двух принцесс за две причины… — И внезапно гаркнула. — Какого буя Идрис и я должны прикрывать контрабандистов, вместо того, чтоб развешать их вдоль побережья?! Если на каждого лежит папка, и мы знаем, сколько раз каждый за ночь ходит сцать?!. Почему ты разрешаешь в промышленности маржу в двести, в триста процентов, но чтобы две трети заносили тебе? — Она успокоилась, и продолжала нормальным тоном. — Единоначалие. Которое есть у них, пусть и с некоторыми выкрутасами, и которого нихрена нет у нас. Когда мы вынуждены доход государства полулегально собирать в обход чванных кретинов… И вторая причина, имеющая тот же исток — мы тупо должны держать больше войск и ракет, чтобы компенсировать преимущество, создаваемое аликорнами, что, как ты знаешь, тоже стоит денег… Это стратегический тупик, выйти из которого можно двумя путями — выбить аликорнов, чем мы пытаемся заниматься, или же самим получить некое оружие, способное компенсировать отставание… И вот ещё что. Мы с тобой уже довольно скоро сдохнем, или отойдём от дел. А те, кто придёт на наше место, они радостно используют выстроенные нами механизмы изъятия прибавочной стоимости, но я не уверенна, что будут строить на эти деньги школы для волшебников, или инженеров премировать. А скорее построят себе «Лунный замок» под столицей…

Пискнул селектор.

— К вам капитан Стен…

— Пусть войдёт.

И по сияющему лицу особиста, обе магички поняли, что рыба клюнула. Правда, в отличии от капитана, отлично соображали, насколько опасной эта рыба может быть…

— Ты ездить умеешь? — Спросила Кеура у напарницы.

— Чего?

— Машину, говорю, водишь?

— А… Да в юности когда-то училась, но боюсь что…

— Понятно. Стен, у вас есть машина? С затемнёнными стёклами?.. Хорошо. Поработаете водителем.


— Капитан, вы идиот? — Поинтересовалась Кеура. — Это что, ваша машина? И вы приехали на ней за нами? Чтобы везти на переговоры с Немым?.. У вас десять минут, чтобы найти нечто менее броское.

Стен умчался куда-то в сторону гаражей, а они с Веларой и ещё одним жеребцом остались ждать. Третий член команды заметно нервничал.

— У этого, по ходу, чувства самосохранения вообще нет. Если не получится с Немым, есть кандидатура на замену… Напомни мне потом разобрать по гаечкам Особый отдел Пятой армии. Мне интересно, откуда у них такие машины…


На удивление, спецназ так и не пожаловал. Впрочем, не было и переговорщика. До назначенного времени оставалась пара минут. Ладно. Всё равно сильно опаздывать не годится.

Я спустился, и уже не путая след, направился к питейному заведению, взошёл по лестнице на веранду, и тут из-за угла появилась малолитражка. О, наконец, кто-то умный пожаловал. Машина остановилась там, где вчера стоял драндулет представительского класса. Я кивнул им, и отступил в тень «пещеры», впрочем, недалеко, чтоб видеть улицу из темноты на свет.

Дверь авто открылась, и в мою сторону бодро протрусил незнакомый жеребец. Что-то было с ним не так. Я отступил дальше к барной стойке, ожидая, когда он войдёт. Чувство опасности всё наростало. Конечно, это может быть паранойя, и даже наверняка, но… Почему у переговорщика, талантливого интригана и высокопоставленного зебра, такой затравленный взгляд?

Додумывал я, уже распластавшись в отчаянном прыжке. К счастью в этом кабаке отродясь не было оконных рам. Запоздало трепыхнулся в кармане конверт с письмом, вероятно, предупреждая об опасности; и тут ахнуло. Я уже падал ниже нижней кромки окна, но всё равно воздухом рвануло знатно, перевернув меня в полёте. Сверху со свистом пронеслась горсть щебёнки и ещё кусок скамейки.

Картинка сменилась, и я обнаружил, что лежу мордой в асфальт, нещадно саднят ободранные колени, а надо мной стоят двое полицейских и доктор.

— Этот живой. Давайте его в машину.


— Ну иди, — сказала Кеура безымянному жеребцу. — Передашь ему, что я велела, и все твои грехи будут забыты, а то мне недосуг лясы точить. — И когда он вышел, кивнула Стену. — Поехали-поехали.

Велара с удивлением посмотрела на напарницу.

Дождавшись, пока машина немного отъедет, Кеура крутанула в воздухе копытом. Раздался грохот взрыва. Капитан, от неожиданности, вильнул рулём, но магичка удержала его телекинезом.

— За дорогой следите. Иначе, будете следующим…

— А я-то думала, на Дискорда нам этот тип… Что это было? — Спросила Велара.

— Взрыв бытового газа. Так напишут в полицейском отчёте.

— Это понятно. А на самом деле? Ты же, вроде, использовать его хотела…

— На нём была метка Луны. Понятия не имею, где он её подхватил, но во время разговора нас внезапно могло стать четверо. Что как бы чревато большими жертвами и разрушениями… Ну и двум магичкам из первого десятка выходила прямая дорога на кладбище… Я надеюсь, номер вашей машины, капитан, в прошлый раз никто не запомнил. Ну да об этом мне завтра доложит полицейский комиссар района…