Распечатывая Магию

Некоторые вещи никогда не надо было открывать.

Твайлайт Спаркл Другие пони

Книга Огня

Зарисовка родилась из желания написать пару рифмованных строк, а потом всё как заверте... Так что теперь перед вами совершенно неожиданное для меня произведение, которое вообще-то должно было стать частью бóльшего фика, но всё как всегда пошло не по плану. Фик расскажет о загадочной книге из далёкого прошлого, о любви, семье и смерти. Читайте медленно и с удовольствием.

ОС - пони

Пух и перья

Житие аликорнов полно сюрпризов...

Твайлайт Спаркл Спайк

Богиня по совместительству (и Церковь Почты)

У кого в наши дни есть время быть Богом? Молитвы приходят в режиме 24/7, и дресс-код тоже является обязательным. У Рэйнбоу Дэш определенно нет времени на подобное. Ей нужно платить по счетам, да и всем остальным заниматься. Кроме того, она, конечно же, не годится для того, чтобы стать богиней. Однако пони, которые утверждают, что ее контроль над погодой божественен, к сожалению, с ней не согласны. Они дали ей забавное копье и тогу, которая не совсем по размеру. У них есть свой собственный храм, и они очень серьезно относятся к религии. И оказывается, Рэйнбоу Дэш не единственная пони, недавно пережившая Возвышение...

Рэйнбоу Дэш

И крыльями своими я укрою тебя

Герой выхаживает лежащую в коме пегасочку.

ОС - пони

Four of a kind

Что может быть хуже срыва важных переговоров на государственном уровне? Только ситуация, когда этим переговорам угрожают жуткие существа из древних легенд с записями мрачных предзнаменований. Элементам Гармонии и их помощникам придется ввязаться в расследование, результат которого может оказаться весьма неожиданным…

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Луна ОС - пони

День кьютимарки

Малышке Эпплблум наконец пришла пора получить свою кьютимарку. Но у семьи Эпплов на этот счёт есть одна давняя традиция...

Эплблум

Потухшее вдохновение

Жизнь частенько подкидывает нам испытания. Полагается, что встречать их нужно с гордо поднятой головой. Но как реагировать, когда на кону стоит вся твоя жизнь? Если светлое будущее рушится прямо на глазах? Хватит ли Вам духу принять этот удар судьбы? Многие самоуверенно ответят: "Да!". Но Аффлатус придерживается иного мнения.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек ОС - пони

Ради Науки!

Твайлайт получает от Принцессы Селестии на исследование цветок ядовитой шутки необычного розового цвета. Обычный осмотр не выявляет в цветке ничего необычного, и она решает, что Флаттершай будет отличным подопытным, чтобы испытать на себе действие этого таинственного растения. Эффект оказывается довольно... неожиданным. Длиной около фута, если вы понимаете...

Дело о яйтс-с-сах в кустах

Таинственные нападения в Кантерлоте, бессилие понилиции, и наши отважные детективы спешат на помощь...

Пинки Пай Принцесса Луна Лира Бон-Бон Кризалис Старлайт Глиммер

Автор рисунка: BonesWolbach

Сабрина. Начало

Глава 23. Старшая группа

Впервые при посторонних мать разрешила Сабрине открыть и рог, и крылья. Теперь она уже могла сама создавать иллюзии, чем, конечно, очень гордилась…

— Ты не должна боятся своих новых соучеников. Они уже взрослые, и не будут тебя обижать. Но так же ты не должна пытаться заставить их боятся тебя. Помни, что ты ещё мала, обучение твоё не окончено, и если в некоторых вещах ты очень сильна, то в других слаба. Потому, если нарвёшься на неприятности, не бегай ко мне жаловаться.

— Я поняла, мама, — вздохнула Сабрина, и вошла в комнату. Там на диванчиках, вокруг стола, сидели три молодых единорожки. Одна тонконогая, высокая, темно-синей масти. Жюли. Другая зелёная, с сонным взглядом, но сильнее и физически здоровее первой. Кетч. Это прозвище, потому что она когда-то играла в школьной команде, пока не «прорезался» магический дар. Потом стало не до того. Последняя, сиреневая, с зелёной прядью в гриве. Старлайт. Самая опасная из всех, как определила маленькая принцесса. Впрочем, чтоб это понять, не надо было быть аликорном. Год назад вышел приказ о зачислении её в «пятидесятку» и об этом писал дворцовый бюллетень. Остальные двое такой чести удостоены не были.

— Привет. Я Сабрина.

— Привет, — единственная из всех ответила Кетч. Старлайт задумчиво рассматривала девчонку, а Жюли и вовсе полировала копыто, и не могла отвлекаться. — Я Кетч. Точнее, Умпара де Леаст, но короче, Кетч…

— Гм… Принцесса Селестия сказала, что я буду учится с вами.

Кетч открыла было рот, чтобы что-то сказать, но тут вступила Старлайт, и зелёная единорожка умолкла.

— А ты справишься? Тут у нас, знаешь ли, не детский сад.

— Я постараюсь. — Сабрина уперла взгляд в прищуренные глаза Старлайт, и не отводила, пока единорожка не улыбнулась и не кивнула.

— Ну, заходи, раз так.

Она уселась на свободное кресло (их было вокруг стола немало).

— Сено будешь? — Спросила Кетч, — или яблоки? Я режимлю, а эти две, — она кивнула на подруг, — по моему, вообще ничего не едят, фигуру берегут.

— Пожалуй, фрукты. — Сказала Сабрина, так как сено есть она всё равно не могла.

Жюли фыркнула:

— А тебе, Кетч, тоже не мешало бы последить за фигурой, а то тебя как топором из бревна вытесали. Ты же дворянка, что за манеры…

— Э-э… — Отмахнулась единорожка, — настоящие дворяне не по балам скакали, а саблями махали. Это вот навыдумывали херни в галантной литературе… ой.

— Ничего. — Сказала Сабрина, — я умею ругаться.

Старлайт внезапно расхохоталась.

— Извини, это я не в обиду… Но ты дала мне пищу для размышлений. Я Старлайт Глиммер, великая и ужасная. То есть на самом деле, очень скромная и добрая, но чтобы не садились на шею, приходится поддерживать реноме. Ни разу не дворянка, смерды мы… Это Жюли, она тоже из разночинцев. Так что «её милость» у нас только одна — та, что меньше всех похожа на леди. Если только… Но ты же не «милость», а как минимум «светлость»? — Старлайт пронзительно посмотрела на аликорна. — А то и «высочество»?

— Не понимаю, что ты говоришь, — спокойно ответила Сабрина, сбрасывая с себя «определитель лжи».

— А ты в самом деле сильна, — улыбнулась единорожка, — ну что ж , будем считать, что в нашем маленьком коллективе все равны.

Через некоторое время, Старлайт посмотрела на часы, и сказала, что ей пора на встречу с каким-то Санбёрстом. Жюли просто ушла, не озадачиваясь прощаниями, а Кетч сказала Сабрине:

— Будь с ней осторожнее, она вправду опасная. Ещё не было такого, чтобы студентку высочайшим указом принимали в «пятидесятку». Кроме Сансет. Но она, во первых, уже считалась не студенткой, а во-вторых, многие знали, чья, на самом деле , она дочь… И, короче, один из молодых магов усомнился, а достойна ли она? Старлайт его так отмудохала, что его еле спасли. Но дуэльный кодекс не был нарушен, так что к ней претензий не было. Вобщем, я не знаю, кто ты и откуда, да и не хочу знать, но если уж ты влезла во взрослые игры, то будь всегда начеку.

Сабрина вздохнула: « я и рада бы де, не влазить, и остаться в своём старом классе, и никого там не бить, пусть по три раза на день называют беспризорницей, но уже ничего не поправить.»

— А чья она дочь? — поинтересовалась кобылка.

— Сансет? Селестии. Только я тебе это не говорила.

Сабрина чуть не подавилась яблоком.

— Ты врёшь.

— Да с чего бы?

— Ты врёшь! — Рявкнула Сабрина так, что зазвенели стёкла.

— Ох ты ж бляха, — попятилась Кетч, и тут до неё дошло. — Погоди, стой. Я извиняюсь, была не права. Это непроверенные слухи… А ты, значит, тоже…

— Что тоже? — испугалась кобылка.
— Да ладно, ничего. — Кивнула Кетч, — Будем считать, что ничего не было… Странная ты...


Кеура перевернула листок с врачебным заключением… Давление, сахар, холестерин. Да, ещё здорова, но жизнь её неумолимо катится к закату, а она ничего не сделала. В далёкой юности, как многие честолюбцы, она хотела достичь власти, но в отличии от них не для личного благополучия, а чтобы превратить Зебрику в на века несокрушимую сверхдержаву, на которую равнялись, и которой подчинялись бы ещё многие и многие поколения. Ну и скромный памятник метров в сто на центральной площади столицы.

Но она упёрлась в мощь аликорнов, поделать с которой при всем своём уме и беспощадности, ничего не могла.

Агенты Ордена, и служащие подотчётного ей Министерства внутренних дел, и контрразведчики перевернули вверх дном всю страну, но не нашли новорожденного зеброкорна… И сегодня на стол ей легла бумага от армейской разведки, которой она долго не хотела верить.

В Кантерлоте, при дворе, воспитывается юная кобылка-аликорн.

Кеура выдвинула ящик стола, посмотрела на тяжёлый чёрный пистолет. Неудобная зараза, но сойдёт. По сути, делать ей в этом мире больше нечего.

Она задвинула ящик. Нет, лучше умереть в бою.

По экрану компьютера бежали строки новостной ленты. «Сепп Чон побеждает в южных сатрапиях». «Подсчёт голосов показывает убедительную победу Сепп Чона».

Да, это её победа, но она ничего не значит, потому что новый аликорн-пони множит на ноль все планы и достижения. На секунду ей захотелось телепортироваться в Кантерлот, прямо в административное здание «пятидесятки», и забрать с собой столько пони, сколько сможет.

Это была минута слабости. Она подняла перед собой стрелялку, яростно сминая её телекинезом, так, что взорвались патроны, осветив на миг перекошенное лицо зебры.

Но когда в кабинет вошла Велара, она уже была спокойна. Ничего не кончилось. Мы будем драться до конца.

— Есть хорошие новости, — сказала коллега, — из Эквестрии идут сигналы, что они готовы говорить с новым президентом, а пока со старым, о ядерном разоружении.

— Вот это прочти, — Кеура перекинула ей бумагу. — Конечно, теперь они могут позволить себе разоружение. И нас вынудить к тому.

— Бухло есть? — спросила Велара.

— В шкафу.

Магичка сделала несколько больших глотков прямо из бутылки.

— Что будем делать?

— Тянуть время и думать. Я пока не знаю, что делать, кроме отставки, но это трусость. Поедешь на переговоры. Пусть они будут на ничейной земле, у тех же кирин, например. Трахай им мозг по всякому, и ни на что конкретное не соглашайся.


Вечером, когда Сабрина зашла к матери, она спросила:

— Что там на самом деле произошло? — спросила Селестия.

— Я утратила самоконтроль, — буркнула дочь.

— Почему?

— Обещай, что не будешь никого наказывать.

Селестия подняла бровь.

— Вот как ты заговорила.

— И тем не менее, это моё условие.

— Хорошо, не буду. Итак?

— Я узнала, что у тебя были ещё дети. Но ты мне ничего не сказала.

Селестия усмехнулась.

— То есть, ты отказываешь мне в праве на счастье?

— Нет, но… Но…

— Ты ещё маленькая девочка, и склонна идеализировать всё вокруг. — Селестия взъерошила её гриву, — ну, хоть ты не угрохала Кетч. И кто знает, может, вы с ней подружитесь…

Следующей к ней зашла сестра.

— Я поняла, что за сферу купила Старлайт тогда на базаре, — сказала Луна сестре. — В смысле, кто её делал… То-то мне показалось, что это я сама, только моложе и спьяну. То есть, грубо и топорно… Это либо Фессон, либо Алое, либо они вместе. Ну, или их погибшие коллеги. Моарей, например.

— Моарей? — забеспокоилась Селестия. — Ты думаешь, хорошо, что твоя ученица носит на шее предмет, созданный этим… Этим существом?

— Не обязательно им. — поморщилась Луна. — И даже вряд ли. Артефакт сделан с определённым юмором. Например, он «прилипает» к аликорнам. Моарей же был мрачный мясник, если верить легендам… Хотя верить им, конечно, надо с осторожностью.

— А для чего этот артефакт? — задумчиво спросила Селестия. — Такие как мы, не делают ничего просто так. По крайней мере, артефакты с подзарядкой на много тысяч лет… В нём, определённо, есть какой-то тайный смысл