Автор рисунка: Siansaar
Пролог Глава 2. Выбора нет

Глава 1. Мой первый день кобылой

Я проснулся от льющегося в окно солнечного света. Вспоминая о прошедшей ночи, я пришёл к выводу, что мне приснился самый хреновый сон в жизни. Сумасшедшая розовая пони, похитившая моё тело, Шайнинг Армор, считавший меня своей женой, а затем я вдобавок поцеловал его на ночь. Последнее вообще было отвратно. Хотя интересно узнать, что случилось бы, не отклони я его предложение заняться сексом? Я не гей в любом смысле слова, но оглядываясь назад, было бы интересно увидеть, к чему всё приведёт — во сне можно.

Но ладно, сон закончился, и оно к лучшему, потому что Шайнинг уже начинал мне слегка нравиться. Слава богу, он исчез прежде, чем я…

— Доброе утро, милая, — сказал голос рядом со мной.

Я медленно открыл глаза и посмотрел в сторону голоса. Однако странно, Шайнинг лежит на кровати рядом. Постойте-ка, я по-прежнему с Шайнингом?!

От хлестанувшей по нервам паники я распахнул глаза и уставился на него.

— Почему… ты до сих пор здесь?

Сам он не спешил открывать глаза, но улыбнулся.

— Сегодня суббота, глупышка. Мы не работаем и можем заняться чем угодно.

Какого хрена происходит, неужели я всё ещё сплю?! Невозможно, ведь я только что проснулся!

Быстрый взгляд по сторонам не принёс никаких ответов: комната была мне незнакома. Догадываюсь, что это спальня из прошлой ночи, просто из-за погашенного света я не разглядел её толком — но хватит, мозг, прекращай, я же не могу всё ещё спать! Я глянул наверх и увидел большое зеркало над кроватью; очень не хотелось думать, зачем оно тут находится, поэтому сосредоточился взглядом на том, что вижу. А видел я Шайнинга Армора, уютно устроившегося под боком у жены, которая таращилась в зеркало полными ужаса глазами.

Чёрт.

Я откинулся обратно на подушку; мне требовалось как следует поразмыслить, что происходит. Итак, я был дома, затем появились тот голубой свет, портальная штукенция, Кейденс в моём телевизоре, затем…

Шайнинг прервал мои размышления, потёршись носом о шею:

— Кейденс…

Я повернулся и увидел, как он, улыбаясь, смотрит мне в глаза. Он взаправду думает, что я его жена?

Жеребец улыбнулся шире.

— Кейденс…

Я украдкой посмотрелся в гигантское зеркало, убеждаясь, что действительно нахожусь в теле его супруги. Похоже, на время придётся смириться с новым именем.

— Да?

— Люблю тебя, Кейденс, — он поцеловал мои уши.

Все до единого волоски на загривке встали дыбом. Грань жути осталась где-то далеко позади. Хотя трудно винить этого парня, ведь он просто заботится о жене. Ведь Шайнинг очень заботится обо… мне.

Он перестал целовать мои уши и выжидающе посмотрел на меня. Ох, точно, он ждёт моего ответа. А что же он сделает, когда сообразит, что я самозванец? Лучше не узнавать; я просто подыграю ему, пока не разберусь во всём.

— Я… я тоже люблю тебя, Шайнинг.

Он улыбнулся и придвинулся ко мне головой. Ах ты ж, он собирается поцеловаться! Хотя я ожидал этого, раз уж сказал, что люблю его. Медленно я открыл рот, и язык Шайнинга сию секунду погрузился в него. Я инстинктивно вскинул руку (вернее, копыто), чтобы приготовиться оттолкнуть нежеланного ухажёра, но помедлил несколько секунд и опустил. Проклятье, а он в самом деле хорошо целуется. Вероятно, причиной тому были чертовски большие размеры языков пони, с которыми надо играть куда больше и искуснее, чем с человеческими. И сейчас я испытывал самый чувственный поцелуй из всех, которые у меня когда-либо случались. Но как бы Шайнинг ни был хорош, я не пребывал в восторге, что мне отведена роль девушки. Надо было выбираться из кровати до того, как всё зайдёт дальше. Поэтому с нервной улыбкой я прервал поцелуй.

— Так… доброе утро. Я пойду и приготовлю завтрак…

Я попятился с кровати, надеясь поскорее улизнуть от Шайнинга, но он протянул копыто и схватил меня за переднюю ногу.

— Милая, я так-то надеялся, что мы начнём день… ты знаешь… — он мотнул головой вниз, и я перевёл туда взгляд.

Твою ж понячью мать, большего ствола в жизни я не видел! Я смотрел на него с отвращением и лёгким страхом. Выражение «конский агрегат» точно появилось не без причины, и Шайнинг яркий тому пример. Головка по толщине почти не уступала копыту, а в длину он был с мою ногу! И хотя прошлой ночью член показался мне большим… но сейчас вблизи это оказался настоящий ебучий монстр!

Меня явно выдала морда, потому что Шайнинг придвинулся и спросил:

— Что-то случилось, дорогая?

Я отвернулся от него и его выставленных напоказ причиндалов.

— Мне просто нужно сходить в туалет, а затем поесть, — я указал копытом на его пах. — А с этим мы разберемся позже, — и мысленно добавил: «Намного, намного позже, а лучше вообще никогда».

Шайнинг вздохнул, и я уловил скрытую в его голосе лёгкую тоску.

— Хорошо, милая, всё в порядке. Ну, тогда встречу тебя за завтраком через минуту-другую, мне нужно разобраться с одним дельцем, — Шайнинг плюхнулся на спину и принялся гладить член обоими передними копытами.

Я моргнул: он серьёзно? Да какой парень начнёт дрочить, если кто-нибудь есть в комнате?! И тут же мысленно ответил себе: «Ну, формально, ты его жена и чего тут не видела?»

Всё, хватит, надо пройтись в туалет или куда-нибудь ещё — лишь бы свалить от этого безумия хоть на минуту. Я выскользнул из кровати и неуверенно встал на копыта, пока не до конца представляя, как надо передвигаться на них. К счастью, Шайнинг сейчас был занят собой и не заметил, что его жена ходит как пьяница.

Наконец-то я проковылял через комнату и открыл дверь туалета — но это оказался стенной шкаф. Вспотев от страха и быстро глянув на Шайнинга, я попробовал следующую — и вот тут-то мне сопутствовал успех! Задом я зашёл внутрь и прикрыл дверь, удерживая рукоять зубами, а когда обернулся, то лицом к лицу столкнулся с Кейденс. Сдавленно взвизгнув, я отпрянул, и только секунду спустя осознал, что смотрю в большое зеркало, и та милая розовая пони в отражении как раз я и есть. Теперь ещё и к отражению новому привыкать.

С минуту я стоял и думал, кусая губы. Всё было слишком реально для сна, вдобавок он уже долго не менялся. Сколько часов я провёл в этом теле, восемь? Сны не так упорядочены и не длятся столько. Может, если ущипнуть себя, то я проснусь? Хотя моими конечностями щипаться будет затруднительно. Тогда стоит попробовать что-нибудь ещё; например, ударить себя по лицу!

Я поднял копыто, прицелился и…

Хрясь!

— Ау-у-у-у! — взвыл я. Больно!

— Милая, с тобой всё хорошо? — сквозь дверь проник голос Шайнинга.

Я прикусил себе язык.

— Да, я в порядке, не беспокойся, милый! — даже не знаю, с чего добавил последнее слово. Подумалось, что так будет гораздо искреннее, но по-настоящему оно ужаснуло меня. Да и новый голос звучит очень уж женственно. Даже говоря на эквестрианской тарабарщине, я по-прежнему слышу, какой он весь из себя девчачий.

Я взглянул на отражение, прекрасно понимая, что голос идеально подходит к этому телу. Кейденс симпатично смотрелась в мультсериале, но во плоти оказалась совершенно иной. Конечно, я не клоппер, но признаюсь, кобыла она весьма привлекательная. Повернувшись боком, я рассмотрел её длинные текучие волосы и изгибы бёдер. Проклятье, Шайнинг настоящий счастливчик, почти невозможно винить его в поползновениях в мою сторону. Для пони его жена стоит целой десятки из десяти баллов.

Я повернулся чуть дальше, встав к зеркалу задом. Поколебался с мгновение, но всё же набрался смелости, отодвинул хвост и стал изучать свои новые гениталии. Ночью я разглядел всё мимолётно, но сейчас, в спокойной обстановке, видеть их было немного странно. На мой вкус, выглядели они немного чересчур лошадиными. Знаете, беру свои слова назад, я уже не так завидую Шайнингу. Я бы ни за что не переспал с девушкой, у которой столь важное место выглядит как у лошади.

Опустив хвост и повернувшись обратно, я ещё раз окинул новое тело взглядом и попытался оценить ситуацию, в которую угодил.

— Хорошо, — забормотал я себе под нос, — по некой трахнутой причине я превратился в Кейденс. Замена идеальная, даже муж не видит разницы. Сложность в том, что я не представляю, почему так случилось и как превратиться обратно, — я сглотнул от волнения. — Знаю лишь, что возможно застрял в таком виде на всю оставшуюся жизнь.

Я вздохнул, но сдаваться не собирался. Должно найтись объяснение. Настоящая Кейденс вполне могла оставить записку или нечто в таком духе. Проклятье, даже если она нарочно ничего не оставила, где-нибудь здесь должны быть записи о её плане. В конце концов, теперь я — это она, и у меня должно получиться выяснить, какие планы она вынашивала. Я погляделся в зеркало и уставился на себя.

— Хорошо, Кейденс, что ты планировала? Раз уж решила поменяться местами с человеком…

— Что такое? — через дверь донёсся приглушённый голос Шайнинга. — Не слышу тебя, я на кухне! Говори громче, милая!

Я опустил голову.

— Ох, извини, я просто думала вслух… милый.

***

Покинув туалет, я попытался найти кухню; к тому времени, когда мне удалось, Шайнинг уже приготовил блинчики. Я поразился, как хорошо ему удалось управиться без рук, но потом понял, что он просто использовал магию. Кстати говоря, следует разузнать, как пользоваться рогом, прежде чем у кого-либо возникнут подозрения.

Снова я задался вопросом, не стоит ли мне просто признаться и рассказать Шайнингу правду, и опять отверг такой вариант из-за слишком плохого предчувствия. На свадьбе Шайнинг и так натерпелся с самозванкой вместо жены, и выясни он, что я не его супруга, он точно бросит меня в подземелье и прикажет объяснить, куда подевалась настоящая Кейденс. А раз я искренне не знаю ответа на вопрос, то наверняка останусь в тюрьме на веки вечные. Если я хочу выяснить, как превратиться обратно, то мне нужна свобода передвижений. Ничего не поделаешь, придётся играть роль любящей жёнушки.

Как только я присел за стол, передо мной опустилась тарелка с двумя большими блинчиками в форме сердечек, красиво украшенных взбитыми сливками и вишенками. И опять я до крайности изумился, глядя на них. В другой жизни я сроду не готовил завтрак для своих подружек, разве что несколько раз приносил миску хлопьев. Но это… это лучшие блинчики, которые я когда-либо видел, и Шайнинг просто…

Проходя мимо, он поцеловал меня в щёку.

— Люблю тебя, Кейденс. Я приготовил их точно так, как ты любишь.

Я смотрел, как он усаживается за другой стороной стола, и заметил на его тарелке лишь кусочек поджаренного хлебца. Так он поднялся и приготовил блинчики только для меня? Я не смог не покраснеть, посмотрев обратно на свой завтрак.

— Эмм, тоже люблю тебя… и спасибо.

За едой я почти не говорил, зато Шайнинг вовсю рассказывал о планах. Что-то о том, чтобы пойти прогуляться и сделать пару дел до обеда, а после провести остаток дня дома; большую часть я пропустил мимо ушей, слишком уж увлёкшись блинчиками. Может, у пони куда больше вкусовых сосочков, или же причина кроется в ином, но растекающиеся по языку сливки и сладковатые ягоды приводили меня в состояние экстаза. Вот каким должен быть завтрак каждое утро!

Я поднял голову на звук открывшейся двери, и в нашу маленькую столовую вошла земная кобылка в униформе и с хорошо уложенной гривой. Во рту она несла небольшой металлический поднос. При виде неё Шайнинг махнул копытом:

— О, привет, Гам Дроп.

Она опустила поднос на стол и отвесила милый лёгкий поклон:

— Доброе утро, сэр Шайнинг Армор.

Мой «муж» улыбнулся и вернулся к своему хлебцу, а кобылка повернулась ко мне и стала перекладывать письма с подноса.

— Здравствуй… — я выдавил из себя улыбку, — Гам Дроп?

Так ведь её зовут?

Она кивнула и передала мне конверты.

— Доброе утро, моя принцесса! Сегодня всего три письма, и напоминаю, что завтра на ужин прибудет принц. Сегодня мы должны уделить немного времени и подобрать вам наряд.

Я схватил письма и прищурился на её нагрудный бейджик. «Мисс Гам Дроп, личная помощница принцессы», — прочитал я и посмотрел на мордочку пони. У меня есть личная помощница? Что ж, если кто здесь и знает о планах настоящей Кейденс, то определённо она.

— Гам Дроп, — откашлялся я, — оставляла ли я тебе какие-нибудь послания?

— Я так не думаю… — она взглянула на меня. — Для кого и куда эти послания?

— Э, для меня, — я уставился на неё, всей шкурой ощущая странность такого разговора.

Гам Дроп моргнула:

— Нет, к сожалению, у меня нет посланий для вас… от вас…

— Что-то не так, милая? — посмотрел на нас Шайнинг.

Я нервно улыбнулся и потёр шею. Да бросьте, настоящая Кейденс должна была оставить мне записку хоть где-нибудь.

— Принцесса, если вам будет угодно, я спрошу у других слуг, — Гам Дроп явно заметила мою растерянность. — Может статься, вы оставили послание у кого-нибудь из них.

Я быстро закивал, обрадованный не только возможностью разжиться информацией, но и уходом от неудобного разговора. Надо вести себя в точности, как Кейденс, или люди… пони вокруг начнут подозревать ненужное.

— Разумеется, Гам Дроп, это было бы чудесно, большое тебе спасибо! — я негромко рассмеялся, надеясь хотя бы отдалённо подражать манере разговора настоящей Кейденс. — Прошу прощения за путаницу, просто я точно знаю, что оставила где-то или кому-то записку себе, но никак не могу вспомнить!

Гам Дроп ухватила ртом перо и сделала пометку в блокноте.

— Разумеется, принцесса, я посмотрю, смогу ли найти что-нибудь, — тут она вскинула просветлевшую мордочку. — Принцесса, а вы проверяли свой дневник? Возможно, вы оставили сообщение в нём.

Я навострил уши. У меня есть дневник? Замечательно! Я поблагодарил Гам Дроп и затем посмотрел на Шайнинга:

— Милый, ты видел мой дневник? Я не смогла найти его утром.

— Правда? — он склонил голову набок. — Разве он не на твоей тумбочке лежит?

Ура, уловка сработала, и Шайнинг просто выдал мне местоположение вещицы. Я не удержался от улыбки:

— Хмм, пойду проверю снова. Наверное, я просто проглядела.

Шайнинг кивнул и допил сок:

— Я пойду прогуляюсь немного, чтобы закончить кое с чем до обеда. Увидимся за обедом, милая?

Я кивнул в ответ:

— Повеселись, а я побуду здесь!

***

Едва Шайнинг ушёл, я немедля, спотыкаясь всеми копытами, помчался галопом обратно в спальню, чтобы найти дневник. Мне отчаянно были нужны ответы, и они непременно должны оказаться в нём!

Как Шайнинг и сказал, книжица нашлась на прикроватной тумбочке. Распахнув дневник, я принялся быстро пролистывать страницы и так же быстро обнаружил, к своему удивлению, что Кейденс нечасто пользовалась им: примерно дюжина записей с перерывами в месяц-другой. Хмурясь, я принялся читать.

Если верить дневнику, Кейденс не была счастливой пони, и похоже, свадьба не особо исправила положение. В каждой строчке пони жаловалась на Шайнинга и его невыносимо настойчивое общество. Целые абзацы пылали яростью, какой Шайнинг «совершенно никчёмный, женившийся только ради придворного статуса», что я нашёл совершенно нелепым. Да ясно ж видно, как этот чувак любит свою жену!

С каждой новой записью Кейденс раздражалась всё больше и больше от «постоянной привязанности» мужа и от того, как он «всегда хочет быть рядом». Я приподнял бровь: либо этой девице требовалось больше личного пространства, либо она просто сучка. Судя по тому, как она украла моё тело, я склонялся к последнему.

Последние записи я пожирал глазами в поисках любого намёка на замысел побега. Однако ничего не нашёл; единственной зацепкой, что она и впрямь планировала нечто, оказался кусочек самого последнего абзаца.


Я твёрдо решила, мне нужно убраться как можно дальше от всего этого. Совсем скоро у меня «начнётся охота», как выражается муж, и он вдобавок хочет детей. Но я пока вовсе не хочу, меня тошнит от этого жеребца, я уже буквально и минуты не вынесу с ним! Шайнинг получит свою жену, но меня тут не будет.


Уставившись на последние слова, я почувствовал, как нутро скручивается узлом. Мои ужасные предположения подтвердились: это не случайность и не сон, а заранее спланированное действо. Кейденс похитила моё тело, чтобы сбежать от Шайнинга по несколько расплывчатым причинам, однако напрашивались всего два вывода. Либо она хочет отдохнуть от замужества и развлечься в моём теле, пока я буду торчать здесь. Либо она решила полностью отказаться от старой жизни и навсегда оставить меня в её теле.

Закрыв дневник, я невидяще посмотрел перед собой, очень и очень сильно надеясь, что ошибаюсь в последнем выводе. Хотя на самом деле даже первый кошмарен. Я поднял взгляд на потолочное зеркало и спросил у своего отражения, как долго мне придётся пробыть кобылой. Несколько дней? Неделю? Месяц? Или же… навсегда?

***

Следующие часы я исследовал дворец; да-да, Кейденс и Шайнинг Армор жили в настоящем чёртовом дворце. Я догадывался, что мы находимся в Кристальной Империи, но будет странным спросить у кого-либо: «А где мы живём?».

В любом случае, местечко довольно милое. К услугам Шайнинга и Кейденс здесь был штат прислуги, и немудрено, учитывая их высокий статус. Точнее, «наш», ведь теперь я Кейденс. Должен ли я называть себя её именем? Всё зависит от того, сколько продлится план с подменой.

Под конец самостоятельной экскурсии меня разыскала Гам Дроп и с сожалением сообщила, что ни у кого не было никаких посланий. Я поблагодарил её за услугу и, закончив исследовать дворец, направился обратно на кухню. При моём появлении хлопотавший там пони в переднике отвлёкся и учтиво поинтересовался, не хочу ли я перекусить. Его именной бейдж сообщал: «Мистер Салад Чопс: персональный повар Принца и Принцессы».

— Салад Чопс, вы готовите все блюда? — приподнял я бровь.

— Разумеется, миледи, всё, что вы попросите, — поклонился он.

Я поскрёб лоб копытом.

— Но этим утром я видела, как Шайнинг готовит завтрак… — на что Салад Чопс слегка смутился.

— Да, с тех пор, как вы переехали сюда, сэр Шайнинг разрешил мне спать по утрам. Он сказал: «С такой красавицей-женой, как у меня, я и только я должен готовить ей каждое утро».

Теперь уже пришла моя очередь краснеть. Пускай я не особо привязан к этому телу, но слышать такие слова от кого-то обо «мне»… Возвращаясь к главному, какой парень освободит личного повара от утренних обязанностей, чтобы самому готовить завтрак жене? В Шайнинге действительно есть что-то такое, отчего же тогда Кейденс так сильно ненавидит его?

Хотя сейчас лучше сосредоточиться на настоящем. Я посмотрел на повара:

— Подайте мне обычный обед, пожалуйста.

Он на миг огляделся.

— Обед? Но миледи, ваш муж ещё не вернулся. Он не должен задержаться, поэтому могу ли я предложить вам лёгкий перекус до его возвращения? Тогда обед будет подан вам обоим.

— Я поем сегодня одна, Салад Чопс, — отверг я его предложение. — Нет же никаких проблем?

— Конечно нет, моя принцесса! — с запинкой ответил он. — Извольте, я подам вам прямо сейчас.

Я кивнул, когда он развернулся и скрылся на кухне. Проклятье, мне было неудобно заставлять Шайнинга есть в одиночестве, но следовало выиграть как можно больше времени. А если мы с ним останемся вдвоём, то его игривый настрой будет лишь вопросом времени.

***

Вкуснейший салат с тремя различными заправками я съел быстро и постарался скорее вернуться в покои. Шайнинг наверняка придёт с минуты на минуту, а раз я не мог нигде от него спрятаться, то решил поступить по-умному. Прямо сейчас я лягу спать и постараюсь не просыпаться настолько долго, насколько возможно. Чем убью двух зайцев: Шайнинг увидит, что я сплю, и оставит меня в покое — а вечером я смогу бодрствовать допоздна, и Шайнинг утомится до того, как я лягу спать. И мне не придётся заниматься чем-либо в постели с «муженьком».

Довольный гениальным планом, я лёг на кровать и закрыл глаза. Не удержавшись, мягко потёр ногами друг о друга: ощущение шерсти на шерсти было изумительным, а само тело, как ни крути, — уютным. Улыбнувшись себе, я провалился в послеобеденный сон.

***

Мне снилась моя подружка Бритни. Мы страстно целовались в моей спальне, и я уже стаскивал с подружки одежду. Вскоре она осталась без лифчика, и я принялся целовать её восхитительные груди. Спустя несколько жарких мгновений она отодвинулась и принялась раздеваться до конца. Я прислонился к стене и наблюдал, как моя девушка наконец-то избавляется от трусиков, затем кружится, показывая всю себя. И смотрит на меня любящими глазами:

— Нравится то, что видишь?

Вместо ответа я шагаю вперёд, хватаю её за талию и бросаю на кровать. Она смеётся как дурочка, а я начинаю целовать её животик, постепенно опускаясь ниже. Провожу руками по гладким бёдрам, а языком дотрагиваюсь до запретного плода. Я начинаю ублажать свою девушку там, наслаждаюсь женственным запахом, затем ненадолго прерываюсь и смотрю ей на лицо.

— Бритни, кто моя девочка?

— Я! — хихикает она, и я награждаю её поцелуем в клитор.

На секунду в ушах начинает звенеть, а в глазах двоится. Внезапно я понимаю, что лежу на кровати и чувствую, как внизу что-то происходит. Посмотрев вдоль тела, вижу спереди у себя пару грудей — и меня самого, елозящего лицом между моих ног. Мы поменялись местами, я очутился в теле Бритни!

Ещё несколько секунд я наблюдаю, как «я»… этот парень вылизывает мне киску. Затем поднимает голову и ухмыляется:

— Бритни, кто моя девочка?

Гляжу на своё обнажённое со всеми прелестями тело и неуверенно говорю:

— Ну… я?

Вновь слышу звон, опять в глазах двоится. Когда туман пропадает, я осознаю, что остался на том же месте и в том же виде, но парень изменился. Уже Шайнинг Армор сидит напротив и вылизывает мою человеческую киску. В животе растекается приятное ощущение, но через несколько прикосновений языка он останавливается и смотрит на меня:

— Бритни, кто моя девочка?

Чувствуя себя увереннее на сей раз и начиная получать удовольствие, я твёрдо отвечаю:

— Я.

Снова звон, снова туман перед глазами. Всё тело содрогается в слабой судороге, и туман рассеивается. Шайнинг по-прежнему сидит между моих ног, но сам я изменился. Теперь я не Бритни, а Кейденс.

Секунды проходят, и я смотрю в потолок своей спальни в родном мире. Никогда прежде я не испытывал ничего похожего во сне — но оно действительно того стоит! Ощущаю всю поверхность гладкого языка жеребца, и не хочу, чтобы это прекращалось. А Шайнинг плавно отодвигает язык и спрашивает:

— Кейденс, кто моя кобылка?

Я слегка вжимаюсь бёдрами в его морду и отвечаю:

— Я. Я твоя кобылка, Шайнинг.

И закрываю глаза, пока ощущение внизу начинает нарастать.

— М-м-м, что ты сказала? — раздаётся между ног приглушённый голос.

Я открываю глаза и зеваю, смотрю на зеркальный потолок в спальне Кейденс. В отражении я вижу сонную розовую пони, лежащую на спине, и её мужа, отлизывающего ей киску.

Я заморгал… и содрогнулся от нового приступа удовольствия, когда большой язык вошёл в меня. Постойте-ка, но ведь я же не сплю?

Ох, чёрт.

Я сглотнул и уставился на Шайнинга. Он… сейчас в самом деле происходит то, что происходит? Ответ на вопрос я получил, когда Шайнинг вынул язык и облизал щёлку, отчего в голове у меня аж зазвенело. Но я не хочу, всё это неправильно! Мне не должны нравиться ласки другого парня, я точно не должен чувствовать язык у себя в вагине и не должен наслаждаться этим! Я просто лежал, с ужасом, очарованием и удовольствием наблюдая, как Шайнинг продолжает страстно ублажать меня ртом.

Конечно, у меня бывал оральный секс с девушками, но сейчас ощущения совершенно отличались: сладостное чувство расходилось от моих кобыльих гениталий по всему телу. Но я не должен чувствовать себя так, и вообще я другого пола. Надо ли мне попросить Шайнинга остановиться? Мне непременно нужно попросить его остановится… я просто подожду ещё секунд десять… м-м-м… и ещё десять…

Наконец, я заговорил. Я пытался произнести его имя с долей властности, пытался сказать, что я не в настроении для подобного. К сожалению, меня хватило лишь на слабое:

— Шайнинг…

Он помедлил мгновение, но даже не поднял голову. Я открыл рот снова, и именно этот момент Шайнинг обхватил губами клитор. Удовольствие молнией пронеслось по хребту, и с моих губ сорвался женственный стон. Ухмыльнувшись, жеребец всё-таки оставил киску в покое и прилёг со мной мордой к морде. Я увидел, как он приближается ртом к моему рту, догадался, чего он хочет, и у меня не хватило силы воли на сопротивление. Только я разлепил губы, как Шайнинг глубоко поцеловал меня. На этот раз его вкус совершенно отличался, и нетрудно было догадаться, почему. Мне следовало скривиться в отвращении, но прежде, чем я что-либо предпринял, Шайнинг дал понять, что далеко не новичок, прикоснувшись копытом к половым губкам. В следующие мгновения он стал тереть меня в таких местах, о которых я и не догадывался, и вскоре я невольно застонал снова, прямо в его рот.

Даже девушкой я мог сказать, насколько это завело Шайнинга. Он удвоил свои усилия, и я простонал снова, пока наши языки танцевали вокруг друг друга. Я больше не мог соображать, что происходит, мой мозг просто не был готов к такому удовольствию. Слишком сосредоточившись на ощущениях внизу живота, я забыл, что мы целуемся, и погрузил язык глубоко в рот моего жеребца. Безумие, но как бы мне ни хотелось, я испытывал неимоверное наслаждение. Да и как не мог? Всё в паху изнывало от желания, а наши языки никак не могли угомониться.

Внезапно Шайнинг прервал поцелуй и опустился головой обратно к моей промежности. Я вознамерился было прекратить сумасшествие прямо сейчас, но решил подождать ещё немного. Закрыв глаза, я приготовился снова получить удовольствие от умелого языка Шайнинга, но он всего несколько раз лизнул киску и отодвинулся. На мгновение я смутился, с чего он так резко прервал всё? Когда я был парнем, то прекращал отлизывать девушке только, когда намеревался…

Ебать!

Распахнувшимися глазами я увидел, как Шайнинг присаживается на задние ноги, а его полностью вставший член-переросток уже готовится войти в меня. В горле всё сжалось, когда я осознал, что происходит, а моя киска начала «подмигивать», желая поскорее заполучить член. Шайнинг упёрся передними копытами возле моей головы и всхрапнул, приготовившись толкнуться внутрь.

— А-а-а! Стой-стой-стой! — завизжал я, размахивая передними ногами и выползая из-под него.

Шайнинг, которого от секса с женой отделяли секунды, на миг замер, а после соскочил на пол.

— Что такое, Кейденс? С тобой хорошо?

Я взглянул на «мужа», по-прежнему видя его член промеж задних ног, вставший и готовый войти в меня. В груди перестало хватать воздуха; боже, какого хрена я позволил ему проделать всё это со мной и зайти так далеко?! Только из-за приятных ощущений я позволил себе побыть девушкой, но ещё секунда, и он бы трахнул меня! О нет, я не могу позволить произойти такому! Мне нужно убраться отсюда!

Посмотрев на Шайнинга, я попытался дышать спокойно:

— Нет, Шайнинг, прости, но я не могу сделать этого.

Его уши поникли.

— Но мы женаты… и мы хотим детей…

Я стиснул задние ноги, остро ощутив, как сильно промок внизу.

— Просто не… сейчас. Не могу сделать этого прямо сейчас. Прости.

— Кейденс, — его уши поникли ещё больше, и он уставился в пол.

Я встал с кровати и подошёл к нему, в самом деле чувствуя, как мне его жаль.

— Послушай, Шайнинг, — я положил копыто ему на плечо, — сейчас у меня возникло кое-что, с чем я пытаюсь разобраться. Сложно объяснить, но всё же…

Он посмотрел в мои глаза, и я мог сказать, насколько неуверенно он чувствовал себя. Ненавижу, что Кейденс втянула Шайнинга во всё это; если она хотела устроить себе отпуск на Земле, то не могла, что ли, заранее предупредить мужа? Я искренне посочувствовал этому бедняге.

Прикусив кончик языка, я сообразил, что надо сделать. Раз уж делал такое с ним раньше, то смогу и повторить, если это поможет ему. Помедлив, я наклонился и поцеловал его в губы, заметив, что его уши встали торчком. Спустя несколько секунд я отодвинулся и копытом откинул прядь гривы с глаз Шайнинга.

— Ты лучше всех на свете, — я заставил себя улыбнуться. — Ты знаешь, что я люблю тебя.

Он улыбнулся в ответ, очевидно поверив моему наигранному чувству.

— Я тоже люблю тебя, милая.

Испустив глубокий вздох удовлетворения, я повернулся и ушёл, прикрыв за собой дверь. После того, что чуть не произошло, мой разум теперь сосредоточился исключительно на одном: надо уйти отсюда.

Пока я рысил к передней двери, в голове роились соображения. Шайнинг просто обожал свою жену и имел самые сердечные намерения, но мне придётся держаться дальше от него, пока я не совершу чего-то такого, о чём пожалею. Возможно, я пробуду Кейденс несколько дней, и потому не хочу превращаться обратно в человека, помня, как занимался сексом с жеребцом. Поэтому неважно, что произойдёт, но я буду держать дистанцию от Шайнинга и ожидать возвращения настоящей Кейденс.

Я замедлил шаг, достигнув главного входа. А если настоящая Кейденс не собирается возвращаться? Возможно, я застрял здесь на очень долгий срок, поэтому мне надо просто научиться любить Шайнинга. В том смысле, что он отличный парень, который любит свою жену, и я вполне могу стать такой женой. К тому же, что такого, если я позволю Шайнингу зайти до конца со мной? Мы уже целовались, он делал мне куннилингус, так какая разница, если совершить последний шаг?

Хотя перспектива остаться с Шайнингом звучала неплохо, я сомневался. Я уже выглядел как Кейденс, но хотелось ли мне стать ею в полном смысле слова? Я вздохнул и остановился под входной аркой, посмотрел на дорогу перед собой, затем на дворец позади. Выбор-то у меня есть, но что-то подсказывает мне, что при любом раскладе я окажусь в жопе.

...