Заряд моих батарей на исходе, тьма сгущается

Я странствую, следовательно, существую

Я изменил одно предложение в главе, на мой взгляд, прибавилось смысла.

*** PanCAM: Образец обнаружен ***

*** IDD: Выдвигаю манипулятор ***

*** MI: Начинаю микроскопическую съёмку ***

*** MI – ОШИБКА: неопределено ***

*** MI: Начинаю микроскопическую съёмку ***

*** MI – ОШИБКА: неопределено ***

*** MI: Начинаю микроскопическую съёмку ***

*** MI: Съёмка в процессе ***

*** Запланирован спектральный анализ ***

*** APXS – ВНИМАНИЕ: Радиоизотопный источник распадается, требуется дополнительное время экспозиции ***

*** MB – ВНИМАНИЕ: Радиоизотопный источник распался, инструмент отключен внешней командой ***

*** MTES – ВНИМАНИЕ: Обнаружено загрязнение зеркала, инструмент отключен внешней командой ****** Попытка связаться с DSN ***

*** Соединение не найдено ***

*** Попытка связаться с MRO-Direct ***

*** Соединение не найдено ***

*** Попытка связаться с Earth-Direct ***

*** Соединение не найдено ***

*** Логирование научных данных для последующей загрузки ***

*** PanCAM: возврат к исходной позиции ***

Голубая сойка, проведшая последние несколько минут, взгромоздилась на голову Оппортьюнити, пока марсоход изучал камешек, вспорхнула, когда движение под ногами прервало её солнечную ванну.

Оппортьюнити проследил камерой за маленькой птичкой в её полёте до фонтана посреди площади, где другие представители пернатых купались в воде. Марсоход сфотографировал резвящихся птичек, в том числе и ту, которая пометила ему объектив, и добавил новые данные ко всё растущей очереди файлов, которые нужно отправить домой, когда соединение будет установлено.

Он поехал дальше и обнаружил ещё один интересный образец — коричнево-белую крошку неправильной формы.

*** AOS – BSN ***

*** Получено сообщение (Источник: неизвестен): Хм! ***

Оппортьюнити посмотрел вверх для того, чтобы увидеть осла, раздраженно на него смотрящего.

– Ты не против? Ты их пугаешь. – Осёл пошуршал в сумке, которая валялась рядом с ним на деревянной скамейке в парке, и бросил перед собой ещё пару крошек, прежде чем посмотреть в сторону ближайшего дерева.

Пара голубей укрывались в его тени и лишь один из них шевельнулся привлечённый движением, лениво следя за крошками хлеба и ослом, а затем без энтузиазма вздохнул и сунул голову под крыло.

– У, неблагодарные, — пробормотал осел себе под нос.

Ровер подъехал ближе к нему, поднимая инструментальный манипулятор в знак приветствия.

– Привет, — сказал он.

– Оппортьюнити, — добавил он, указывая на себя своей рукой.

Ровер обнаружил, что эти совместные действия были весьма полезны при встрече с жителями Понивилля, большинство из которых, как правило, смотрели на него широко раскрытыми глазами, а одна группа из трёх пони даже потеряла сознание.

– Хм, а я ведь знаю, кто ты, — заметил осёл, оглядывая ровер сверху донизу гораздо спокойнее, чем большинство могло бы в подобной ситуации.

– Дудл, – коротко сказал он.

– Дудл?

– Да, Крэнки Дудл. Это моё имя.

Оппортьюнити на мгновение замолчал, просматривая свои журналы, чтобы определить вид.

– Крэнки Дудл… Осёл?

Ответом послужило только фырканье, Крэнки не привык к подобной ответной реакции при знакомстве.

Манипулятор ровера переместился, чтобы указать на хлебные крошки.

– Эксперимент. Изучение?

Крэнки окинул взглядом площадь на окраине Понивилля, где, кроме них двоих и пернатой живности, больше никого не было. Это было и неудивительно – несмотря на тёплый летний день, стоило учитывать, что это был полдень среды, и большинство жителей Понивилля были или на работе или в школе. Прежде чем ответить, он бросил на всех окружающих их птиц последний негодующий взгляд.

– Вот помереть мне на месте, но, похоже, им всем надоело, что я каждый день прихожу сюда и кормлю их.

– Спасибо, — добавил Оппортьюнити, прежде чем переместить инструментальный манипулятор и возобновить изучение первоначальной хлебной крошки. Опять же, единственный полученный им ответ пришел в форме неуверенного ворчания.

Несколько минут ровер продолжал исследование.

– Хорошая погода сегодня, — предпринял он ещё одну попытку заговорить. Оппортьюнити уже давно доказал себе, что исследования климата были почти так же важны для пони, как и для его создателей, поскольку эта конкретная фраза почти неизбежно возникала в любом разговоре, за которым он когда-либо наблюдал.

Никакого немедленного ответа не последовало, но когда Оппортьюнити повернулся к Крэнки, то увидел, что тот нюхает воздух.

– Сегодня, позже, пойдёт дождь.

Оппортьюнити повернул свою главную камеру к небу. Сравнивая последние снимки неба, ровер согласился.

– Предполагаемое время до полного облачного покрытия около 2 часов 30 минут.

Прогнозировать погоду здесь было гораздо сложнее, чем на Марсе. Много раз марсоход был удивлен совершенно случайными и непредсказуемыми результатами. Похоже, хоть это и не имело смысла, но самые странные показания, казалось, всегда имели место, когда поблизости оказывались пегасы. С другой стороны, пыльная буря в Сол 5111 на Марсе также оказалась совершенно непредсказуемой.

– Ха, неплохо, – сказал Крэнки с каким-то веселым голосом. – Это один из штормов из Вечнодикого. Большинство пони просто удивлённо смотрят на тебя и отвечают, что в погодном графике не было дождя. Как ты узнал?

– Опыт, – ответил Оппортьюнити.

– Хм, частенько бываешь на улице, а?

Ровер кивнул своей панорамной камерой вверх и вниз.

– Оппортьюнити побывал во многих местах за последние пятнадцать лет. Кратер Игл, Кратер Эндьюранс, исследовал метеорит "Heat Shield Rock", Кратер Виктория, Эребус, Долина Марафона. Теперь тут. Продолжаю миссию.

Крэнки вздохнул и уставился вдаль с труднопередаваемым выражением.

– Раньше и я был таким, всегда в движении, туда и сюда по всей стране. В своё время я был во многих местах: Эппллуза, Хрустальные горы, Бесплодные земли, Риверлэндс, от Лас-Пегасуса на западе до Манэхэттена на востоке… Я скучаю по тем временам.

Оппортьюнити остановился прямо посреди анализа другого образца и осмотрел все дороги ведущие с площади.

– Почему не путешествовать дальше? – Он указал своей рукой направление: – Вот это направление выглядит интересно. Оппортьюнити всегда направляется в самое интересное место. Поэтому теперь Оппортьюнити попытается сам выбрать самое интересное место, и самостоятельно туда доберётся.

Осел дважды моргнул, когда понял, что именно лежит в том направлении.

– Вечнодикий?

На его губах появилась улыбка, хоть несколько мгновений он и выглядел удивлённым.

– Я полагаю, что да, это всегда приключение. Но нет, дни моих путешествий уже позади. Видишь ли, я всю жизнь кое-кого искал. И я нашел её и даже женился на ней. Он снова замолчал.

– Но Крэнки говорит, что ему хочется исследовать.

Осёл кивнул.

– Да, хочется. Но я бы скучал по своей жене намного больше, если бы двинулся в дорогу. Мне больше не нужно путешествовать, я нашёл то, что искал. И всё же я, кажется, забыл, как это оставаться на месте. Я не знаю, как быть… на пенсии. Я прихожу сюда каждый день, но даже птицы устали от меня. И мне просто интересно… — Он снова погрузился в молчание.

– Что лежит за этим холмом?

Крэнки был поражён, задаваясь вопросом, не читал ли этот странный робот его мысли. Всякий раз, когда он смотрел в будущее, это был тот самый вопрос, что он задавал себе.

Оппортьюнити посмотрел на него, всё ещё указывая рукой на горизонт.

– Что за этим холмом? Крэнки был там?

Он усмехнулся, осознав, что это не было вторжением роботов-читателей мыслей из космоса. Оппи задал гораздо более практичный вопрос. Почесав ухо, он прищурился вдаль.

– Не так уж и много интересного. С той стороны он переходит в луга. Там пасутся стада коров.

Оппортьюнити кивнул и указал на протекающий мимо ручей, мягко несущий свои воды из города.

– А это куда ведёт?

– О, он через какое-то время резко уходит в сторону Вечнодикого, а потом расширяется и течет на юг. Идеально подходит для того, чтобы спуститься на плоту к Сомнамбуле. – Он тепло улыбнулся своим старым воспоминаниям. – Я встретил своего лучшего друга на этой реке.

– Оппортьюнити понимает. Оппортьюнити встретил много друзей во время путешествий. – и снова он указал в случайном направлении. – А там что?

— О, этот путь приведет тебя к Королевской дороге. Оттуда уже можно попасть во множество мест. Балтимэр, Троттингхэм, Мэйнхэттен… Изумительный город. Хотя немного слишком уж перенаселённый. – с каждым словом старый осел, казалось, становился всё более оживленным. – Я предпочитаю небольшие поселения, такие как Понивилль. Или Кантер Крик! Прекрасный маленький городок. Был когда-нибудь?

Оппортьюнити повернул камеру из стороны в сторону, чтобы показать что нет.

Крэнки откинулся на скамейке и вздохнул.

– Хорошо, позволь мне рассказать тебе историю о нём. Я оказался там, незнакомец, идущий в своём бесконечном поиске, просто попавший в эту маленькую деревушку на западе…

— …И вот так Иствудский овраг и получил свое имя, – закончил Крэнки. Он нежно вздохнул при воспоминании о далёких событиях.

– Конечно, Кевин никогда не сможет снова показать свой нос в городе после этого случая. По крайней мере, не в том же виде, – усмехнулся он. Когда его смех снова стих, он добавил: – Знаешь, если бы не Матильда, я бы, пожалуй, женился на той кобыле с ранчо. Наверное, был бы теперь хозяином салуна.

Он оглянулся и понял, что солнце уже было очень низко над горизонтом. Ровер стоял совершенно неподвижно в течение всей этой и ответвлявшихся от неё других историй, редко перебивая, чтобы лишь попросить разъяснений по какому-то неясному ему вопросу.

Поглаживая ровер по камере одним копытом, Крэнки сказал:

– Ты хороший слушатель, малыш. Продолжай изучать. Это всё пригодится потом, когда ты сможешь рассказать о своих путешествиях и приключениях.

– Крэнки? – Они оба повернулись, чтобы увидеть другого осла, идущего к ним и очерченного светом заходящего солнца. Видение, которое перехватило у Крэнки дыхание своей красотой.

– Привет. Оппортьюнити, – вежливо представился марсоход.

Матильда улыбнулась роверу.

– Да, конечно, дорогой, – повернувшись к мужу, она сказала: – Тебе было весело сегодня, Крэнки?

– Ну, я думаю, что да, – ответил он.

– Я рада за тебя. Но почему бы тебе не пойти домой прямо сейчас? Ужин уже давно готов.

Крэнки кивнул и встал со скамейки. Он задержался на мгновение, пока она ушла вперед, и подмигнул роверу.

– Ну, я полагаю, что дело не только в самом путешествии. Важно также и поделиться с кем-то своими впечатлениями, когда ты доберешься до места назначения. У тебя есть кто-то такой, малыш?

– Оппи! – Старлайт, казалось, слегка запыхалась, когда вбежала в поле зрения, хотя она и не собиралась бежать столь быстро. – Вот ты где! Я искала тебя повсюду. Пора идти домой.

Оппортьюнити посмотрел на Старлайт, затем снова на Крэнки.

– Оппортьюнити думает что да, — сказал он, махнув ослу на прощание, и присоединился к единорогу.

– Где ты был весь день? Я начала уже было волноваться.

– Изучал, – просто ответил Оппортьюнити.