Марсиане

Сол 268

"Амицитас". Полёт 3. День миссии 271

"Арес III" Сол 268

СТЕНОГРАММА ОБМЕНА СООБЩЕНИЯМИ ВОДЯНОГО ТЕЛЕГРАФА МЕЖДУ ЭКА БАЛТИМЭЙР И КОРАБЛЁМ ЭКА "АМИЦИТАС".

АМИЦИТАС: "Амицитас" вызывает Балтимэйр, используйте костюм ФБ для ответа. Приём.

ЭКА: Балтимэйр вызывает "Амицитас", привет, Файрбол, что, не привык к отправке сообщений? Приём.

АМИЦИТАС: Соплеменники Марка зашли слишком далеко. Они прислали собственную версию "Огров и Подземелий" и приказали нам в неё играть. Приём.

ЭКА: Это интересно. Почему они хотят, чтобы вы в неё играли? Приём.

АМИЦИТАС: Ограничение наружных работ до абсолютного минимума в виде ежедневной поездки на пещерную ферму, плюс проблема с напряжённостью в коллективе. Люди Марка говорят, что эта игра поможет с нашим моральным духом. Приём.

ЭКА: Хорошая идея! Обмен опытом – хороший инструмент для завязывания дружеских отношений! Приём.

АМИЦИТАС: Тьфу. Могу я поговорить с Кризалис, пожалуйста?

ЭКА: Смирись и наслаждайся своей игрой, Файрбол. И перестань ныть. Это вдвойне раздражает, когда ещё приходится и декодировать твоё нытьё. Приём.

АМИЦИТАС: Я взываю к Повелителю Драконов! Приём.

ЭКА: Эмбер присоединяется к игре Спайка раз в месяц. Извини. Приём.

АМИЦИТАС: Пожалуйста, скажите мне, что вы собираетесь спасти нас в течение следующих двенадцати часов.

ЭКА: Маловероятно. Играй честно! Балтимэйр, конец связи.

– Итак, – сказал Марк, – поскольку в вашей вселенной есть своя версия "Подземелий и драконов", кто из вас играл хоть раз?

Черри Берри совсем не удивилась, когда Старлайт Глиммер подняла копыто. "Огры и подземелья" были увлечением гиков, а Старлайт жила в Центральном Замке Гиков.

Но Спитфайр также подняла копыто, и это её удивило.

– А? – спросила она. – Ты играла в… хм… "Огры и подземелья"?

Пегаска кивнула Черри, прежде чем повернуться к Марку.

– Пони по имени… Сюрпрайз… это… ведущий игры. Я не играю регулярно. Сейчас и тогда. Командир не… не… приближается слишком близко к пони под ней.

– Но ты играла больше одного раза? – спросил Марк.

Спитфайр кивнула.

– Хорошо. Объясняю остальным, вы все будете притворяться персонажами в фэнтезийном мире, полном мечей, монстров и магии.

– О, – даже чересчур обрадованно произнесла Черри Берри, – прямо как дома.

– Пропустим это, – сказал Марк. – НАСА прислало много наборов, то есть уже готовых персонажей, на выбор. Сбалансированная партия из пяти участников должна включать в себя двух персонажей боевого класса, того, кто использует магию, целителя и взломщика. Класс это вроде как профессия. Персонажи находятся в каталоге "Подземелья и драконы". Зайдите и посмотрите на них.

Чуть позже постукивая по клавишам, Черри спросила:

– Что значит "мировоззрение"?

– Мировоззрение отражает этические и моральные наклонности персонажа, – ответил Марк. – В данном случае это означает, что положение морали персонажа указывается как в промежутке между порядком и хаосом, так и между добром и злом.

– Например?

– Хммм, – задумался Марк. – Ну, Босс Хогг и Роско П. Колтрейн – законопослушные злые. Они считают, что правила важны, но в основном потому, что правила помогают им самим. В семье Дюков все хаотичные добрые. Они не особо следуют правилам других людей, но считают, что важно поступать правильно. Старски и Хатч, в основном, законопослушные, но Хагги-Медведь истинно нейтральный. Он сам за себя, но считает, что делать правильные вещи тоже важно, и он может и нарушать закон, и поддерживать его.

– Да уж. Так, а кто же будет хаотичным злым?

– Хм… сложно сказать, – сказал Марк. – Те монстры, с которыми сталкивается Колчак? Персонажи с таким мировоззрением не получили много эпизодических ролей на телевидении семидесятых.

– Я не понимаю, – сказала Черри, постукивая копытом по экрану перед ней. – Один из пунктов мировоззрения – выбор стороны добра или зла.

– Это верно, – сказал Марк. – Или не выбирать ничего. Вот для чего нужен "нейтральный".

– Но другой пункт – это выбор между "следовать законам" и "не следовать законам", – произнесла Черри. – Разве следовать законам не всегда хорошо?

– Нет, если законы несправедливо благоприятствуют одному человеку за счёт других, – сказал Марк. – Или когда законы непреднамеренно дают плохой результат, например, если человек попадает в тюрьму на пять лет, лишь потому что, голодая, он украл еду, чтобы поесть.

Черри Берри покачала головой.

– Вы, люди, странные, – сказала она. – Вам нужно больше принцесс. Их мудрость гарантирует, что все законы будут хорошими.

– Ты бы так не говорила, – пробормотала Спитфайр на эквестрийском, но не совсем уж себе под нос, – если бы провела больше времени в Кантерлоте.

Файрбол посмотрел на экран, постукивая по подбородку.

– Итак, – наконец сказал он, – какое же мировоззрение у Леттермана?

Спустя какое-то время.

– Гризли Адамс – это не нейтральный добрый персонаж! – настаивала Черри. – Он хаотичный добрый! Он переехал в горы, чтобы избежать следования законам!

– Но он друид! – настаивала Старлайт Глиммер. – Друиды должны быть нейтральными в чём-то! Во всяком случае, это правило в нашей игре дома, и я уверена, что здесь то же самое!

– Тогда он хаотичный нейтральный! Не то чтобы он так уж изо всех сил старался спасать людей!

Ещё позже.

– Фред Сэнфорд не злой! Он жадный, но быть злым должно означать нечто гораздо большее, чем жажда наживы! И он старается заботиться о своём сыне!

– Кстати, о Ламонте, – сказала Спитфайр, – есть ли вариант "законопослушный глупый"?

Марк усмехнулся.

– У некоторых людей есть теория об этом…

Прошло гораздо больше времени.

– Клетус Хогг?

– Злой глупый.

– Дэнни Партридж?

– Хаотичный глупый.

– Ричи Каннингем?

– Законопослушный глупый.

– Мистер Фёрли?

– Истинно глупый.

И все с этим согласились.

Тем вечером они так и не сели играть.