S03E05
Глава 14 Глава 16

Глава 15

В кабинете начальника СМЕРШ Абакумова шло совещание. На повестке дня был один вопрос — недавнее неудачное покушение на главу Госбезопасности СССР. Заседали участники сходки уже несколько часов. Табачный дым в помещении был настолько густым, что кто-то посторонний мог подумать, что где-то рядом начался пожар.

— Итак, давайте подытожим — Виктор Семенович обвел взглядом своих помощников. — Что мы знаем об этом резонансном происшествии? Что мне докладывать наверх?

— Непосредственный исполнитель нами задержан и допрошен, — заговорил полковник Леонов, начальник следственной части при СМЕРШ (1). — При этом наших «коллег» из НКГБ мы опередили. Исполнитель, естественно знал очень мало, но по его показаниям дело мы раскручиваем. И все факты указывают на заказчиков. Главный подозреваемый — товарищ Хрущев. Он действовал через своего друга — генерала Еременко.

— Весьма неосторожный шаг со стороны Никиты Сергеевича, — скривившись, вздохнул Абакумов. — И, исходя из текущей ситуации, мы не должны дать ход этому делу! Что исполнитель?

— Повесился в камере, — пожал плечами Леонов. — Бывает, недосмотрела охрана…

— Прискорбный случай, — понимающе кивнул начальник СМЕРШ. — Что будем принимать за официальную версию?

— У нас в камерах сидит несколько прибалтийских националистов, — подключился к разговору заместитель Леонова подполковник Комаров (2). — Все они охотно дадут показания, что знали исполнителя покушения, как яростного борца за свободу народов Прибалтики. Так же мы внесем изменения и в показания его самого. Достаточно просто вычеркнуть несколько слов о том, что он нацеливался именно на лимузин Меркулова. В итоге мы получаем фанатика-националиста, вооруженного найденным на местах боев одноразовым гранатометом. То, что он подбил машину наркома ГБ — случайность. Ему было все равно в кого стрелять. А уж то, что ему удалось исполнить свой акт, можно вменить в вину самому Меркулову. Госбезопасность прохлопала террориста прямо у себя под носом.

— Что ж, этой версии мы и будем придерживаться, — довольно затянувшись, заключил Абакумов. — И товарища Хрущева прикроем, и товарищу Меркулову подгадим. Оформляйте все набело, скоро я представлю доклад наверх!

 Присутствующие, собрав свои бумаги, стали расходиться, но хозяин кабинета знаком попросил остаться своего заместителя и начальника секретариата СМЕРШ полковника Чернова (3).

— Ты понимаешь, что произошло? — заговорил Абакумов, убедившись, что они остались одни. — Они перешли к активным действиям! Значит, по-тихому сковырнуть Меркулова они больше не надеются!

— Зная Никиту Сергеевича, я могу предположить, что это была его личная инициатива, — ответил Чернов.

— Нет, они должны были его контролировать! — не согласился с ним его начальник. — В любом случае, произошло то, отчего я Жданова особо предостерегал! Ты же в курсе наших с ним договоренностей! Он помогает мне занять место главы НКГБ, а я убираю его конкурентов и разных других много чего о себе возомнивших после войны выскочек!

— Вы думаете, товарищ Жданов решил в одностороннем порядке пересмотреть ваши соглашения? — спросил полковник.

— Я боюсь, что ему угрожает опасность, — смотря в глаза заместителю, произнес Абакумов. — И поэтому я прошу тебя плотно присмотреть за товарищем Ждановым.

— Вас понял, — так же смотря в глаза начальнику, ответил, усмехнувшись, Чернов. — Разрешите приступать?

— Иди, — кивнул начальник СМЕРШ.

Поднявшись со стула и козырнув, полковник вышел.

«А ведь как хорошо все начиналось…» — закуривая новую сигарету, подумал Абакумов. — «А теперь, возможно, все придется начинать сначала. Хотя, дополнительный компромат на Хрущева будет полезен…»

Он встал из-за стола и прошелся по кабинету из угла в угол, подошел к несгораемому шкафу, открыл его и достал несколько бумаг. Положив их на стол, он, казалось, углубился в чтение. На самом деле, глава СМЕРШ продолжил размышлять.

«Что ж, наркомом я пока не стану,» — в мыслях констатировал он. — «Зато и не буду расстрелян по обвинению в государственной измене! А значит, мы еще поборемся…»

Он достал из кармана зажигалку в золоченом корпусе, поднял лист, лежавший перед ним и, крутанув колесико, поднес огонек к бумаге. Бросив загоревшийся документ в пепельницу, он повторил те же манипуляции с остальными извлеченными из шкафа бумагами, а потом растолок получившийся пепел в мелкую пудру.

Закрыв шкаф, глава СМЕРШ выключил свет и вышел из кабинета.

***

Руперт Кребс не злился. И это было странно. Вот уже несколько дней он удивлялся этой произошедшей с ним перемене и не находил причин происходящего. Ну не могла же быть в этом замешана желтая непарнокопытная, сидевшая сейчас в соседней комнате! Или могла… В любом случае, предъявить ей было нечего, да Руперт и не собирался. Неожиданно настигшее его спокойствие все эти дни было ему только на руку. Даже действовать он стал более собранно. Может быть, поэтому и не попался.

Хотя этому были и другие причины. Немецкие войска, взявшие Брест, явно уже знали, что город скоро нужно будет сдать русским, поэтому железный порядок, поддерживавшийся на других оккупированных территориях, наводить не спешили. По улицам, конечно, ходили патрули, но каких-то облав или расследований временные германские власти не проводили. Этим и пользовался Кребс.

Еще при разговоре с ефрейтором Гранке он понял, что показывающий удостоверение разведчика человек в гражданском, выглядит подозрительно. Поэтому на следующий же день бывший обер-фельдфебель озаботился добычей офицерской формы.

Первый план, который заключался в том, чтобы позаимствовать ее у подходящего по росту офицера, он быстро отверг. Такое действие было слишком рискованным.

Некоторое время поразмышляв, Руперт вспомнил, что даже ближе к концу войны, не смотря на прямые запреты, армейские снабженцы вовсю приторговывали трофеями. А уж сейчас, во время всего лишь первой военной кампании, они должны были развернуться. К тому же война пока не вымела из армии махинаторов, процветавших в мирное время. Оставалось только найти нужного человека. Этим Кребс и занялся.

Небольшая пивная, работавшая, не смотря на военные действия, привлекала унтер-офицерский состав, свободный от службы. Для обер- и тем более штаб-офицеров она была слишком непрезентабельной, но для плана Руперта как раз подходила. Засевши в ней, он некоторое время наблюдал за клиентами, потом присоединился к компании из нескольких унтеров и одного лейтенанта, поставив им выпивку. Благо, финансы пока позволяли. Через пару кружек и несколько фронтовых историй он уже сошел за своего. Ничего сложного для бывшего обер-фельдфебеля в этом не было, ведь это были люди его уровня.

Вскоре он уже знал, что лейтенант Эрнхорн очень хочет раздобыть польский пистолет в подарок своему другу, собиравшему коллекцию оружия. Немного подумав, Руперт вытащил из-под полы ViS-35 и показал обрадовавшемуся собутыльнику, но предупредил, что обменяет его только на другой ствол с доплатой. С этим проблем у лейтенанта не возникло.

Уже через полчаса Руперт вместе с новым знакомым оказался в каком-то пакгаузе, где засело несколько снабженцев. К одному из них и подвел его лейтенант. Фельдфебель Брюхель принадлежал как раз к тому типу снабженцев, которых Кребс ненавидел больше всего. Наживавшийся на войне спекулянт, явно со связями в командовании. Но именно он сейчас и подходил для дела, которое хотел провернуть бывший обер-фельдфебель.

В итоге его план удался. Руперт сразу сказал, что охотно приобрел бы списанный комплект формы. Фельдфебель, хитро усмехнувшись, уточнил звание Кребса и пропал среди стеллажей, но вскоре вернулся, неся в руках сверток. Внутри была форма с погонами обер-лейтенанта, сильно потрепанная, но еще пригодная для ношения. Из комментария интенданта стало понятно, что бывший хозяин незадолго до того, как отправиться на тот свет, получил новую форму, в которой и поймал осколок. А эта досталась ушлому кладовщику.

Правда, посмотрев на серебро, которым собрался расплатиться Кребс, он заявил, что его не хватит. Недостаток компенсировали марки Эрнхорна, получившего вожделенный ViS (4). Вместо него Руперт обзавелся потертым «Люгером» и портупеей, которые тот же были списаны интендантом, как потерянные в бою.

Расстались все трое очень довольные состоявшейся сделкой. Забрав приобретения, Кребс поспешил исчезнуть из поля зрения снабженца. То, что тот его заложит, он не боялся. Просто только невиданное спокойствие, появившееся в последние дни, позволило ему вести диалог с этим мерзким типом.

Одев форму, бывший обер-фельдфебель, а ныне обер-лейтенант Крюгер, сразу почувствовал себя увереннее. Теперь ему не нужно было маскироваться. Да, сейчас его звание было на пару ступеней выше, чем привычное, но теперь Руперт был в своей привычной среде. Новый пистолет, висевший в кобуре на боку, а не лежавший за пазухой, так же радовал Кребса. «Люгер» был для него привычен в отличие от польского оружия. Тем более что патроны они использовали одни и те же. Так что найденные им в столе боеприпасы перекочевали в магазин P-08.

За последующие дни патруль останавливал его трижды и всякий раз старший группы спокойно возвращал ему документ, козыряя. Кребс в ответ отдавал честь старшему патруля и они расходились.

За эти дни ничего интересного для Руперта не произошло, разве что он один раз посетил почту, отправив кое-кому письмо. Русские пока не торопились занять город, застряв на дальних подступах. Но, день ото дня, Кребсу становилось все тревожнее.

А сегодня он узнал, что город будет передан коммунистам завтра. И подтверждение этому увидел на улицах. Некоторые тыловые службы уже сворачивались и уезжали на запад.

Вечером, вернувшись в квартиру, он обрадовал этой новостью пегаса. А в полночь на его пальце один раз слабо дернулось позабытое уже артефактное кольцо.

***

В толще стен Кантерлотского дворца существовало немало потайных переходов и комнат. В одном из таких помещений, богато обставленном, но лишенном окон и почти не освещенном разговаривали двое. То, что они находились почти в полной темноте, им нисколько не мешало.

— Ну, и как там настроения среди элиты? — поинтересовалась обладательница мелодичного женского голоса.

— Недовольство в их рядах растет… — ответил ее собеседник низким мужским голосом. — Причем после того, как был подписан договор с людьми, рост ускорился.

— Вот как? — без особого удивления произнес женский голос. — Это весьма хорошо. Такая ситуация только на пользу нашим планам. А что же им не нравится?

— Есть несколько основных точек роста напряженности, — доложил обладатель низкого голоса. — Первая — это различные промышленники. Они опасаются, что дешевые и качественные советские товары вытеснят их с наших рынков…

— Неужели им невдомек, что Эквестрия платит за людские товары чистым золотом? И по указу Селестии закупаются только те артикулы, которые не производятся у нас или чье производство не может быть быстро налажено через покупку патентов?! Болваны!

— На самом деле, Шелест, их опасения более обоснованы, — продолжил говорить низким голосом докладчик. — Кроме Сталлионграда продвинутых промышленных площадок в Эквестрии нет и, ты сама знаешь, какое возмущение каждый раз вызывали попытки создания аналогичных производств в других местах страны…

— А теперь они поняли, что сами выкопали себе яму! — злорадно произнесла та, которую назвали Шелест. — Доволен только Сталлионград, а остальные безнадежно отстали…

— Верно. Это первая группа. Вторая же, наоборот, считает, что Селестия искусственно затормаживает развитие торговых отношений с людьми…

— Ну конечно! Пить импортный коньяк хочет весь бомонд… Бесполезные прожигатели жизни…

— Есть еще и третья группа знати, которая недовольна Селестией в целом, — перешел к следующему пункту низкий голос. — Они видят вопиющую халатность, которую уже продолжительное время проявляет Селестия в вопросах управления государством.

— Что-то мне подсказывает, что в ближайшее время она продолжит в том же духе, — произнесла Шелест и рассмеялась. — Что в этом случае предпримут недовольные?

— Парочка самых глупых и нетерпеливых уже пробовала выйти на принцессу Луну. Многие заметили, что за последнее время она стала намного серьезней…

— О да! Представляю, в каком виде младшая принцесса преподнесет этих заговорщиков! — хохотнула обладательница женского голоса. — Луна посерьезнела, а не поглупела. Тысячелетняя ссылка должна была раз и навсегда отучить ее от попыток бунта.

— Да. Луна не сможет стать лидером восстания, но, думаю, такой скоро может найтись… Например, среди людей есть некий Деканозов. Он скрывается под незначительной должностью, хотя на самом деле является высокопоставленным чиновником в советском госаппарате.

— Люди что-нибудь уже знают? — поинтересовалась Шелест.

— Нет, — ответил низкий голос. — Они пока играют очень осторожно, если не считать ту экспедицию к порталу, которая состоялась только потому, что мы ей позволили состояться… В возможном восстании они участия не примут в любом случае. Но, если оно случится, то половить рыбку в мутной воде не откажутся…

— Каковы твои прогнозы? — в мелодичном голосе промелькнули властные нотки.

— Несколько месяцев у нас еще есть, — ответил ей собеседник. — Я так же приложу силы к подогреванию роста недовольства. Когда восстание произойдет…

— Тогда настанет наш черед действовать! — в темноте на миг ярко блеснули два больших глаза с вертикальными зрачками. — Ты бы знал, как мне все это надоело!

— Ну-ну, Шелест, не нервничай, — успокаивающе произнес низкий голос, чьего обладателя за весь разговор так ни разу и не назвали по имени. — В конце концов, нам не в первой…

— Ты прав, — выдохнула Шелест. — Мы и так ждали долго. Подождем и еще чуть-чуть…

***

За пару часов подруги преодолели несколько десятков миль. Все это время Твайлайт с нескрываемым удовольствием управляла человеческой машиной. Несколько раз мотор глох, но всегда ей удавалось заново включить его. Для этого пригодилось переводить тот самый непонятный рычаг справа на полу в соседнее положение. Принцесса уже догадалась, что он как-то должен регулировать режимы работы двигателя, но разобраться в принципе функционирования этого механизма так и не смогла. В итоге она использовала только два положения. В одном мотор работал, но машина не ехала, в другом колеса начинали вращаться. Каждый раз перевод рычага из первого положения во второе сопровождался хрустом и скрежетом, а из-под пола пахло чем-то паленым. Аликорн понимала, что действует неправильно, но спросить было не у кого. Металлические таблички с надписями, прибитые в кабине в нескольких местах, были нечитаемы. Половина букв, как и ранее на дорожном указателе, были подругам неизвестны.

Один раз Твайлайт не успела вовремя повернуть на изгибе дороги и машина заехала передним колесом в канаву. Принцесса знала, что грузовик мог ехать и задом наперед. Она видела, как это делали люди. Но найти нужный режим не смогла. Пришлось им обеим вылезать и вытаскивать транспорт на дорогу телекинезом.

Но, даже с остановками, они ехали гораздо быстрее, чем, если бы шли пешком. Лесная дорога все это время была пустынна, а примерно полчаса назад деревья разошлись в стороны. Теперь машина везла их через поля и небольшие холмы.

Заехав на возвышенность, Твайлайт остановилась и прикинула, как будет управлять машиной на предстоящем спуске. Тут же Старлайт применила полог невидимости, судя по мощности, накрывший всю машину.

— Стой! — потребовала она. — Куда ты собралась ехать?! Разве не видишь, что впереди?

Оторвав взгляд от дороги, принцесса осмотрелась. Внизу, после спуска, их проселочная дорога вливалась в шедшую на запад магистраль. И чуть восточнее перекрестка застыла колонна бронемашин. Это были, судя по цвету, советские танки, но они были не похожи, на ранее наблюдаемые подругами образцы. Весь их вид показывал, что они предназначены для быстрой езды. Вытянутый корпус спереди завершался клювообразным носом. Опирался он не на маленькие каточки, а на четыре больших колеса с каждой стороны.

Машины стояли в ряд прямо на дороге, а среди них суетились люди в темных комбинезонах танкистов. Они бегали от танка к танку, сидели и что-то делали на крышках моторных отсеков, таскали какие-то емкости... Твайлайт насчитала четырнадцать танков. Правда, хвост колонны не был виден, скрываясь за рощей, которую огибала магистраль.

— Принесла же их нелегкая! — возмутилась Старлайт. — Я пойду, посмотрю, что они делают и скоро ли поедут. А ты держи полог невидимости над грузовиком. Не нужно, что бы они его видели…

— Будь осторожна! — напомнила подруге аликорн, перехватывая управление заклинанием. — И не задерживайся! А то здешней магии может надолго не хватить!

Единорог обернулась за двадцать минут. Открыв правую дверь, она запрыгнула в кабину и весело посмотрела на Твайлайт.

— У меня хорошие новости! — произнесла она. — У этих олухов кончилось топливо. Так что теперь они занимаются тем, что сливают остатки со всех машин и ведрами перетаскивают к первым четырем танкам!

— Значит, поедут они нескоро? — уточнила принцесса. — Слушай! — забеспокоилась она. — А как посмотреть, сколько горючего есть в баке у нас? Вдруг оно на исходе?

— Ну и плевать, — отмахнулась Старлайт. — Насколько хватит, все наше! А кончится, оставим на обочине эту колымагу и пойдем дальше.

— Ты права, — согласилась Твайлайт. — Хотя и жаль бросать эту машину, которая так хорошо нам послужила…

— Ой, не переживай! — утешила подругу единорог. — Когда вернемся в свое время, еще накатаешься! А пока слушай. Сейчас я ставлю самый сильный полог тишины, а ты держишь полог невидимости. Выезжаем на трассу и гоним на запад, подальше от этих танкистов! — она кивнула на колонну. — Справишься на спуске?

— Постараюсь, — пообещала аликорн. — Ну, что? Едем?

— Вперед! — скомандовала единорог и Твайлайт нажала на педаль.

Выехали на магистраль они удачно, хоть принцессе и пришлось изрядно понервничать, когда грузовик, двигаясь под уклон, разогнался. Она вывернула штурвал, наверное, до максимума. И то, еле вписалась в поворот.

Выровняв автомобиль вдоль дороги, она нажала на педаль ускорения и машина, завывая мотором, понеслась на запад.

— Вот это мы разогнались! — перекрикивая шум, произнесла довольная единорог. — Так быстро ты на ней еще не ехала!

— Меня беспокоит вон та стрелка, — Твайлайт указала подруге на прибор, под шкалой которого стояла буква «Т». — Когда я сильно давлю на педаль, стрелка быстро начинает приближаться к красной зоне. Видишь? Знать бы еще, что он измеряет…

— Ладно, думаю чуть-чуть можно проехать и в красной зоне, — решила Старлайт. — Сейчас заедем вон за тот холм и можно отпустить педаль и снимать маскировку. Из танков нас уже не увидят и не услышат.

Заехав за поворот, они так и сделали. И вот уже больше часа машина мчалась по пустынной магистрали. Никто не догонял их и никого не обгоняли они сами. Да и навстречу не проехало ни одно транспортное средство. За это время они проскочили небольшой городок, главной улицей которого и являлась трасса. Несколько людей, заслышав шум мотора с востока, поспешили спрятаться. Только один человек, одетый в коричневую шинель польского военного, выскочил почти им под колеса, размахивая руками. Твайлайт еле-еле умудрилась не задеть его бортом, благо и сам солдат, поняв, что машина не остановится, отскочил на обочину.

— Смотри, кулаком нам вдогонку машет, — смотря в зеркало, хмыкнула единорог. — А нечего было под колеса соваться!

— Да уж, — выдохнула принцесса. — А будь это место более людным, пришлось бы тормозить!

Еще полчаса они ехали без происшествий, пока Твайлайт не показалось, что к гулу двигателя, к которому она уже привыкла, добавился новый звук, похожий на шум другого мотора. Судя по беспокойному виду Старлайт, она тоже что-то услышала.

— Нас что, кто-то догоняет? — заволновалась аликорн. — Это те танки?

— Сзади на дороге никого! — сообщила единорог. — Но где же тогда шумит? — еще несколько секунд она озиралась. — Проклятье! Вот он! Справа!

На мгновенье повернувшись в ту сторону, куда указывала подруга, принцесса успела заметить только серый силуэт в небе. Самолет, летевший низко над землей, быстро обогнал их и улетел вперед. Уже на грани видимости он стал подниматься вверх и разворачиваться.

— И откуда он только взялся? — проворчала Старлайт. — Он нас точно заметил.

— Ну и что, — аликорн не разделяла опасений подруги. — Сверху он видел только обычный грузовик. А то, что в кабине сидят вовсе не люди, он понять никак не мог.

Самолет тем временем на большой высоте и сильно в стороне пролетел им навстречу. Рев его моторов, а у него, как рассмотрела Твайлайт при развороте, их было два, был слышен все это время, но вскоре стих.

— Ну вот, — успокоилась принцесса. — Полетел по своим делам. Едем дальше.

Но Старлайт продолжила возиться на сиденье, выглядывать в окна, смотреть в зеркало, пытаясь взглядом отыскать аэроплан. Наконец, она опустила стекло в двери и высунула голову наружу, посмотрев вверх и назад. Тут же она спрятала ее назад и, повернувшись к Твайлайт, округлив глаза, заорала:

— Поднимай щит! — сама она тут же накрылась магическим барьером.

Промедлив всего полсекунды, свой щит, уже сослуживший ей добрую службу в схватке с Кребсом, активировала и принцесса. А еще через секунду сзади резко взвыли двигатели, в зеркале мелькнул силуэт самолета. К звукам добавился треск пулеметов и грохот еще чего-то более мощного. От кузова машины полетели щепки. Аликорн почувствовала, как в ее щит несколько раз что-то очень сильно ударило, но, к счастью, он выдержал. Обе половинки переднего стекла со звоном рассыпались множеством осколков. Прибор, стрелка которого периодически волновала принцессу, исчез. Вместо него на панели теперь красовалась дыра с рваными краями. Где-то под кабиной мерзко заскрежетало что-то в двигателе, с шипением из дырок пошел горячий пар.

— Останови! — прокричала через всю эту какофонию звуков Старлайт. — Нужно бежать от машины!

— Не могу! — аликорн нажала на педаль тормоза, но машина никак на это нажатие не отреагировала. — Стопор не работает!

— Тогда выключи мотор и рули влево-вправо, змейкой! — предложила единорог. — Так мы быстро снизим скорость. Нужно убраться подальше, пока этот стервятник не зашел в новую атаку!

Твайлайт посмотрела вперед, где улетевший самолет круто разворачивался, что бы в этот раз пройти встречным курсом. Выполняя указания подруги, она ухитрилась снизить скорость. Ей помогло еще и то, что в этот момент дорога шла в небольшой подъем.

— Кастуй полог невидимости и прыгай! — приказала Старлайт, открыв свою дверь и смотря на пробегающую внизу поверхность дороги.

— А ты? — так же открыв дверь, спросила принцесса.

— А я за тобой! — прокричала единорог, перескочив в левую часть кабины. — Давай!

Почувствовав толчок, аликорн поняла, что вывалилась из кабины. Полог невидимости она подняла пару секундами ранее. А сейчас, взмахнув крыльями, она стабилизировала полет, после чего пролетела еще несколько шагов, гася скорость. Приземлилась Твайлайт на ноги и сразу бросилась к придорожным кустам. Оттуда она наблюдала, как неуправляемая машина проехала еще несколько десятков шагов, съехала на край дороги и остановилась, заехав передним колесом в кювет.

Приближавшийся рев моторов заставил ее посмотреть вверх. Самолет летел низко и теперь она хорошо его рассмотрела. Этот аппарат не имел ничего общего с аэропланом, с которым она столкнулась недавно над болотом. Крыла он имел всего два, на каждом из которых торчала бочка двигателя. Корпус крылатой машины, окрашенный в серый цвет, был вытянутым и заглаженным, напоминая Твайлайт акулу. Видимо, такая ассоциация пришла на ум не только принцессе, потому что снизу на носу самолета была нарисована красная пасть с белыми треугольными зубами. На крыльях и хвосте красовались черные кресты с белой окантовкой.

Сколькими орудиями вооружен самолет, она понять не успела. Машина пронеслась мимо, ревя моторами и непрерывно стреляя. Минимум в четырех местах не ее носу загорались огоньки выстрелов (5). От грузовика полетели щепки и осколки, пар из-под кабины повалил еще сильнее, а задняя ось просела на пробитых колесах. С ужасом смотря на эту картину, Твайлайт поняла, что не видела, как выпрыгивала наружу ее подруга.

Когда самолет улетел, она побежала к останкам грузовика, но на краю дороги была схвачена и затащена в кусты.

— Куда это ты собралась? — спросила Старлайт. — Он может вернуться еще раз.

— Слава Селестии! Ты жива! — обрадовалась принцесса. — Я не видела, как ты прыгнула и думала, что ты осталась там!

— Я же сказала, что выпрыгну за тобой, — улыбнулась единорог. — Зачем мне было там оставаться? Разве что, забрать твои сумки! — она протянула Твайлайт ее багаж, который та ухитрилась забыть на сиденье.

— О! Как хорошо, что ты их захватила! — обрадовалась принцесса. — Там же мой прибор. Надеюсь, он не пострадал!

— Вот тут не могу тебя обрадовать, — единорог показала наставнице на две рваные дырки на сумке. — Пуля пролетела насквозь. Внутрь я еще не заглядывала.

Достав прибор, аликорн принялась его рассматривать и не смогла сдержать стон, увидев повреждение.

— Что-то серьезное? — спросила Старлайт.

— Разбит накопитель, — тихо произнесла принцесса. — А это значит, что подзарядить прибор теперь не удастся. В контуре еще осталась энергия, но ее хватит только на один недлинный сеанс работы…

— Да уж, — вздохнула единорог. — Дела… Придется нам найти какое-то приметное место, провести сеанс там, а потом идти по азимуту, считая шаги.

— Другого выхода нет, — бережно упаковывая свое поврежденное творение в сумку, согласилась Твайлайт. — Как он ухитрился подлететь незамеченным? И почему вообще атаковал нас?

— Этот стервятник пикировал на нас сверху-сзади, — пояснила Старлайт. — Видимо, двигатели он выключил или перевел в экономичный режим. Вот мы и не услышали его вовремя. А напал… Наверное, потому, что это был германский самолет.

— Германский? — удивилась принцесса.

— Ну да! Серый цвет и черные кресты — это германские опознавательные знаки, — вздохнула единорог. — Наша машина, видимо, была окрашена в цвета армии Польши. Между ними война, не забыла?

— Откуда ты все это знаешь? — поинтересовалась Твайлайт.

— Про германские кресты оттуда же, откуда и про советские звания, — пояснила ей подруга. — А про грузовик просто догадалась. У немцев кресты, у русских звезды. Значит, чей красно-белый квадрат? Польский! Тут нет других армий.

— Ясно, — произнесла аликорн, глядя на расстрелянный грузовик. — А все-таки жалко машину… Ведь, если бы не мы, она бы так и стояла в лесу. Целая и невредимая.

— Да, тут мы историю изменили, — согласилась Старлайт. — Но ты видела, сколько у людей грузовиков? Тысячи! То, что этот конкретный автомобиль превратился в груду мусора, особого влияния не окажет. Пошли, что ли, дальше. Самолет уже точно не вернется.

Выйдя на обочину, подруги в последний раз посмотрели на изувеченную машину, потом развернулись и пошли вдоль дороги. До цели им оставались считанные мили, но достичь ее теперь становилось намного сложнее.

***

(1) — Леонов Александр Георгиевич (1905 — 1954). Деятель советских спецслужб. Начальник Следственной части по особо важным делам МГБ СССР (1946-1951). Расстрелян по делу Абакумова.

(2) — Комаров Владимир Иванович (1916 — 1954). Деятель советских спецслужб. Заместитель начальника Следственной части по особо важным делам МГБ СССР (1946-1951). Расстрелян по делу Абакумова.

(3) — Чернов Иван Александрович (1906 — 1991). Деятель советских спецслужб. Начальник секретариата МГБ СССР (1946 — 1951). По делу Абакумова приговорен к 15 годам заключения.

(4) — К началу Второй Мировой Войны польская армия получила 60 000 пистолетов ViS-35. Однако основная часть вооруженных сил Польши по-прежнему была вооружена револьверами Нагана. Поэтому офицер и заинтересовался нечастым трофеем. Для сравнения, за период ВМВ германская армия получила 1 355 000 пистолетов Luger P-08.

(5) — Messerschmitt Bf-110. Германский многоцелевой тяжелый истребитель, разработанный Мессершмиттом, наступательное вооружение в стандартной комплектации — 4 пулемета MG-17 7.92мм, 2 пушки MG-FF 20мм, бомбовая нагрузка до 1 200 кг в перегрузе. Именно с этим самолетом не повезло столкнуться подругам. Бомб, к их счастью, у него не было.

...