Четверо товарищей

Четверо товарищей. Глава XII: Эпилог. Тучи сгущаются.

У бойцов 11-й пехотной дивизии редко было время на чтение газет, но когда это случилось, гауптман Агриас был порядком обескуражен и расстроен. О событиях 15-го сентября, том самом "Выносе Мусора", о котором Кризалис говорила своему главному шпику, было написано во всех газетах и объявлено на всех радиостанциях. Был раскрыт обширный заговор, главарь которого смылся, оставив большую часть подчинённых на смерть. В ульях были массово казнены участники заговора, среди них были и военные. Гауптман не мог сочувствовать предателям Родины, но ему всё же было тяжело от того, что в их списки затесались те, кого он считал достойными подданными Королевы...
Никто из командующего и рядового состава никак не выразил своего мнения о прошедших событиях. Иные народы любят обсуждать громкие события и поступки своих вождей, чейнджлинги же любят о них молчать.
Новости о массовых расправах над недовольными быстро сменились другими новостями: произошёл торговый скандал: последние партии оленийской стали, которые по частному контракту закупались некоторыми чейнджлингскими корпорациями, внезапно резко упали в качестве, цена же осталась прежней. Фактически, произошла крупная афера. Бонсы составили жалобу Кризалис, Кризалис пожаловалась на оленийские металлургические компании королю Йохану, а король Йохан... нагло закрыл на это глаза, заявив, что не может вмешиваться в частные дела своих заводчиков. Кризалис же объявила, что она имеет право на защиту своих подданных, в том числе и от подобного мошенничества. Торговый договор был разорван, убытки были возмещены, а растущая день ото дня чейнджлингская металлургическая отрасль покрыла нехватку, возникшую из-за отсутствия оленийской стали. Кризалис устроила громкое и экспрессивное выступление, заявив что её терпение не безгранично и оленийским властям придётся крепко ответить за всё. Под "всем" явно имелись ввиду не только убытки компаний. Так или иначе, ультиматума не последовало, но войска чейнджлингов эшелонами потянулись на юго-запад. Возобновились было закончившиеся учения, и шли они уже близ оленийских границ...
Рота Агриаса стала грозной силой: по военным воззрениям Триммеля рота уже могла являться автономной боевой единицей. У бойцов Агриаса было много лёгких и средних миномётов, несколько лёгких пушек, несколько десятков новых мощных пулемётов. В подчинении гауптмана был гауптфельдфебель, а у гауптфельдфебеля — всё хозяйственное обеспечение роты. Этот офицер пользовался большим авторитетом в подразделении, фактически вторым после Агриаса.
Покинуты тианхольмские деревушки, ставшие родными и привычными для солдат, пролетело тёплое лето 1007-го года. Дивизия встала на пограничном рубеже в Кальскоге, здесь было намного меньше жилья, а местные угрюмо косились на тёмно-серую солдатскую форму, видимо уже предчувствуя беду.

Поезда неслись вперёд, сквозь ливни и ветра. Солдаты в зелёной форме смотрели в окна вагонов, всё сильнее и сильнее отдаляясь от родных лесов. Однако, у них не было времени и не было права тосковать и печалиться. Никто не испытывал иллюзий, все понимали, что едут на войну. Егерские и панцергренадёрские части стягиваются в Тианхольм, концентрируются там. 5-я егерская дивизия, где служил Рейнис, была расквартирована в тианхольмской глуши, где начала интенсивыне учения. Вид военных стал привычным для чейнджлингов живших тут. Ликтидские охотники сразу отлично с ними поладили, но увольнительных им практически не давали.
Егерей мало интересовали новости, их командиры обеспечивали им очень насыщенную службу, практически не оставляя времени на что-либо. О 15-м сентября кто-то и вовсе не узнал, остальные же пожалели разве что тех тораксианцев, что были убиты в Ликтиде. Доверие к власти было высоко, а крестьяне-охотники были привычны к жестокости и не ужасались ей.
1-я рота 3-го батальона, в которой служил Рейнис, мало чем отличалась от обычной пехотной, разве что егерские отделения и взводы были отлично обучены действовать без поддержки лёгкой артиллерии и миномётов, и во время учений стремились не замедлять своё перемещение при помощи орудий. Их командиры иногда говорили о "ключевой роли" егерей в будущих событиях.

Эшелоны третьей панцергренадёрской дивизии с тяжеловесным воем шли на юго-запад. За вагонами шли платформы с танками, гаубицами, бронемашинами и грузовиками, ждущими своего часа под серым брезентом. Металлически бренчали сложенные штабелями миномёты. Солдаты в вагонах стремились всячески убить скуку и сбить напряжение, возраставшее по мере приближения к границе Олении. И только 3-й батальон 2-го полка был мрачен, как свинцовые тучи, преследующие поезда. Они узнали, они поняли зачем их отправили во Вракс тем роковым днём. Узнали и приняли, кто как мог. Артис, до этого не любивший пьянство и злоупотребление алкоголем, теперь не пропускал ни одной возможности напиться. В конце концов, он смог забыть, загнать эти дикие воспоминания куда-то далеко, откуда они не могли пробудить совесть и стыд. Он смог оболванить себя, снова стать храбрым и образцовым панцергренадёром-пулемётчиком. Его дивизия расквартировалась близ Фантайна, и в редкие увольнительные у солдат появлялась возможность бывать там. Постепенно, Артис отвык от шнапса, и вернулся в своё нормальное состояние. Он, как и все его товарищи мог лишь исполнять указания и ждать.

"Вынос" стал звёздным часом Кулекса. Он смог выполнить задачу никого не потеряв, чем заслужил расположение начальства. Бывший полицейский проявил себя как внимательный разведчик и умелый боец, так же способный отдавать распоряжения. Когда ситуация вокруг тораксианцев улеглась, его назначили в оперативный отдел Тайной службы, но он не стал сыщиком, скорее старшим помощником сыщика и начальником силовиков Службы.
Такая жизнь его полностью удовлетворяла: отличная зарплата, заступничество и благосклонность со стороны опаснейших и влиятельнейших чейнджлингов в стране, привычная и непыльная работа. Он вовсе не был бескорыстен, и пользовался всеми благами своей работы.

Так, четверо товарищей, сведённых случаем, оказались разведены. Их эпоха будет суровой и страшной, и они станут частью этой эпохи. Время идёт неуклонно, роковые решения и планы начинают вступать в силу. 1007-й год был тем временем, когда бензиновое облако целиком покрыла Эквус, и момент, когда кто-то чиркнет спичкой приближается с роковой быстротой.