Эквестрийские Сестры: Начало новой эры

Глава 4. Начало бури.

«Истина этого мира — каждый пони сделал то, о чем сожалеет.  Даже богини.  Даже те, кто всех простил.»

Нахрен все!

Селестия рвала и метала. КАК ОНА МОГЛА ДОПУСТИТЬ ВОЙНУ??!!! Не Луны вина это. Совсем нет. В тот день, три года назад, грифоны совсем не знали то, что Луна лишь один из двух правителей Эквестрии. ОНИ ОБДУРИЛИ ВСЕХ!!!

Прием знати грифонов — лишь одна из частей их зловещего плана. Это было сделано лишь для отвода глаз. Пока Луна пыталась обговорить торговые отношения (по факту: рассказывала все данные о стране), войска грифонов захватывали понемногу поселения на востоке страны. Как все могло зайти настолько далеко, что эти птички оттяпали треть страны — у Селестии в голове не укладывалось. Оглядываясь назад, она понимала, что мирных жителей просто уничтожали. ВСЕХ. И никто не был в силах достигнуть Поннивиля со страшной вестью о геноциде.

Никогда она не испытывала такой боли. И она не винила в этом Луну. Солнца и радуг не было бы, даже если она провела эту встречу, без вариантов. Она совершила… ошибку? Нет. Невозможно назвать такое  – ошибкой. Провал. Со слишком высокой ценой.

Как же приятно осознавать, что ты  –  да-да, ТЫ! – положила начало хаосу, нет? Всемогущая, ты можешь разнести весь мир, ведь у тебя есть сила Солнца. Моя сила.

Селестия поморщилась. Это, чье имя ей было неизвестно, приходило к ней каждый час. И во снах тоже. Хотя Принцесса не спала уже неделю. Ни на секунду не прилегла. Вся ее жизнь последние полгода была просто сумасшедшей. О захватах земель стало известно благодаря лишь случайности – единорогу странного вида, который, видимо, рысцой (!!!) добирался до дворца Двух Сестер. С того момента, размеренная и мирная Эквестрия стала лишь теплым воспоминанием в морозный, темный, враждебный день. День, в котором каждая минута – битва.

Принцесса Солнца тихо всхлипнула. Но ей нужно было быть… непоколебимой. Тем более, Луна должна была вернуться с разведки со своим взводом стражников. Как руководитель армии Эквестрии, она особенно яростно относилась к врагу. Тия была готова поспорить, что идя в разведку, Луна больше была настроена вырезать противника, чем разузнать его позицию. Как и всегда, она ненавидела тех, кто делает боль ее пони. И направляла всю свою силу, чтобы их уничтожить. Не гнушаясь способов – она готова была скинуть свой спутник на Земли Грифонов, будь это возможно. Жуть.

Селестия поцокала к главному входу. За арками было видно небо. Оно наливалось всеми оттенками синего. Самое время. Рог Высшей вспыхнул золотой аурой. Прикрыв глаза, она начала давать толчок солнцу. Оно выскользнуло из-за горизонта и начало подниматься, окрашивая небо в розово-сиреневые тона. Но луна… двигалась странно. Прерывисто, как в первый Закат Луны. Лавандовые глаза Селестии широко распахнулись. Она взмахнула крыльями и вылетела через арку в стене.

Принцесса летела над дворцовым садом – слишком скучным по ее мнению, но Луне он пришелся по душе. И еще издалека увидела толпу у ворот. И Полуночных Стражников – пегасов и бетпони в темной, стилизованной под ночь, броне. Высшая приземлилась у входа и сразу заметила свою сестру.

Луна была на исходе сил. От ее доспехов остались только слабо скрепленные куски магического метала, которые отваливались с каждым шагом. По всему телу были многочисленные раны от падений, ударов мечом и стрел. А вслед  ей, умирающей Богине, кричали ругательства и протесты против нее. Стражники, как во взводе, так и дворцовые, всеми силами пытались сдержать натиск толпы разъяренных пони. А Младшая… просто подошла к Тие, и из последних сил прошептала:

– Я сожалею.

Селестия ничего не ответила и просто телепортировала ее и себя в дворцовую лечебницу. Там ей помогут.

А сама она осталась ждать. Не зная чего, просто идя по дворцу. К ней подбегали пони, выясняли что-то. Неважно что. И Селестия сама отвечала, сама не помня что. Не имело значения. Эта война требовала лишь одного – действия. Незамедлительного наступления.

Нападение – лучший способ защиты, и все такое, да?

За все эти года Селестия так и не нашла способа ответить этому. Она пыталась, сама даже не зная зачем.

Ты хочешь поговорить, Селестия? Ну что же… подойди к зеркалу.

– Жалкий ход с твоей стороны. Каждый второй монстр в голове у пони просит подойти к зеркалу. Я слишком хорошо изучала драматургию, моя дорогая. Слишком хорошо. –  Принцесса улыбнулась даже без намека на веселье.

—Признаю, автор с этим лажанулся… Но ты должна сделать то, о чем я тебя прошу… Или я сделаю это за тебя.

Высшая вздохнула и подошла к зеркалу. Но вместо милой пони-аликорна с розовой гривой и умными лавандовыми глазами она увидела монстра. Это было выше ее на голову. Это имело горящую, как солнце, гриву из чистого пламени. Это было с сумасшедшим и насмехающимся лицом самого ужаса. Это не было пони. Это было монстром.

Селестия сделала шаг назад. То, что было за зеркальной гранью, не двигалось. Вдруг Принцесса как будто увидела, как это разбивает зеркальную грань и душит ее. Медленно и мучительно.

–  Впечатляет, не правда ли? Вот какая ты на самом деле. Могущественная, непоколебимая, и…

– …жалкая. Ты думаешь, что ты –  это воплощение силы?

Эта адская хрень захохотала высоким голосом демона.

–  Думаю?... Нет, Тия. Я это знаю. Я, Дейбрейкер, сломала все границы, чтобы попасть к тебе. Ты можешь сломать день и ночь, и обратить всю планету в горящий АД! Ты всесильна и нипони тебе не нужен для достижения величия. Ты разрушишь и построишь империю из пепла. И что у тебя есть сказать после этого, а?

В комнате стояла звенящая тишина, которую прерывало только тяжелое дыхание Богини. Селестия молчала. Она не знала, что сказать Дейбрейкер. В конце концов, как доказать что-либо…самой себе?

– Я не хочу слушать себя. Ты слаба. Ты и есть я, но… сломленная. Я возродила эту страну, да. А ты – лишь сомнения. Я стараюсь быть сильной, как… феникс. И я не хочу стать жертвой своих худших желаний и монстра из моей головы. Сгинь, ибо ты не даешь мне возродиться и взлететь.

Дейбрейкер покачала головой. И взглянула на Селестию. Та нависла над зеркалом, словно феникс над землей.

– Вот значит как… Я буду ждать тебя. И жить в тебе. До встречи.

                            <===ooooooo000OOO000ooooooo===>

Неизвестно сколько минут спустя….

Агрх!

Селестия вскочила с пола в холодном поту. Первое, что она сделала – разнесла зеркало с помощью магии. Но в осколках была видна обычная пони. Разве что с крыльями и рогом одновременно. Никакой не демон. Возвращаясь к реальности, она вспомнила про Луну. И со всех копыт помчалась в лечебницу.

Там ее ждали хорошие вести. Луна почти пришла в себя и требовала отпустить ее в казармы. К сожалению, травмы были серьезными, она попросту не могла больше выходить в разведки и вести боевые действия. Но посоветоваться с ней Селестия была просто обязана.

Принцесса Ночи лежала на койке и смотрела в потолок печальными голубыми глазами. В комнате царил полный мрак, и только свет от рога Высшей рассеивал тьму.  Селестия подошла к Луне и присела на койку. Та никак не отреагировала, как показалось Тие.  Но через секунду Младшая вздохнула и промолвила:

– Прости меня, Тия. Я была глупа и юна, чтобы взять на себя эту ответственность. Ответственность за жизнь пони…

– Это не твоя вина. Я, только я, должна понести ответственность за всю эту войну!

– НЕТ! – В глазах Луны стояли слезы не от боли, а от печали. – Ты не понимаешь, сестра? Все эти пони… я охраняла их сны, я боролась за них! Я клялась на своей коронации, что буду верна своему народу. И вот теперь – сотни, ТЫСЯЧИ жеребят погибло из-за меня. Я проложила путь в ад через клятву бороться.

Селестии не было что сказать на это, совсем ничего. Ей было грустно, как никогда. За всех, кого она подвела. Даже богини бывают великими грешниками. Но они признают тьму внутри себя, встают на копыта, и бегут в огонь во имя Света. От луны ли, или от солнца, не имеет значения. Потому что это у них в крови.

– Мы сможем исправить наши грехи, Сестра. Буря близко, и мы должны нанести финальный удар. Последний в этой войне.

– Ты должна нанести.

Высшая непонимающе уставилась на Младшую. Но потом Тия все поняла, и ее глаза наполнились слезами.

– Луна, ты…

– Посмотри правде в глаза, сестра. Я не смогу летать, по меньшей мере, месяц. Раны слишком глубокие. Я не хочу признавать это, но я… беспомощна. Только ты сможешь обратить в пепел их империю.

Селестия встала. На ее мордочке появилось выражение холодной решимости.

– Есть одна вещь, которую ты должна узнать…

–…тот пони. – Луна мрачно перебила сестру. – Я обязана допросить его.

– Воля твоя. Мы его держим в изолированной башне. Но, прошу тебя, не дави сильно на него. Ради меня, Луна.

– Пусть будет так. И… ты не могла бы мне рассказать про вашу встречу?

Селестия открыла магией свою сумку и достала оттуда перламутровый стеклянный шар. Потом положила его на койку Луны.

– Новое заклинание магов Эквестрии. Сосуд, способный записывать воспоминания пони. Со всеми запахами, ощущениями, но… без мыслей. Они называют это «Шары Памяти».

Принцесса Ночи нахмурилась. Потом спросила:

– То есть, любой может прочитать его? Это… просто глупость! Наши противники…

–…любой единорог или аликорн. Успокой свою паранойю, Луна. Этот шар можешь прочитать только ты.

– Спасибо, Тия. Он пригодится. – Луна покатала шар копытом. – И… Задай жару им, сестра. Ты можешь, я знаю.

Селестия кивнула головой. На ее глазах блестели слезы. Но она непоколебимо вышла из комнаты и пошла в казармы готовиться. Готовиться к самой страшной буре в жизни Феникса.