Её друзья и другие зве... пони
...Что-то кому-то. Или нет.
Арбузы с влажным хрустом полопались и осыпались кучками скорлупы, оставив… Старлайт несколько секунд пыталась сообразить, кого же именно. Куча глазастеньких оранжево-черных мохнатиков таращилась на неё в ответ, подняв длинные ушки.
«Интересно, бывают ли персидские тигрозайцы?» — подумала Старлайт. Взгляды зверушек почему-то вызывали у неё крайне дурные предчувствия. Которые не замедлили сбыться. Вся лохматая кучка вдруг хором запищала «Мама!» и шустро почесала к ней.
— Не-не-не-не-не! — Старлайт поползла задом наперед с той же скоростью, поспешив нашарить магией вякнувшую Пинки и выставить её перед собой. — Вот вам мама, разбирайтесь сами!
— Й-йя?! — не будь Старли так озабочена попытками удрать, она бы собой возгордилась. Офонаревшая до заикания Пинки Пай — такое достижение, ей-ей, стоит многого. Судя по стуку упавшей за кулисами не то челюсти, не то швабры, и вытаращенным глазам Трикси… и не только её, в чём Стар убедилась, быстро бросив косой взгляд за рампу, так считала не только она. Особо внушала перекошенная от зависти вытянутая рожа Дискорда с дёргающимся глазом.
— Ну не я же? — злобно прошипела Старлайт, воспользовалась тем, что неведомы зверушки с радостным верещанием облепили застопорившуюся розовую паршивку и наконец-то воздвиглась на ноги. — А папой назначим Зекору, чтоб вас со смыслом коромыслом! Я вас лично поженю, благословлю дрыном по загривку и буду стоять со свечкой и плёткой, кобылять!!! Вы эту кашу заварили, вам и расхлёбывать. И быстро, потому что наш следующий номер уже на подлёте!
— А, ну да… Счас! — опомнившаяся Пинки подпрыгнула, сгребла счастливо курлыкавших и чирикавших тигрозаек в охапку и оттащила к ёлке, чирикая явно на той же волне.
Старлайт закатила глаза и повернулась к остальным. Пихнула Трикси и указала вздрогнувшей единорожке глазами на публику, встрепенувшаяся фокусница тут же рванула вешать оной свежую порцию лапши на уши. Профессионализм не пропьешь… Зато Твайлайт пришлось встряхнуть основательнее. Книжная лошадка что-то бормотала и рассеянно пыталась нашарить не то блокнот, не то скальпель.
— Твай… Твай! Да очнись же! — Старлайт хорошенько потрясла подругу, прикрыв её от взглядов собой.
— Что? А! Да! То есть нет!.. То есть… — взгляд лиловой аликорночки стал осмысленным и она огляделась. — Старлайт, это невероятно!
— Да и Дискорд с ним! — Старли едва сдержалась от выкрика. — Твай, у нас следующий номер горит, хочешь подвести и нас, и принцессу? Проснись и пой… в смысле, колдунь уже!
— Ой… да-да, сейчас… М-мама моя Селестия… — это было сказано таким тоном и с такими глазами, что Старлайт мгновенно развернулась, уже в прыжке выставляя магощит. Щит не пригодился, да и от зрелища он не защитил…
«Дайте мне развидеть это…» — взмолилась Старлайт, с трудом впучивая глаза обратно. От вида Пинки в чьей-то пятнисто-мохнатой шкуре на чреслах, которая, кружась и притопывая, водила вокруг ёлочки под какой-то варварски-первобытный мотив хоровод из пушистиков, то и дело высоко вскидывая внушительную сучковатую дубину, на что те в ответ каждый раз с визгом потрясали здоровенными молотками и серпами, кажется, глаз задёргался даже у Селестии. Дискорд, мрачнее тучи, прилаживал петлю на отращенный правый хвост, который был длиннее левого, и натирал её мылом. Каденза походила на розовую плюшку с пришитой улыбкой и стеклянными глазами, уйдя то ли в нирвану, то ли в поиски смысла жизни. Одна лишь Луна безмятежно взирала на сцену, хрумкая попкорном. Придворные изображали терракотовую гвардию мышек в кустах, присыпанную пылью веков, понивилльцы флегматично делали ставки.
«Кто рехнётся первым, наверно…» — Старлайт крепко зажмурилась и потрясла головой.
Сбоку раздалось сдавленное хриплое бульканье — Лира каталась по полу, зажимая рот обеими лапками, а Бон-Бон залипла в лапкомордии.
— Асса! — возопила розовая катастрофа, указывая дубиной на ёлку, и вся банда пушистиков с верещанием ломанулась на неё, резво ныряя под колыхающиеся оранжевые перистые лапы. Вся ёлка зашевелилась, словно живая. — Больше вечеринок богу вечеринок! Пять, четыре, три, два, один… Пуск!
Старлайт в немыслимом прыжке буквой «Г» сгребла бешено что-то строчащую в вынутом таки блокноте Твайлайт и замершую на полужесте нервно икающую Трикси, свалилась на них сверху и накрылась всеми защитными чарами, какие успела навести.
Ёлка встопорщилась, вроде даже присела, и могучим взмахом разлапистых ветвей… нет, уже крыльев стартовала вместе с кадкой. Пинки с растрёпанной воздушной волной гривой и слезами на глазах махала вдогонку улетающей ёлке белоснежным батистовым платочком, успев куда-то подевать дубину и шкуру. Уменьшающаяся вдалеке неведомая растительная хвостня пошла на снижение и скрылась где-то за опушкой Вечнодикого.
— Пинки… — медленно сказала Старлайт, отменив чары, слезая с подружек и подходя к ней. — Я даже не буду спрашивать, чему ты их научила и на кой клёпаный хвост отправила в Лес, почему эта бешеная мет-ёлка летает, и кто такой Бог Вечеринок… или такая.
— А, так они будут косить мне трын-траву, ну и древолков заодно обмолотят, сепульки уже поспели, а Бог Вечеринок, э-э-э… ну, это длинная история… — Пинки заметно смутилась и даже потупилась.
— И у нас сейчас нет на неё времени, — даже гордясь своим самообладанием, о-очень спокойно кивнула Старли, прямо-таки излучая добродушие и благожелательность. Пинки почему-то сглотнула и попятилась, изо всех сил улыбаясь. — Но видишь ли… оно спёрло кадку, которую я вчера брыкнутый час зачаровывала. А без этой кадки — следующий номер накрывается золотой сковородкой. Так вот, я ОЧЕНЬ надеюсь, что у тебя есть идеи на сей счёт.