Бремя бессмертных

Начинай верить в чудеса

— Понячьи перья, — выругалась Селестия, глядя на газетный прилавок и игнорируя слегка напуганный взгляд владельца. — Похоже, в скорости с новостями по-прежнему ничто не сравнится.

Твайлайт схватила одну из газет и нахмурилась. На каждой из них красовались заголовки типа «Твайлайт Спаркл и её вдохновенная борьба с тяготами бессмертия, подробности на первой полосе».

— Вдохновенная борьба с тяготами бессмертия? — ошалело прочитала Твайлайт. — Ни с какими его тяготами я не борюсь — я узнала нём только сегодня утром! — Она глянула на Селестию и Луну, которые обменялись непроницаемыми взглядами.

— Твайлайт, — медленно начала Селестия, — Эквестрия — великая страна, и её пони процветают. У нас переизбыток продовольствия, магии и современного искусства причудливых форм. По большей части это благодаря тому, что мы все крепко держимся друг друга. Порядок и постоянство — вот чем мы известны. — Она вздохнула, чуть опустив голову. — К сожалению, это означает также, что крупные перемены могут вызывать широкие реакции, как сейчас.

Луна положила копыто на плечо Твайлайт:

— Наши маленькие пони попытаются понять твоё бессмертие, постаравшись представить то, как это, на их взгляд, повлияет на тебя. У каждого пони своё мнение на этот счёт, и теперь, когда о твоём бессмертии стало массово известно, они начнут действовать, дабы втереться к тебе в доверие или подбодрить тебя. Большинство даже будет искренне верить, что делает благородное дело и оказывает тебе безмерную помощь.

Уши Твайлайт медленно опустились:

— Все будут пытаться поговорить со мной?

— Поговорить, — кивнула Селестия, — завалить подарками, прочитать поэмы, причём всё это, скорее всего, одновременно. — Она похлопала её по спине. — И с похвальной целеустремлённостью наверняка продолжат делать это очень-очень долго. — Селестия развернулась ко дворцу. — Думаю, нам стоит вернуться и подыскать тебе хорошо охраняемую комнату, чтобы тебя не изловили дворяне. Можешь оставаться во дворце сколько угодно, и, пожалуйста, не стесняйся сразу обращаться ко мне или Луне, если окажешься в безвыходном положении.

Селестия шагнула вперёд, но вдруг заметила, что сиреневая кобыла не ответила.

— Твайлайт?

Юная принцесса застыла как вкопанная, её глаза были широко распахнуты, а волоски там и сям в гриве медленно вставали дыбом. С тревогой глянув на Твайлайт, Спайк помахал рукой перед её глазами и даже ткнул когтем в бок. Она даже не вздрогнула.

— Схожу за тележкой, — вздохнул дракончик.

Стоя на прикроватной тумбочке, Спайк разглядывал через окно растущую толпу пони, пытающуюся попасть во дворец.

— Ого, — присвистнул он, — прилично же тут собралось желающих увидеть тебя. — Затем усмехнулся: — Слушай, может, Дневной совет проведёшь, а?

Твайлайт же продолжала быстро дышать в бумажный пакет. Спайк прыгнул на кровать, где она лежала клубочком, и закатил глаза:

— Да брось, Твайлайт. Не так уж всё и плохо. Подумаешь, несколько пони явилось пожелать тебе приятной вечности. — Он снова глянул в окно. — Э-э, немало пони явилось пожелать... куча пони... тьма-тьмущая пони.... Эй, это что, Дискорд? — Сглотнув, он закрыл окно и задёрнул шторы. — Эм, забудь. Кажись, я сам себе сделал хуже, попытавшись сделать тебе как лучше.

Из коридора вдруг послышался грохот. Твайлайт со Спайком испуганно подскочили и нырнули под одеяло в тщетной попытке спрятаться. В следующий миг дверь распахнулась, и в комнату ворвались одетые в балахоны пони, окружившие кровать. Твайлайт одни глазком посмотрела в коридор и ахнула, увидев связанных стражников, лежащих на полу и выглядящих слегка расстроенными. Она притянула Спайка к себе и сбросила одеяло.

— Не подходите! — закричала она, распахнув крылья и магией выставив перед собой щит из книг. Никакой реакции не последовало, поэтому она осторожно выглянула из-за книжного частокола.

Все до единого пони в балахонах лежали ниц. Твайлайт бессмысленно уставилась на них, затем сложила крылья и неловко поёрзала, опустив книги.

— Э-эм. Н-не могли бы вы прекратить? — попросила она дрожащим голосом. Пони вмиг вскочили на ноги.

— Разумеется, ваше величество, — истово проговорил высокий серый единорог. — Всё, что пожелаете.

Твайлайт нахмурилась. Спайк выглянул из-за её копыт.

— А можешь попросить мне миску самоцветов? — поинтересовался он. Твайлайт изумлённо зыркнула на него, на что дракончик пожал плечами: — Эй, он же сам сказал «всё».

— Абсолютно всё, — быстро кивнул единорог. — Церковь Дружбы посвящена исполнению любого вашего желания.

С лица Твайлайт исчезли всяческие эмоции. Её рот открывался и закрывался, но слов не было. Через пару секунд она тихо застонала и монотонно повторила:

— «Церковь Дружбы».

— Да, ваше величество, — отозвался оранжевый пегас. — Мы следовали вашим учениям дружбы с самого вашего вознесения. Теперь, когда вы стали богиней, мы...

— Богиней?! — воскликнула Твайлайт. — Нет! Я всего лишь обычный аликорн! — Она поморщилась. — Э-э, я лишь обычный аликорн в том смысле, что я из аликорнов, которые не богини. — Она потёрла затылок. — Э-э, вообще, Селестия и Луна много раз просили пони перестать им поклоняться, поэтому я сомневаюсь, что среди аликорнов есть богини.

Повисла долгая тишина, Твайлайт услышала, как кто-то неловко кашлянул.

Серый единорог глянул на неё полными слёз глазами. Твайлайт с встревоженным видом села.

— Ой, простите, если нагрубила. Нагрубила же? Я совсем не хотела, — извинилась она.

— Такое смирение, такое великодушие! — прошептал серый единорог, по его щеке скатилась одинокая слеза. — Воистину  лишь богиня может быть столь непорочна и могущественна!

— Но она же сама прямо сейчас сказала, что не богиня! — воскликнул Спайк.

— Она проверяет нашу веру! — прокричал кто-то, остальные поддержали.

— Это наверняка испытание от нашей Госпожи Знаний! — возопил оранжевый пегас. — Отриньте страх, наша вера не пошатнётся, ибо мы узрели величие собственными глазами!

Твайлайт медленно вдохнула, приложив копыто к груди, затем выдохнула, выставив его вперёд. Все пони в комнате мигом повторили жест.

В отчаянии закричав, Твайлайт сильнее прижала Спайка к себе, пинком распахнула окно и вылетела наружу. Оставшиеся пони благоговейно смотрели ей вслед.

— Гнев богини есть праведный знак, — сурово проговорил единорог. — Идём, братья и сёстры, да поведёт нас величественная ярость Госпожи!

Пони в балахонах как один радостно вскричали и убежали прочь. Лежащие на полу стражники переглянулись.

— Слушай, а тебе это не показалось чуточку зловеще? — спросил один.

— Не-е, — ответил второй.