Хозяйка Медальонов. Содружество Медальона
Глава 1. Приготовления и вопросы
В которой ответы так клеются к вопросам
Итак, четыре года вся Мидиландия жила в мире, и в тихом Селье всё шло своим чередом, но накануне Дня Рождения двух хобиларов, дяди и племянника, колёсики завертелись. Нет, на первый взгляд ничего не предвещало беды, ну кроме очередного явления Синего Мага, также широко известного в узких кругах как Гуднайт, народу, в данном случае народу хобиларов, миленьких, маленьких мохнатеньких пони, живущих в уютной стране под названием Селье.
Хобилары ростом меньше всех других видов пони, и, как я уже говорила, более мохнатые, имеющие обычно менее яркую раскраску, чем другие виды пони. Они не являлись коренными уроженцами Мидиландии, а пришли в этот мир по Радужному Мосту, появление которого спасло их от вымерзания. Это интересное, милое и хозяйственное племя, которое всегда вовремя платит налоги, отчего ваша покорная слуга быстро потеплела к ним также, как и Синий Маг... так, я увлеклась, давайте перейдём к делу!
Волшебник, на голове которого красовалась неизменная синяя остроконечная шляпа с жёлтыми звёздами и бубенчиками, одетый в плащ схожего фасона, постоянно напоминавшей вашей покорной слуге Старсвирла Туповатого (чтоб его десять раз!), легко вёз свою тяжело нагруженную повозку с парой восседавших на ней алмазных псов и одним саламандром, настолько ярко-красным, что казалось, будто его недавно варили на медленном огне.
Однако, въехав в тень раскидистой дубовой рощи, он мягко остановился, закурил свою трубку и посмотрел в небо, повернув голову влево.
— Эй, Гуднайт, что случилось? — спросил один из псов.
— Да всё как обычно, — ответил им за Волшебника саламандр.
— Что именно? — спросили оба пса, и тут им пришёл ответ с неожиданной стороны.
Из кустов с криком "засада" выскочили трое пони и кинулись на мага... чтобы попытаться задушить его объятьями.
— О-хо-хо, Мерри Квайетстрим и Перри Топ! — сказал волшебник трём молодым жеребцам, — и с ними молодой Тео Дип!Как же вы вымахали за последние четыре года!
— Ты говоришь нам это в каждый свой визит, — сказал названный Тео светло-коричневый тёмногривый жеребец с белой полосой на лбу и белыми подпалинами на ногах, кьютимаркой виде книги и пера, недавно достигший полноценного юношеского возраста. Его друзья, красный жеребец с рыжей гривой с кьютимаркой в виде фейерверка и синий жеребец с такой же тёмной гривой как у Тео с кьютимаркой виде воздушного змея, согласно кивнули. Как и абсолютное большинство хобиларов, они были земными пони.
— Да, Гуднайт, ты все время говоришь, как мы выросли, но не даёшь нам помогать, — сказал красный.
— Да, Перри, — подтвердил синий, — мы тоже хотели бы запустить салют!
— И в этом году вы это, наконец, сделаете, — оба жеребца раскрыли рты от удивления и предвкушения, — под нашим с мастером Теклой присмотром! — и оба так же резко сникли.
— Ничего, ребята, я за вас возьмусь, — заявил саламандр, — вы ещё станете лучшими инженерами в Селье. Ох, я помню себя в вашем возрасте, мы тогда с моей милой Матильдой...
— Потом всем расскажешь про Матильду, — сказал ему Гуднайт закатив глаза, и тихо добавил, — по сто тридцать пятому разу.
— Эх, Гуднайт, ты ещё просто не нашёл кобылицу своей мечты, — ответил ему услышавший его мастер, — вот когда она появится, в твоих мыслях тут же отыщется уголок, посвящённый только ей. И вот тогда ты поймёшь...
— Ох, Текла, сделай милость, заткнись! — закатив глаза, проворчал Синий Маг, — Единственная кобылица, которой всегда посвящён уголок в моих мыслях, столь ужасна, что её имя вслух не произносят.
— О, чем жёстче борьба, тем ценнее победа, — надзидательно ответил саламандр, — думай об этом!
— Теклиус Клаус, ты невыносим! — устало протянул волшебник, — клянусь, ты самый надоедливый саламандр во всей Мидиландии! Сделай милость, помолчи, или я попрактикуюсь на тебе в трансфигурационных чарах!
— Ох, какой злой пони! — сказал в ответ Текла, — помяни моё слово, настанет день, когда тебе воздастся за твоё бурчание, и ты поймёшь, что я был прав!
— Он теперь ещё и проповедником заделался! — бросил Гуднайт, снова потащив повозку по проходившей среди дубравы дороги. Могучие деревья, чьи кроны обдували порывы восточного ветра, набравшего сил над Пустошами, успокаивающе, даже убаюкивающе, шумели. Трое друзей следовали сбоку от мага, и через некоторое время Тео произнёс:
— Мы с дядей уж думали, что ты опоздаешь.
— Я много раз говорил ему и повторю тебе: волшебник всегда приходит вовремя!
— Да-да, — ехидно сказал Тео, улыбнувшись, — особенно как в тот раз, два года назад, когда ты внезапно возник посреди комнаты в новогоднюю ночь и мама запустила в тебя пирогом.
— И это был, пожалуй, самый вкусный пирог, который я когда-либо ел, — ответил Синий Маг, — Нет, правда. И главное, он был не единственным! Кстати, как она?
— Да всё хорошо, — сказал юный хобилар, — Правда она теперь боится воды и привидений. Все речные прогулки нам с папой приходится совершать вдвоём.
— Что? Привидения? — удивился волшебник, — Что случилось?
— Они с папой хотели покататься на лодке, но что-то маме почудилось и она, испугавшись, сиганула с причала в воду, благо, там было не очень глубоко. К слову, вскоре внезапно налетел сильный шквал, так что мама посчитала это знаком и больше к воде не подходит. И в четверг постоянно устраивает распродажи цветов, которые мы с дядей выращиваем.
— О, да, кстати, как ещё один ваш друг? — спросил Гуднайт, — Он, вроде, работает на твою семью. Что с ним? Как же его?
— Джем? Он хотел присоединиться к нам, но по дороге встретил Рози и обещал нас нагнать. Когда-нибудь, — с улыбкой пояснил Тео.
— О, первая любовь! — раздалось с телеги, и Текла, легко спрыгнув, сорвал цветок ромашки и, взяв его в лапу, пошел рядом с ними бодрым шагом, — что может быть прекрасней! Мои первые изобретения, мои первые чувства... без этого я бы никогда не стал тем, кто я есть!
— О, нет, он опять завёлся! Создатель, за что ты так со мной! — Синий Маг устало возвёл очи долу.
— Между прочим, она правит Мирами, да, Любовь, величайший дар Создателя всем живым существам, — тоном мудрого философа произнёс мастер-саламандр, — О да, все мы ища Её и пытаясь понять, идём по жизни, и это заставляёт жизнь играть всё новыми и новыми красками в наших глазах! Всё лучшее в мире идёт от Любви, а всё худшее от нежелания или непонимания, что такое Любить!
— То есть, мастер Текла, смысл жизни в том, чтобы найти красивую кобылу? — спросил Мерри.
— Ох... многому тебе ещё предстоит познать, мой юный ученик, но беспокойся, я направлю бушующий поток огня твоего энтузиазма, подобный расплавленному металлу, в форму мудрого и образованного жеребца, — ответил Теклиус Клаус.
Вскоре показались и первые норки Хобилариона. Дип Холл находился на самой окраине, вокруг него шедро цвели розы, от которые создавали вокруг просто головокружительный аромат. Возле кустов работала пара из светло-жёлтой хобиларской кобылы-земной пони со светло-коричневой гривой, кьютимаркой которой служила лейка, и редкого хобиларского пегаса коричневого окраса с тёмной гривой и кьютимаркой в виде радуги.
— Мама, папа! Смотрите, кто приехал! — окрикнул их Тео.
— О, Боже мой! — воскликнула кобыла, которая была никем иной, как Скарлетт Дип, сестрой хозяина Дип Холла и, как я надеюсь, все поняли, матерью Тео Дипа, — я не я, если это не сами Синий Маг и Главный Инженер! Как добрались, мастер Гуднайт, мастер Текла?
— Отлично, госпожа Дип, дорога просто прелесть! — ответил саламандр.
— Конечно, ты же её проектировал! — льстиво сказала она гостю, — а фестралы мостили, прямо чуть не до Селья.
— Да, наше сотрудничество с Маджестик Сонг послужило делу мира! — ответил мастер.
— Ага-ага! — ответил ему Гуднайт, закатывая свою повозку в сарай.
— Ты же не можешь утверждать, что Маджестик Сонг только и хочет захватить наш Мир! — бросил ему Теклиус.
— О, у неё с её Госпожой множество других замыслов, — парировал Гуднайт.
— Ладно вам, судя по письмам она милая пони, — вклинилась в разговор Скарлетт.
— Вы читали письма к вашему брату? — спросил Гуднайт.
— Нет, что вы! Она мне тоже пишет, — пояснила хобиларка, — Довольно интересно с ней переписываться, она постоянно жалуется, что следопыты понаставили постов на Полевом Тракте и с пристрастием досматривают её пони.
— У них свои сложности, — ответил Текла, — следопыты терпеть не могут, когда фестралы ходят по их землям. Их кобылы были первыми жертвами набегов пони Тьмы. Отношения между ними давно смягчились, просто они пермаментно пытаются взять друг друга в плен.
— Да, этих следопытов много развелось, как Тракт ожил, — согласилась Скарлетт, — недавно целый ихний отряд прошёл через всё Селье с востока на запад.
— Они всегда были тут, — пояснил Маг, — просто с тех пор, как Тракт ожил, они стянулись из Глухомани поближе к нему. Даже Фарнозер постепенно отстраивается.
— Ну, всё как-то непривычно, что у наших границ столько здоровяков отирается, — ответила она.
— Ох, госпожа Дип, какие же они здоровяки?! Вот видели бы вы жителей стран за Халвандом! — ответил ей Гуднайт, — Там живут себаи и абары, вот они здоровяки! Они меня звали не иначе, как Маленьким Магом.
— Ох ты ж, они должно быть, совсем верзилы! — удивилась Скарлетт, — наверняка ещё и пониеды в добавок!
— Нет, они питаются как и мы, но действительно, все высокие, с длинными ногами, — сказал Волшебник, — живут они по окраинам пустыни Дажд.
— Эко вас заносило! — закивала кобыла, а затем участливо спросила, — И вы всё один так и кочуете по миру? Не присмотрели ли себе ещё Волшебницу?
— И вы туда же, — закатив глаза, тихо пробормотал волшебник себе под нос, а затем спросил нормальным голосом, — Боб дома?
— Он заперся, чтобы сбежать от поздравлений, — устало ответила Скарлетт, — братец совсем не любит компании, иначе бы давно нашёл себе хорошую кобылицу. Впрочем, может он ещё примет предложение Мадж.
— Ох, кто о чём! — снова тихо пробормотал Гуднайт, походя к круглой двери, после чего аккуратно постучал в неё копытом.
— Для дальней родни, соседей и коммивояжёров меня нет дома! — раздалось из глубин Дип Холла.
— А для друзей? — спросил Маг, и вскоре дверь открылась, и Боб Дип повис у Волшебника на шее.
— Гуднайт, это ты! Ох, как я рад встрече!!! — ответил
— Рад видеть тебя, дружище, кхе-кхе, смотри не сломай мне шею.
— А, ой, извини, Гуднайт, — сказал хобилар, отпустив его, — Это было... в общем, тут временами бывает тяжко. Пойдём, я как раз поставил чай!
— В смысле, тяжко? — спросил волшебник, входя в дом.
— В смысле, что услыхав о богатстве моего брата, его осаждает, толпа потенциальных невест, — ответила за Боба Скарлетт, — Я отваживаю их от дома, пугая Маджестикой, но в её отсутствие такая тактика медленно, но верно теряет эффективность.
— Да, и моя собственная сестра подыгрывает Верховной Леди Даркнессии!
— Даркнестии, — поправила Скарлетт, — и вообще, у меня уже сын взрослый, а ты, старший, ещё не женат!!! И Кори недовольна!
— Тебе и Корина пишет?! — с ужасом спросил Боб.
— И Глория, и Ледяника. Та вообще каждую неделю шлёт открытки.
— Откуда?
— Сейчас? С Хмурых Гор, — ответила хобилара, — она спустилась в пещеры Суженных Кобыл. По легенде, местные фестралки спускались туда по канату и медитировали три дня, пытаясь понять себя и найти в в своём сердце ответ на вопрос "кто мой суженый?" Правда романтично?
Боб только приложил копыто к голове, прежде чем пойти накрывать на стол.
Только вечером, после ужина, Гуднайт и Боб смогли поговорить.
— Вижу, ты нервничаешь, — сказал Синий Маг.
— Да, меня снедает тоска. Я полюбил приключения, я хочу увидеть что-нибудь новое... может, даже с Ледяникой из Дома Морошки.
— И что тебя останавливает? — спросил Волшебник.
— Чувство... долга. Да, долга. Есть одна вещь, которую... моя интуция говорит мне, что я должен позаботится о ней, прежде чем идти дальше. Но всему своё время. Завтра праздник, а у нас длинный день.
— Боб, подожди. У меня к тебе один очень важный вопрос. Что за артефакт ты использовал, для того, чтобы становиться невидимым?
Хобилар на миг застыл, потом опустил уши и ответил:
— Это медальон. Я нашёл его в пещерах Туманных Гор. Он помог мне уйти от Маджестик Сонг, и спасти Ривер Ран.
— И ты чувствуешь, что без него ты... гм, неполон?
Боб обернулся внимательно посмотрел на Гуднайта:
— Ты знаешь, что это за штука?
— Таких медальонов было изготовлено немало... будь аккуратен с ним, его нельзя использовать легкомысленно.
— Это я знаю, — ответил хобилар.
Волшебник кивнул, а затем вдруг зажёг рог и в открывшееся окно влетел светло-коричневый толстоватый земной хобилар, который пытался перебирать ножками, но видя, что попался, бросил это дело и был посажен на ковёр.
— Джем Джемджи, тебя не научили, что подслушивать нехорошо?
— Да, мастер Гуднайт, просто я хотел извиниться перед Тео, мы с Рози...
— Проехали, что ты услышал?
— Про медальон мастера Дипа и невидимость.
— Ты... знал раньше про медальон?
— Да, видел как-то раз, как он вдруг исчез, когда мимо проходили парочка известных у нас в Хобиларионе красавиц, что за его сундуком охотятся. Тогда же, значится, заметил, что у него на шее что-то есть, ну и решил про себя, медальон так медальон. Мастер Боб помог дорогу аж до самого Загорья расчистить, так у наших теперь-то торговля пошла, а значит нужное дело он сделал, а уж как про то не мне судить. Вот и не говорил я никому.
— Хорошо, — оборвал его Гуднайт, — продолжай никому не говорить, и всё будет хорошо. Иначе превращу тебя в лягушку.
— Ой... ясно... только не в лягушку! — окончательно перепугался хобилар, теперь дрожавший как осиновый лист.
— Хорошо, Джем, иди! — сказал Гуднайт, чем молодой жеребец поспешил воспользоваться, буквально пронесясь мимо старших и исчезнув в двери. Синий маг подумал, что его не слишком внимательный коллега, Браун Баст, присутствуя при ретираде Джема, мог решить, что хобилары обладают способностью к телепортации.
Тем временем хозяин, пожелав своему гостю спокойной ночи, отправился спать, а Волшебник, закурив трубку, глубоко задумался. Что-то со всем этим было не так, и он нутром чувствовал, чьё копытце тому виной.