Сорняк

63. Коффинс

Картофельный салат. Тарнишед Типот заглянул в миску, стоящую на столе. Ему нравился картофельный салат. Теперь он понял, почему мама чистила картошку раньше. Картофельный салат был чудесного желтого цвета, значит, в нем была горчица. Там были большие кубики маринованных огурцов. Черные оливки. Маринованные оливки. Он поднял глаза от миски и увидел, что Клауди смотрит на него.

— Не смей, — сказал Клауди низким голосом. — Не лезь туда. Мы скоро будем есть.

— Где моя мама? — спросил Тарниш.

— Ушла с Мод, Марбл и Лаймстоун, — ответила Клауди. Ее брови нахмурились, и она бросила на Тарниша настороженный взгляд. — Ты хорошо выспался?

То, что его мать проводила время с сестрами Пай, очень беспокоило Тарниша. Страх прошелся по его шее:

— Да, хорошо.

— Забавная мелочь. Когда-то давно формы для пирогов называли гробами. Ну, пироги, которые были закрыты и имели верхнюю корочку. Открытые пироги назывались ловушками. Очень, очень давно эту семью называли семьей Коффинс, — сказала Клауди Тарнишу, наблюдая, как он отходит от картофельного салата.

Глядя на Клауди, Тарниш наклонил голову, размышляя, какой смысл в ее словах, интересно, сделал ли он что-то такое, что заслуживает того, чтобы его засунули в гроб:

— Что заставило тебя вспомнить об этом?

— Семейная история. — Суровое лицо Клауди расплылось в мягкой улыбке. — Теперь ты один из нас. Ты должен знать такие вещи. — Клауди прочистила горло. — Самое старое написание нашей фамилии было Коффайнс^[1], как К-О-Ф-Ф-А-Й-Н-С. Со временем оно изменилось на Коффинс, с буквой И. Некоторые из нашей семьи взяли фамилию Пайи…^[2] П-А-Й-И… другие взяли фамилию, которую мы носим сейчас, Пай. Наша семья восходит к основанию Эквестрии, мы такие же древние, как Эпплы.

Клауди начала обходить стол, подходя к Тарнишу и глядя сквозь очки на жеребенка:

— В семье Пай было очень мало единорогов. Я хочу, чтобы ты знал, мы гордимся тем, что у нас есть ты.

— Спасибо, — ответил Тарниш, чувствуя себя растерянным и не зная, что сказать.

— Твоя мама очень, очень рада, что ты присоединился к семье с историей. Она не могла дать тебе этого… но мы, конечно, можем. Теперь у нас есть маленькие чайнички^[3] к нашим пирогам… и это делает меня счастливой, — сказала Клауди, глядя Тарнишу в глаза.

Тарниш, не самый умный жеребенок в мире, но далеко не глупый, не мог не почувствовать, что Клауди чего-то добивается. Она чего-то хотела. Глаза Тарниша сузились, и он задумался над словами Клауди… Теперь у нас могут быть маленькие чайнички к нашим пирогам. Действительно, маленькие чайнички. Глаза Тарниша расширились, а брови приподнялись.

— Не нужно спешить, — сказала Клауди Тарнишу, наблюдая, как он переваривает все сказанное. Она знала, о чем он думает. — Не торопись и просто проведи некоторое время, будучи счастливым с Мод. Только постарайся не заставлять меня ждать слишком долго, хорошо?

Небо было пасмурным, темным и заполненным собирающимися тучами. Пегасов не было видно. Устремив взгляд вверх, Тарнишед Типот наблюдал за дикой бурей, которая зарождалась, набирая силу. Несомненно, нестабильная магия близлежащего нексуса способствовала развитию этой бури.

Завихрились высокие черные грозовые облака — суперячейки, было такое название, но Тарниш не мог его вспомнить. Он выучил его в школе, но давно забыл, закончив среднюю школу. О чем он теперь сожалел.

Без предупреждения молния рассекла небо, произошла пронзительная вспышка жуткого голубого света, а через секунду раздался почти оглушительный раскат грома, от которого у Тарниша зазвенело в ушах.

Гроза становилась все сильнее. Вдали показалось зарево, яростный фиолетово-синий свет. Любопытствуя, Тарниш вышел с заднего крыльца и направился в поле к сиянию, туда, где, как он знал, находился небольшой нексус на ферме Пай.

Пирамида камней над пересечением лей-линий светилась. Тарниш подошел, одолеваемый любопытством. Он видел, как по полю мчатся пылевые дьяволы — маленькие ветряные гиганты, в которых клубились пыль и мусор. Тарниш чувствовал, как каждый волосок на его теле встает дыбом, наполненный электрическим током. Было щекотно.

Опустив взгляд на свой амулет, Тарниш заметил, что тот мигает, переходя от голубого к тускло-фиолетовому. Что-то происходило, что-то, что он не мог успокоить, и он чувствовал себя взволнованным, наблюдая за этим.

Переведя взгляд на рог, Тарниш увидел, что его собственный рог светится пронзительным голубым светом, который с каждой секундой становился все ярче. Он почувствовал необычное ощущение: его собственная магия текла сквозь него, действуя рефлекторно. Он ничего не контролировал, его магия действовала сама по себе. Груда камней завибрировала, и Тарниш почувствовал вибрацию в своем роге, в своих костях, все его тело гудело.

В ушах что-то хрустнуло, и Тарниш почувствовал, как давление внутри головы ослабевает. Посмотрев вниз, он увидел, что его амулет теперь синий, он не знал, что происходит, но казалось, что его магия компенсирует это.

Тарнишед Типот подозревал, что он ведет себя примерно так же, как ядовитая шутка, поглощая и фильтруя вредную или иную опасную магию. Он чувствовал себя очень необычно. Из его рога вылетали голубые искры, искрясь и потрескивая.

Под его копытами земля, казалось, замерзла. Вокруг него выросло что-то блестящее и отражающее. Приглядевшись, Тарниш увидел, что это вовсе не лед, а растущий лист стекла или хрусталя, тонкий и полный трещин.

Последовала вспышка света, ослепительная, и прилив огромного жара. Вместе с этим раздался раскат грома, который Тарниш услышал у себя между ушами. Ослепший и оглохший, видя лишь голубой цвет в глазах и слыша приглушенный рев в ушах, Тарниш не мог видеть, что молния только что ударила в груду камней в нескольких метрах от него.

Пошатываясь, ошеломленный, с болью в ушах, Тарниш не понимал, что происходит. Оцепеневший, он чувствовал, что его собственная магия сейчас почти оргазмична. Ослепший, оглохший, Тарниш не понимал, что происходит и что творится вокруг него.

Тарниш почувствовал, как две ноги обхватили его тело, сжали его туловище, а затем его подняли, понесли. Он не мог видеть, но знал, кто его держит. Он корчился, не желая уходить, желая оставаться внутри клубящегося магического вихря, чувствуя странную потребность, принуждение.

Тарниша швырнули на стул, как мешок с картошкой, и он упал с сильным ударом. Он моргнул, все еще не видя. Он не слышал ничего, кроме жужжания. Даже несмотря на свое несколько плачевное состояние, он чувствовал себя вполне живым.

— Глупый жеребенок, что у тебя на уме? — потребовала Клауди.

— Мама, я не думаю, что он тебя слышит, — сказала Мод, помахав копытом перед глазами Тарниша. — Я также не думаю, что Тарниш контролировал себя. Когда молния ударила в груду камней, он даже не вздрогнул и не подпрыгнул.

— ЧТО СЛУЧИЛОСЬ? — спросил Тарниш шепотом, как ему показалось.

— У него кровоточат уши, кто-нибудь из пони принесите мне чистую тряпку, смоченную в горячей воде, — сказала Клауди. Она наблюдала, как Пинни метнулась к раковине, открыла ящик рядом с ней, достала чистое полотенце и начала смачивать его под краном.

— Он светился синим, — сказала Мод своей матери. — Интересно, что с ним было.

— Я ЧУВСТВУЮ СЕБЯ ПРЕКРАСНО! — сказал Тарниш, снова переходя на шепот.

Клауди закатила глаза:

— Надеюсь, с Игнеусом все будет в порядке. Он все еще достает кровать.

Пинни начала оттирать кровь с ушей Тарниша, ее лицо было озабоченным:

— О чем он думал? Он просто стоял там… ничего не делал, чтобы укрыться. Что у него было на уме?

— ЗЕМЛЯ ВОКРУГ МЕНЯ ПРЕВРАТИЛАСЬ В СТЕКЛО! — сказал Тарниш негромким, как ему казалось, голосом. — ВСЕ БЫЛО ПОТРЯСАЮЩЕ!

— Я подозреваю, что Игнеус может задержаться с возвращением домой. — Клауди, стоявшая рядом с Тарнишем, посмотрела на стол, заваленный едой, посмотрела на Тарниша, а затем на всех остальных пони на своей кухне. — Тарниш, кажется, в основном в порядке. Интересно, стоит ли нам сесть и поесть.

— Интересно, притягивает ли Тарниш плохую магию, как жука — электрожуколовка, — сказала Лаймстоун, помахав копытом перед широкими, остекленевшими, невидящими глазами Тарниша. — Я думаю, с ним все в порядке… Я не думаю, что это магия сделала с ним такое. Называйте это предчувствием. Но тот разряд молнии поразил его глаза и уши.

— ВСЕ СИНЕЕ! — сказал Тарниш, все еще шепча.

— Давайте поедим. Мод, возможно, тебе придется помочь накормить Тарниша, — сказала Клауди.

Примечание автора:

Да, это была странная глава.