Сорняк

71. Покидая дом

— Так вы двое отправляетесь в Жуткое ущелье? — Игнеус, чуть прищурив один глаз, смотрел на Мод через стол для завтрака. — Насколько я помню, это опасное место. Что-то насчет угрей.

— Куаррейские угри. Там также водятся гигантские орлы и ряд других опасных хищников. — Мод говорила об опасности точно так же, как и обо всем остальном, как будто ей это было до слез скучно.

— Есть также опасная флора. Удушающий спрут, игольчатые кактусы внизу в каньоне, и рвотные фиалки…

— Что такое рвотная фиалка? — спросила Лаймстоун, прервав Тарниша на полуслове.

— Рвотные фиалки — это магические растения, которые живут в экстремальных зонах, обычно растут в песке или укореняются в расщелинах скал. Если вы подойдете слишком близко, вам станет плохо, или, как любят говорить ботаники, фиалковая болезнь, и вас стошнит, тем самым обеспечивая рвотные фиалки тем, что им нужно для роста — влагой и удобрениями, — ответил Тарниш.

— Я сталкивалась с такими… очень симпатичные. — Мод съела немного своей простой овсянки и покачала головой. Проглотив, она посмотрела на Тарниша. — Я обнаружила, что мне очень хочется на них посмотреть.

— Они используют легкую магию, основанную на внушении. Ты видишь их, думаешь, что они красивые, подходишь посмотреть, подходишь слишком близко, и, ну, ты знаешь, что происходит дальше. — Уши Тарниша прижались к черепу. — Мне нравится читать о волшебных растениях.

— Мод, ты нашла себе начинающего ботаника. — Марбл посмотрела на свою сестру, ухмылка заставила уголок ее рта изогнуться вверх, когда за столом послышался коллективный стон. — Что? У Тарниша растет интерес.

— Марбл… — Игнеус посмотрел на свою дочь, приподняв одну бровь. — Еще слишком рано.

— Для чего, папа? — Глаза Марбл широко раскрылись, и она постаралась выглядеть как можно более невинной. Она наклонилась вперед над своей овсянкой, чтобы казаться меньше.

Не обращая внимания на соревнование воли между Марбл и Игнеусом, Клауди Кварц повернула голову, чтобы посмотреть на Мод и Тарниш:

— Вместе с едой я положила в багаж несколько особых лакомств. Я положила несколько дополнительных одеял на всякий случай. Я знаю, что сейчас лето, но могут случиться странные вещи. — Игнеус осмотрел повозку… оси смазаны, все в хорошем состоянии… Игнеус говорит, что с увеличенными запасами груза повозка весит более шестисот фунтов… сможешь ли ты тянуть ее, Мод?.

При жевании глаза Мод несколько сузились, а брови сморщились. Ее уши раздвинулись в стороны. Через мгновение ее глаза слегка расширились, и она посмотрела на Тарниша:

— Когда я тянула повозку с тобой и камнями, которые я принесла домой для изучения, вес повозки был около пятисот фунтов. На ровной местности я могла тянуть по пятнадцать-двадцать миль в день без серьезной усталости. Думаю, я должна быть в порядке. Тарниш выглядит небольшим, но он крепкий для такого маленького роста.

— Я старею… Не уверен, что смогу протащить пятисотфунтовый груз двадцать миль. — Брови Игнеуса нахмурились. — Мы должны помочь Тарнишу получить права на повозку.

— Мне не стыдно, поэтому я сразу признаюсь: я сомневаюсь, что смогу тянуть повозку с каким бы то ни было грузом. — Тарниш проглотил еще овсянки, в которую были добавлены сухофрукты. — Я самый слабый пони за этим столом.

— Тарниш, не будь самоуничижительным. Ты не земной пони, ты единорог. У тебя нет нашей силы, но у тебя есть своя сила. Любое сравнение между нами двумя неуместно, — мягким голосом сказала Марбл Тарнишу.

— Да, Тарниш, как единорог, твоя работа — делать дела единорога… что бы это ни было. — Лаймстоун ухмыльнулась Тарнишу. — Я понятия не имею, что делают единороги, но я стараюсь быть милой.

— Я уверена, что Тарниш научиться в дороге всевозможным ценным навыкам. — Клауди поднесла ложку к губам, сделала паузу, прежде чем откусить, и сказала: — Только будьте осторожны. Вы оба. Я волнуюсь каждый раз, когда ты уезжаешь, Мод. И теперь, теперь у меня есть ты, чтобы беспокоиться о тебе, Тарнишед Типот.

Тарниш смущенно пригнул голову, выгнув длинную шею.

Моргнув, Мод посмотрела на своих родителей:

— Тарниш может защитить меня от одиночества.

— Видишь, я полезен! — Тарниш одарил всех пони овечьей ухмылкой, а затем всерьез принялся за овсянку.

Стоя во дворе, Тарнишед Типот понял, что в его жизни наступил переходный момент. Впереди было его будущее. Позади него были его многочисленные ошибки, но также и некоторые из его тайных успехов. Его ошибки привели его сюда. Его будущее, каким бы он ни хотел его видеть, будет зависеть от упорного труда и умения учиться на своих ошибках. С помощью магии он поправил свой шлем. Пока он был сухим, но при необходимости он мог намочить его, чтобы голова оставалась холодной.

Он услышал звяканье уключин и повернул голову. Мод пристегивала ремни и запрягалась, чтобы они могли ехать. На ней была одна из широкополых шляп ее матери, защищавшая глаза, лицо и шею от солнца.

— Мод, я бы хотел, чтобы ты передумала ехать по южному шоссе, которое ведет вдоль южного конца Фрогги Боттом — разве плохо взять несколько лишних дней и поехать по шоссе, которое идет через Понивилль?. — Игнеус посмотрел дочери в глаза, его тревога была очевидна.

— Папа, это шоссе проходит между Вечносвободным и Фрогги Боттом… оно тоже опасно…

— Да, опасно! Я знаю по собственному опыту… на этом отрезке дороги можно встретить мантикор! — Тарниш, вспомнив неприятное воспоминание, вздрогнул и почувствовал, как по его коже поползли мурашки. — Большие, злые, противные мантикоры… фу.

— Ты встретил мантикору? — спросила Лаймстоун.

— Да, — ответил Тарниш.

— И тебе удалось уйти? — Клауди посмотрела на Тарниша, ее глаза сузились. — Ну, так мне немного легче. Если ты сможешь отговорить мантикору съесть тебя, ты сможешь обеспечить безопасность Мод.

— Да, я отговорил мантикору есть меня, — сказал Тарниш низким, писклявым, смущенным шепотом. — Отговорил. Ага. Вот что я сделал.

— Как твоя нога? — Клауди сделала шаг ближе к Тарнишу, разглядывая его и пытаясь определить, годится ли он для дороги. Повозка была набита до отказа, и Тарниш никак не мог ехать, не перегрузив повозку до предела.

— Иногда немного болит, но я могу на ней ходить. Но все равно больно на нее опираться. — Тарниш опустил голову. — Все будет хорошо, не волнуйся. Ходьба — это лучшее, что я могу сделать, чтобы кость снова стала крепкой.

— Мод, будь осторожна, — сказала Марбл, обнимая сестру, а затем с любовью потрепала ее по голове. — Возвращайся к нам поскорее. Я скучаю по тебе, когда тебя нет.

— Да, Мод, будь осторожна. — Веселое настроение Лаймстоун померкло, и ее уши раздвинулись в стороны. Она шагнула вперед, оттолкнула Марбл в сторону, и тоже наградила Мод любящим ударом по голове. Стоя нос к носу с Мод, Лаймстоун глубоко вздохнула, а затем навострила уши. — Мод, не уходи надолго. Я знаю, что там много интересного, но мы скучаем по тебе дома.

Немного обидевшись на то, что Лаймстоун отодвинула ее в сторону, Марбл сосредоточилась на Тарнише. Она подошла к нему, улыбнулась, а затем боднула единорога головой, едва не свалив его на землю:

— Тарниш, будь осторожен. Держись рядом с Мод, и все будет хорошо.

Увидев звезды, Тарнишед Типот задумался, с чего начался обычай земных пони ударяться головами друг о друга в знак привязанности. Он посмотрел на Марбл, увидев две штуки, и улыбнулся им обеим. Секунду спустя что-то еще ударило его по голове, заставив его попятиться назад, а затем в его поле зрения появилось по меньшей мере от четырех до шести кобылок.

— Ты мой единственный брат. Не оплошай. Оставайся в безопасности, — сказал Лаймстоун.

— Вы оба, оставайтесь в безопасности. — Игнеус хрипло произнес, а потом просто стоял и выглядел довольно угрюмым. — Если ты передумаешь, ты можешь вернуться домой в любое время.

— Прощайте оба. А теперь убирайтесь отсюда, пока мы не начали плакать. — Клауди Кварц подняла копыто и вытерла уголок глаза своей ногой. — Идите. Вы оба уже взрослые. Идите туда и живите своей жизнью. Делайте хорошие вещи. Будьте добры ко всем, кого встретите, и если вы найдете кого-то в беде, помогите ему. Не делайте ничего такого, за что мне было бы стыдно за вас.

Тарниш поднял копыто и слегка помахал копытом:

— До свидания.

Наклонившись к своей упряжи, Мод начала тянуть повозку. Она заскрипела, а затем начала двигаться вперед, хорошо смазанные колеса двигались с легкостью:

— До свидания… Я люблю вас всех.

— Подождите, мы пройдем с вами весь путь до Рок-Хейвена! — крикнула Лаймстоун, подпрыгивая на месте рядом с Мод.

— Да, Рок-Хейвен. — Марбл остановилась рядом с Тарнишем и бросила на него косой взгляд. — Мы делаем это почти каждый раз, когда Мод уезжает.

— Иногда наши родители идут с нами, — сказала Лаймстоун Тарнишу.

— Подождите, подождите нас! — Клауди рысью побежала вперед, а Игнеус — за ней.

— Небольшая прогулка нам не повредит. — Игнеус остановился рядом с женой и пошел в ногу с ней, его шляпа подпрыгивала, когда его копыта стучали по пыльной дороге.