Сладкое искушение

Грань между реальным миром и виртуальными наслаждениями подчас бывает слишком тонкой

ОС - пони

Небеса цвета любви

Трешрассказ. Кто не сторонник подобного жанра, не читайте. Откровенных сцен не содержит, тем не менее.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия

История одного оборотня (переработано)

Двина- оборотень-офицер, участвовавший в нападении на Кантерлот. После поражения он находит себя в пещерах, с амнезией и странным голосом в голове, который хочет ему помочь. Теперь ему нужно вспомнить что с ним случилось и понять, как жить дальше.

Другие пони ОС - пони

Встреча в роще

Эквестрия будущего. Твайлайт встречается с давней знакомой после многолетней разлуки.

Твайлайт Спаркл Другие пони

Fallout: A Post Nuclear Equestrian Story

Цветущие зелёные поля Эквестрии уступили место бесплодной пустыне, таящей в себе множество загадок и опасностей. Кто-то из выживших пони пытается пробиться в самые верха пост-ядерного общества, а кто-то просто старается выжить – всё идёт своим чередом. Но однажды в жизнь радиоактивных пустошей приходит хорошо скрытая, но от того не менее серьёзная угроза, способная изменить к худшему этот и без того настрадавшийся мир…

Флаттершай Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Октавия

О том, как важно быть земными пони

Эплблум осталась совсем одна, пока Скуталу учится летать, а Свити Бель изучает магию. Эплджек замечает, что её сестра чувствует себя не такой особенной из-за того, что она земная пони, и решает воспользоваться помощью Пинки Пай, чтобы объяснить маленькой кобылке, почему земные пони так важны.

Пинки Пай Эплджек Эплблум

Рождение богов: новая жизнь

Рождение нового мира из руин старого

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Человеки

История Дискорда: Эпизод 1 - Эпоха Хаоса

Кто такой Дискорд? Дух хаоса и дисгармонии - ответите вы. Но что скрывается за этим общепринятым понятием? Какова его история? Какова природа его помыслов? Каковы его мысли и чувства? И такой ли он монстр, каким его все считают? Обо всем этом я попытаюсь написать в моем фанфике.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Дискорд

Один шаг

Многие считают, что если человек любит, то он отдается своей любви полностью. Давайте же узнаем, правда ли это на примере одного парня, попавшего в мир пони, или же его поглотит тьма ненависти? Вопрос: ненависть к чему...или к кому?

Рэйнбоу Дэш Пинки Пай Эплджек Другие пони ОС - пони Человеки

Материнская любовь никогда не заканчивается

Сейчас в Понивилле всё тихо и спокойно. Но, несмотря на это, горожане примечают пони, которая посещает определённую могилу. Потому что той больше уже ничего не остаётся делать.

Другие пони

Автор рисунка: aJVL

Химера

Глава 5 – Последний день войны

Космос пылал и плавился, в то время как все новые и новые залпы заряженных частиц и торпед рассекали некогда безмятежную пустоту. Само пространство искривилось в безмолвном крике, и очередная группа сотканных из иномерной материи кораблей вышла на границе системы… лишь для того, чтобы испариться миг спустя в потоке золотой энергии, в разы затмившем далекое солнце.

– Залп произведен успешно, адмирал! Новоприбывший отряд уничтожен в полном объеме, отряды 12, 14 и 15 потеряли около половины своего состава, – прозвучал доклад на мостике, и Блейк мрачно усмехнулся.

«Одной заботой меньше».

– Линкорам в секторах L-10, K-10 и K-11 произвести ротацию, резервной группе — занять их позиции. Флотилии СБФ оставаться в резерве и удерживать формацию над планетой. Есть статус по инженерным бригадам в секторе А-12?

Ответ одного из операторов не заставил себя долго ждать:

– Сэр, пять минут назад капитан Флетчер сообщал, что минирование завершено на восемьдесят процентов.

– Отозвать их обратно, дальше ждать слишком рискованно. Что успели – то успели.

– Адмирал, – голос еще одного связиста разорвал рабочую атмосферу мостика, и склонившийся над тактической проекцией системы человек перевел свой взгляд на него. – Сообщение от эрц-генерала Василевского, эвакуация планетарных объектов завершена. Весь персонал был успешно размещен на десантных кораблях «Несокрушимый», «Грей Харбор» и «Лиу Бей», однако доктор Гаспар Тайсон отказался эвакуироваться. Он также сейчас запрашивает экстренный сеанс связи.

Головная боль адмирала усилилась, и он искренне пожалел, что курение на мостике было запрещено.

– Соединяй.

Схема продолжавшегося боя отошла на задний фон голографической проекции, и на ее прежнем месте появилось изображение смуглокожего исследователя, лучшие годы которого явно остались позади.

– Добрый вечер, адмирал! – несмотря на видимую в глазах и в позе усталость, ученый пригладил седые волосы и попытался добродушно улыбнуться. – Надеюсь, дела на орбите обстоят лучше, чем на поверхности?

– Оставьте любезности, доктор, на них все равно нет времени, а у меня продолжается бой. Почему вы отказались от эвакуации?

Пожилой исследователь заметно стушевался, но глаз не опустил, и встретил пронзительный взгляд адмирала своим собственным.

– Потому что у меня есть способ ликвидировать аномалию в «Химере» без уничтожения планеты.

Пару мгновений Блейк продолжал молча сверлить собеседника взглядом, переваривая прозвучавшую фразу.

– Я… весь внимание, доктор.

Тайсон заметно оживился:

– Мой проект изначально занимался изучением механик воспроизводства видом ЭКВ-3 своих способностей и методами их амплификации или, наоборот, нуллификации. Почти неделю назад, когда произошел первый инцидент в «Альфе», мне поступил запрос на экстренную разработку устройства, подавляющего любые псионические явления по области. К моменту начала эвакуации мы с коллегами были крайне близки к созданию рабочего прототипа, так что мной было принято личное решение остаться позади и продолжить работу, – выдержав небольшую паузу, чтобы перевести дух, смуглокожий исследователь закончил: – И я только что протестировал его работоспособность. Все чертежи и документация должны быть прикреплены через… эм… уже сейчас.

Тот же оператор, который сообщил о запросе на вызов пару минут назад, показал жестом руки, что файлы действительно были получены.

Мысли стремительно проносились в голове у Блейка. С одной стороны, у него теперь имелся альтернативный, но более рискованный вариант, который в случае успеха позволял не оставлять позади еще одну систему с выжженным радиоактивным миром. Но если хотя бы одному ксеноморфу удастся пережить зачистку, последствия будут попросту катастрофическими. Предполагая, что устройство доктора вообще сработает, и им удастся ликвидировать то существо на «Альфе», с которого все и началось.

С другой стороны, все уже было заготовлено для орбитальной стерилизации планеты, и десяток крейсеров СБФ были готовы спуститься в верхние слои атмосферы и приступить к бомбардировке по первому приказу. Помимо этого, и Таннер в своих приказах, и Василевский в своей рекомендации были весьма категоричны.

В конечном итоге выбор был очевиден.

– Благодарю за предоставленный вариант, доктор, и благодарю вас за проделанную работу, но мои приказы двоякого толкования не оставляют, к тому же время на производство и тестирование полноценного подавителя попросту отсутствует. Я вышлю за вами еще один шаттл, настоятельно рекомендую не сопротивляться эвакуации в этот раз.

Из Гаспара Тайсона словно воздух спустили.

– Но я…

– Возражения не принимаются, доктор, – перебил его адмирал. – А теперь прошу меня простить, но мне все еще нужно обезопасить систему. Всего доброго.

Отключив связь, он отправил запрос Василевскому. Тот ответил почти мгновенно.

– Андрей, отправь еще один шаттл за этим доктором.

– Ты его предложение услышал? – по выражению покрытого морщинами лица эрц-генерала сложно было судить о его мыслях, но Блейк о них все равно догадывался.

– Услышал, но оно ничего не меняет. Даже если его устройство действительно может сработать, меня на орбите ощутимо прессуют, и черт знает, сколько времени потребуется на создание нормальной установки. Вполне возможно, что меня вынудят покинуть систему уже через сутки, судя по тому, каким темпом ЭО сюда рвутся.

Василевский облегченно вздохнул.

– Рад это слышать, Алан. Я понимаю, что решение непростое, но поверь: это единственно верный выход. Если хоть одной твари удастся сбежать, весь сектор умоется кровью, а Центральные Миры буквально под боком.

Рев тревоги прервал дальнейший разговор.

– Сэр, обнаружен крупный выход в секторе А-12! Сто… пятьсот кораблей! Три сверхтяжелых носителя, это армада!

Торопливо распрощавшись с генералом, Блейк вновь развернул проекцию системы. Следующий доклад не заставил себя долго ждать:

– Фиксируем детонации кварковых зарядов! Тридцать… пятьдесят… восемьдесят процентов армады уничтожено! Все тяжелые носители ликвидированы!

Довольно усмехнувшись, Блейк собрался было отдать приказ зачистить остатки, когда новый доклад заставил его подавиться словами.

– Еще одна точка выхода! Сектор К-10! Сто… пятьсот… полторы тысячи кораблей! Десять сверхтяжелых носителей! – в голосе привыкших ко многому операторов впервые за все время боя прорезались нотки паники. – Адмирал… это три армады! Ваши приказы? Сэр?

Блейк поднял взгляд от карты системы и оглядел мостик. Глаза каждого человека в помещении, от операторов рядов консолей связи позади него, до членов экипажа, замерших у идущих вдоль стен терминалов, неотрывно следили за ним. Многие из них смотрели на него с отчаянием. Но большинство – с надеждой. И сегодня не будет тем днем, когда он позволит этой вере остаться неоправданной.

– Чего замерли, господа? У нас еще есть пара тузов в рукаве. Титану – осуществить ротацию вглубь построения до перезарядки ионной установки. Всем передовым отрядам – отступление по векторам 1-8-5 и 10-9-5, старайтесь заманить противника за собой. Остальной эскадре – последовательность маневров «Дуга-4», вектор общего движения – 5-8-5, скорость — 3.

Обмениваясь залпами, противоборствующие стороны начали постепенно удаляться от планеты. Легкие заградительные отряды из эсминцев торопливо отходили под прикрытие более крупных кораблей, прежде чем их захлестнет цунами МЛА, и три армады экстрамерных охотников постепенно растянулись, преследуя обороняющихся. Один за другим, залпы энергии расцветали букетами красок на силовых щитах линкоров, но пока за счет ротации потерь удавалось избежать, до тех пор пока армады не сблизятся на достаточную дистанцию, и их огонь не станет по-настоящему эффективен. Безусловно, охотники это тоже понимали и рвались вперед на всех парах. Адмирал на это и рассчитывал.

– Передовые группы противника достигли сектора К-5! – прозвучал доклад одного из операторов.

Внешне выражение лица Алана Блейка оставалось каменной маской. Но внутри он хищно улыбнулся.

– Активировать минные поля в секторах К-6, M-6 и H-5.

Вспышки кварковых взрывов затмили само солнце, и несколько мгновений обзорные экраны транслировали лишь ослепительно-белый свет, заливавший эскадру, расположенную неподалеку от второй планеты небольшой звездной системы.

– Первая армада уничтожена на восемьдесят процентов. Потери второй составляют пятьдесят процентов. Третьей удалось по большей части выйти из зоны поражения, и лишь десять процентов кораблей большого тоннажа было уничтожено. Суммарные потери МЛА составляют девяносто процентов, ликвидировано пять сверхтяжелых носителей, – прозвучал доклад на мостике, как только сенсоры вернулись в работоспособное состояние. Силы противника поредели почти вдвое, и в голосе оператора явно было слышно облегчение.

«Могло быть лучше. Но могло быть и хуже».

– Не расслабляемся, господа. Наша работа только началась, – последнее, что Блейку сейчас требовалось, это окрыленный успехом экипаж, совершающий глупые ошибки. – Последовательность маневров «Доспех-10». Линкорам осуществить ротацию сообразно повреждениям щита. Титану выйти на огневую позицию, оперативным группам 1, 3 и 7 осуществлять прикрытие.

– Сэр, новая точка выхода! И… это у нас в тылу, сектор W-18!

«Подкрепления? Неожиданно. Таннер мне даже приблизительной даты дать не смог в ходе прошлого сеанса связи».

– Фиксируем выход кораблей… идентификация произведена, это охотники! Десять… сто кораблей, формат «Флотилия»!

«Как они вообще смогли обойти нас с тыла? Это возможно только если они прошли через линию Хаммера-Восхода, но там стоит сразу три ударные эскадры! Где вообще теперь проходит фронт?!» – проносились в голове хаотичные мысли. В следующий миг прозвучал еще один доклад:

– Сэр, силовой щит над планетарным объектом «Альфа» пропал!

«Хоть одна хорошая новость».

– Связь с ротой «Скимитар» появилась?

– Нет, сэр, – ответил все тот же связист.

Привыкший к аналитике мозг автоматически просчитывал варианты действий, пока не остановился на оптимальном.

– Капитану Штайну и его флотилии СБФ – нанести орбитальный удар по «Альфе» и затем приступить к стерилизации планеты. Применение кварковых зарядов санкционировано. Восьмой и десятой опергруппам осуществить огневой перехват флотилии ЭО в секторе W-18, эскадрильям МЛА с пятнадцатой по тридцатую – обеспечить превосходство в космосе по этому направлению. Остальным кораблям – сконцентрировать огонь на противнике в секторе K-5, «Тени Марса» произвести залп орудия главного калибра по вектору 25-30-160.

Однако прежде, чем планы адмирала начали бы претворяться в жизнь, целая череда отчетов захлестнула мостик:

– Сэр, фиксируем всплеск псионической энергии на планете…  объект «Альфа»! Всплеск пси-энергии на объекте «Альфа»!

– Изменение в формациях ЭО! Сэр, они… они отступают!

– Обнаружена аномалия в поведении звезды! Адмирал, вам стоит это увидеть!

Повинуясь быстрому движению рук, место карты системы на переднем плане заняло изображение местного солнца. И на пару секунд увиденное даже Алана Блейка лишило дара речи.

Два раскаленных джета извергались из полярных зон небольшой и обычно ничем не примечательной звезды. Разогнанное практически до световой скорости вещество по своей интенсивности оставляло далеко в пыли даже самый крупный пульсар из всех, что адмиралу доводилось видеть, и с каждым мгновением звезда заметно сжималась, продолжая питать два потока. Но самым важным был последний выводимый на голографическую проекцию параметр: пси-показатели пространства вокруг звезды и вокруг джетов попросту зашкаливали.

Блейк первым пришел в себя:

– Всем кораблям – сосредоточить огонь по координатам планетарного объекта «Альфа»! Титану произвести залп по планете! Немедленно!

На глазах адмирала вырывавшиеся из светила джеты резко увеличились вдвое в толщину, и звезда испустила синий импульс энергии, отчетливо фиксируемый датчиками в гиперпространстве и распространяющийся в десятки раз быстрее скорости света.

– Всю энергию на щиты! Приготовиться к удару! – прозвучал голос капитана Старка. Миг спустя импульс накрыл корабль… и ничего не произошло. Тем временем медленно, мучительно медленно орудия кораблей начали разворачиваться к заданной цели.

– Сэр, охотники! Вы должны это увидеть!

Обернувшись к обзорным экранам, адмирал заметил, как импульс догнал корабли экстрамерных охотников… и те начали таять перед его глазами, бесследно растворяясь в фоновой радиации космоса. Торопливо выведя анализ с датчиков на проекцию перед собой, он  увидел, что импульс ускоряется, и по расчетам на полное покрытие галактики у него уйдет всего несколько суток.

– Это… это невозможно… – с трудом смог выдавить из себя Блейк. Тем временем орудия продолжали доводиться до своей цели.

– Формирование нового импульса!

Варианты действий и мер хаотично проносились перед глазами адмирала. Все инстинкты говорили ему, что надо убираться из системы и – немедленно.

– Время до открытия огня?

– Пятнадцать секунд, сэр!

«К черту все это».

– Внимание эскадре! Экстренный гиперпрыжок, по любым координатам, куда угодно! – услышал он свой голос.

Несколько продолжительных секунд ничего не происходило, прежде чем по интеркому прозвучали слова ведущего инженера:

– Сэр, это Фишер. Гипердвигатель… мы не можем навестись на гиперлинии! Они словно исчезли!

Тем временем новый импульс энергии покинул поверхность звезды. В отличие от предыдущего, этот был с заметным красным отливом.

– Сэр, остальные корабли эскадры также сообщают о неполадках. Системы просто не видят гиперлинии!

В голове поневоле всплыло одно из первых правил, которое вбивали офицерам в Академии флота на Земле:

«Что бы ни происходило – действуй. Даже если действие оказывается далеким от оптимума, оно все равно предпочтительнее бездействию. Нет ничего опаснее офицера, замершего в нерешительности перед лицом противника».

– Связь с Землей мне, живо! Эскадре – всю энергию на щиты! Огонь по планете при первой возможности!

Импульс энергии с каждым мигом приближался, но на удивление медленнее ожидаемого. Быстрый анализ показал, что в отличие от предыдущего потока, этот постепенно замедлялся, что объясняло его скорость.

– Сэр, связи нет! Ни с Землей, ни с кем! Система просто не фиксирует гиперлинии и расположенные на них ретрансляторы, словно их никогда и не существовало! – паника отчетливо была слышна в голосе связиста.

Миг спустя импульс, наконец, накрыл «Тень Марса», и голову адмирала словно сковали раскаленные тиски. Пульс набатом бил в ушах, и вопли тысяч, миллионов голосов одновременным хором вклинивалась прямо в мозг, требуя подчиниться, принять их, услышать их. Рухнув на пол и отчаянно пытаясь закрыть голову руками, он увидел сквозь застилавшую зрение кровавую пелену, как весь остальной экипаж, от операторов консолей, до замерших у дверей десантников в силовых экзоскелетах, точно так же падают на палубу, сотрясаясь в конвульсиях. Волна черной ярости начала затапливать сознание, и Блейк всем нутром чувствовал ее противоестественную природу.

«ПРОЧЬ… ИЗ… МОЕЙ… ГОЛОВЫ!»

Невероятным усилием воли адмирал смог очистить сознание, отрешился от металлического вкуса во рту, идущей из носа, ушей и глаз крови и просто сосредоточился на собственном дыхании.

Возможно, это продолжалось вечность. Возможно – лишь пару секунд. Но через некоторое время осаждавшие сознание человека вопли начали стихать, и боль постепенно унялась. Пошатываясь, Алан Блейк смог подняться на ноги и, опираясь одной рукой на все еще продолжавший демонстрировать карту системы голографический проектор, оглядел мостик.

Некоторые члены экипажа точно так же с трудом поднимались на ноги, с окровавленными лицами и трясущимися руками. Другие же…

Другие продолжали лежать на полу и биться в судорогах, в то время как их тела постепенно менялись, превращаясь в нечто совершенно далекое от человека. Конечности удлинялись, кости с влажным хрустом ломались и соединялись новыми суставами, кожа на лицах вытягивалась, обнажая стремительно заострявшиеся зубы и даже череп на затылке расходился подобно лепестку, закрывая голову дополнительным слоем кости и плоти. Рука адмирала непроизвольно потянулась к табельному маг-пистолету.

В следующий миг все сотрясавшиеся на полу бывшие члены экипажа разом замерли, и затем лишь на долю секунды Блейк успел опередить бросившееся на него существо. Несколько выстрелов разорвали воздух, пропитанный криками умирающих и кровожадными воплями мутировавших, и метнувшаяся на адмирала тварь была отброшена к идущим позади консолям, с тремя новыми отверстиями в торсе и одним — в голове. Другим членам экипажа повезло меньше.

Вокруг разворачивалась настоящая бойня. Сразу по несколько тварей набрасывались на тех немногих членов экипажа, что оказались неподвержены изменениям. Жизнь наиболее везучих из них обрывалась одним ударом; остальных же заживо раздирали на куски. Единственный оставшийся собой боец из контрабордажной команды заливал все вокруг огнем спаренной импульсной установки, закрепленной на правом предплечье боевого экзоскелета, пока одна из тварей не запрыгнула на него сзади и не четвертовала заживо, не обратив никакого внимания на броню. Единственным, что пока спасало адмирала, была удаленность тактического стола с проекцией системы от рядов консолей и остального экипажа, но долго так продолжаться не могло. Лихорадочно перебиравший варианты действий мозг, наконец, нашел единственный приемлемый.

– Мятеж на корабле! Авторизация: Блейк-8-0-Фокстрот-Омега!

Мутировавшие твари добили последнего остававшегося члена экипажа и бросились к адмиралу. На лице ближайшей из них все еще можно было узнать коммуникационные импланты капитана Старка. Но прежде чем они успели бы добраться до своей цели, их путь преградило силовое поле, окружившее центральное пространство на мостике, вместе с тактическим проектором и самим Блейком. Из динамиков раздался автоматизированный голос:

– Авторизация подтверждена. Введите параметры целей.

– Всё, что не является человеком! – торопливо ответил он, в то время как твари продолжали скрежетать и пытаться пробить силовое поле с наскока.

– Ошибка: все живые формы на корабле соответствуют человеческим членам экипажа.

«Твою мать! У меня нет времени спорить с чертовой автоматикой!»

– Всё, кроме меня! – твари начали пытаться пробиться через покрытый ультрасталью пол к скрывавшимся внизу проекторам поля. Пока металлические листы держались, но долго даже им было не выстоять. По лбу адмирала начала стекать капелька пота.

– Целеуказание подтверждено. Сканирование… завершено. Просьба оставаться в укрытии до завершения зачистки.

 Из потолка выдвинулись скрывавшиеся до этого турели, и грохот выстрелов захлестнул мостик, а на палубу посыпался дождь из охладительных картриджей. Некоторые твари попытались добраться до орудий, и паре это даже удалось; но остальные счетверенные импульсные установки все равно продолжали собирать свою жатву. Вскоре немногие оставшиеся существа попытались броситься наружу, однако бронированные створки автоматически закрылись, не позволяя никому ни покинуть, ни проникнуть внутрь помещения. Вскоре адмирал остался единственным живым существом вокруг.

– Мостик зачищен. Блокировка сохраняется до получения дальнейших приказов, – прозвучал автоматизированный голос через динамики, и силовое поле вокруг адмирала погасло.

Все еще пошатываясь, адмирал с трудом дошел до капитанского кресла и, с тяжелым вздохом за ним усевшись, активировал консоль.

 

*Обнаружен посторонний пользователь. Устройство заблокировано. Введите ваш идентификационный номер.

*Блейк-8-0-Фокстрот-Омега

*Права оверрайда подтверждены

 

Пролистывая системы внутреннего мониторинга, адмирал видел везде одну и ту же повторяющуюся картину. Большая часть экипажа превратилась в кровожадных тварей, а те немногие, кто оказался неподвластен псионическому импульсу, были растерзаны бывшими товарищами за считанные минуты. Даже надежды Блейка на арсенал и казармы контрабордажных отрядов оказались напрасными.

В следующую секунду колоссальный взрыв сотряс флагман, и лишь то, что он уже сидел в капитанском кресле, спасло его от очередного свидания с металлической палубой. Десятки экстренных сообщений запестрели на экране перед человеком.

 

*ВНИМАНИЕ: Детонация в накопительной системе орудия ГК.

*ВНИМАНИЕ: Повреждена система наведения вспомогательных орудий. Наведение невозможно.

*ВНИМАНИЕ: Риск детонации боезапаса орудий капитального класса. Аварийные меры применены, использование орудий невозможно.

*ВНИМАНИЕ: Повреждена система управления плазменной тягой. Субсветовые двигатели не отвечают.

 

«Твою мать, – выругался адмирал. – Корабль лишился и зубов, и хода. По факту флагман теперь – космический кирпич, без управления и оружия».

Проведя быстрый поиск через системы мониторинга, Алан Блейк обнаружил причину детонации, испарившей добрую четверть корабля: одна из тварей попыталась прорыть проход прямо через системы ионных накопителей орудия главного калибра. В обычной обстановке автоматика бы просто отключила дефектный накопитель и перенаправила мощности на другие, но здесь каждый из них был уже заряжен под завязку, в то время как «Тень Марса» готовилась произвести свой залп. О произошедшей далее цепной реакции можно было только догадываться, поскольку на этом все записи обрывались.

«Что ж… терять на этом этапе нечего».

Введя простую команду, Алан Блейк распространил протокол подавления мятежа на остальной корабль, с теми же параметрами. Хотя метры брони, отделявшие мостик от остального флагмана, надежно отсекали все возможные звуки, ему все равно слышались вопли тварей на крае восприятия. Тварей, которые совсем недавно были мужчинами и женщинами, готовыми пойти за ним сквозь огонь и воду.

«Я найду способ отомстить за вас. С работающим кораблем или без», – пронеслась в голове адмирала мрачная мысль. Затем его взгляд поймал один из обзорных экранов, и адмирал с более чем полувековым опытом командования попросту онемел.

Звезда сжалась до размера белого карлика, и никакие джеты уже из нее не били. Тем не менее, третий импульс она все же произвела, но вместо того, чтобы начать распространяться вокруг, он остался у звезды и принялся вытягивать из нее оставшуюся энергию. Через десяток секунд от нее осталось лишь невероятно массивное и инертное ядро, не излучающие ни в каком видимом спектре, но безошибочно фиксируемое сенсорами. Образовавшееся же облако энергии устремилось ко второй планете системы и разделилось на две части. Короткая команда датчикам корабля показала, что одна часть была на порядок ярче другой, но по массе они идеально уравновешивали друг друга на орбите.

«К-как… как можно противостоять подобной мощи? – с невольным трепетом, пронеслась у адмирала мысль. – Что может заглушить подобную энергию и силу?»

Взгляд невольно упал на окровавленную коммуникационную консоль, и Блейк вспомнил слова Тайсона о пси-подавителе. Кусочки плана начали складываться воедино.

Подойдя к панели и просмотрев последние полученные файлы и документацию, он торопливо достал свой датапад и перекачал на него всю доступную информацию. После этого быстрая последовательность команд вывела перед ним новое окно, и, активировав аварийный маяк, он начал запись аудиосообщения.

 


 

Усталый голос разорвал гробовую тишину.

– Вы начинаете меня раздражать, мисс Вогель.

Клара приоткрыла зажмуренные глаза и неверящим взглядом уставилась на стоявшее перед ней существо, задумчиво рассматривающее парящую перед ним пулю из ультрастали. Пальцы исследователя попытались снова сдавить курок маг-пистолета у виска, но ни один мускул не повиновался ее воле.

Подойдя к женщине, существо непринужденно вытащило пистолет из ее рук.

– Хотя ваша попытка достойна восхищения, неужели вы считали, что я позволю столь простой мелочи нарушить все планы? – во взгляде Клары ужас смешивался с недоумением. Ее собеседник лишь расхохотался. – О, не надо так на меня смотреть. Я останавливал целые очереди в сантиметре от себя и манипулировал потоками плазмы, чтобы выходить из них невредимым. Естественно, я могу телепортировать пулю из ствола и остановить ее, – состоявшая из десятков различных частей животных химера демонстративно щелкнула пальцами, и висевшая перед ним пуля исчезла во вспышке света, вместе маг-пистолетом в другой руке.

– Но довольно болтовни, – театрально взмахнув рукой, существо склонилось перед женщиной и дотронулось пальцем до ее лба. – Нас ждут великие дела, а времени совсем мало.

Разум начала застилать тьма. Одно воспоминание проносилось за другим перед ее глазами, пока не осталась лишь безграничная тьма. Шепот миллионов голосов, тихий поначалу, начал затоплять ее сознание, пока не стал практически оглушительным, но ни единого слова ей все равно разобрать не удавалось. Клара пыталась закричать, пыталась отшатнуться, но тело полностью отказывалось подчиняться своему владельцу.

Она не знала, сколько эта пытка продолжалась – секунды, часы или целые дни, но в какой-то миг все резко прекратилось, словно кто-то повернул выключатель. Благословенная тишина разлилась в воздухе, но прежде чем ведущему исследователю удалось насладиться хоть мигом передышки, ее глаза распахнулись; однако не она контролировала это действие. Механическими, резкими движениями ее тело поднялось на ноги и направилось к терминалу пси-проектора перед собой.

Клара пыталась сопротивляться. Она пыталась заставить свое тело вновь повиноваться, броситься прочь, хотя бы остановиться… но все было тщетно. Чувствуя себя бессильным пассажиром, она безмолвно кричала и рыдала, в то время как собственное тело вводило все пароли, проходило генетическую аутентификацию даже ее же голосом произносило персональный идентификатор.

– Авторизация подтверждена. Доступ предоставлен, – прозвучало автоматизированное сообщение, и стоявшее рядом существо расплылось в полной кривых, но острых как бритва зубов улыбке. Скользнув через покрытое трещинами полистекло и мимо разодранных аварийных переборок, оно замерло внизу перед раскрывшейся подобно цветку камерой пси-проектора в испытательной зоне. Среди мерцающего освещения и металлических обломков оставшееся целым устройством выглядело эфемерно и нереально.

– Мисс Вогель, – несмотря на разделявшее их расстояние и полистекло, Клара отчетливо слышала голос монстра в своей голове. Тело по-прежнему отказывалось ей повиноваться. – За ваш вклад в это поистине титаническое дело, я думаю, вы заслуживаете место в первом ряду.

Далеко внизу существо вновь щелкнуло пальцами, и мир поглотила вспышка света. Проморгавшись, ведущий исследователь обнаружила себя в центре управления оборонительными системами… или того, что от него осталось. Большинство консолей были либо залиты кровью, либо прострелены очередями импульсных винтовок. С потолка свисали коконы из какого-то склизкого материала, и внутри них угадывались человеческие очертания. В красном свете аварийного освещения мелькали фигуры ксеноморфов, сновавших в коридоре за пробитыми бронированными дверьми, но саму Клару они пока игнорировали. Не то, чтобы она могла этим воспользоваться: тело все еще ей не повиновалось. Склонившись над единственным уцелевшим устройством в помещении, она была вынуждена наблюдать за голографической проекцией разворачивавшегося на орбите боя, внезапно приобретшей поистине фотореалистическое качество.

Пол вздрогнул, и миг спустя донесся грохот далекого взрыва.

– Внимание! Детонация в камере проекции силового поля! Энергощит аварийно отключен. Дежурной технической бригаде просьба прибыть на уровень 12, подуровень 3, – оповестила каким-то чудом все еще функционирующая автоматическая система уведомлений.

Видимо, обнаружив отключение щита, группа из десятка кораблей, расположенных позади оборонительных рядов эскадры и замерших над планетой, пришла в движение и начала приближаться к объекту «Альфа». Медленно, слишком медленно…

Слезы застилали глаза Клары – единственное, что ставшее чужим тело ей позволило – когда она увидела схематическую линию пси-энергии, соединившую объект с солнцем системы. Она не могла ни отвернуться, ни зажмуриться, когда звезда, извергая потоки материи и энергии из полюсов, начала накрывать систему одним импульсом за другим. После первого все силы экстрамерных охотников бесследно растаяли, но затем еще один накрыл эскадру, одновременно с самой планетой.

Вопли миллионов голосов хором взорвались в ее голове, но то же проклятье, что не давало ей даже вздрогнуть, казалось, удерживало и эту напасть от нее. Ни ожидаемой боли, ни ужасов так и не пришло, и пару секунд спустя даже голоса в голове полностью исчезли. Эскадре же явно повезло меньше.

Некоторые корабли, потеряв контроль посреди маневров, протаранили друг друга и исчезли в огне сдетонировавших боеприпасов и пошедших вразнос силовых установок. Другие продолжили без управления свой путь через космос. Флагман поначалу оставался невредимым, но затем добрая треть его корпуса исчезла во вспышке взрыва, и лишь невероятным чудом оставшаяся часть исполина сохранила свою целостность.

Но на этом все не закончилось: заметно сжавшаяся звезда отдала последние частицы энергии, и из образовавшегося облака сформировалось две сферы: одна сияющая как второе солнце, другая – не ярче обычного спутника, и, заняв орбиту над планетой, они замерли в противоположных ее концах, уравновешивая друг друга.

– Восхитительно, не правда ли? – раздался голос позади нее, и по спине Клары прошел ледяной озноб. – Идеальная система, идеальное равновесие. Идеальное решение. Осталось лишь подчистить «хвосты».

С пугающей скоростью обогнув женщину, существо замерло в сантиметре от ее лица, и во взгляде его маниакальных глаз плескался потусторонний огонь. Леденящий душу ужас разлился по венам женщины; каждый инстинкт требовал от нее бежать, но тело по-прежнему отказывалось ей подчиняться.

– Я долго думал, что же с вами сделать, мисс Вогель. Убить? Слишком банально. Проигнорировать? Карл Прайс, может, так бы и поступил, – существо фыркнуло, – Но я не Карл Прайс. На ваших руках кровь миллионов живых душ, и каждая из них преследует мои мысли и требует расплаты.

Состоявшая из частей десятков различных животных химера поднялась в полный двухметровый рост и нависла над женщиной.

– Но в итоге я нашел еще один, последний идеальный выход, – произнесло существо и затем щелкнуло пальцами.

Невероятная, звериная боль затопила разум Клары. Кости с влажным хрустом ломались и соединялись вновь, кожа заживо слезала с ее тела и заменялась новой, сухожилия разрывались и связывались воедино. Она молила звезды, чтобы болевой шок принес ей избавление, но даже этой милости даровано не было: она отчетливо чувствовала каждую перекраивающуюся мышцу, каждый переплетающийся нерв и каждую раздираемую связку.

Это могло продолжаться вечность. Это могло продолжаться долю секунды. Клара Вогель никогда не смогла бы дать точный ответ. Но в один благословенный миг все прекратилось. Простонав и с трудом попытавшись подняться на ноги, исследователь неожиданно потеряла чувство равновесия и рухнула обратно на металлический пол. Осознав, что тело вновь ей подчиняется, она попыталась рвануть вперед – куда угодно, лишь бы подальше от ее мучителя, но перед этим ей на глаза попала поверхность проекционного тактического стола, оставшаяся на удивление нетронутой боем и ксеноморфами. И в зеркальном отражении она увидела существо, совершенно точно не являвшееся человеком.

Четыре оканчивавшиеся копытами ноги. Вытянутое лицо совершенно негуманоидных пропорций. Выпирающий изо лба рог. Шкуру даже свет аварийного освещения не мог лишить кристальной белизны. Огромные, противоестественные глаза, радужка которых была странного лилового оттенка, вместо привычного изумрудного, а цвет некогда рыжих волос стал гораздо более насыщенного тона, напоминавшего тлеющие угли или раскаленный металл.

Клара не могла пошевелиться от ужаса. Пульс набатом бил в ее ушах. Она не могла кричать; она даже не могла дышать. В следующий миг сознание милосердно покинуло ее, и мир поглотила тьма.

 


 

Пустынные коридоры были залиты кровью и пулевыми отверстиями. Периодически встречавшиеся трупы ксеноморфов и обломки турелей, которые тем все же удалось уничтожить, выглядели эфемерно в красном свете аварийного освещения.

Адмирал Алан Блейк не был уверен, удалось ли автоматическим системам корабля уничтожить всех мутировавших членов экипажа, но в конечном итоге это не имело значения. У них будет сполна времени на то, чтобы завершить работу. Дойдя до своей цели, он провел рукой по сенсору у двери, и система, опознав последнего офицера на корабле, сняла блокировку.

По сравнению с захлестнувшим флагман хаосом залитый стерильно-белым светом и пребывавший в безукоризненном порядке отсек стазиса на медицинской палубе выглядел сущим раем. В соответствии с боевым расписанием здесь никого не было, когда корабль накрыла изменившая практически весь экипаж волна, а после этого отсек оказался полностью заблокирован автоматикой. Что Блейку и требовалось.

Первая команда на терминале управления восстановила блокировку отсека. Вторая – активировала одну из стазис-капсул. Глядя на медленно открывающуюся крышку из полистекла, адмирал прокручивал в голове детали своего плана.

Да, корабль стал неуправляемым кирпичом, но его орбита все еще была стабильна и будет оставаться такой тысячелетия. Что бы ни произошло с гиперлиниями, Терранский Союз найдет способ обойти эту новую напасть, и на орбите вновь появятся корабли с двуглавой аквилой на фоне лаврового венца. А после этого информация Тайсона послужит своему делу, и созданное человеком существо, способное меньше чем за минуту гасить целые звезды, будет ликвидировано. Это может произойти через десяток или через сотню лет – но это произойдет. В этом Алан Блейк не сомневался.

Забираясь в капсулу и глядя на закрывающееся стекло, он невольно вспомнил предварительный расчет энергоресурса корабля, который увидел, когда отключил все возможные системы, а немногие оставшиеся – перевел в режим максимального энергосбережения, за исключением продолжавших отстреливать бывший экипаж турелей.

«Две тысячи триста сорок лет… надеюсь, меня разморозят немного пораньше», – мрачно усмехнулся адмирал, прежде чем капсулу начал заполнять криогаз.