Долг и Мечта

Без мечты можно воевать. Жить без мечты невозможно.

ОС - пони Человеки

21.12.12

Кругом ад.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна

В новый год

Короткий рассказец о лучшем Новом Годе Селестии

Принцесса Селестия Дискорд

Зигмунд Фрейд, Жак Деррида, Ноам Хомский и групповуха со Свити Белль

Зигмунд Фрейд – это психиатр и основоположник фрейдизма. Жак Деррида – философ, известный за термин «деконструкция» и невероятно длинныt запутанные работы. Ноам Хомский – лингвист и леворадикальный политактивист, предложивший идею универсальной грамматики и свой хомский синтаксис. Он верит (на полном серьёзе), что язык способен зародиться за одну ночь в голове одного человека путём внезапного просветления оного. И все они совокупляются со Свити Белль самым беспощадным и отвратительным образом.

Свити Белл Человеки

Солнце и Луна

Сборник драбблов о детстве двух принцесс.

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Из жизни мокрецов

А вы знали, что перевёртыши заполонили Брест-Литовск? Загуглите: "changelling breast expansion".

Человеки Торакс Чейнджлинги

Любовь не угаснет

Девочка по имени Сара попадает в мир пони и там она подружилась с 6 пони но покой в Понивиле нарушает Дискорд а дальше вы все узнаете.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Дискорд

Долг Норта Риджа

Жеребец, зебра и мантикора заходят в бар. Годы спустя жеребец заходит в одиночестве.

ОС - пони

Фиддлстикс!

У Октавии есть то, о чем она не хотела бы рассказать за пределами Понивилля. В самом же Понивилле... ну все было хорошо, пока она не заметила Винил Скрэтч. Что она тут делает? Не паникуй Октавия! Не сходи с ума, не сходи с ума... Ай, ладно...

Рэрити Эплджек Эплблум DJ PON-3 Октавия Бабс Сид

Пройдет и без таблеток

Маленькая больная лошадка хочет получить ответ на свой вопрос, но у каждой пони свой взгляд на проблему.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек ОС - пони

Автор рисунка: Devinian

Послание в бутылке. Том 2

Глава 23: Флорист

− Прошу меня извинить… − Сара сделала несколько глубоких вдохов. Ее взгляд метнулся к ближайшему окну, и она позволила себе немного поглазеть раззявив рот. Взглянуть снаружи на «Инанну» с близкого расстояния. Достаточно близкого, чтобы прочесть различные символы и опознавательные знаки, нарисованные повсюду, и разглядеть множество маленьких мигающих огоньков.

Это был впечатляющий корабль с любого расстояния, но сейчас она не могла отделаться от мысли, что он предназначен для размещения не столько экипажа, сколько целой цивилизации. Они миновали стыковочный отсек, такой большой, что внутри могла бы поместиться «Душа Императора», и там все еще осталось бы достаточно места для нескольких обслуживающих кораблей.

− Мне кажется я не до конца поняла, − Сара наконец повернулась обратно к Оцеллус. – Ты же говорила… о той, о ком я подумала?

− О принцессе Селестии, − услужливо подсказал Джеймс, казалось, наслаждаясь испуганным, неуверенным выражением лица Сары. – Она говорила именно о ней.

− Ага, − согласилась Оцеллус.

Сара повернулась к Джеймсу. Может быть, она чего-то не знала.

− Принцесса Селестия – это которая…

− Которая пыталась уничтожить колонию? Которая убила несколько представителей Четвертого поколения? Да. Она самая.

− Именно так я и думала.

Раздался шум, когда реактивные двигатели или какой-то аналог на их капсуле направил их к открытому стыковочному узлу. Капсула со щелчком встала на рельс, затем прошла через какие-то мембраны и попала в воздушный шлюз. Герметичная оболочка вокруг капсулы начала складываться, когда они вернулись на корабль.

Но на этот раз они оказались вовсе не в жилых кварталах. Их окружали растения, в которых Сара мгновенно распознала аркологию. Это напомнило ей о множестве проектов, которые она видела для кораблей-ковчегов − огромные круглые поля, которые также являлись парками, где выращивалось как можно больше продуктов питания на минимальном пространстве. Чейнджлингов почти не было, лишь несколько дронов, таскающих лотки. Роботов было куда меньше, чем можно было ожидать − меньше, чем Предвестник использовал для подобной работы, это уж точно.

Рельс приближался к земле. Их поездка скоро закончится.

− Так... может, нам не стоит с ней встречаться? Если она, типа... злейший враг, который когда-либо был у Общества первопроходцев... может, нам стоит найти кого-нибудь другого, кто расскажет нам как сбежать? Должен же быть хоть кто-то, верно? Кто-то, кто сможет...

Сара неопределенно махнула прозрачным крылом в тот самый момент, когда они с глухим стуком коснулись земли. На здешней автоматической станции транспорта никто не ждал, и для вызова капсулы была всего одна кнопка. Они вышли, и их транспорт скользнул обратно на рельс и скрылся из виду.

Сара не могла отделаться от ощущения, что ее высадили на враждебной территории.

− Я тоже не в восторге, − согласилась Оцеллус. − Но вам нужен короткий путь… Нам нужен короткий путь. И мы не будем искать кого-то еще. Она единственная пони, о которой я могу вспомнить, которая просто возрождалась, когда хотела. У нее есть какой-то секрет.

− Меня куда больше интересует, что она здесь делает, − Джеймс подошел ближе, опустив голову, чтобы понюхать какие-то ярко-зеленые и синие цветы в стоящем на возвышении горшке. Цветы выглядели как результат генетических манипуляций, и исходивший от них запах конфет только подтверждал это подозрение. − Она была и вашим врагом тоже. То, что она мертва, было лучшей новостью из тех, что мы вам принесли.

− Думаю... − Оцеллус смотрела вслед отбывающей капсуле. − Думаю, у нас с вами термин «враг» различается. Ее цели были противоположны нашим. Иногда она убивала нас. Но мы и по отношению друг к другу так делали. Но в конце концов она проиграла... и тогда она отправилась сюда. Вы хоть представляете, что это значит?

Пока она говорила, вокруг разнеслось легкое гудение и световая полоса над головой сменила цвет с обычного белого на послеполуденный оранжевый. Голос на языке, который Сара слышала раньше лишь раз, сообщил им, что корабль готовится к релятивистскому ускорению через 48 часов, поэтому им необходимо осмотреть и подготовить дежурные станции.

«К тому времени мы уже будем далеко отсюда».

Играть с чейнджлингами в «Стартрек» Саре хотелось не больше, чем притворяться антропологом вместе с Джеймсом.

«Хотя ярмарка была не так уж плоха».

− Понятия не имею, что это значит, − ответила она Оцеллус. − Ты могла бы объяснить нам. Мы слушаем.

Оцеллус разочарованно по-жучиному пискнула.

− Все это время, что ты провела с нами… ладно. Это значит, что она приняла нашу точку зрения! Ты делаешь это не для того чтобы жить со своим врагом, ты приходишь, когда хочешь изменить свои привычки и изучить их. Здесь есть целые королевства мертвых эквестрийцев. Селестия могла бы жить в любом из них и править без малейших проблем. Но она сбежала. Отправилась в единственное место, где никто не станет обращаться с ней как с правительницей. И можете поверить, мы дали ей самую тяжелую и неблагодарную работу, какую только смогли.

Оцеллус указала на посыпанную гравием дорожку в высокой траве, узкую настолько, что идти по ней можно было только гуськом.

− Это я к чему. Я с ней не говорила. У меня не было причин. Но я знаю, что она здесь.

Сара не спешила на встречу, но остальные двинулись и отставать от них не стоило. Ее крылья взволнованно загудели, и она поспешила за ними.

− Отлично. Вы назначили ее мусор разгребать. Из-за этого будет довольно сложно вытянуть из нее полезную информацию.

Она вообще-то не знала всех тонкостей конфликта чейнджлингов с пони, и, если честно, ей было все равно. Единственное, что имело значение, − это чтобы Селестия рассказала необходимую информацию.

«Есть шанс, что спуск сюда разозлит ее, и она захочет вернуться на поверхность и подгадить нам».

Но, учитывая что происходило с Эквестрией, возможно, она скорее сосредоточится на чем-то другом. Их маленькая колония больше не была самым опасным врагом для пони.

− Если бы она собирала мусор, зачем тогда отправляться в сад? – спросил Джеймс.

− А, точно.

Сара инстинктивно издала несколько писков, но ее звуковое «зрение» больше не работало. Возможно, это было связано с физиологией.

«Разве в лабиринте оно не действовало?»

− Так почему вы вообще занимаетесь какой-либо работой? Все это нереально, так ведь? Вы все могли бы устроиться на каком-нибудь... пляжном курорте. Загорать. Этого корабля здесь нет. Здесь нет космоса для исследований. Нет колоний, которые можно было бы основать.

− Это зависит от точки зрения, − ответила Оцеллус. − Гармония не позволяет создавать новые разумы в физическом пространстве. Они не могут быть созданы на поверхности… по крайней мере при карантинных ограничениях.

В ее голосе звучало нетерпение, и углубляться в вопрос она не стала.

− В любом случае мы можем создавать их здесь. Основывать… целые колонии новых чейнджлингов, − она указала на громоздящиеся над ними, чередующиеся террасы. − Это то, для чего изначально была спроектирована "Инанна". Совершить перелет в несколько субъективных недель, потратить несколько десятилетий, помогая основать новую колонию, а затем… улететь, чтобы основать следующую. Если бы не конец Вселенной, кто знает, как далеко мы могли бы залететь.

− По крайней мере, пятьдесят тысяч световых лет, − вмешался Джеймс. − Вот насколько далеко мы от дома.

Оцеллус бесстрастно пискнула.

− Ну... мы пришли, − она указала крылом на арку, увитую листьями и виноградными лозами. Вокруг нее порхали маленькие бабочки и другие насекомые. − Уверена, что она там. Мы можем... спросить ее обо всем, что захотим.

− Ну... − Сара сделала глубокий вдох, собираясь с силами. Но даже если эта пони и была злейшим врагом Общества первопроходцев, это было раньше. Она проиграла и никогда не вредила Саре лично. Она могла проигнорировать ее плохую репутацию, чтобы задать несколько вопросов. − Хорошо, давай сделаем это. Джеймс, что из…

Крылья раздраженно загудели. Им не хватало суставов, которые Сара могла бы использовать для более сложных жестов, так же как и чувствительности. Крылья были сильнее, чем выглядели, но это не значило, что они были так же полезны.

«Как бы то ни было, долго беспокоиться об этом не придется».

Сара шагнула в проем, сопровождаемая друзьями по бокам.

Она почувствовала запах растений в тот момент, как прошла через арку. Воздух был насыщен запахами присущими дикой природе, а также затхлым оттенком недавно подстриженных растений.

Но само помещение было чистым и больше походило на мастерскую робототехника, чем ландшафтного дизайнера. Кругом полированный металл, инструменты, аккуратно развешанные на стеллажах, с выдвижными направляющими, аккурат под размер лотков, которые Сара уже видела у чейнджлингов в саду. Все это занимало центр помещения, с отверстием в полу с одной стороны, вероятно, предназначенным для отходов.

Пони стояла к ним спиной. Ее хитин был сплошь черным, крылья прозрачными, но преломляли свет ярких ламп в радугу по всему полу. Маленькая ваза, наполненная цветами, стояла перед ней и рой ножниц, парящих в поле магии, подрезал ярко-синие цветы. Каждое движение инструментов казалось тщательно рассчитанным.

Она была выше любого чейнджлинга, которого Сара встречала до сих пор, − такая же высокая, как король Торакс в реальном мире. Но она была чейнджлингом, ничем не отличающимся от многих других, кого она встречала. Селестия не обернулась.

− Кто бы вы ни были, я не могу принимать запросы незадолго до запуска. Вам придется оставить свой заказ в системе и подождать, пока мы не наберем крейсерскую скорость.

− Мы пришли не за услугами флориста, − произнесла Сара, останавливаясь вне досягаемости ножниц. Ну, предполагая, что вне досягаемости. По ее мнению, сама  концепция “не досягаемости” казалась довольно глупой. Единороги могли двигать магией предметы гораздо дальше, чем достать копытами.

− Ну хорошо, − чейнджлинг даже не обернулась. Ее голос звучал странно мелодично, куда лучше, чем у большинства чейнджлингов. Даже простые фразы казались песней. − Я постараюсь помочь вам, если смогу, посетители. Зачем вы здесь?

− За советом. Мы пытаемся найти путь обратно в реальный мир.

Селестия несколько секунд молчала, отщипывая что-то ножницами.

− Вы знаете дорогу, − в конце концов произнесла она. − Метод, который вы используете, практичен и испытан, плюс к этому он даже устраняет необходимость снова взрослеть. Я не та, кого следует спрашивать.

− Я... не чейнджлинг, − сказала Сара. − Ну, думаю, в настоящее время все же чейнджлинг. Но и ты тоже… в текущий момент. И нам нужен настоящий выход. Моя подруга Оцеллус говорит, что раньше ты могла перемещаться туда-обратно между этим местом и реальным миром, по желанию.

И снова Селестия долгое время молчала. Она положила ножницы обратно на стол перед собой и удовлетворенно вздохнула. Чейнджлинг развернулась на вращающемся табурете, левитируя вазу с цветами перед собой.

Они были идеальны – полная симметрия, маленькие зеленые ростки, практически светящиеся здоровьем, очерчивали синие цветы. Селестия поставила вазу на центральную скамью, где она встала рядом со многими другими растениями, каждое из которых магическим образом отличалось от всех других.

− Ты жаждешь знаний аликорнов, − сказала Селестия, встретившись с Сарой взглядом. − И я вижу… для тебя это не проблема. Но это же значит, что тебе не нужно спрашивать меня. Гармония должна ответить на все твои вопросы. Она не может скрыть правду, или солгать тебе, или попытаться манипулировать. Или... так повелели древние. Но они были не так умны, как Гармония. Или, может быть, правильнее было бы сказать, что сейчас они и есть Гармония все вместе. Точно так же как и мы все.

− Понятия не имею, что это значит, − возразила Сара. − Но Гармония до сих пор не очень-то помогала мне. Она пыталось манипулировать мной несколько раз.

«И с каждым разом все лучше и лучше. Еще немного, и она наверняка заставила бы меня где-нибудь остановиться».

− Послушай, мне просто нужен пароль. Я не хочу вмешиваться в то, что привело тебя сюда, или почему ты избегаешь поверхности. Твои причины − твои проблемы, пофиг. Но в реальном мире есть люди, которые нуждаются в нас, поэтому нам нужно добраться туда быстрее, чем позволяют существующие методы. Ты поделишься знаниями или нет?

− Да.

Рог Селестии на мгновение вспыхнул ярко-золотым. Несколько символов вспыхнули в воздухе перед Сарой, и она обнаружила, что запомнила их без каких-либо усилий.

− Отправляйся туда. Это подземный мир Эквестрии. Дойди до конца, и там будет консоль, с помощью которой можно попасть в любой храм в стране. Но не-пони это недоступно в связи с карантинными ограничениями.

Взгляд Селестии задержался на них всех по очереди.

− Мы что-нибудь придумаем, − пробормотала Оцеллус из-за спины Сары, и это было первое, что она сказала с тех пор, как они тут появились. − Мы не беспокоимся об этом. Просто иметь такой путь… это невероятно.

− Когда-то он был очень ограничен, − продолжила Селестия. − Гармония не позволила мне спасти пони, которыми я дорожила. Только я или другая принцесса могли ускользнуть от бдительного взгляда Цербера. Но теперь… все правила нарушаются. Воцаряется хаос. Дискорд правит бал.

− Эквестрия подверглась нападению, − Сара обнаружила, что говорит вслух. Она не была уверена, что заставило ее заговорить, но увидев цепкий как у хищной птицы взгляд Селестии, она вынуждена была продолжить. − Кое-кого из эквестрийцев уже поработили.

− Я знаю, − Селестия взяла с лотка новую вазу и поставила ее на свое рабочее место. − И я пыталась утешить мертвых, но я им больше не нужна. Человеческая… принцесса отправила тысячи пони обратно, и теперь они все обвиняют меня в том, что я скрывала эту магию сотни лет. Они прогнали меня прочь.

Сара повернулась спиной к бывшей принцессе.

− Хотя их сложно за это винить, правда? Это именно то, что ты делала.

Тон Селестии звучал отстраненно и печально.

− Ты меня не слушала? Гармония не допускала легкомысленного использования такой власти, за исключением совсем недавно умерших. Я... уже упоминала об этом раньше. Но для всех, кто видел это место… Гармония отдает предпочтение созданию новых экземпляров, чем стирать старым воспоминания. Но, полагаю, ваша собственная управляющая программа работает точно так же.

Глаза Сары распахнулись, и она остановилась в дверях, резко обернувшись.

− Ты знаешь, кто мы такие?

− Конечно, − Селестия быстро оглянулась через плечо. − Я была на Эквусе в течение столь долгих лет, что ты даже не можешь себе вообразить. Как и почти все мы. Даже эти...

Бывшая принцесса подняла крыло, указывая на звездолет.

− По сравнению с вами, их можно считать первыми поселенцами. Они не пытаются изменить мир вокруг себя, они прячутся от него. Но вы… вы такие новые. Энергичные, нетерпеливые… и к тому же невежественные, я полагаю. Вы не задумываетесь о последствиях, о том, что ничего не меняется и лишь Гармония контролирует все.

Голос Оцеллус, стоявшей рядом с Сарой, прозвучал очень тихо.

− Если ты смотришь на нас так свысока, тебе не обязательно было приходить сюда. Никто тебя не заставлял.

Селестия развернулась на стуле, жестикулируя парой ножниц.

− Думаю, у тебя могло сложиться неверное представление о моем мнении, Оцеллус. Я говорю только о том, что наблюдала сама.

− Следовательно, ты ничем не отличаешься от нас, как сама говоришь, − возразила Оцеллус, шагая обратно в помещение.

Сара смотрела на нее, больше всего смущенная этой внезапной вспышкой гнева.

«Кого волнует, что думает Селестия?»

− Ты тоже не собираешься выходить и менять мир. Твои пони отвергли тебя, но как насчет тех, что все еще живет на поверхности? Ты нужна им, а вместо этого ты их бросила.

− Верно. Я не отличаюсь от других. Самые близкие пони… оставили меня на милость врагов. Не знаю, смогу ли я снова встретиться с ними после этого, − Селестия отвернулась, возвращая внимание к цветам. – Хорошего дня.

− А вот и нет! – закричала Оцеллус. − Ты не можешь сидеть здесь, изображая превосходство, в то время как…

− Эй, Оцеллус, − прошептала Сара у нее за спиной. − Я думаю… думаю, может быть, нам стоит оставить ее в покое. Она дала нам то, что мы хотели.

Чейнджлинг остановилась, резко развернувшись и обрушив всю тяжесть гнева на Сару.

− Она и тебя одурачила?

− Нет. Но это не имеет значения. Мы не можем изменить ее, но мы все еще можем вернуться на поверхность и... сделать все, что мы собираемся сделать. Если мы будем ждать, пока у нас не будет идеального контроля, то никогда ничего не добьемся.

− Ты бы тоже возненавидела ее, если бы она убила твою королеву!

«Это что, слезы?»

− Они не должны были позволять ей работать здесь. Они должны были выкинуть ее обратно в лабиринт и пусть бы сама искала выход. Наша мать так и не вернулась из-за нее.

Сара открыла рот, чтобы попытаться что-то сказать, но ответ Селестии полностью заглушил ее.

− Я не смогла бы удержать Кризалис мертвой так же, как люди не смогли бы удержать мертвой меня. Я убивала ее раньше, много раз. Но ваш способ… предотвращает какое-либо влияние этих смертей. Вы возвращаетесь, сохраняя свои воспоминания. Нет, все, что я сделала, это показала твоей матери правду. И наконец-то она поняла. В каком-то смысле, полагаю, именно это люди сделали и со мной. Я могла бы и тебе показать, если хочешь.

− Нет! − рог Оцеллус засветился, и на мгновение Саре показалось, что она хочет напасть на бывшую принцессу. − Я не хочу видеть ничего, что превращает храбрых пони в трусов. Оставь все себе.

Как оказалось, магия, которую готовила чейнджлинг, была телепортом. Оцеллус исчезла.

− Я не хотела причинять ей боль, − произнесла Селестия. − Я и так сделала этого более чем достаточно на поверхности.

«Это уж точно. Я знаю, что ты сделала со своей племянницей».

Но это был не ее бой. Очевидно, что и не Джеймса, поскольку он просто бесстрастно наблюдал.

Ну или по крайней мере до этого момента.

− Она права в одном, − произнес Джеймс, и с каждым словом он, казалось, становился немного храбрее. − Я не очень подробно следил за тем, что происходило в Эквестрии, но там все было действительно плохо. Тот, кто делает подобное, должен быть остановлен. Я знаю, что мои клоны этого не потерпят, но также знаю, что они не откажутся от твоей помощи только потому, что вы сражались раньше. Ты могла бы прийти и помочь нам все исправить.

Селестия снова рассмеялась. На этот раз без злобы или осуждения.

− Все именно так, как я сказала. Вы такие молодые, ваш дух не гнетет неизбежность тысячелетий. Проживите столько же, сколько и я, и все решения станут равнозначными. Нет необходимости бороться с угнетателями, потому что ты знаешь, что со временем все закончится. Нет причин слишком усердно бороться за радость, потому что ты знаешь, что рано или поздно подвернется еще одна возможность. Твоя идеальная вторая половинка снова войдет в дверь, если ты подождешь. Каждый деспот сотрет себя в порошок, и каждый ужас закончится.

− Это... омерзительно, − Джеймс даже не пытался сдерживаться. − Так ты многое пропустишь. И страдаешь гораздо больше, чем следовало бы.

− Да, − согласилась Селестия. – Так и есть. Гораздо больше. И в данном случае, возможно, всему придет окончательный конец. Король Шторм... не похож на других врагов, с которыми Эквестрия сталкивалась в прошлом. Гармония внимательно наблюдает за ним. Он утверждает, что обладает силами, которые предшествовали созданию Эквуса, и знаниями, что позволят вернуть шторм. Все это время он ускользал от системы Гармонии, выживая вне ее контроля. Следовательно, он может действовать так, как не можем мы... как это сделала Лаки, когда сняла карантин. Думаю, вам следует убить его.

− Всенепременно вынесу этот вопрос на обсуждение, − пробормотала Сара, дергая Джеймса за собой. – Пошли, парень. Дела не ждут.

Чейнджлинг не сопротивлялся − они оставили бывшую принцессу Эквестрии наедине с ее цветами.

Если Сара и беспокоилась о том, чтобы снова разыскать Оцеллус, то переживала напрасно. Недалеко от мастерской Селестии был разбит сад из стоячих камней и тщательно выровненного песка. Это немного напомнило Саре старые сады камней, в которые, очевидно, было вложено столько же любви и времени.

− Жди здесь, − приказала она, кивнув в сторону центра сада. Оцеллус сидела там, распластавшись на большом черном камне, очевидно, в слезах. − Я сейчас вернусь.

Джеймс не стал спорить. Сара долетела до сада, недовольная тем, как крылья слегка подрагивали при каждом взмахе. Они не были похожи на кожу, и она не чувствовала себя такой же устойчивой в воздухе.

«Я в любом случае не знаю, как летать. Это не должно иметь значения».

− Эй, − Сара села рядом с камнем, хотя и недостаточно близко, чтобы дотронуться. − Полагаю, ты не хотела ее видеть.

Оцеллус хмыкнула, подняв голову ровно настолько, чтобы пристально посмотреть на Сару.

− Мне следовало подождать снаружи.

− Ну… − Сара собиралась говорить осторожно, но знала, что какой бы осторожной она ни была, вероятно, все равно расстроит подругу. Так что она решила просто говорить без утайки. − Судя по тому, что я слышала в Иркалле, ваша прежняя королева была не такой уж и хорошей. На самом деле, она вроде как относилась к вам, как к дерьму. Убивала вас, в качестве наказания, отправляла на задания, которые, как она знала, приведут к гибели или пленению… устраивала вторжения.

− Да, − прошептала Оцеллус, снова опуская голову на камень. − Так и было. Но она все еще оставалась моей мамой. Являются ли... являются ли люди более рациональными в этом отношении? Вычеркивают ли они плохих пони из своей жизни, даже если они им небезразличны?

− Ох, − Сара протянула крыло и положила его на плечо подруги. Та не сопротивлялась. − Нет, никогда.

Оцеллус усмехнулась, явно расслабляясь.

− Тогда, может быть, мы не такие уж и разные. Даже если мы здесь чрезвычайно древние поселенцы по сравнению с вами.

− Если бы мы были такими разными, зачем бы тебе помогать мне? − спросила Сара. Она не стала дожидаться ответа. − Послушай, такие, как Селестия… Я встречала подобных раньше. Они старые, застрявшие в колее… застывшие. И у всех нас одни и те же недостатки − мы не можем читать мысли друг друга, поэтому думаем, что все вокруг думают так же, как мы. Думаю, она проецирует на себя. Не позволяй этому забивать тебе голову.

Оцеллус села и почти улыбнулась.

− Д-да. Возможно, так и есть. Она просто... она думает, что мы, должно быть, такие же, как она.

− Но ты не обязана быть такой, − продолжила Сара. − Черт возьми, мы могли бы пойти и найти твою маму прямо сейчас, верно? Все, кто когда-либо умирал, находятся здесь. Может быть, если Селестия не хочет идти и помогать, то она поможет.

− Мы не можем, − прошептала Оцеллус. Ее рог засветился, и воздух перед ними раскололся. Сара увидела открывающееся перед ней пространство, и это снова напомнило ей о бесконечном, накладывающемся друг на друга городе, один вид которого заставлял мозги плавиться. − Она стала... более комплексной. Я не могу туда отправиться, и ты тоже не можешь. Если не стать такой же как она. И почти все, кто это сделал, не возвращались.

− Ох, − неуверенно произнесла Сара. Отверстие схлопнулось с шумом вытесненного воздуха, разметав песок вокруг них. − Ну, я бы все равно пошла с тобой. Может быть... после того, как мы закончим то, что начали. Я занималась и более безумным дерьмом. Как-никак я сейчас инопланетный жук в космическом саду... и это даже не в половину более странно, чем то место, откуда я родом. Но мне нравится делать все по порядку. Сначала мы установим дипломатический контакт, а затем отправимся в неизвестность и спасем твою маму от цифрового Ктулху. Если... это понадобится.

− Скорее всего, нет, − хихикнула Оцеллус. − Но мне нравится твое предложение. Может быть, причина, по которой так много пони не возвращается, в том, что они всегда уходят одни. Я бы не возражала против компании.

− Но это потом. Прямо сейчас… мы должны собрать всех, кто, как ты думаешь, захочет вернуться с нами. Пришло время совершить путешествие в подземный мир. У меня накопились претензии к Осирису, которые можно высказать только кулаками.

− Понятия не имею, что ты только что сказала.


Оливия никогда раньше не пилотировала «Призрак».

В целом это было не сложнее, чем управлять любым другим транспортным средством, которое она знала, − в конечном счете непосредственное управление всегда брал на себя компьютер. Тем не менее, в этой миссии было что-то знакомое. Прошло много времени с тех пор, как она в последний раз участвовала в секретной операции в полевых условиях, и теперь наконец все повторялось. Сколько бы майор ни доказывала Лаки, что ей здесь не место, кое-что всегда было ложью. Ей этого не хватало. И теперь у Оливии было дополнительное преимущество − у нее не было никаких сомнений в том, что она сражается за правую сторону.

Король Шторм выступал против всего живого на кольце. Ей не будут сниться кошмары об этой миссии.

«Если только мы не потерпим неудачу».

«Призрак» был самым скрытным кораблем, что у них был. При правильной подготовке они могли бы лететь с внешней тепловой сигнатурой, не превышающей размер стаи птиц, и с аналогичным радиолокационным следом. Они были невидимы как в видимом, так и ультрафиолетовом свете, и имели распределенный звуковой профиль. Вершина высокоточной военной инженерии. Оливия видела крошечные кабины на предыдущих инструктажах по полетам и испытывала сочувствие к тем, кто летал в них, но сейчас не было даже намека на клаустрофобию.

Потолок был так высоко, что она не смогла бы дотянуться до него, даже если бы встала на задние ноги, стоя на кресле.

Может быть, Перес смог бы. Он сидел, сгорбившись, в своем кресле, вертя в когтях деревянную маску. Узор на ней изменился с тех пор, как Оливия видела его в последний раз, но ничего принципиально нового там не появилось.

− Ты следил за докладами внимательнее, чем я, − заговорила пегаска, ее голос был достаточно громким, чтобы быть слышимой сквозь глухой рокот двигателей. Не то чтобы была возможность подслушать их, как бы громко они ни говорили. Но в полумраке с тусклым красным свечением над головой кабина казалась местом, где должно было быть тихо. − Мы начинаем раньше. Каковы наши шансы?

− Не сильно хорошие.

Перес подбросил маску в воздух и снова поймал ее. Дракон был полностью закутан в броню для проникновения, и лишь в нескольких местах ткань собиралась в складки вокруг суставов и крыльев. Их он тоже спрятал под броню, хотя активный камуфляж ничего не давал.

− Большая часть плана идет псу под хвост. У нас все было подготовлено так, что рабочие постепенно выдалбливали слитки, а затем со временем накапливали запасы, чтобы их хватило на вторую партию за один день, так что мы могли бы спрятаться внутри, меняя местами… короче, план сложный, но это бы сработало. Теперь мы... – Перес взмахнул когтем в воздухе. − Мы теряем контроль, вот в чем дело. Не понимаю, почему мы не могли подождать. Пусть атака на Мазерлод идет своим чередом, а затем продолжим выполнять этот план в обычном режиме в течение месяца.

− Потому что не имеет значения, больше ли у нас шансов победить, − ответила Оливия. − Если мы доставим кого-нибудь на борт «Штормбрейкера», но все остальные будут мертвы, то это никому не принесет особой пользы. Нам нужно совместить захват терраформера с военными действиями в остальной Эквестрии.

Перес недовольно буркнул:

− Это Эквестрии нужно. Обществу первопроходцев дела до этого нет. Мы все еще могли бы сбежать.

− Ты это просто так говоришь, − вмешался Могила, вставая с другого кресла. Он был одним из четверых пони, участвующих в этой миссии. Ну, трех пони. Перес в настоящее время был драконом. − Но сам в это не веришь. Я вижу, что ты смотришь на них с тех пор, как отправился в путешествие с этой принцессой губернатора. Ты бы тоже не оставил их на растерзание Королю Шторму.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, и в конце концов Перес отвернулся.

Наверное, это к лучшему, учитывая четвертого члена их команды. Но Оливия ни за что не взялась бы за подобную миссию без эксперта. Лаки была бы предпочтительнее, но она бесполезна в боевых ситуациях, и в прошлый раз под ее руководством погибли почти все.

Так что вместо нее был Дэдлайт, устроившийся на своем месте с отстраненным взглядом. В качестве главного оружия у фестрала была толстая пачка бумаги, очевидно, с заметками и информацией о функционировании систем Санктуария. Если они не смогут взорвать терраформер, то Дэдлайт должен был убедиться, что они смогут, по крайней мере, контролировать его. Запустить корабль на солнце, было бы почти так же хорошо, как взорвать. Еще лучше, если они с него успеют свалить до этого.

− Не имеет значения, чего мы хотим, − произнесла Оливия. − Вы же не думаете, что колониальный губернатор пойдет на это?

К ее удивлению, ответил ей именно Дэдлайт:

− Губернатор строит планы на долгосрочную перспективу. Если мы спасем Эквестрию, тогда нам никогда не придется беспокоиться об их вторжении. Вероятно, мы можем ожидать, что они предоставят нам территорию для строительства города, если мы этого захотим.

Перес издал недовольный звук, что-то среднее между смешком и фырканьем рептилии. Он перекатился на бок в своем кресле, закрыв глаза.

− Просто разбудите, когда мы доберемся. Чую, миссия не будет долгой. Мы убьем кого-нибудь, нас поймают… и тогда Эквестрии и Отару крышка. Всем, вместо кого-то одного.

Какая-то часть Оливии была с ним согласна. Они не были готовы к этой миссии. Но сбежать значило бы пожертвовать Эквестрией, а ждать, пока они будут готовы, значило пожертвовать собой. Так что им оставался худший вариант обеих миссий.

Пегаска повернулась обратно к панели управления, хотя ее контроль там был не более чем номинальным. Она видела, как в поле зрения появляется лагерь. Он был на одной из соседних к Кантерлоту гор, достаточно близко, чтобы все еще можно было разглядеть столицу. Казалось, оттуда постоянно вырывались языки пламени, как будто город сжигали дотла. По одному строению за раз.

Сам лагерь был шокирующе современным, со сборными металлическими конструкциями, слишком большими для пони, сгруппированными кругами. Оборудование для переработки в центре лагеря явно не было местным, хотя Оливия его тоже не узнала. Казалось, в нем использовались исключительно принципы использования энергии солнца, со все более мелкими сериями линз и механизмов, изготовленных из шестиугольных сегментов темно-красного металла.

Склад находился в задней части здания, где были сложены паллеты с готовыми металлическими слитками, рассортированными по типам на платформах с огромными крюками по углам. Кран тоже был виден − хотя сейчас он находился так высоко, что невозможно было сказать поднимал ли он груз или возвращался за следующим.

− Как думаешь, что они строят? − тихим голосом спросил Дэдлайт, вставая за спиной. – Такое количество… они делают что-то вроде «Души Императора»? Флагманский корабль... но зачем?

− Не думаю, − Оливия все еще говорила шепотом, хотя, по ее мнению, для этого была еще более веская причина. Воздух кишел опасностями − в основном наемниками-грифонами, хотя было и несколько пегасов. «Призрак» теперь больше двигался по инерции, чем летел, и его траектория должна была привести их за холм, примыкающий к складу.

Они приземлились почти бесшумно, и внутреннее освещение сменило цвет с темно-красного на ровный, более яркий красный. Они все еще хотели сохранить то немногое, что было у пони в качестве ночного зрения, но теперь было достаточно светло, чтобы можно было собрать снаряжение.

− Слушаем внимательно, − произнесла Оливия, как только двигатели корабля затихли. − Мы все идем в XE-901. Просто хочу напомнить, что мы ни с кем в лагере не сражаемся. Если возникнет какой-нибудь бунт до прибытия нашего груза, этим всем будет заниматься охрана. Неважно, насколько дерьмово все будет выглядеть, мы им не помогаем. Наша задача заключается в уничтожении «Штормбрейкера», всем ясно?

Все в комнате утвердительно кивнули. Оливия специально посмотрела Дэдлайта и убедилась, что он тоже понял, прежде чем продолжить.

− Груз отправляется раз в три часа. Мы проникнем в лагерь, когда останется совсем мало времени, и поднимемся на платформу после того, как они проведут последнюю проверку безопасности.

Все, включая Оливию, приступили к облачению в скафандры. XE-901 представлял собой полностью герметичный костюм с системой активного камуфляжа, почти бесшумный, и мог нести груз, достаточный для их целей.

− У каждого из вас есть элемент бомбы категории А или В. Помните, что для активации заряды должны быть объединены. Если оба заряда типа А или В будут захвачены или уничтожены, миссия будет провалена. Если мы свалимся с платформы – миссия провалена. Если груз плавят снаружи и мы не сможем проникнуть в корпус каким-нибудь другим способом − миссия провалена.

− И провал миссии может означать конец для Общества первопроходцев на Санктуарии, − добавил за нее Могила, прежде чем надеть шлем. Тот со щелчком загерметизировался, добавляя мягкое шипение дыхания к звукам внутри «Призрака».

− В любом случае конец мирной жизни, − продолжила Оливия. – Предвестник не сдастся. Ему уже удалось восстановить большую часть своего мозга после уничтожения Отара, и на этом он не остановится. Но нас это не будет волновать, если мы умрем.

Никто не упоминал о нынешней, сбивающей с толку ситуации с тем, что значение смерти несколько изменилось. Теперь это было не то, что предполагалось. Но с Королем Штормом, правящим на поверхности, это было хуже, чем просто быть мертвым. Они стали бы вечными пленниками внутри кольца, способными родиться только рабами.

− Возможно, не имеет значения, проиграем ли мы сегодня, − сказал Перес, облачившись в броню быстрее всех. У него все еще были лапы, а поскольку ни у кого из них не было «магии» всем приходилось обходиться копытами. − Король Шторм там просто спятил. То, что я слышал, пока скрывался в Кантерлоте… пони говорили, что он хочет уничтожить Санктуарий.

− И что? − спросил Дэдлайт. Он был самым медлительным. По крайней мере, его английский был достаточно хорош, чтобы не беспокоиться об отсутствии переводчика. − Почему это должно иметь значение?

− Потому что Гармония защищает. Подумайте об этом. Все, что нужно было сделать, это заставить чертов компьютер думать, что вы представляете опасность для... чего бы то ни было... и бац, вся цивилизация мертва. Думаю, с такой скоростью, с какой он продвигается, в конце концов он так разозлит машину, что она наконец заработает. Сшибет его корабль с неба, и наша работа будет выполнена. Тогда мы сможем... возродиться. Уверен, что в конце концов мы разберемся с этими возрождениями. Если у Лаки один раз получилось, она сможет сделать это снова. И всегда есть естественный способ, если даже ничего не выйдет. Просто нужен Предвестник, чтобы напомнить нам о том, кем мы были.

Оливия защелкнула свой собственный шлем, и звук голоса сменился синтезированной версией в наушниках. Так было бы намного тише − и, возможно, действительно пришлось бы говорить шепотом. Правда, не раньше, чем они покинут корабль.

− Возможно, − произнесла она. − Уверена, что Гармония вмешалась бы, если бы решила, что Санктуарию угрожает опасность. Но все предыдущие разы она ждала до последней секунды. Фальшивые воспоминания Мелоди… она знала, что у Дискорда есть готовые космические корабли. Но она ни черта не делала, даже когда они стояли на стартовом столе. Или, может быть, Король Шторм так хорошо знает правила, что никогда не облажается.

− Следует исходить из предположения что так и есть, − согласился Дэдлайт, выпрямляясь и наконец надевая шлем. Все голоса теперь доносились из наушников, слегка искаженные передачей. − Он может разрушить жизни всех пони в Эквестрии, не нарушая правил. Цивилизации могут расти, угасать, уничтожать друг друга, и это не имеет значения, если не нарушаются несколько условий. Отар и все, кто придет ему на смену, могут быть превращены в руины, и все равно он будет волен делать все, что ему заблагорассудится.

− Заставляет задуматься, как вы вообще умудрились что-то построили на этом кольце, − пробормотал Могила. − Если Гармония позволяет вам уничтожать друг друга, зачем пытаться?

Оливия активировала броню. На несколько секунд ее мир поглотила тьма, когда забрало шлема опустилось. Затем по всей внутренней поверхности загорелись экраны, и она снова смогла видеть. Полумрак корабля больше не был преградой для зрения. Все ее спутники были очерчены светящимися линиями и оставались такими, даже когда включали активный камуфляж. Распознавание свой/чужой у ХЕ-901 было куда сложнее, чем простые радиометки, но визор был настроен на него.

− Прекратить болтовню, − приказала майор. − Мы выдвигаемся через две минуты. У нас должен быть час, чтобы добраться до места погрузки, примерно в ста метрах отсюда. Скрытность − наш главный приоритет. Если возникнет подозрение, что они знают о нас, Предвестник может прервать миссию.

− Удачи вам всем, − внезапно сказал ИИ по радио. − Я не могу рисковать вероятностью обнаружения более мощных моих сигналов. Я не буду общаться ни с кем из вас, пока вы сами не инициируете контакт. Кроме того, как уже было обнаружено, большинство местных технологий блокирует радиопередачу в используемом нами спектре. Разумно предположить, что корабль, занимающийся терраформированием, тоже будет их блокировать, и мы не сможем общаться, когда вы будете на борту. Лаки Брейк не хотела этого говорить, поэтому скажу я. Завершите миссию любой ценой. Вас можно воскресить, но уязвимость с доставкой будет прикрыта, если ее обнаружат. Защитите достижения Общества первопроходцев на Санктуарии. Ваша первая задача – захватить управление транспортными системами «Штормбрейкера». В противном случае попытайтесь захватить мостик или уничтожить его на орбите. Удачи.