В поисках эмпатии

Нам так часто не хватает маленького костра дружбы, у которого можно будет найти утешение, радость, понимание, чувство, что твоя душа больше не одна, а зажигается в едином порыве с десятками себе подобных. Нам не хватает такого места, где можно найти ответы на вопросы, праздные и не очень: а зачем я здесь? а кому я нужен? а что я могу? Где найти такое место? А что если его можно создать? А что если создать его можем мы - ищущие?...

Трикси, Великая и Могучая Брейберн ОС - пони

Чудо в перьях. Заметки ксенофила

Простой парень работает в московском зоомагазине. Однажды вечером туда зашла тощая, некрасивая и голодная девушка. Которую ему предстоит накормить, приласкать, ну и обменять эквестрийское золото на земное оружие. Взамен - магия и завтрак в постель.

Флаттершай Человеки

Смерть это магия

Флаттершай видит странный сон, и просыпаясь она начинает подозревать что с миром вокруг происходит что-то не то. Скоро она уже не сможет различить, где кончается сон, а где начинается реальность.

Флаттершай Эплджек

Джон Эппл "Медовая долька"

Пожилой фермер Джон Эппл пострадал от несчастного случая с одной из своих лошадей и столкнулся с тягостной перспективой хронических болей в спине до конца своих лет и невозможностью трудиться на ферме, которая была смыслом его жизни. Одинокий мужчина, без жены и детей, а теперь ещё и не способный работать, он решает покончить со всем этим. Но что это, он всё ещё жив? И почему очнулся в лошадином теле? Почему другие лошади могут говорить с ним и называют его своим отцом? И как сказать им правду?

Эплджек Эплблум Биг Макинтош Грэнни Смит ОС - пони Человеки

Сиреневый сад

Кантерлотский торжественный прием для Эпплджек заканчивается удивительной и неожиданной встречей, которая навсегда изменит её отношение к жизни.

Эплджек Принцесса Луна

В будущем всегда идет дождь...

«А что если наша реальность - всего лишь чей-то сон?» Неважно чей это был вопрос, но важно лишь то что мы есть на самом деле. Реально ли то что мы делаем или это просто вымысел. Ведь реальность придуманного мира подтвердить изнутри невозможно. Такие вопросы мучали фиолетовую единорожку в эту ночь. И она найдет свой ответ...

Твайлайт Спаркл Спайк

Нортляндские записи.

Нортляндия - далекий край, где до сих пор бытуют свои верования. Там совсем другие законы и другие жители. Никогда не лезьте со своим уставом в чужой монастырь!<br/>Мистер Нотсон, преподаватель этнографии Мэйнхеттенского университета, в своей жизни не спас даже котенка с дерева. В его защиту, стоит сказать, что за тот же срок - в силу своей миролюбивости, - даже мухи не обидел. Но так повернулась Фортуна, что теперь преподавателю этнографии придёться отправиться в долгое и опасное путешествие. Отчасти, профессиональное, но только отчасти…<br/>Где-то там, на просторах Нортляндии, пропал солдат. И всё было бы буднично, но пропавший… не пони, и не совсем солдат.<br/>Офицер Экспедиционного корпуса в Нортляндии, некто Макс. Существо, которое разыскивают по всей Эквестрии. Пропавший без вести после городских боёв в Отголоске. Тот, кто должен получить письмо, которое, теоретически, изменит его жизнь…

Другие пони Человеки

Сап анон, ты попал в Эквестрию...

Вспышка "попаданцев" в Эквестрии за последние пять лет, не осталась незамеченной. Правительство открыло массовую ловлю людей. Ты простой парень с пакетом молока совершенно случайно попавший в Эквестрию, сможешь ли ты выбраться из этой ситуации?

Лира Другие пони Человеки

Рассвет Трёх

Поздно ночью Сансет Шиммер готовится предъявить Принцессам отчёт о самом важном научном проекте в истории.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Старлайт Глиммер Сансет Шиммер

Большое Понивилльское зебротрясение

Дружелюбие и отзывчивость Зекоры подарили ей множество друзей в Понивилле. Однако день, когда Зекора решила показать, что действительно является лучшим лечением, стал для них большим сюрпризом…

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Зекора

Автор рисунка: aJVL

Послание в бутылке. Том 2

Глава 22: Зеленый лабиринт

Фларри Харт всегда могла определить, когда пони подшучивал над ней.

Если она хотела отправиться на задание с кем-нибудь из Элементов, они всегда соглашались. Не имело значения, просила ли Фларри о чем-то абсурдном, не имело значения, могла ли она подвергнуться опасности или попасть в ситуацию, где еще один аликорн сделал бы все только хуже. Они всегда говорили «да».

Именно так она поняла, что ей здесь не место. Ей казалось очень вероятным − практически гарантированным, − что ее тетя попросила Элементы быть с Фларри помягче. Они все были близкими подругами, поэтому сделали как им велели, и юной принцессе разрешали выполнять любое задание, какое она пожелает.

И каждый раз она никуда не летела. Когда наступал день отправки, Фларри Харт всегда находила предлог остаться и каждый раз видела облегчение на лице Рэйнбоу Дэш или слышала его в тихом бормотании Флаттершай. Конечно, они все хотели, чтобы она была счастлива. Просто они не хотели, чтобы Фларри отправлялась с ними на задания.

Даже с Твайлайт Спаркл в какой-то степени вела себя так же. Принцесса всегда находила время, чтобы повидаться с племянницей, всегда была готова терпеливо выслушать рассказы о жизни в оккупированном Кантерлоте, часто давала советы о том, как можно было бы преодолеть постоянные кошмары.

Но даже она иногда поглядывала на часы, когда они были вместе, и находила повод чтобы отказаться, если младшая аликорн просила прогуляться по шахтам или поплавать вместе в пруду.

− Извини, Фларри, − говорила Твайлайт так мягко, как только могла. − Но я должна...

Дальше следовало оправдание.

Все усугублялось тем фактом, что Твайлайт, безусловно, была права, избавившись от Фларри Харт. Она была не чем иным, как проблемой, и чем меньше она будет участвовать в военных действиях, тем лучше. Если бы не ее готовность избежать боли, делая то, что ей говорили, возможно, больше эквестрийцев бы выжило.

Было лишь одно место, куда Фларри могла пойти, одна пони, которую ей хотелось видеть. Фларри Харт вернулась к своей подруге.

Лаки Брейк всегда была в движении, постоянно перемещаясь по Мазерлоду, латая очередную метафорическую течь или туша метафорический пожар. Она не бросала свою работу ради Фларри Харт − она была «колониальным губернатором», какого бы сена это ни значило.

Но она пригласила бы юную принцессу помочь, даже если ее помощь, вероятно, сделала бы все только хуже.

Так что Фларри встречалась с командирами повстанцев, участвовала в доставке продовольствия в отчаявшийся и голодающий Клаудсдейл, устанавливала новое оружие на корабли Солнечного флота рядом с сотнями дронов и занималась множеством других странных вещей.

− Откуда ты знаешь, что делать? − спросила юная принцесса у Лаки однажды вечером, после того как они только что доставили последнюю партию лекарств для больных жеребят в лагерь беженцев к югу от Мазерлода. − Все эти дела… ты всегда в движении, никогда не останавливаешься.

Лаки Брейк не носила корону, когда работала, да и вообще не носила никаких украшений. Только кобура с маленьким человеческим огнестрельным оружием внутри. Фларри Харт ни разу не видела, чтобы она им пользовалась, вне зависимости от того, насколько напряженной становилась ситуация.

− А я мухлюю, − ответила Лаки, заговорщицки понизив голос. − Я всегда мухлюю, как и любой лидер. Это единственный способ справиться со всем этим.

− Мухлюешь… Как? – Фларри Харт ожидала услышать что-то похожее на объяснения Селестии о том, что нужно полагаться на силу характера или, возможно, на силу дружбы. Но ее друзья-люди, умели удивлять.

− Легко, − Лаки взмахнула крылом. − Я спрашиваю Предвестника, что мне нужно сделать. И если после этого я в чем-то не уверена, то спрашиваю других пони, которым доверяю. Найди эксперта, узнай его мнение. Это называется делегирование полномочий. Большую часть времени нас просто видят, и мы выполняем поручения. Я не знаю, как правильно воевать, вот почему у нас есть Циньчжи. Я не знаю, как распоряжаться припасами, или управлять шахтой, или... ну, почти ничего не знаю. Я лишь переводчик. Но я могу уверенно стоять и говорить нужные вещи. Я могу пообещать, что мы никогда не сдадимся и что Предвестник выиграет войну. Как ты думаешь, пони вокруг нас ожидают чего-то большего?

− Похоже, это работает, − согласилась Фларри слабым голосом. Он стал еще слабее, когда она задала следующий вопрос. − Как ты думаешь, Предвестник мог бы и мне помочь?

Сегодня у них не было с собой дронов Предвестника даже для перетаскивания припасов. Но у юной принцессы всегда был с собой переводчик, на случай, если люди перейдут на язык, которым она не владела. И иногда Предвестник пользовался им, чтобы поговорить с ней. Как теперь.

− Я могу. Но вам, возможно, придется брать на себя сложные задачи. Может быть, вы еще не готовы к такому.

− Я готова! − воскликнула Фларри Харт. − Я готова ко всему. Когда мы… когда мы отправимся спасать Эквестрию, я хочу каким-нибудь образом помочь. Может это стать одной из таких задач?

− Помочь каким-нибудь образом – без проблем, − раздался голос Предвестника. − Но это не то же самое, что присоединиться к миссии по захвату «Штормбрейкера». Вы не будете в этом участвовать.

«И ты тоже?»

Но Фларри не позволила себе впасть в отчаяние. Предвестник всегда был абсолютно честен с ней − он также не заботился о гордости или о том, насколько пони были удовлетворены его словами. Это была не злоба, когда он отказал ей, а одна лишь практичность.

− А что насчет Лаки? Она будет там? У меня такая же боевая подготовка, как и у нее!

− Ни за что, − нервно ответила Лаки из-за ее спины. − Я уже участвовала в подобном, и та миссия закончилась кошмаром по куче самых разных причин. На этот раз я доверюсь профессионалам. Им лучше знать, как сражаться. Твайлайт Спаркл пойдет − она и раньше сражалась с магическими монстрами, и Король Шторм, вероятно, один из них. Но я буду на связи, если им понадобится помощь дополнительных аликорнов. Но вообще я собираюсь помочь с большими рабочими лагерями вокруг Кантерлота. Мои родители...

Она замолчала, продолжила совсем тихо:

− А еще, я не хочу видеть, как кто-то еще теряет родных на корабле работорговцев. В лагерях наверняка поймут, что мы делаем, и начнут убивать рабов. Вот где я пригожусь.

− Я могу пойти с тобой! − воскликнула Фларри Харт, отчаянно желая сделать хоть что-нибудь и помочь. − Предвестник, можно? Ты мне позволишь?

− Так я и планировал. Насколько мне известно, единственный способ эффективно убить вас – использовать кристаллизующее оружие, которое было применено против других правителей Эквестрии. Я полагаю крайне маловероятным, что у обороняющих рабские лагеря оно может оказаться. Но все еще есть ненулевой шанс, что вы погибните в ходе боя. Я не знаю способа возвращения к жизни, кроме заклинания, которое использовала Лаки Брейк и которое мы не смогли повторить.

Примерно в это время они добрались до комнаты Лаки − теперь их общей комнаты. Рядом со входом стояла полка из прочного красного дерева, заполненная маленькими сокровищами на подушечках. Каждый из предметов был подарком от различных фракций или важных пони в знак благодарности, когда они примыкали к восстанию. Лаки, казалось, гордилась каждым из них, хотя никогда бы в этом не призналась. Она повесила пистолет на крючок, плюхнулась боком на мягкую подушку и, как будто, слегка ссутулилась.

− Тогда я отправлюсь с тобой, − заявила Фларри Харт. − Договорились. Я все еще могу быть полезна Эквестрии.

− Уверена, что так и будет. Буду рада, если ты будешь со мной. Вот только не знаю, буду ли я вообще участвовать в бою. Основной работой займется 75-ый полк рейнджеров, и я постараюсь не путаться у них под ногами. Это отчасти и есть причина, зачем нам солдаты − ты позволяешь им сражаться. Но им может понадобиться наша помощь, и на такой случай… мы будем рядом.

− Отлично.

Фларри Харт сняла плащ и ярко-желтую шляпку в цветочек. Ее грива все еще была растрепанной и неровной в тех местах, где ее подстриг Перес, а отбеливатель, который он использовал, смыть было нельзя. Но у корней настоящие цвета начали возвращаться, так что... чем меньше пони узнавали, кто она на самом деле такая, тем лучше.

Но Лаки не осуждала ее за это. Когда она взглянула на нее, во взгляде не было ни отвращения, ни даже жалости.

Люди были странными, но иногда это было к лучшему.

− Просто нужно быть готовой, − продолжила Лаки, как будто ее никто не прерывал. − Мы не знаем, когда представится такая возможность. Впрочем, не больше месяца… после этого Король Шторм должен прибыть в Мазерлод с проверкой. Когда это произойдет...

Аликорн замолчала. Ей не было нужды вдаваться в подробности. Как только Король Шторм сам приедет осмотреть город, их уловка наверняка будет раскрыта. Груббер уже сотрудничал не из жадности, а лишь из страха. Как только он увидит шанс сбежать…

− Я буду готова, − пообещала Фларри Харт. − Я собираюсь отомстить им за то, что они сделали с моей семьей. И мы наведем порядок в Эквестрии.


Земля появилась под Сарой секундой позже, она возникла где-то в другом месте.

«Гармония уже дала Джеймсу тут несколько недель, тогда как я пробыла здесь всего несколько минут. Вероятно, она сделает это снова».

Но чего Сара пока не могла понять, так это зачем Гармония делала все то, что делала. Насколько фестрал могла судить, у Гармонии не было никакой мотивации. Но в то же время она была гораздо умнее, гораздо мудрее и дальновиднее.

Саре и раньше приходилось работать с людьми умнее нее, и она знала, что лучше не считать их действия случайными. То, что казалось не более чем случайными совпадениями, могли сложиться в целое в последнюю секунду и нанести сокрушительный удар. Так что фестрал каждое мгновение была настороже в поисках смысла.

Место, куда они попали, было гораздо страннее, чем все, где Саре доводилось бывать раньше. Пышная зелень росла вокруг, вплетаясь в лабиринт из сверкающих шипов. Вдалеке можно было разглядеть металлические конструкции, поблескивающие в свете нескольких разных лун, каждая из которых имела немного другой оттенок.

Она снова стала пони, как и Джеймс – все тот же единорог, к которому Сара уже привыкла.

«Видишь, Джеймс, вот почему это не сработает. Тебе пришлось бы так много изменить в себе…»

И даже в таком случае, как долго обычно длились отношения у Сары? Недостаточно долго для Джеймса, по крайней мере, если судить по его моногамному клону.

На этот раз Гармония не стала брать с собой целую толпу, а сотворила одно металлическое тело. Она остановилась на краю прохода в зеленой стене, как будто невидимая линия не давала ей двигаться дальше.

− Тут начинается зона изоляции. Я могу наблюдать за происходящим внутри, но не имею права сообщать вам, поэтому я не могу дать вам никакой информации. Ваша подруга там, вместе с... – Гармония сделала паузу, тон явно помрачнел, − многими другими.

− Спасибо, − поблагодарила Сара, переступая порог лабиринта и направляясь в колючие глубины. Она слышала внутри птичьи голоса – в основном карканье ворон.

− Если вы передумаете и захотите уйти, я смогу вас вытащить. Любого из вас. Просто сформируйте запрос, и мы вернемся сюда. Но как только запрос поступит, я не смогу обсуждать его, а только подчинюсь приказу, − Гармония постучала копытом сбоку по голове. – Запрос не обязательно произносить вслух. Ясно сформулированного желания уйти будет достаточно.

− Я не захочу, − громко сказала Сара. − И Джеймс тоже. Мы выйдем оттуда всей нашей командой.

− Это может измениться, − возразила Гармония. Резкий порыв ветра взметнул опавшие листья рядом с изгородью. Когда все снова стихло, они остались наедине с зябкой прохладой.

Сара махнула крылом, и они углубились в лабиринт. Фестрал посмотрела на край тропинки и множество острейших шипов.

«Интересно, что произойдет, наткнись я на десяток таких? Могу ли я тут истечь кровью? Если я умру здесь, очнусь ли еще одним уровнем ниже?»

Она решила этого не выяснять.

Лабиринт делился на множество извилистых тропинок − некоторые казались широкими и ярко освещенными, стены над другими смыкались так близко, что скрывали проход в тени. Джеймс заколебался на первой развилке, но Сара просто понюхала воздух и без колебаний указала на низкий тоннель. Там пахло лучше всего.

− Ты когда-нибудь думала... – начал Джеймс тихо, − что Оцеллус тоже не хочет уходить? Сама подумай. Она могла бы найти тебя.

Сара мотнула головой.

− Я здесь единственный гражданин. У нее здесь нет таких же прав, как у меня.

− Или она не хочет нас искать. Можно ли ее за это винить? Этот… место… как по мне, так выглядит просто кошмарно, но, может быть, чейнджлингам такое нравится, − пока он это говорил, что-то огромное прогромыхало впереди, каждый шаг существа стряхивал сухие листья со стен. В течение нескольких секунд Сара могла различить чудовищную фигуру на горизонте, а затем шаги затихли вдали. Несколько ворон печально каркнули. − Может быть, она хочет остаться дома.

− Нет, − уверенно возразила Сара. − Она просто не может, вот и все. Увидишь, когда мы найдем ее. Или... может быть, она ждет на месте, потому что это наиболее разумное решение. Я не знаю, слышал ли ты когда-нибудь, что если заблудился, то нужно стоять на месте, тогда спасательной группе будет проще тебя найти. Мы − спасательная группа, и мы собираемся найти ее.

− Как скажешь, − Джеймс замедлил шаг, чуть отстав. − Я скучаю по пляжу. Думаю, я понимаю, почему Гармонии не нужно сильно напрягаться, чтобы удержать кого-нибудь тут, внутри. Здесь так много миров, и все они совершенны.

Единорог задел стену, протестующе взвизгнув, когда один из шипов вонзился ему прямо в бок. Хлынула кровь, по крайней мере, на несколько секунд. Живая изгородь, казалось, впитывала ее, старые коричневые листья сменялись ярко-зелеными там, куда попала живительная жидкость.

− Вот жеж, а это больно! Нафига они их тут насажали?

− Потому что мы не можем закрыть дверь для пони, − послышался тоненький голосок из-за поворота. Сара поспешно сделала несколько шагов и обнаружила там черного чейнджлинга, уставившегося на них своими фасеточными глазами. Его копыта были вмурованы во что-то твердое − вроде огромного куска цемента. Он был привязан веревкой и, очевидно, не мог пошевелиться. Чейнджлинг выглядел высохшим, а панцирь покрылся клочьями мха. − Мы посадили живую изгородь вокруг наших земель, достаточно высокую, чтобы никто нежелательный не смог проникнуть внутрь. Проходы все еще открыты, так что закон Гармонии соблюден.

Сара ничего не могла с собой поделать − она протянула крыло и смахнула грязь с тела бедняги.

− Как долго ты здесь, э-э...

− Стингер, − ответил тоненький голосок. − С тех пор, как наша королева меня осудила. Я был недостоин служить ей, поэтому она поместила меня сюда отпугивать незваных гостей. Я не очень хорош в отпугивании незваных гостей.

Бедняга выглядел так, словно должен был вот-вот умереть, но внимание фестрала помогало. Чем больше она хлопотала над чейнджлингом, тем более живым тот казался.

− Джеймс, как ты думаешь, что мы можем сделать с этим камнем? Есть идеи?

− Я... возможно. Фларри Харт несколько раз упоминала о заклинаниях трансмогрификации. Я мог бы попробовать превратить камень во что-нибудь другое. Или, может быть, ты могла бы, ты же сильнее меня.

− Мне запрещено покидать пост, − нерешительно возразил чейнджлинг. − Мне нужно отпугивать незваных гостей. Р-р-р-р!

Но злобы не было, хотя клыки могли бы кого-нибудь напугать.

− Р-р-р-р, − повторила Сара. − Мы напуганы, я бы сказала дрожим от страха. Я в такой панике, что беру тебя с собой.

− Пугаться, это по-другому, − возразил Стингер.

− Ну, как есть, − Сара подтолкнула Джеймса поближе к каменному блоку. – Давай, действуй. Не надо превращать насовсем, хватит ровно настолько, чтобы вытащить ноги.

− Хорошо, − жеребец закатил глаза. − Просто отойди и не мешай. Потому что есть большая вероятность, что может разжижиться что-нибудь не то. Я почти уверен, что на живых существах заклинание тоже сработает не хуже, чем на цементе.

Сара повиновалась, готовясь ко всему. И это было хорошо, потому что после короткой вспышки жук начал погружаться прямо в камень, который раньше его удерживал. Фестрал дернулась, поймав его за ногу, и вытянула на землю. Прошло несколько секунд, и цемент снова затвердел, хотя на камне все еще остались глубокие борозды от недавнего рывка. Кусочки, прилипшие к ногам чейнджлинга, тоже стали твердыми как камень, но это, ерунда, по сравнению с тем что было раньше.

− Вот так, − Сара встала, отряхивая пыль с груди и нижней части тела. − Ты свободен, Стингер.

− Я свободен, − повторил чейнджлинг, и Сара еще больше уверилась, что имеет дело с самцом. Тот с жужжанием поднялся в воздух, облетел вокруг них и ухмыльнулся. Теперь его голос звучал иначе, совсем не похоже на то, как он говорил несколько минут назад. − Вы освободили меня. Зачем пони это делать?

− Мы не пони, − ответил Джеймс. − Мы люди. Исследователи с планеты под названием Земля. У нас нет…

− Исследователи, − повторил Стингер. – С другой планеты. Как вы здесь оказались? Зачем вы здесь? − он приземлился, хотя крылья продолжали жужжать за спиной, просто недостаточно быстро, чтобы поднять его в воздух. − Подождите, наверное, вам не следует тут быть. Гармония − это ловушка, хуже медвежьего капкана! Если она узнает, что вы здесь...

− Слишком поздно, − прервала его Сара, пожимая плечами. − Но это прекрасно. На самом деле мы никогда не видели Землю, так что мы не скучаем по ней. У нас есть только воспоминания… в общем, это долгая история.

Она снова положила крыло на плечо жука.

− Мы ищем тут нашу подругу. Оцеллус. Может быть, ты ее знаешь. Не мог бы ты помочь нам преодолеть лабиринт?

− Я должен отпугивать незваных гостей… − начал Стингер с сомнением в голосе. − Но вы не пони, так что… думаю, вы не в счет. Несмотря на внешность. Может быть, вам стоит выглядеть как-то по-другому? Это могло бы облегчить задачу.

− Я не хочу становиться здесь витрувианцем, − заметил Джеймс, глядя на странные луны. − Здесь слишком темно. Я был бы несчастен.

− Почему бы нам просто не перелететь через лабиринт? − спросила Сара. – Тут всего лишь метров… шесть? В этом нет ничего сложного. Треть пони умеет летать.

− Это невозможно, − ответил Стингер с сожалением в голосе. − Мы могли создать проход так, как нам заблагорассудится, поэтому мы сделали только один вход. Ветер там, наверху, отбросит вас обратно к началу лабиринта.

− Тогда... − Сара махнула крылом. – Смею предположить, что это правильный путь. Ты был здесь, чтобы попытаться отпугнуть нас, так что... не было бы смысла охранять неправильный путь.

Стингер кивнул.

− Примерно так и думают пони. Атмосфера отпугивает большинство из них, прежде чем они идут дальше, а те кто с высокой комплексностью нас даже не беспокоят. Просто... не упоминай мое имя, ладно? Если ты когда-нибудь увидишь королеву… Не знаю, как она сейчас правит, но если ты когда-нибудь будешь в Иркалле, то мы не встречались.

− Конечно, − согласилась Сара. − Без проблем.

− Потому что она мертва, − добавил Джеймс.

Сара вздрогнула, искоса взглянув на своего спутника.

«Вот будто промолчать не мог!»

И естественно, Стингер тут же замер, и его глаза распахнулись от шока.

− Ненадолго, − сказал он. − Она... она умирала раньше, как и большинство из нас. Она вернется.

− Всенепременно, − медленно и громко произнесла Сара. Из-за того, что Джеймс мог ляпнуть еще что-то. − Мы не должны отвлекать нашего провожатого, Джеймс.

Наконец-то жеребец понял намек, по крайней мере, настолько, чтобы не сказать по пути еще чего-нибудь на редкость тупое.

Несмотря на то, что Стингер сказал о длительности путешествия, им потребовались дни странствий по темным переходам. Судя по запаху, их проводник вел их куда надо, но сказать наверняка было затруднительно. Все, что было у Сары, ощущение, что они движутся в правильном направлении.

Против них были не только извилистые тропинки с запутанными поворотами − лабиринт подбрасывал им монстров, головоломки, замки и испытания на ловкость. Но с ними был провожатый, который хорошо знал этот маршрут и ходил по нему много раз.

Самой большой опасностью, по мнению Сары, была вероятность погибнуть из-за чего-нибудь и начать путь сначала.

По крайней мере, сон тут был не нужен, а когда пони проголодались, Стингер показал на странные фрукты, растущие на кроваво-красных лианах-паразитах, извивающихся по стенам. На вкус они были просто мерзкими, но, по крайней мере, поддерживали их в тонусе.

Затем, когда казалось, что Джеймс окончательно выбился из сил, а сама Сара решила, что очередной отрезок лабиринта точно сведет ее с ума, они добрались до выхода.

Арка из живых растений высотой почти в два этажа, за которой виднелся космический корабль.

Он находился в орбитальном доке за аркой, в окружении десятков небольших вспомогательных судов и рабочих в космических скафандрах. А вдалеке, далеко внизу, сияла зеленая с голубым планета. Не Земля, если судить по форме континентов, но что-то достаточно похожее.

Сара остановилась рядом с аркой, вглядываясь в то, что казалось пустотой космоса. Вид был чрезвычайно впечатляющим, но в вакуум ее не засасывало. Тока воздуха в дыру тоже не было.

− Тут… защитное поле? − спросила она Стингера, не слишком уверенно, в надежде, что не покажется слишком глупой.

− Нет, − чейнджлинг сел прямо перед порогом. − Это просто вид со стороны. Заходи туда, и окажешься внутри. И мы должны расстаться. Я ценю, что ты освободила меня, но...

− Мы понимаем, − вмешался Джеймс. − Ну, Сара, скорее всего, нет. Она никогда не была одной из вас, а я был. Я знаю, каково это.

− Спасибо, − ответил Стингер. Он снова встал, поколебавшись у порога арки, а затем шагнул через него. Чейнджлинг мгновенно исчез, вид за аркой не изменился.

«Что ж, нас не предали».

Но Сара и так знала, что такого не произойдет. Бедный чейнджлинг был слишком истощен и эмоционально вымотан, чтобы попробовать что-то подобное. Даже если бы более здоровый дрон мог бы попытаться. Несмотря на то, что здесь не надо было собирать любовь для поддержания тел, прозябать в одиночестве, будучи впаянным в камень неизвестно сколько времени, было тяжело.

− Ну а теперь мы заходим, − произнес Джеймс, останавливаясь рядом с фестралом. − Это же то, чего ты хотела, верно?

− Да, − Сара встала и вместе с жеребцом направилась к тому, что их ждало за аркой.


«Они отправятся завтра. Эвакуируйтесь, если сможете».

Документ был подписан отпечатком копыта Дэринг Ду, о которой Оливия ничего не знала, но которая, по словам Рэйнбоу Дэш, была одной из лучших и самых надежных пони, когда дело касалось работы под прикрытием в опасных условиях. Префект еще несколько раз перечитала скан вместе с примечаниями, предоставленными Предвестником об анализе почерка и контекста. Судя по ним, автор был уверен в написанном, сильно напуган и имел серьезные проблемы с отцом.

Что ж, возможно, доверять анализу почерка применительно к пони можно было с оговорками.

− Завтра, − повторил Циньчжи, уставившись на свой компьютер. На экстренном совещании присутствовали только четверо − Мелоди будить не стали, а Элементы Гармонии были в отъезде на заданиях. Ну, за исключением Рэйнбоу Дэш. Остальным Элементам был передан приказ о возвращении, но успеют ли они вовремя… − Это серьезно ограничивает степень воздействия, которая может быть обращена против нас. На организацию серьезного противодействия требуется гораздо больше времени... Вы уверены, что это письмо не было скомпрометировано?

− Абсолютно, − Рэйнбоу Дэш овладела английским ничуть не лучше, чем Оливия эквестрийским, но пегаска быстро соображала и легко приспособилась к использованию переводчика. − Она дала мне его лично. Дэринг Ду буквально ни разу не ошибалась. Каждый раз, когда я сомневалась в ней, в конце концов выяснялось, что я сама чего-то не знала.

− Хм... − Циньчжи отложил планшет, искоса взглянув на Оливию. − А вы что думаете?

«Я думаю, что тебе не следует спрашивать меня об этом. Я всего лишь консультант. Лаки должна была бы спросить меня, возникни у нее желание услышать мою точку зрения».

Но губернатор, казалось, не возражала − она не придавала особого значения формальностям.

− Скорее всего он не возьмет с собой весь флот, − ответила Оливия. − Судя по тому, что я выяснила, не думаю, что он стал бы двигать «Штормбрейкер». Отправить его через всю страну в крошечный городок у черта на рогах было бы проявлением слабости перед остальной Эквестрией, и он это знает.

− Согласен, − не стал возражать Циньчжи. − Но он все еще может выступить против нас. У нас есть силы специального назначения, которые могут быть развернуты за меньшее время, и было бы самонадеянно с нашей стороны предполагать, что никто другой на это не способен. Возможно, самые опытные наемники Шторма. Если они проигрывали или просто действовали слишком резко, он мог позже назвать их пиратами и налетчиками, сохраняя свою репутацию. Мне это кажется вероятным.

− Ого, − Рэйнбоу Дэш по очереди перевела взгляд с одного на другого. − Вы, ребята, реально много об этом думаете.

Никто ей отвечать не стал.

− Тогда тут нет ничего особенного, − произнесла Лаки, откидываясь на спинку сиденья. Несмотря на то, что разговаривала в основном с людьми, говорила она на эквестрийском, вынуждая Оливию и Циньчжи полагаться на переводчика. Ну, на самом деле не так уж и сильно. В последнее время префект проводила так много времени с местными жителями, что теперь могла понимать смысл простых предложений. Пройдет совсем немного времени, и она достигнет уровня Переса. − Мы переживаем из-за пустяков. Их наемники не представляют для нас опасности. Мы знаем их способности и заранее подготовились. Предвестник их легко уничтожит.

− Так и будет, − голос ИИ донесся из ближайшего терминала. − Или мы сделаем это вместе. Ряд местных жителей участвуют в наших оборонительных планах. Как бы то ни было, этим все не закончится. Если только мы не планируем удачно подкупить нападавших и отправить их обратно с ложным докладом. Если это не удастся, тогда… их поражение разоблачит нас так же верно, как и их победа.

− Вот почему Дэринг Ду говорит, что вам нужно валить, − заявила Рэйнбоу Дэш, постукивая оригиналом письма по столу. Как будто так оно было убедительнее, чем цифровые переведенные сканы. − Мы могли бы все погрузиться на этот большой корабль, улететь и присоединиться к Клаудсдейлу над Бесплодными землями...

− Нет, не можем, − ответил Циньчжи. Он посмотрел на Рэйнбоу Дэш, а затем многозначительно перевел взгляд обратно на Лаки. Казалось очевидным, что он хотел сказать – пегаске тут не место. Но Лаки либо не заметила, либо ей было все равно, на что земнопони пытался намекнуть. Когда губернатор промолчала, генерал в конце концов продолжил. − Защита Мазерлода имеет решающее значение для всей миссии. Мы много сюда вложили, и наша война потерпит крах, если тут потерпят неудачу. Наши союзники не получат ни продовольствия, в котором они нуждаются, ни лекарств, ни оружия. Мазерлод − центральный узел, вокруг которого должна быть организована вся наша война. Если мы… не хотим покинуть наших союзников и отступить за пределы Эквестрии.

На этот раз жеребец поймал взгляд Оливии. И она знала, о чем генерал думает, даже если у него не хватало смелости произнести это вслух.

«Но чтобы это отступление сработало, нам нужно будет забрать с собой всех или уничтожить каждого местного, кто знает о нашей истинной природе».

Каждого пони в Мазерлоде, все Элементы Гармонии и несколько других доверенных контактов.

Если бы Оливия была главной, она, вероятно, выдала бы каждому из них ожерелье с коммуникатором для связи и небольшой бомбой, на случай если бы их верность пошатнулась бы. Против коммуникаторов Лаки не возражала бы, но была бы против инструментов прикрытия секретных операций.

Так что организованное отступление в любом случае может быть обречено.

− Здесь мы уже оперируем предположениями, − произнесла Лаки. – И достаточно важными. Мы не знаем, является ли такой обход обычным делом, или, возможно, у нас где-то утечка информации. Я склоняюсь к последнему… Думаю, есть вероятность, что это было в письмах Груббера. Мы их, конечно, проверяли, но... они братья. Мы не можем знать его так же хорошо, как Король Шторм.

− Мы должны идти по пути, что максимизирует вероятность нашего успеха, вне зависимости от того, что делают другие, − произнес генерал. Это означает, что мы должны заманить все силы, посланные для расследования, и захватить их. Тогда у нас будет больше времени, чтобы подготовиться, но не значительно. Король Шторм наверняка поймет, что мы выступаем против него, как только не получит докладов от слуг. Но к тому времени мы должны уже сами начать действовать. Критическая точка сдвинется… до конца месяца.

При этих словах глаза Оливии распахнулись, и она поспешно пролистала документы на своем терминале.

− Не думаю что мы успеем. Наши друзья в трудовых лагерях говорят, что им нужен еще месяц. Похоже, они не были готовы к тому, чтобы сдвинуть сроки, у них просто недостаточно ресурсов.

− Я, э-э... − Рэйнбоу Дэш сделала шаг назад. − Похоже, ребята, вы тут без меня обойдетесь. Я тогда пойду предупрежу друзей.

− Конечно, − Лаки махнула крылом. − Держи коммуникатор при себе. Не покидай Мазерлод без предупреждения.

− Предупреждение, − секундой позже дверь за пегаской закрылась.

Похоже, ее поведение раздражало даже Лаки, которая с остальными Элементами старалась проявлять дружелюбие. Но она не попыталась вернуть Дэш. Вероятно, ее все равно никто не смог бы поймать.

− Из всех частей операции, которые должны пройти успешно, проникновение на «Штормбрейкер» является наиболее важным, − произнес Предвестник, как только дверь закрылась. − Даже если все мы будем уничтожены, даже если целые эквестрийские города сравняют с землей − все это может быть восстановлено, если Король Шторм будет свергнут. Но если он продолжит управлять терраформером… тогда он сможет разрушить все, что мы построим.

− Дополнительные силы из моего подразделения не помогут, − заметил Циньчжи. − Если в лагере заподозрят что-то неладное, отправка будет отменена.

Взгляд Лаки остановился на Оливии.

− А ты что думаешь? − спросила она после многозначительного молчания. − Мне неприятно отсылать тебя, когда на нас вот-вот нападут, но… Оливия, как ты относишься к тому, чтобы возглавить полевую миссию?

«Вот сука».

− Да. Ты знаешь, кто мне нужен, − пегаска уронила свой вычислительный терминал на стол. − Пора собираться. Вы… разберитесь с остальным сами.

Она ушла, не сказав больше ни слова.


Сара ничего не почувствовала, когда вошла через арку в дом всех мертвых чейнджлингов. Только что она была на извилистых дорожках их защитного лабиринта, а в следующий миг... оказалась в другом времени.

Окружение во многом напомнило ей обитаемые космические станции. Люди в чистой униформе, объявления по громкой связи и отдаленный гул машин, тихо делающих то, что им полагалось делать.

Она мгновенно узнала корабль − тот самый, в котором была выстроена Иркалла, за исключением того, что он не разваливался на части. На всех экранах отображалась важная информация, пустые балконы были заменены голографическими дисплеями, у странных металлических перил теперь были работающие эскалаторы. Это был настоящий корабль.

На мгновение Сара споткнулась, приспосабливаясь к вращательной гравитации. Фестрал сделала это быстро, но Джеймс позади нее слегка покачнулся на своих копытах.

− Где… что… зачем им жить на корабле?

Переход границы изменил их обоих точно так же, как и посещение витрувианской планеты. Сара выглядела как чейнджлинг − ярко-голубая с розовым, с вкраплениями желтого и необычно выступающим рогом. Она мельком взглянула через плечо туда, где из-под толстого комбинезона выглядывали прозрачные крылья. Определенно, бывало и хуже.

Джеймс, казалось, едва ли заметил изменение − может быть, он уже каким-то образом и так был чейнджлингом, а может, он просто слишком привык быть одним из них, так что врасплох это его не застало.

По крайней мере, оказавшись здесь, Сара не почувствовала, что на них смотрит множество глаз. Она почти не чувствовала себя другой, хотя разумом понимала, что нынешнее тело отличается от того, к которому привыкла. Сара чувствовала, как ее копыта слегка подрагивают при каждом шаге, и больше не ощущала воздух в шерсти или гриве так, как обычно. Грива с хвостом превратились во что-то вроде плавников, вместо привычных длинных волос.

«Поверить не могу, что скучаю по тому, как была пони».

Но так и было − Сара, вероятно, предпочла бы быть фестралом, чем высоким антропоморфным существом, которое жило в выжженном солнцем мире и проводило большую часть времени под водой. Как бы интересно ни было взглянуть на их культуру.

− Мне… наверное, следовало подумать об этом раньше, − пробормотала Сара, как только они пришли в себя и продолжили движение.

Жизнь в Иркалле немного подготовила их к происходящему − за исключением того, что транспортные средства, перевозящие людей по кораблю, работали, эскалаторы функционировали, а оборудование было в идеальном состоянии. Несмотря на то, что в реальном мире они жили как паразиты на руинах более совершенных технологий, здесь чейнджлинги притворялись, что корабль принадлежит им.

«Возможно, так оно и есть. Или они произошли от людей, которым он принадлежал».

− На самом деле я не знаю, как найти Оцеллус. Она вроде как важная персона, и... – Сара замолчала, покраснев. − Думаю, мы могли бы… найти компьютер. Вбить ее имя и поглядеть, чего выйдет.

− Не утруждайся, − произнес голос за спиной. Голос Оцеллус. Из толпы появилась чейнджлинг, яркая и красочная, одетая в комбинезон, который, казалось, соответствовал тем, что носили все вокруг. − Я уже нашла тебя. Вам потребовалось много времени, чтобы сюда добраться.

Сара ничего не могла с собой поделать − она поспешила к Оцеллус и обняла. Она почувствовала, как та заметно напряглась от этого, но далеко не так сильно, как, вероятно, напряглась Сара при мысли о свидании с Джеймсом. И теперь ему придется наблюдать за куда большим энтузиазмом при новой встрече с их подругой.

− Я не очень довольна тобой, − произнесла Оцеллус, отстраняясь. Но Сара заметила, что она не оттолкнула ее. Чейнджлинг могла разорвать объятия в любой момент, но не сделала этого. − После того, что ты сделала… именно ты в некотором роде причина, по которой мы мертвы. Ты дала моему отцу шанс выступить против нас. Если бы не это… ему пришлось бы ждать дальше. Возможно, вся экспедиция кончилась бы раньше, чем у него появился бы шанс.

− Может быть, нам не стоит говорить об этом в открытую? − возразила Сара, чувствуя, что взгляды окружающих снова устремлены на них. Большинство из них принадлежали черным чейнджлингам, их хитрые фасеточные глазки невозможно было прочесть. Возможно, это просто любопытство. Или это может быть что-то другое.

− Конечно, − Оцеллус махнула копытом, и они забрались в капсулу для перевозки, которая только что остановилась на их палубе. Они захлопнули дверь прежде, чем кто-либо еще успел войти, не обращая внимания на разочарованные взгляды и ругательства из толпы, которая следовала за ними. Капсула загерметизировалась и скользнула по рельсам прочь. Но всегда с полом в направлении силы тяжести от вращения. – Готово. Уединение.

− Мне жаль, что я не послушала тебя, − начала Сара. − Я не думала… что твой отец захочет...

Она замолчала.

− Подожди, почему ты все еще называешь его так? Теперь мы мертвы, верно? Так что... когда мы вернемся, у нас будут новые родители, − выражение лица Сары исказилось от дискомфорта. – Фу. Не уверена, что хочу этого. Родиться − это просто гадость, и если мне придется быть жеребенком из-за всего этого…

− Тебе нужен ответ или дальше продолжишь надумывать себе что-то? − спросила Оцеллус. Она не выглядела старше, она вообще не выглядела изменившейся. Сара почти ожидала, что смерть каким-то образом изменит ее. Но, насколько она могла судить, чейнджлинг выглядела точно так же, как и перед их кошмарным планом побега.

Сара кивнула.

− Прости. Все это так ново, я... я несу чушь.

Сидевший рядом с ней Джеймс разразился горьким смехом. Но поскольку говорить он ничего не стал, то как только он замолчал, Оцеллус продолжила.

− Фаринкс мне не отец по крови. Поскольку я родилась при правлении Кризалис, это все равно невозможно было узнать. Он мой настоящий отец, − она постучала себя по виску. − Старая королева, она... показала нам все это. День, когда мы вместе были экипажем «Инанны». Из всех пони на Эквусе мы были единственными, кто последовал за ней сюда. Мы всегда хотели иметь место, которое могли бы назвать своим, и она показала нам, как его создать. Показала, что нам не нужно ждать окончания карантина, чтобы начать жить, как хотим. Мы могли бы подготовиться заранее.

− Сколько раз твой отец убивал тебя? − спросил Джеймс, сочувственно жужжа крыльями.

− Этот был... первым, − призналась Оцеллус. − Раньше мы не были по разные стороны баррикад. Мне не понравилось.

Затем наступила тишина, нарушаемая только механическими щелчками, когда их маленькую капсулу переместили на следующий из множества рельсов, и они с жужжанием вылетели в космос. Раздалось несколько звуковых сигналов, а затем гравитация исчезла. Сара начала взлетать со своего места, но постаралась никак не реагировать. Она не хотела выглядеть глупо перед Оцеллус, которая, по-видимому, была опытным космонавтом. Или их ребенком… она все еще не была уверена в подробностях.

− Я ждала тебя, − продолжила чейнджлинг в конце концов. − Я думала, ты придешь раньше. Разве тебя не волнует установление контакта?

− Конечно волнует! − воскликнула Сара. − Я добралась так быстро, как только смогла. Тебе не нужно было прятаться за каким-то диким лабиринтом из шипов. Может быть, в следующий раз встанешь перед ним, чтобы я быстро добралась до тебя.

− Ой, да. Забыла о нем, − Оцеллус хихикнула. − Хорошая новость в том, что тебе не придется проходить через него снова. После того, как преодолеешь лабиринт в первый раз, открывается короткий путь. При условии, что сюда вообще придется возвращаться. Если ваши пони действительно такие продвинутые, как вы говорите, надеюсь, что это место достаточно скоро опустеет. Мы предпочли бы жить на поверхности, занимаясь… что бы вы ни делали на поверхности. Может быть, ты знаешь?

− Все, что захочешь, − подсказала Сара. − Но нам нужно возвращаться туда. Я знаю, как вы обычно это делаете: ловите дикого и надеетесь, что он очнется, но… так не пойдет. У нас ограниченный бюджет, а твой отец украл все наши деньги. Нам нужен способ побыстрее. Такой точно должен быть. Какая-нибудь дверь, через которую мы можем просто выйти, или типа того.

− Я... я не знаю такого способа, − ответила Оцеллус. − Но появился кое-кто новый, год или около того назад. Думаю, она сможет нам помочь.

Чейнджлинг наклонилась вперед к панели управления, жужжа крыльями, чтобы оставаться на месте, пока жала на кнопки.

− Кто? − спросил Джеймс, стоявший рядом, по-видимому, искренне заинтересованный. − Кто-то, кто знает больше тебя?

− Да. Самый страшный враг, который у нас когда-либо был. Все это время, что мы тратили впустую на поверхности, обсуждая происходящее... принцесса Селестия все это время была здесь.