Я гений

Дерпи переводят из интерната в обычную школу для пегасов. Она ожидаемо не вызывает симпатии у одноклассников. Впрочем, на что рассчитывать пони, которую собственная мать терпеть не может? Дерпи мужественно сносит все испытания для новичков, но что будет, когда её терпение кончится?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Гильда Дерпи Хувз Другие пони ОС - пони

Посчитать по носам

Космическая гонка закончилась, и третьего полета ЭКА “Амицитас” еще даже нет в планах, но жизнь первой королевы чейнджлингов, побывавшей на луне, и ее Улья продолжается. Столкнувшись с необходимостью отслеживать всех своих подданных и доказывать, что они, на самом деле, принадлежат ей, Кризалис объявляет первую в истории перепись Улья Бесплодных земель. И, как обычно, это приведет к обычному уровню тупости чейнджлингов, лени и махинациям... ...но что случится, если всплывет имя, а вы не можете доказать, что соответствующий ему чейнджлинг вообще существует? Действие происходит в конце зимы после окончания “Космической программы чейнджлингов” и примерно за два года до начала “Марсиан”.

Кризалис Чейнджлинги Черри Берри

Зов Ночи (сборник рассказов)

На первый взгляд, во вселенной MLP: FiM нет места жанру ужасов как таковому. Но это лишь на первый взгляд. Стоит лишь приглядеться, и можно понять, что далеко не всё здесь так уж и безобидно, как кажется... Какие секреты скрывает мир разноцветных пони? Какие кошмары скрываются в его глухих уголках? Жуткие вещи сокрыты тьмою, тайнами пропитаны тропы... Нужен лишь ключ, чтоб открыть дверь в этот мир. Мир серьёзных ужасов, не ограничивающихся описанием сцен насилия и обликом чудищ. Ужасов, которые берут за душу и не отпускают до самого конца прочтения. А может, и после. Ужасов, полных загадок и недомолвок, оставляющих огромный простор для домыслов и догадок, что делает их ещё более зловещими. Ужасов, что вгоняют читателя в страх одной лишь только атмосферой и стилем подачи повествования. Ужасов, которых он действительно боится, но в которые всё равно хочется верить. Нужен лишь ключ, чтобы открыть эту дверь... Но разве я когда-нибудь говорил... Что эта дверь заперта?...

Твайлайт Спаркл Эплджек Принцесса Селестия Брейберн Лира Другие пони ОС - пони Дискорд Найтмэр Мун Флим Человеки Король Сомбра Сестра Рэдхарт

Ламповые посиделки. История Эквестрии. Лекция №5 – Первое вторжение Дискорда

К сожалению, по техническим причинам аудиозапись этой лекции была утрачена. Всё, что у нас осталось – магическая стенограмма. Поэтому сегодня запись лекции выложена в текстовом виде. Общественное Радио Понивилля просит прощения у всех слушателей за эту досадную накладку. Впредь мы будем внимательнее с бэкапами.

Другие пони Дискорд

Блудный Ангел

Принцесса Твайлайт Спаркл находит в запретной секции, библиотеки Кантерлота весьма странную и интересную книгу о других мирах и Вселенных. Она со своими друзьями решает принести немного красок дружбы и прекрасную Гармонию, в параллельный ихнему мир. Но всё пошло не так, как поняши ожидали… Нашу лиловую героиню окружает неисчислимое количество молний, ослепительно сверкающих в её глазах. Твайлайт, решает, что её жизнь канула во тьму, всё кончено и больше ничего не имеет смысла.

Твайлайт Спаркл

Моя маленькая пони. Секс — это чудо! Сезон 2

Жизнь Сэма, пришельца из другого мира, в Понивилле постепенно наладилась. В компании mane six скучать ему не приходиться, но внезапно рядом с домом человека из ниоткуда появляется... девушка! Какие же приключения ждут новую героиню в мире пони? Думаю, Вы уже догадались ^^)

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Дискорд Человеки

Мертвая тишина...

Он остался один...

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки

Сестринское единство

взаимоотношения Сестер. тысячу лет назад и сейчас

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Шоколадное молоко

Рэйнбоу Дэш и Рэрити встречаются на вечеринке. Запутанные лабиринты мыслей и чувств... Куда они приведут двух кобылок? И да поможет им принцесса разобраться в этой ситуации.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Рэрити

В Эквестрии снова шел дождь...

Печальная история о пони по имени Скрейт. О его приключениях и блуждания в команде в поисках сокровищ древних Клунтов.

Автор рисунка: aJVL

Послание в бутылке. Том 2

Глава 6: Шторм

Снаружи погодной фабрики Оливия слышала, как рушится ее мир. Судя по звукам, враг обыскивал общежитие, собирая всех работников в здании и сбрасывая их пожитки с облаков. Она слышала лязг цепей, когда наемных работников заковывали в кандалы, и выкрики приказов на эквестрийском, для понимания которых хватало даже ее знания языка.

Самый большой страх любого гражданина Солнечной системы – налет команды работорговцев.

Сейчас Оливия была где-то в другом месте, протискиваясь по узкому лазу, одетая в броню, которая магнитилась к полу с каждым шагом. В рации зазвучали голоса других членов ее подразделения. Некоторые из них время от времени бормотали что-то о контакте или же исчезали спустя пару секунд криков, а их сигнал становился красным. Но боевой ИИ ограничил доступ к данным, предоставляя Оливии только ту информацию, которая казалась стратегически важной для выполнения текущей задачи.

Она добралась до коридора с запечатанной дверью воздушного шлюза. Майор безрезультатно понажимала на кнопки панели управления, а затем подняла руку, чтобы подключить к панели зонд. Спустя несколько секунд тишины, пока модуль взлома занимался своей работой, последовал щелчок запирающего механизма и воздушный шлюз разблокировался. Потока воздуха в коридоре не возникло – с той стороны не было атмосферы.

Оливия уже знала это. Но какая-то маленькая часть, какой-то тоненький голосок в ее голове, который все еще верил в фундаментальную человеческую порядочность, продолжал надеяться.

Она все равно толкнула люк, упершись в него плечом и толкая изо всех сил. Плита немного сдвинулась, и Оливия смогла просунуть руку в проем и ухватить люк за край, открывая путь в темный грузовой отсек.

Он был двухуровневым, внутри было достаточно места, чтобы вместить четыре стандартных транспортных контейнера. Вместо них трюм был заполнен крошечными койками, в два ряда по десять штук в высоту. Но сейчас на борту гравитации не было и ничто не удерживало иссохшие трупы на полу. Они дрейфовали вместе с островками замерзшей жидкости. Судя по виду, в основном телесных жидкостей. Ну и из химических туалетов тоже.

Это был экипаж станции “Эллис”, наконец-то найденный. Команда рейдера предпочла пустить в грузовой отсек вакуум, чем отдать украденное.

– Оливия!

Голос Лайтнинг Даст прорвался сквозь пелену воспоминаний, и майор внезапно обнаружила, что снова лежит на смотровой дорожке погодной фабрики. От лестницы к ним приближалась пара фигур, не похожих на грифонов, которых она видела ранее. Эти ходили на двух ногах, и Оливия разглядела клочки меха, выглядывающие из-под почти дикарских доспехов. Немного похоже на те, что носили эквестрийские королевские гвардейцы – простые гнутые металлические пластины на кожаных ремешках. Будто из музея украденные. Один из них держал арбалет в здоровенных лапах, затянутых в латные перчатки. Другой был вооружен посохом под его рост, что был длиннее тела Оливии.

Существа были гуманоидами, хотя было похоже, что суставы у них сгибались как-то неправильно. И когда они заговорили, это был гортанный язык, который майор не могла расшифровать. Ничего подобного раньше она не слышала. Вероятно, даже Лаки Брейк его не поймет.

– Я почти уверена, что они собираются пленить нас, – прошептала Лайтнинг Даст хриплым голосом. – Мы так и будем продолжать играть в опоссума или как?

– Подпустим их поближе, – прошептала Оливия в ответ. – Мы не можем позволить им проверить, мертвы ли мы. Я видела, как солдаты просто стреляли для верности. Твой костюм выдержит арбалетный болт, но моя шерсть – нет. Я сама со всем разберусь.

Или, может быть, Предвестник разберется. Одному богу ведомо, почему эта машина сидит сложа руки, пока все, что он построил, разрушается. Возможно, Предвестник был здесь единственным, кто был взбешен сложившейся ситуацией больше, чем Оливия. И майор не завидовала тем, на кого падет ярость его механистической мести.

Но эти солдаты подбирались все ближе. То, что они указывали на нее, Оливия чувствовала, даже не поднимая головы.

“Я в отставке. Я больше не хочу этим заниматься. Пусть другие сражаются”.

И что, лечь и сдохнуть? Позволить, чтобы одну из ее подруг уволокли в рабство?

“Предвестник позволил тому существу убить себя. Что он планирует?”

Времени ждать не было. Майор чувствовала, как дрожит облако от приближающихся шагов. Всякое любопытство по поводу того, пользовались они зачарованными ботинками или какая-то магия позволила им ходить по облакам, исчезло перед лицом опасности. Механизм щелкнул – арбалет был готов выстрелить.

Оливия больше не думала, она начала действовать. Адреналин кипел в венах, и само время, казалось, замедлилось. Пегаска резко дернулась в сторону, поворачиваясь, чтобы увидеть обоих нападавших.

Их лица были скрыты под шлемами, мех торчал из каждой дырки на броне. Они возвышались над ней даже больше, чем синты Предвестника.

Тот, что с арбалетом, нажал на спусковой крючок, прицелившись прямо в Оливию. Та поймала болт копытами, не обращая внимания на боль, когда кремневый наконечник порвал мышцу на своем пути, разбрызгивая во все стороны кровь. Но боль была чем-то далеким, чем-то почти воображаемым. Как только она возникла, майор отодвинула боль в сторону, решив не обращать на нее внимания, по крайней мере пока.

Нападавшие на мгновение застыли, ошеломленно уставившись на пегаску. Она не могла видеть  выражение их лиц сквозь шлемы, но представила, как у них отвисли челюсти. Оливия не дала им много времени на раздумья. Они только что дали ей нож.

Она прыгнула на гиганта с арбалетом, с такой силой, что ее толчок пробил дыру в дорожке. Оливия развернула болт так, чтобы острие смотрело наружу в момент удара. Между воротом брони и шлемом был промежуток, куда она и вонзила стрелу со всей силой модифицированных мускулов. От такого усилия болт сломался, каменное острие пробило шею существа, а древко вонзилось в мякоть копыта Оливии.

Больше боли, больше крови. Еще больше отвлечения.

Неуклюжее чудовище покачнулось, затем кувыркнулось вперед, оставляя за собой след голубой крови из ужасной раны на шее. Майор отскочила назад, когда тело пролетело сквозь дорожку, а снаружи остались лишь ботинки. Существо висело вверх ногами, и кровь струилась вниз, на оборудование.

Прошло меньше секунды. Другое существо взревело на своем гортанном языке, затем вскинуло посох и замахнулось им, как дубинкой. К его краю было приделано лезвие, а лапы казались сильными.

Оливия увернулась с пути клинка, как будто этот громила был ее партнером по танцам в театральной постановке. Она почувствовала, как лезвие по пути отсекло клок гривы, но это не имело значения – теперь существо было в пределах ее досягаемости. Майор нанесла еще один усиленный имплантами удар, прямо в то место, где у человека бы была коленная чашечка. Солдат даже не покачнулся, повернувшись, чтобы сердито зыркнуть на нее, пытаясь развернуть посох.

Оливия не дала ему и шанса.

“Надеюсь, это то, чего вы хотели, генерал”.

Пегаска вытащила пистолет из кобуры, чувствуя, как накладки из метаматериалов прилипают к ноге. Она прицелилась и выстрелила одним плавным движением.

В голову попасть не получилось.

Существо снова взревело, выронив посох, который провалился сквозь пол. Солдат навалился на нее поперек тела, как это сделал бы человек, но Оливия проигнорировала его попытки раздавить ей ребра. К сожалению, она не могла прицелиться из пистолета, когда ее ноги были прижаты к полу, но у нее были и другие варианты. На поясе существа, теперь в пределах досягаемости, висел кинжал. Майор выдернула его из ножен зубами, а затем сунула сквозь отверстие в броне в незащищенную плоть. Существо протестующе взревело, пытаясь отбросить ее, но безуспешно.

Оливия довернула голову, позволяя укрепленным костям и зубам принять на себя большую часть веса. Хотя особых усилий прилагать и не требовалось – сплошь мягкие ткани. Кровь и кое-что похуже брызнуло ей на лицо, но пегаска и это проигнорировала. Существо с криком отшатнулось, и майор выпустила нож. Все, что потребовалось, – это еще один толчок, и умирающее чудовище провалилось в дыру, проделанную его приятелем. В этот раз ботинки нигде не застряли и тело продолжало падать, достигнув пола фабрики и пройдя сквозь него словно там ничего и не было.

Прошло, наверное, секунд десять с момента щелчка взведенного арбалета. Примерно столько времени у нее было до того, как улучшенные органы должны были выжечь энергию адреналинового выброса и время настигло Оливию. Боль тоже, хотя она проходила специальные тренировки, чтобы справиться с ней. Майор чувствовала теплую кровь на лице там, где ее окатило, и еще больше брызг попало на  шерсть.

Почти не задумываясь, пегаска провела лицом по облаку, стирая большую часть крови, а затем обернулась, чтобы убедиться, что с Лайтнинг Даст все в порядке.

Та уставилась на нее с таким же выражением, какое, вероятно, было у самой Оливии, когда она впервые наткнулась на операционную сборщиков органов. Полнейший шок и страх. Страх перед Оливией, но также и страх перед тем, что подобное только что сотворенному ей вообще возможно.

Сама Оливия все еще действовала на одних инстинктах.

– Они бы убили нас, – произнесла она, прикасаясь копытом к плечу Даст. – Никаких просьб сдаться. Никаких переговоров. Они просто собирались пристрелить нас, чтобы убедиться в нашей смерти. Или мы, или они.

– Селестия в небесах, – прошептала Лайтнинг. Затем повернулась, и ее вырвало через перила.

Пока ее рвало, Оливия прислушалась к звукам вокруг. Рядом были ещё солдаты, и они слышали шум борьбы. Они приближались.

Теперь она была не Оливией Фишер, что работала почти в качестве гостьи на фабрике Лайтнинг Даст. Теперь это была ее операция, и Даст была гражданским лицом, которую майор должна была защищать.

“И я спасу наших рабочих”.

Не сегодня – Оливия не питала иллюзий относительно своих шансов, если попытается противостоять целой армии. У них было оружие дальнего боя, что делало любую атаку в стиле Рэмбо довольно опрометчивой.

Кроме того, она истекала кровью. Не самое страшное ранение, которое ей доводилось пережить – подобное сегодняшнему даже не попало бы и в десятку наиболее серьезных. Но Оливия теряла достаточно крови, чтобы через несколько минут потерять возможность сражаться, если не займется раной прямо сейчас.

“В кабинете есть аптечка первой помощи”.

Она отодвинула Лайтнинг Даст на другую сторону от входа, противоположную той, где в полу зияла дыра, проделанная трупом Предвестника.

– Пригнись и сиди тихо, – прошептала майор. – Сюда идут солдаты, пусть они нас поищут.

Пегаска глянула на пистолет генерала. У нее оставалось еще пять выстрелов. Недостаточно, чтобы сразиться с целой армией, какой бы меткой она ни была.

Оливия не стала ждать, а начала рыться в столе. Она поставила металлический ящик на стол, чтобы видеть в отражении на боковой стенке дверной проем, а затем начала обматывать бинтом свою кровоточащую ногу. Повязка практически сразу стала темно-красной, и боль начала возвращаться. Дергающая постоянная боль, пульсирующая с каждым ударом сердца. Майор могла бы игнорировать все это еще немного, но как только опасность минует, она, скорее всего, упадет в обморок.

Лайтнинг Даст выглядела шокированной и, казалось, даже не слышала слов Оливии. В отличие от противника, который достаточно быстро двигался в их направлении. Еще больше грифонов, чем раньше, и один из бронированных гуманоидов. Майор наблюдала за их приближением в отполированном корпусе аптечки.

“Грифоны похожи на наемников. А гуманоиды, должно быть, их офицеры”.

Их было больше десятка, и с каждой секундой снаружи прибывало все больше новых. Стена кабинета позади почти полностью исчезла, а в полу зияла огромная дыра. Предположительно, именно так сюда попал Король Шторм с подручным, с которым он разговаривал. Должно быть, это было достаточно впечатляюще, если Предвестник просто предпочел стоять в углу.

Оливия, возможно, была лучшей в схватке в ближнем бою из всех членов команды. Но Предвестник должен был быть еще лучше, с его механически точными движениями.

– Что случилось? – настойчиво прошептала майор. – Лайтнинг Даст, ты была здесь. Что случилось?

Кобыла наконец подняла голову. Ее глаза все еще были немного остекленевшими, но она приходила в себя. Пегаска была шокирована поведением Оливии, но не так сильно, как другие пони. В конце концов, Даст раньше тоже убивала. Своими собственными копытами. И не в качестве самообороны.

– Хотели... поговорить с мэром, – прошептала Лайтнинг. – Предвестник сказал, что это он.

Она замолчала, так как дальнейшие объяснение прервал резкий писк из ожерелья-переводчика Оливии.

Сейчас оно ничего не пыталось переводить. Из ожерелья раздался настойчивый голос Предвестника.

– Я оттягивал начало атаки на Отар для завершения эвакуации. Теперь нам нужно забрать и вас тоже. Приготовьтесь к прыжку, но не пикируйте. Я сниму маскировку с нашего эвакуационного транспорта, и вы сможете залететь внутрь. Временное окно крайне ограничено.

Оливия предположила, что ей не следует так уж сильно удивляться, обнаружив, что Предвестник каким-то образом сумел использовал переводчик как средство связи. Если уж ожерелья могли пересылать слова на сервер и обратно, то проблем с этим быть не должно.

– Разве... разве они просто не пристрелят нас?

– Нет. Идите к краю и прыгайте, скорее. Я полагаю, что вся оставшаяся часть экспедиционных сил была поднята по тревоге и разыскивает вас.

Майор и без него это знала – она слышала, как солдаты собираются на фабрике. Они нашли трупы и, очевидно, решили, что она опасна.

“Может быть, они надеются, что мы улетим и им не придется сражаться. Трусы”.

Но в настоящий момент это было именно то, что нужно. Бинты, туго обмотанные вокруг ее левой передней ноги, уже стали темно-малиновыми, оставляя липкие капли везде, куда бы она ни ступала. Бежать точно не вариант. К счастью, ее крылья все еще были целы.

– Мы улетаем, Лайтнинг, – прошептала она. – Транспорт ждет. Погнали.

Этого было достаточно, чтобы окончательно вывести пегаску из оцепенения. Лайтнинг потрусила за ней к краю. Враги позади них рванули вперед, наугад стреляя из арбалетов в сторону дверного проема. Не могло быть и речи о том, чтобы спрятаться за мебелью, только не в том случае, когда все сделано из облаков.

Они прыгнули, Оливия расправила крылья для планирования, упав метров на пятьдесят вниз. Она взглянула вверх как раз вовремя, чтобы увидеть, как несколько грифонов оторвались от облака, готовясь к пикированию. Словно гигантские орлы в охоте на маленькую мышку.

Отар под ней полыхал. Половина деревьев на острове казалась либо опаленной, либо сгоревшей дотла, и от каждого находящегося на земле строения поднимался дым. Она разглядела несколько гигантских трупов на земле – сбитых драконов, изуродованных зенитным огнем. Но самих зениток уже не осталось, а драконы все еще кружили над островом.

Конечно, это все были мелочи по сравнению с флагманом противника. Он был почти таким же широким, как сам остров, металлическое чудовище, которое могло бы проглотить “Душу Императора” и еще осталось бы место для десерта. Корабль был сделан из красноватого, ржавого на вид металла со странными выступами по всей длине, похожими на щетинистые усики насекомого. Он был округлым, с громадным отверстием на нижней грани. Отверстием, которое медленно открывалось.

Ожерелье у нее на шее снова что-то сказало, но Оливия не расслышала из-за шума ветра. Что бы ни хотел сообщить ей Предвестник, это останется тайной. Но затем воздух под ней дрогнул, и горящие деревья сменились очертаниями летательного аппарата. Гладкий, грациозный корпус "Крыла Полуночи", исследовательского корабля Дэдлайта.

Майор была не единственной, кто его увидел. Громадные фигуры рептилий в воздухе над островом уже разворачивались, направляясь вниз.

Грузовой люк был распахнут. Что-то двигалось внутри – человекоподобная фигура, лишь одной ногой стоящая в грузовом отсеке, но при этом в каждой руке сжимающая по разгонной винтовке и целящаяся в ее сторону.

Небольшой взрыв пронесся над Оливией, чуть не сдернув ее с траектории. Лайтнинг Даст, казалось, запаниковала, но майор слегка подтолкнула пегаску вниз, держась подальше от траектории огня Предвестника. Не то чтобы она считала, будто синт может попасть в них по ошибке. Она не доверила бы никому из живых сделать такой выстрел, даже если бы он был самым искусным стрелком в мире.

Но Предвестник был машиной, и он не сделал бы выстрела, который мог бы причинить им вред.

Оливия бросила беглый взгляд через плечо и увидела, что следовавшие за ней грифоны обзавелись вместо голов кровоточащими обрубками. В конце концов, разгонная винтовка предназначалась для поражения бронированных целей. У черепов не было ни единого шанса.

Секундой позже они влетели в грузовой отсек. Передняя нога Оливии подломилась при посадке, и майор завалилась набок, застонав от боли.

Это был не “Пилигрим”, с припасами на целую экспедицию. Весь грузовой отсек был меньше, чем один стандартный контейнер, и в основном пустовал, если не считать Предвестника.

Синт скользнул внутрь, одним слитным движением закрывая люк. Те грифоны, что остались в живых, похоже, решили не испытывать судьбу, потому что ломиться в дверь или пытаться проникнуть никто не торопился.

– Привет, мам, – Лаки появилась из открытого шлюза с явным облегчением на лице. – Нам нужно усадить вас обоих в противоперегрузочные кресла. Предвестник, помоги майору.

– Работаю над этим, – ответил синт, прежде чем поднять Оливию с пола, как очень большую кошку. То, как он держал ее одной рукой, а крупнокалиберную разгонную винтовку – в другой, было свидетельством невероятной силы синтетического носителя.

– Пиздец моей ноге, – пробормотала Оливия, когда ее пронесли через воздушный шлюз и подняли на главную палубу.

Она уже видела "Крыло Полуночи" изнутри – наполовину роскошную яхту, наполовину боевой корабль. Дэдлайт не знал, как распознать внешние узлы подвески и массивы генераторов отталкивания, но Оливия могла. Если бы она все еще командовала, то, возможно, усомнилась бы в правильности решения Предвестника предоставить фестралу так много их самого продвинутого оборудования.

Теперь она поняла. Возможно, это и был корабль Дэдлайта, но его оборудовал Предвестник. Возможно, он изначально планировался как эвакуационный корабль.

Противоперегрузочные кресла, вмонтированные в стену, уже были повернуты вперед, и некоторые из них были уже заняты. В основном те немногие из оставшейся наземной команды, кто не улетел с “Душой Императора”. Доктор Борн, доктор Фарадей, Мелоди...

– Вы эвакуировались, – выдохнула Оливия. – Но зачем? Этот огонь... впечатляет, конечно, но он не сможет проникнуть в наш бункер. А их наземные войска – слабаки.

Предвестник не смотрел на нее. Несмотря на то, что он использовал гуманоидное тело, он все еще был искусственным интеллектом. И он понес майора не к противоперегрузочному креслу, а в переднюю часть корабля.

Несколько секунд спустя синт посадил пегаску в кресло управления артиллерийской турелью.

– Их корабль-носитель, похоже, невосприимчив к большинству наших видов оружия, – пояснил Предвестник. – Я не монтировал в Отаре тяжелое вооружение, так что ничего мощнее “Ураганов” у нас нет. Но сейчас нам необходимо переживать вовсе не о носителе.

Синт указал на экран радара. Не меньше десятка маленьких точек приближалась к ним, постепенно ускоряясь. Драконы.

– Защищайте этот корабль, пока я постараюсь вытащить вас всех живыми.

– Я... – Оливия уставилась на свою искалеченную ногу. По меньшей мере десяток членов ее метеорологической команды были взяты в плен. Некоторые из них были жителями Отара, остальные – пони, которых они наняли в Эквестрии. – Неужели мы просто собираемся оставить наших людей здесь?

– Нет, – Предвестник закинул винтовку за спину и наклонился к станции управления, застегивая на Оливии ремни. – Но освободить их пока что не представляется возможным. В данный момент у нас нет времени обсуждать произошедшее. Просто не давайте нас сбить.

“Я в отставке, – подумала Оливия, положив кровоточащую ногу на панель управления. – Я покончила со всем этим. Предвестник отказался от меня”.

Неужели Оливии было так плохо, что она позволит себе умереть? Позволит убить своих друзей? Раньше ее инстинкты не позволяли ей сдаться и лечь, задрав лапки. Инстинкты и сейчас остались теми же.

Майор поудобнее устроилась у пульта управления, уперев копыта в специальные пазы на трехосевых джойстиках. Она подняла менее поврежденную ногу и натянула маску на лицо. Все на "Крыле Полуночи" было сделано для пони – ни один человек просто не поместился бы на такие сиденья.

Но с другой стороны, Предвестнику противоперегрузочное кресло и не требовалось.

– Готовимся к ускорению с высокой перегрузкой, – предупредил синт по сети внутренней связи. – Местные пони, находящиеся на борту, вы можете кратковременно потерять сознание. Оставайтесь на местах.

На грудь Оливии словно мешок с цементом рухнул. Она почувствовала, как погружается в упругий гель кресла. Беспамятство плясало на грани восприятия, и раны просто кричали в знак протеста. Но в газовой смеси, которой она дышала, на данный момент различных фармацевтических препаратов было больше, чем кислорода. Разум прояснился, а боль от травм стала еще более отдаленной.

“Я умру от потери крови, если в ближайшее время не получу лечение”.

Визор засветился, и Оливия внезапно оказалась вне корабля, лишенная тела. Вместо себя она видела тактическую информацию – траектория полета, оценки ущерба и так далее. Отметки над каждым из приближающихся существ, и еще одна над ужасающими очертаниями флагмана Короля Шторма.

Из-под корабля вырвался столб энергии, похожий на гигантский лазерный прицел, направленный прямо на Отар. Но Оливия ничего не могла с этим поделать.

А вот с преследующими их драконами – могла.

Ее готовили к подобному. Майор проследила за перемещениями ближайших драконов и выпустила поток сверхплотных вольфрамовых пуль прямо на пути их следования. "Крыло Полуночи" тихо рявкало при каждом выстреле, и Оливия за годы работы в вакууме совсем отвыкла от подобного.

Из чего, во имя всего святого, сделаны эти рептилии, если могут принять на себя столько выстрелов и продолжать летать? Система противометеоритной защиты могла превращать мелкие камни буквально в пыль и пробивать в перехватчиках дыры, достаточно здоровые, чтобы выпустить весь воздух. Но потребовалась почти полная обойма, прежде чем первый из драконов наконец рухнул.

“Черт возьми, а они крепкие”.

Взгляд на данные краем глаза показал то, чего майор и так уже опасалась – боекомплекта оставалось на две перезарядки. А без работающей системы противометеоритной защиты покидать атмосферу “Крылу полуночи” было небезопасно.

“Кого, черт возьми, это волнует? Сгореть дотла в драконьем пламени тоже небезопасно”.

Оливия не стала экономить, развернув турель к следующей угрозе и на этот раз целясь прямо в голову. Но при движении на таких скоростях, когда вокруг них ревет ураганный ветер, даже система наведения и автоматическое отслеживание целей не давали достаточной точности.

Прошло еще три секунды непрерывной стрельбы, прежде чем упал следующий дракон. Осталось десять.

– Предвестник, что там у тебя? Не думаю, что наша турель справится с оставшимися!

В наушниках раздался голос синта:

– Я уже разгоняюсь настолько быстро, насколько это безопасно. Вполне вероятно, что наш не усиленный экипаж получит серьезные травмы, если ускорение превысит четыре g.

Оливия разочарованно заворчала, добивая остаток обоймы, и ей пришлось ждать, пока закончится перезарядка. Пламя взметнулось в воздух вокруг корабля, когда драконы приблизились – казалось, ни один из них еще не был достаточно близко, чтобы нанести сколько-нибудь серьезный урон. Пламя было больше похоже на спецэффект, очертивший контуры “Крыла Полуночи”. Но драконы приближались, и краем глаза были видны сообщение о растущей наружной температуре.

– Выполняй параболический маневр на все 20 g, – приказала Оливия. – Я видела, как люди выживали после него без компенсирующих костюмов. Пони крепче людей.

– Ваша травма достаточно серьезна, – ответил Предвестник. – Я не знаю, сможете ли вы пережить маневр.

Майор пожала плечами или попыталась это сделать. Подобное при постоянном ускорении в четыре g было непростым делом. Но несколько драконов не отставали. Она даже предположить не могла, как им удается выдерживать подобное. Вероятно, так же как им удавалось выдерживать попадания вольфрамовых пуль и продолжать двигаться. Все они были примерно такого же размера, как их корабль. Если хоть один из них приблизится достаточно близко, то просто раздерет “Крыло Полуночи” когтями на части.

По кораблю разнесся вой сирены, такой громкий, что Оливия услышала его даже через наушники.

– Предупреждение о сильном ускорении!

Дракон, летевший прямо позади, словно вышел из ночного кошмара, черно-красная чешуя и злобные острые зубы. Из его пасти вырывалось пламя, направленное прямо на них. У Оливии закончились боеприпасы, и время тоже подходило к концу.

Она почувствовала краткий миг боли, когда двигатели под ней взревели с новой силой. Какие бы медикаменты она не вдыхала, этого было недостаточно. Мир вокруг погрузился во тьму.


Казалось, коридор простирается в бесконечность. Даже при их понячьем росте им было слегка тесновато. Но Сара была невысокой, а Джеймс шел слегка пригнувшись. Фестрал чувствовала, как от ее копыт разносится звук, поэтому она шла слегка шаркая. По-своему, это невероятное кольцо не сильно отличалось от того, что Предвестник понастроил в Отаре. Просто оно было на порядки более продвинутым и более сложным.

– Ты уверена, что знаешь, куда мы идем? – в очередной раз спросил Джеймс, и Саре в очередной раз пришлось побороть инстинктивное желание вмазать ему копытом по морде. – Непохоже, что этот тоннель ведет к древней подземной цивилизации. Скорее, может, в канализацию, или на склад, где мы найдем штабеля сырья, или к резервуарам с...

– Помолчи, – отрезала кобыла. – Тот, кто дал мне указания, знал, о чем, черт возьми, говорил.

Но даже произнося это, Сара не могла не чувствовать, как в ее голове роятся сомнения. Да, все сделанное, чтобы доставить ее сюда, было бы просто напрасной тратой ресурсов. Да хоть те же седельные сумки с припасами. Может ли Дискорд оказаться просто инопланетным шутником? Возможно, по его мнению, прекрасным образчиком юмора было бы “предательство” Сарой Отара в глазах Предвестника с последующей ее отправкой в переработчик.

“Мне не стоит так думать”.

Но Сара уже об этом думала и начала сожалеть о своем решении. Побег от Общества первопроходцев и удушающего контроля со стороны Предвестника казался хорошей идеей, по крайней мере, до тех пор, пока не был совершен. Там, наверху, были ее собратья-люди, несмотря на нечеловеческие тела. Что, если здесь, внизу, ей будет негде начать новую жизнь? Что, если миссия будет слишком трудной? Что, если чейнджлинги сожрут ее живьем?

И теперь Саре еще приходилось тащить за собой Джеймса, бессмысленную трату ресурсов, по ее мнению. Фестрал не проверяла, но могла бы поклясться, что жеребец на нее пялится.

“Может быть, ему следует пойти впереди. Пускай навернется с какого-нибудь уступа”.

Но сколько бы Сара ни размышляла подобным образом, она никогда бы так не поступила. Она была мошенницей и воровкой. Она не собиралась хладнокровно убивать кого-то, так же как не собиралась предавать Общество первопроходцев и человеческую расу, которую оно представляло.

Потолок над ними начал сотрясаться. Сначала кобыла слышала лишь отдаленный шум, но затем он стал намного громче. Как будто ужасный хищник начал пожирать остров у них над головой. Скалы раскалывались, и Сара могла бы поклясться, что слышала взрывы.

“Склады боеприпасов Отара? Топливо?”

Джеймс остановился, глядя на потолок. Их туннель оставался безопасным – куски породы на них не падали, да и следов разрушения металла не было заметно. Само кольцо было крайне крепкой сволочью.

– Что там такое творится? – спросил Джеймс.

Фестрал тоже остановилась.

– У тебя вычислительный терминал при себе?

Жеребец скептически кивнул, а затем все же достал его. Саре он его не дал, хотя та и протянула копыта. Вместо этого Джеймс уставился на терминал, тщетно пытаясь поймать сигнал.

– Ни черта. Кажется, я где-то читал, что постройки кольца блокируют радио.

“Или, может быть, уже не осталось радио, которое можно было бы принять. Дискорд, что там произошло?”

“Не возвращайтесь, – Сара услышала гнев в его голосе – впервые она слышала от него что-то, кроме простого веселья. – Если вы откроете шлюз с этой стороны, то умрете. Вам нужно попасть во внутренние структуры как можно быстрее”.

“Подожди, что случилось? Что с Отаром? Кто-то погиб?”

Нет ответа.

Джеймс пристально смотрел на нее.

– У тебя нервный срыв, Сара?

– Нет, – фестрал выпрямилась и чуть было не рассказала ему о Дискорде. Но все же передумала. Тот факт, что все это закрутилось с подачи голоса в ее голове, вероятно, не стоило ему сообщать. – Эти звуки... там, наверху, небезопасно. Вроде какие-то взрывы. Возможно, какая-то авария.

Но это не было похоже на аварию. По звукам, скорее, походило, что весь остров раскатывали в мелкий щебень. Если бы не изоляция самого туннеля, она могла бы оглохнуть от ужасного шума.

– Может быть, нам стоит вернуться и помочь.

Сара сурово прищурилась.

– Ты только что ездил мне по мозгам, рассказывая, какой ты бесполезный. Я не знаю, что там случилось, но думаю, что отсутствующий инженер по вооружению – это наименьшая из их забот. Им также не нужна моя помощь в переводе – для этого у них полно пони. Даже есть несколько версий тебя.

Она отвернулась, уставившись во тьму тоннеля. Отзвуки взрывов высветили кое-что впереди – примерно километром далее было крупное помещение, которое, казалось, в основном было заполнено жидкостью.

– Что бы там ни произошло – это просто еще одна причина двигаться дальше. Мы для них бесполезны, но если сумеем подружиться с другой цивилизацией… что ж, может быть, нам пригодятся друзья. А если не получится – что ж, тогда мы для Отара еще более бесполезны.

“Я чертовски надеюсь, что ты планируешь направить меня, Дискорд”.

Никакого ответа.

Джеймс что-то проворчал в знак протеста, но когда Сара снова двинулась вперед, то услышала позади цоканье копыт. Как минимум, доктор Ирвин был не настолько глуп, чтобы вернуться и помереть.

“Во всяком случае, пока. Всю жизнь мечтала нянчиться с ним до самого конца миссии”.

Предположив, что таковая вообще будет. Сара вообще не была приверженцем “миссий”. Ее аферы, как правило, заканчивались тогда, когда она сама так решала.

Они почти не разговаривали, продвигаясь к месту назначения, которое Сара могла слышать, а ее спутник – нет. Не то чтобы им было комфортно разговаривать из-за постоянного грохота над ними.

Фестрал все размышляла, что же такое могло там случиться, и пыталась выдумать способ, которым Предвестник мог нарочно создать весь этот шум. Но в голову ничего путного не приходило – даже какая-нибудь совершенно безумная идея использования ядерных зарядов для добычи ресурсов открытым способом не произвела бы такого шума.

“Нас с космической станции бомбят или что?”

Джеймс не позволял ей даже заглянуть в свой терминал, а терминал Сары представлял собой кучку осколков, так что источника информации у нее не было. Если Дискорд ей ничего не скажет – это так и останется тайной.

В конце концов туннель вокруг них раздался в стороны. Это был не тупик, а какой-то громадный перекресток. Вокруг них зияли соты туннелей почти идентичного размера, каждый из которых был одинаково неизвестным и темным.

Большую часть пола занимал круглый бассейн, слегка пузырящийся в белом свете. Сама вода выглядела зеленоватой, а глубина казалась бесконечной.

Сара медленно подошла к краю, стараясь не наступать ни на что похожее на кнопки. Она держала крылья расправленными, хотя, если только пол не уйдет у нее из-под ног, толку от этого будет немного. Возможно, это тоже было влиянием инстинктов.

Чем бы ни являлась жидкость в бассейне, она не выглядела и не пахла как вода. По крайней мере, теперь они были достаточно глубоко, чтобы непрекращающийся шум стал тише. Сара снова слышала свои мысли.

– Как ты думаешь, что это такое? – спросил Джеймс, протягивая одно копыто к жидкости. Но замер, не коснувшись ее. Вместо этого он левитировал к бассейну один из пищевых батончиков прямо в упаковке и сунул его в жидкость. После извлечения, если не считать нескольких пузырящихся капель, батончик выглядел нормально.

– Этот запах... – прошептала Сара. Он был резким, но казался органическим. Не похоже на растворитель, который мог бы превратить их в слизь от одного касания. – И если бы мне пришлось угадывать, я бы сказала, что это что-то вроде... артерии. Самого Санктуария. И место, куда нам нужно попасть, находится внизу... Я начинаю подозревать, что нам придется плыть.

Фестрал повернула голову, но залезть в седельные сумки было непросто. Некоторые другие пони были достаточно гибкими, чтобы залезть внутрь сумок даже не снимая их, но Саре такой трюк не удавался. Ей пришлось сбросить их, а затем открыть. Может быть, там будет какой-нибудь ребризер?

Наступило самое подходящее время, чтобы проверить, что же им там насобирал Дискорд. Тем более что, скорее всего, у Джеймса все было таким же.

Половина содержимого явно была едой и даже не выглядела такой старой и примитивной, как сами сумки. Больше всего еда походила на аналог военных пайков, способных прокормить в течении длительного времени, занимая минимум места. Так же в наличии было несколько пузырьков с темно-зеленой жидкостью, похожей на экзотический ликер, который Сара, возможно, видела в какой-нибудь древней научно-фантастической классике, вероятно, с кубиками сухого льда для дополнительного эффекта. Потертый нож из ржаво-красного металла, и на этом все. Ни спального мешка, ни куртки.

“Тупой Дискорд даже тут не справился. Как я, по-его мнению, пойду в поход с этим?”

На этот раз таинственный голос ответил.

“Тебе не нужно идти в поход, моя дорогая. Ты поплывешь. Глубоко-глубоко в недра Эквуса. Жидкость перед тобой гипероксигенирована. Она проникнет в ваши тела и вытеснит воздух, позволив вам передвигаться с невероятной скоростью”.

Сара отвернулась от Джеймса, который наклонился, чтобы лизнуть каплю стекающую с батончика, и отошла на несколько шагов, чтобы жеребец не видел выражения ее лица.

“Подожди, черт возьми. Это безопасно, верно? Ты же не просто послал нас покончить с собой…”

“Безопасно? Эта часть – да. Конечно, пони редко приходят сюда, и ты скоро поймешь почему. Но в целом безопасно. Но чейнджлинги все равно могут убить вас, сразу как увидят. Вы направляетесь прямиком в их тайное королевство, находящееся на грани гражданской войны”.

“С Отаром все в порядке? Эти звуки, которые мы слышали...”

“Я этого не планировал, – ответил Дискорд. – Но что такое город, как не его жители?”

Означало ли это, что они живы?

“Не вешай мне лапшу на уши”.

“Все что мог – сказал, клыкастенькая. О, и не надейся снова поговорить со мной, пока будешь там, внизу. Вся их цивилизация крайне изолирована от систем кольца, а значит и меня в том числе. Но тебя там ждет друг. Удачи! Наслаждайтесь плаванием”.

Ощущение присутствия Дискорда снова исчезло, и каким-то образом Сара поняла, что это навсегда. Или, по крайней мере, до тех пор, пока они не вернутся на поверхность.

– Ну, короче... – фестрал медленно обернулась, внезапно заметив, что творится с Джеймсом. Тот рухнул на землю, дергаясь в конвульсиях, как рыба, вытащенная из воды. Дыхание жеребца стало прерывистым и болезненным.

Сара не думала ни секунды. Она бросилась вперед так быстро, как только могла, и столкнула Джеймса в бассейн с достаточной силой, чтобы тот оказался под водой. И жеребец действительно погрузился, хотя вода была достаточно прозрачной, чтобы его можно было рассмотреть за добрых полсотни метров.

Кобыла зачарованно смотрела на него. Пони менялся. Его задние ноги выглядели так, словно срослись вместе, превратившись в хвост, заканчивающийся перепончатым плавником. За несколько мгновений жеребец-единорог превратился в единорога... русала?

“Те, кто построил это кольцо, и правда настоящие волшебники. Мы все здесь, блядь, прыгаем выше головы. Может быть, мне следовало остаться дома”.

Может быть, Джеймсу следовало остаться дома. Наверняка он был одним из этих парней с трастовым фондом, утопающим в деньгах и возможностях. Наверное, он был бы счастливее там, на Земле. Он мог бы наблюдать за миром из безопасного укрытия какой-нибудь лунной базы и никогда не знать нужды.

“Нет, дура. Он сюда отправился. А может, вышло и так и так разом”.

Потому что в мире не было справедливости.

Убедившись, что ее спутник не задыхается, Сара собрала свое снаряжение обратно в седельные сумки, теперь гораздо лучше понимая, почему все припасы были запечатаны в вакуумные упаковки. Она убедилась, что ремни застегнуты, прежде чем подойти к самому краю бассейна.

“Последний шанс вернуться”.

Но на самом деле его не было. Кто-то напал на Отар, причем так, что судя по звукам, полное разрушение подземного города было лишь побочным эффектом, чем основной целью. У Сары не было причин сомневаться в словах Дискорда, что если они попытаются вернуться, то умрут. Хотя мысль о том, чтобы оставить Джеймса здесь одного, попавшегося в ловушку, как рыба в аквариуме, слегка забавляла.

Сам Джеймс вынырнул у кромки жидкости в эту самую секунду, свирепо уставившись на кобылу снизу вверх.

– Это могло убить меня! – воскликнул жеребец, и каким-то образом фестрал смогла его услышать. Интересно у него там вообще легкие остались? Биологу, вероятно, было бы крайне интересно вскрыть его тушку. А вот что касается ее...

– Нефиг было тянуть в рот всякую гадость, – огрызнулась Сара, сердито глядя в ответ. – Интересно, что бы произошло, будь ты человеком.

– Точно ничего хорошего, – пробормотал Джеймс, прежде чем снова погрузиться под воду.

“Мы же не сможем говорить, как только окажемся под водой, верно? Или просто будем использовать жидкость вместо воздуха?”

Звук по разному распространялся в разных средах, но не было причин предполагать, что у этих существ не было бы какого-то альтернативного способа общения.

“Дискорд сказал, что это способ транспортировки. Что-то насчет того, чтобы двигаться быстро и не сплющиться от давления”.

Она была не тем, кто мог бы размышлять об умных вещах.

“Вот и не думай об этом, Сара. Просто бери и прыгай туда”.

– Эй, золотая рыбка, больно было?

Джеймс высунул голову из бассейна. Он потянулся к ней передним копытом, но Сара оказалась быстрее. Она легко отпрыгнула за пределы досягаемости жеребца, сердито зыркнув на него. Далеко Джеймс дотянутся не смог, плюхнувшись на пол и сполз обратно в бассейн.

– Вовсе нет, – произнес он. – Вообще ничего не почувствовал, просто офигенно было. Давай сюда, Сара. Как-никак, ты – причина, по которой я здесь. Так что ныряй.

“Я спасла тебе жизнь, придурок”.

Будем надеяться, что так и есть. Хотелось верить, что с Отаром все нормально. Но Дискорд на самом деле ничего конкретного не сказал. Прежде чем Сара смогла накрутить себя еще больше, она позволила себе свалиться с края бассейна.