Экспедиция Гилдероя

Капитан Д.Дизайн, 21.01.1005

Из личного бортового журнала Декадента Дизайна, капитана “Её Королевского Высочества “Рассвета Авроры”.

21 января 1005 г.

Простите за жалкое состояние моего письма. Проклятый журнал не остаётся на одном месте.

Проснулся этим утром от сильного бокового ветра, настолько сильного, что меня прямо сбило с койки! Довольно грубое пробуждение. Можно подумать, что мы были нежеланными гостями. Было всего два часа ночи, а это означало, что нам оставалось ещё четыре часа пути до места назначения. Я поспешил на мостик, чтобы найти госпожу Мерри Шерри, исполняющую ночью обязанности рулевого, в яростной битве с органами управления корабля. Грифоны предупредили, что надвигается мощный шторм, но полагаю, они недооценили нас!

Мистер Фёрст Стар, который в скором времени присоединился ко мне на мостике вместе с мисс Коксвейн и специалистом Расти Айроном, поспешил проверить наше навигационное оборудование. Расти Айрон мало чем отличался от меня. Благородный мальчишка, который пошел в армию, потому что это было достойным поступком для молодых пони с аристократическим воспитанием, но, хотя он на десять лет старше меня, он скверный аэропони. Моя секундантка, госпожа Коксвейн, однажды в частном порядке описала всё существо жеребца в минимальном количестве слов: «непрофессиональный, неподготовленный и равнодушный». Он обладал только одним талантом, делающим его не только ценным на военно-морском дирижабле, но и вовсе незаменимым. Расти разбирался в работе, как сложной, так и макроскопической, нашей плавучей системы оболочек, газов и магии, как никто другой на зелёной земле Селестии. К слову, если говорить строго об этой модели дирижабля для холодной погоды, то он помогал его проектировать. В миссиях в таких экстремальных условиях как эти, данный опыт особенно бесценен, и я сразу же отправил его осмотреть оболочки дирижабля, дабы убедиться, что мы сохраняем лётную годность в этом ужасном и холодном шторме.

Несмотря на тревожную тряску и вой, госпожа Шерри проделала похвальную работу за штурвалом. После долгих обсуждений и бормотания мистера Фёрст Стар над навигационными картами было решено, что мы сможем сохранять курс, поворачивая против ветра под определенным углом. Мистер Айрон вернулся в скором времени, стуча от холода зубами и настойчиво требуя, чтобы кто-нибудь принес ему термос со свежим чаем, и сообщил нам, что оболочка выдержит нагрузку только в том случае, если мы снизим скорость. Прискорбно, но в этом единственном вопросе я жеребцу доверяю полностью.

Мистер Стар пересмотрел свои расчеты и сообщил, что мы доберемся до места назначения еще через двадцать часов, что удручающе дольше, чем те четыре часа, которые я ожидал после грубого пробуждения. Я долго и упорно спорил с мистером Айроном, надеясь прибавить хоть немного скорости. Должен признаться, теперь я больше опасаюсь за экспедицию, поскольку сильно недооценил свирепость шторма, вынудившего все предыдущие поисковые группы на санях, а не по воздуху, повернуть назад. Эти штормы заставляют корабль вибрировать от носа до руля, периодически тряся и толкая, что делает дальнейший сон невозможным. Когда я выглянул из окна своей каюты, я увидел огромные шары града размером с моё копыто, сдерживаемые только благословенными и стратегически расположенными чарами, наложенными на корабль именно для таких случаев. Если здесь в небе так обстоят дела, я даже не могу представить себе тот замёрзший, мокрый, кричащий ад, ожидающий нас на поверхности земли!