Опасное вынашивание лебедей
Глава 16
В кабинете Блюблада было почти тесно от пони, когда появился Гослинг.
Свободного пространства и так было немного, а от количества присутствующих пони в комнате и вовсе возникло ощущение клаустрофобии. Луна была здесь и пила кофе из огромной кружки с надписью "Blue and #2". В ее поле ее магии плавали пара спиц, немного фиолетовой пряжи и аморфная масса. Шайнинг Армор сидел в кресле с высокой спинкой и читал газету, Блюблад стоял у стола посреди комнаты, а рядом с ним сидел Севилья, тихий и спокойный.
Блюблад сразу же обратил внимание на близнецов и отшатнулся в видимом ужасе, скривив губы в гримасе отвращения. Повернувшись к своим помощникам, Гослинг увидел, что они не обращают на Блюблада никакого внимания. Еще раз взглянув на Блюблада, он увидел, что его друг и наставник дрожит.
— Ух, они такие… жуткие…
— Блюблад, успокойся, — пробормотал Шайнинг Армор из-за своей газеты.
— Нет! Никогда! Посмотрите на них! Они заканчивают фразы друг друга…
— Блюблад, будь добр, — раздраженно вмешалась Луна.
— Если ты ранишь одного, они оба это чувствуют…
— Это правда? — спросил Гослинг, повернувшись, чтобы посмотреть на Боба и Тост.
— Честно говоря, Блюблад, тебе нужно отдохнуть, — снова заговорил Шайнинг Армор.
— А что, если один из них мастурбирует? — беззастенчиво спросил Блюблад.
— Блюблад! — одновременно сказали Луна, Шайнинг Армор и Севилья.
— Жуть! — прорычал Блюблад, и его глаза закрылись, а сам он содрогнулся от отвращения.
— Не более жутко, чем если бы какой-нибудь пони средних лет спрашивал, можем ли мы с сестрой почувствовать, как один из нас дрочит. — Боб бросил холодный взгляд на Блюблада, который теперь ерзал на месте.
— Туше. — Глаза Блюблада сузились.
Первой начала хихикать Луна, отчего лицо Блюблада стало пурпурно-красным, а затем к ней присоединился и Шайнинг Армор.
Гослинг каким-то образом сохранял спокойное выражение лица, но это было непросто, и ему приходилось бороться с тем, чтобы губы не выдали его. Ни Боб, ни Тост не смеялись, они стояли рядом с Гослингом и смотрели на Блюблада так, как могут смотреть только возмущенные двенадцатилетние профессионалы.
— Мы закончили? — спросил Шайнинг Армор. — Мы можем приступить к работе? Можем ли мы вести себя как взрослые ответственные личности, управляющие империей?
— Можем, — ответила Тост, — но у меня есть сомнения насчет этого мерзкого извращенца, так что я так и сделаю.
Сделав глоток кофе, Луна прочистила горло, а затем начала говорить:
— Нам нужно обсудить З.Е.П.Л.И.С…
— Алфавитный суп на обед, Луна? — спросил Гослинг и почувствовал облегчение, когда увидел, что Луна улыбнулась, а не ответила гневом. — Я еще ничего об этом не читал, так что я в растерянности. Но я знаю, что означает первая часть, потому что я обратил внимание на день посвящения, когда вступил в гвардию.
— Об этом еще ничего не написано. — Шайнинг Армор сложил газету и положил ее на высокую стопку книг рядом с креслом. На стопке книг также стояла чайная чашка с засохшими кольцами от чая внутри.
Прочистив горло, Луна продолжила рассказ, возможно, с некоторым нетерпением:
— Л.И.С. — это закон о Личностях с Исключительными Способностями…
Гослинг промолчал, назвав его "З.О.Л.С.И.С.".
— … и это предложение, которое позволит приводить к присяге исключительных личностей в качестве региональных констеблей, наделяя их полномочиями задерживать и арестовывать…
— Погодите, — закричал Гослинг, — ты говоришь о… регистрации… супер-героев, как в комиксах!
Он повернулся, чтобы посмотреть на Шайнинг Армора, и продолжил:
— Ты ведь имеешь к этому отношение, не так ли?
— Виноват— ответил Шайнинг Армор.
— Ты думаешь, что публика воспримет эти комиксы всерьез? — потребовал Гослинг, заметив, как Севилья переглянулся с Шайнинг Армором.
— Да. — Голос Шайнинг Армора звучал уверенно и собранно. — Сейчас пони получают кьютимарки за то, что они супергерои. Пони с исключительными способностями становятся все более и более обычным явлением, и у нас уже есть признанные герои, которых следует признать героями, а не мстителями.
— Как, например, мистер Типот, который назвался "Капитаном Эквестрия", надел на голову мешок и принялся устраивать на улицах Мэнхэттена настоящую войну, избивая пони своим щитом. — Гослинг взволнованно покачивал головой вверх-вниз. — Неправильно, что его за это засудили.
— Вообще-то, конкретный инцидент, на который ссылаются, произошел в городе Филлидельфия, — сказал Севилья, указывая жестом на толстые папки на столе. — Очевидец дал конкретные, четкие показания о шоколадно-коричневом пони, который вышел из лифта в хоккейной маске во время ограбления универмага. Он возвестил о себе, сказав: "Динь, первый этаж, товары для дома и домашнего хозяйства", а затем начал избивать грабителей до крови коллекцией чугунной посуды, лопаток, ложек, вилок и ножей. Свидетель также сказал, что шел дождь из тостеров. Одну жертву били банкой из-под супа в носке.
Боб усмехнулся:
— Мне нравится эта идея.
Севилья продолжил:
— После жестокого избиения одного из грабителей пришлось госпитализировать, а ложку пришлось извлекать из довольно… неудачного места…
— Как ложка может застрять в носу? — спросила Луна, вмешиваясь в диалог Севильи. — Мы озадачены такой дикостью, озадачены… но заинтригованы.
— Сейчас идет судебное расследование, и судья обращается за помощью к Надзирателям, чтобы установить личность шоколадно-коричневого пони в хоккейной маске. Послушайте, все пони в этой комнате знают, кто это. — Севилья оглядел комнату, встречаясь взглядом с каждым присутствующим пони по очереди.
— Несомненно, мистер Типот подробно предупредил грабителей, что к концу встречи кому-нибудь из пони засунут что-нибудь в какое-нибудь отверстие. Он очень вежлив в этом плане, и пони прекрасно знают, что их ждет, если они затеют с ним драку. Блюблад закрыл глаза и вздрогнул:
— Дикарь! — Открыв глаза, он встряхнулся. — Кто в здравом уме станет драться с пони в хоккейной маске? Действительно… нам нужно лучше тестировать IQ в государственных школах.
— Действительно, — сухо согласилась Луна.
— Мы действительно собираемся это сделать? — спросил Гослинг, с трудом веря в то, что все это реально. Сам факт того, что пони получают кьютимарки, чтобы стать супергероями, вызывал беспокойство, потому что это означало, что другие пони могут получить кьютимарки, чтобы стать суперзлодеями. Не все пони падали в обморок или убегали от опасности, некоторые ненормальные пони бежали прямо на опасность, и Гослинг знал довольно многих из них. Он был одним из них, и именно он возглавил то, что многие называли самоубийственной атакой при защите Понивилля.
— Я думаю, что было бы разумно прощупать почву, — ответил Шайнинг Армор и начал потирать подбородок. — В наших больших городах небезопасно. Они опасны. Преступность становится серьезной проблемой, и наша пониция просто не в состоянии справиться со всем. Не каждый пони получает кьютимарку, подходящую для работы в пониции, и департаменты не решаются нанимать тех, чьи знаки, по их мнению, не имеют отношения к работе.
Кивнув, Блюблад заметил:
— И это настоящая проблема — мнение, что кьютимарки делают тебя способным. Многие пони не могут избавиться от этого представления.
— Слушайте, я знаю, что это кажется надуманным, — начал Шайнинг Армор, — и знаю, что многие пони будут говорить о том, что это слишком похоже на комиксы, но это правильная идея.
У нас есть пони с удивительными способностями, такие как Рейнбоу Дэш, которая, я точно знаю, переодевается в Кобылу-Что-Надо и посещает наши крупные города. Полицейские департаменты находят бандитов связанными перед полицейскими участками, а очевидцы видели ослепительно быстрого летающего героя, который соответствует описанию Кобылы-Что-Надо. Захваченные преступники не хотят говорить, кто именно выбил из них дурь. Никто не хочет признаваться, что какая-то маленькая кобыла надрала им задницу.
В ушах Гослинга раздавался лишь звук пера, царапающего по бумаге, и он понял, что один из его помощников действительно делает записи, чтобы потом просмотреть их. Он неуверенно оглядел комнату, пытаясь прочитать лица присутствующих. Мэйнхэттен был его домом, и он знал, насколько суровым он был. Преступные семьи были неотъемлемой частью города, и они держали преступность под контролем. Они управляли городом. Их устранение приводило к анархии и хаосу, о чем свидетельствовали прошлые события в тревожной истории Мэйнхэттена.
Сузив глаза, он изучал лицо Луны, пытаясь прочесть его, пытаясь увидеть сквозь строгую синюю маску. Переместив вес с левого бока на правый, он заметил, что молчание затянулось. Его взгляд переместился с Луны на Севилью, и он надеялся получить хоть какое-то указание, но его не последовало.
— Итак, — начал Гослинг, нарушив тишину, воцарившуюся в комнате. — Я так понимаю, что, поскольку речь идет о пони с исключительными способностями, и это вытекает из различных статей об ополчении, где говорится, что мы можем призывать лиц с исключительными способностями во время кризиса и призывать их на службу в З.Е.П. Я так понимаю, что мы делаем это добровольным призывом на действительную службу?
— Это идея, — сказал Блюблад, а затем его щеки надулись, и он выдохнул оставшийся в легких воздух через сжатые губы. — После короткой тренировки мы назначаем их региональными констеблями, даем им право задерживать и арестовывать, делая их действия законными.
— Конечно, некоторым из них придется изменить свои методы, — сказал Шайнинг Армор. — В Балтимаре есть кобыла в маске, которую называют Школьная Училка. Она избивает местных головорезов, читает им нотации и хлещет их по задницам палкой. Нам нужно пресекать подобное поведение, даже если некоторые пони этого заслуживают.
— Как Блюблад сейчас, — сухо заметила Тост.
Это заставило Блюблада нахмуриться, но он ничего не сказал, хотя остроумная колкость вызвала несколько смешков.
— У нас есть преступники с кьютимарками, которые помогают им вести девиантный образ жизни. — Во время разговора Гослинг вспомнил о Флэме Эппл — необычном случае, представленном Твайлайт Спаркл. — Если мы получаем пони с кьютимарками, которые заставляют их быть супергероями, то вполне логично, что мы получим несколько действительно плохих типов, которые станут суперзлодеями. Что нам делать с ними? Как обеспечить безопасность обычных пони, если на обе стороны работают пони с исключительными способностями? Я не против этой идеи, но мне нужны гарантии, что обычные пони будут как-то защищены, когда все это происходит.
— А сколько обычных пони пострадают, если не будет героев, способных их защитить? — спросил Шайнинг Армор. — Все, что нужно для процветания зла, — это чтобы пони вроде Тарнишед Типота сидели сложа копыта, ничего не делая, или, что еще хуже, чтобы им не давали делать то, что они умеют лучше всего.
— Не все пони так осторожны и внимательны, как мистер Типот. — Луна на мгновение взглянула на Шайнинг Армора, а затем повернулась к Гослингу. — После битвы он начинает латать раненых, как друзей, так и врагов, делая все возможное, чтобы сохранить жизнь.
— Искупительное качество характера, несомненно. — Взгляд Блюблада метнулся туда, где близнецы стояли за Гослингом, он вздрогнул, а затем заставил себя посмотреть на Луну. — В этом вопросе я с Гослингом. Я поддержу его, но только при наличии хорошо продуманного плана и гарантий, что простые пони будут как-то защищены. Даже если это будет означать, что Корона окажет им помощь. Если они получат травму или станут калеками во время драки, мы обязаны позаботиться о них, предоставить им услуги целителя или выплатить компенсацию, если они не могут обратиться в суд, чтобы добиться справедливой компенсации.
— Если мы вчетвером сможем прийти к консенсусу, останется только представить это Селестии, чтобы она одобрила. — На лице Луны отразилось почти материнское беспокойство. — Я согласна, прежде чем мы примем на себя обязательства, нам нужно найти способ убедиться, что простые пони защищены. Если мы защищаем наших героев от судебных исков, то мы должны дать случайным прохожим возможность получить компенсацию за травмы или материальный ущерб.
— Да, и это тоже. — Гослинг кивнул. — Это будет дорогостоящая программа, финансируемая Короной, без сомнения. Сможем ли мы поддерживать ее при нынешнем положении дел?
— Не знаю, — честно ответил Блюблад. — После инцидента с мистером Маринером все еще неспокойно. Даже с учетом того, что Селестия заморозила цены на все в стране на ближайший год, финансирование в дефиците.
— Заморозка цен очень непопулярна, — пробормотал Севилья. — Пони — идиоты.
— Севилья, им позволено быть идиотами. — Слова Шайнинг Армора прозвучали мягко, но в то же время твердо. — А нам позволено защищать их от идиотизма, даже если они будут об этом кричать и протестовать. Некоторые из более умных пони даже приводят веские аргументы в пользу замораживания цен, но все они связаны с краткосрочной выгодой против долгосрочной стабильности.
— Мы отклонились от темы. — Сжав мышцы челюсти, Луна высоко подняла голову. — Итак, мы начинаем работать над созданием Л.И.С. или нет?
— Да, — без колебаний ответил Гослинг. — Мы должны сосредоточить наше внимание и начать планировать.
Блюблад кивнул:
— Думаю, да.
— Это мой жеребенок, так что ты знаешь, что я чувствую. — Шайнинг Армор задрожал на своем месте, не в силах сдержать волнение. — Из этого можно сделать много хорошего, если мы будем действовать осторожно.
— Тогда мы согласны. — Подняв чашку с кофе, Луна улыбнулась. — Пусть мудрость и осторожность направляют наш путь вперед…