Гармония и хаос
2 Забытое сожаление
Обновление второй главы, которая была сделана в спешке
За высокими арочными окнами замка раскидывалось летнее небо — цвета вымытых акварелей, в которых синева и бледно-золотые разводы плавно стекались в горизонт. Над замковым двором клубились лёгкие облака, иногда переливаясь пурпуром от заходящего солнца. С высоты башен ветер приносил запах далеких садов — розы, пряная сирень, чуть отдающие свежестью росы. Каменные стены двора поросли тонкими вьющимися побегами, цеплявшимися за старый мрамор, а в глубине двора едва слышно журчал закрытый фонтан.
Внутри монументального дворца было обыкновенно шумно и вместе с тем строго.
Твайлайт сидела за широким, отшлифованным временем столом, белёсый свет полз по углам высокого зала, где стены дрожали от холода кристаллов. Башенки бумаг колыхались от лёгкого сквозняка, будто дышали. Листы пергамента, пропитанные чернилами и магией, сыпались вниз в золотые накопытники, оставляя за собой тихое шуршание — единственный звук, кроме мерного цока пера.
Твайлайт Спаркл выглядела так, будто свет дворца ложился на неё с особой жалостью: глубокие тени под фиолетовыми глазами выдавали последствия бессонных ночей, а от блестящей шерсти на плечах шло едва уловимое магическое тепло. На её теле были лёгкие золотые регалии с серебряной окантовкой: диадема тонко облегала лоб, на шее сиял скромный обруч с выгравированными звёздами. Крылья иногда подрагивали от усталости, а на кончиках перьев виднелись блёклые пятнышки чернил. Несмотря на утомлённость, во взгляде Твайлайт всё ещё жила та же хрупкая решимость — будто даже под слоями отчётов и проклятья бюрократии она всё ещё верила, что однажды Эквестрия научится дружбе окончательно
Она пыталась сосредоточиться. Писать. Решать. Руководить. Но строки упрямо расплывались. Боль, тусклая и липкая, закрадывалась под рог и глаза, вдавливаясь в виски. Твайлайт привычно потянулась к очередной чашке с едва остывшим кофе и разом выпила всё до дна. Горький вкус не помог.
Где-то наверху, в арке между колонн, дрогнул воздух — и прежде чем она поняла, что происходит, мягкий, тёплый вихрь ударился ей в грудь.
Тетушка! — визгнул знакомый голос, звонко отражаясь от холодных стен.
Флурри Харт вцепилась в неё всем телом. Мех крошечной аликорн пах лавандой и ароматом свежей грозы. Твайлайт машинально обняла племянницу одним копытом, другим удерживая груду пергаментов от обвала. Она улыбнулась натянуто, слишком широко.
Флурри… Ты же должна быть на занятиях…
За спинами аликорнов послышался хлопок крыльев и в проёме возникла Скуталу. Она была чуть нахмурена, но в глазах упрямо тлела усталая забота. Пегаска сгребла разлетевшиеся листы и вернула их на столы, изрекая скупые извинения.
Уже два часа дня, Твайлайт, сказала Скуталу ровно. — А ты опять не ела.
Твайлайт оглянулась на огромные часы. Толстая стрелка остановилась на половине циферблата, словно издеваясь. Она бы рассмеялась, но не смогла.
С делегацией грифонов время утекает быстрее, чем кофе из чашки. пробормотала она и коснулась носом гривы Флурри. Та всё ещё висела у неё на плече, не разжимая копыт.
Они вышли из кабинета и двинулись по коридорам замка. Наполенный магией воздух переливался под куполами, кристаллы в стенах улавливали отголоски шагов и трепет крыльев и разливались всеми цветами. Вдали редкие стражи и служивые, старательно делавшие вид, что не слышат обрывков разговора принцессы.
Коридоры замка были выложены гладким аметистовым камнем, в трещинах которого подрагивали нити света, словно живые сосуды. Свет исходил из кристаллов, вплавленных в стены и колонны, — они то мерцали мягко, то бились резкими отблесками, когда в коридоре звучали шаги или хлопали крылья. От полированного пола отражались узоры витражей: редкие витки виноградной лозы, звёзды, гербы, забытые символы дружбы. Иногда в отдалении слышался скрип дверей или шорох копыт, но замок словно сам впитывал лишние звуки.
По потолку тянулись арки с тонкими прожилками драконьего хрусталя, и в их изгибах таились маленькие сполохи магии, похожие на светлячков. Воздух был прохладным, пахнул старой бумагой и лёгкими маслами, которыми натирали двери и ставни. Там, где стены расходились в перекрёстки, под копытами начинал звенеть тонкий кристальный пол, каждый шаг отзывался в нём серебряным эхом.
Скуталу шла чуть впереди. Флурри, устроившись на спине Твайлайт, молчала, но её крылья дрожали от беспокойства.
Ты заметно окрепла, Скуталу, попыталась разрядить воздух Твайлайт. — Может, предупредить Рейнбоу, что у неё появился достойный соперник?
Ещё рано, фыркнула Скуталу. — Но спасибо за надежду и... доверие.
Как учёба? спросила Твайлайт смягчив голос.
Флурри опустила взгляд в серебряную полосу света под копытами.
Мы закончили изучать Хроники Эквестрии, — сказала Скуталу за неё. — И… кое-что зацепило. Впервые за все время. Мы пришли не просто так.
Тренировочный зал Флурри Харт был словно вырезан из сплошного кристалла. Белые и голубоватые стены переливались множеством граней, каждая из которых отражала свет факелов и рассеянную магию. Пол был так гладко отполирован, что копыта едва слышно скользили по нему, оставляя за собой еле заметные влажные следы. В центре зала стоял тяжёлый круглый стол с резными ножками, под которым свет будто собирался в мягкое озеро. На потолке свисали хрупкие кристаллические подвесы — при малейшем движении воздуха они тихо звенели, словно предупреждая о том, что в этой комнате не спрячешь ни слова
Флурри спрыгнула на пол и обернулась к тёте. Голос у неё дрожал.
Тетя… Скажи мне честно. Эти статуи в саду… Это правда они? Кризалис, Тирек и Коузи Глоу?
Твайлайт попыталась рассмеяться, но звук вышел глухим.
Нет. Я подменила их копиями. Настоящие… — Она запнулась. — Настоящие в безопасном месте. Где никто их не достанет.
Скуталу прижала крылья к бокам и кивнула, будто знала ответ заранее.
То есть они всё ещё в камне, — шепнула Флурри. Она не смотрела на тётю, только в пол, где отражалась её дрожащая грива.
Да. И это… необходимо.
Для кого? — резко спросила Флурри. Глаза её сверкнули на миг.
Твайлайт отпрянула. Она чувствовала, как под рёбрами гулко бьётся сердце. Столько лет прошло, но всё равно эти вопросы жгли сильнее всей монаршьей рутины и редких происшествий.
Для Эквестрии, — выдохнула она наконец. — Они разрушали всё, за что мы боролись. Преслодовали свои цели, без оглядки на страдания других в процессе. Сумели посеять раздор между пони лишь ради своих амбиций. Не испытывая никакого сожаления они шли по головам. Они не хотели меняться.
А Старлайт? — Флурри шагнула ближе. — А Сомбра? А Дискорд, который предал вас всех ради глупой игры? Их простили. Им дали шанс. Почему ей — нет?
Она четко сказала «ей» — не «им». Маленькая кобылка в приюте. В голосе Флурри была знакомая дрожь, которая часто пребывала с Твайлайт в начале её пути.
Твайлайт отвернулась к огромному окну. За ним мерцал город, тихий, в полосах света и вечернего тумана. То, что существует благодаря её решениям. Пока совершенные промахи не смогли исказить этой мирной картины.
Ты не знаешь, что они могут сделать, — сказала она устало. — Ты не помнишь всё.
Скуталу подошла к Флурри, укрыла её бок своим крылом. Её мягкий голос словно провел черту.
Но она права. Мы всегда верили, что дружба лечит. Тогда почему одна кобылка наказана вечностью в камне, когда сама Эквестрия давно изменилась?
Дверь скрипнула. В кристальной нише возникла Старлайт, тихо, будто её там ждали. Старлайт Глиммер вошла в комнату в строгом костюме глубокого винного цвета, он подчеркивал её статус советницы и мага, но на копытах всё равно блестели мелкие искры магии, которые вырывались сквозь ткань. Её грива была аккуратно уложена, пряди фиолетового и бирюзового цвета поблёскивали в лучах света. Она двигалась так, словно знала здесь каждый шов, каждый зазубренный кристалл под копытом. В её улыбке сквозила спокойная уверенность, но в глазах плясал знакомый огонёк озорства — тот самый, что когда-то чуть не перевернул Эквестрию вверх дном.
О, вы как раз добрались до самого интересного, заметила она с лёгкой ухмылкой.
Твайлайт вскинула голову, измученный взгляд встретился с уверенными глазами Старлайт.
Ты подслушивала? спросила она хрипло.
Я наблюдала. Старлайт подошла ближе и опустила голос. — И знаешь, я рада. Раз этими вопросами задаюсь не только я, значит время пришло. Пора окончательно выкинуть скелеты из шкафа.
Твайлайт попыталась возразить, но слова не шли. Внутри всё слиплось: холод, страх, усталость и что-то ещё — то самое сожаление, которое она столько лет отгоняла ночами за рабочим столом, в международных сборах и в кругу друзей.
Флурри смотрела прямо ей в глаза. И вдруг её голос стал твёрдым:
Если ты всё ещё веришь в дружбу, начни с самой малой. Она ребёнок. Она может измениться. Если не дать ей шанса мы ничем не лучше того, что мы побеждали.
Они стояли втроём в кристальной тишине. Лучи заходящего солнца дробились на стенах, ложась узорами на их гривы и крылья. Воздух дрожал от невыговоренного.
Скуталу первой нарушила молчание.
Ты ведь всё ещё Принцесса Дружбы. Докажи что бывают исключения, или что нет границ, кроме поставленных нами.
Старлайт кивнула.
Если ты решишься мы будем рядом. Я буду рядом. Не считала ведь, что только тебя свербила совесть.
Твайлайт закрыла глаза. Перед ней промелькнуло всё: бой с Тиреком, холодный мраморный взгляд Кризалис, нахальная ухмылка Коузи Глоу — и своё собственное отражение в трещине древнего трона. Всё это было в прошлом. Но сожаление... оно в настоящем.
Она выдохнула, и голос её дрогнул, но был твёрд:
Ладно. Мы попробуем. Только с ней. С Коузи. Остальные — потом. Один шанс. И ни больше.
Флурри улыбнулась — не по-детски, с лёгкой грустью и верой одновременно. Скуталу похлопала свободным крылом. Твайлайт по боку.
Вот и хорошо. Начнём с малого. А дальше будем начеку.
За окном над замком мерцал вечер. Лучи солнца обнимали башни, унося с собой долгий день и давая место чему-то новому хрупкому, но настоящему.
Когда радостная Флурри и спокойная Скуталу покинула комнату, Твайлайт перевела усталый взгляд на Старлайт. Её глаза расширились, а крылья захватила мучительная дрожь.
Как же я успею еще и этим заниматься.
Старлайт ободряюще качнула головой и положила копыто на сжимающееся крыло аликорна. Для этого единорогу пришлось опереться на задние копыта.
Будь спокойна. Ты давно заслуживаешь отпуска. Голос Старлайт стал строже и тише. — Я уже молчу о том сколько ты пьеш кофе, тщетно надеясь разменять литры горькой дряни на часы теплого и нужного сна.
Твайлайт стыдливо опустила голову и присела на пол, позволяя своей подруге выдохнуть и встать на все четыре копыта.
Но кто будет выполнять мою работу? Голос Твайлайт перешел бы на крик, но усталое горло выдало лишь кряхтенье. — Селестия доверила мне...
Глаза Старлайт гневно сомкнулись от знакомой пластинки.
Да она доверила тебе жизнь каждого эквестрийца. Старлайт выдохнула, сдерживая желания выкрикнуть оскорбления своей глупой подруге в лицо. — И она точно не просила тебя гробить собственное здоровье ради этого. Иди, займись своим старым добрым делом, для которого ты буквально создана! А я с Трикси заменю тебя насколько понадобится.
Глаза Твайлайт округлились, в голове пронеслись множество причин против, но она просто замерла. Встала и направилась к своему кабинету.
Сейчас я слишком вымотана, дабы предложить альтернативу. Через часик я закончу со всеми делами, и завтра подумаю над твоим предложением.
Глаза Старлайт опасно блескнули.
Если для твоего блага мне понадобится покорить Эквестрию и привязать тебя к кровати, я так и сделаю.
Твайлайт оглянулась. На миг она даже стала обдумывать последствия схватки с подругой, но затем нервно рассмеялась и повернулась.
Хорошо, я пойду спать. Видимо моя беспечность тебя уже давно достала.
Старлайт молча закатила глаза и также покинула крисстальную комнату. Проследуя немного за Твайлайт, единорог убедилась, что нервный аликорн таки зашел в свою спальню, а затем облегченно вернулась в свой кабинет. Ей предстояла долгая ночь изучения всех дел принцессы, дабы она могла позволить ей заняться чем-то иным.